Апелляционное определение № 22-1037/2026 от 22 апреля 2026 г.

Судья Васильева А.Р.

Докладчик Медведева М.В. Дело № 22-1037/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 апреля 2026 года город Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Харитонова И.А.,

судей Медведевой М.В., Постарноченко С.В.,

при секретаре судебного заседания Туркиной С.В.,

с участием прокурора Поваровой А.М.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Стацуры Ф.И.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитников - адвокатов Стацуры Ф.И. и Зыкова А.Н. на приговор Вельского районного суда Архангельской области от 10 февраля 2026 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи Медведевой М.В., кратко изложившей содержание приговора, существо апелляционных жалоб, возражений на них, выступления осужденного ФИО1 и адвоката Стацуры Ф.И., поддержавших изложенные в апелляционных жалобах доводы об отмене приговора, мнение прокурора Поваровой А.М. о законности и обоснованности приговора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору Вельского районного суда Архангельской области от 10 февраля 2026 года

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый,

осужден по ч.3 ст. 260 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

На основании п. «в» ч.1 ст.78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ освобожден от наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Гражданский иск и.о.прокурора Вельского района Архангельской области удовлетворен частично. Взыскано с ФИО1 в доход бюджета Вельского муниципального округа Архангельской области 1 286 727 127 рублей 3 копейки в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Арест, наложенный на принадлежащее ФИО1 имущество: денежные средства, находящиеся на счетах № в Архангельском отделении № ПАО «Сбербанк России», № в Архангельском отделении № ПАО «Сбербанк России», № в Архангельском отделении № ПАО «Сбербанк России», № в Архангельском отделении № ПАО «Сбербанк России», № в Архангельском отделении № ПАО «Сбербанк России»; гладкоствольное двуствольное охотничье ружье <данные изъяты> №; гладкоствольное охотничье ружье <данные изъяты>; гладкоствольное двуствольное охотничье ружье <данные изъяты> №; охотничий карабин с нарезным стволом <данные изъяты> №, с дополнительным нарезным стволом калибра № №; огнестрельное оружие ограниченного поражения – травматический пистолет <данные изъяты> №; огнестрельное оружие ограниченного поражения – газовый пистолет <данные изъяты> №, автомобиль марки «<данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, двигатель №, 2016 года выпуска; автомобиль марки <данные изъяты>, сортиментовоз с гидроманипулятором», с государственным регистрационным знаком №, № шасси №, VIN №, 2013 года выпуска; <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, № шасси №, VIN №, 2007 года выпуска; Прицеп-сортиментовоз, модель № с государственным регистрационным знаком № № шасси №, VIN №, 2015 года выпуска; <данные изъяты>», с государственным регистрационным знаком №, № шасси №, VIN №, 2015 года выпуска; снегоход марки <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №, 2007 года выпуска, зав. №, № двигателя МДД.ММ.ГГГГ, - сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска.

ФИО1 осужден за незаконную рубку лесных насаждений, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, что имело место в период с 3 февраля 2014 года по 31 декабря 2015 года.

Обстоятельства установленного судом преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором, считает его незаконным в связи с допущенными судом нарушениями норм материального и процессуального права. Как полагает осужденный, возбуждение в отношении него 25 апреля 2025 года уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.260 УК РФ, то есть за сроками давности привлечения лица к уголовной ответственности, является незаконным. Приводит описание инкриминируемых ему преступных действий, имевших место, по версии органов предварительного следствия, в период с 1 марта 2014 года по 31 декабря 2015 года, и отмечает, что преступление, предусмотренное ст.260 УК РФ, относится к преступлениям, совершенным с прямым умыслом, а объективная сторона преступления заключается в незаконной порубке, а равно повреждении до степени прекращения роста лесных насаждений, а также деревьев, кустарников и лиан, не отнесенных к лесным насаждениям, если эти деяния совершены в значительном размере, то есть, преступление считается оконченным, когда лицо незаконно срубило, а равно повредило до степени прекращения роста лесные насаждения; таким образом, необходимо установление как даты фактического начала работ, так и их окончание, и вольное трактование временного периода не допускается. Ссылаясь на показания свидетеля Свидетель №5 и акты сдачи-приемки выполненных работ с компанией ООО «<данные изъяты>», заявляет об окончании вмененного ему преступления не позднее 15 марта 2015 года. Просит приговор отменить, уголовное дело прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Адвокат Зыков А.Н. в своей апелляционной жалобе также ставит вопрос об отмене приговора как незаконного. Как указывает защитник, суд сделал вывод о совершении ФИО1 рубки деревьев на землях сельскохозяйственного назначения при отсутствии утвержденного в установленном порядке проекта культуртехнической мелиорации, что запрещено, и в нарушение требований ст.ст. 214, 260, 261 ГК РФ, ст.6 ЛК РФ, ст.13 ЗК РФ, ст.ст.1, 2, 8, 24, 25 Федерального закона «О мелиорации земель», но ни в одной из перечисленных статей какого-либо запрета на рубку деревьев на землях сельскохозяйственного назначения не установлено. Приводит содержание п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. №21 (в редакции от 15 декабря 2022 г.) «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» и отмечает, что из предъявленного ФИО1 обвинения не следует совершение им рубки лесов, расположенных на землях сельскохозяйственного назначения, отнесенных к лесам мелиоративным, защитным. Обращает внимание на то, что земельный участок был передан в аренду ООО «<данные изъяты> 8 апреля 2009 года как земли сельскохозяйственного назначения и по состоянию на 2014 год являлись таковыми, ими же они являются и до настоящего времени, никто назначения этих земель не менял, в связи с чем использоваться они могут только в соответствии с данным назначением. Находит не основанным на законе (ст.8 Земельного кодекса РФ) вывод суда о том, что распоряжением главы администрации Архангельской области от 9 июня 2007 года №№ наложен запрет на использование земельного участка с кадастровым номером №. По мнению автора жалобы, судом не установлено место совершения преступления: так, из предъявленного обвинения следует, что ФИО1 заключил ряд договоров с организациями, указанными в обвинении, для рубки деревьев под видом расчистки на земельном участке с кадастровым номером № площадью 172 876 472 квадратных метра, однако незаконную рубку совершил на участке <адрес> с перечислением кварталов, выделов и объема срубленной древесины на этом участке, однако данного участка не существует с 2008 года, относятся ли приведенные в обвинении кварталы и выделы к земельному участку с кадастровым номером №, в предъявленном осужденному обвинении не указано; суд в нарушение ст.252 УПК РФ вышел за пределы предъявленного обвинения, сославшись на совершение ФИО1 незаконной рубки деревьев в кварталах, расположенных на 27 земельных участках, выделенных из земельного участка с кадастровым номером №, хотя в предъявленном ему обвинении никаких ссылок на названные 27 земельных участков нет, и местом совершения преступления определены кварталы, расположенные по адресу: ФИО2 <адрес>; определенный судом период совершения ФИО1 преступления с 3 февраля 2014 года по 31 декабря 2015 года не соответствует установленным в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства обстоятельствам. Обращает внимание на то, что ФИО126 на причастность к незаконной рубке деревьев не проверялся, по делу даже не допрашивался; объем и ущерб от рубки деревьев в период с 1 марта по 30 июля 2014 года осужденному вменен быть не может, так как он никакой должности в ООО «<данные изъяты>» не занимал и, соответственно, использовать свое служебное положение не мог; вменять последнему приведенный в обвинении ущерб за период с 5 марта по 31 декабря 2015 года также невозможно, так как после 5 марта 2015 года работ по расчистке на земельном участке по указанию ФИО1 не производилось; осужденному вменяется причинение особо крупного ущерба, который рассчитывался по изменениям площади вырубки, установленной по космическим снимкам за 2012-2016 годы, сами снимки в полном объеме не представлены, однако этим обстоятельствам судом оценка не дана; судом в приговоре приведен квартал 75, в котором, якобы, ФИО1 также совершена незаконная рубка, однако из приведенных в качестве доказательств документов какие-либо ссылки на расположение квартала 75 на 27 земельных участках, выделенных из земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> или на самом земельном участке отсутствуют, таким образом, установить, где расположен квартал 75, невозможно, значит, он не может быть включен в объем обвинения. Считает, что судом не доказан корыстный мотив действий его подзащитного. Просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

