Решение № 2-2760/2017 2-2760/2017~М-2487/2017 М-2487/2017 от 1 августа 2017 г. по делу № 2-2760/2017

Р Е Ш Е Н И Е Дело № 2-2760/2017 г.

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«04» августа 2017 года г. Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

-председательствующего судьи…………………………………………. ФИО1,

- при секретаре……………………………………………. ……………...ФИО2,

- с участием истца Б.Я.В.., его представителя В.А.И.., действующего на основании доверенности <номер> от 10.07.2017 года,

- ответчиков:

- представителя Министерства финансов РФ - Б.Ю.А.., действующей на основании доверенностей <номер> от 07.11.2016 года, <номер> от 26.12.2016 года,

- представителя Российской Федерации в лице МВД России, УМВД России по Белгородской области П.Т.В.., действующей на основании доверенностей от 09.01.2017 года, 24.01.2017 года,

- третьего лица - А.Р.А., также представляющего интересы третьего лица - ОВМД России по г.Губкину Белгородской области на основании доверенности от 02.08.2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б.Я.В. к Российской Федерации в лице МВД России, Министерства финансов РФ, УМВД России по Белгородской области о взыскании убытков и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Б.Я.В. обратился с указанным иском, в обоснование которого указал на незаконность действий дежурного по разбору ОМВД России по г.Губкину А.Р.А. по принятию решения о возбуждении в отношении него дела об административном правонарушении. предусмотренном ч.1 ст.19.3 КоАП РФ и применении административного задержания.

Впоследствии постановлением судьи Губкинского городского суда Белгородской области от 18.06.2014 года производство по указанному делу об административном правонарушении в отношении истца было прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ - в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В результате незаконных действий, сотрудников полиции он испытывал нравственные переживания, выразившиеся в унижении, психической подавленности, поскольку под сомнение были постановлены его добросовестность и законопослушность. Он был вынужден нести расходы на оплату юридических услуг его представителя, также нес убытки в виде потери заработка, поскольку не смог принять участие в судебном заседании по защите прав и интересов гр.В.В.В.., с которым у него было заключено соглашение.

С учетом указанных обстоятельств, истец в соответствии с требованиями положений ст.ст.15, 1069, 1070 ГК РФ, с учетом заявления об уточнении требований, просит взыскать в его пользу с Российской Федерации за счет средств казны РФ в лице Министерства финансов РФ компенсацию морального вреда в <сумма>, убытки в виде понесенных им при рассмотрении дела об административном правонарушении расходов по оплате услуг представителя в <сумма>, убытки в виде неполученного заработка в <сумма> и оплате государственной пошлины при подаче иска в <сумма>.

В судебном заседании истец Б.Я.В. и его представитель В.А.И. полностью поддержали заявленные требования по указанным в иске основаниям.

Ответчики по делу - представитель Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области - Б.Ю.А.., представитель МВД России, УМВД России по Белгородской области - П.Т.В.., заявленные Б.Я.В. требования не признали, указав на их необоснованность, в том числе в связи с недоказанностью причинения истцу вреда и убытков действиями сотрудников полиции, сославшись на положения ст.ст.1069, 1070 ГК РФ, которой в качестве обязательных условий компенсации причиненного вреда в результате незаконных действий государственных органов либо их должностных лиц предусмотрено наличие противоправности в действиях соответствующих должностных лиц, а также наличие вины причинителя вреда. Сотрудники полиции действовали в рамках предоставленных им полномочий по пресечению правонарушений. Действия дежурного по разбору ОМВД России по г.Губкину А.Р.А. незаконными в установленном законом порядке не признаны.

Третье лицо по делу - дежурный по разбору ОМВД России по г.Губкину - А.Р.А.., который также представляет интересы ОМВД России по г.Губкину Белгородской области, также указал на необоснованность заявленных Б.Я.В. требований.

Исследовав обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, материалы дела об административном правонарушении <номер>, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется (часть 1). Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (часть 2).

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст.53 Конституции Российской Федерации).

Реализация указанных конституционных правомочий осуществляется отраслевым законодательством и, в частности, гражданским законодательством.

Так, в ст.16 ГК РФ закреплена обязанность возмещения Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием убытков, причиненных гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления.

