Апелляционное определение № 33-2586/2025 33-288/2026 от 16 февраля 2026 г.

Дело № 2-1068/2024 Председательствующий Батхиев М.К..


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33- 288/2026
17 февраля 2026 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Цурова Х.М.,

судей Кориговой М.А. и Плиевой И.М.,

при секретаре судебного заседания Арчаковой З.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования по Волгоградской области о защите пенсионных прав

по апелляционным жалобам представителя ОСФР по Республике Ингушетия ФИО2 и представителя ОСФР по Волгоградской области ФИО3 на решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 19 марта 2024 г., которым исковое заявление удовлетворено.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ОСФР по Республике Ингушетия, в котором просит признать незаконным решение ответчика о прекращении ей выплаты пенсии, обязать ответчика возобновить выплату досрочной страховой пенсии по старости с даты ее прекращения, то есть с 1 мая 2022г.

В обоснование искового заявления указано, что на основании решения ГУ- ОПФР по Республике Ингушетия от 16 января 2019 г. истцу была назначена досрочная страховая пенсия по старости исходя из того, что она является матерью инвалида с детства, имеет необходимый возраст и страховой стаж, при определении размера которого учтены срок ухода за ребенком-инвалидом и сведения, содержащиеся в трудовой книжке. Однако выплата пенсии прекращена с 1 мая 2022 г. ввиду обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений о праве на пенсию.

С решением ответчика о прекращении досрочной страховой пенсии по старости не согласна и считает его подлежащим отмене, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих правомерность принятого решения, ответчик ей не предоставил.

Определением суда от 11 декабря 2023 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено ОСФР по Волгоградской области.

Решением Магасского районного суда Республики Ингушетия от 19 марта 2024 г. исковое заявление удовлетворено.

В апелляционных жалобах представители ОСФР по Республике Ингушетия ФИО2 и ОСФР по Волгоградской области ФИО3 ставят вопрос об отмене судебного решения в связи с его незаконностью и необоснованностью.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии определены ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ.

Статьей 8Статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно п.1 ч. 1 ст. 32 указанного Федерального закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 следующим лицам:

одному из родителей инвалидов с детства, воспитавшему их до достижения ими возраста 8 лет: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж соответственно не менее 20 и 15 лет.

Частью 3 ст. 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ предусмотрено, что периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающих право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии.

Таким образом, Федеральный закон № 400-ФЗ предусматривает порядок сохранения пенсионных прав на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, приобретенных гражданами до вступления его в силу на основании ранее действующего законодательства.

Пунктом 3 ч. 1 ст. 25 данного Федерального закона предусмотрено, что прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В соответствии с п. 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий (утв. постановлением Правительства РФ от 02.10.2014 № 1015) документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Согласно ст. 13 Федерального закона от 17.12.2001 г. №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены ст. ст. 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами либо могут устанавливаться на основании показаний двух или более свидетелей, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и т.д.) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух или более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного хранения, умышленного уничтожения и т.д.) не по вине работника.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что решение ответчика о прекращении истцу досрочной страховой пенсии не соответствует нормам действующего пенсионного законодательства, регулирующего спорные правоотношения.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда, поскольку решение пенсионного органа о прекращении выплаты истцу досрочной страховой пенсии по старости неправомерно ограничивает истца в пенсионных правах.

Исходя из действующего законодательства, решение о назначении пенсии принимается уполномоченными государством органами на основе строгого исполнения законодательных предписаний, а также внимательного и ответственного подхода к оценке фактических обстоятельств, с которым закон связывает возникновение права на пенсию, тщательности при оформлении документов, подтверждающих наличие условий, необходимых для назначения и определения ее размера, с тем, чтобы гражданин как участник соответствующих правоотношений мог быть уверен в стабильности его официально признанного статуса и в том, что приобретенные в силу этого статуса права будут уважаться государством и будут реализованы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также исследованного судебной коллегией пенсионного дела, истцу, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, решением Центром по назначению, перерасчету и выплате пенсии ПФР в Республике Ингушетия от 16 января 2019 г. №66675 в соответствии с п.1 ч.1 ст.32 Федерального закона №400-ФЗ с 25 декабря 2018 г. назначена страховая пенсия по старости как матери инвалида с детства, воспитавшей его до 8 лет.

В ходе проведения сплошной проверки пенсионных дел РК ПФР установлено, что досрочное назначение страховой пенсии по старости истцу произведено с нарушениями пенсионного законодательства.

Письмом от 9 ноября 2023 г. на обращение истца пенсионный орган сообщил, что выплата пенсии прекращена с 1 мая 2022 г. по причине обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений о праве на пенсию.

Решением от 16 декабря 2022 г. № 220000116439 ФИО1 прекращена выплата досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 25 Закона № 400-ФЗ с 1 мая 2022 г.

Между тем из материалов гражданского дела, а также исследованного пенсионного дела следует, что истцом при обращении в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста были представлены необходимые документы, подтверждающие наличие стажа, дающего право на досрочное назначение страховой пенсии по старости: трудовая книжка установленного образца, справка о заработной плате, свидетельство о рождении ребенка ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, справка МСЭ об установлении ФИО4 категории «ребенок-инвалид» и другие документы.

Так, в апелляционной жалобе представитель ОСФР по Республике Ингушетия ссылается на необоснованность назначения пенсии в виду отсутствия у истца права на назначенную ей ранее досрочную пенсию.

Однако из трудовой книжки следует, что ФИО1 с 4 июля 1984 г. по 31 декабря 1998 г. работала в швейном цехе Грозненского производственного швейного объединения г. Грозный учеником швеи-мотористки, с 19 июня 1987 г. переведена в цех раскроя и пошива верхней мужской одежды закройщицей 3-го разряда в ателье «Силуэт».

Кроме того, в материалах дела имеется справка о заработной плате ФИО1 от 31 декабря 1998 г. № 329 за период с 1985 г. по 1989 г.

В связи с изложенным судебная коллегия приходит к выводу, что материалами дела подтверждается наличие условий, предусмотренных п.1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ, для назначения истцу досрочной пенсии по старости на день ее обращения в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии. При этом стороной ответчиков не представлены доказательства недостоверности представленных истцом документов, что могло бы повлечь в силу ст.25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ прекращение выплаты страховой пенсии.

Между тем при приеме документов пенсионный орган проверял правильность оформления заявления о назначении пенсии и соответствие изложенных в нем сведений и документов, на основании которых было принято решение о назначении пенсии.

Добросовестность действий истца и работодателя, указавшего сведения о трудовой деятельности в трудовой книжке и выдавшего справку о заработной плате, презюмируется в силу закона, в связи с чем на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие представление истцом при назначении пенсии недостоверных сведений.

Относительно доводов апелляционной жалобы ОСФР по Республике Ингушетия об отсутствии на индивидуальном лицевом счете ФИО1 сведений о стаже работы на предприятиях, указанных в трудовой книжке, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии со ст. 8 и ст. 11 Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» сведения индивидуального (персонифицированного) учета в отношении работника обязан предоставлять работодатель – плательщик страховых взносов.

Уплата страховых взносов является обязанностью каждого работодателя как субъекта отношений по обязательному социальному страхованию (ст.ст. 1 и 22 ТК РФ, п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. №30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии»). Невыполнение этой обязанности не может служить основанием для того, чтобы не включить периоды работы, за которые не были уплачены полностью или в части страховые взносы, в страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию.

Согласно ч.1 ст.14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьями 10 и 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются документами, выдаваемыми в установленном порядке работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами.

Истцом в обоснование подтверждения наличия страхового стажа представлены в материалы дела трудовая книжка, а также справка, выданные работодателями.

Между тем ответчиками не представлены доказательства выполнения ими положений п.8 Порядка осуществления корректировки сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесения уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет, утвержденного постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 15 октября 2019 г. №519п, путем направления запросов в государственные органы, органы местного самоуправления и подведомственные им организации, располагающие документами (сведениями), указанными в п.4 данного Порядка.

Факт боевых действий на территории Чеченской Республики является общеизвестным, в связи с чем отсутствие архивных документов не может умалять пенсионные права истца и ставить под сомнение достоверность представленных сведений о трудовом стаже.

Довод жалобы ОСФР по Волгоградской области о том, что трудовая книжка и справка о заработной плате заверены печатью с воспроизведением герба Российской Федерации, в связи с чем не подтверждают наличие необходимого страхового стажа судебная коллегия отклоняет, поскольку данное обстоятельство имело место при назначении пенсии и в качестве основания для прекращения пенсии действующим пенсионным законодательством не предусмотрено.

При таких обстоятельствах, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что сведения, указанные в трудовой книжке, справке о заработной плате, подтверждают работу истца, в связи с чем у нее имеется право для назначения страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, необходимого для ее назначения.

Доводы апелляционных жалоб не опровергают правильность выводов суда, направлены на иную оценку установленных по делу юридически значимых обстоятельств, которым судом дана надлежащая правовая оценка.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В абзаце 3 резолютивной части решения суда указано на возложение на ответчиков обязанности возобновления ФИО1 страховой пенсии по старости в прежнем размере, однако указанное требование истцом не заявлялось, в связи с чем в этой части решение суда подлежит изменению.

Руководствуясь ст. 328, ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 19 марта 2024 г. по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о защите пенсионных прав изменить, изложив абзац третий его резолютивной части в следующей редакции:

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области возобновить ФИО1 досрочную страховую пенсию по старости с даты прекращения с 1 мая 2022 года.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы представителей ответчиков удовлетворить частично.

Мотивированное определение изготовлено 4 марта 2026 г.

Председательствующий

Судьи