Решение № 2-3482/2019 2-3482/2019~М-2070/2019 М-2070/2019 от 19 ноября 2019 г. по делу № 2-3482/2019

№

дело № 2-3482/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Южно-Сахалинск 20 ноября 2019 года

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Е.В. Ретенгер,

при секретаре И.Н. Кустовой

с участием

истца И.И. Прохоров

представителя ответчика, действующего на основании доверенности № от 20 марта 2019г. У.Н.Дериведмидь

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Сахалинские нефтегазовые технологии» о признании приказа № 30-л от 20 марта 2019 года незаконным, его отмене, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Сахалинские нефтегазовые технологии» о признании приказа № 30-л от 20 марта 2019 года о применении дисциплинарного взыскания незаконным, его отмене, взыскании компенсации морального вреда, причиненного истцу неправомерным наложением на истца дисциплинарного взыскания в размере 150000 рублей, взыскании судебных расходов в сумме 20000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что состоял в трудовых отношениях в должности начальника отдела материально-технического обеспечения ООО «Сахалинские нефтегазовые технологии». Указывает, что для нужд офиса <данные изъяты> требовалось закупить шесть мобильных компьютеров в связи с чем, для этого были привлечены четыре компании, которым был отправлен электронный запрос на предоставление ценовых предложений. Ответ был получен лишь от трех компаний, от компании <данные изъяты>» предложение не поступило, отметил, что не смотря на то, что для рассмотрение запроса необходимо иметь три ценовых предложения, компания <данные изъяты>» была запрошена повторно. Ответ от компании <данные изъяты>» был получен на следующий день, компания <данные изъяты>» выражала негодование по поводу неполучения ранее отправленного ценового предложения, при этом вложения в ответном сообщении вновь отсутствовали. Указывает, что компании <данные изъяты>» было предложено повторить отправку сообщения с вложением ценового предложения. Именно поэтому, как указывает истец, был запущен процесс рассмотрения имеющихся трех ценовых предложений.

Отметил, что процесс рассмотрения ценовых предложений имеет негласную форму коллективного совещания посредством электронной системы «Директум» с целью повышения эффективности работы всех участников в разных областях. В процесс вовлечены профильные специалисты. Окончательный вердикт формируется всеми вовлеченными участниками, затем редактируется, согласовывается и отправляется на утверждение генеральному директору. Отмечает, что на этапе рассмотрения имеющихся трех вариантов предложений менеджер по информационным технологиям ФИО внес корректировку о том, что у него имеется более выгодное предложение <данные изъяты>». Истец указал в иске, что поскольку комментарий был существенным им было довключено недостающее ценовое предложение <данные изъяты>» в задачу и запустил для рассмотрения вновь. Все вовлеченные в процесс участники единогласно согласовали предложение победителя <данные изъяты>» как более экономически выгодное. Далее задача была автоматически перенаправлена системой генеральному директору на утверждение, впоследствии им одобрена, и запущена в работу.

В иске истец указывает, что в начале он подумал, что ценовое предложение <данные изъяты>» было им упущено в общем массиве предложений, однако после тщательной проверки им было установлено, что сообщение действительно отсутствовало в почтовом клиенте.

ФИО1 указывает, что не согласен с применением дисциплинарного взыскания за не включение ценового предложения, поскольку обсуждение на первичном этапе имело «черновой» характер рассмотрения, предложение <данные изъяты>» впоследствии было рассмотрено наряду с предложениями других компаний. В адрес генерального директора поступило и было одобрено именно предложение компании <данные изъяты>». Полагает, что приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности является незаконным, поскольку ведется согласовательный процесс, где учитываются различные мнения, обсуждения. Оценка ценовых предложений, в том числе компании <данные изъяты>», выполнялись на равных условиях.

Истец полагает, что факт незаконного привлечения его к дисциплинарной ответственности носил грубый и бесцеремонный характер, с целью склонить истца к принятию решения об увольнении, что безусловно негативно повлияло на его психо-физическое состояние, поскольку он имеет многодетную семью и троих несовершеннолетних детей на иждивении. Также истцом заявлено о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя.

Истец в ходе судебного разбирательства исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, настаивал на удовлетворении.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований указал, что истец законно и обоснованно был привлечен к дисциплинарной ответственности в связи с ненадлежащим исполнением своих должностных обязанностей, выразившихся в намеренном упущении экономически выгодного поставщика – <данные изъяты>», чем ввел в заблуждение руководство ООО «СНГТ» и нарушил п.2.2. Правил внутреннего трудового распорядка, п.4.1. должностной инструкции,п.2.2. трудового договора № от 16 июля 2010 года. Представитель ответчика отметила, что ответчиком соблюден порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности. С учетом указанных обстоятельств, представитель ответчика полагала, что отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, указав на несостоятельность довода истца о склонении истца работодателем к принятию решения об увольнении. В части заявления о взыскании судебных расходов заявила о их чрезмерности, а также о том, что <данные изъяты>» с 09 апреля 2019года находится в стадии ликвидации.

Выслушав пояснения лиц участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, показания свидетеля, оценив представленные доказательства, как в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 согласно приказу № от 12 июля 2010 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Сахалинские нефтегазовые технологии» в должности начальника отдела материально-технического обеспечения с заключением срочного трудового договора № от 16 июля 2010г.

Согласно приказу № 30-л от 20 марта 2019 года был привлечен в дисциплинарной ответственности в виде замечания за некачественное, недобросовестное исполнение должностных обязанностей, выразившихся в том, что 11 марта 2019 года при осуществлении закупки на стадии согласования поставщика мобильных станций ФИО1 на утверждение генеральному директору посредством <данные изъяты>» была представлена аналитическая справка, в которой намерено был упущен выгодный поставщик – <данные изъяты>», чем ввел в заблуждение руководство <данные изъяты>

Проверяя законность привлечения истца к дисциплинарной ответственности суд установил, что 25 февраля 2019 года истцу генеральным директором было поручено приобрести 6 мобильных рабочих станций для нужд компании.

Во исполнение указанного поручения 28 февраля 2019г. истцом были направлены электронные письма с ценовым запросом в <данные изъяты>», <данные изъяты>», <данные изъяты>», <данные изъяты>». В установленные сроки ценовые предложения от ООО «Эстера Технолоджис», <данные изъяты>», <данные изъяты>» были представлены ООО «Сахалинские нефтегазовые технологии.

Из анализа представленных, сторонами в ходе судебного разбирательства скриншотов переписки с <данные изъяты>» суд установил, что:

- 28 февраля 2019г. в 10:59 ФИО1 в адрес ФИО (<данные изъяты>») отправил предложение представить ценовое предложение.

-28 февраля 2019г. в 16:04 ФИО в адрес ФИО1 направил ценовое предложение по ноутбукам

-05 марта 2019 ФИО1 в 1:15 АМ (9:15) была направлена повторная просьба о представлении коммерческого предложения

-06 марта 2019 в 5:15 АМ (17:15) <данные изъяты>» ФИО направил в адрес ФИО1 сообщение о выяснении причин необходимости повторного сбора коммерческих предложений.

В тексте искового заявления истец указывает, что «Компания <данные изъяты>» выражала негодование по поводу неполучения ранее отправленного ими ценового предложения, при этом вложения в ответном сообщении вновь отсутствовали. Было предложено компании <данные изъяты>» еще раз повторить отправку сообщения с вложением ценового предложения». Указанные высказывания истца позволяют суду прийти к выводу, что ФИО1 сообщения <данные изъяты>» вплоть до 06 марта 2019г. получил и прочел.

- 07 марта 2019г. в 09:01 ФИО1 вновь направил сообщения <данные изъяты>» и указал, что ранее в запросах не запрашивался конкретный продукт <данные изъяты>, при этом обратил внимание <данные изъяты>», что ценовых предложений не поступало, и предложил им направить повторно.

-07 марта 2019г. также ответчиком представлен скриншот электронного отправления ФИО в адрес ФИО1 09:44, однако текст сообщения суду не представлен.

-07 марта 2019г. в 18:23 <данные изъяты>» ФИО повторно направил предложения по ноутбукам с вложением от 28.02.2019г. 4:06 РМ

Согласно представленного скриншота переписки системы «Директум» следует, что ФИО1 запустил согласование «служебной записки на закупку ноутбуков» 11 марта 2018г.

12 марта 2019г. ФИО в 14:05 в переписке «Директум» просил ФИО1 сообщить причину не участия <данные изъяты>» в согласовании указывая, что <данные изъяты>» неоднократно до старта заданной задачи направляла заявки на участие в закупке, предложение соответствовало моделям ноутбука и срокам поставки.

13 марта 2019г. в 11:38 ФИО1 в системе «Директум» прекратил согласование, указав, что им случайно было упущено ТКП <данные изъяты>», в связи с чем, процесс был перезапущен.

Из комментария к задаче согласования закупки СЭД следует, что отсутствие ТКП компании <данные изъяты>» было выявлено ФИО в ходе согласования закупки.

Опрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО сообщил, что ранее работал с компанией <данные изъяты>», ему позвонил представитель компании ФИО и поинтересовался о причинах не рассмотрения их ценового предложения. В результате разбирательства ФИО установил, что сообщение <данные изъяты>» от 07 марта 2019г. в 09:44 ФИО1 прочитано в связи с чем, представлен скриншот.

Ответчик в ходе судебного разбирательства утверждал, что 28 февраля 2019г. на электронный адрес истца от компании <данные изъяты>» поступил ответ, который истцом был прочтен. Также повторно ответ поступил 07 марта 2019 года на корпоративный электронный адрес истца повторно от компании <данные изъяты>» с которым истец ознакомился 07 марта 2019 года, при этом ответчик ссылается на журнал, входящих писем с сервера электронной почты.

Истец, напротив в судебном заседании утверждал, что неоднократно запрашивал компанию <данные изъяты>» на предоставление ценового предложения, однако представленные ответные сообщения не содержали ценового предложения, в связи с чем, истцом был запущен процесс рассмотрения имеющихся трех ценовых предложений без участия <данные изъяты>».

Представленные ответчиком в ходе судебного разбирательства скриншоты электронной переписки истца с <данные изъяты>» от 28 февраля 2019г., 05 марта 2019г., 06 марта 2019г., 07 марта2019г. ФИО1 оспаривал, отрицая факт прочтения указанных сообщений, обращая внимание на разницу во времени отправления сообщения (09:44) и времени его прочтения (9:43). Указанную разницу во времени представитель ответчика объяснил настройками работы сервера Общества, что как установлено в ходе судебного разбирательства технически возможно и допустимо.

15 марта 2019г. ФИО1 работодателем было предложено дать объяснения по факту не рассмотрения экономически более выгодного предложения от компании поставщика компьютерного оборудования <данные изъяты>» при проведении сравнительного анализа поставщиков для закупки мобильных рабочих станций (ноутбуков в количестве 6 штук.)

Из объяснений ФИО1 данных работодателю следует, что командная работа посредством системы «Директум» способствовала формированию окончательной позиции, где все замечания были учтены и приняты к сведению.

В силу п.1 ч.2 ст.21 Трудового кодекса РФ основной обязанностью работника является добросовестное исполнение трудовых обязанностей, возложенных на него трудовым договором. Указанной обязанности корреспондирует право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей (п. 4 ч. 1 ст. 22 Трудового кодекса РФ).

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 Трудового кодекса Российской Федерации). Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

Судом установлено, что ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности за нарушение п.2.2 Правил внутреннего трудового распорядка, п. 4.1 должностной инструкции, п. 2.2. трудового договора.

Согласно п.2.2. Трудового договора, а также Правил внутреннего трудового распорядка работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности. На основании п. 4.1 должностной инструкции начальник отдела несет ответственность за результаты и эффективность производственной деятельности отдела и материально-технического обеспечения производственной деятельностью предприятия.

Согласно статье 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В соответствии со статьей 193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

На основании статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании заявленных требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Согласно положениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» именно на работодателе лежит бремя доказывания обстоятельств и оснований привлечения сотрудника к дисциплинарной ответственности. Как указал Конституционный Суд РФ в своем определении от 23 сентября 2010 года №1178-О-О, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд должен действовать не произвольно, а исходить из общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких, как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь нормами Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, устанавливать факт совершения дисциплинарного проступка, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. В этой связи, основанием для применения дисциплинарного взыскания, является совершение работником дисциплинарного проступка, то есть виновного, противоправного неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе за нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дела об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания, общих принципов дисциплинарной ответственности, вытекающих из ст. 1, 2, 15, 17 - 19, 54 и 55 Конституции РФ. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В качестве основания привлечения истца к дисциплинарной ответственности в оспариваемом приказе указаны: объяснительная записка ФИО1, служебная записка менеджера ФИО от 25 февраля 2019г., комментарий к задаче согласования закупки ФИО от 15 марта 2019г.

В качестве доказательства, подтверждающего факт получения, прочтения <данные изъяты>» сообщения ФИО1 ответчик представил суду скриншот от 07 марта 2019г. 09:44.

Вместе с тем из скриншота представленной переписки следует, что до 07 марта 2019г. ФИО1 получал сообщения <данные изъяты>» без каких-либо вложений.

При этом, также из скриншота от 07 марта 2019г. следует, что сообщение <данные изъяты>» с вложением было продублировано в 18:23. Однако, каких-либо доказательств того, что указанное сообщение было получено ФИО1 и прочтено суду не представлено. Работодатель, получив объяснение истца, не принял должных мер к полной проверке доводов истца, ограничился лишь фиксацией скриншота от 07 марта 2019г. 09:44, что по мнению суда не может свидетельствовать о проверке доводов истца в полном объеме.

При разрешении вопроса о наличии в действиях работника нарушений дисциплины труда работодатель обязан документально зафиксировать факт совершение дисциплинарного проступка, при этом такие письменные доказательства должны содержать информацию о факте нарушения трудовой дисциплины, обстоятельствах совершения этого нарушения, однако, представителями ответчика не представлено суду доказательств, бесспорно свидетельствующих, что ФИО1 получив сообщение <данные изъяты>» намерено представил информацию о данном поставщике на согласование в системе «Директум».

В силу действующего законодательства именно на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к вынесению выговора, в действительности имело место.

Согласно ст. 192 Трудового кодекса РФ дисциплинарным проступком является неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Ответчиком не были приняты необходимые и достаточные меры к фиксации дисциплинарного проступка, его объективному, тщательному разбирательству. Суду не были представлены доказательства безусловной вины истца в совершении указанного поступка истцом, а также наступления негативных последствий для работодателя.

Кроме того, выявленный факт был ФИО1 незамедлительно устранен, не повлек каких-либо негативных последствий для работодателя.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о правомерности требований истца о признании приказа № 30-л от 20 марта 2019г. о привлечении истца к дисциплинарной ответственности незаконным.

В части требований истца об отмене приказа № 30-л от 20 марта 2019 года суд не усматривает оснований, поскольку способы защиты нарушенного права в виде отмены приказа действующее законодательство не предусматривает. В данном случае права работника восстановлены путем признания оспариваемого приказа незаконным.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд руководствуется ст. 237 Трудового кодекса РФ согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Учитывая положения ст. 237 Трудового кодекса РФ, поскольку необоснованным применением дисциплинарного взыскания нарушено право истца при исполнении трудовых обязанностей, суд с учетом всех обстоятельств дела, считает разумной сумму компенсации морального вреда подлежащую взысканию в размере 3 000 руб., считая, что заявленная истцом ко взысканию сумма в размере 150 000 рублей является чрезмерной.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Согласно части 1 статьи 88 и статьи 94 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы, признанные судом необходимыми.

Как следует из материалов дела, 16 апреля 2019г. между <данные изъяты>» и ФИО1 был составлен акт выполненных работ, из содержания которого следует, что <данные изъяты>» выполнило работы по подготовке искового заявления по обжалованию дисциплинарного взыскания, получения консультаций в сфере трудового права. Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру № следует, что истцом за подготовку искового заявления <данные изъяты>» было уплачено 20000 рублей. Из справки № от 28 августа 2019г. следует, что в акте выполненных работ допущена опечатка в части номера ОГРН и ИНН компании <данные изъяты>

Поскольку указанный вид юридических услуг непосредственно связан с рассмотрением спора в суде и является условием для реализации истцом права на судебную защиту, постольку расходы по оплате этих услуг в силу положений абзаца 9 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса судом признаются необходимыми.

Вместе с тем, учитывая объем искового заявления, категорию и сложность рассматриваемого спора, суд находит расходы по составлению искового заявления в размере 20 000 рублей завышенными, и взыскивает с ответчика в пользу истца судебные расходы в сумме 3500 рублей, которая отвечает требованиям разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, положениями подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ с Областного автономного учреждения «Спортивно-туристический комплекс «Горный воздух» в доход бюджета муниципального образования «<адрес>» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, от уплаты которой истец освобожден в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Сахалинские нефтегазовые технологии» о признании приказа № 30-л от 20 марта 2019 года незаконным и его отмене, взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично

Признать приказ № 30-к от 20 марта 2019 года о применении дисциплинарного взыскания незаконным.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сахалинские нефтегазовые технологии» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 3000 рублей, судебные расходы в сумме 3500 рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сахалинские нефтегазовые технологии» в доход городского округа г. Южно-Сахалинск государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Дата составления решения в окончательной форме – ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий Е.В. Ретенгер