Как следует из разъяснений, данных в п.27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП Российской Федерации», требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности, подлежит рассмотрению в соответствии с гражданским законодательством в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ч.ч.1-4 ст.1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Когда в отношении лица, привлеченного к административной ответственности, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п.п.1, 2 ст.24.5 КоАП РФ применяются правила, установленные ст.ст.1069-1070 ГК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п.1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст.1069 настоящего Кодекса (ч.2 ст.ст.1070 ГК РФ).

Положениями ст.1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ для наступления ответственности, вытекающей из обстоятельств вследствие причинения вреда, необходимо наличие одновременно таких условий как: наступление вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом; вина причинителя вреда.

Из приведенных положений закона в их взаимосвязи следует, что ответственность субъектов, перечисленных в ст.1069 ГК РФ, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

В силу ч.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, данным в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Частью 3 ст.33 Федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции» закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Лицо, привлекавшееся к административной ответственности, участвует в таком споре не как субъект публичного, а как субъект частного права и может доказывать в процедуре гражданского судопроизводства и свою невиновность, и причиненный ему ущерб. Таким образом, предъявление лицом соответствующих требований не в порядке административного судопроизводства, а в другой судебной процедуре может привести к признанию незаконными действий осуществлявших административное преследование органов, включая применение ими мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, и к вынесению решения о возмещении причиненного вреда.

Таким образом, вышеуказанные правовые нормы в их системной взаимосвязи допускают возможность удовлетворения требования о компенсации морального вреда лица, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено, при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.

Положениями ч.ч.1, 2 ст.6 Федерального закона «О полиции» установлено, что полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. Всякое ограничение прав, свобод и законных интересов граждан, а также прав и законных интересов общественных объединений, организаций и должностных лиц допустимо только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 16.06.2009 года № 9-П, лицо, привлекавшееся к административной ответственности, вправе обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства с требованием о возмещении вреда в случае необоснованного административного преследования. Таким образом, в случае прекращения производства по делу об административном правонарушении, по основаниям, предусмотренным ст.24.5 КоАП РФ, в том числе вследствие отсутствия состава административного правонарушения, лицо, в отношении которого велось производство, вправе обратиться в порядке гражданского судопроизводства с иском о взыскании убытков и компенсации морального вреда, причиненного действиями должностных лиц государственных и муниципальных органов. При этом, отдельного решения суда о признании действий должностного лица незаконными в порядке главы 25 ГПК РФ не требуется, поскольку указанное обстоятельство относится к числу юридически значимых и входит в предмет доказывания по делу о взыскании убытков и компенсации морального вреда по заявленным основаниям.

Также в данном постановлении Конституционный Суд Российской Федерации указал, что осуществляя правовое регулирование в сфере административной ответственности, в том числе определяя составы административных правонарушений, виды административных наказаний, а также меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, федеральный законодатель - в силу ч.3 ст.17, ч.3 ст.55, п.«в» ст.71 Конституции Российской Федерации - обязан исходить из недопустимости отмены или умаления прав и свобод человека и гражданина, как они признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, и из возможности их ограничения федеральным законом только соразмерно конституционно значимым целям защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Признавая необходимость повышенного уровня защиты прав и свобод граждан в сфере правоотношений, связанных с публичной, в том числе административной, ответственностью, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что законодательные механизмы, действующие в этой сфере, должны соответствовать вытекающим из Конституции Российской Федерации - ст.ст.17, 19, 46, 55, и общих принципов права критериям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, с тем чтобы гарантировать эффективную защиту прав и свобод человека в качестве высшей ценности, в том числе посредством справедливого правосудия (Постановления от 12.05.1998 года № 14-П, от 11.05.2005 года № 5-П, от 27.05.2008 года № 8-П).

Названные критерии - в силу ст.18 Конституции Российской Федерации, согласно которой права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием, распространяются непосредственно как на само законодательство об административных правонарушениях, так и на соответствующие правоприменительные акты органов исполнительной власти и их должностных лиц, а также на судебные решения.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации, устанавливающих, с одной стороны, обязанность органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы (ч.2 ст.15), а с другой - право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст.53), в системном единстве с конституционными принципами правового государства и приоритета прав человека и гражданина (ч.1 ст.1, ст.ст.2, 18), критериями их допустимых ограничений и гарантиями государственной, в том числе судебной, защиты (ч.3 ст.17, ч.ч.1, 2 ст.19, ст.ст.45, 46, 55), акт о привлечении к административной ответственности или о применении принудительных мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении является законным, если он издан на основании закона и, по сути, отвечает конституционным требованиям справедливости, соразмерности и правовой безопасности.

Соответственно, лицо, относительно которого вынесен акт о применении принудительных мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, по существу, ограничивалось бы в возможности реализовать свое право на судебную защиту, если бы суды оценивали законность действий (бездействия) органа государственной власти или должностного лица исключительно с точки зрения соблюдения пределов предоставленных им законом (то есть формально определенных) полномочий, не исследуя все обстоятельства, связанные с установлением наличия или отсутствия события и (или) состава административного правонарушения.

В частности, административное задержание в качестве принудительной меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении не может применяться, если оно не обусловлено целями, определенными в п.п. «с» п.1 ст.5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в силу которого законным признается задержание лица, произведенное с тем чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения.

Понятие «законное задержание», употребленное в п.п. «с» п.1 ст.5 Конвенции, как и понятие «задержание, произведенное в установленном законом порядке» включают обязанность осуществляющих производство по делам об административных правонарушениях органов государственной власти и их должностных лиц соблюдать нормы материального и процессуального законодательства. В контексте содержащихся в данной норме предписаний это означает, что задержанный имеет право на проверку соблюдения органом государственной власти или его должностным лицом законодательных положений, необходимых для признания примененной к нему принудительной меры законной в указанном смысле, а суд, в свою очередь, должен проверить как соблюдение процессуальных норм, на основе которых производится задержание, так и обоснованность этой меры с точки зрения целей, а также исходя из того, была ли она необходимой и разумной в конкретных обстоятельствах, послуживших основанием для ее применения. При этом должностное лицо, производящее административное задержание, должно располагать такими фактами и сведениями, которые достаточны для объективно обоснованного подозрения в том, что задерживаемый мог совершить соответствующее правонарушение. Задержание во всяком случае не может быть признано обоснованным, если действия, вменяемые задержанному, в момент их совершения не могли расцениваться как правонарушение.

Само по себе то обстоятельство, что задержанное лицо не было впоследствии привлечено к административной ответственности и не предстало перед судом, не обязательно означает, что задержание было незаконным и нарушало требования ст.22 Конституции Российской Федерации и п.п. «с» п.1 ст.5 Конвенции.

Административное задержание, предусмотренное ч.3 ст.27.5 КоАП РФ, может считаться законным лишь в том случае, если оно осуществляется в целях, определяемых предписаниями Конституции Российской Федерации и Конвенции о защите прав человека и основных свобод, необходимо для их достижения и является соразмерным. Следовательно, такое административное задержание не может быть признано законным, если оно применялось должностным лицом, хотя и в рамках установленных законом полномочий, но с нарушением указанных целей и критериев, при отсутствии достаточных оснований, произвольно или тем более сопровождалось злоупотреблением властью.

По смыслу ч.3 ст.17, ст.22, ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации, административное задержание на срок до 48 часов - с учетом его юридической природы как формы ограничения конституционного права на свободу - может быть признано законным и в случае последующего прекращения производства по делу об административном правонарушении, в том числе по таким основаниям, как отсутствие события административного правонарушения или отсутствие состава административного правонарушения (п.п.1, 2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ), если должностное лицо или орган публичной власти действовали в условиях, когда были достаточные основания полагать, что применение данной принудительной меры необходимо.

Соответственно, прекращение производства по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием события или состава административного правонарушения, а также по каким-либо иным основаниям не может служить препятствием для обжалования незаконного применения административного задержания как принудительной меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении. Иное нарушало бы гарантированные Конституцией Российской Федерации право на свободу и личную неприкосновенность (ст.22), а также право на судебную защиту (ст.46) и противоречило бы принципам законодательства об административных правонарушениях, в частности принципу законности (ст.1.6 КоАП РФ).

Отсутствие в тексте ч.1 ст.1070, а также абз.3 ст.1100 ГК РФ непосредственного указания на административное задержание не может означать, - по смыслу этих статей во взаимосвязи с ч.3 ст.27.5 КоАП РФ и п.п. «с» п.1 ст.5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, - что их действие не распространяется на случаи, когда право на свободу ограничивается в связи с административным задержанием на срок не более 48 часов как обеспечительной мерой при производстве по делам об административных правонарушениях, за совершение которых может быть назначено наказание в виде административного ареста. Иное не соответствовало бы ни Конституции Российской Федерации, ни Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Как следует из материалов дела 09.06.2017 года дежурным по разбору ОМВД России по г.Губкину А.Р.А. в отношении Б.Я.В. возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.19.3 КоАП РФ. Основанием для возбуждения данного дела послужил тот факт, что 08.06.2014 года в 23 часа 00 минут в здание ОМВД России по г.Губкину явился грБ.Я.В.., который находился в состоянии алкогольного опьянении, оскорбляющем человеческое достоинство и общественную нравственность. Выполнить требования сотрудников полиции проследовать в мед. учреждение для прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, он отказался. В связи с чем в отношении Б.Я.В. был составлен протокол об административном правонарушении по ч.1 ст.19.3 КоАП РФ и в соответствии с ч.3 ст.27.5 КоАП РФ он был подвергнут административному задержанию (дело <номер>. л.д.2-4).

Объективная сторона состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.19.3 КоАП РФ выражается в неповиновении законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, военнослужащего либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей.

Постановлением судьи Губкинского городского суда Белгородской области от 18.06.2014 года, вступившим в законную силу на основании рушения судьи Белгородского областного суда от 11.07.2014 года, производство по указанному делу об административном правонарушении в отношении истца прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ - в связи с отсутствием в его действиях состава инкриминируемого ему в вину административного правонарушения (дело <номер> л.д.55-58, 71-73).

При этом судом установлено, что со стороны Б.Я.В. не было оказано неповиновения сотрудникам полиции, то есть отсутствовала объективная сторона вменяемого ему в вину административного правонарушения.

В соответствии с п.2 ч.1 ст.27.1 КоАП РФ в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять следующие меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении как административное задержание.

В силу ч.1 ст.27.3 КоАП РФ административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае оснований для административного задержания истца не имелось. В связи с чем его задержание в период с 00 часов 30 минут 09.06.2014 года до 16 часов 00 минут 09.06.2014 года не может быть признано соответствующим конституционным требованиям справедливости, соразмерности и правовой безопасности, то есть правомерным.

Приведенные обстоятельства нарушения конституционного права Б.Я.В. на свободу и личную неприкосновенность в результате незаконного административного задержания является достаточным основанием для вывода о причинении ему морального вреда, который подлежит компенсации в денежном выражении.

При этом суд учитывает, что доводы истца о причинении ему нравственных страданий незаконными действиями должностного лица не требуют подтверждения дополнительными доказательствами, поскольку установлен факт ограничения свободы истца в связи с незаконным административным задержанием.

В связи с чем, являются необоснованными доводы ответчиков об отсутствии доказательств причинения истцу морального вреда.

По смыслу ч.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, разумности и справедливости.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При оценке размера компенсации причиненного истцу морального вреда, суд в соответствии со ст.1101 ГК РФ исходит из того, что нарушение прав истца допущено в данном случае органами государственной власти, на которых Конституцией Российской Федерацией (ст.ст.2, 18) возложена обязанность по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека и гражданина. В связи с незаконным возбуждением в отношении истца дела об административном правонарушении, в ходе которого он был подвергнут административному задержанию, он испытывал нравственные переживания, выразившиеся в унижении, психической подавленности, поскольку под сомнение были постановлены его добросовестность и законопослушность. Ввиду плохого самочувствия он был вынужден прибегнуть к помощи представителя для необходимости участия в административном производстве, в связи с чем нес расходы на оплату юридических услуг.

С учетом указанных обстоятельств и положений ст.ст.151, 1100, 1101 ГК РФ, принципов разумности, справедливости, также учитывая продолжительность административного задержания истца, периода рассмотрения дела об административном правонарушении (с 09.06.2014 года по 18.06.2014 года) суд, считает, разумной, справедливой и соразмерной объему нарушенных личных неимущественных прав истца, способствующей восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к причинителю вреда, будет являться компенсация морального вреда в <сумма>.

Из содержания ст.ст.1069, 1071 ГК РФ следует, что вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации. В этих случаях от имени казны Российской Федерации выступает соответствующий финансовый орган, если в соответствии с ч.3 ст.125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу ч.3 ст.125, ст.1071 ГК РФ, п.п.1 п.3 ст.158 БК РФ от имени Российской Федерации или субъекта Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) должностных лиц выступает главный распорядитель бюджетных средств.

В соответствии с п.63 ст.12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 01.03.2011 года № 248 «Вопросы Министерства внутренних дел Российской Федерации», действовавшего до 21.12.2016 года), МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач, является получателем средств федерального бюджета, а также главным администратором (администратором) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При этом п.п.100 п.11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 21.12.2016 года № 699, действующего в настоящее время), также предусмотрено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Согласно п.52 Типового положения о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации, территориальный орган МВД России осуществляет функции получателя и распорядителя бюджетных средств (получателя, распорядителя средств федерального бюджета), а также бюджетные полномочия администратора доходов федерального бюджета, главного администратора (администратора) доходов бюджета субъекта Российской Федерации и местных бюджетов в соответствии с правовым актом главного администратора доходов бюджета о наделении соответствующими полномочиями.

Из приведенных норм законодательства следует, что по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России как главный распорядитель бюджетных средств.

Таким образом, принимая во внимание приведенные положения действующего законодательства, в том числе - п.п.1, 3 ст.125, 1071 ГК РФ, ст.158 БК РФ надлежащим ответчиком по делу является Российская Федерация в лице главного распорядителя средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности - МВД России. В связи с чем, оснований для взыскания компенсации морального вреда с иных ответчиков - Министерства финансов РФ, не имеется.

Частью 1 ст.15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ч.1 ст.24.7 КоАП РФ, а также разъяснений, данных в п.26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. В случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании ст.ст.15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).

Из изложенного следует, что основанием для возмещения за счет казны Российской Федерации причиненного лицу вреда, выразившегося в понесенных им расходах на оплату услуг представителя при рассмотрении дела об административном правонарушении, является сам факт отмены как незаконных постановлений должностного лица либо судебных актов, принятых по делу об административном правонарушении, инициированному государственным органом. Соответственно, причина прекращения производства по делу об административном правонарушении и отсутствие вины в действиях лица, возбудившего дело, существенного значения не имеет.

Таким образом, по своей правовой природе, понесенные истцом в рамках дела об административном правонарушении убытки являются процессуальными расходами, но в связи с неурегулированием нормами действующего КоАП РФ вопросов их возмещения, такие требования рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства. В связи с чем, в данном случае при определении размера подлежащих взысканию убытков по аналогии подлежат применению положения ст.100 ГПК РФ.

Из материалов дела следует, что истец в связи с производством по делу об административном правонарушении был вынужден нести расходы по оплате услуг его защитника - В.А.И.., который участвовал в судебных процессах по данному делу - в Губкинском городском суде 09.06., 10.06., 17.06., 18.06.2014 года, а также в Белгородском областном суде при рассмотрении жалобы представителя ОМВД России по г.Губкину - 11.07.2014 года, подготовил ряд ходатайств об истребовании доказательств, вызове свидетелей в подтверждение факта невиновности его подзащитного в инкриминируемом административном правонарушении, также им были получены и представлены в материалы дела об административном правонарушении дополнительные доказательства (документы, характеризующие личность истца и мед. документация по его обращению за врачебной помощью, в связи с причинением при задержании телесных повреждений) (дело об адм. правонарушении <номер> л.д.28, 30, 32, 34, 36, 40, 42-44, 46, 71-73).

Общая сумма понесенных истцом расходов на оплату указанных юридических услуг составила <сумма>. Факт несения истцом данных расходов подтверждается, заключенным 09.06.2014 года между В.А.И. (исполнитель) и Б.Я.В. (заказчик) договором возмездного оказания услуг, актом принятия оказанных услуг от 11.07.2014 года и прилагаемой к акту распиской, согласно которой заказчик оплатил исполнителю указанную денежную сумму (л.д.18-20).

Согласно ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся, в том числе расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд: расходы на оплату услуг представителей, суммы, подлежащие выплате экспертам и другие признанные судом расходы (ст.94 ГПК РФ).

Судебные расходы распределяются судом согласно ст.ст.98, 100 ГПК РФ по общему правилу - пропорционально размеру удовлетворенных судом требований.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Указанная норма закона предоставляет суду право самому определить разумные пределы возмещения расходов.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого вынесено судебное постановление, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым на реализацию требования ч.3 ст.17 Конституции РФ.

Согласно разъяснениям, данным в п.п.12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В рассматриваемом случае с учетом характера спора, который не представляет особой сложности, наличия у истца всех необходимых для разрешения спора документов, объема оказанных В.А.И. услуг, выразившихся в подготовке ходатайств в рамках рассмотрения в отношении Б.Я.В. дела об административном правонарушении, сборе и представления дополнительных доказательств по делу, а также участия в четырех судебных заседаниях, суд приходит к выводу о несоответствии критерию разумности, заявленной истцом суммы понесенных расходов по оплате оказанных ему юридических услуг в <сумма>.

При указанном объеме защищаемого права истца, категории спора, суд считает, отвечающей требованиям разумности и справедливости является стоимость оказанных истцу юридических услуг в <сумма>.

При этом суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца о возмещении ему за счет казны РФ убытков в <сумма>, понесенных в связи с невозможностью участия ввиду его задержания в судебном заседании по осуществлению защиты прав и интересов гр.В.В.В. при рассмотрении в отношении последнего мировым судьей судебного участка № 2 Губкинского района Белгородской области 09.06.2014 года дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.4 ст.12.15 КоАП РФ.

Из материалов дела следует, что 16.05.2014 года между Б.Я.В. (исполнитель) и гр.В.В.В. (заказчик) заключен договор на оказание юридических услуг, по условиям которого стоимость представления интересов заказчика в судебном заседании в течение одного дня составляет <сумма>. На представление интересов В.В.В. им на имя истца выдана нотариально удостоверенная доверенность (л.д.21, 22).

В соответствии с ч.1 ст.25.1 КоАП РФ лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе пользоваться юридической помощью защитника.

Положениями ч.ч.1, 2 ст.24.4 КоАП РФ предусмотрено право лиц, участвующих в производстве по делу об административном правонарушении, заявлять ходатайства, подлежащие обязательному рассмотрению судьей, органом, должностным лицом, в производстве которых находится данное дело.

Таким образом, В.В.В. при рассмотрении в отношении него дела об административном правонарушении имел право ходатайствовать об отложении судебного заседания в связи с нуждаемостью в юридической помощи защитника.

При этом таким правом В.В.В. не воспользовался, более того вину в инкриминируемом административном правонарушении не оспаривал (л.д.23).

С учетом указанных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что истцом не доказан факт неполучения им дохода по указанному договору на оказание юридических услуг исключительно вследствие действий должностных лиц ОМВД России по г.Губкину по применению в отношении него административного задержания.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Ссылка представителя Российской Федерации в лице МВД России на положения п.п.19 п.1 ст.333.36 НК РФ не может быть принята во внимание, поскольку данная норма предусматривает льготы по уплате государственной пошлины при обращении в суд, тогда как в настоящем деле подлежат взысканию судебные расходы в виде государственной пошлины, уплаченной другой стороной при подаче иска.

С учетом того, что требования истца удовлетворены частично, пропорционально удовлетворенной судом части требований, с ответчика подлежат взысканию также расходы истца по оплате государственной пошлины по настоящему делу в <сумма>, от несения которых применительно к положениям ст.98 ГПК РФ МВД России не освобождено.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования Б.Я.В. к Российской Федерации в лице МВД России, Министерства финансов РФ, УМВД России по Белгородской области о взыскании убытков и компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет средств казны Российской Федерации в пользу Б.Я.В. в счет компенсации морального вреда <сумма>, в счет, понесенных при рассмотрении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.19.3 КоАП РФ, убытков на оплату услуг представителя <сумма>, судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче иска в <сумма>.

В удовлетворении исковых требований Б.Я.В. о взыскании в его пользу за счет средств казны РФ компенсации морального вреда в <сумма>, убытков в <сумма>, - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Белгорода в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья: