Решение № 2-5/2020 2-5/2020(2-811/2019;)~М-835/2019 2-811/2019 М-835/2019 от 14 января 2020 г. по делу № 2-5/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 января 2020 года г.Кимовск Тульская область

Кимовский городской суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Подоляк Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Паниной Ю.А.,

с участием

прокурора, в лице помощника Кимовского межрайонного прокурора Иванова С.Н.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1, адвоката Кимовской коллегии адвокатов ФИО2, представившего удостоверение от ДД.ММ.ГГГГ № и ордер от ДД.ММ.ГГГГ №,

представителя ответчика ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница», согласно доверенности, ФИО3,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кимовского городского суда Тульской области гражданское дело №2-5/2020 по иску ФИО1 к ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате оказания некачественной медицинской помощи, расходов на лечение, судебных расходов, штрафа, предусмотренного законодательством о защите прав потребителей,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница», в котором просила взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда,в результате некачественного оказания медицинской помощи в размере 700000 рублей, расходы понесенные на оплату экспертных заключений в размере 27033 рубля 36 копеек, расходы по оплате ксерокопий документов в размере 5434 рублей, почтовые расходы в сумме 557 рублей, расходы на обследование в размере 37308 рублей, расходы на приобретение лекарственных препаратов на сумму 13599 рублей.

В обоснование заявленных требований указала, что 30.11.2017 в ГУЗ «Кимовская ЦРБ» ей поставили диагноз «<данные изъяты>» и направили на консультацию к врачу <данные изъяты> в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница». В декабре 2017 года на консультации у врача <данные изъяты> в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» ей назначили дату операции. 15.01.2018 она поступила в <данные изъяты> отделение ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» с диагнозом «<данные изъяты>». В этот же день ей была сделана операция. Согласно выписному эпикризу из истории болезни № 105 на стационарном лечении в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» она находилась с 15.01.2018 по 19.01.2018. Фактически она была отпущена домой 16.01.2018, откуда приезжала ежедневно на осмотр. При этом испытывала сильные боли. Лечащий врач ФИО5 пояснила, что при проведении операции <данные изъяты>, она удалила фрагмент с <данные изъяты>. Боль и дискомфорт вызывали швы, наложенные на месте удаления этого фрагмента.

Указывает, что в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» она давала добровольное согласие на медицинское вмешательство, только на проведение операции по первоначальному диагнозу - <данные изъяты>. Полагает, что врач проводивший операцию не должен был без соответствующего обследования, установления диагноза, и ее согласия на медицинское вмешательство, удалять этот фрагмент, так как это могло спровоцировать необратимые последствия в виде <данные изъяты>.

После ее неоднократных жалоб по поводу оказания некачественной медицинской помощи в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» в ее медицинскую карту № 105 стационарного больного было дописано, что она поступила с диагнозом <данные изъяты> (данный диагноз ни одним из медицинских документов документально не подтверждается).

Гистологические препараты после операции были направлены на патологоанатомическое исследование в паталогическое отделение ГУЗ Новомосковская городская клиническая больница». Из гистологического заключения от 19.01.2018 № 192 следует – <данные изъяты>. 19.01.2018 она была выписана из <данные изъяты> отделения ГУЗ Новомосковская городская клиническая больница» с диагнозом: <данные изъяты>. Ей было рекомендовано дообследование, что следует из заключения консилиума по обследованию и лечению <данные изъяты> больного от 19.01.2018, содержащегося в медкарте № 105 и с его результатами явка в КДЦ за направлением для <данные изъяты>. Врач ФИО5 посоветовала пройти обследование в течении 2-х недель, пояснила, что с этим затягивать нельзя. Она на платной основе быстро прошла все обследования и с результатами вновь обратилась в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница», где ей назначили дату операции. Консилиум врачей не проводился.

05.02.2018 она поступила в <данные изъяты> отделение ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» с диагнозом <данные изъяты> и 06.02.2018 врачом ФИО5 проведена операция: <данные изъяты>. Указывает, что врач на момент проведения ей операции не имела квалификацию врача <данные изъяты> и не могла ее проводить. Во время операции ФИО5 вела себя не корректно, ела конфеты, разговаривала по телефону, роняла медицинские инструменты. Наркоз был спинной и она во время операции из разговора врачей узнала, что такая операция ими проводится впервые.

Согласно выписному эпикризу она находилась на стационарном лечении с 05.02.2018 по 15.02.2018, но на самом деле, уже 07.02.2018 ее, в связи с отсутствием мест, отправили домой. Для послеоперационной обработки она ежедневно ездила на такси в <данные изъяты> отделение к 8 утра. При этом сидеть ей было нельзя, приходилось ездить лежа, что было больно и очень неудобно, в последствии у нее разошлись операционные швы, что доставило дополнительную боль и страдания.

15.02.2018 она была выписана из <данные изъяты> отделения ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» с диагнозом <данные изъяты> (выписной эпикриз из истории болезни № 424). Так как клинического улучшения ее самочувствия не последовало, она по письменному заявлению, забрала из паталогического отделения ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» гистологические препараты <данные изъяты>, взятые у нее при проведении операции 15.01.2018. На приеме в ГУЗ «Кимовская ЦРБ» попросила направление на консультацию в ГУЗ «<данные изъяты>», где взяла направление на обследование гистологических препаратов в паталогоанатомическом отделении. Из заключения консультанта от 02.03.2018 № 57 по гистологическим препаратам следует: <данные изъяты>.

05.03.2018 на приеме у врача <данные изъяты> в ГУЗ «<данные изъяты>» был назначен консилиум врачей и дополнительное обследование. Проходя медицинское обследование она узнала, что у нее <данные изъяты>, чего раньше не наблюдалось. Терапевт пояснил, что такое бывает при сильном перенесённом стрессе.

14.03.2018 она записалась по телефону горячей линии на платный прием к <данные изъяты> в ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр специализированных видов медицинской помощи и медицинских технологий ФМБА России» для подтверждения установленного ей ранее диагноза и консультации по гистологическим препаратам. Медицинским заключением врача <данные изъяты> ей рекомендован пересмотр операционного биопсийного материала. Гистологические препараты № 779, 192(I ), 192 (II) были сданы в данный центр.

Из протокола от 15.03.2018 № 5710 следует, что по гистологическому препарату № 192 (II) для уточнения гистогенеза необходимо иммуногистохимическое исследование. Исследование было проведено.

Из протокола 27.03.2018 следует, что <данные изъяты>, более вероятно, другого пациента. Морфологических признаков <данные изъяты> не выявлено.

В связи с вышеуказанным заключением, она обратилась в ГБУ Рязанской области «Бюро СМЭ» для генотипического исследования (ДНК). На основании акта судебно-медицинского исследования от 16.04.2018 № 256 ГБУ Рязанской области «Бюро СМЭ» установлено, что гистологические препараты, которые были отобраны у нее при проведении первичной операции, не позволяют сделать однозначный вывод об отсутствии или наличии биологического материала, какому-либо конкретному лицу (лицам), в том числе ФИО1 При этом при молекулярно-генетическом типировании препаратов, выделенных с парафинового блока, представленного для исследования, установлена мужская половая принадлежность.

25.04.2018 на консилиуме врачей ГУЗ «<данные изъяты>» ее поставили на учет, как <данные изъяты>, без соответствующего диагноза. По рекомендации врача <данные изъяты> на консилиуме, она каждые три месяца проходит обследование по заболеванию <данные изъяты>, так как ее гистологические препараты, отобранные у нее в ходе первой операции отсутствуют.

После получения ею акта судебно-медицинского исследования № 256 ГБУ Рязанской области «Бюро СМЭ» она обратилась к ответчику с просьбой помочь разобраться в сложившейся ситуации. Но на приеме у заведующего онкологическим отделением ФИО20 потерпела унижение и оскорбление. Он пояснил, что она может в своем возрасте быть мужчиной, так как клетки в организме мутируют. Главный врач ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» ФИО6 на ее обращение ответил, что она должна быть благодарна за то, что у нее вовремя убрали <данные изъяты>. Никто не извинился за произошедшее.

Затем с жалобами по поводу оказания ей качественной, либо некачественной медицинской услуги работниками ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» она обратилась в ООО АльфаСтрахование-ОМС, ТФОМС Тульской области. По результатам документарной проверки (акт от 27.04.2018) установлено, что имела место ошибка при постановке морфологического диагноза, произошедшая в паталогоанатомическом отделе ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» при изготовлении гистологических препаратов или на ином этапе (забор биоматериала). Нет Протокола Решения консилиума о тактике медицинского обследования и лечения, в соответствии с Приказом МЗРФ от 15.11.2012 № 915н, что способствовало неверной установке диагноза, неверной подаче случая ЗНО в реестр. Код дефекта 3.3.2. Госпитализация не обоснована. Диагноз установлен ошибочно Выполнено непоказанное хирургическое вмешательство, неоправданное с клинической точки зрения, не регламентированное порядкамиоказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи мероприятий: приведших к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лицаот лечения, оформленного в установленном порядке).

Из справки ГУЗ «<данные изъяты>» по результатам документальной проверки качества медицинской помощи, оказанной специалистами ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» ФИО1, следует, что в истории болезни №105 первичный осмотр пациентки проведен без указания фамилии врача, его проводившего, разными почерками, имеет приписки.

Были проигнорированы рекомендации врача, проводившего <данные изъяты>, о необходимости проведения <данные изъяты>, противовоспалительного лечения и посева из <данные изъяты> на флору и чувствительность к антибиотикам, проведении повторной <данные изъяты>. Биопсия <данные изъяты> не была рекомендована врачом, ее проведение не обосновано. <данные изъяты>, установленный врачом при поступлении в стационар. Гистологическое исследование биоптата не содержит информации о площади <данные изъяты>. Тем самым диагноз <данные изъяты> установлен неточно, <данные изъяты>. Обязательное обследование в соответствии с клиническими рекомендациями Ассоциации <данные изъяты> России, утвержденными Министерством здравоохранения Российской Федерации, при <данные изъяты> по данным истории болезни №424 проведено в недостаточном объеме. Не проведено УЗИ <данные изъяты>. Пациентка, проживающая в г. Кимовске, не направлена в ГУЗ «Тульский областной <данные изъяты> диспансер», согласно маршрутизации пациентов со <данные изъяты> в Тульской области в нарушение приложения №5 Приказа Министерства здравоохранения Тульской области от 07.03.2014 №269 «О совершенствовании организации оказания медицинской помощи взрослому населению Тульской области».

Из ответа ТФОМС Тульской области от 06.08.2018 № 1345/1/06 з, и от 17.08.2018 № 1406/06з следует, что согласно результатам внутриведомственной проверки установлено, что ошибка в морфологическом диагнозе при первой госпитализации обусловлена попаданием тканей разных пациентов в один парафиновый блок при изготовлении микропрепарата фельдшерами-лаборантами патологоанатомического отделения. Причинами ошибки при изготовления микропрепарата явились устаревшее оборудование и несовершенство технологий приготовления препаратов.

Из акта экспертизы качества медицинской помощи (целевой) № К0063, экспертного заключения эксперта качества медицинской помощи ФИО7 следует, что попадание стороннего материала в парафиновый блок возможно при отсутствии специальных расходных материалов и оборудования для пробоподготовки в патологоанатомическом отделении в процессе вырезки, микротомирования без системы переноса либо в клиническом отделении при взятии биопсии с использованием грязных инструментов, приспособленной загрязненной тары для транспортировки. Рекомендовано оснащение патологоанатомического отделения ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» современными расходными материалами и оборудованием с соблюдением технологии пробоподготовки, согласно приложению к приказу М3 РФ 179-н от 2016 г.

По результатам данных проверок и исследований в адрес ответчика ею была направлена претензия с просьбой выплатить стоимость расходов на оплату медицинских услуг по сдачи анализов для опровержении поставленного диагноза в размере 59761 рублей 36 копеек, а также компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей.

Из ответа ГУЗ «Новомосковкая городская клиническая больница» от 08.08.2019 следует, что ей оказана специализированная медицинская помощь в полном объеме. Ошибка в диагнозе при первой госпитализации не оказала влияние на качество медицинской помощи и не привела к необоснованному расширению показаний объема оперативного вмешательства. Причины ошибки при изготовлении микропрепарата – морально устаревшее оборудование и несовершенство технологий приготовления микропрепаратов. И поэтому претензия необоснованная.

Указывает, что по вине ответчика, в связи с установлением неверного диагноза – <данные изъяты>, ей причинен моральный вред. Так как после его установления она пребывала в шоковом состоянии, испытывала глубокие нравственные страдания, что привело к повышению давления, подавленному эмоциональному состоянию, стрессу, депрессии, плохому настроению, душевной боли из-за <данные изъяты>. Ее родственники так же находились в стрессовой ситуации. Супругу пришлось уйти с работы, чтобы регулярно доставлять ее на обследования.

На консилиуме врачей в ГУЗ «<данные изъяты>» ей пояснили, что при установлении <данные изъяты> врач-гинеколог ФИО5 не имела право оперировать, а должна была направить ее в <данные изъяты>.

Указывает, что результатами некачественно оказанной медицинской услуги нанесен урон ее психическому и физическому благополучию, она состоит на учете в ГУЗ «<данные изъяты>» с неопределённым диагнозом: <данные изъяты>.

Так же она понесла материальные расходы в виде оплаты: в ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр специализированных видов медицинской помощи и медицинских технологий ФМБА России» консультации гистологических препаратов (талон от 14.03.2018 № 30281) 3000 рублей, иммунологистохимическое исследование (талон от 21.03.2018 № 33678) 10500 рублей, повторная консультация врача <данные изъяты> (талон от 27.03.2018 № 36779) 1815 рублей; в ГБУ Рязанской области «Бюро СМЭ» услуг по проведению генотипического исследования в размере 11718 рублей 36 копеек; изготовления ксерокопии медицинских документов для приобщения их к жалобам в соответствующие инстанции в сумме 5436 рублей, почтовые расходы в сумме 557 рублей, расходы на обследование в размере 37308 рублей, расходы на приобретение лекарственных препаратов на сумму 13599 рублей.

Данные обстоятельства и послужили причиной обращения в суд.

В судебном заседании истец ФИО1 просила исковые требования удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснила, что после объявления ей врачом ФИО5 диагноза – <данные изъяты>, она испытала сильный стресс. До настоящего времени диагноз ей так и не установлен. По истечение двух лет она продолжает проходить лечение, так как полученные ею в процессе второй операции от 15.01.2018 повреждения не прошли до настоящего времени, в связи с чем она вынуждена нести затраты на лекарственные средства и регулярно проходить обследования.

Представитель истца по ордеру ФИО2 просил исковые требования истца удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что при установлении диагноза имела место врачебная ошибка, операции были проведены без согласия пациента на хирургическое вмешательство. В результате данной ошибки истцу проведено непоказанное хирургическое вмешательство. Указал, что диагноз, который был поставлен ФИО1, самый страшный, и она испытала физические и нравственные страдания. Указанные обстоятельства привели к ухудшению ее здоровья.

Представитель ответчика ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» по доверенности ФИО3 просила в удовлетворении исковых требований отказать. Указала, что во время проведения первой плановой операции у пациента было обнаружено <данные изъяты>. Считает, что данная операция была необходима и больница сделала все возможное для лечения истца. В случае удовлетворения требований истца просила учесть, что учреждение финансируется за счет средств бюджета обязательного медицинского страхования и субсидий на выполнение государственного задания. При определении размера материального ущерба и морального вреда просила применить принцип разумности и справедливости и снизить данный размер до минимального.

Третье лицо ФИО5 извещена о времени и месте проведения судебного заседания, в суд не явилась, представила в адрес суда письменное заявление, в котором просила рассмотреть дело в ее отсутствие, в удовлетворении исковых требований просила отказать. В судебном заседании 17.12.2019 пояснила, что к ней обратилась женщина с <данные изъяты>. При дополнительном осмотре было выявлено <данные изъяты>, в связи с чем была проведена лечебно-диагностическая процедура – <данные изъяты>. Согласие на это пациентка давала, в истории болезни есть ее подпись, где указывается объем операции. По результатам гистологического заключения, в котором был указан диагноз - <данные изъяты>, пациентке рекомендовано дообследование, а затем проведено <данные изъяты>. То есть, специализированное лечение было окончено и пациентке было рекомендовано диспансерное наблюдение у врача амбулаторного звена. Все ее действия основывались на гистологических заключениях патологоанатомического отделения ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница». Оснований не доверять доктору, давшему заключение, у нее не было. Так же пояснила, что взять биопсию может любой доктор любой специализации. В дальнейшем по результатам гистологического исследования <данные изъяты>.

Третье лиц ФИО8 извещена о времени и месте проведения судебного заседания, в суд не явилась, причину неявки суду не сообщила.

Третье лицо ФИО4 полагала, что требования истца подлежат удовлетворению. Пояснила, что работает лаборантом патологоанатомической лаборатории ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» с 1985 года. Указала, что в стекло, в котором был помещен биоматериал истца, попал микрообрывок посторонней ткани. Полагает, что врач-патологоанатом при исследовании данного биоматериала и постановке диагноза должен был видеть, что в чашке содержится два различных обрывка ткани пациентов. Именно ошибка врача их отделения повлекла в дальнейшем непоказанное операционное вмешательство ФИО1

Представитель третьего лица – ООО «АльфаСтрахование - ОМС», директор ФИО9 извещен надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, представил письменное заявление о рассмотрении данного гражданского дела в отсутствие представителя. В отзыве на исковое заявление от 03.12.2019 (т.3 л.д. 98-99) полагали требования истца подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Представитель третьего лица - ГУЗ «Тульский областной <данные изъяты> диспансер», согласно доверенности ФИО10, извещен о времени и месте судебного заседания, в суд не явился представил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель третьего лица – Территориального Фонда Обязательного Медицинского Страхования Тульской области, директор ФИО11, извещен о времени и месте проведения судебного заседания, представил письменное заявление, в котором просил о рассмотрении дела в отсутствие представителей.

Представитель третьего лица – Министерства здравоохранения Тульской области, согласно доверенности ФИО12 извещена о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Ранее представила письменное заявление, в котором просила о рассмотрении данного гражданского дела без ее участия и принять решение в соответствии с действующим законодательством.

Помощник Кимовского межрайонного прокурора Иванов С.Н. полагал, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, так как в ходе рассмотрения дела установлена причинно-следственная связь между действиями ответчика и причинением вреда истцу. Указал, что размер компенсации морального вреда подлежит взысканию с ответчика в размере, определенном с учетом принципов разумности и справедливости.

Исходя из положений ст.167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав мнение лиц участвующих в деле, заключение прокурора Иванова С.Н., допросив свидетелей ФИО17, ФИО20, ФИО18, ФИО21, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд находит исковые требования ФИО1 законными, обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч.2 ст.17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч.1 ст.41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Согласно п.1 ст.2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее – Федеральный закон № 323-ФЗ) здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п.2 ст.2 Федерального закона №323-ФЗ)

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п.3 ст.2 Федерального закона N 323-ФЗ).

В силу ст.4 Федерального закона №323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, в том числе, доступность и качество медицинской помощи, соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч.ч.1, 2 ст.19 Федерального закона N 323-ФЗ).

Пунктом 21 ст.2 Федерального закона N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Из п.2 ст.64 Федерального закона N 323-ФЗ следует, что критерии оценки качества медицинской помощи формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч.2 ст.76 данного федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти

В силу ч.ч 2-4 ст.98 названного выше закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации. Возмещение вреда, причиненного жизни и (или) здоровью граждан, не освобождает медицинских работников и фармацевтических работников от привлечения их к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч.1 ст.151 ГК РФ)

Согласно разъяснениям, изложенным в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (аб.3 п.4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных законоположений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Как разъяснено в п.45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Согласно п.9 данного постановления законодательство о защите прав потребителей применяется к отношениям по предоставлению медицинских услуг в рамках как добровольного, так и обязательного медицинского страхования.

В соответствии с п.5 ст.4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее – Закон о защите прав потребителей), если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к товару (работе, услуге), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий этим требованиям.

Таким образом, нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, проведения диагностики, лечения, выполнения послеоперационных процедур является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья, что может рассматриваться как основание для компенсации потребителю морального вреда и возмещения убытков.

Согласно ст.15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законом и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Пунктом 4 ст.13 названного закона установлено, что исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как установлено судом и следует из копии направления на госпитализацию от 23.11.2017 (т.1 л.д.20) и направления на патологогистологическое исследование от 30.11.2017 (т.1 л.д.21) ГУЗ «Кимовская ЦРБ», сведений об обращениях ФИО1 за медицинской помощью в женскую консультацию ГУЗ «Кимовская ЦРБ» за период 2017-2018 годы (т.1 л.д.153-156), копии медицинской карты амбулаторного больного ГУЗ «Кимовская ЦРБ» (т.1 л.д.157-187), врачебного заключения ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» от 22.12.2017 (т.1 л.д.22), ФИО1 постановлен диагноз <данные изъяты>.

Из медицинской карты стационарного больного №105 (т.1 л.д.47-66, т.3 л.д.1-35) усматривается, что 15.01.2018 ФИО1 поступила в <данные изъяты> отделение ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» с диагнозом <данные изъяты>. В этот же день ей была проведена операция.

Согласно выписному эпикризу из истории болезни № 105 на стационарном лечении в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» ФИО1 находилась с 15.01.2018 по 19.01.2018. 15.01.2018 проведена операция –<данные изъяты>. Гистологическое заключение от 19.01.2018 №192 -1- <данные изъяты>. Рекомендовано дообследование и явка для оперативного лечения (т.1 л.д.67, т.3 л.д.37).

Аналогичные данные о заключительном диагнозе содержатся в консилиуме по обследованию и лечению <данные изъяты> больного ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» от 19.01.2018 (т.1 л.д.42).

Из медицинской карты стационарного больного ФИО1 №424 (т.1 л.д.68-92, т.2 л.д.100-166,242-281) следует, что с 05.02.2018 по 15.02.2018 она находилась на стационарном лечении в <данные изъяты> отделении ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» с диагнозом <данные изъяты>. 06.02.2018 хирургами ФИО5 и ФИО19 проведена операция: <данные изъяты>.

Из выписного эпикриза из истории болезни №424 от 15.02.2018 (т.1 л.д.93) усматривается, что рекомендовано послеоперационное лечение: встать на учет к врачу <данные изъяты>, каждые 3 месяца наблюдение врача <данные изъяты>, ежедневные перевязки, снятие швов на 14 сутки.

Из заключения консультанта патологоанатомического отделения Тульской областной клинической больницы от 02.03.2018 № 57 (т.1 л.д.23) усматривается, что врач патологоанатом пришел к следующему заключению по гистологическим препаратам: <данные изъяты>).

Из медицинского заключения ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр специализированных видов медицинской помощи и медицинских технологий ФМБА России» от 14.03.2018 (т.1 л.д.24) усматривается, что ФИО1 рекомендован пересмотр операционного биопсийного материала.

Из протокола ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр специализированных видов медицинской помощи и медицинских технологий ФМБА России» от 15.03.2018 № 5710 (т.1 л.д.26) следует, что по гистологическому препарату № 192 (II) для уточнения гистогенеза необходимо иммуногистохимическое исследование. Исследование было проведено.

Из протокола ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр специализированных видов медицинской помощи и медицинских технологий ФМБА России» 27.03.2018 №67/18 (т.1 л.д.25) следует, что <данные изъяты>, более вероятно, другого пациента. <данные изъяты> не выявлено.

Из акта судебно-медицинского исследования ГБО Рязанской области «Бюро СМЭ» от 16.04.2018 №256 (т.1 л.д.27-30, т.3 л.д.114-127) усматривается, что гистологические препараты, отобранные у ФИО1 при проведении первичной операции, не позволяют сделать однозначный вывод об отсутствии или наличии биологического материала, какому-либо конкретному лицу (лицам), в том числе ФИО1 При этом при молекулярно-генетическом типировании препаратов, выделенных с парафинового блока, представленного для исследования, установлена мужская половая принадлежность.

Из справки по результатам документарной проверки качества медицинской помощи, оказанной специалистами ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» ФИО1 (т.1 л.д.35-37, т.3 л.д.70-72) следует, что в истории болезни №105 первичный осмотр пациента проведен без указания фамилии врача его проводившего, имеются приписки разным почерком; проигнорированы рекомендации врача проводившего <данные изъяты> о необходимости проведения <данные изъяты>, противовоспалительного лечения и посева на флору и чувствительность к антибиотикам, проведение повторной <данные изъяты>. Проведение <данные изъяты> необоснованно, что подтверждается отсутствием патологии в гистологическом исследовании биопата; <данные изъяты>, тем самым диагноз – <данные изъяты> установлен не точно; обязательное обследование проведено не в полном объеме, пациент, проживающий в <...> не направлена согласно маршрутизации пациентов со <данные изъяты>, в соответствии с приложением №5 к приказу Министерства здравоохранения Тульской области от 07.03.2014 №269 «О совершенствовании организации оказания медицинской помощи взрослому населению» в ГУЗ «<данные изъяты>».

Из акта документарной проверки медицинской документации пациентки ФИО1 при оказании медицинской помощи в <данные изъяты> отделении в рамках проверки качества оказания медицинской помощи от 27.04.2018 (т.3 л.д. 128-131) следует, что комиссия по разбору качества оказания медицинской помощи (приказ ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» от 25.04.2018 №279, т.3 л.д.132) пришла к следующим выводам: в <данные изъяты> отделении специализированная медицинская помощь оказана в полном объеме, согласно принятых клинических рекомендаций; ошибка в морфологическом диагнозе при первой госпитализации не оказала влияние на качество оказанной медицинской помощи и не привела к необоснованному расширению объема оперативного вмешательства; имела место ошибка при постановке морфологического диагноза, произошедшая в патологоанатомическом отделении при изготовлении микропрепарата фельдшерами – лаборантами отделения ФИО4 и ФИО8 (попадание тканей разных пациентов в один парафиновый блок); причины ошибки при изготовлении микропрепарата – морально устаревшее оборудование и несовершенство технологий приготовления микропрепаратов.

Из справки по результатам проверки территориального органа Роспотребнадзора по Тульской области от 03.07.2018 следует, что медицинская документация представлена не в полном объеме, в медицинских картах стационарного больного№105 и №424 допущены исправления в диагнозе (т.2 л.д.124-126).

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №2397-18 (т.4 л.д.10-15) усматривается, что ФИО1 была поставлена на учет в ГУЗ «<данные изъяты>» как <данные изъяты>. По рекомендации врача <данные изъяты>, она каждые три месяца должна проходить обследование по заболеванию <данные изъяты>, так как ее гистологические препараты, отобранные у нее в ходе первой операции отсутствуют.

Из ответа на обращение ФИО1 в Новомосковскую городскую прокуратуру от 27.07.2018 №369ж 2018 следует, что проверкой установлено, что имела место ошибка при постановке морфологического диагноза в патологоанатомическом отделении ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница». По результатам проверки меры прокурорского реагирования не вносились (т. 2 л.д.236-238, содержащиеся в надзорном производстве №369ж2018 т.3 л.д. 2-238)

По обращению ФИО1 (т.3 л.д.101-104) в ООО АльфаСтрахование-ОМС 09.10.2018 в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» проведена проверка качества медицинской помощи. Из экспертных заключений от 03.09.2018 №33, №34 (т.1 л.д.31-34, т.3 л.д.108-111) и акта экспертизы качества медицинской помощи от 18.10.2018 №31 июль 6756/26 март 2044 усматривается, что имела место ошибка при постановке морфологического диагноза, произошедшая в паталогоанатомическом отделе ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» при изготовлении гистологических препаратов или на ином этапе (забор биоматериала). Нет Протокола Решения консилиума о тактике медицинского обследования и лечения, в соответствии с Приказом МЗРФ от 15.11.2012 № 915н, что способствовало неверной установке диагноза, неверной подаче случая ЗНО в реестр. Код дефекта <данные изъяты> Госпитализация не обоснована. Диагноз установлен ошибочно Выполнено непоказанное хирургическое вмешательство, неоправданное с клинической точки зрения, не регламентированное порядкамиоказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи мероприятий: приведших к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лицаот лечения, оформленного в установленном порядке).

Аналогичные выводы содержатся в ответе ООО «АльфаСтрахование - ОМС» от 03.09.2018 №635 (т.1 л.д.43, т.3 л.д.113), направленном в адрес ФИО1 в ответ на ее обращение.

Из акта экспертизы качества медицинской помощи от 18.10.2018 №52682 и реестра актов экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от 18.10.2018 №52682 ООО АльфаСтрахование – ОМС (т.3 л.д.105-106) усматривается, что по результатам проверки выявлены нарушения при оказании медицинской помощи в связи с чем с медицинской организации ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» удержано 35772 рубля 84 копейки.

Из ответа ТФОМС Тульской области от 06.08.2018 № 1345/1/06з (т.1 л.д.38), и от 17.08.2018 № 1406/06з (т.1 л.д.42) следует, что согласно результатам внутриведомственной проверки установлено, что ошибка в морфологическом диагнозе при первой госпитализации обусловлена попаданием тканей разных пациентов в один парафиновый блок при изготовлении микропрепарата фельдшерами-лаборантами патологоанатомического отделения. Причинами ошибки при изготовления микропрепарата явились устаревшее оборудование и несовершенство технологий приготовления препаратов.

Из акта экспертизы качества медицинской помощи (целевой) от 14.08.2018 № К0063 (т.1 л.д.39, т.3 л.д.75), экспертного заключения эксперта качества медицинской помощи ФИО7 от 24.08.2018 (т.1 л.д.40-41, т.3л.д. 76-77) следует, что в заключении прижизненного патологоанатомического исследования кроме данных за <данные изъяты>, идентификация которой на светооптическом уровне была невозможна, что однако, по-видимому, не повлияло на тактику ведения больного; попадание стороннего материала в парафиновый блок возможно при отсутствии специальных расходных материалов и оборудования для пробоподготовки в патологоанатомическом отделении в процессе вырезки, микротомирования без системы переноса либо в клиническом отделении при взятии биопсии с использованием грязных инструментов, приспособленной загрязненной тары для транспортировки. Рекомендовано оснащение патологоанатомического отделения ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» современными расходными материалами и оборудованием с соблюдением технологии пробоподготовки, согласно приложению к приказу М3 РФ 179-н от 2016 г.

По результатам данных проверок и исследований в адрес ответчика 10.07.2019 ФИО1 была направлена претензия с просьбой выплатить стоимость расходов на оплату медицинских услуг по сдачи анализов для опровержения поставленного диагноза в размере 59761 рублей 36 копеек, а также компенсацию морального вреда в размере 700000 рублей (т.1 л.д.44-45).

Из ответа ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» от 08.08.2019 следует, что ФИО1 оказана специализированная медицинская помощь в полном объеме. Ошибка в диагнозе при первой госпитализации не оказала влияние на качество медицинской помощи и не привела к необоснованному расширению показаний объема оперативного вмешательства. Причины ошибки при изготовлении микропрепарата – морально устаревшее оборудование и несовершенство технологий приготовления микропрепаратов. И поэтому претензия необоснованная (т.1 л.д.46).

Допрошенная в судебном заседании 13.11.2019 в качестве свидетеля заведующая патологоанатомическим отделением ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» ФИО17 показала, что в их отделении проводится исследование биологических материалов пациентов. В связи с отсутствием необходимого оборудования подготовка биологического материала (помещение в марлевую ткань, подпись принадлежности пациенту, помещение в формалин) проводится вручную. При этом в одну чашку Петри может быть помещен биоматериал нескольких пациентов, который впоследствии нарезается на микротоны и передается врачу патологоанатому для постановки диагноза. Во время микроскопического просмотра был перепутан гистологический материал ФИО1 и другого пациента, что привело к ошибке при постановке диагноза на основании которого осуществлялась повторная операция.

Допрошенная в судебном заседании 17.12.2019 врач <данные изъяты> ГУЗ «<данные изъяты>» ФИО18 показала, что при выявлении <данные изъяты> пациент должен быть направлен для последующего лечения в ГУЗ «<данные изъяты>». Процесс лечения такого больного определяет консилиум с его личным участием.

Допрошенный в судебном заседании 17.12.2019 в качестве свидетеля заведующий <данные изъяты> отделением хирургических методов лечения Тульского областного <данные изъяты> диспансера г.Новомосковска ФИО20 показал, что в конце января 2018 года ФИО1 впервые поступила в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница». Ей была выполнена <данные изъяты>. В после операционном периоде было установлено, что у нее <данные изъяты>. При повторной операции ей было сделано более <данные изъяты>, дано заключение, что <данные изъяты>. Так же пояснил, что действительно некоторых больных отпускали домой, так как отделение переполнено. Так же не отрицал факта ошибки при проведении гистологического исследования биоматериала ФИО1 При этом показал, что при обнаружении у пациента каких-либо <данные изъяты>, врач обязан провести диагностику. Полагал, что оснований для направления ФИО1 для лечения в ГУЗ «<данные изъяты>» не имелось.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО21 показал, что ФИО1 является его бывшей супругой. Так как он проживает в г.Новомосковске, их дочь в январе 2018 года попросила предоставить им жилье, так как истцу необходимо было после операции ежедневно посещать ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница». После установления диагноза – <данные изъяты>, они все очень переживали. ФИО1 часто плакала. После операции она долго восстанавливалась, испытывала сильные боли и ему было тяжело видеть, как она страдает.

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, а так же в силу приведенных правовых норм, суд пришел к выводу о том, что компенсация морального вреда подлежит взысканию с ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница».

Судом в ходе рассмотрения дела установлено, что сотрудниками патологоанатомического отделения ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница в ходе проведения исследования биологического материала ФИО1 была допущена ошибка, в результате которой диагноз - <данные изъяты> был установлен истцу на основании препаратов, принадлежащих другому лицу. При этом актом судебно-медицинского исследования ГБО Рязанской области «Бюро СМЭ» от 16.04.2018 №256 установлена мужская половая принадлежность данного препарата. Именно ошибка в постановке морфологического диагноза привела к выполнению ФИО1 непоказанного хирургического вмешательства, неоправданного с клинической точки зрения, не регламентированного порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и (или) клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи мероприятий: приведших к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания, что установлено в ходе проведения документарной проверки ООО «АльфаСтрахование – ОМС».

Кроме того, при постановке диагноза - <данные изъяты>, пациент, проживающий в <...> не направлена согласно маршрутизации пациентов со <данные изъяты>, в соответствии с приложением №5 к приказу Министерства здравоохранения Тульской области от 07.03.2014 №269 «О совершенствовании организации оказания медицинской помощи взрослому населению» в ГУЗ «<данные изъяты>», что могло бы положительно повлиять на исход дела.

В соответствии с ч.1 ст.22 Федерального закона №323ФЗ каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Вместе с тем, судом установлено и следует из информационного добровольного согласия на медицинское вмешательство, подписанного ФИО1 15.01.2018 (т.1 л.д.50) и 05.02.2018 (т.1 л.д.71), что она не в полной мере была осведомлена о том какие именно методы медицинской помощи и виды медицинского вмешательства могут быть использованы в отношении нее, так как данные согласия такой информации не содержат. Не присутствовала ФИО1 и на консилиуме врачей, определивших тактику ее лечения, что усматривается из консилиума по обследованию и лечению <данные изъяты> больного ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» от 19.01.2018 (т.1 л.д.48).

Суд считает, что ФИО1, узнав о том, что она больна <данные изъяты>, испытала сильнейшие нравственные страдания, так как данное заболевание, влечет за собой изменение образа жизни не только самого больного, но и всех членов его семьи. Понимание того, что она <данные изъяты>, привело к ухудшению ее самочувствия. Кроме того, после повторной операции ФИО1 испытывала постоянный дискомфорт, ей необходимо было посещать врачей, принимать лекарственные препараты, что также не могло не отразиться на привычном для нее образе жизни. В настоящее время она продолжает лечение и наблюдение у врача гинеколога.

На основании ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.32 аб.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

На основании изложенного суд пришел к выводу, что именно действиями сотрудников ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» (установление ошибочного диагноза и проведение в связи с этим непоказанного хирургического лечения) ФИО1 был причинен моральный вред (физические и нравственные страдания), выразившийся в сильной физической боли непосредственно после операции, болезненном течении послеоперационного периода, самом процессе лечения, длительном процессе реабилитации и необходимости продолжить лечение и обследование. До настоящего времени полного излечения не наступило, что не позволяет истцу вести полноценный образ жизни.

Данный вывод подтверждается исследованными в суде медицинскими документами, содержащими сведения о лечебных, диагностических и профилактических процедурах, которые ФИО1 вынуждена была пройти для восстановления своего здоровья.

С учетом изложенного, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, а также учитывая иные обстоятельства: степень физических и нравственных страданий истца ФИО1, принимая во внимание, что ответчик является бюджетным учреждением Тульской области взыскать с ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей. При этом считает чрезмерно завышенным требования ФИО1 о взыскании в счет компенсации морального вреда денежной суммы в размере 700000 рублей.

Рассматривая требования истца о взыскании материального ущерба в виде расходов на медицинское обследование в сумме 3730 рублей, расходов на приобретение лекарственных препаратов в сумме 13599 рублей, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ч.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В судебном заседании было установлено из пояснений истца и подтверждается чеками об оплате лекарственных препаратов (т.1 л.д.140-142, т.4 л.д.89-92, 97), что истцом на указанную сумму приобретались лекарственные препараты, связанные не только с лечением послеоперационных последствий, но и других заболеваний истца, а так же средства личной гигиены.

Кроме того, судом установлено, что ФИО1 по назначению врача проходила ряд платных обследований, в том числе органов желудочно-кишечного тракта, молочных желез, которые не связаны непосредственно с последствиями проведенной ей операции по <данные изъяты>. Так же она, проходила дополнительные платные консультации врача <данные изъяты>, при этом состояла на учете в ГУЗ «<данные изъяты>» и имела возможность получать данную медицинскую помощь бесплатно. Факт прохождения истцом предоперационных и послеоперационных медицинских исследований, назначенных врачом, подтверждается договорами на оказание платных медицинских услуг, результатами обследований, копиями чеков об оплате (т.1 л.д.99-130, т.4 л.д.29-80).

Кроме того, с целью восстановления своего нарушенного права и последующего обращения в суд, для определения принадлежности биологического материала ФИО1 или иному лицу, истец понесла расходы на проведение исследований гистологических препаратов в размере 27033 рубля 33 копейки (т.1 л.д.94-98, л.д.131-134, т.4 л.д.16-26).

Сопоставив представленные платежные документы с фактическими обстоятельствами дела, пояснениями сторон, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца и взысканию с ответчика в пользу истца материального ущерба в виде: расходов на приобретение лекарственных средств в сумме 5625 рублей, расходов на проведение медицинских предоперационных и послеоперационных обследований в сумме 28103 рубля, расходы на проведение консультаций и исследований гистологических препаратов в размере 27033 рубля 33 копейки.

Также суд принимает во внимание положения п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителей, согласно которым при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п.6 ст.13 Закона о защите прав потребителей).

Судом установлено и из материалов дела следует, что несмотря на то, что медицинские услуги ответчиком оказывались ФИО1 бесплатно, в связи с некачественным предоставлением данных услуг, истец была вынуждена нести материальные затраты на восстановление своего здоровья в послеоперационный период и обращаться в платные медицинские учреждения за счет собственных средств. Поскольку ответчик ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» не было лишено возможности урегулирования спора до вынесения судом решения, что могло бы исключить применение п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей», с него в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию штраф в размере 50% от взысканных судом - 230380 рублей за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Разрешая требования истца о возмещении судебных расходов, суд учитывает, что согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В судебном заседании было достоверно установлено, что истец с целью предоставления суду и сторонам по делу доказательств в обоснование своих требований, понес расходы по изготовлению ксерокопий документов в размере 5434 рублей (т.1 л.д.135-139, т.4 л.д.81-86), почтовые расходы в сумме 557 рублей (т.1 л.д.143-147, т.4 л.д.87-88, 92-96), что подтверждается квитанциями об оплате, договорами на предоставление услуг.

На основании изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении данных требован й истца в полном объеме.

Согласно ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 10171 рубль 32 копейки.

Исходя из изложенного, заявленные ФИО1 требования подлежат частичному удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО1 к ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате оказания некачественной медицинской помощи, расходов на лечение, судебных расходов, штрафа, предусмотренного законодательством о защите прав потребителей - удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Новомосковская городская клиническая больница» (ИНН <***>, КПП 711601001, ОГРН <***>, дата регистрации 22.07.2002, адрес: 301650, <...>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки <данные изъяты> 697132 (шестьсот девяносто семь тысяч сто тридцать два) рубля 36 копеек, из которых:

- 400000 (четыреста тысяч) рублей, в счет компенсации морального вреда;

- 27033 (двадцать семь тысяч тридцать три) рубля 36 копеек, в счет компенсации расходов на проведение гистологических исследований;

- 28103 (двадцать восемь тысяч сто три) рубля, в счет компенсации расходов на обследование;

- 5625 (пять тысяч шестьсот двадцать пять) рублей, в счет компенсации расходов на приобретение лекарственных препаратов;

- 230380 (двести тридцать тысяч триста восемьдесят) рублей - штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя,

- 5434 (пять тысяч четыреста тридцать четыре) рубля в счет возмещения расходов по копированию документов,

- 557 (пятьсот пятьдесят семь) рублей в счет возмещения почтовых расходов,

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Новомосковская городская клиническая больница» государственную пошлину в доход муниципального образования Кимовский район Тульской области в размере 10171 (десять тысяч сто семьдесят один) рубль 32 копейки.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Кимовский городской суд Тульской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: