Решение № 2-255/2021 2-255/2021~М-167/2021 М-167/2021 от 3 июня 2021 г. по делу № 2-255/2021

Дело № 2-255/2021

25RS0017-01-2021-000384-23


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 июня 2021 года поселок Кавалерово

Кавалеровский районный суд Приморского края в составе председательствующего судьи Клемешевой Н.С.,

при секретаре Кожемякиной О.В.,

с участием помощника прокурора Кавалеровского района Приморского края Мекешевой С.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кавалеровская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

Установил:

ФИО3 обратились в суд с иском к КГБУЗ «Кавалеровская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований истица указала, что приходилась супругой ФИО1 В результате полученной травмы ввиду падения и удара головой, произошедшей ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ был госпитализирован в травматологическое отделение Кавалеровской ЦРБ, с диагнозом: «сотрясение головного мозга и перелом ребер справа». На момент госпитализации, ФИО1 передвигался самостоятельно, ориентировался в пространстве, узнавал родных, имел связную и разборчивую речь.

В период с 3 по ДД.ММ.ГГГГ он находился на стационарном лечении в травматологическом отделении КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» с диагнозом «Закрытый перелом 6-7 ребер справа, осложненный гемотораксом. Болевой синдром. Ушибленная рана головы. Сопутствующий: ишемическая болезнь сердца (ИБС), церебральный атеросклероз, дисциркуляторная энцефалопатия (ДЭП) 2 ст.».

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 возникло серьезное осложнение по сопутствующему заболеванию – фибрилляция предсердий. Однако лечащий врач и врач-терапевт его осмотр в динамике по поводу нарушений работы сердца не проводили. Несмотря на наличие у ФИО1 при поступлении в Кавалеровскую ЦРБ черепно-мозговой травмы – сотрясения головного мозга, осмотр врачом-неврологом (нейрохирургом) не проводился, диагноз ЧМТ был снят без какого-либо обоснования.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был выписан из травматологического отделения с рекомендацией обратиться к участковому терапевту ДД.ММ.ГГГГ без указания на возникшее за время нахождения в стационаре осложнение (фибрилляция предсердий).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вновь был госпитализирован в КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» в терапевтическое отделение с диагнозом «ИБС. ВД кардиомиопатия (КМП). Пароксизмы фибрилляции предсердий». Однако ему в нарушение установленных стандартов качества оказания медицинской помощи не были назначены диагностические обследования и необходимое лечение.

С 17 по ДД.ММ.ГГГГ состояние ФИО1 ухудшилось, однако лечащий врач ФИО5 необходимого лечения, мер по стабилизации состояния больного не принимала, на просьбы провести дополнительные диагностические процедуры не реагировала, ДД.ММ.ГГГГ в переводе в реанимационное отделение для оказания ему помощи, отказала. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 сообщила о том, что лечение ФИО1 завершено и планируется его выписка. Сын истицы ФИО6 обратился к заместителю главного врача с просьбой провести дополнительное обследование и оказать медицинскую помощь, поскольку ФИО1 по-прежнему находился в тяжелом состоянии, не мог разговаривать, принимать пищу и самостоятельно передвигаться. После чего ФИО1 была проведена компьютерная томограмма головного мозга, проведен консилиум врачей, по результатам которого принято решение о невозможности его выписки из стационара ввиду тяжелого состояния и необходимости направления в отделение неврологии.

ДД.ММ.ГГГГ в неврологическом отделении Кавалеровской ЦРБ ФИО1 умер, причиной смерти явилась тромбоэмболия легочной артерии.

В ходе проведения судебно-медицинской экспертизы комиссией экспертов установлены многочисленные дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 в период его нахождения в КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ», при проведении его обследования и лечения. Благоприятный исход при оказании надлежащей медицинской помощи экспертной комиссией не исключен.

Истица полагает, что со стороны медицинского персонала Кавалеровской ЦРБ в данном случае имели место факты ненадлежащего и несвоевременного оказания медицинской помощи её супругу ФИО1. Допущенные дефекты, в совокупности привели к ухудшению состояния супруга, чем значительно усилили его страдания и ускорили смерть.

В связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФИО1 медицинскими работниками КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» ей причинен моральный вред, выразившийся в тяжелых нравственных страданий, поскольку с супругом они прожили в браке 48 лет, с его смертью она лишилась его заботы, поддержки и внимания близкого человека, что необратимо отразилось на её психологическом состоянии. Кроме того, ею понесены расходы на погребение супруга.

Истица просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей, а также возместить расходы на погребение в сумме 65 180 рублей и судебные расходы по оплате государственной пошлины 300 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3, её представители ФИО4 и ФИО7 уточнили исковые требования, просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины и услуг представителя в размере 15 300 рублей, требования в части возмещения расходов на погребение в сумме 65 180 рублей не поддержали. Полагали, что ответчиком были нарушены стандарты качества оказания медицинской помощи, поскольку экспертной комиссией не исключалось, что ФИО1 мог бы избежать смерти в случае надлежащего оказания ответчиком медицинских услуг.

В обоснование размера компенсации морального вреда ФИО2 и её представители указали на нравственные страдания истицы, вызванные смертью супруга, с которым они прожили совместно длительное время, а также на то, что ей пришлось наблюдать за страданиями близкого ей человека, которого можно было спасти оказанием ответчиком своевременной и квалифицированной медицинской помощи.

Представитель КГБУЗ «Кавалеровская центральная районная больница» ФИО8 возражал против удовлетворения иска в части компенсации морального вреда и оплаты услуг представителя, полагая их суммы завышенными. Пояснил, что вина медицинских работников Кавалеровской ЦРБ в смерти ФИО1 не установлена, отсутствует причинно-следственная связь. В связи с тем, что экспертизами были установлены дефекты медицинской помощи организационно-методического характера, которые не повлекли причинение вреда здоровью ФИО1, разрешение вопроса о размере компенсации морального вреда, оставил на усмотрения суда, просил сумму компенсации морального вреда и судебных расходов снизить до разумных пределов.

Выслушав участников судебного заседания, пояснения свидетелей, заключение помощника прокурора полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции РФ гражданам гарантируется право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно п. п. 3, 7 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патологоанатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий.

В п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как установлено, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состояла с ДД.ММ.ГГГГ в зарегистрированном браке с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на боль в грудной клетке и сильное головокружение обратился за оказанием медицинской помощи в КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ». В период стационарного лечения с 3 по ДД.ММ.ГГГГ он находился на лечении в травматологическом отделении, с 16 по ДД.ММ.ГГГГ - в терапевтическом отделении, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен в отделение неврологии. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер (свидетельство о смерти II-ВС №).

Согласно заключению ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ №, составленному на основании направления следователя следственного отдела СУ СК РФ по Приморскому краю от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО1 наступила от острой сердечнососудистой и дыхательной недостаточности вследствие тромбоэмболии сегментарных ветвей легочной артерии и развития геморрагического инфаркта правого легкого, отека легких и головного мозга, на фоне хронической ИБС (ишемической болезни сердца).

Также данным заключением экспертов выявлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 в КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» в период времени с 3 по ДД.ММ.ГГГГ в травматологическом отделении. Дефекты обследования: рентгеновское исследование проведено не в полном объёме. После плевральной пункции ДД.ММ.ГГГГ и при выписке не выполнена контрольная рентгенография органов грудной клетки. Таким образом, не оценена эффективность плевральной пункции, а также упущена возможность диагностики посттравматической пневмонии - частого осложнения переломов ребер. На момент выписки отсутствуют контрольные исследования ЭКГ (электрокардиографии). У пациента через 2 дня после травмы возникло серьёзное осложнение по сопутствующему заболеванию - фибрилляция предсердий, начато лечение. При контрольном исследовании ДД.ММ.ГГГГ на ЭКГ нарушения ритма сохраняются, что врачами не интерпретируется. Также выявлены дефекты организационно-тактические, дефекты лечения, ведения медицинской документации. В период лечения в терапевтическом отделении с 16 по ДД.ММ.ГГГГ выявлены дефекты лечения: при поступлении пациента в терапевтическое отделение не была назначена базовая терапия ИБС и гипертонической болезни ингибиторами ангиотензинпревращающего фермеита (иАПФ) или антагонистами рецепторов

ангиотензина П, бета - адреноблокаторами или блокаторами кальциевых каналов. Кроме того, выявлены дефекты организационно-тактические ведения медицинской документации, повлекшие за собой дефекты лечения. Данные о переводе пациента в неврологическое отделение ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют.

Экспертами сделан вывод, что, несмотря на дефекты оказания медицинской помощи, действия (бездействие) сотрудников КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» не состоят ни в прямой, ни в косвенной причинно-следственной связи со смертью ФИО1

Постановлением следователя Кавалеровского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Приморского края ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 109, ч. 2 ст. 124, ч. 2 ст. 293 УК РФ, по

основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО5

Также дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 в КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» были выявлены целевой экспертизой качества медицинской помощи в рамках обязательного медицинского страхования, проведенной ООО СМО «Восточно-страховой альянс» по обращению ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с заключением эксперта АНК «Центр медицинских экспертиз» от ДД.ММ.ГГГГ №, комиссия экспертов пришла к выводу, что непосредственной причиной смерти ФИО1 явилась острая сердечно сосудистая и дыхательная недостаточность. Также ими установлено, что выявленные дефекты медицинской помощи при нахождении ФИО1 на стационарном лечении в КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ носят преимущественно формальный характер и относятся к дефектам организационно-методической работы, исход заболевания от них не зависел. Изменение тактики лечения в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и клиническими рекомендациями по вопросам оказания медицинской помощи предоставляло возможность, но не гарантию некоторого увеличения продолжительности жизни ФИО1 В связи с отсутствием прямой и косвенной причинно-следственной связи дефектов оказания помощи со смертью больного, определение степени тяжести вреда не может быть проведено.

Анализируя результаты экспертиз, проведенных по факту смерти ФИО1, суд пришел к выводу об отсутствии прямой причинно-следственной связи между непосредственными действиями (бездействием) сотрудников КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» и смертью ФИО1 Однако все заключения содержат конкретные данные, объективно свидетельствующие о наличии дефектов оказания медицинской помощи пациенту ФИО1 со стороны медицинского учреждения КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ».

Указанные обстоятельства установлены также решением Арсеньевского городского суда Приморского края от ДД.ММ.ГГГГ, которым удовлетворен иск ФИО6 к КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда.

Доводы стороны ответчика о том, что непосредственной причиной смерти ФИО1 явились множественные заболевания, в частности, злоупотребление им спиртными напитками, ничем не подтверждены. Свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО15 и ФИО12 в судебном заседании показали, что ФИО1 не страдал алкогольной зависимостью. Кроме того, употребление ФИО1 спиртных напитков не снимает ответственности Кавалеровской ЦРБ за оказание медицинской помощи ненадлежащего качества.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено ненадлежащее оказание медицинской помощи пациенту ФИО1 со стороны медицинского персонала КГБУЗ «Кавалеровская ЦРБ», в связи с чем в силу ст. 151 ГК РФ требования истицы о компенсации морального вреда, являются обоснованными.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абз. первый пункта 2 названного постановления Пленума).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абз. второй п. 2 указанного постановления Пленума).

Как отметил Верховный Суд РФ в определении от 8 февраля 2021 года № 48-КГ20-19-К7, исходя из положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает требования разумности и справедливости, фактические обстоятельств дела, степень вины сотрудников ответчика, характер перенесенных истицей физических и нравственных страданий в связи со смертью её супруга, с которым они совместно прожили длительное время (48 лет), в результате смерти которого ей причинен существенный моральный вред, выразившийся в переживаемых истицей тяжелых нравственных страданиях, поскольку ей пришлось наблюдать за страданием близкого ей человека, до настоящего времени она не может смириться с его утратой. Осознание того, что супруга можно было спасти оказанием своевременной и квалифицированной медицинской помощи, причиняет ей дополнительные нравственные страдания.

Сам факт смерти человека и невосполнимая потеря близкого родственника являются бесспорным доказательством причинения нравственных страданий ввиду его необратимости, нарушающим психическое благополучие, что влечет состояние субъективного эмоционального расстройства. При этом истица испытывает нравственные страдания длительное время, продолжая жить без супруга.

С учетом приведенных выше обстоятельств, суд полагает необходимым удовлетворить требования истицы о компенсации морального вреда частично в размере 300 000 рублей.

Заявленный истицей размер компенсации морального вреда в 5 000 000 рублей суд находит завышенным.

В удовлетворении требований о компенсации морального вреда в размере 4 700 000 рублей следует отказать.

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов, понесенных истицей, суд, исходя их положений ст. ст. 94, 96, 98, 100 ГПК РФ, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», определяет ко взысканию судебные расходы в размере 15 300 рублей, в том числе по оплате услуг представителя - 15 000 рублей, государственной пошлины – 300 рублей.

Приходя к выводу о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей, суд исходит из сложности данного гражданского спора, длительности его рассмотрения, явки представителей в судебные заседания, объема и качества оказанных ими услуг, а также принципа разумности пределов их возмещения, принимает во внимание, что платежные документы об оплате истцом оказанных юридических услуг представлены.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ,

Решил:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кавалеровская центральная районная больница» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей и по оплате услуг представителя - 15 000 рублей, а всего – 315 300 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Кавалеровский районный суд Приморского края в течение месяца со дня изготовления мотивировочной части решения.

Судья Н.С. Клемешева

Копия верна:

Судья Н.С. Клемешева

Секретарь О.В. Кожемякина