Апелляционное определение № 33А-1506/2026 от 1 марта 2026 г.

Судья Солодилова Е.Ю. Дело № 33а-1506/2026

УИД 11RS0002-01-2025-002639-93 (№ 2а-2497/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Республики Коми в составе председательствующего Санжаровской Н.Ю.,

судей Колесниковой Д.А., Пешкина А.Г.,

при секретаре судебного заседания Сметаниной Е.Ф.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 02 марта 2026 года в городе Сыктывкаре Республики Коми административное дело по апелляционной жалобе административного истца ФИО1 на решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 01 декабря 2025 года по административному иску ФИО1 к ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, начальнику ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, начальнику ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, филиалу МЧ-18 ФКУЗ МСЧ 11 ФСИН России, начальнику филиала МЧ-18 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России о признании незаконными действия (бездействия), выразившихся в ненадлежащих условиях содержания и оказания медицинской помощи, присуждении компенсации.

Заслушав доклад материалов дела судьи Колесниковой Д.А., объяснения административного истца ФИО1, представителя административного ответчика ФСИН России ФИО2, судебная коллегия по административным делам

установила:

ФИО1 обратился в Воркутинский городской суд Республики Коми с административным иском о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в ненадлежащих условиях содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми с 02 апреля 2000 года по 04 января 2002 года, повлекших заболевание ..., присуждении денежной компенсации в размере 1 000 000 рублей, указав в обоснование, что в данный период при содержании в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми заболел ... и осенью 2001 года был этапирован в ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми с диагнозом .... В ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми содержался в камерах №№ 6, 32, 18, 9, в которых отсутствовала вентиляция, ограждение санузла и горячая вода, было душно, недостаточное освещение, плохое питание, камеры переполнены, медицинское обслуживание фактически отсутствовало. Указывал, что вследствие этого перенес ... без медицинской помощи и заболел .... ФИО1 04 января 2002 года был освобожден из ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, встал на учёт в ... диспансере, где лечился и ему установили здоровый .... По мнению административного истца, заболевание ... повлекли ненадлежащие условия содержания в следственном изоляторе.

Определениями Воркутинского городского суда Республики Коми от 19 июня 2025 года и 15 июля 2025 года к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ФСИН России, УФСИН России по Республике Коми, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

Протокольными определениями суда первой инстанции от 09 октября 2025 года и 13 ноября 2025 года к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены филиал МЧ-18 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России и начальник филиала МЧ-18 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

По итогам рассмотрения дела Воркутинским городским судом Республики Коми 01 декабря 2025 года постановлено решение, которым в удовлетворении требований административного иска ФИО1 к ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, начальнику ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, УФСИН России по Республике Коми, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, начальнику ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, филиалу МЧ-18 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, начальнику филиала МЧ-18 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России о признании незаконными действия (бездействия), выразившихся в ненадлежащих условиях содержания в период с апреля 2000 года по 04 декабря 2002 года, оказании ненадлежащей медицинской помощи в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, присуждении компенсации отказано.

Выражая несогласие с вынесенным судом решением, ФИО1 в Верховный Суд Республики Коми подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене решения как незаконного и необоснованного, ссылаясь на наличие описанных в иске нарушений условий содержания, за которые подлежит взысканию компенсация.

Возражений доводам апелляционной жалобы материалы дела не содержат.

ФИО1, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, настаивал на доводах своей апелляционной жалобы.

Представитель административного ответчика ФСИН России ФИО2 доводам апелляционной жалобы административного истца возражал.

Иные лица, участвующие в административном деле, в судебное заседание Верховного Суда Республики Коми не явились, извещены о месте, дате и времени слушания дела в суде апелляционной инстанции надлежащим образом.

Согласно статьям 150 (часть 2), 226 (часть 6), 307 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, и не представивших доказательства уважительности своей неявки, не является препятствием к разбирательству дела в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в полном объёме и не связан основаниями и доводами, изложенными в апелляционных жалобах, представлении и возражении относительно жалобы, представления.

Заслушав объяснения явившихся участников процесса, изучив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения и определения суда в порядке части 1 статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам приходит к следующим выводам.

Исходя из части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

По правилам статьи 226, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при оценке законности оспариваемых действий подлежат установлению их соответствие требованиям нормативных правовых актов и нарушение указанными действиями прав, законных интересов административного истца.

Общие положения и принципы исполнения наказаний устанавливаются Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, задачами которого являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов (часть 2 статьи 1, часть 2 статьи 2 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не должны подвергаться жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или взысканию. При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний. Лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право на присуждение за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (статьи 8, 10, 12, 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» следует, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Судом при рассмотрении дела установлено, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми в период с 03 апреля 2000 года по 09 июня 2000 года, с 19 июня 2000 года по 10 января 2001 года, с 15 ноября 2001 по 04 января 2002 года, с 10 ноября 2002 года по 06 февраля 2003 года.

Административный истец при обращении в суд связывал нарушение своих прав с нарушением условий содержания ввиду отсутствия вентиляции, ограждения санузла и горячей воды, недостаточного освещения, плохого питания, переполненности камер, отсутствия медицинского обслуживания.

Оценивая условия содержания административного истца на предмет их соответствия санитарным требованиям, суд первой инстанции согласно информации воркутинского отделения филиала ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» по Республике Коми установил, что до 2000 года объекты недвижимости по адресу: <Адрес обезличен>, - на государственный учет не были поставлены.

Все здания и сооружения используются по прямому назначению. Проведена работа по реконструкции объектов учреждения, в том числе режимного корпуса № 2. В настоящее время водоснабжение учреждения (холодное и горячее) централизованное от городского водопровода. Отопление водяное центральное от городской котельной. Канализация централизованная, присоединена к городским сетям сточных вод.

Из материалов дела следует, что норма жилой площади из расчета 4 кв.м на одного подследственного соблюдалась. Общежитие оборудовано необходимой мебелью (двухъярусные кровати, тумбочки, табуреты, инвентарь). Освещение достаточное, естественное (через окна) и искусственное (лампы накаливания).

В новом режимном корпусе все камеры оборудованы естественной и механической приточно-вытяжной вентиляцией. В старом корпусе вентиляция естественная.

Баня - прачечная в удовлетворительном санитарном состоянии и отвечает требованиям санпропуска. Регулярно проводится уборка и дезинфекция.

Медицинская часть учреждения с октября 2001 года располагается в новом помещении, в 2002 году проведен косметический ремонт, имеются все необходимые медицинские кабинеты. Медицинская помощь спецконтингенту как амбулаторная, так и стационарная оказывается качественно и своевременно. Медчасть в достаточном количестве обеспечены одноразовыми шприцами и системами для внутривенного введения лекарств.

При рассмотрении дела судом первой инстанции установлено, что документы о возможных обращениях административного истца при содержании в следственном изоляторе, книги количественных проверок, камерные карточки уничтожены в связи истечением срока хранения согласно приказу ФСИН России от 21 июля 2001 года № 373 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности ФСИН России, органов, учреждений и предприятий УИС, с указанием сроков хранения».

Судебная коллегия полагает верными выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания компенсации по доводам административного истца о ненадлежащих условиях содержания в камерах ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми.

В соответствии со статьёй 23 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

В целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (статья 16 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

В период содержания административного истца под стражей действовали Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные приказом Минюста РФ от 12 мая 2000 года № 148.

В целях полного и объективного рассмотрения настоящего дела судом первой инстанции истребованы доказательства о соблюдении законодательства в следственных изоляторах, в том числе актов прокурорского реагирования, между тем, при рассмотрении дела судом не добыто доказательств, указывающих на описанные ФИО1 нарушения при его содержании в следственном изоляторе.

Напротив, предоставленный акт инспекторской проверки учреждения ИЗ-11/3 Минюста России по республике Коми от 25 сентября 2002 года отражает, что режимные корпуса, административные здания, коммунально-бытовые сооружения находятся в удовлетворительном состоянии. Завершается строительство режимного корпуса на 400 мест, который может быть сдан в эксплуатацию в текущем году.

Названным актом по состоянию на 01 сентября 2002 года установлено, что при общем лимите 640 мест в учреждении содержится 327 человек арестованных и осужденных, что на 48,9% меньше наличия лимита по жилью.

Иных документов, как сведения о покамерном размещении ФИО1, которые отражаются в камерной карточке, а также о количестве лиц, одновременно содержащихся в камерах, которые, в свою очередь, отражаются в книге количественных проверок осужденных и лиц, заключенных под стражу, которые бы позволили суду соотнести количество одновременно содержащихся заключенных под стражу лиц с ФИО1 с площадью камер, стороной административного ответчика не предоставлены в виду уничтожения соответствующих журналов учета и камерных карточек за истечением нормативно установленного срока их хранения.

Таким образом, суд первой инстанции, несмотря на предпринятые меры, был лишен возможности проверить доводы истца о допущенных нарушениях при его содержании в следственном изоляторе в связи с тем, что соответствующая документация о лицах, содержащихся в изоляторе в спорный период, камерах, в которых они содержались, поступивших от них жалобах, не сохранились в связи с их уничтожением по истечении установленного срока хранения, который определен нормативным правовым актом и является разумным и достаточным для предъявления каких-либо претензий.

Административными ответчиками не отрицалось отсутствие горячей воды в камерах в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, вместе с тем, в спорный период при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдавалась ежедневно в установленное время с учетом потребности. Также в камерах следственного изолятора имелась возможность иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать электрокипятильники заводского изготовления или чайники определенной мощности. Всем лицам, содержащимся в следственном изоляторе, обеспечивается возможность помывки с определенной периодичностью, что обеспечивает административному истцу его право на поддержание своего гигиенического состояния в надлежащем состоянии.

Согласно статье 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием.

Пунктом 44 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов, утверждённых Приказом Минюста России от 12 мая 2000 года №148, действующими в период рассматриваемых правоотношений, было предусмотрено, что камеры СИЗО оборудуются вентиляционным оборудованием при наличии возможности.

Таким образом, учитывая наличие в камерах естественной вентиляции, при отсутствии доказательств ее неисправности и недостаточности, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии нарушения прав административного истца и в названной части. Доказательств, свидетельствующих о ненадлежащем микроклимате в камерах, ненадлежащем санитарном состоянии камер, в материалах дела не содержится.

Сведений о том, что вентиляция в периоды содержания истца под стражей в камерах находилась в неисправном состоянии, материалы дела не отражают.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что поименованные административным истцом иные нарушения условий содержания не могут быть признаны отвечающими признаку относимости в рамках рассматриваемых правоотношений, поскольку неудовлетворительное санитарно-техническое и санитарно-гигиеническое состояние конкретных помещений, такие факты, как поломка оборудования, нарушение параметров микроклимата и тому подобные, по своему характеру могли возникнуть в любой момент, носить исключительный характер, при том, что доказательств, прямых либо косвенных, их наличия на рассматриваемый период судом не добыто.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют сведения об обращении истца в период содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми в соответствующие надзорные органы с жалобами на ненадлежащие условия содержания.

Оценивая доводы административного истца о нарушении его прав в части оказания надлежащей медицинской помощи в период содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми, суд первой инстанции установил, что согласно сведений воркутинского филиала ГБУЗ РК «...» медицинская карта амбулаторного больного ФИО3 заведена 21 февраля 2002 года, согласно записям в которой от 21 февраля 2002 года, 29 марта 2002 года, 26 апреля 2002 года ФИО1 посещался по адресу проживания с целью приглашения в ..., квартира закрыта, оставлены письменные приглашения на обследование.

Также установлено, что 24 июня 2002 года ФИО3 обратился в ПТД на обследование, жалоб нет. Из анамнеза в октябре 2001 года в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми у пациента выявлен .... С октября 2001 года получал лечение: .... Освободился из мест лишения свободы в январе 2002 года. Диагноз: ... Назначено обследование. .... 11 ноября 2002 года - больной находится в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми. С 2003 года по настоящее время обращений не было.

Согласно отчету ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России по результатам внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в отношении оказания медицинской помощи ФИО1 проведение оценки качества по оказанию медицинской помощи в период содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми с апреля 2000 года по январь 2002 года невозможно в связи с уничтожением медицинской карты с личным делом по истечению срока хранения.

Врачебной комиссией проведена оценка качества оказания медицинской помощи ФИО1 по представленной медицинской карте стационарного больного <Номер обезличен> за период его стационарного лечения в туберкулезном отделении № 2 филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России с 04 октября 2001 года по 14 ноября 2001 года, куда был направлен из ФКУ СИЗО-3 ФСИН России по Республике Коми с диагнозом ... для уточнения диагноза.

По результатам проверки комиссия пришла к выводу о том, что пациент был выявлен профилактически, по результатам проведения регулярного ... обследования. Информация о наличии контакта с больными ... в СИЗО сомнительная (только со слов пациента), отсутствует подробная информация об источнике инфекции (Ф.И.О., диагноз, наличие или отсутствие ..., длительность и характер контакта).

Согласно приказу Министерства здравоохранения и медицинской промышленности РФ от 22 ноября 1995 года <Номер обезличен> «...», действовавшего на момент оказания медицинской помощи ФИО1, на врачебной контрольной комиссии пациенту выставлена ..., которая подразумевает - .... Учитывая факторы риска у пациента: пребывание под следствием, неполноценное питание, возможный контакт с больным ..., - врачебной комиссией рекомендовано продолжить прием ... препаратов до 6 месяцев и перевод в ... в октябре 2002 года.

Согласно заключению ... диспансера от 28 июня 2002 года, .... ... учету не подлежал.

Поражение у пациента затронуло один орган (...), отсутствует ..., течение болезни благоприятное. Прогноз благоприятный.

Согласно сведениям из медицинской карты стационарного больного <Номер обезличен>, при сборе анамнеза жизни и болезни ФИО1 на ненадлежащие условия содержания не жаловался, только лишь указал на контакт с больным .... Контакт в дальнейшем не подтвердился.

По сведениям Печорской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО1 по вопросу оказания ненадлежащей медицинской помощи в период с 2000 по 2002 годы не обращался. В прокуратуре г. Воркуты имевшиеся надзорные производства за указанный период уничтожены.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями подлежащего применению к рассматриваемым правоотношениям законодательства, регулирующего вопросы условий содержания заключенных под стражу и оказания медицинской помощи, проверив доводы административного искового заявления, оценив представленные в дело доказательства, пришёл к выводу об отсутствии оснований для признания условий содержания, в том числе по оказанию медицинской помощи ненадлежащими и присуждении в пользу административного истца компенсации.

Приходя к такому выводу, суд первой инстанции учел, в том числе, что документы о возможных обращениях административного истца при содержании в следственном изоляторе, книги количественных проверок, камерные карточки уничтожены в связи истечением срока хранения, в связи с чем пришёл к выводу о злоупотреблении процессуальными правами административного истца, который имея реальную возможность для обращения в суд, обратился с административным иском по истечении сроков хранения документов, что не позволило административным ответчикам представить соответствующие документы.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку они являются верными, основанными на установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельствах, с учетом собранных доказательств, оценка которым, вопреки доводам об обратном, дана в соответствии с требованиями статей 62, 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Порядок и условия содержания под стражей, соблюдение гарантий прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в силу статьи 4 которого содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно статьи 7 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы являются одним из мест содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

Статьёй 15 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно статье 2 которого медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В соответствии с пунктами 2, 3 и 9 части 5 статьи 19 Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организация в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям, а также на возмещение вреда, причинённого здоровью при оказании ему медицинской помощи. Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

В соответствии с положениями статьи 26 Федерального закона № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 24 Федерального закона № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» администрация мест содержания под стражей обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Проверяя доводы административного истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи, суд первой инстанции установил, что по результатам внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности в отношении оказания медицинской помощи ФИО1 дефекты оказания медицинской помощи, взаимосвязь заболевания с условиями содержания не выявлены. Из представленного в материалы дела отчета врачебной комиссии следует, что пациент выявлен в результате регулярного ... обследования, лечение определено с учетом факторов риска.