Адвокат Стацура Ф.И. в своей апелляционной жалобе не согласен с приговором, считая его незаконным, вынесенным с существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Как отмечает защитник, возбуждение 25 апреля 2025 года (то есть после истечения сроков привлечения лица к уголовной ответственности) уголовного дело в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.260 УК РФ, является незаконным, равно как и все проведенные по уголовному делу следственные и процессуальные действия; в ходе проведенного в третий раз судебного разбирательства судом не установлен объем вырубленной древесины, осмотр места происшествия (несмотря на неоднократные заявления об этом стороны защиты) не проводился, экспертиза не назначалась, а исследование проводилось на основании письма следователя, допрошенный в судебном заседании специалист Свидетель №107 отказался отвечать на вопросы стороны защиты и пояснять, какие снимки подлежали исследованию; судом незаконно отказано в оглашении имеющихся в материалах дела отчетов специалистов <данные изъяты>» от 28 декабря 2015 г. по договорам на выполнение работ № от 30 октября 2015 г., от 15 марта 2016 г., № от 18 февраля 2016 г., заключения специалиста, вынесенного на основании постановления следователя от 8 ноября 2018 г., а также проведении по делу дополнительной экспертизы; судом не дано должной оценки проведенному стороной защиты анализу имеющихся в материалах дела и оглашенных государственным обвинителем накладных, которые свидетельствуют только об обороте древесины в объеме не более 88 861,958 куб.м, тогда как согласно акту проведенной в отношении АО «<данные изъяты>» налоговой проверки по договорам между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», между ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>», между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» установлен объем 160 957,57 куб.м, в связи с чем суд обязан был провести полноценное экспертное исследование. Просит приговор отменить, оправдать ФИО1 по предъявленному обвинению.

В письменных возражениях государственный обвинитель Хораблев В.В. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитников – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы сторон, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и справедливым.

Выводы суда о виновности ФИО1 в незаконной рубке лесных насаждений с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, являются правильными, так как подтверждены исследованными в судебном заседании и объективно оцененными в приговоре доказательствами.

В ходе производства по делу собраны доказательства, в полной мере изобличающие осуждённого, которые подробно приведены в приговоре и сопоставлены между собой.

При этом в судебном заседании бесспорно установлено, что ФИО1, являясь заместителем генерального директора по общим вопросам (с 30 июля 2014 года по 1 сентября 2014 года), генеральным директором (со 2 сентября 2014 года) акционерного общества «<данные изъяты>», учредителем (до 11 февраля 2014 года с долей в размере 50% в уставном капитале, с 11 февраля 2014 года по 24 февраля 2015 года с долей в размере 100% в уставном капитале, с 24 февраля 2015 года по 19 марта 2015 года с долей в размере 94,1% в уставном капитале) и генеральным директором (с 12 февраля 2014 года по 21 июля 2014 года) общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», с использованием своего служебного положения с участием подконтрольных ему ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», осуществляя фактическое руководство и принятие управленческих решений в указанных обществах, будучи осведомленным о том, что распоряжением Территориального управления федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Архангельской области №-р от 3 апреля 2009 года и на основании договора аренды земельного участка № от 8 апреля 2009 года АО «<данные изъяты>» предоставлен в аренду земельный участок, находящийся в федеральной собственности, с кадастровым номером №, площадью 172876472 кв.м., расположенный на территории <адрес>, отнесенный к категории земель сельскохозяйственного назначения, для сельскохозяйственного производства, и из данного земельного участка выделены 27 земельных участков по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, с категорией земель – земли сельскохозяйственного назначения, для иных целей, связанных с сельскохозяйственным производством, расположенные в кварталах <адрес>, достоверно зная о том, что в названных кварталах, а также в квартале № произрастают лесные насаждения, и то, что в соответствии со ст.ст. 214, 260, 261 ГК РФ произрастающая на земельном участке такой категории древесно-кустарниковая растительность, включая лесные насаждения, находятся в федеральной собственности, с целью извлечения прибыли от рубки лесных насаждений и ее реализации по своему усмотрению, то есть, действуя из корыстных побуждений, совершил незаконную рубку лесных насаждений: предприятия, которые возглавлял или контролировал ФИО1 (ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>»), заключали с ОАО «<данные изъяты>» (впоследствии переименованная в АО «<данные изъяты>») договоры подряда на выполнение работ по расчистке земель сельхозназначения от лесонасаждений, вывозке и утилизации порубочного материала; не приступая к выполнению указанных работ, ФИО1 через вышеуказанные подконтрольные ему предприятия, в том числе ООО «<данные изъяты>», заключал договоры подряда со сторонними предприятиями (ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>») на заготовку древесины, по условиям которых на тех же земельных участках были произведены рубки лесных насаждений ценных пород, а заготовленная древесина была передана в распоряжение предприятий ФИО1

Таким образом, ФИО1, не получив в установленном законом порядке права на рубку лесных насаждений, под видом расчистки земель от древесно-кустарниковой растительности, в период с 3 февраля 2014 года по 31 декабря 2015 года осуществил незаконную рубку лесных насаждений породы ель, сосна, осина и береза общим объемом 258 852 кубических метра, чем причинил материальный ущерб Российской Федерации на общую сумму 1 286 727 899 рублей, то есть в особо крупном размере.

Утверждения стороны защиты о непричастности ФИО1 к незаконной рубке лесных насаждений были предметом исследования в ходе судебного разбирательства и обоснованно признаны судом несостоятельными и противоречащими собранным по делу доказательствам.

Так, из материалов дела следует, что согласно договору аренды от 8 апреля 2009 года и последующим соглашениям о пролонгации земельный участок площадью 172876472 кв.м. с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенный в <адрес>, передан в аренду Территориальным управлением Федерального агентства по управлению федеральным имуществом по <адрес> Открытому акционерному обществу «<данные изъяты>», категория земель – земли сельскохозяйственного назначения.

Как установлено п. 5.2.1 договора, арендатор обязуется использовать указанный земельный участок в соответствии с целевым назначением и разрешенным использованием.

Представитель потерпевшего ФИО145, свидетели Свидетель №102, Свидетель №8, Свидетель №7, Свидетель №12, Свидетель №75 подтвердили, что земельный участок был предоставлен ОАО «<данные изъяты>» только для ведения сельского производства и мог использоваться лишь в этих целях. Рубок лесных насаждений договор аренды не предусматривал.

Из документов финансово-хозяйственной деятельности, связанной с использованием указанного земельного участка, результатов налоговой проверки данной деятельности, показаний лиц, принимавших участие в использовании участка, установлено, что ФИО1 организовал и произвел вырубку лесных насаждений на земельном участке, находящемся в федеральной собственности.

Свидетели Свидетель №65, Свидетель №4, Свидетель №85, Свидетель №21, ФИО127, Свидетель №87, ФИО16 А.Е. показали, что у ООО «<данные изъяты>» 20 июля 2014 года был заключен договор с ООО «<данные изъяты>» на выполнение работ по заготовке и вывозу древесины, аналогичный договор заключен 17 марта 2014 года с ООО <данные изъяты>». Деловое общение по данным договорам происходило исключительно с ФИО1, с которым согласовывались все виды оказываемых услуг и работ, способы оплаты. Технологические карты были оформлены ФИО11 ФИО19, родным братом осужденного. Работы по заготовке древесины производились на земельных участках, арендованных АО «<данные изъяты>». Техника, предназначенная для расчистки земель от древесно-кустарниковой растительности, в ООО «<данные изъяты>» отсутствует, поскольку осуществляло деятельность по рубке леса по договорам на оказание услуг по заготовке древесины.

Свидетели Свидетель №5, Свидетель №100, Свидетель №6 дали показания о том, что ООО «<данные изъяты>» по договору от 22 апреля 2014 года с ООО «<данные изъяты>» и договору от 15 июля 2014 года с ООО «<данные изъяты>» оказывало последним услуги по заготовке древесины на земельных участках, предоставленных в аренду АО «<данные изъяты>», поскольку на балансе ООО <данные изъяты>» имелось три лесозаготовительных комплекса. Производство работ контролировал Свидетель №62, представленный ФИО1 15 февраля 2015 года аналогичный договор был заключен с ООО «<данные изъяты>», директором которого по документам являлась ФИО128, однако договор был подписан от имени Свидетель №55

Рубку лесных насаждений согласно имеющимся в деле документам осуществляло и ООО «<данные изъяты>».

Сама «<данные изъяты>» силами своих сотрудников производила заготовку древесины только для нужд общества и, как показали свидетели ФИО129, Свидетель №43, ФИО130, Свидетель №45, ФИО131, Свидетель №47, с марта 2014 года заготовкой леса на участках Агрофирмы стали заниматься сторонние организации в промышленных масштабах.

Из показаний свидетеля ФИО132 (начальника Управления экономики сельского хозяйства и торговли администрации «<адрес>» <адрес>) усматривается, что на земельном участке, предоставленном «<данные изъяты><данные изъяты>» в аренду, производилась вырубка и заготовка древесины, находилась лесозаготовительная техника, раскорчевка пней не осуществлялась, были оставлены порубочные материалы, земельный участок не использовался в сельскохозяйственных целях.

Свидетели Свидетель №52, Свидетель №15, Свидетель №70, Свидетель №48, Свидетель №53, Свидетель №38, Свидетель №9 и другие подтвердили, что вопросами продажи древесины занимался непосредственно ФИО1 либо по его поручению Свидетель №62

Вырубки производились осужденным под видом мелиоративных работ, о чем между ОАО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» в лице директора ФИО1 3 февраля 2014 года был заключен договор подряда на расчистку арендуемых земель сельскохозяйственного назначения от лесонасаждений, вывоз и утилизацию порубочного материала, а ОАО «<данные изъяты>» обязалась принять работы и оплатить.

К выполнению указанных работ ООО «<данные изъяты>» не приступило. Вместо них:

- ООО «<данные изъяты>» в период с 1 марта до 31 декабря 2014 года произведены рубки лесных насаждений ценных пород на основании договора подряда № <данные изъяты> от 1 марта 2014 года между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», заготовленная древесина в объеме не менее 5000 куб.м. передана ООО «<данные изъяты>» и реализована;

- ООО «<данные изъяты>» в период с 17 марта по 31 декабря 2014 года произведены рубки лесных насаждений ценных пород на основании договора подряда № от 17 марта 2014 года между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», заготовленная древесина в объеме не менее 37424,23 куб.м. передана ООО «<данные изъяты>» и реализована;

- ООО «<данные изъяты>» в период с 22 апреля по 31 декабря 2014 года произведены рубки ликвидных лесных насаждений ценных пород на основании договора подряда № от 22 апреля 2014 года между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», заготовленная древесина в объеме не менее 28337,70 куб.м. передана ООО <данные изъяты>» и реализована.

Аналогичным образом ФИО1, используя подконтрольное ему ООО «<данные изъяты>», организовал заключение между данным обществом и АО «<данные изъяты>» двух договоров подряда № <данные изъяты> от 14 июля 2014 года и № <данные изъяты> от 1 августа 2014 года, по условиям которых ООО «<данные изъяты>» обязалось выполнить работы по расчистке земель сельскохозяйственного назначения на арендуемом «<данные изъяты>» земельном участке, обеспечить вывоз и утилизацию лесонасаждений (порубочного материала) и сдать результат работ, а «<данные изъяты>» обязалось принять работы и оплатить.

К выполнению указанных работ ООО «<данные изъяты>» не приступало. Вместо них:

- ООО «<данные изъяты>» в период с 15 июля по 31 декабря 2014 года произведены рубки лесных насаждений на основании договора подряда № от 15 июля 2014 года между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», заготовленная древесина в объеме не менее 76324 куб.м. передана ООО «<данные изъяты>» и реализована;

- ООО «<данные изъяты>» в период с 20 июля по 31 декабря 2014 года произведены сплошные рубки ликвидных лесных насаждений ценных пород на основании договора подряда № от 20 июля 2014 года между ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», заготовленная древесина в объеме не менее 18871,64 куб.м. передана ООО «<данные изъяты>» и реализована.

ДД.ММ.ГГГГ, будучи назначенным на должность заместителя генерального директора АО «<данные изъяты>», а затем 2 сентября 2014 года, став генеральным директором указанного предприятия, ФИО11 продолжил свою незаконную деятельность по рубке лесных насаждений.

Так, несмотря на отсутствие договора на выполнение подрядных работ по расчистке земель сельскохозяйственного назначения от лесонасаждений, между АО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ, то есть уже после назначения осужденного генеральным директором, ФИО1 организовал договор № на оказание услуг по заготовке древесины на земельных участках, переданных в аренду АО «<данные изъяты>», на основании которого ООО <данные изъяты>» в период с 10 февраля по 31 декабря 2015 года произведены рубки лесных насаждений и заготовлена древесина в объеме не менее 31110 куб.м., переданная ООО «<данные изъяты>», подконтрольному ФИО1

Свидетель №55, заявленный в регистрационных документах в качестве директора ООО «<данные изъяты>», к деятельности предприятия отношения не имел и в суде показал, что за денежное вознаграждение являлся лишь номинальным директором и учредителем общества. Регистрационные документы и печать ООО «<данные изъяты>» находились у ФИО1, который и являлся фактическим руководителем. Реализацией леса от имени ООО «<данные изъяты>» он (Свидетель №55) никогда не занимался.

Результатами почерковедческих экспертиз установлено, что подписи от имени Свидетель №55 в ряде документов, касающихся деятельности ООО «Промснаб», связанной с незаконной рубкой лесонасаждений на арендованном земельном участке, выполнены иным лицом, с подражанием подписи.

ООО «<данные изъяты>» зарегистрировано незадолго до заключения договора подряда с ООО «<данные изъяты>» - 15 января 2015 года, генеральным директором указана ФИО128, тогда как печать общества хранилась в сейфе главного бухгалтера ООО «<данные изъяты>» Свидетель №69, которая после ноября 2014 года была назначена ФИО1 на должность главного бухгалтера ОАО «<данные изъяты>». Рабочее место Свидетель №69 располагалось в административном здании <данные изъяты>.

Допрошенные в качестве свидетелей Свидетель №69 и Свидетель №23 сообщили, что генеральным директором ООО «<данные изъяты>» являлся осужденный.

В ходе компьютерных экспертиз на жестком диске рабочего и личного компьютера Свидетель №69 обнаружены файлы с документами относительно хозяйственной деятельности ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>», ООО <данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», на флэш накопителях, изъятых в кабинетах Вельской птицефабрики, обнаружены сведения о заготовке и реализации деловой древесины ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>».

Свидетель Свидетель №82 показал, что по предложению осужденного также являлся номинальным руководителем ООО «<данные изъяты>», документы по финансово-хозяйственной деятельности общества не подписывал, денежными средствами общества не распоряжался, заработной платы не получал. Фактически деятельностью предприятия руководил ФИО1

Свидетели ФИО129, Свидетель №43, ФИО130, Свидетель №45, ФИО131, Свидетель №47, являющиеся сотрудниками АО «<данные изъяты>», показали, что осуществляли заготовку древесины на земельных участках, переданных агрофирме в аренду для нужд общества. С марта 2014 года заготовкой леса на данных участках стали заниматься сторонние организации, при этом рубка велась с использованием лесозаготовительных комплексов.

Факт реализации вырубленными по поручению ФИО1 и переданными заготовщиками подконтрольным ему ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» лесными насаждениями сторонним организациям и физическим лицам подтвердили генеральный директор ООО «<данные изъяты>» Свидетель №52 и главный бухгалтер Свидетель №15, приобретавшие лесопродукцию у ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», АО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», которая вывозилась из делянок, расположенных в районе д. <адрес>. Условия договоров обсуждались Свидетель №52 с ФИО1 и Свидетель №62, с которым он познакомился через ФИО1

Факт приобретения ЗАО «<данные изъяты>» лесопродукции у указанных организаций также подтвердили свидетели Свидетель №70, Свидетель №48 и Свидетель №53 Все переговоры по данному вопросу велись с ФИО1 и мужчиной по имени Свидетель №62.

Свидетель Свидетель №38 подтвердила, что ее организация в 2014 году приобретала лесопродукцию у ООО «<данные изъяты>». Обмен документами происходил через ФИО1 и Свидетель №62

Руководители ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ОАО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» также подтвердили факт приобретения ими лесоматериалов в организациях АО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» в 2014-2015 годах.

По показаниям свидетелей Свидетель №20, Свидетель №90, Свидетель №67, Свидетель №34, Свидетель №81, Свидетель №24, Свидетель №94, Свидетель №60, Свидетель №31, Свидетель №74, ФИО133, Свидетель №91, Свидетель №92, Свидетель №33, ФИО134, Свидетель №54 они в 2014-2015 годах осуществляли перевозку лесопродукции с делянок, расположенных в районе д. <адрес><адрес>, при выезде из делянок производился обмер вывозимой древесины, выписывались товарно-транспортные накладные.

На основании этих, а также иных приведенных в приговоре доказательств суд обоснованно посчитал доказанной вину ФИО1 в незаконной рубке лесных насаждений с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а сторонам судом были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми они реально воспользовались. Стороны не были ограничены в праве задавать вопросы допрашиваемым лицам и непосредственно исследовать доказательства, в том числе вещественные.

В ходе судебного разбирательства обеспечено соблюдение принципа состязательности и равноправия сторон. Данных о заинтересованности судьи в исходе дела, а также о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

В судебном заседании всесторонне, полно и объективно исследовались показания самого осужденного, представителя потерпевшего, свидетелей, в том числе по ходатайствам сторон оглашались показания названных лиц, данные ими в ходе предварительного следствия, выяснялись причины противоречий в этих показаниях и путем полного и объективного исследования доказательств по делу в их совокупности эти противоречия устранялись. Всем доводам стороны защиты суд дал обоснованную оценку с приведением подробных мотивов в описательно-мотивировочной части приговора. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется.

Судебная коллегия не находит оснований усомниться в тщательности проведенной судом проверки доводов стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого ему преступления и полагает необходимым согласиться с обоснованностью сделанных судом выводов.

В приговоре дана надлежащая правовая оценка всем исследованным по делу доказательствам (в том числе заключению и показаниям специалиста ФИО135, показаниям специалиста Свидетель №107) указано, какие из них суд положил в его основу, а какие отверг, приведены убедительные аргументы принятого решения, постановленный приговор соответствует требованиям ст.ст.307-309 УПК РФ.

Все заявленные сторонами ходатайства (в том числе стороны защиты об исследовании ряда письменных материалов дела, назначении экспертизы и др.) разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от значения их для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений. Решения суда по этим ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают.

Несогласие же с результатами рассмотрения ходатайств не может свидетельствовать о нарушениях прав участников процесса и необъективности суда.

Оснований для назначения экспертизы, о чем неоднократно заявляла сторона защиты, суд первой инстанции не усмотрел. Ходатайство стороны защиты об этом суд надлежащим образом рассмотрел и обоснованно отклонил, о чем свидетельствует аудиозапись судебного заседания. Не находит оснований для назначения исследования и судебная коллегия, поскольку представленных материалов достаточно для разрешения уголовного дела.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом, не выявлено, в связи с чем оснований к возвращению уголовного дела прокурору не имеется.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, включая время, место и событие преступления, судом установлены верно. Пределы, предусмотренные ст.252 УПК РФ, соблюдены.

Границы переданного АО «<данные изъяты>» в аренду земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и 27 образованных из него участков площадью 17287 га полностью совпадают с границами лесных кварталов, ранее находившихся в пользовании <адрес>. Квартал 75 также расположен на лесных участках <адрес>, входившего в состав земель <адрес>, и не числился в перечне арендуемых и переданных ОАО «<данные изъяты>», поэтому приведен судом в приговоре отдельно.

Сведений о необъективном расследовании уголовного дела и дальнейшем рассмотрении его судом не имеется. Необходимый объем следственных действий по делу выполнен. Каких-либо данных, свидетельствующих о недозволенных методах ведения следствия, по делу не установлено.

Причин, по которым суд мог бы усомниться в показаниях представителя потерпевшего и свидетелей обвинения, чьи показания положены в основу приговора, по делу не установлено.

Доводы, приведенные ФИО1 и его защитниками в апелляционных жалобах, фактически сводятся к переоценке доказательств и их несогласию с данной судом оценкой доказательствам, что на правильность выводов суда о виновности осужденного не влияет.

Несогласие ФИО1 и его защитников с доказательствами, положенными в основу приговора, как и с приведенной в приговоре их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденного в незаконной рубке лесных насаждений.

Версия стороны защиты о правомерности действий ФИО1 по расчистке арендованных АО «<данные изъяты>» земельных участков от древесно-кустарниковой растительности проверялась судом первой инстанции и, как не нашедшая своего подтверждения, обоснованно отвергнута совокупностью исследованных и подробно приведенных в приговоре доказательств.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории. Каждый обязан сохранять природу и окружающую среду и бережно относиться к природным богатствам.

Согласно положениями ст.ст. 1,3 и 4 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» земля и растительность, как компоненты природной среды, являются объектами охраны окружающей среды. Хозяйственная деятельность юридических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе следующих принципов: презумпция экологической опасности планируемой хозяйственной и иной деятельности, обязательность оценки воздействия на окружающую среду при принятии решений об осуществлении хозяйственной и иной деятельности, обязательность проведения в соответствии с законодательством Российской Федерации проверки проектов и иной документации, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность, которая может оказать негативное воздействие на окружающую среду на соответствие требованиям технических регламентов в области охраны окружающей среды, приоритет сохранения естественных экологических систем, природных ландшафтов и природных комплексов, допустимость воздействия хозяйственной деятельности на природную среду исходя из требований в области охраны окружающей среды.

При осуществлении деятельности в сфере сельского хозяйства, согласно ст. 42 указанного Закона, должны соблюдаться требования в области охраны окружающей среды, проводиться мероприятия по сохранению и восстановлению природной среды, рациональному использованию природных ресурсов, обеспечению экологической безопасности, предотвращению негативного воздействия на окружающую среду, а также должно осуществляться нормирование в области охраны окружающей среды.

К отношениям, возникающим в связи с землепользованием и лесопользованием, нормы гражданского законодательства применяются с учетом специальных правил ведения хозяйственной деятельности, установленных законодательством в области охраны окружающей среды и природопользования.

В ст. 42 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту.

В силу ст. 6 Федерального закона от 24 июля 2002 года №101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы, арендаторы земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения обязаны использовать указанные земельные участки в соответствии с целевым назначением данной категории земель и разрешенным использованием способами, которые не должны причинить вред земле как природному объекту, в том числе, приводить к деградации, загрязнению, захламлению земель, отравлению, порче, уничтожению плодородного слоя почвы и иным негативным (вредным) воздействиям хозяйственной деятельности.

Согласно ст.ст. 77, 78 Земельного кодекса Российской Федерации землями сельскохозяйственного назначения признаются земли, находящиеся за границами населенного пункта и предоставленные для нужд сельского хозяйства, а также предназначенные для этих целей. Земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей.

Предоставление земель сельскохозяйственного назначения для заготовки древесины законом не предусмотрено, данный способ использования лесов в соответствии с п.1 ст. 25 Лесного кодекса Российской Федерации является самостоятельным видом хозяйственной деятельности, который осуществляется на основаниях и в порядке, установленном Лесным законодательством.

Так, согласно положениям статей 16 и 29 Лесного кодекса РФ заготовка древесины представляет собой предпринимательскую деятельность, связанную с рубкой лесных насаждений, то есть процессы их валки (в том числе спиливания, срубания, срезания), а также иные технологически связанные с ними процессы (включая трелевку, частичную переработку, хранение древесины в лесу), а также с вывозом из леса древесины. Юридические лица осуществляют заготовку древесины на основании договоров аренды лесных участков. Порядок осуществления рубок лесных насаждений определяется правилами заготовки древесины, правилами санитарной безопасности в лесах, правилами пожарной безопасности в лесах, правилами ухода за лесами.

В соответствии со ст. 6 Лесного кодекса Российской Федерации в редакции 4 декабря 2006 года, действовавшей на момент совершения преступления, леса располагаются на землях лесного фонда и землях иных категорий. Использование, охрана, защита, воспроизводство лесов осуществляются в соответствии с целевым назначением земель, на которых эти леса располагаются.

Арендаторам земельных участков разрешено проведение мелиоративных работ (п.3 ч.1 ст. 40 и ч.1 ст. 41 Земельного кодекса Российской Федерации), которые должны отвечать требованиям ст. 43 Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды»: осуществление мелиорации земель независимо от их целевого назначения, не должно приводить к ухудшению состояния окружающей среды, нарушать устойчивое функционирование естественных экологических систем, при осуществлении указанных мелиоративных мероприятий должны проводиться мероприятия в области охраны окружающей среды, в том числе по сохранению и восстановлению природной среды, охране водных объектов, земель, почв, лесов и иной растительности, животных и других организмов, обеспечению экологической безопасности, предотвращению негативного воздействия на окружающую среду.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. № 21 (в редакции от 15.12.2022) «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования», незаконной признается рубка лесных насаждений, произрастающих в лесах, расположенных на землях сельскохозяйственного назначения, осуществляемая правообладателями земельных участков (например, арендаторами, пользователями) при отсутствии утвержденного в установленном порядке проекта культуртехнической мелиорации (за исключением случаев, когда рубка лесных насаждений осуществляется на основании проекта освоения лесов), а также с нарушением запретов и ограничений на рубку, установленных законодательством.

В соответствии со ст. 24 Федерального закона №4-ФЗ от 10 января 1996 года «О мелиорации земель» (далее – Закон «О мелиорации земель»), планирование мелиорации земель проводится федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по оказанию государственных услуг, управлению государственным имуществом в сфере агропромышленного комплекса, включая мелиорацию, в соответствии с федеральными и региональными (территориальными) программами в области мелиорации земель, а также по заказам собственников, владельцев и пользователей земельных участков. При планировании мелиорации земель по заказам собственников, владельцев и пользователей земельных участков виды и масштабы применения мелиорации земель определяются на основе норм и правил.

Под мелиорацией земель согласно ст. 2 Закона «О мелиорации земель» понимается коренное улучшение земель путем проведения гидротехнических, культуртехнических, химических, противоэрозионных, агролесомелиоративных, агротехнических и других мелиоративных мероприятий.

Культуртехническая мелиорация земель состоит в проведении комплекса мелиоративных мероприятий по коренному улучшению земель. Этот тип мелиорации земель подразделяется, в том числе, на вид мелиорации земель: расчистка мелиорируемых земель от древесной и травянистой растительности, кочек, пней и мха (ст.8 Закона «О мелиорации земель»).

Статьей 25 Закона «О мелиорации земель» предусмотрено, что мелиорация земель проводится на основе проектов, разработанных в соответствии с технико-экономическими обоснованиями и учитывающих строительные, экологические, санитарные и иные стандарты, нормы и правила. Порядок разработки, согласования и утверждения проектов мелиорации земель устанавливается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере агропромышленного комплекса, включая мелиорацию.

Исходя из системного толкования положений законодательства о мелиорации земель, следует, что она должна проводиться не в любых, а в строго определенных целях, которые должны соответствовать основному целевому назначению земель той или иной категории и разрешенному использованию. В частности, мелиорация земель сельскохозяйственного назначения должна быть направлена на создание необходимых условий для вовлечения в сельскохозяйственный оборот неиспользуемых и малопродуктивных земель, формирование рациональной структуры земельных угодий и др. (ст. 1 указанного Закона).

Как видно из исследованных и приведенных по делу доказательств, мелиоративные работы на земельных участках, где осуществлялась вырубка лесных насаждений, не производились, данные работы договорами аренды не предусматривались, велась сплошная рубка лесных насаждений с использованием специальной лесозаготовительной техники.

Договоры на расчистку земель от лесных насаждений, вывозку и утилизацию порубочного материала заключались ФИО1, начиная с февраля, марта 2014 года, без учета планов мелиорации земель и при их отсутствии.

Согласно решению <адрес><адрес> от 29 июля 2015 года, вступившим в законную силу 28 сентября 2015 года, согласование проекта с <данные изъяты> области не может свидетельствовать о наличии согласования разработанного проекта мелиорации в соответствии с технико-экономическими обоснованиями и учитывающих экологические, санитарные и иные стандарты, нормы и правила, при указанных обстоятельствах ОАО «<данные изъяты> «<данные изъяты>» обязано приостановить проведение работ по расчистке от многолетних лесных насаждений земель сельскохозяйственного назначения, предоставленных по договору аренды земельного участка, находящихся в федеральной собственности № от 8 апреля 2009 года, месторасположение: установлено относительно ориентира <адрес>, расположенного в границах участка, адрес ориентира: <адрес>, кадастровый №, до получения проекта мелиорации.

Наличие у АО «<данные изъяты>» проекта по увеличению дойного стада на 1000 голов и строительству животноводческого комплекса не свидетельствует о правомерности действий ФИО11 по рубке лесных насаждений.

ФИО1 с участием подрядных организаций произвел рубку лесных насаждений в целях заготовки древесины и ее последующей продажи, а не использования земельных участков, находящихся в федеральной собственности, на которых произрастали лесные насаждения, для ведения сельскохозяйственного производства.

По указанию ФИО1 древесина, пригодная для реализации, срубалась, перерабатывалась на месте в пригодный для транспортировки вид и вывозилась из леса. Работы выполнялись в промышленных масштабах, в соответствии с технологией заготовки древесины, с использованием специализированной техники – харвестера и форвардера.

Таким образом, комплекса работ, направленных на достижение коренного и длительного улучшения земель, не проводилось и проводиться не планировалось. До начала рубки лесных насаждений (3 февраля 2014 года) проект мелиорации не разрабатывался.

Договоры подряда на расчистку арендуемых земель от древесной и травянистой растительности, кочек, пней и мха установленный законом порядок заготовки древесины подменять не могут.

Договоры же с ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» предусматривали проведение работ исключительно по заготовке и вывозу лесоматериалов, а не расчистку земель сельскохозяйственного назначения.

В этой связи суд правильно пришел к выводу о противоправном характере действий ФИО1 по вырубке древесины.

Указанные действия осужденным совершены умышленно, поскольку им была создана и реализована схема, позволяющая получить доступ к лесным ресурсам в обход установленного порядка. На первоначальном этапе с целью сокрытия преступной цели с предприятиями, находившимися в управлении или под фактическим контролем осужденного, заключались договоры на расчистку земель, арендуемых ОАО «<данные изъяты>». С ООО «<данные изъяты>» такого договора заключено не было, однако это не являлось препятствием для привлечения предприятия к участию в преступной схеме, так как к тому моменту ФИО1 контролировал как ООО «<данные изъяты>», так и АО «<данные изъяты>», генеральным директором которой был назначен.

После этого ФИО1 от имени подрядчиков АО «<данные изъяты>» поручал сторонним организациям произвести заготовку древесины, в договорах с которыми иных видов работ не предусматривалось. Древесина в соответствии с условиями этих договоров поступала в распоряжение предприятий осужденного и была им в дальнейшем реализована.

Таким образом, заключение осужденным договоров подряда на расчистку арендуемых земель от древесной и травянистой растительности, кочек, пней и мха преследовало своей целью маскировку незаконной заготовки древесины.

Поскольку работы по договорам подряда выполнялись без согласованного и утвержденного проекта, без проведения мер по предупреждению негативного воздействия на окружающую среду и не являлись мелиоративными, продолжение их исполнения было запрещено вступившим в законную силу решением <адрес><адрес> от 29 июля 2015 года.

Разработка и направление на утверждение плана мелиорации не является обстоятельством, влияющим на юридическую оценку действий осужденного.

Появление данного плана спустя значительное время после начала рубок – в феврале 2015 года, то есть через год, обусловлено проведением проверки деятельности осужденного и необходимостью убедить правоохранительные органы в ее законности.

Доводы стороны защиты о том, что земельный участок, на котором производилась рубка деревьев, не имеет отношения к лесному фонду Российской Федерации, поскольку он относится к землям сельскохозяйственного назначения и на момент рубки вид разрешенного использования указанного земельного участка не был изменен, нельзя признать состоятельными.

Согласно распоряжению главы администрации Архангельской области от 9 июня 2007 года №р лесные земли и нелесные земли из категории земель сельскохозяйственного назначения и земель запаса в границах территории муниципального образования «<адрес>» общей площадью 123956 га по учету лесного фонда на 1 января 2003 года и площадью 123548 га, ранее находившиеся в ведении Вельского сельского лесхоза, переведены в категорию земель лесного фонда.

В момент совершения ФИО1 противоправных действий, связанных с незаконной рубкой лесных насаждений в лесном массиве, использование этих земель в сельскохозяйственных целях уже было запрещено, в связи с чем ссылка стороны защиты на сведения государственного кадастра объектов недвижимости, согласно которому земельные участки по месту совершения преступления продолжают относиться к землям сельскохозяйственного назначения, не имеет правового значения, поскольку указанный орган не наделен полномочиями по определению правового статуса земель, а лишь фиксирует решения, принятые участниками земельных отношений.

Не может согласиться судебная коллегия и с доводами защиты о том, что вырубленные деревья и кустарники не являлись лесными насаждениями, так как не зарегистрированы в таком качестве в установленном порядке.

В соответствии с ч.1 ст.16 Лесного кодекса РФ лесными насаждениями признаются деревья и кустарники в лесах.

Учитывая, что согласно ст. 5 Лесного кодекса РФ использование, охрана, защита, воспроизводство лесов осуществляются исходя из понятия о лесе как об экологической системе или как о природном ресурсе, наличие или отсутствие лесных насаждений обуславливается не юридическим оформлением категории земельного участка, на котором они произрастают, а самим фактом существования этого компонента природной среды.

Вырубленные осужденным деревья являлись многолетними, были расположены на обширной территории (172 миллиона кв.м.), по своим характеристикам соответствовали растительности, произрастающей на землях лесного фонда, и примыкали к ним, то есть произрастали в лесу.

Об этом же свидетельствуют результаты осмотров мест происшествия, фотоизображения месту рубок и срубленных деревьев, поэтому обоснованность отнесения их к лесным насаждениям сомнений не вызывает.

Директор <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>» Свидетель №1 прямо указал, что с 2007 года разрешается вопрос о переводе земель, на которых были произведены рубки, в категорию земель лесного фонда и внесения их в лесохозяйственный регламент Вельского лесничества. Все необходимые для этого первичные документы были подготовлены, но на кадастровый учет земли были поставлены без учета этих сведений. Кроме этого лесные насаждения, произраставшие на земельном участке, переданном в аренду ОАО «<данные изъяты>», составляли с ним единый имущественный комплекс.

В этой связи непостановка лесных насаждений на отдельный баланс, неоформление документов о переводе в лесной фонд не может являться основанием для вывода об отсутствии на земельном участке лесных насаждений.

Незаконная заготовка ФИО1 древесины на землях, находящихся в федеральной собственности, повлекла причинение имущественного ущерба Российской Федерации, поскольку лесные насаждения не являются продуктом деятельности арендатора на землях сельскохозяйственного назначения, принятых в аренду.

В соответствии с ч. 1 ст. 214 ГК РФ земля и другие природные ресурсы, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц либо муниципальных образований, являются государственной собственностью.

Суд правильно оценил размер причиненного ущерба, исходя из стоимости срубленных лесных насаждений как природного ресурса, на основании разъяснений п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования».

При расчете ущерба использованы материалы таксационного описания участков и космических снимков. Сомнений в объеме вырубленных лесных насаждений не имеется, оснований для его снижения или пересчета отсутствуют.

Министерство природных ресурсов и лесопромышленного комплекса Архангельской области и его подразделения являются государственными органами в сфере лесного надзора, поэтому их компетенция и обоснованность расчетов не вызывает сомнений.

Расчет ущерба выполнен в соответствии с Методикой, утвержденной постановлением Правительства РФ от 8 мая 2007 года № 273 «Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства», предусматривающей применение такс, с учетом ставок платы, установленных постановлением Правительства РФ № 310 от 22 мая 2007 года «О ставках платы за единицу объема лесных ресурсов и ставках платы за единицу площади лесного участка, находящегося в федеральной собственности», и повышающих коэффициентов к ставкам платы за единицу объема лесных ресурсов.

Размеры коэффициентов индексации к ставкам платы за единицу объема лесных ресурсов в расчете указаны правильно, на 2014 год коэффициент составил значение 1,30 (Федеральный закон от 2 декабря 2013 г. № 349-ФЗ); на 2015 года -1,37 (постановление Правительства РФ от 17 сентября 2014 г. №947).

Несмотря на то, что материалы лесоустройства составлены в 2001 году, они продолжают свое действие и сохраняют юридическую силу, что подтверждается показаниями допрошенного в судебном заседании специалиста Свидетель №109

Проведение незаконной рубки лесных насаждений организованы ФИО1 с использованием служебного положения, поэтому его действия как исполнителя преступления с учетом размера причиненного ущерба правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 260 УК РФ.

Все квалифицирующие признаки вмененного осужденному состава преступления нашли свое полное подтверждение в судебном заседании.

Как руководитель АО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» ФИО1 был вправе действовать от имени обществ без доверенности, организовывать финансово-хозяйственную деятельность. При этом действия осужденного были направлены на извлечение выгод для себя, которые выразились в незаконной рубке лесных насаждений и их реализации.

При совершении преступления он активно использовал свое служебное положение, поскольку без его использования совершение преступления было бы невозможно.

Указанные обстоятельства бесспорно свидетельствуют о том, что для прикрытия своей незаконной деятельности ФИО1 использовал подставных лиц, и, следовательно, в результате именно его действий были реализованы договоры подряда на вырубку лесных насаждений на земельном участке, находящемся в федеральной собственности.

Для возбуждения в отношении ФИО1 уголовного дела имелись законные повод и основание, решение о возбуждении уголовного дела принято в соответствии с требованиями закона.

Данное уголовное дело возбуждено 25 апреля 2025 года по ч.3 ст.260 УК РФ в рамках, предусмотренных ст.78 УК РФ. Из установленных на момент возбуждения уголовного дела обстоятельств, изложенных в постановлении, следует, что период совершения преступления - с 3 февраля 2014 года по 31 декабря 2015 года, соответственно, срок давности не истек. Оснований для признания незаконности производства следственных действий по настоящему делу нет.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не может нести ответственность за рубки, совершенные в период, когда предприятие возглавлял ФИО126, не могут быть приняты во внимание, поскольку уголовное дело в отношении последнего не рассматривается, в силу требований ст. 252 УПК РФ вопрос о его виновности исследованию и оценке не подлежит.

Гражданский иск о возмещении причиненного преступлением вреда рассмотрен судом правильно, в соответствии с требованиями гражданского и природоохранного законодательства. Оснований для освобождения осужденного от обязанности возместить причиненный вред не усматривается.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, его семейного и материального положения, смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденного, судом признаны: наличие у виновного малолетнего и несовершеннолетнего ребенка (который на момент совершения преступления являлся малолетним); оказание помощи обучающемуся в учебном заведении совершеннолетнему ребенку (который на момент совершения преступления являлся малолетним); частичное возмещение вреда, причиненного преступлением, в размере 771 рубль 97 копеек; оказание финансовой помощи и участие в воспитании несовершеннолетних детей (являющихся на момент совершения преступления малолетними) умершего брата; принятие заботы о престарелой матери, являющейся инвалидом и страдающей хроническими заболеваниями; состояние здоровья подсудимого, страдающего хроническим заболеванием, а также наличие благодарностей.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Все заслуживающие внимания обстоятельства были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному и назначено в соответствии с требованиями закона.

При этом ФИО1 освобожден от наказания на основании п. «в» ч.1 ст.78 УК РФ.

Решение суда о сохранении ареста на принадлежащее осужденному имущество до исполнения приговора в части гражданского иска не противоречит требованиям законодательства.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, по делу не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Вельского районного суда Архангельской области от 10 февраля 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитников - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.А.Харитонов

Судьи М.В.Медведева

С.В.Постарноченко