Апелляционное определение № 33-1526/2026 от 30 марта 2026 г.

Судья ФИО3 УИД 39RS0№-92

Дело №


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

№
31 марта 2026 года <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего: ФИО11

судей: ФИО2, ФИО4

при помощнике: ФИО5

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО6 – ФИО7 на решение Центрального районного суда г. Калининграда от 16 октября 2025 г. по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО6 к АО «ТБанк», Банк ВТБ (ПАО), АО «Т-Страхование», АО «СОГАЗ» о признании кредитного договора, заключенного в результате преступных действий, недействительной (ничтожной) сделкой и внесении изменений в кредитную историю, возмещении суммы перевода денежных средств, произведенной без добровольного согласия клиента, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Алферовой Г.П., объяснения представителя ФИО6 – ФИО7, поддержавшей доводы жалобы, возражения представителя ПАО Банк ВТБ ФИО8, представителя АО «СОГАЗ» ФИО9, полагавших жалобу необоснованной, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО6 обратилась в суд с иском к АО «ТБанк», Банк ВТБ (ПАО), АО «Т-Страхование», АО «СОГАЗ» о признании кредитных договоров, заключенных в результате преступных действий, недействительными (ничтожными) сделками и внесении изменений в кредитную историю, возмещении суммы перевода денежных средств, произведенной без добровольного согласия клиента, компенсации морального вреда, указав, что 23 сентября 2024 г. неустановленное лицо путем незаконного осуществления удаленного доступа к функциям принадлежащего ей мобильного устройства через мобильные приложения банков заключило с АО «ТБанк» договор <***>, в рамках которого выпущена кредитная карта с лимитом 210000 руб., и договор присоединения к Программе страховой защиты заемщиков Банка в рамках № КД от 04.09.2013 с АО «Т-Страхование», а также с Банком ВТБ договор <***> о выпуске кредитной карты с лимитом овердрафта 100000 руб. и договор присоединения к Программе коллективного страхования «Страхование кредитной карты» в рамках договора коллективного страхования с АО «СОГАЗ».

В этот же день неустановленное лицо совершило переводы денежных средств на общую сумму 205000 руб. из АО «ТБанк» на счет истицы в Банк ВТБ, после чего из Банка ВТБ со счетов истицы были совершены переводы на счет получателя ФИО10 и неустановленного лица на общую суму 232528,50 руб.

После обнаружения преступных действий неустановленного лица 23 сентября 2024 г. в 11.25 истица обратилась к ответчикам об оспаривании вышеуказанных операций, а также в органы полиции с заявлением о возбуждении уголовного дела.

Ссылаясь на то, что договоры были заключены неустановленным лицом, путем несанкционированного удаленного доступа к ее мобильному устройству, то есть в отсутствие ее волеизъявления, при этом данные операции по кредитованию и переводу денежных средств на счета третьих лиц совершены в кратчайшее время и являлись нетипичными для нее, сопровождались переадресацией звонков, смс-сообщений банков, истица просила признать недействительными (ничтожными): 1) договор № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 208625 руб., заключенный с АО «ТБанк»; 2) договор <***> от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 100000 руб., заключенный с Банк ВТБ (ПАО); 3) дополнительное соглашение к ранее заключенному с ней (ФИО1). договору №КК-51095715822 от ДД.ММ.ГГГГ с Банком ВТБ (ПАО) об увеличении лимита овердрафта, в рамках которого выдан кредит в размере 131384,05 руб., 4) договор (заявление) от ДД.ММ.ГГГГ присоединения к Программе коллективного страхования «Страхование кредитной карты» в рамках договора коллективного страхования с АО «СОГАЗ»; 5) договор (согласие) от ДД.ММ.ГГГГ присоединения к Программе страховой защиты заемщиков Банка в рамках №КД от ДД.ММ.ГГГГ с АО «Т-Страхование»; 6) обязать ВТБ (ПАО), АО «ТБанк» аннулировать в кредитной истории ФИО1 сведения о займах, оформленных ДД.ММ.ГГГГ; 7) применить последствия недействительности ничтожных сделок, обязав ответчиков вернуть денежные средства, удержанные с ее счетов во исполнение недействительных обязательств; 8) взыскать с АО «ТБанк» денежные средства в размере 14000 руб., переведенные с накопительного счета №; 9) взыскать с АО «ТБанк», ВТБ (ПАО) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. с каждого.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 16 октября 2025 года исковые требования ФИО6 к АО «ТБанк», Банк ВТБ (ПАО), АО «Т-Страхование», АО «СОГАЗ» о признании кредитных договоров, заключенных в результате преступных действий, недействительными (ничтожными) сделками и внесении изменений в кредитную историю, возмещении суммы переводов денежных средств, произведенных без добровольного согласия клиента, компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе представитель ФИО6 – ФИО7 просит решение суда отменить, вынести новое решение об удовлетворении требований. Указывает, что судом неверно распределено бремя доказывания по делу между сторонами, поскольку при споре о дистанционно оформленных кредитах бремя доказывания надлежащего заключения договора и получения осознанного согласия заемщика лежит на кредитной организации, а не на истце. Обращает внимание на то, что судом не дано надлежащей оценки доводам о том, что истцом не совершались действия по заключению кредитных договоров с АО «ТБанк» и Банком ВТБ, поскольку эти действия были совершены иными лицами. Судом не принято во внимание, что ФИО6 не имела намерений заключать кредитные договоры, денежными средствами не пользовалась. Нормы материального права о том, что финансовые риски возлагаются на банки, как на профессиональных участников в сфере потребительского кредитования, суд не применил. В нарушение требований ст. 196 ГПК РФ сделал предположительный вывод о том, что ФИО6 во время разговора по телефону могла допустить распространение конфиденциальной информации о направленных ей кодах доступа третьим лицам. Суд, делая вывод о том, что договоры заключила истица, ограничился формальной проверкой соблюдения внутренних процедур банками, однако не исследовал, отвечают ли установленные Банками условия ДБО нормам права, обеспечивающим защиту прав потребителей и придание электронной сделке юридической силы. Настаивает на том, что истице причинен вред, выразившийся в возложении на нее долговых обязательств, в результате недобросовестных действий ответчиков. Считает, что суд допустил нарушение норм процессуального права, выразившееся в ненадлежащем извещении о дате рассмотрения дела получателя денежных средств ФИО10, а также в не установлении данных о втором получателе денежных средств и не привлечении его к участию в деле. Приводит информацию о том, что в 2025 г. Кировским районным судом г. Новосибирска рассмотрены дела, по которым ФИО10 являлся ответчиком, и с него были взысканы суммы неосновательного обогащения, полученные при обстоятельствах, аналогичных с обстоятельствами совершения преступления в отношении ФИО6 Поскольку счет ФИО10 был открыт в Банке ВТБ, и на данный счет поступали переводы от других клиентов, в том числе со счета ФИО6, считает, что данные обстоятельства свидетельствуют о вине Банка ВТБ в непринятии мер, предусмотренных ч. 5.1, 5.3 ст. 8 ФЗ от 27.06.2011 № 161-ФЗ «О национальной платежной системе». Считает, что Банки не предоставили суду доказательства, подтверждающие, что заемные средства были реально переданы заемщику. Указывает, что суд оставил без внимания правовой подход, изложенный в Определении Конституционного Суда РФ от 13.10.2022 № 2559-О, согласно которому факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных средств в пользу третьего лица, является основанием для принятия банками повышенных мер предосторожности при дистанционном оформлении кредитного договора. Оспаривает вывод суда о том, что у банков отсутствовали основания для отказа или приостановления исполнения поручения клиента. Полагает, что ответчиками не было предпринято необходимых мер по пресечению незаконных действий мошенников, банки не удостоверились в том, что волеизъявление на переводы денежных средств исходило не от ФИО6, и не приостановили такие банковские распоряжения на переводы денежных средств. Вопреки выводу суда, совершенные от имени истицы операции, являлись «нетипичными», так как ранее для нее такая интенсивность операций (11 переводов по одному счету) была нехарактерной, также она не оформляла займы и не переводила их третьим лицам. Ссылка суда на то, что заемные средства были переведены между счетами самой истицы, также не может служить достаточным обоснованием для не признания переводов «подозрительными», поскольку исходя из позиции Банка России, последний намерен включить крупные переводы между собственными счетами в обновленный перечень мошеннических признаков. Продолжает настаивать на том, что в нарушение положений Закона о национальной платежной системе, не убедившись в безопасности оказываемой услуги, банки неправомерно выдали кредиты и впоследствии совершили операции по переводу вышеуказанных денежных средств, а также личных накоплений истца неустановленным лицам. Кроме того, кредитными организациями не были направлены ФИО6 уведомления о совершении переводов без согласия клиента.

Представителем Банка ВТБ ФИО8 поданы письменные возражения на жалобу, в которых подробно приводит мотивы несогласия с доводами жалобы, полагая их несостоятельными, и просит в удовлетворении жалобы отказать.

В судебное заседание истец ФИО6, ответчики АО «ТБанк», АО «Т-Страхование», третье лицо ФИО10 не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще, с заявлением об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем суд апелляционной инстанции, руководствуясь ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит его подлежащим оставлению без изменения.

Из материалов дела следует, что 24 июля 2024 года между ФИО6 и АО "ТБанк" заключен договор расчетной карты №, открыт банковский счет №, зарегистрирован номер ее мобильного телефона +№ Кроме того, в рамках договора № истице был открыт накопительный счет.

ДД.ММ.ГГГГг. в 09:51:33 осуществлен вход в личный кабинет ФИО1 в АО «ТБанк» посредством мобильного приложения банка, где оставлена заявка на получение кредита и дополнительной услуги - участие в Программе страховой защиты заемщиков Банка стоимостью 0,89 % от задолженности в качестве застрахованного лица. На основании данной заявки заключен Договор кредитной карты №, выпущена карта 220070******6267 по тарифному плану ТП 21.9 с лимитом задолженности 210000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ4 г. в 10:08:14, 10:09:06, 11:53:25 кредитные средства на общую сумму 205000 руб. двумя переводами по 95000 руб. каждый и 1 перевод на сумму 15000 руб. из АО «ТБанк» перечислены по номеру телефона ФИО1 <***> на принадлежащий ей банковский счет № в Банк ВТБ. За данные переводы была удержана комиссия в общем размере 3425 руб. (л.д. 43 т. 1).

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ в 11:52:37 с накопительного счета ФИО1 в АО «ТБанк» осуществлен перевод по номеру телефона № на сумму 14000 руб. на принадлежащий ей счет № в Банк ВТБ.

Также судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 является клиентом Банка ВТБ, ей открыт счет №, выдана расчетная карта, предоставлен доступ в ВТБ-онлайн, зарегистрирован номер ее мобильного телефона <***>.

Между сторонами ДД.ММ.ГГГГ был заключен кредитный договор <***>, в рамках которого установлен кредитный лимит в размере 133000 руб. на срок до ДД.ММ.ГГГГ, открыт счет №.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и Банком ВТБ с использованием ВТБ-онлайн заключен кредитный договор <***>, в рамках которого выпущена кредитная карта с лимитом в размере 100000 руб. под 24,90 % годовых на срок до ДД.ММ.ГГГГ, открыт счет №.

ДД.ММ.ГГГГ с вышеуказанного счета № был осуществлен перевод через СБП по номеру телефона получателя <***> (ФИО12) в размере 88100 руб.

Кроме того, осуществлены операции по переводу денежных средств между своими счетами, а именно: со счета № на счет № переведено 119000 руб.,

ДД.ММ.ГГГГ в 09.49 со счета 40№, открытого в рамках кредитного договора <***> от ДД.ММ.ГГГГ, осуществлен перевод через СБП по номеру телефона получателя № (ФИО12) на сумму 119900 руб.

Также в указанный день ДД.ММ.ГГГГ в 10.11-10.21 час. аналогичным способом со счета ФИО1 №, открытом в ВТБ (ПАО), осуществлены переводы на имя ФИО12 в размере 40000 руб., 56000 руб., 94000 руб. Кроме того, с указанного счета ДД.ММ.ГГГГ в 10.40 осуществлены переводы на сумму 14210 руб. (по номеру карты получателя в АО «Альфа Банк») и в 11.59 час. на сумму 28318,50 руб. (по номеру карты получателя).

23 сентября 2024 г. в 12.40 ФИО6 обратилась в АО «ТБанк», ПАО ВТБ, сообщив, что не совершала вышеуказанные операции.

23 сентября 2024 г. ФИО6 обратилась в СО ОМВД России по Центральному району г. Калининграда с заявлением по факту незаконного списания у нее денежных средств.

Из постановления о возбуждении уголовного дела № 12401270015001516 по признакам состава преступления, предусмотренного п. "г" ч. 3 ст. 158 УК РФ, следует, что 23.09.2024 в период времени с 08 часов 20 минут по 18 часов 20 минут неустановленное лицо, представившись сотрудником оператора «Теле 2», завладело денежными средствами, принадлежащими ФИО6, которые тайно были похищены с банковских счетов в ПАО «ВТБ Банк» и АО «Т-Банк» неустановленным лицом путем проведения транзакций на неустановленные банковские карты.

Разрешая спор, суд обоснованно исходил из того, что ФИО6 являлась клиентом ПО «ТБанк» и ПАО ВТБ, ранее при принятии на банковское обслуживание банками надлежащим образом была произведена идентификация и аутентификация истицы, предоставлен доступ к дистанционному обслуживанию по зарегистрированному номеру телефона <***>, а поскольку 23 сентября 2024 г. вход в мобильные приложения Онлан ТБанка и ВТБ-Онлайн был произведен с использованием персональных средств доступа с принадлежащего с 02.06.2024 г. ФИО6 мобильного устройства Infinix HOT 40 Pro, с характерного IP адреса данного устройства (INFINIX Infinix X6837, системы Android), при этом кредитные договоры были подписаны простой электронной подписью ФИО6 путем ввода одноразовых паролей, отправленных на номер мобильного телефона ФИО6 +№, то есть идентификация ФИО6, как клиента банка, была произведена корректно, то оснований ставить под сомнение волеизъявление последней на заключение кредитных договоров, у ответчиков не имелось, в связи с чем суд пришел к верному выводу о том, что заключенные 23.09.2024 г. кредитные договоры <***> с АО «ТБанк» и № 7773706192147 с Банком ВТБ соответствует требованиям ст.ст. 420, 153, п. 1 ст. 160, 819, 820 ГК РФ, ст. 5 Федерального закона РФ от 21.12.2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском займе», и предусмотренных ст.168 ГК РФ оснований для признания их недействительными, не имеется.

Правильными являются и выводы суда о том, что поскольку все вышеуказанные операции по переводу кредитных и личных средств со счетов ФИО6 в АО ТБанк на счета в Банке ВТБ, а также последующие переводы денежных средств со счетов истицы в Банке ВТБ на счета третьих лиц, были совершены с мобильного устройства ФИО6 путем самостоятельного входа в мобильные приложения Банков, подключенных к принадлежащему ей номеру телефона + <***>, а также последующего самостоятельного ввода номеров телефонов получателей (в том числе ФИО10) и номеров карт, с указанием суммы перевода по каждой операции, при этом все операции были подтверждены истицей путем ввода одноразовых паролей, направленных банком по каждой операции отдельно путем смс-сообщений, о списаниях денежных средств по каждой операции, то есть уменьшении остатка денежных средств на счетах, истица была уведомлена банками незамедлительно PUSH уведомлениями, то действия ответчиков соответствовали требованиям ст.ст. 845, 847, 854 ГК РФ, оснований к отказу в совершении данных операций, как подозрительных, у банков не имелось, при этом сами по себе указанные действия АО ТБанк и Банка ВТБ не состоят в причинной связи с причиненным истице имущественным ущербом.

Доводы жалобы о недоказанности факта заключения кредитных договоров

лично самой ФИО6 и наличии ее волеизъявления на совершение данных сделок, а также оспариваемых переводов денежных средств по своим банковским счетам, не могут быть признаны состоятельными.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Как установлено п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Кредитный договор должен быть заключен в письменной форме (ст. 820 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса (п. 2 ст. 434 ГК РФ).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении кредитного договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заёмщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита, порядок, способы и срок его возврата, процентную ставку, обязанность заемщика заключить иные договоры, услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6 статьи 7).

В соответствии с п. 2 ст. 5 Федерального закона «Об электронной подписи» от 06.04.2011 г. № 63-ФЗ простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей и иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Суд, подробно проанализировав Условия банковского обслуживания физических лиц АО «ТБанк» и ПАО ВТБ, устанавливающие способы идентификации и аутентификации клиента с использованием средств доступа, пришел к верному выводу о том, что договор кредитной карты <***> с АО «ТБанк» подписан путем ввода кода из смс-сообщения, направленного на номер ФИО6 перед подписанием договора, договор был показан в мобильном приложении/личном кабинете истицы, установленном на ее мобильном устройстве, а после подписания направлен в чате Банка. При подписании договора использовался аналог собственноручной подписи, а именно нажав кнопку "подписать", заемщик подтвердил, что ему предоставлены условия и понятна отображенная информация.

В соответствии с выгрузкой уведомлений, представленных АО "ТБанк" на номер телефона истца +№, 23 сентября 2024 года в 09:51:39, в 10:04:32, 10:05:26 направлены 3 смс с содержанием "Вы активируете кредитный продукт. Никому не говорите код ****!" (т. л.д.117).

Аналогичным образом 23.09.2024 г. после размещения в личном кабинете истицы ВТБ-Онлайн заявки на получение кредитной карты на номер телефона ФИО6 +№ направлено смс-сообщение "подтвердите электронные документы: Единая форма согласия. Код подтверждения ****46. Никому не сообщайте этот код, даже сотруднику банка ВТБ".

В 10:26 Банком на номер телефона направлено PUSH сообщение "Вам одобрена кредитная карта с лимитом 100000 р. получить карту до 23-10-2024, в 10:28 направлено смс-сообщение "подтвердите электронные документы: выдача кредитной карты. Код подтверждения ****74. Никому не сообщайте этот код, даже сотруднику банка ВТБ." Посредством ввода кода 833374 ФИО6 был заключен кредитный договор <***> с Банком ВТБ.

Таким образом, ответчики убедились в том, что заявления на оформление кредита, его подписание простой электронной подписью и последующие операции были произведены клиентом банка ФИО6, а не посторонним лицом, поскольку в заявлениях-анкетах на кредит были указаны её персональные данные, вход в мобильное приложение был осуществлен с находящегося в её пользовании мобильного устройства, с которого всегда осуществлялся вход в мобильные приложения путем ввода логинов и паролей, созданных в качестве идентификатора для входа в данные системы, смс-сообщения с кодом подтверждения и Push-уведомления направлялись на принадлежащий истице номер мобильного телефона, привязанный к мобильному банку.

Как предусмотрено ч. 6 ст. 7 Закона о потребительском займе, договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств.

Выписками по счетам подтверждается факт зачисления кредитных средств на счета ФИО6 в АО «ТБанк» и Банке ВТБ, которые в последующем переводились между счетами истицы, а затем получателям с вводом их номеров телефонов и банковских карт. Все данные операции были совершены путем использования одноразовых паролей, направленных смс- или PUSH-уведомлениями.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда о доказанности наличия волеизъявления истицы на заключение кредитного договора, а также самостоятельности предпринятых ею действий, направленных на получение и распоряжение кредитными средствами.

Ссылка в жалобе на то, что указание суда о возможности разглашения истицей конфиденциальной информации о направленных кодах доступа третьим лицам носит предположительный характер, не опровергает правильность выводов суда по существу спора.

Так, из материалов дела следует, что представитель истцы в суде первой инстанции поясняла, что истица забыла свой телефон в машине, а когда вернулась, увидела сообщения об открытых кредитах, о переводах со счетов, после чего незамедлительно обратилась в полицию.

Однако данная версия не согласуется с приведенным выше постановлением о возбуждении уголовного дела, в котором со слов ФИО6 указано, что она общалась с сотрудником «Теле-2», который завладел ее денежными средствами.

В апелляционной жалобе приведены выдержки из решений по другим делам по искам ФИО13 и ФИО14 к ФИО10, согласно которым «ФИО10 в ходе телефонных разговоров представлялся специалистом по безопасности, сообщал о возможной утечке персональных данных, просил скачать антивирусное приложение по ссылке, в ходе разговора поступали смс-сообщения с кодами, также включалась видеосвязь».

С учетом противоречий в объяснениях истца и ее представителя, установления в судебных решениях различных схем, в результате использования которых ФИО10 мошенническим путем убеждал потерпевших переводить денежные средства на свои счета, в том числе и кредитные, судебная коллегия полагает, что ФИО6 также, общаясь с неустановленным лицом (предположительно ФИО10), могла разгласить конфиденциальную информацию, необходимую для осуществления доступа к мобильным приложениям банков.

Вместе с тем, позиция истицы о том, что без ее волеизъявления к ее мобильному устройству был осуществлен удаленный доступ, установлена переадресация поступавших звонков и смс-сообщений на телефонный номер неустановленного лица, опровергается ответом ООО "Т2Мобаил", согласно которому услуга переадресация на номер ФИО6 <***> не подключалась, в период с 01.09.2024 по 30.09.2024 переадресация вызовов на другие номера не зафиксирована.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда о том, что действия ответчиков по идентификации, аутентификации ФИО6, как клиента банков, заключению с ней кредитных договоров и выполнению ее распоряжений по переводу денежных средств, соответствовали требованиям ст.ст. 845, 847, 854 ГК РФ, Федерального закона от 27.06.2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», Закона о защите прав потребителей, а также условиям договоров на комплексное банковское обслуживание, и вопреки утверждению подателя жалобы, данные действия не состоят в причинно-следственной связи с возникшими у истицы убытками.

В силу п. 1, 3, 5 ст. 14 Закона РФ «О защите прав потребителей» вред, причинённый жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению исполнителем. Исполнитель освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинён вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования услуги.

Согласно ч. 15 ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в случае, если оператор по переводу денежных средств исполняет обязанность по уведомлению клиента - физического лица о совершенной операции в соответствии с частью 4 настоящей статьи и клиент - физическое лицо направил оператору по переводу денежных средств уведомление в соответствии с частью 11 настоящей статьи, оператор по переводу денежных средств должен возместить клиенту сумму указанной операции, совершенной без согласия клиента до момента направления клиентом - физическим лицом уведомления. В указанном случае оператор по переводу денежных средств обязан возместить сумму операции, совершенной без согласия клиента, если не докажет, что клиент нарушил порядок использования электронного средства платежа, что повлекло совершение операции без согласия клиента - физического лица.

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Применительно к вышеуказанным нормам права требование о возмещении вреда может быть удовлетворено при наличии в совокупности условий: факта причинения вреда, противоправного поведения (действия, бездействия) причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда.

Как указано выше, все операции по переводу денежных средств как между своими счетами, так и третьим лицам были совершены с использованием установленных на мобильном устройстве истицы мобильных приложений банков, операции переводов подтверждены одноразовыми паролями, направленными на принадлежащий ФИО6 номер телефона смс-сообщениями. При этом обо всех проведенных операциях, а также об остатке денежных средств на счетах по результатам их проведения, банки последовательно уведомляли истицу путем направления PUSH сообщений, что подтверждается выгрузкой истории сообщений.

Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ответчиков по проведению операций, инициированных вследствие действий истицы, и возникновением у нее убытков, отсутствует.

Довод жалобы о том, что оспариваемые операции отвечали критериям подозрительных, и банки обязаны были их приостановить, является несостоятельным.

Так, согласно п. 2 ст. 848 ГК РФ законом могут быть предусмотрены случаи, когда банк обязан отказать в зачислении на счет клиента денежных средств или их списании со счета клиента.

В соответствии с ч. 5.1 ст.8 Федерального закона от 27.06.2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Приказом Банка России от 27 июня 2024 г. N ОД-1027 установлены признаки осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, а именно без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием.

В частности, к таким признакам отнесены: 1) совпадение информации о получателе средств с информацией из базы данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, формирование и ведение которой осуществляются Банком России; 2) совпадение информации о параметрах устройств, с использованием которых осуществлен доступ к автоматизированной системе, программному обеспечению в целях осуществления перевода денежных средств, с информацией о параметрах устройств, полученной из базы данных; 3) несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности); 4) совпадение информации о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа) с информацией о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа), ранее включенном во внутренние перечни (при наличии) оператора по переводу денежных средств в качестве получателя средств по переводам денежных средств без добровольного согласия клиента; 5) совпадение информации о получателе средств с информацией о получателе средств (в том числе его электронном средстве платежа), совершившем противоправные действия, связанные с осуществлением перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, в связи с чем в отношении такого получателя средств возбуждено уголовное дело (подтвержденное документально); 6) наличие информации: о выявленной в рамках реализации мероприятий по противодействию осуществлению переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, предусмотренных частью 4 статьи 27 Федерального закона от 27 июня 2011 года N 161-ФЗ "О национальной платежной системе", операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, в том числе информации, полученной от оператора по переводу денежных средств, обслуживающего получателя средств; о несоответствии характера совершаемых клиентом телефонных переговоров с использованием абонентского номера подвижной радиотелефонной связи при осуществлении операций либо перед их осуществлением (периодичность (частота), продолжительность телефонных переговоров) телефонным переговорам, обычно совершаемым клиентом, а также о нетипичности получаемых сообщений (увеличение количества получаемых сообщений с новых абонентских номеров или от новых адресатов), в том числе в мессенджерах и (или) по электронной почте, от оператора связи, владельцев мессенджеров, владельцев сайтов в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" и (или) иных юридических лиц.

Как указано выше, 23 сентября 2024 г. в период с 10.11 до 11.53 час между счетами истицы осуществлены 4 перевода денежных средств на общую сумму 219000 руб. (с двух счетов в АО «ТБанк» на счет в Банке ВТБ), а затем с двух счетов в Банке ВТБ 5 переводов в период с 09.49 до 11.59 час. на счета получателей по номеру телефону (ФИО10) и по номеру карты на общую сумму 232528, 50 руб.

Анализируя характер названных выше операций переводов, судебная коллегия отмечает, что переводы из АО «ТБанк» относятся к переводам между собственными счетами, ввиду чего не могли носить характер подозрительных.

Ссылка в жалобе на публикации в средствах массовой информации 12.11.2025 г. о намерениях Банка России включить крупные переводы между собственными счетами в обновленный перечень мошеннических признаков, не опровергает правильность вышеуказанного вывода, поскольку как на момент совершения истицей переводов, так и до настоящего времени, такой признак в Перечень не включен. Кроме того, переводы между счетами истицы не являлись крупными.

Принимая во внимание, что кредитные средства, полученные в Банке ВТБ, перечислялись на текущие счета истицы, а затем уже другим получателям, данные операции осуществлялись с трех различных счетов ФИО6 в течении двух часов, при этом как по времени, так и по суммам, они не являлись нетипичными для истицы, судебная коллегия полагает, что на спорные правоотношения не распространяется правовой подход, изложенный в Определении Конституционного Суда РФ от 13.10.2022 № 2559-О.

Названные выше операции произведены с использованием принадлежащего истице мобильного устройства, подтверждены вводом одноразовых паролей, направленных на принадлежащий ей номер телефона.

Доказательств, указывающих на то, что перед совершением оспариваемых операций, клиент вел многочисленные и длительные телефонные переговоры с неизвестными абонентами, либо получил значительное количество сообщений, в том числе посредством мессенджеров, сети Интернет и т.д., произвел смену идентификаторов (логина и пароля) доступа к системе Мобильного Банка, либо переадресацию телефонных звонков, подключение иных мобильных устройств к системе, что могло бы косвенно свидетельствовать о нахождении клиента под влиянием мошенников, в материалах дела не имеется.

Напротив, представленной ООО «Теле2 Мобайл» детализацией счета ФИО6 по абонентскому номеру № за ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что в период с 08.45 до 12.45 зафиксированы многочисленные смс-сообщения Банков ВТБ и Т-Банка (л.д. 11 -11 об т. 3).

Информация о получателях денежных средств по оспариваемым истицей переводам денежных средств без добровольного согласия клиента отсутствовала в базе данных, формирование и ведение которой осуществляются Банком России на основании ч. 5 ст. 27 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», на момент совершения операций, равно как и не имелось сведений о том, что в отношении данных получателей возбуждено уголовное дело.

Из выписок по счетам, открытым в Банке ВТБ на имя ФИО1, следует, что последняя активно пользуется ими для осуществления расчетов и переводов как между своими счетами, так и третьим лицам, снятия наличных по 50-65 тыс. руб., ранее также дистанционным способом через ВТБ-Онлайн заключала кредитные договоры № V625/0006-0084678 от ДД.ММ.ГГГГ, № V625/0018-0179396 от ДД.ММ.ГГГГ, <***> от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, ни одного из приведенных выше шести признаков подозрительности переводов, по делу не установлено.

С учетом установленных по делу фактических обстоятельств, суд пришел к правильному выводу о том, что действия истцы по заключению кредитных договоров не давали банкам оснований усомниться в правомерности поступавших от нее распоряжений, равно как и усмотреть признаки осуществления переводов денежных средств без согласия клиента.

Приводимые в жалобе доводы о том, что с ФИО12 решениями судов взыскано неосновательное обогащение в пользу таких же потерпевших, как истица ФИО1, при этом последний с ДД.ММ.ГГГГ имел счет в Банке ВТБ, вопреки мнению подателя жалобы, не являются доказательством вины Банка ВТБ в нарушении требований ч. 5.1, 5.3 ст. 8 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», поскольку, как указано выше, совершенные истицей переводы не обладали признаками, указанными в Перечне, при этом денежные средства направлялись истицей по номеру телефона ФИО12 на счет, открытый в Банке Уралсиб, а судебные акты в отношении последнего постановлены только ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя почти год с момента оспариваемых истицей операций.

Не установив в действиях ответчиков нарушения прав истицы как потребителя финансовой услуги при заключении кредитных договоров и совершении переводов денежных средств, а также учитывая, что иные исковые требования об оспаривании дополнительных услуг страхования, предоставленных при заключении кредитных договоров, внесенных в кредитную историю сведений о данных договорах и образовании по ним просроченной задолженности, являются производными от основных требований, суд правомерно отказал в удовлетвори иска.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом не допущено нарушения норм процессуального права.

Так, отсутствие сведений о личности второго получателя денежных средств, перевод в адрес которого был осуществлен по номеру карты, не является основанием к отмене решения, поскольку, исходя из предмета и основания иска, установление данного обстоятельства не относится к юридически значимым по настоящему делу.

Кроме того, на запрос суда из АО «Альфа-Банк» поступил ответ о невозможности идентификации получателя по предоставленным неполным данным номера карты (только первые и последний цифры), однако другими сведениями суд не располагал.

Между тем, вышеуказанная информация подлежит установлению в рамках уголовного дела, по которому истица признана потерпевшей.

Предусмотренных ст. 43 ГПК РФ оснований для привлечения к участию в деле в качестве третьих лиц названного выше лица, личность которого судом по имеющимся данным не была установлена, и ФИО12, у суда не имелось, поскольку исходя из предмета и основания иска, характера спора, постановленное по делу решение не может повлиять на права или обязанности данных лиц по отношению к сторонам, и не имеет для них преюдициального значения.

Судебная коллегия обращает внимание, что ФИО12, получив копию решения, не обжаловал его, посчитав свои права не нарушенными.

Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, изложенную при рассмотрении дела судом первой инстанции, не содержат новых обстоятельств, которые опровергали бы выводы судебного решения, не могут быть признаны состоятельными, так как сводятся по существу к несогласию с выводами суда и иной оценке установленных по делу обстоятельств, направлены на иное произвольное толкование норм материального и процессуального права, что не отнесено статьей 330 ГПК РФ к числу оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г. Калининграда от 16 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 01.04.2026 г.

Председательствующий

Судьи