Вместе с тем, само по себе состояние здоровья лишённого свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия отмечает, что у исправительного учреждения отсутствует объективная возможность представить доказательства того, что административный истец не обращался с соответствующими обращениями в период содержания под стражей. Доказывание «отсутствующих» фактов в большинстве случаев либо невозможно, так как несостоявшиеся события и деяния не оставляют следов, либо крайне затруднительно.

Доводы административного истца, сводящиеся к нарушению принципа состязательности, судебной коллегией отклоняются, как не нашедшие своего подтверждения при рассмотрении дела.

Таким образом, отказывая в удовлетворении административных исковых требований в части ненадлежащего оказания медицинской помощи, суд правомерно исходил из того, что доказательства того, что административные ответчики допустили действие или бездействие, которое нарушило права истца на охрану его жизни или здоровья, надлежащие условия содержания в исправительном учреждении в материалах дела отсутствуют.

Судебная коллегия также учитывает, что на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

Учитывая, что доказательств, подтверждающих факт нарушения прав ФИО1 вследствие содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Республике Коми в ненадлежащих условиях, суду не представлено, оценив в совокупности установленные по делу обстоятельства, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения исковых требований о признании условий содержания ненадлежащими и присуждении в связи с этим компенсации.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, не оставляет без внимания, что истец обратился в суд за защитой своих прав по истечении длительного времени (более 25 лет). Обратное, по убеждению судебной коллегии, приведет к возложению на ответчика неблагоприятных последствий невозможности представления сведений, подтверждающих соблюдение надлежащих условий содержания истца, в связи с уничтожением в установленном законом порядке соответствующих документов, в подтверждением чему в материалы дела предоставлены соответствующие акты.

Лишен возможности проверить доводы административного истца и суд апелляционной инстанции.

С учетом конкретных обстоятельств дела, судебная коллегия по административным делам соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что обращение в суд с иском по истечении значительного промежутка времени после событий, которые, по мнению административного истца, имели место и приводили к нарушению его прав, свидетельствует о злоупотреблении административным истцом своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены объективной возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений.

При разрешении спора суд первой инстанции правильно определил характер спорных правоотношений, закон, которым следует руководствоваться при разрешении спора и обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют представленным в материалы дела доказательствам, установленным на их основании фактическим обстоятельствам, и примененным нормам права.

На основании пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Из содержания вышеприведенных норм права следует, что обязательным условием для удовлетворения судом требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными является установление их противоправности и одновременно нарушение ими прав, свобод либо законных интересов административного истца.

При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

В рассматриваемом случае совокупности обязательных вышеприведенных условий по административному делу не установлено, что повлекло отказ в удовлетворении административного иска.

В апелляционной жалобе не приведено доводов, опровергающих изложенные выше выводы суда, также не приведено и доводов о несогласии с данной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств в указанной части, а равно позиция административного истца относительного оценки установленных по делу обстоятельств во взаимосвязи с представленными в дело доказательствами является лишь его субъективной оценкой.

Суждения, приведённые в апелляционной жалобе, лишены бесспорных правовых аргументов и не опровергают установленные по делу обстоятельства. При этом аналогичные доводы были тщательно проверены на стадии рассмотрения дела судом первой инстанции, обоснованно отвергнуты как несостоятельные с приведением убедительных мотивов в решении. Каких-либо новых доводов, способных поставить под сомнение законность и обоснованность выводов суда первой инстанции, не приведено.

Руководствуясь статьёй 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам

определила:

решение Воркутинского городского суда Республики Коми от 01 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу административного истца ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения, из данного срока исключается срок составления апелляционного определения в мотивированной форме.

Мотивированное апелляционное определение составлено 03 марта 2026 года.

Председательствующий -

Судьи: