Решение № 2-1414/2019 2-1414/2019~М-1533/2019 М-1533/2019 от 17 июля 2019 г. по делу № 2-1414/2019

70RS0003-01-2019-003024-30

КОПИЯ

2-1414/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июля 2019 года Октябрьский районный суд города Томска в составе:

председательствующего судьи Журавлевой Т.С.,

при секретаре: Гойник А.В.,

с участием:

пом. прокурора Октябрьского района г. Томска Кастамаровой Н.С.,

представителя истца ФИО1, действующей по доверенности от 28.01.2019 №6, сроком по 31.12.209,

ответчиков ФИО2, ФИО3, их представителя ФИО4, действующего на основании ордеров от 17.07.2019 №000106 и №000105,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску Федерального государственного казенного учреждения «5 отряд федеральной противопожарной службы по Томской области» к ФИО2, ФИО3 о признании п.3 договора найма специализированного служебного помещения от 20.03.2017 №24 недействительным, к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное казенное учреждение «5 отряд федеральной противопожарной службы по Томской области» (далее по тексту – ФГКУ «5 отряд ФПС по Томской области) обратилось в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании п.3 договора найма специализированного служебного помещения от 20.03.2017 №24 недействительным, к ФИО3 признании утратившей право пользования жилым помещением

В обоснование иска указано, что между истцом и ФИО2 заключен договор найма служебного жилого помещения от 20.03.2017 №24 в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: ул. Больничная, 4-13. При заключении данного договора нанимателем указаны в качестве совместно вселяющиеся с ним в служебное помещение, в том числе ФИО3 (дочь). При заключении договора найма ФИО2 злоупотребил своим правом, так как, действуя недобросовестно он указал в качестве члена своей семьи совершеннолетнюю дочь ФИО3, однако на момент заключения договора найма она не являлась членом семьи ФИО2, так как уже создала свою семью, зарегистрировав брак с ФИО5 Тем самым, ФИО3 перестала быть членом семьи ФИО2, следовательно, не имеет прав на жилое помещение, предоставленное по договору от 20.03.2017 ФИО2 Тем самым, по мнению истца, имеет место быть недействительность договора в части п. 3 по п. 1 ст. 178 ГК РФ. Поскольку договор в данной части недействительным, ФИО3 перестала быть членом семьи нанимателя, фактически не проживает в нем, она подлежит признанию утратившей право пользования спорным жилым помещением.

Просят признать недействительным договор найма служебного помещения от 20.03.2017 №24 в части пункта 3 - включения в члены семьи нанимателя его дочери ФИО3 Признать ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>.

Представитель истца настаивала на удовлетворении требований по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснила, что ФИО2 при заключении договора найма служебного помещения действовал недобросовестно, указывая в качестве члена семьи ФИО3, так как последняя вступила в брак, тем самым ФИО2 ввел в заблуждение наймодателя относительно состава членов семьи нанимателя при заключении договора. ФИО3 на момент заключения оспариваемого договора была вселена в служебное помещение, как члены семьи нанимателя, но она утратила свое право, когда создала семью. ФИО3 продолжительное время в спорном помещении не проживает, однако когда именно она выехала из спорного жилого помещения, пояснить не смогла, так как не владеет данной информацией, все известно от соседей, истец лично данный факт не устанавливал путем составления актов о непроживании. ФИО3 состоит на регистрационном учете в спорном жилом помещении. ФИО2 должен был сообщить о том, что его дочь вступила в брачные отношения при заключении договора. Факт того, кто вселялся при заключении договора в 2017 году, не проверяли, надеясь на добросовестность людей, которые должны были уведомить о составе семьи. Узнали об отсутствии права у ФИО3 на жилое помещение спустя два года, когда стали проверять документы и увидели, что у нее имеется штамп в паспорте о браке и разводе, ранее данный факт при заключении договора не проверяли. Регистрационную карточку проверяли, из которой следует, что произошла смена фамилии ФИО3, когда именно проверяли, не смогла пояснить. На момент заключения договора найма в 2017 г. к договору была приложена страничка о разводе ФИО3, но при заключении договора не обратили внимание на данный штамп о разводе, проверка на тот момент проведена не была, в связи с этим был заключен договор.

Ответчик ФИО3 иск не признала, указав, что в январе 2007 г. заключила брак, когда брак был заключен, проживала в спорной квартире. В браке пробыла 4 месяца и в последующем в 2008 г. он был расторгнут. Весь период брака жила у отца – ФИО2 вместе с супругов. После развода осталась проживать в спорном жилом помещении. Она никуда не выезжала, так как другого жилья у нее нет. Не отрицала тот факт, что в отношении нее были судебные разбирательства по кредитным обязательствам и в исках были указаны адресы: ул. Герасименко и ул. Пушкина, по данным адресам проживала ее мать, но она там фактически не проживала. В спорной квартире три комнаты и порядок пользования спорной квартирой сложился такой, что у каждого своя комната – у нее отдельная комната, которая указана на фотографии и на фотографии запечатлены именно ее вещи. Она оплачивает коммунальные услуги, покупает продукты питания. Ее мать с 2008 г. проживет отдельно. Со свидетелем, который заявлен истцом, она знакома, но редко его видит, так как работает на двух работах, одна, которая посменная 2 суток через 2 двое с 10-00 ч. до 08-00ч., на другой работе сутки через трое и всего один выходной, поэтому физически не может видеться со всеми своими соседями.

Ответчик ФИО2 иск не признал, указав, что ФИО3 при заключении договора найма он сообщал наймодателю, что его дочь ФИО3 была в браке, который был в последующем расторгнут, предоставлял истцу документ данное подтверждающий. ФИО3 является членом его семьи и не переставала быть им. Когда она заключила брак, то вместе с мужем проживали в спорном помещении, около 3х месяцев. После развода ФИО3 осталась проживать с ним, а ее бывший муж уехал. ФИО3 несет расходы на содержания имущества, у них бюджет совместный, кто-то продукты покупает, кто-то коммунальные услуги оплачивает, вещи в квартире ее имеются. В 2017 г. был перезаключен договор найма и на тот момент ФИО3 проживала с ним и никуда не выезжала, проживает до настоящего времени. Истцу препятствия в осмотре спорного жилого помещения не оказывал. Он с младшим сыном живет в одной комнате, у ФИО3 своя комната. Своими правами при заключении договора найма от 20.03.2017 не злоупотреблял, все необходимые документы истцу предоставлял, истец имел возможность их проверить, но не сделал данного.

Представитель ответчиков иск не признал, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, доводы которого поддержал. Дополнительно пояснил, что оснований для удовлетворения требований не имеется, поскольку истцом не доказано введение его в заблуждение, как того требует ст. 178 ГК РФ. ФИО3 была вселена законно в спорное жилое помещение, проживает в нем постоянно, не выезжала из него, в данной квартире имеется ее вещи, она несет бремя содержания спорного имущества, доказательств обратного истцом не представлено.

Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что требования не подлежат удовлетворению, суд оснований для удовлетворения требований не находит исходя из следующего.

В силу ч. 1 ст. 92 ЖК РФ служебные жилые помещения относятся к жилым помещениям специализированного жилищного фонда.

Согласно ч. 2 этой же статьи в качестве специализированных жилых помещений используются жилые помещения государственного и муниципального жилищных фондов. Использование жилого помещения в качестве специализированного жилого помещения допускается после отнесения такого помещения к специализированному жилищному фонду с соблюдением требований и в порядке, которые установлены уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, за исключением случаев, установленных федеральными законами. Включение жилого помещения в специализированный жилищный фонд с отнесением такого помещения к определенному виду специализированных жилых помещений и исключение жилого помещения из указанного фонда осуществляются на основании решений органа, осуществляющего управление государственным или муниципальным жилищным фондом.

Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2. 07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" (далее по тексту - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2. 07.2009 N 14), использование жилого помещения в качестве специализированного жилого помещения, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами, допускается только после отнесения его к специализированному жилищному фонду решением органа, осуществляющего управление государственным или муниципальным жилищным фондом, в соответствии с установленным порядком и требованиями (ч. 2 ст.92 Жилищного кодекса Российской Федерации), которые в настоящее время определены Правилами отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.01.2006 N 42 (далее - Правила).

В соответствии со ст. 93 ЖК РФ служебные жилые помещения предназначены для проживания граждан в связи с характером их трудовых отношений с органом государственной власти, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным унитарным предприятием, государственным или муниципальным учреждением, в связи с прохождением службы, в связи с назначением на государственную должность Российской Федерации или государственную должность субъекта Российской Федерации либо в связи с избранием на выборные должности в органы государственной власти или органы местного самоуправления.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» (в ред. от 30.10.2018), действующего на момент возникновения правоотношений, сотрудники, военнослужащие и работники федеральной противопожарной службы и члены их семей находятся под защитой государства. Гарантии социальной защиты сотрудников федеральной противопожарной службы (денежное довольствие, страховые гарантии и выплаты в целях возмещения вреда, причиненного в связи с выполнением служебных обязанностей, право на жилищное обеспечение, право на медицинское обслуживание, гарантии в связи с прохождением службы в федеральной противопожарной службе и иные гарантии) устанавливаются настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Судом установлено, что на основании решения Исполнительного комитета Томского городского совета народных депутатов от 20.02.1986 №165, комнаты и квартиры по адресу: <...>, признаны служебными.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 06.03.2014 ФГКУ «5 отряд ФПС по Томской области на праве оперативного управления принадлежат жилые помещения, общей площадью 1132,3 кв.м., этаж 3,4 номера на поэтажном плане №№32-38, расположены на третьем этаже, общей площадью – 99,4 кв.м.; №№33-37 расположены на четвертом этаже, общей площадью - 94,9 кв.м.; комнаты №№1,7-9,20,21,24, квартиры №№2,4,10-16,18,22,25,27-32 расположены на третьем, четвертом этажах по адресу: <...>.

Как следует из копии протокола №71 от 14.09.1998 ЖКБ УГПС УМВД ТО, ФИО2 была выделена освободившаяся квартира по адресу: <...>, ранее выделенная квартира в пос. Басандайка передана на очередь в ПЧ-2.

Согласно ч.2. ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившим 05.10.2018 в законную силу решением Ленинского районного суда г. Томска от 06.07.2018 исковые требования ФИО2 к Главному управлению Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Томской области, удовлетворены. Решением постановлено: «Признать незаконными действия Главного управления Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Томской области по снятию ФИО2 с учета на получение жилого помещения. Признать ФИО2 состоящим в списках сотрудников ФПС, принятых на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма (в системе МЧС России), с даты постановки на учет в УГПС УВД Томской области с 17.12.1987».

Согласно п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ... N 23 "О судебном решении" исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 ГПК РФ лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами.

Соответственно истец, ответчик ФИО2 не вправе оспаривать обстоятельства, установленные вышеуказанным судебным актом.

Отсюда суд считает установленным и не подлежащим доказыванию истцом и ФИО2:

- ФИО2 проходил службу в органах Государственной противопожарной службы с ... по ...;

- на основании протокола № 71 от 14.09.1998 ФИО2 выделили для проживания квартиру по адресу: г. Томск, ул. Больничная, д. 4, кв. 13, в связи с чем с ним заключались договоры найма служебного жилого помещения № 322 от 13.11.2006 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 01.01.2009, № 24 от 20.03.2017;

- согласно справке от 15.01.2018 ФГКУ «5 Отряд ФПС по Томской области» ФИО2 проживает по вышеуказанному адресу и имеет состав семьи: дочь ФИО3, дочь ФИО6, сын ФИО7 В указанной квартире истец проживает и в настоящее время.

Ответчик ФИО3 эти обстоятельства не оспаривала, подтвердила их в ходе судебного заседания.

Как установлено судом, что не оспорено сторонами, между ФГКУ «5 отряд ФПС по Томской области (наймодатель) и ФИО2 (наниматель) заключен договор найма служебного жилого помещения (с особой категорией граждан) №24 от 20.03.2017 (далее договор найма от 20.03.2017), согласно которому наймодатель передает нанимателю и членам его семьи за плату в пользование жилое помещение (квартиру), находящееся в оперативном управлении ФГКУ «5 отряд ФПС по Томской области, состоящее из трех комнат, общей площадью 63,2 кв.м., расположенное по адресу: <...>, для временного проживания в нем (п. 1).

Согласно п. 3 договора найма от 20.03.2017, совместно с нанимателем в жилое помещение вселяются члены его семьи: ФИО3, ... г.р. (дочь), ФИО6, ... г.р. (дочь) и ФИО7, ... г.р. (сын).

Согласно п. 23 договора найма от 20.03.2017, настоящий договор вступает в силу с момента подписания и распространяет свое действие на отношения между сторонами, возникшие с 06.03.2014.

Обращаясь с требования о признании п. 3 договора найма от 20.03.2017 в части включения в члены семьи нанимателя дочери ФИО2 - ФИО3, истец указывает, что в силу ч. 1 ст. 178 ГК РФ был введен в заблуждение ФИО2 о том, что ФИО3 является членом его семьи, в то время как она данный статус утратила, вступив в брак, и, следовательно, не должна была быть включена в перечень лиц, имеющих право пользования спорным жилым помещением наравне с нанимателем.

В абз. 2 подп. "в" п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2.07.2009 N 14 указано, что требования о признании недействительными решения о предоставлении гражданину специализированного жилого помещения и заключенного на его основании договора найма специализированного жилого помещения подлежат разрешению исходя из аналогии закона (часть 1 статьи 7 ЖК РФ) применительно к правилам, установленным ст. 168 ГК РФ, о недействительности сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам.

В силу положений ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным указанным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу положений ст. 166 ГК РФ данная сделка является оспоримой.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения.

Решение о предоставлении специализированного жилого помещения и, соответственно, договор найма специализированного жилого помещения могут быть признаны недействительными, если будет установлено, что нарушены требования, предъявляемые к форме и порядку принятия указанного решения, а также если отсутствуют необходимые основания для заключения договора специализированного найма жилого помещения (например, гражданин предоставил не соответствующие действительности сведения о заключении трудового договора или назначении на должность, у гражданина имеется иное жилое помещение в данном населенном пункте, гражданин не отнесен законом к категориям граждан, имеющих право на получение специализированного жилого помещения) (абз. 3 подп. "в" п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2.07.2009 N 14).

В соответствии со ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (ч. 1).

Чтобы сделка могла быть признана недействительной, заблуждение должно существовать уже в момент совершения сделки и иметь существенное значение для ее совершения. Заблуждение налицо тогда, когда оно касается условия, без которого сделка не была бы совершена.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (ч. 2).

Данные пороки воли являются ненамеренными и возникают не в силу внешнего воздействия, а вызываются внутренними причинами заблуждающегося субъекта сделки.

В данной статье названы случаи заблуждения, имеющие существенное значение, и этот перечень следует считать исчерпывающим, ибо широкая трактовка существенного заблуждения ставит под угрозу устойчивость имущественного оборота и надежность заключаемых сделок. Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным.

Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Равным образом не может признаваться существенным заблуждением неправильное представление о правах и обязанностях по сделке. Законы должны быть известны каждому, и ссылка на их незнание не может служить основанием для оспаривания заключенных сделок.

В силу п. 5 ст. 178 ГК РФ, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Фактически, данным пунктом устанавливается принцип распознаваемости заблуждения для контрагента заблуждавшейся стороны как одного из условий, для признания сделки недействительной в связи с заблуждением истца.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 55 ГПК РФ пояснения ФИО2 и ФИО3 являются доказательством по делу.

Судом установлено, что следует из свидетельства о рождении II-ОМ ... от 16.02.1988, ФИО2 является отцом ФИО3, ... г.р.

Как установлено судом, что подтверждено ответчиком ФИО3 в процессе, в 2007 году она вступила в брак с ФИО5, сменила фамилию на ФИО5, который в последующем был прекращен 30.10.2008, ей присвоена фамилия ФИО8, что следует из копии паспорта ФИО3 6911 ..., выданного ОУМФС России по Томской области в Октябрьском районе г. Томска от 24.04.2012, свидетельства о расторжении брака I-ОМ ... от 04.04.2012 (повторное)

Копия паспорта ФИО3, где имеется отметка о расторжении брака (л.д. 14) заверена ФИО2 и, как пояснил ФИО2 в процессе, при заключении договора найма от ... им сообщалось истцу о том, что его дочь - ФИО2 вступила в брак, а в последующем его расторгла, в подтверждение чего предоставлял копию ее паспорта.

Данное также было признано представителем истца в процессе, на что она указала, что действительно копия паспорта ФИО3 со штампом о расторжении брака предоставлялась им, но они на это не обратили внимание при заключении договора от 20.03.2017.

Кроме того, ФИО2 до заключения договора найма от 20.03.2017 подавалось заявление от 28.05.2014, согласно которому он указывал свою дочь - ФИО3 в качестве члена своей семьи, что также подтверждается выданной истцом справкой от 13.10.2014, где ФИО3 указана как член семьи ФИО2

Суд учитывает и то, что факт того, что ФИО3 на момент заключения договора от 20.03.2017 являлась членом семьи ФИО2 установлено вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Томска от 06.07.2018, что истец не вправе оспаривать.

Тем самым, доказательств, подтверждающих, что договор найма в части п. 3 - включение в члены семьи нанимателя дочери ФИО2 - ФИО3, заключен истцом под влиянием заблуждения, истцом не представлено в нарушение ст. 56 ГПК РФ.

Свидетель истца А., не опроверг указанные факты, указав только на то, что слышал, что ФИО3 была замужем.

Необходимые документы для заключения договора найма от 20.03.2017, в том числе, в части указания всех членов семьи нанимателя, ФИО2 были представлены истцу (что было признано представителем в процессе); истец в рамках своих полномочий на момент заключения договора найма от 20.03.2017, в том числе и при включении в него оспариваемый пункт, имел возможность проверить представленные ФИО2 документы, в том, числе в части семейного положения ФИО3, тое есть у истца имелись объективные основания для проверки соответствующих обстоятельств на момент заключения договора от 20.03.2017, а также возможность их выяснения из открытых официальных источников.

Суд учитывает и то, что в соответствии со ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (ч. 1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения (ч. 2).

В силу ч. 1 ст. 297 ГК РФ, казенное предприятие вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом лишь с согласия собственника этого имущества.

Тем самым, истец как наймодатель спорного жилого помещения, вправе был проверять правомерность проживания граждан в жилых помещениях находящихся у него на оперативном управлении и предоставленные на основании договоров найма, что им было своевременно не сделано, что признано представителем истца в процессе, и при надлежащем исполнении своих обязанностей и осуществлении своих прав, истец имел возможность установить факт надлежащего либо нет пользования ФИО3 спорным жилым помещением.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, суд, с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (ч. 2 ст. 10 ГК РФ).

Из анализа приведенной нормы права следует, что заключая договор от 20.03.2019, наймодатель предполагал добросовестность поведения нанимателя и надлежащее исполнение последним своей обязанности сообщить наймодателю обо всех членах его семьи, имеющих право на проживание в спорной квартире, что было сделано ФИО2

В связи с этим утверждение стороны истца о злоупотреблении правом со стороны ФИО2, как это указано в ст. 10 ГК РФ не состоятельно, поскольку в судебном заседании факт злоупотребление правом со стороны ФИО2 при заключении с истцом договора найма от 20.03.2017 в части указания ФИО3 в качестве члена семьи, не нашло своего подтверждения, и следовательно, оснований для признания действий ответчика ФИО2 недобросовестными, по данному факту не имеется.

Истцом также не представлено доказательств, подтверждающих, что его права и охраняемые интересы были прямо нарушены оспариваемым пунктом договора от 20.03.2017 и будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное состояние, равно как не представлено доказательств, достоверно свидетельствующих, что при заключении договора от 20.03.2017 в части пункта 3 истец был введен в заблуждение.

Исследовав и оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, с учетом обстоятельств, установленных вступившим в законную силу решением суда от 06.07.2018, имеющим в силу части 2 статьи 61 ГПК РФ преюдициальное значение для настоящего дела, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований ввиду недоказанности обстоятельств, на которые тот ссылался.

Таким образом, в удовлетворении требовании о признании п. 3 договора найма специализированного жилого помещения №24 от 20.03.2017 в части включения ФИО3 в качестве члена семьи ФИО2, надлежит отказать.

Рассматривая требования истца о признании ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>, суд оснований для удовлетворения не находит исходя из следующего.

Согласно ст. 20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

В силу Закона РФ "О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбора места пребывания и жительства в пределах РФ" местом жительства признается жилой дом, квартира, комната, жилое помещение специализированного жилищного фонда либо иное жилое помещение, в которых гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), договору найма специализированного жилого помещения либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 11 ГК РФ, ст. 11 ЖК РФ, ст. 3 ГПК РФ судебной защите подлежат нарушенные либо оспариваемые гражданские, жилищные права, право на обращение в суд принадлежит лицу, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены, при этом, в силу общих норм процессуального законодательства лицо, обращающееся в суд, должно представить доказательства, подтверждающие нарушение его прав ответчиком.

Способы защиты гражданских прав установлены ст. 12 ГК РФ, способы защиты жилищных прав - ст. 11 ЖК РФ.

Правоотношения, связанные с предоставлением, использованием служебных жилых помещений, а также выселением из них, урегулированы ст. ст. 92 - 109.1 ЖК РФ.

В силу ч. 1 ст. 100 ЖК РФ, по договору найма специализированного жилого помещения одна сторона - собственник специализированного жилого помещения (действующий от его имени уполномоченный орган государственной власти или уполномоченный орган местного самоуправления) или уполномоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) данное жилое помещение за плату во владение и пользование для временного проживания в нем.

Согласно ч. 5 ст. 100 ЖК РФ к пользованию специализированными жилыми помещениями по договорам найма таких жилых помещений применяются правила, предусмотренные статьей 65, частями 3 и 4 статьи 67 и статьей 69 настоящего Кодекса, за исключением пользования служебными жилыми помещениями, к пользованию которыми по договорам найма таких помещений применяются правила, предусмотренные частями 2 - 4 статьи 31, статьей 65 и частями 3 и 4 статьи 67 настоящего Кодекса, если иное не установлено другими федеральными законами.

Согласно требованиям ст. ст. 69, 70 ЖК РФ граждане, вселенные в жилое помещение в установленном порядке, имеют равные с нанимателем права пользования жилым помещением.

Согласно ч. 1 ст. 69 ЖК РФ, к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя.

Как указано в ч. 6 ст. 100 ЖК РФ, в договоре найма специализированного жилого помещения указываются члены семьи нанимателя.

Как указано в п. д ст. 41 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" в договоре найма специализированного жилого помещения указываются члены семьи нанимателя (ч. 6 ст. 100 ЖК РФ). Принимая во внимание, что типовыми договорами найма специализированных жилых помещений нанимателю предоставлено право пользоваться жилым помещением вместе с членами семьи, он вправе вселить в это жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи (например, супруга, детей, родителей) с соблюдением требований, установленных ст. 70 ЖК РФ. Члены семьи нанимателя служебного жилого помещения в соответствии с частью 5 статьи 100 и частями 2 - 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации имеют равное с нанимателем право пользования жилым помещением, если иное не установлено соглашением между ними. В случае прекращения семейных отношений между нанимателем служебного жилого помещения и членом его семьи право пользования служебным жилым помещением за бывшим членом семьи нанимателя, по общему правилу, не сохраняется (часть 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации - абз. 2 подпункта "е" п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14).

В силу ч. 1 ст. 70 ЖК РФ, наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи.

Право нанимателя на вселение в занимаемое им помещение других лиц согласно пункту 9 Правил пользования жилыми помещениями, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 21 января 2006 года N 25 "Об утверждении Правил пользования жилыми помещениями" относится к правам нанимателя в качестве пользователя жилым помещением (с изм. от 16.01.2008).

Таким образом, право пользования у гражданина жилым помещением возникает при вселении и фактическом проживании в жилом помещении вместе с нанимателем.

На ФИО3 распространяются права и обязанности, предусмотренные ст. 69 и ст. 100 ЖК РФ.

Согласно п. 4 ст. 69 ЖК РФ, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

В "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2018)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.03.2018) отражено, что в силу ч. 4 ст. 69 ЖК РФ, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

Исходя из указанных положений закона бывшие члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, проживающие в жилом помещении, сохраняют право пользования им. К бывшим членам семьи нанимателя жилого помещения относятся лица, с которыми у нанимателя прекращены семейные отношения.

Как разъяснено в абз. 2 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 N 14, по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 ЖК РФ, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Под прекращением семейных отношений между супругами следует понимать расторжение брака в органах записи актов гражданского состояния, в суде, признание брака недействительным. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения, но должны оцениваться в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами. Вопрос о признании лица бывшим членом семьи собственника жилого помещения при возникновении спора решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.

В "Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019) указано, что жилищный кодекс Российской Федерации устанавливает равные права нанимателя жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, и членов его семьи, в том числе и бывших членов семьи, продолжающих проживать в занимаемом жилом помещении (чч. 2 и 4 ст. 69).

В соответствии со ст. 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

Согласно разъяснениям, данным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснить: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании ч. 3 ст. 83 ЖК Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

В силу ч. 3 ст. 83 ЖК Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Если отсутствие в жилом помещении нанимателя и (или) членов его семьи не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании ч. 3 ст. 83 ЖК Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Значимыми по делу обстоятельствами при разрешении данного спора является факт добровольного выбытия ответчика ФИО3 из квартиры по адресу <...>, на иное место жительства, а также тот факт, что она перестала быть членом семьи нанимателя ФИО2

В нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом суду такие доказательства представлены не были.

Как указано в п. 8 договора найма от 20.03.2017, временное отсутствие нанимателя и членов его семьи не влечет изменения их прав и обязанностей по настоящему договору.

В п. 10 договора найма от 20.03.2017 указано, что члены семьи нанимателя имеют право пользования жилым помещением наравне с нанимателем, если иное не установлено соглашением между нанимателем и членами его семьи. В случае прекращения семейных отношений с нанимателем право пользования жилым помещением за бывшим членом семьи не сохраняется, если иное не установлено соглашением между нанимателем и бывшими членами его семьи (п. 12 договора найма от 20.03.2017).

Как было установлено судом, что подтверждено договором найма от 20.03.2017, при заключении указанного договора между истцом и ФИО2, ФИО3 им была включена как член своей семьи, который имеет право на проживание в спорном жилом помещении.

Факт, что ФИО3 является членом семьи ФИО2 установлен и вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Томска от 06.07.2018.

Свидетель истца А. в суде показал, что ФИО3 и ФИО2 знает, это его соседи. ФИО3 не видел около пяти лет по адресу: <...>, последний раз видел ее в 2013 году, потом ушел в армию вернулся в 2015 году. В квартире ответчиков не бывал. Иногда видит, что кто-то заходит в квартиру ответчиков. У него график работы сутки через трое, дома находится только вечером.

Данные пояснения опровергаются пояснениями самой ФИО3, которая поясняла, что она работает на двух работах посменно и не всегда может видеть соседей, но она постоянно проживает в спорной квартире, никуда не выезжала, имеет регистрацию в данном жилом помещении.

Также факт проживания ФИО3 в спорном жилом помещении подтвердил и свидетель ответчиков А. (друг семьи А-вых), который показал, что часто бывает в гостях у А-вых, так как дружит ФИО2 уже более 25 лет, отмечет с ними праздники, на которых всегда присутствует ФИО3 - дочь ФИО2 ФИО3 проживает вместе с отцом на ул. Больничной, 4-13, у нее в квартире своя комната, в которой имеются ее вещи. ФИО3 была недолго замужем и в период брака с мужем жила у отца, после развода продолжила жить с отцом.

Суд оснований сомневаться в показаниях свидетеля А. не находит, поскольку они последовательны и не противоречивы и согласуются с пояснениями самих ответчиков. В данной связи показания свидетеля А. по факту не проживания ФИО3 в спорной квартире полностью опровергнуты и показаниями свидетеля А. и пояснениями ответчиков.

Тот факт, что ФИО3 проживает в спорном жилом помещении, подтверждается и фотографиями комнаты, в которой имеются женские вещи и как пояснили ответчики – это комната ФИО3 и это ее личные вещи.

Доказательств обратного в нарушение ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Суд учитывает и то, что с момента вступления в брак и после его расторжения ФИО3 состояла на регистрационном учете в спорном жилом помещении, на что было ею указано в процессе, а также подтверждено представителем истца.

Как пояснил ФИО2 в процессе, его дочь ФИО3 проживет в спорном жилом помещении, несет бремя содержания данного имущества, приобретает продукты питания, то есть у них имеется ведение общего хозяйства, из спорного жилого помещения не выезжала, даже после вступления в брак, но никогда не переставала быть членом его семьи, данный статус даже после вступления в брак и его прекращении ею не утрачивался.

Доказательств обратного в нарушение ст. 56 ГПК РФ истец не представил.

Наличие исполнительных производств в отношении ФИО3 и указание в исках других адресов в качестве ее места жительства, не свидетельствует о том, что она выехала из спорного жилого помещения на постоянное место жительство в другую квартиру, и как пояснила ФИО3 в процессе, что не опровергнуто истцом, что действительно в отношении нее имелись исполнительные производства и в исках указаны адреса места жительства ее матери, однако по данным адресам она никогда не проживала.

Суд учитывает и то, что в справке от 13.10.2014 ФГКУ «5 отряд ФПС по Томской области» Пожарная часть №3 указано, что ФИО2 действительно проживает по адресу: <...> в составе семьи, в том числе и с ФИО3

Другого жилья ФИО3 не имеет, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 45).

Из системного толкования приведенных норм Жилищного кодекса РФ следует, что ФИО3, будучи указанной в договоре найма специализированного жилого помещения, как члены семьи нанимателя, в силу ст. 69 ЖК РФ приобрела равные с нанимателем права.

Таким образом, суд приходит к выводу, что истцом не доказано прекращение семейных отношений ФИО3 с нанимателем ФИО2, что она перестала быть членом семьи нанимателя ФИО2, наоборот судом было установлено, что ФИО3 пользуется спорным жилым помещением, несет бремя содержания квартирой, проживает с нанимателем ФИО2 одной семьей, из спорного жилого помещения никуда не выезжала, имеет регистрацию в нем.

В свою очередь ответчиками доказано, что между ними существуют семейные отношения, что свидетельствует о том, что ФИО3 является членом семьи нанимателя ФИО2

Исходя из изложенного, суд считает установленным, что ответчики проживают совместно в спорной квартире, ведут совместное хозяйство, семейные отношения поддерживают, и наличие родственных отношений между ответчиками свидетельствует о том, что они являются членами одной семьи, следовательно, ФИО3 в отношении нанимателя ФИО2 является членом его семьи, данное ею не утрачено, в связи с чем ее право пользования спорным жилым помещением не подлежит прекращению, а требования истца о признании ФИО3 утратившей право пользования спорным жилым помещением не подлежат удовлетворению.

Поскольку в удовлетворении требований отказано, в силу ст. 98 ГПК РФ оснований для взыскания с ответчиков пользу истца расходов по оплате государственной пошлины не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Федерального государственного казенного учреждения «5 отряд федеральной противопожарной службы по Томской области» к ФИО2, ФИО3 о признании пункта 3 договора найма специализированного жилого помещения №24 от 20.03.2017 в части включения ФИО3 в качестве члена семьи нанимателя ФИО2, к ФИО3 о признании утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <...>, ОТКАЗАТЬ.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца через Октябрьский районный суд г. Томска путем подачи апелляционной жалобы.

Судья: /подпись/

Копия верна.

Судья: Т.С. Журавлева

Секретарь: Л.В. Гойник

«__» _____________ 20 __ года

Мотивированный текст изготовлен 22.07.2019

Судья: Т.С. Журавлева

Оригинал хранится в деле № 2-1414/2019 в Октябрьском районном суде г.Томска