Решение № 2-3253/2025 2-83/2026 2-83/2026(2-3253/2025;)~М-1757/2025 М-1757/2025 от 26 января 2026 г. по делу № 2-3253/2025

Дело № 2- 83/2026

22RS0065-01-2025-003342-93


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 января 2026 года город Барнаул

Индустриальный районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Лопуховой Н.Н.,

при секретареШариповой Т.А.,

с участием представителя истца ФИО8, представителя ответчика ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (истец) обратился в Индустриальный районный суд г. Барнаула с иском к ФИО3 (ответчик) о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), в размере 287 218 рублей, а также судебных расходов в размере 52 517 рублей, в том числе по оплате государственной пошлины в размере 9 617 рублей, по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей, услуг по оценке ущерба в размере 10 000 рублей и оформлению доверенности вразмере 2 900 рублей.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 07:45 часов в районе <адрес> произошло ДТП, с участием автомобиля <данные изъяты>, под управлением истца, принадлежащего ему на праве собственности, и автомобиля <данные изъяты>, под управлением ответчика, принадлежащего ему на праве собственности (гражданская ответственность застрахована по договоруОСАГО ФИО1 в АО «МАКС»).

Согласно информации, изложенной в извещении о ДТП, столкновение произошло при следующих обстоятельствах: автомобиль <данные изъяты> под управлением водителя ФИО2 двигался по проезжей части <адрес> от <адрес> в сторону <адрес> по своей траектории. Неожиданно для ФИО2 автомобиль <данные изъяты> под управлением водителя ФИО3, выезжая с прилегающей территории, не уступил дорогу автомобилю <данные изъяты> в результате чего допустил столкновение с ним. Таким образом, ДТП произошло по вине водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 в результате несоблюдения им требований п. 8.3. ПДД.

Документы о ДТП были оформлены в соответствии с п. 6 ст.11.1 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - ФЗ «Об ОСАГО») без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, с заполнением бланка извещения о ДТП и передачей в АИС ОСАГО данных о ДТП, зафиксированных с помощью специализированного мобильного приложения.

В результате ДТП автомобилю <данные изъяты> причинены механические повреждения.

АО «МАКС» признало ДТП страховым случаем и осуществило в пользу ФИО2 страховую выплату в размере 400 000 рублей, т.е. исполнило обязательство по договору ОСАГО в полном объеме (ст.ст.7, 12, 14.1 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», далее - ФЗ «Об ОСАГО»).

Согласно заключению эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ *** сумма ущерба, причиненного повреждением автомобиля <данные изъяты> составляет 687 218 рублей. При этом из заключения эксперта следует, что в результате ДТП наступила полная гибель автомобиля, т.к. стоимость его восстановления составляет 1 237 024 рублей, что превышает стоимость автомобиля до ДТП (792 000 рублей); стоимость остатков автомобиля, годных к реализации, составляет 104 782 рублей. В связи с чем, размер ущерба, причиненного повреждением автомобиля <данные изъяты> исчислен по формуле: рыночная стоимость автомобиля минус стоимость годных остатков (1 237 024 рублей - 104 782 рублей).

Таким образом, разница между страховой выплатой и фактическим ущербом, причиненным истцу в ДТП, составляет 287 218 рублей (687 218 рублей – 400 000 рублей).

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно п.23 ст.12 ФЗ «Об ОСАГО» и его толкованию, приведенному в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 №31, причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда.

В силу п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (например, использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

С учетом изложенного, ввиду того, что фактический размер причиненного в ДТП ущерба превышает установленный ст. 7 ФЗ «Об ОСАГО» максимально допустимый размер страхового возмещения, ФИО2 имеет право на возмещение ущерба в сумме 287 218 рублей (т.е. в части, не покрываемой страховой выплатой), за счет имущественной сферы владельца автомобиля <данные изъяты> как источника повышенной опасности, при использованиикоторого причинен вред.

При таких обстоятельствах возместить истцу ущерб, причиненный в ДТП, в части, не покрываемой страховой выплатой по договору ОСАГО, обязан ответчик ФИО3 как собственник автомобиля <данные изъяты> (законный владелец источника повышенной опасности) (ст.ст.15, 1064, 1072, 1079 ГК РФ, п.23 ст.12 ФЗ «Об ОСАГО»).

Изложенное явилось основанием для обращения ФИО2 в суд с настоящим исковым заявлением (п.1 ст.11 ГК РФ).

При этом истцом понесены судебные расходы на общую сумму 52 517 рублей, а именно: ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 оплатил услуги <данные изъяты> по оценке ущерба, причиненного повреждением автомобиля <данные изъяты> стоимость которых составила 10 000 рублей, что подтверждается платежным поручением ***. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключил договор возмездного оказания юридических услуг с ООО «АВАРКОМ СЕРВИС», по условиям которого ООО «АВАРКОМ СЕРВИС» обязалось подготовить и предъявить в суд исковое заявление о возмещении ущерба, причиненного повреждением транспортного <данные изъяты> в результате ДТП, произошедшего в <адрес>) ДД.ММ.ГГГГ, и осуществлять правовое сопровождение предъявленного иска в суде первой инстанции (п. 1.2 договора). Стоимость услуг по договору составила 30 000 рублей (п.3.1 договора), которые оплачены истцом в полном объеме, что подтверждается кассовым чеком. За нотариальное оформление доверенности на представителей ФИО2 A.С. оплатил 2 900 рублей, что подтверждается квитанцией. Доверенность от ДД.ММ.ГГГГ № *** не носит универсальный характер. Из ее содержания следует, что данная доверенность выдана для участия представителей в суде по ведению гражданского дела о взыскании материального ущерба, причиненного повреждением автомобиля <данные изъяты> результате ДТП, произошедшего в <адрес>) ДД.ММ.ГГГГ При таких обстоятельствах расходы истца за нотариальное оформление доверенности в размере 2 900 рублей являются издержками, понесенными в связи с рассмотрением настоящего дела, несение которых истцу необходимо для защиты своих прав, и подлежат возмещению ответчиком. А также, за рассмотрение искового заявления истцом оплачена государственная пошлина в размере 9 617 рублей, что подтверждается чеком от ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с изложенным и в соответствии с ч. 1 ст. 88, ст. 94, ч. 1 ст. 98, ст. 100 ГПК РФ вышеуказанную сумму в счет возмещения понесенных истцом расходов по оплате государственной пошлины, услуг по оценке ущерба, юридических услуг и расходов по оформлению доверенности на представителей, в случае полного или частичного удовлетворения исковых требований, истец также просит взыскать с ответчика.

В ходе рассмотрения дела после проведения судебной экспертизы с учетом выводов представленного заключения истец исковые требования уточнил (л.д. 110-114 том 2), в окончательном варианте просил взыскать с ответчика сумму ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 146 243 рубля, а также судебные расходы в общем размере 48 287 рублей, в том числе по оплате государственной пошлины в размере 5 387 рублей, по оплате юридических услуг в размере 30 000 рублей, услуг по оценке ущерба в размере 10 000 рублей и оформлению доверенности в размере 2 900 рублей.

При этом в обоснование уточненного иска, помимо ссылки на выводы заключения судебной экспертизы, истец указал на необоснованность доводов ответчика о том, что в его действиях имеются нарушения предписаний знаков дорожного движения 5.15.4, поскольку такой знак указывает на начало полосы, но не ограничивает право водителя на движение прямо, если это не запрещено иными специальными знаками. Отсутствие нарушение ПДД со стороны истца и его преимущество в движении подтверждены документально материалами дела и экспертным заключением.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения. Ранее, при участии в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ заявленные требования поддержал, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ двигался по <адрес> от <адрес> в сторону <адрес>, движение на этом участке было плотное, скопилась «пробка». До перекрестка <адрес> был установлен знак о повороте налево с <адрес> в сторону <адрес>, в связи с чем ФИО2.С. перестроился и начал движение по знаку, по прямой, но в этот момент в него въехал автомобиль ответчика. Истец не успел предпринять меры к торможению, поскольку ответчик оказался на его полосе неожиданно. Автомобиль ответчика ФИО2 увидел только тогда, когда произошло столкновение, в правой полосе движения автомобили стояли в «пробке», а высокий автомобиль, находившийся в крайней правой полосе перед истцом, загораживал видимость, из-за которого ответчик, по мнению истца, его тоже не видел. Конструктивные изменения в свой автомобиль истец не вносил, его ремонт производил с использованием новых и оригинальных запасных частей.

В судебном заседании представитель истца настаивала на удовлетворении уточненных исковых требований в полном объеме по доводам, изложенным в иске. Сумму понесенных истцом в рамках рассмотрения настоящего дела судебных расходов представитель истца просила взыскать в полном объеме, за исключением расходов по оформлению нотариальной доверенности.

Ответчик в судебное заседание также не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения. Ранее, при участии в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ против удовлетворения исковых требований возражал, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он на принадлежащем ему автомобиле, направляясь на работу, выезжал из гаражей. Данный выезд какими-либо знакам не регулируется, на тот момент, когда ответчик выезжал на <адрес>, левая полоса движения была полностью занята. ФИО3 выезжал осторожно, он немного выехал из-за автомобиля, который его выпускал, чтобы оценить обстановку, и через 15-20 секунд после этого произошел удар. На момент выезда ответчика с территории гаража и с правой стороны, и с левой стороны находились автомобили, которые препятствовали обзору, в связи с чем ответчик остановился, чтобы убедиться в безопасности своего маневра, а потом случился удар. Также ответчик указал, что подписал схему ДТП, поскольку на тот момент был в расстроенном состоянии после ДТП, но в дальнейшем, оценив ситуацию полностью, понял, что в его автомобиль пришелся удар, когда он уже стоял и не двигался, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований просил отказать.

Представитель ответчика в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, ссылаясь на то, что истец перед ДТП двигался по встречной полосе дорожного движения, соответственно, он должен был проявить большую бдительность в имевшей место дорожной обстановке. Маневр, который истец совершил, был направлен на преодоление препятствия, а именно «пробки», истец просто решил ее объехать, и именно его маневр послужил причиной рассматриваемого ДТП. Сторона ответчика не оспаривает, что, возможно, в действиях ответчика была некая неосмотрительность, как и в действиях истца, в связи с чем, в данном случае имеет место обоюдная вина сторон спора. Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель пояснял, что появление истца было внезапным, а скорость его автомобиля - значительной, фактически истец намеренно допустил столкновение с целью получения финансовой выгоды, о чем свидетельствует обстоятельство того, что размер ущерба на сегодняшний день фактически посчитан исходя из рыночной стоимости его автомобиля, который, якобы, находится в состоянии полной гибели, но при этом данный автомобиль в прекрасномсостоянии, и его восстановительный ремонт не превышает 300 000 рублей. Рыночная стоимость спорного автомобиля составляет около 600 000 рублей, истец получил страховую выплату в размере 400 000 рублей и при этом требует взыскания денежных средств с ответчика, в виду чего, по мнению представителя ответчика, ФИО2 злоупотребляет своими правами, в связи с чем к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению положения ст. 10 ГК РФ. Также ответчик полагает, что рыночная стоимость автомобиля, который на протяжении 10-ти лет ремонтируется запасными частями, бывшими в употреблении, и деталями, которые принадлежат другим автомобилям других моделей, попадает в частые ДТП, по рынку значительно ниже той, которую определяет истец. В случае удовлетворении исковых требований представитель ответчика просила разделить сумму ущерба с учетом степени вины каждого из водителей в ДТП, а также снизить размер взыскиваемых судебных расходов. Кроме того, в судебном заседании представитель ответчика выразила несогласие с выводами представленного заключения судебной экспертизы, полагала, что исследование было проведено экспертами не в полном объёме, в автотехнической части эксперт не исследовал все материалы дела в полном объёме, в частности, проигнорировал схему ДТП, составленную аварийным комиссариатом. При проведении исследования в товароведческой части, эксперт изучил не все материалы дела. Автомобиль, который принадлежит истцу, фактически «пересобран» заново, многие запасные части были заменены неоднократно, поэтому при его ремонте не могут быть использованы новое запасные части, тогда как эксперт не учел данный момент. Рыночную стоимость транспортного средства эксперт также установил с учетом стоимости аналогов, что влечет необоснованность произведенных экспертом расчетов.

Представитель третьего лица АО «МАКС» в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав представителей истца, ответчика, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения уточненных исковых требований, исходя из следующего.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 45 минут в районе <адрес> в <адрес> имело место ДТП с участием транспортных средств <данные изъяты> под управлением ФИО2, и <данные изъяты>, под управлением ФИО3

Согласно сведениям ФИС ГАИ, представленным в материалы дела по запросу суда, на момент ДТП собственником транспортного средства <данные изъяты>, являлся ФИО2, автомобиль <данные изъяты>, принадлежал на праве собственности ФИО3 (л.д. 40-41 том 1).

Автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты> – ФИО2 на момент ДТП не была застрахована.

Автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты> – ФИО3 на момент происшествия была застрахована по договору ОСАГО в АО «МАКС», полис № *** (л.д. 9 том 1).

По факту указанного происшествия составлена схема места ДТП, сотрудниками органов ГИБДД отобраны объяснения участников столкновения.

Так, из объяснений ФИО2, представленных в административном материале, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 45 минут он, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигался по <адрес> от <адрес> в направлении <адрес>. В районе дома по <адрес> попал в «пробку». В зоне действия знака 5.15.4 перестроился в левую полосу и продолжил движение к перекрестку <адрес> домом *** из проезда выехал автомобиль <данные изъяты> не уступив дорогу ФИО2, в результате чего произошло столкновение в переднее левое колесо автомобиля <данные изъяты>

Из объяснений ФИО3, представленных в административном материале, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 45 минут он, управляя автомобилем <данные изъяты>, выезжал от гаражей по <адрес> повороте налево из-за стоящего в правом ряду автомобиля ФИО3 не увидел автомобиль <данные изъяты> который двигался вторым рядом, и допустил столкновение с ним.

Определением инспектора ГИАЗ ГАИ УМВД России по г. Барнаулу № *** от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителя ФИО3 отказано ввиду отсутствия в его действиях состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ).

Из материалов дела следует, что в результате ДТП автомобилю Тойота Марк 2 причинены механические повреждения.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, на момент ДТП автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты> – ФИО3 была застрахована по договору ОСАГО.

В связи с тем, что в результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в АО «МАКС» с заявлением о страховом возмещении по договору ОСАГО, предоставив документы, предусмотренные Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденными Положением Банка России от 01.04.2024 N 837-П (л.д. 97-98 том 1).

В ту же дату (ДД.ММ.ГГГГ) между АО «МАКС» (страховщик) и ФИО2 (заявитель) заключено соглашение, согласно которому стороны пришли к соглашению о том, что при признании страховщиком заявленного события страховым случаем по договору ОСАГО и установлении им оснований для осуществления заявителю страхового возмещения осуществляется в денежной форме в сроки и порядке, установленные Законом об ОСАГО (л.д. 102 том 1).

По поручению страховой компании произведен осмотр автомобиля <данные изъяты>, о чем составлен соответствующий акт (л.д. 102-103 том 1), на основании которого по результатам специалистами <данные изъяты> подготовлено экспертное заключение *** от ДД.ММ.ГГГГ, определено, что расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты> с учетом требований, установленных Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Банком России ДД.ММ.ГГГГ ***-П (далее – Единая методика), составляет 611 700 рублей, размер затрат на восстановительный ремонт с учетом износа – 345 900 рублей (л.д. 88-96 том 1).

ДД.ММ.ГГГГ страховая компания произвела заявителю выплату страхового возмещения в размере 345 900 рублей, что подтверждается платежным поручением *** от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 117 оборот, том 1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в АО «МАКС» с претензией о выплате страхового возмещения, в удовлетворении которой страховщиком было отказано (л.д. 66 том 1).

Не согласившись с решением страховой компании, ФИО2 обратился к уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, микрофинансирования, кредитной кооперации и деятельности кредитных организаций (далее – финансовый уполномоченный), с требованием о взыскании с АО «МАКС» доплаты страхового возмещения по договору ОСАГО в размере 54 100 рублей (л.д. 125-127 том 1).

Решением финансового уполномоченного № *** от ДД.ММ.ГГГГ требование ФИО2 к АО «МАКС» о взыскании доплаты страхового возмещения по договору ОСАГО удовлетворено, с АО «МАКС» в пользу ФИО2 взыскано страховое возмещение в размере 54 100 рублей (л.д. 128-136 том 1).

Принимая указанное решение, финансовый уполномоченный руководствовался заключением эксперта <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № ***, согласно которому, все заявленные повреждения на автомобиле <данные изъяты> соответствуют обстоятельствам рассматриваемого ДТП, а также заключением эксперта <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> из которого следует, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте, составляет 749 700 рублей, с учетом износа – 442 700 рублей. Среднерыночная стоимость транспортного средства на дату рассматриваемого события составила 803 400 рублей, в связи с чем довзыскал в пользу истца сумму страхового возмещения в размере 54 100 рублей из расчета 400 000 рублей – 345 900 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ АО «МАКС» произвело доплату ФИО2 суммы страхового возмещения на основании решения финансового уполномоченного в размере 54 100 рублей, что подтверждается платежным поручением *** от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 118 том 1).

Таким образом, общий размер выплаченного истцу страхового возмещения составил 400 000 рублей.

С целью определения действительного размера затрат на проведение восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты>, ФИО2 обратился в экспертное учреждение.

По поручению истца экспертами <данные изъяты> произведен расчет стоимости восстановительного ремонта транспортного средства <данные изъяты> в соответствии с методическим руководством для судебных экспертиз «Методические рекомендации по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки» ФБУ «Российский Федеральный центр судебной экспертизы», МинюстРФ, 2018 г., подготовлено экспертное заключение *** от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15-29 том 1), согласно которому стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля истца, полученных в результате ДТП от ДД.ММ.ГГГГ составляет 1 237 024 рубля, рыночная стоимость транспортного средства до ДТП – 792 000 рублей, стоимость годных к реализации остатков – 104 782 рубля. Таким образом, сумма ущерба, причиненного автомобилю истца в результате ДТП, с учетом округлений составляет 687 218 рублей.

Ссылаясь на то, что полученной страховой выплаты недостаточно для возмещения всех убытков, причиненных в результате ДТП, истец обратился в суд с настоящим иском о взыскании с ответчика суммы материального ущерба в размере 287 218 рублей, расчет которой произведен истцом с учетом вывода о полной гибели автомобиля <данные изъяты> учитывая, что его рыночная стоимость до ДТП менее стоимости его восстановительного ремонта, в виде разницы между рыночной стоимостью транспортного средства до ДТП (792 000 рублей), стоимостью годных к реализации остатков (104 782 рубля) и выплаченным АО «МАКС» страховым возмещением в общем размере 400 000 рублей, основывая свои требования на выводах вышеприведенного экспертного заключения.

Стороны ответчика в ходе рассмотрения дела против удовлетворения исковых требований возражала, полагая, что вина ФИО3 в рассматриваемом ДТП отсутствует, в обоснование своих доводов представив показания свидетеля ФИО5, который суду показал, что в день ДТП он ехал в гаражный кооператив по <адрес>, чтобы приобрести запасные части, пути следования двигался за красным автомобилем под управлением ответчика, который выезжал на дорогу (на <адрес>), совершая маневр поворота налево. Вторую полосу с его ракурса было видно плохо. Когда автомобили из крайнего правого ряда пропустили ответчика, он немного продвинулся и остановился, после чего секунд через 15-20 со второй полосы в него въехал черный автомобиль. Подавал ли в момент ДТП звуковой сигнал автомобиль черного цвета, чтобы предотвратить ДТП, свидетель не знает, он этого не слышал. Погода на момент ДТП была ясная, наледи на асфальте не было. ДТП произошло в сентябре или октябре 2024 г., точную дату ФИО5 не помнит.

Также представители ответчика в ходе рассмотрения дела оспаривали и размер ущерба, причиненного истцу в результате ДТП, полагая, что он завышен, в связи с чем ходатайствовали о проведения судебной экспертизы.

На основании заявленного ходатайства определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная автотовароведческая, автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта ***, *** от ДД.ММ.ГГГГ, механизм развития ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 07:45 часов в районе <адрес> в <адрес> с участием транспортного средства <данные изъяты>, под управлением ФИО2 A.С., и транспортного средства <данные изъяты>, под управлением ФИО3, следующий: перед столкновением автомобиль <данные изъяты>, осуществлял движение по крайней левой полосе проезжей части <адрес>, предназначенной для движения в направлении от <адрес> в сторону <адрес>, с неустановленной скоростью. Автомобиль <данные изъяты>, выезжал с прилегающей территории, расположенной справа по ходу движения автомобиля <данные изъяты> выполняя маневр поворота налево на <адрес>, пересекал крайнюю правую полосу проезжей части <адрес>, на которой стояли автомобили в пробке.

В момент первичного контакта автомобиль <данные изъяты> контактировал своей передней стороной с левым передним углом автомобиля <данные изъяты>. При этом продольные оси указанных автомобилей могли располагаться под углом больше 90о. Определить точно значение этого угла не представляется возможным. Масштабный чертеж автомобиля <данные изъяты> (вид сверху) отсутствует. Автомобиль <данные изъяты> восстановлен.

B процессе контактирования произошел разворот передней части автомобиля <данные изъяты> по направлению движения часовой стрелки, при этом автомобиль <данные изъяты> продвинулся вперед и влево по ходу своего движения. После чего автомобили заняли конечное положение, зафиксированное на схеме места ДТП от ДД.ММ.ГГГГ и на фотоснимках с места ДТП.

Определить точное расположение на проезжей части места столкновения автомобилей <данные изъяты>, а также расположение их продольных осей относительно границ проезжей части экспертным путем не представилось возможным. Вместе с тем, исходя из вещной обстановки (конечного положения автомобилей относительно друг друга и границ проезжей части, расположения осыпи фрагментов деталей автомобилей на проезжей части, следа волочения фрагмента переднего бампера автомобиля <данные изъяты>), наблюдаемой на фотоснимках с места ДТП и схеме можно говорить о том, что место столкновения расположено на полосе движения автомобиля <данные изъяты> т.е. в районе крайней левой полосы движения проезжей части <адрес>, предназначенной для движения в направлении от <адрес> в сторону <адрес>, до конечного положения автомобиля <данные изъяты> по ходу его движения.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> должен был руководствоваться требованиями п. 8.3 ПДД РФ, а водитель автомобиля <данные изъяты> - требованиями п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ.

Так как решить вопрос, имел ли водитель автомобиля <данные изъяты> техническую возможность избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты> с момента возникновения ему опасности для движения путем своевременного торможения, эксперту не представилось возможным, то установить, соответствовали ли действия водителя автомобиля <данные изъяты> требованиям п. 10.1 абзац 2 ПДД РФ, также не представляется возможным.

С технической точки зрения действия водителя автомобиля <данные изъяты> не соответствовали требованиям п. 8.3 ПДД РФ.

C технической точки зрения водитель автомобиля <данные изъяты> имел возможность избежать столкновения, руководствуясь в своих действиях требованиями п. 8.3 ПДД РФ, т.е. при выезде с прилегающей территории на проезжую часть <адрес>, уступив дорогу автомобилю <данные изъяты>, движущемуся по ней.

Определить экспертным путем скорость движения автомобиля <данные изъяты> в момент возникновения опасности для движения водителю не представилось возможным по причине отсутствия фиксации в представленных материалах следов торможения данного транспортного средства.

В ходе рассмотрения дела водитель указанного транспортного средства указал, что он двигался со скоростью 15-20 км/ч, меры торможения предпринять не успел, так как автомобиль <данные изъяты> выехал неожиданно для него, сразу произошло столкновение. Автомобиль <данные изъяты> он увидел только тогда, когда он уже врезался.

Как указано выше, в ходе исследования установлено, что автомобиль <данные изъяты> в момент столкновения находился в движении, и угол между их продольными осями в момент первичного контакта составлял более 90о, то есть по характеру взаимного сближения столкновение носило встречный характер. Автомобиль <данные изъяты> двигался по дуге, выезжая из-за стоящего в крайнем правом ряду проезжей части <адрес> автомобиля.

Таким образом, решить экспертным путем вопрос о том, имел ли водитель автомобиля <данные изъяты> техническую возможность избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты> с момента возникновения ему опасности для движения путем своевременного торможения не представилось возможным, поскольку неизвестно точное расположение автомобиля <данные изъяты> относительно автомобиля, стоящего в крайнем правом ряду проезжей части <адрес>, при его проезде; неизвестна точная траектория движения автомобилей <данные изъяты> с момента проезда автомобиля, стоящего в крайнем правом ряду проезжей части <адрес>, до момента столкновения; неизвестен боковой интервал между автомобилем, стоящим в крайнем правом ряду проезжей части <адрес>, и автомобилем <данные изъяты> в процессе его движения; неизвестна марка автомобиля, стоящего в крайнем правом ряду проезжей части <адрес>, перед которым двигался автомобиль <данные изъяты> неизвестна скорость движения автомобиля <данные изъяты> отсутствуют данные о координатах расположения рабочего места водителя в автомобиле <данные изъяты>

Так как решить вопрос, имел ли водитель автомобиля <данные изъяты> техническую возможность избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты> с момента возникновения ему опасности для движения путем своевременного торможения не представилось возможным, то установить, соответствовали ли действия указанного водителя требованиям п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ, также не представляется возможным.

По этой же причине не представляется возможным решить вопрос о том, действия какого водителя транспортного средства с технической точки зрения находятся в причинной связи с данным происшествием.

Можно лишь говорить о том, что, если водитель автомобиля <данные изъяты> не имел технической возможности избежать столкновения путём своевременного торможения с автомобилем <данные изъяты>, то с технической точки зрения в причинной связи с данным происшествием будут находиться действия водителя автомобиля <данные изъяты>, если имел, то действия водителя автомобиля <данные изъяты>

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации преимущество в движении имел водитель автомобиля <данные изъяты>

Согласно заключению эксперта *** от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, в результате ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с Методикой Минюста 2018 года, составляет:

- без учета износа - 1 248 100 рублей;

- с учетом износа - 361 100 рублей.

Рыночная стоимость автомобиля <данные изъяты>, составляет 617 500 рублей.

Стоимость годных остатков автомобиля <данные изъяты>, поврежденного при ДТП ДД.ММ.ГГГГ, составляет 71 257 рублей.

Разрешая вопрос о том, какова стоимость восстановительного ремонта повреждений, причиненных транспортному средству <данные изъяты> в результате ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, с учетом наиболее разумного и распространенного в обороте и менее затратного способа исправления, эксперт указал, что понятие «разумный способ восстановления ТС» не входит в компетенцию эксперта по специальности 18.1 «Исследование транспортных средств, в целях определения их стоимости и стоимости восстановительного ремонта», поэтому указанный вопрос рассматривался им как определение размера подлежащего выплате возмещения путем расчета стоимости восстановительного ремонта КТС с учетом применения оптимальных способов восстановления повреждений, исходя из их объема и характера, а также технического состояния КТС до повреждения, технических, экономических и правовых требований в части ремонта.

В сложившейся практике ремонта транспортных средств, находящихся на постгарантийном сроке эксплуатации, повсеместно используются неоригинальные запасные части (дубликаты, аналоги), а также запасные части, бывшие в употреблении, что не противоречит требованиям, предъявляемых к безопасности колесных транспортных средств (за исключением элементов, непосредственно влияющих на безопасность движения, к которым относятся подушки и ремни безопасности, тормозная система, рулевое управление и т.д.).

С точки зрения восстановления доаварийного состояния не гарантируется, что применение деталей неоригинальных вернет те же потребительские свойства, которые имелись до повреждения автомобиля.

C точки зрения технической возможности ремонта применение неоригинальных запасных частей, а также запасных частей бывших в употреблении изготовителем транспортных средств не запрещается. Завод изготовитель не рекомендует использовать неоригинальные запасные части, но запрета на применение таких деталей нет.

Действующая редакция методики Минюста России не предусматривает использование неоригинальных и бывших в эксплуатации запасных частей при расчёте расхода на ремонт в целях возмещения ущерба, поэтому определить стоимость восстановительного ремонта с использованием таких запасных частей, не представляется возможным.

Стоимость восстановительного ремонта в настоящем экспертном заключении рассчитана с учетом оптимальных способов восстановления повреждений исходя из их объема и характера, а также технического состояния КТС до повреждения, уровня технической базы ремонта в регионе, технических, экономических и правовых требований в части ремонта, обобщенных в Методических рекомендациях.

В этой связи эксперт пришел к выводу, что другие более разумные и распространенные в обороте способы исправления установленных повреждений, чем те, что установлены в настоящем заключении, отсутствуют.

Оценив представленные заключения, суд полагает, что оснований сомневаться в достоверности выводов экспертизы не имеется, заключения отвечают требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержат подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные, установленные в результате исследования, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, фотоматериалы, исследуемые объекты. Заключения содержат ссылки на действующие нормативные документы, на источник информации, описание объектов исследования, описание методов исследования, выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Эксперты предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований сомневаться в компетентности экспертов и достоверности судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку квалификация и полномочия судебных экспертов проверены надлежащим образом. Заключения являются полными, не содержат противоречий. Нарушений норм процессуального права при проведении судебной экспертизы не установлено.

Достоверных данных, подвергающих сомнению правильность и обоснованность выводов экспертов, в ходе рассмотрения дела представлено не было. На наличие каких-либо конкретных нарушений, допущенных экспертом при проведении экспертизы, а также неточностей выводов, стороны не указывали.

Доводы представителя ответчика относительно необъективности, неполноты выводов судебной автотехнической, автотовароведческой экспертизы, изложенные в судебном заседании в устном ходатайстве о вызове экспертов для допроса в судебное заседание, какими-либо доказательствами не подтверждаются, достоверных данных, подвергающих сомнению правильность и обоснованность выводов экспертов, в ходе рассмотрения дела, помимо приведенных представителем ответчиком доводов, представлено не было. Таким образом, такие доводы сами по себе о необоснованности представленного заключения не свидетельствуют, поскольку фактически сводятся к несогласию с выводами экспертизы и оценке доказательств по делу.

Поскольку стороной ответчика не приведено доводов, дающих основания сомневаться в правильности либо обоснованности экспертного заключения, как и не представлено доказательств, свидетельствующих о недостаточной ясности или неполноте заключения, суд не усмотрел оснований для вызова и допроса в судебном заседании экспертов, подготовивших названные заключения, отклонив соответствующее ходатайство представителя ответчика, заявленное в судебном заседании.

Ходатайств о проведении дополнительной, повторной судебной экспертизы сторонами заявлено не было.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключения судебной экспертизы отвечают принципам относимости, допустимости, достоверности доказательств, оснований сомневаться в его правильности не имеется, а потому суд основывает на них свое решение.

С учетом выводов представленного заключения автотехнической экспертизы суд полагает необходимым отметить следующее.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу, установленному ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, основанием гражданско-правовой ответственности является правонарушение, т.е. противоправное, виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, по смыслу приведенной правовой нормы, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник.

Из смысла положений норм статей 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для наступления деликтной ответственности в общем случае необходимы четыре условия: наличие вреда; противоправное поведение (действие, бездействие) причинителя вреда; причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом; вина причинителя вреда.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, размер ущерба, а также причинно-следственную связь между противоправным поведением ответчика и наступившими последствиями, тогда как на ответчика возложено бремя опровержения вышеуказанных фактов, а также доказывания отсутствия вины.

Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090 (далее – ПДД РФ), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 ПДД РФ, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

При выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает (п. 8.3 ПДД РФ).

Согласно п. 10.1 ПДД РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Как указано выше, обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывал на то, что вина в рассматриваемом ДТП лежит на ответчике, который, выезжая с прилегающей территории, не уступил дорогу автомобилю Тойота Марк 2, нарушив тем самым п. 8.3. ПДД РФ, в результате чего допустил столкновение с автомобилем истца.

Представитель ответчика в ходе рассмотрения дела, в том числе после проведения судебной экспертизы, возражая против удовлетворения исковых требований, указывала, что истец перед ДТП двигался по встречной полосе дорожного движения, соответственно, он должен был проявить большую бдительность в имевшей место дорожной обстановке. Маневр, который истец совершил, был направлен на преодоление препятствия, а именно «пробки»,, и именно он послужил причиной рассматриваемого ДТП. Также представитель ответчика указала, что в действиях ответчика, возможно, была некая неосмотрительность, как и в действиях истца, в связи с чем, в данном случае имеет место обоюдная вина сторон в ДТП.

Принимая во внимание приведенные сторонами доводы в обоснование своей позиции по спору, суд учитывает, что при обращении в суд с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, каждый из причинивших вред владельцев транспортных средств должен доказать отсутствие своей вины в ДТП, и вправе представлять доказательства наличия такой вины другой стороны.

В связи с изложенным факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в указанном ДТП является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. Суд именно в рамках гражданского дела должен установить характер и степень вины участников ДТП при рассмотрении дела о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ).

Причинно-следственная связь представляет собой такое отношение между двумя явлениями, в данном случае нарушение Правил дорожного движения, когда одно явление неизбежно вызывает другое, являясь его причиной.

Вместе с тем суд отмечает, что не всякое нарушение ПДД РФ свидетельствует о наличии причинно-следственной связи с ДТП и, как следствие, влияет на вину того или иного участника в происшествии. Разрешение данного вопроса является исключительной компетенцией суда и не зависит от выводов эксперта.

Суд также отмечает, что, разрешая вопрос о причине ДТП необходимо понимать, что причинная связь подразумевает не только прямую зависимость наступивших последствий от существовавшей причины, но включает и необходимые условия для возникновения такой зависимости, поскольку они (условия) позволяют из отдельных явлений образовываться цепочке причинной связи между непосредственной причиной и логическим следствием.

Одной из основных причин любого происшествия следует считать действия того из участников движения, которые, находятся в противоречии с требованиями ПДД РФ, а также, удовлетворяют условиям необходимости и достаточности для создания опасной ситуации.

При определении степени вины участников ДТП, суд, проанализировав обстоятельства дорожной ситуации в совокупности с приведенными нормативными положениями, а также исследованиями эксперта, проведенными в рамках судебной экспертизы, приходит к выводу о том, что ДТП произошло в результате допущенных водителем ФИО3 нарушений требований п. 8.3 ПДД РФ, который при управлении автомобилем <данные изъяты>,при выездена дорогу (на <адрес>) с прилегающей территории не уступил дорогу транспортному средству (автомобилю <данные изъяты>, под управлением истца), двигавшемуся по ней, путь движения которого он пересекал, в результате чего произошло столкновение между левым передним углом автомобиля <данные изъяты> передней частью автомобиля <данные изъяты>

Допущенные ответчиком нарушения ПДД РФ состоят в прямой причинно-следственной связи с ДТП, что нашло свое подтверждение, в том числе из выводов представленного заключения судебной экспертизы.

Нарушений ПДД РФ в действиях водителя ФИО2, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП, судом, вопреки доводам стороны ответчика, не установлено. При этом, суд полагает необходимым принять во внимание то обстоятельство, что в данной дорожной ситуации приоритетом в движении обладал именно автомобиль <данные изъяты>

При этом судом не принимаются во внимание доводы стороны ответчика о том, что истец перед ДТП двигался по встречной полосе дорожного движения, с целью преодоления препятствия («пробки»), и именно его маневр послужил причиной рассматриваемого ДТП, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих указанные доводы, в материалы дела не представлено, причинно-следственная связь между действиями истца и наступившими последствиями не установлена.

Представитель ответчика, ссылалась на наличие нарушений ПДД РФ в действиях истца, допустимых, достоверных и в совокупности достаточных доказательств своей позиции, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представила, по результатам проведенного исследования в рамках судебной экспертизы эксперт к однозначному выводу о наличии таких нарушений с технической точки зрения (нарушений ПДД в действиях истца, которые бы состояли в причинной связи с рассматриваемым ДТП) не пришел, тогда как нарушение соответствующих правил со стороны ФИО3 и наличие причинно-следственной связи между этими нарушениями и возникновением опасной дорожной ситуации, перешедшей в аварийную, в данном случае сомнений не вызывает, установлено экспертом.

Эксперт однозначно в своем заключении пришел к выводу, что с технической точки зрения действия водителя автомобиля Чанган не соответствовали требованиям п. 8.3 ПДД РФ, и ответчик имел возможность избежать столкновения, руководствуясь в своих действиях требованиями п. 8.3 ПДД РФ, т.е. при выезде с прилегающей территории на проезжую часть <адрес>, уступив дорогу автомобилю <данные изъяты>, движущемуся по ней.

Доказательств отсутствия вины ФИО3 в ДТП суду не представлено, позиция истца по иску относительно наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и произошедшим столкновением не опровергнута, достоверных сведений о том, что ФИО2 имел техническую возможность избежать ДТП, в материалы дела не представлено и судом не добыто.

Не являются таким доказательством и показания допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО5, поскольку каких-либо конкретных данных, позволяющих с точностью установить наличие причинно-следственной связи между действиями истца и произошедшим столкновением, свидетель не сообщил, при этом сам допрошенный свидетель специалистом в рассматриваемой области (в области автотехнической экспертизы) не является, тогда как его показания в совокупности с иными доказательствами по делу были оценены экспертом в ходе проведенного исследования, однако на его вывод относительно причин рассматриваемого ДТП не повлияли.

Не установлено в ходе рассмотрения дела в действиях истца и грубой неосторожности, более того, умысла на совершение ДТП.

Доводы представителя ответчика о злоупотреблении истцом своими правами, направленности его действий на получение финансовой выгоды также отклоняются судом, поскольку данные доводы объективно не подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательствами, и в целом носят характер субъективной оценки обстоятельств дела стороной ответчика.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что именно ФИО3 является лицом, виновным в причинении вреда имуществу истца.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, на момент ДТП автогражданская ответственность водителя автомобиля <данные изъяты>– ФИО3 была застрахована по договору ОСАГО.

Страховая компания в связи с рассматриваемым ДТП, признанным страховым случаем, произвела ФИО2 страховое возмещение в общем размере 400 000 рублей, исполнив тем самым свои обязательства в рамках договора ОСАГО в соответствии с требованиями Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

В силу положений ч. 1 ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно пункта 2 статьи 937 Гражданского кодекса Российской Федерации, если лицо, на которое возложена обязанность страхования, не осуществило его или заключило договор страхования на условиях, ухудшающих положение выгодоприобретателя по сравнению с условиями, определенными законом, оно при наступлении страхового случая несет ответственность перед выгодоприобретателем на тех же условиях, на каких должно было быть выплачено страховое возмещение при надлежащем страховании.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее – Закон об ОСАГО) договором обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - договор обязательного страхования) является договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно части 1 статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии с пунктом 6 статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Лица, нарушившие установленные настоящим Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда жизни или здоровью потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред. Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков (п. 1).

При причинении вреда имуществу в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению страховщиком убытков потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховое возмещение или прямое возмещение убытков, в течение пяти рабочих дней с даты подачи заявления о страховом возмещении и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов обязан представить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, проводимой в порядке, установленном статьей 12.1 настоящего Федерального закона, иное имущество для осмотра и (или) независимой экспертизы (оценки), проводимой в порядке, установленном законодательством Российской Федерации с учетом особенностей, установленных настоящим Федеральным законом. В случаях, предусмотренных правилами обязательного страхования, представление поврежденного транспортного средства или его остатков, иного имущества в соответствии с настоящим Федеральным законом осуществляется в пределах населенного пункта по месту жительства (временного пребывания) владельца такого транспортного средства (п. 10).

Страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки и (или) организовать их независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), и ознакомить потерпевшего с результатами осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), если иные сроки не определены правилами обязательного страхования или не согласованы страховщиком с потерпевшим. Независимая техническая экспертиза или независимая экспертиза (оценка) организуется страховщиком в случае обнаружения противоречий между потерпевшим и страховщиком, касающихся характера и перечня видимых повреждений имущества и (или) обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате дорожно-транспортного происшествия (п. 11).

Страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 настоящей статьи.

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с пунктами 15.2 и 15.3 настоящей статьи не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего (п. 15.1).

Страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя), в том числе в случае наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется: в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая (п. 18).

К указанным в подпункте "б" пункта 18 настоящей статьи расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом.

Размер расходов на запасные части (за исключением случаев возмещения причиненного вреда в порядке, предусмотренном пунктами 15.1 - 15.3 настоящей статьи) определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости.

Размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату связанных с таким ремонтом работ и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном Банком России (п. 19).

Согласно положениям ст. 3 Закона об ОСАГО одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения причиненного вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах установленных данным федеральным законом.

Единая методика, как следует из ее преамбулы, является обязательной для применения страховщиками или их представителями, если они самостоятельно проводят осмотр, определяют восстановительные расходы и выплачивают страховое возмещение в соответствии с Законом об ОСАГО, экспертами-техниками, экспертными организациями при проведении независимой технической экспертизы транспортных средств, судебными экспертами при проведении судебной экспертизы транспортных средств, назначаемой в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страховой выплаты потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Статьей 12 Закона об ОСАГО также предусмотрено, что с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Федеральным законом (абзац второй пункта 23).

В соответствии со ст. 15 ч. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со ст. 15 ч. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации); если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

Из пункта 65 указанного постановления Пленума следует, что, если в ходе разрешения спора о возмещении причинителем вреда ущерба по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации суд установит, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора обязательного страхования, с причинителя вреда подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации с учетом утраты товарной стоимости и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения.

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 г. N 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

С учетом изложенного положения Закона об ОСАГО не отменяют право потерпевшего на возмещение вреда с его причинителя и не предусматривают возможность возмещения убытков в меньшем размере.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 N 6-П Закон N 40-ФЗ как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статей 1064, 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона N 40-ФЗ предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом N 40-ФЗ, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом N 40-ФЗ и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона N 40-ФЗ, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом N 40-ФЗ и Единой методикой.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 11.07.2019 N 1838-О указал, что положения пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона N 40-ФЗ установлены в защиту права потерпевших на возмещение вреда, причиненного их имуществу при использовании иными лицами транспортных средств, и не расходятся с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой назначение обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств состоит в распределении неблагоприятных последствий применительно к риску наступления гражданской ответственности на всех законных владельцев транспортных средств с учетом такого принципа обязательного страхования, как гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных Законом об ОСАГО.

Между тем, позволяя сторонам в случаях, предусмотренных Законом N 40-ФЗ, отступить от установленных им общих условий страхового возмещения, положения пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона N 40-ФЗ не допускают их истолкования и применения вопреки положениям ГК РФ, которые относят к основным началам гражданского законодательства принцип добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1) и не допускают осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, как и действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребления правом) (пункт 1 статьи 10).

Из приведенных положений Закона N 40-ФЗ в их толковании Конституционным Судом Российской Федерации следует, что в случае выплаты в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов страхового возмещения вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора, относятся не только вопросы, связанные с соотношением действительного ущерба и размера выплаченного в денежной форме страхового возмещения, но и оценка на соответствие положениям статьи 10 ГК РФ действий потерпевшего и (или) страховой компании, приведших к такому способу возмещения вреда.

Аналогичный правовой подход изложен в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2020 N 10-КГ20-4-К6.

Из приведенных выше положений закона и акта его толкования следует, что потерпевший при недостаточности страховой выплаты для ремонта транспортного средства вправе взыскать разницу за счет виновного лица. Размер ущерба для выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО и размер ущерба, подлежащего возмещению причинителем вреда в рамках деликтного правоотношения, определяются по разным правилам и эта разница заключается не только в учете или неучете износа, но и в применяемых при этом ценах. Единая методика, предназначена для определения размера ответственности в рамках страхового возмещения на основании договора ОСАГО и не применяется для определения размера ущерба в рамках деликтного правоотношения, предполагающего право потерпевшего на полное возмещение убытков.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в данном случае истец вправе требовать с ответчика полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме при наличии доказательств, подтверждающих, что выплаченного ему страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Как указано выше, при подаче настоящего иска, истец, ссылаясь на то, что полученной страховой выплаты недостаточно для возмещения всех убытков, причиненных в результате ДТП, просил взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 287 218 рублей, расчет которой произведен истцом с учетом вывода о полной гибели автомобиля <данные изъяты>, учитывая, что его рыночная стоимость до ДТП менее стоимости его восстановительного ремонта, в виде разницы между рыночной стоимостью транспортного средства до ДТП (792 000 рублей), стоимостью годных к реализации остатков (104 782 рубля) и выплаченным АО «МАКС» страховым возмещением в общем размере 400 000 рублей, основывая свои требования на выводах экспертного заключения <данные изъяты> *** от ДД.ММ.ГГГГ, с которым сторона ответчика не согласилась, в связи с чем при назначении судебной экспертизы эксперту были поставлены вопросы относительно определения стоимости восстановительного ремонта повреждений, причиненных транспортному средству.

Как указано выше, согласно заключению эксперта *** от ДД.ММ.ГГГГ, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, в результате ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с Методикой Минюста 2018 года, составляет:

- без учета износа - 1 248 100 рублей;

- с учетом износа - 361 100 рублей.

Рыночная стоимость автомобиля <данные изъяты>, составляет 617500 рублей.

Стоимость годных остатков автомобиля <данные изъяты>, поврежденного при ДТП ДД.ММ.ГГГГ, составляет 71 257 рублей.

Кроме того, эксперт пришел к выводу, что другие более разумные и распространенные в обороте способы исправления установленных повреждений, чем те, что установлены в настоящем заключении, отсутствуют.

Достоверность и обоснованность выводов экспертного заключения в названной части, вопреки доводам ответчика, у суда сомнений не вызывает, поскольку заключение содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные, установленные в результате исследования, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, фотоматериалы, исследуемый объект.

Оснований сомневаться в верности профессиональных суждений эксперта, являющегося субъектом оценочной деятельности и обладающего опытом и знаниями в данной области, суд не находит.

Оснований полагать, что экспертом были неверно определены характер повреждений автомобиля, стоимостные значения материалов и работ, сегмент рынка, искажены ценообразующие характеристики, не имеется.

Доводы представителя ответчика о том, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца не превышает 300 000 рублей, являются голословными, какими-либо доказательствами не подтверждены, как и указания стороны ответчика на то, что рыночная стоимость спорного транспортного средства значительно ниже той, которую определяет истец.

Подлежат отклонению и доводы представителя ответчика о том, что эксперт не учел тот фактор, что автомобиль, который принадлежит истцу, фактически «пересобран» заново, многие запасные части были заменены неоднократно, поэтому при его ремонте не могут быть использованы новое запасные части, поскольку выводов экспертного заключения они не опровергают, фактически сводятся к несогласию с его выводами и оценке доказательств по делу.

По аналогичным основаниям подлежат отклонению и представленные стороной ответчика материалы относительно ведения истцом блога о своем автомобиле, учитывая, в частности, что их относимость к рассматриваемому спору вызывает сомнения.

Доводы ответчика о внесении истцом конструктивных изменений в принадлежащий ему автомобиль также не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, учитывая, что из представленного ОГАИ ответа данный вывод не следует (л.д. 155 том 1).

Субъективная оценка стороны спора заключения экспертизы и действий эксперта не опровергают выводов, к которым эксперт пришел по результатам проведенного исследования.

Таким образом, за основу своего решения суд полагает необходимым принимать выводы представленного заключения судебной экспертизы, на основании которого, как отмечено выше, истец исковые требования уточнил.

Из анализа приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что защита права потерпевшего посредством полного возмещения вреда должна обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего, но не приводить к неосновательному обогащению последнего. Возмещение потерпевшему реального ущерба не может осуществляться путем взыскания денежных сумм, превышающих стоимость поврежденного имущества, стоимость работ по приведению этого имущества в состояние, существовавшее на момент причинения вреда.

Из указанных правовых норм, правовой позиции абзаца 3, абзаца 4 пункта 5.3, пункта Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. N 6-П, следует, что размер убытков (реальный ущерб), причиненных повреждением автомобиля в результате дорожно-транспортного происшествия, зависит от степени повреждения имущества и сложившихся цен. В случаях, когда восстановление поврежденного автомобиля является экономически нецелесообразным, реальный ущерб должен определяться в виде разницы между действительной стоимостью автомобиля на момент дорожно-транспортного происшествия и стоимостью годных остатков. Под действительной стоимостью имущества понимается его рыночная стоимость.

Как следует из выводов заключения судебной экспертизы, рассчитанная в соответствии с методическими рекомендациями Минюста России среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Тойота Марк 2, государственный регистрационный знак <***>, поврежденного в результате ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, составляет – без учета износа – 1 248 100 рублей, превышает его рыночную стоимость, которая составила 617 500 рублей. В этой связи суд приходит к выводу, что в данном случае наступила полная гибель транспортного средства истца, учитывая, что ремонт автомобиля нецелесообразен, соответственно размер ущерба определяется как разница между рыночной стоимостью транспортного средства и стоимостью его годных остатков.

С учетом изложенного, суд отклоняет доводы представителя ответчика о том, что в данном случае при ремонте автомобиля истца не могут быть использованы новое запасные части, как не имеющие юридического значения для рассмотрения данного дела при установленных выше обстоятельствах.

Доказательств иного размера ущерба стороной ответчика не представлено.

Поскольку в рассматриваемом случае стоимость восстановительного ремонта повреждений, причиненных транспортному средству <данные изъяты>, поврежденного в результате ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, составляет – без учета износа – 1 248 100 рублей, что по расчетам эксперта превышает рыночную стоимость автомобиля истца - 617 500 рублей, судом установлено, что страховщиком АО «МАКС» выполнена обязанность перед истцом по возмещению вреда путем выплаты суммы страхового возмещения в пределах лимита ответственности, установленного Федеральным законом от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в размере 400 000 рублей, тогда как согласно экспертному заключению ФБУ «Алтайская лаборатория судебной экспертизы» Министерства Юстиции Российской Федерации *** от ДД.ММ.ГГГГ, размер ущерба, причиненного транспортному средству <данные изъяты>, в результате ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с Методикой Минюста 2018 г., ввиду его полной гибели, составляет 546 243 рубля из расчета 617 500 рублей (рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП в неповрежденном состоянии) –71 257 рублей(стоимость годных остатков), суд приходит к выводу, что истец имеет право требовать с ответчика возмещения причиненного ущерба в размере, не покрытом страхованием, то есть в сумме 146 243 рубля (546 243 рубля - 400 000 рублей).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 146 243 рубля.

Оснований для применения положений ст. 1083 п. 3 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае суд не находит, поскольку стороной ответчика в ходе рассмотрения дела доказательств имущественного положения последнего представлено не было. Допустимых и достаточных доказательств тому, что ответчиком размер ущерба, определенный судом, не может быть возмещен, в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суд удовлетворяет уточненные исковые требования ФИО2 в полном объеме.

Разрешая вопрос о взыскании судебных расходов, суд учитывает следующее.

В силу ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Частью 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 указанного постановления).

Учитывая, что уточненные исковые требования ФИО2 удовлетворены, истец имеет право требовать взыскания с ответчика понесенных в ходе рассмотрения настоящего дела расходов.

Как указано выше, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов по оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей, в обоснование которого представлен договор возмездного оказания юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 (заказчик) и ООО «АВАРКОМ СЕРВИС» (исполнитель), по условиям которого исполнитель обязцуе6тся по заданию заказчика оказать услуги: подготовить и предъявить в суд иск о возмещении ущерба, причиненного повреждением принадлежащего заказчику транспортного средства <данные изъяты> в результате ДТП ДД.ММ.ГГГГ по <адрес> в <адрес>; осуществить правовое сопровождение иска в суде первой инстанции, а заказчик обязуется оплатить эти услуги, стоимость которых сторонами определена в размере 30 000 рублей.

Факт оплаты истцом юридических услуг в общем размере 30 000 рублей подтверждается кассовым чеком от ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов гражданского дела следует, что к участию в деле в качестве представителя истца на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 37-38 том 1) допущена ФИО8, являющаяся сотрудником ООО «АВАРКОМ СЕРВИС» согласно приказу о приеме на работу от ДД.ММ.ГГГГ ***, которая осуществляла представительство истца в суде первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается протоколами судебных заседаний, подготовила исковое заявление, уточненный иск.

Тем самым подтвержден факт участия представителя истца в ходе рассмотрения дела, факт оказания им юридических услуг.

В этой связи, истец вправе требовать взыскания с ответчика понесенных расходов по оплате услуг представителя.

Оценив представленные доказательства в обоснование понесенных расходов в совокупности с объемом оказанных представителем истца услуг, который подтвержден материалами гражданского дела, суд принимает во внимание степень участия в ходе рассмотрения дела в суде представителя истца и количество дней фактического участия представителя в суде, учитывает суд и категорию рассматриваемого спора, принимая во внимание его характер, представление представителем истца письменных документов в дело, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что заявленная ко взысканию сумма судебных расходов является соразмерной объему выполненной представителем работы в рамках рассмотренного дела, соответствует балансу интересов сторон, отвечает принципам разумности и справедливости, подлежит взысканию с ответчика в полном объеме, то есть в размере 30 000 рублей.

Оснований для снижения суммы судебных расходов по оплате юридических услуг суд не находит, в том числе, принимая во внимание, что в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих, что определенная судом ко взысканию сумма является несоразмерной объему выполненной представителем истца работы.

Также из материалов дела установлено, что истцом при подаче иска понесены расходы на подготовку экспертного заключения <данные изъяты> *** от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 000 рублей, что подтверждается квитанцией на оплату услуг *** от ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку эти расходы в общем размере 10 000 рублей понесены истцом с целью получения доказательств для предъявления иска в суд, а именно экспертного заключения *** от ДД.ММ.ГГГГ, суд находит их связанными с рассмотрением дела, в связи с чем взыскивает с ответчика.

Кроме того, при подаче иска истцом была оплачена государственная пошлина в размере 9 617 рублей по чеку по операции ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ, рассчитанная исходя из цены иска 287 218 рублей.

В ходе рассмотрения дела истец уменьшил исковые требования до 146 243 рубля, государственная пошлина при указанной цене иска составляет 5 387 рублей, которая подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Тем самым, государственная пошлина в размере 4 230 рублей (9 617 рублей - 5 387 рублей) по чеку по операции ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ уплачена истцом излишне, в связи с чем, в силу ст. 333.40 Налогового Кодекса Российской Федерации подлежит возврату истцу.

Поскольку требования о взыскании с ответчика расходов по оформлению доверенности в размере 2 900 рублей представитель истца в судебном заседании не поддержала, оригинал доверенности в материалы дела не приобщила, оснований для взыскания судебных расходов в названной части суд не находит.

Таким образом, в пользу истца с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в общем размере 45 387 рублей из расчета 30 000 рублей + 10 000 рублей + 5 387 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Взыскать в пользу ФИО2 (паспорт ***) с ФИО3 (паспорт ***) в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежную сумму в размере 146 243 рубля 00 копеек; судебные расходы в размере 45 387 рублей 00 копеек.

Возвратить ФИО2 (паспорт ***) излишне оплаченную по чеку ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ государственную пошлину в размере 4 230 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.Н. Лопухова

Решение суда в окончательной форме принято 27 января 2026 года.

Верно, судья Н.Н.Лопухова

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Решение суда на 27.01.2026 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания Т.А. Шарипова

Подлинный документ подшит в деле № 2-83/2026 Индустриального районного суда г. Барнаула.