Решение № 2-779/2020 2-779/2020~М-93/2020 М-93/2020 от 13 февраля 2020 г. по делу № 2-779/2020

Дело № 2-779/2020 (УИД 37RS0022-01-2020-000117-49)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 февраля 2020 года г.Иваново

Фрунзенский районный суд города Иваново

в составе председательствующего судьи Сараевой Т.В.,

при секретаре Пономаревой К.А.,

с участием пом. прокурора Фрунзенского района Ковалевой Е.А.

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя

представителя УФСИН России по Ивановской области по доверенности ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в гор. Иваново дело по иску ФИО1 к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Ивановской области о признании увольнения незаконным, восстановлении на службе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Ивановской области (далее УФСИН) о признании увольнения истца по п.2 ч.2 ст.84 Федерального закона № 197 «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и внесении изменений в Закон РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» незаконным, восстановлении истца на работе в должности заместителя начальника отдела-начальника отделения организации оперативно-розыскной деятельности оперативного отдела УФСИН, взыскании с ответчика среднего заработной платы за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления истца на работе, компенсации морального вреда 35000 рублей.

В обоснование иска указано, что истец работал в соответствии с заключенным контрактом в должности заместителя начальника отдела-начальника отделения организации оперативно-розыскной деятельности оперативного отдела ФСИН с июля 2019. Приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ истец уволен со службы в уголовно-исполнительной системе по п.2 ч.2 ст. 84 Федерального закона № 197 «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и внесении изменений в Закон РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее ФЗ № 197) по инициативе сотрудника. С данным приказом истец не согласен, поскольку фактически истец подал рапорт в условиях конфликтной ситуации, сложившейся при отсутствии виновных действий истца. Увольнение в данном случае, по мнению истца, было вынужденным и произведено под давлением вышестоящего руководства. Кроме того, при расторжении контракта и увольнении ответчиком нарушены нормы ч.2 ст. 87 ФЗ № 197, поскольку подача рапорта представляет собой предупреждение об увольнении, а истец уволен ранее истечения 30 дневного срока с момента подачи рапорта, в связи с чем, он был лишен права на отзыв рапорта и ч.4 ст. 87 ФЗ № 197, так как истцом не выполнены требования по сдаче имущества. Отчетная документация была сдана истцом ДД.ММ.ГГГГ, что отражено в форме 2 «опись документов, находящихся у исполнителя. В связи с незаконным увольнением истец просит взыскать заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда, поскольку неправомерными действиями ответчика истцу причинены нравственные страдания, которые выразились в чувстве беспокойства и постоянного стресса. Причиненный моральный вред истец оценивает в 35000 рублей.

В судебном заседании истец и его представитель требования иска поддержали, по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика на иск возражал, по доводам, изложенным в письменных возражениях, согласно которым увольнение истца было произведено в соответствии с номами ФЗ № 197 на основании поданного истцом рапорта об увольнении со службы по собственному желанию. Рапорт истцом написан собственноручно, время его написания предшествует времени проведения совещания, в связи с чем по мнению ответчика, поведение истца явно свидетельствует о наличии собственной инициативы на расторжение служебного контракта. Конфликтная ситуация, описанная истцом, произошла в вечернее время, около ДД.ММ.ГГГГ, тогда как рапорт об увольнении написан до служебного совещания, состоявшегося в 18 часов 30 минут. Таким образом, в исковом заявлении ФИО1 нарушена причинно-следственная связь при изложении событий, имевших место ДД.ММ.ГГГГ. У начальника УФСИН отсутствует личное неприязненное отношение к истцу. С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был назначен на вышестоящую должность – заместителя начальника отдела – начальника отделения организации оперативно-розыскной деятельности оперативного отдела УФСИН. Начальником УФСИН на тот момент была положительно оценена служебная деятельность истца, все характеристики вышестоящего руководства свидетельствуют об отсутствии к истцу какого-либо предвзятого или неприязненного отношения. Несмотря на возникновение конфликтной ситуации, связанной с увольнением истца, руководством УФСИН было принято решение выплатить ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 премию за добросовестное исполнение служебных обязанностей в течение 2019 года, хотя это выплата носит не обязательный, а стимулирующий характер. Указанное также подтверждает тот факт, что давления на ФИО1 не оказывалось, неприязненные отношения отсутствовали. Увольнение истца произведено до истечение 30 дневного срока с момента подачи рапорта об увольнении с согласия руководителя УФСИН, что не противоречит требованиям ФЗ № 197. Так, ДД.ММ.ГГГГ, в последний рабочий день истца, с истцом была проведена беседа по факту увольнения, в ходе которой были разъяснены права сотрудника при увольнении, в том числе право на отзыв написанного рапорта. При этом каких-либо заявлений о несогласии с датой увольнения ФИО1 не делал, более того, устно неоднократно выражал желание уволиться, в связи с чем предпринимал активные действия: ознакомился со всеми необходимыми служебными документами ДД.ММ.ГГГГ, сдал в отдел кадров УФСИН служебное удостоверение и жетон, передал всю служебную документацию своему непосредственному начальнику Свидетель №3 Кроме того, истцу при собеседовании было разъяснено, что в случае открытия листка освобождения от служебных обязанностей в день увольнения и предоставления его после увольнения ему будет произведена оплата и перенесена дата увольнения. Для этого ему необходимо написать рапорт (заявление) о переносе даты увольнения на день окончания больничного. Самостоятельно (в одностороннем порядке) работодатель изменить дату не может, так как УФСИН не обладает сведениями о трудоустройстве истца, а также трудовая книжка находиться у истца и внести в нее запись без волеизъявления и фактического предоставления истцом, также не представляется возможным. После увольнения истец в УФСИН с вопросом переноса даты увольнения не обращался. Полагаем, что истец злоупотребляет правом и намеренно не написал рапорт (заявление) о переносе даты увольнения, предполагая впоследствии использовать это обстоятельство как аргумент в обоснование незаконности увольнения. Требование о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению, так как истцу не был причинен моральный вред. Кроме того истцом не указана степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им, и в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими нравственными страданиями, не обоснован размер компенсации морального вреда.(л.д.33-36)

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, приходит к следующему.

Как следует из материалов гражданского дела, истец ФИО1 на основании заключенного между ним и УФСИН контракта с ДД.ММ.ГГГГ проходил службу в уголовно-исполнительной системе, (л.д.52,59) с ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя начальника отдела-начальника отделения организации оперативно-розыскной деятельности оперативного отдела УФСИН.(л.д.143-144)

ДД.ММ.ГГГГ приказом начальника УФСИН с ФИО1 расторгнут контракт и он уволен со службы по п.2 ч.2 ст. 84 (по инициативе сотрудника) ФЗ № 197.(л.д.57)

Основанием для увольнения истца послужил его рапорт от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.53)

Согласно данному рапорту истец ФИО1 просит расторгнуть с ним контракт и уволить его со службы в уголовно-исполнительной системе по п.2 ч.2 ст. 84 (по инициативе сотрудника) ФЗ № 197. От прохождения ВВК отказывается, так как считает себя здоровым. (л.д.53)

В соответствии с ч. ч. 1, 2, 4 ст. 87 ФЗ № 197, вступившего в законную силу с 01.08.2018 года сотрудник имеет право расторгнуть контракт и уволиться со службы в уголовно-исполнительной системе по собственной инициативе до истечения срока действия контракта, подав в установленном порядке рапорт об этом за один месяц до даты увольнения. До истечения срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы в уголовно-исполнительной системе сотрудник вправе в любое время в письменной форме отозвать свой рапорт. В этом случае контракт с сотрудником не расторгается и увольнение со службы не производится, если на замещаемую этим сотрудником должность в уголовно-исполнительной системе не приглашен другой сотрудник или гражданин и (или) имеются законные основания для отказа такому сотруднику или гражданину в назначении на данную должность. С согласия руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя контракт может быть расторгнут и сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе до истечения срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы, но не ранее выполнения сотрудником требований, предусмотренных частью 7 статьи 92 настоящего Федерального закона.

В судебном заседании истец утверждал, что в результате оказанного на него психологического давления в условиях конфликтной ситуации со стороны работодателя он 18.12 2019 года был вынужден написать рапорт об увольнении по собственному желанию. Однако рапорт был написан в отсутствие воли прекратить трудовые отношения.

Так, истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в здании УФСИН проходило совещание с личным составом оперативного отдела при начальнике УФСИН ФИО4, на котором присутствовал истец. В ходе данного совещания ФИО4 было предложено Свидетель №4 выдать истцу листок бумаги и ручку для написания рапорта об увольнении. Получив от Свидетель №4 ручку и листок бумаги, и услышав от начальника управления приказ о написании рапорта, истец удалился и спустя непродолжительное время, принёс начальнику рапорт об увольнении по собственному желанию, датированный ДД.ММ.ГГГГ, после чего истец был удален из кабинета. После удаления с совещания, истец остался в здании УФСИН, с целью ожидания начальника отдела и получения информации о рассмотрении рапорта. ДД.ММ.ГГГГ., не дождавшись возвращения начальника отдела, Свидетель №3, истец собрался идти домой, однако подойдя к дежурной части управления, от помощника оперативного дежурного он узнал, что начальник управления сказал не выпускать истца за пределы административного здания, при этом входные двери были заперты на магнитный замок дежурной части. В период ожидания истцом был написан рапорт об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст. 286 УК РФ, в действиях должностных лиц. Примерно в ДД.ММ.ГГГГ. к дежурной части управления подошли Свидетель №1-начальник отдела кадров, ФИО5- ст.инспектор отдела кадров, ФИО6- начальник секретариата УФСИН, ФИО7- начальник организационно-административного отдела УФСИН. Через несколько минут пришёл начальник к УФСИН ФИО4. Вышеперечисленные сотрудники предложили истцу ознакомиться с приказом об увольнении, на что истец ответил отказом, пояснив, что рабочий день закончился, и что в течение 30 дней он вправе отозвать свой рапорт об увольнении, им не сдана отчетная документация и служебное удостоверение. После чего ФИО4 приказал составить акт об отказе истца ознакомиться с приказом об увольнении. В свою очередь истец зарегистрировал рапорт о превышении должностных полномочий в книге регистрации сообщений о преступлениях УФСИН. Пока истец ожидал регистрации рапорта и выдачи талона уведомления о регистрации сообщения о преступлении, ФИО4 предположив, что истец находится в состоянии алкогольного опьянения, предложил ему пройти медицинское освидетельствование, на что истец согласился. В последствии по результатам освидетельствования состояние опьянения не был установлено. По окончанию медицинского освидетельствования, истец пошел домой с плохим самочувствием и температурой. На следующее утро он отправился на прием к врачу, где ему был выдан больничный лист.

Указанные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют о наличии давления со стороны руководителя УФСИН, который во время совещания предложил написать рапорт об увольнении, несмотря на то, что истец намерен был продолжать службу.

С учетом изложенного, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении контракта и увольнении по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, которое может быть подтверждено только письменным заявлением самого работника, и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, достоверных и достаточных доказательств, которые бы с бесспорностью подтверждали доводы истца о вынужденности, в отсутствие его добровольного волеизъявления подачи рапорта об увольнении, суду истцом представлено не было.

Так, из показаний свидетелей Свидетель №5, Свидетель №3, Свидетель №2 действительно установлено, что во время совещания у руководителя УФСИН, последний предложил Свидетель №4 выдать истцу листок бумаги и ручку после вопроса руководителя обращенного к истцу о том, хочет ли он продолжать службу. После этого вопроса истец не взяв листок бумаги и ручку сказал, что рапорт об увольнении им уже написан, после чего истец вышел из кабинета. Через некоторое время истец вернулся и представил руководителю рапорт об увольнении по собственному желанию. Руководитель в присутствии всех собравшихся зачитал рапорт ФИО1 и спросил точно ли он принял данное решение, на что ФИО1 ответил положительно.

Кроме того, каждый из допрошенных свидетелей подтвердил, что никакого давления на истца руководителем не оказывалось, это обычная практика и вопрос руководителя за неисполнение обязанностей хочет ли сотрудник служить дальше. В тот день руководитель у каждого спросил хочет ли он продолжать службу, но ни один из сотрудников рапорта не подал.

Более того, из материалов дела следует и не отрицается истцом, что рапорт об увольнении написан истцом собственноручно и с определенностью выражает намерение последнего о расторжении контракта. После передачи заявления об увольнении работодателю, от истца не поступило заявление об отзыве рапорта об увольнении. На следующий день после подачи рапорта, ДД.ММ.ГГГГ, в последний рабочий день истца, с ним была проведена беседа по факту увольнения, в ходе которой были разъяснены права сотрудника при увольнении, в том числе право на отзыв написанного рапорта. Что подтверждено показаниями свидетеля Свидетель №1. Кроме того, истец ознакомился со всеми необходимыми служебными документами ДД.ММ.ГГГГ, сдал в отдел кадров УФСИН служебное удостоверение и жетон, передал всю служебную документацию своему непосредственному начальнику Свидетель №3. (л.д.55-56)

При таком положении, оценивая в совокупности указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что они свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть контракт по собственному желанию. Относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих об оказании на истца давления со стороны работодателя, направленного на понуждение к написанию рапорта об увольнении по собственному желанию не установлено. В связи с чем, действия работодателя по изданию приказа об увольнении истца, не могут расцениваться, как нарушающие трудовые права истца.

Доводы истца, что ответчик лишил его права на отзыв заявления, поскольку увольнение было произведено до истечения 30 дневного срока предусмотренного п.1 ст. 87 ФЗ № 197, основано на неправильном толковании норм материального права.

Так, в силу ч. 4 ст. 87 ФЗ № 197 с согласия руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы или уполномоченного руководителя контракт может быть расторгнут и сотрудник может быть уволен со службы в уголовно-исполнительной системе до истечения срока предупреждения о расторжении контракта и об увольнении со службы, но не ранее выполнения сотрудником требований, предусмотренных частью 7 статьи 92 настоящего Федерального закона.

Согласие руководителя федерального органа уголовно-исполнительной системы на увольнение ФИО1 было получено, о чем свидетельствует соответствующая виза на рапорте истца об увольнении.

Кроме того, в последний рабочий день, ДД.ММ.ГГГГ истец имел возможность отозвать рапорт об увольнении, однако не сделал этого.

Доводы истца в этой связи о том, что не знал о своем праве на отзыв рапорта, несостоятельны, поскольку истец имеет высшее юридическое образование, ознакомлен с основным законом, регламентирующим правоотношения, связанные со службой в уголовно-исполнительной системе, - Федеральным законом №197-ФЗ, следовательно, имеет достаточный уровень образования и квалификацию, позволяющие понимать суть совершаемых им юридических действий, прогнозировать возникающие юридические последствия.

Ссылка истца, что действия работодателя по вскрытию его кабинета и опасения более тяжких последствий в связи с этим, не позволила ему подать заявление об отзыве рапорта, не свидетельствует о давлении со стороны работодателя. Как и обстоятельства, произошедшие после написания истцом рапорта об увольнении и связанные с подачей истцом заявления о привлечении должностных лиц к уголовной ответственности.

Тот факт, что в период увольнения истца, последний находился на листке временной нетрудоспособности, само по себе не свидетельствует о написании рапорта в состоянии, не позволявшем истцу осознавать фактический характер своих действий и их последствия. При этом, запрета на увольнение работника по собственному желанию в период его временной нетрудоспособности, законодательством не предусмотрено.

Вопреки доводам истца требования, предусмотренные ч. 7 ст. 92 ФЗ № 197 работодателем не нарушены.

Так, закрепленное за ФИО1 оружие хранится в дежурной части ФСИН (т.е. сдаче не подлежало); служебное удостоверение и жетон были сданы, о чем свидетельствуют справка, выданная начальником отдела кадров. (л.д.60) Согласно акта от ДД.ММ.ГГГГ истец сдал все находящиеся в его производстве дела. (л.д.61) Как пояснила представитель ответчика необходимости в сдаче имущества не было, поскольку именно в данный период времени в УФСИН осуществлялась инвентаризация имущества на основании приказа ФСИН от ДД.ММ.ГГГГ №. (л.д.67-93)

Таким образом, передача служебной документации была фактически в полном объеме осуществлена в день увольнения ДД.ММ.ГГГГ.

Ссылка истца в этой связи на сдачу авансового отчета ДД.ММ.ГГГГ (л.д.66) не является нарушением процедуры увольнения.

При таких обстоятельствах, установив указанные выше обстоятельства и оценив по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании увольнения незаконным и восстановлении истца в прежней должности.

Поскольку нарушений трудовых прав истца не установлено, оснований для удовлетворения производных требований о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В иске ФИО1 к Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Ивановской области о признании увольнения незаконным, восстановлении на службе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Фрунзенский районный суд г.Иваново в течение месяца со дня изготовления решения судом в окончательной форме.

Председательствующий:

Полный текст решения изготовлен 21 февраля 2020 года.