Апелляционное постановление № 22-1061/2018 от 20 марта 2018 г. по делу № 22-1061/2018

Судья Утян Д.А. Дело № года


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

Председательствующего судьи Шайфлера И.А.

при секретаре Ковалевой Н.П.

с участием:

государственного обвинителя – прокурора

прокуратуры <адрес> Лобановой Ю.В.

представителя потерпевшей С.К.А.

оправданной ФИО1

адвоката Полковникова А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя - помощника прокурора <адрес> Левшаковой С.В., апелляционной жалобе представителя потерпевшей С.К.А. на приговор Заельцовского районного суда <адрес> от 25 декабря 2017 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, ранее не судимая,

оправдана по предъявленному обвинению по ч. 2 ст. 293 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

На основании ст. 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию с разъяснением права на обращение в суд с требованием о возмещении имущественного ущерба и компенсации морального вреда.

Избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, отменена.

Выслушав мнение адвоката Полковникова А.В. и оправданной ФИО1, возражавших против удовлетворения доводов апелляционного представления и апелляционной жалобы, представителя потерпевшей С.К.А. и прокурора прокуратуры <адрес> Лобановой Ю.В. об отмене приговора, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялась в том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, исполняя возложенные на нее обязанности по руководству организацией и проведением туристско-спортивного мероприятия – туристического похода, материально-техническому обеспечению туристкой группы и ее участников, распоряжению средствами группы согласно смете, то есть, являясь должностных лицом, наделенным организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, допустила халатность, то есть, неисполнение и ненадлежащее исполнение своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, охраняемых законом интересов общества и государства, повлекшее по неосторожности смерть человека.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в совершении вышеуказанного преступления не признала.

Приговором Заельцовского районного суда <адрес> от 25 декабря 2017 года ФИО1 по предъявленному органами предварительного следствия обвинению была оправдана на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощник прокурора <адрес> Левшакова С.В. ставит вопрос об отмене оправдательного приговора как незаконного и необоснованного в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку в приговоре не приведены мотивы, на основании которых отвергнуты доказательства, представленные стороной обвинения. Судом не дана надлежащая оценка показаниям представителя потерпевшей о том, что на стадии формировании группы, ФИО1 не выполнены обязанности в части проведения инструктажа несовершеннолетней А.Е.В. и ее законных представителей, необходимости проведения медицинского осмотра несовершеннолетней А.Е.В. и иных участников похода, информировании участников похода и их законных представителей о рельефе местности, опасных участков маршрута. Во время похода нарушение ФИО1 своих обязанностей выразилось в изменении маршрута в сторону усложнения, отсутствие надлежащей разведки местности перед продолжением движения по технически сложному участку при наличии в непосредственной близости еще не менее двух троп, не представляющих технической сложности при прохождении, при этом, при движении по выбранному технически сложному участку, обеспечила страховку участников похода только в начальной части, не обеспечив страховку и взаимодействие участников на оставшейся части. Техническая сложность участка, выбранного для перехода, подтверждается протоколом дополнительного осмотра места происшествия, заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, которое получено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, выполнено уполномоченным, квалифицированным лицом, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Обращается внимание, что эксперт непосредственно был на месте происшествия и его выводы основаны на визуальном наблюдении места происшествия, а выводы суда о недопустимости данного заключения являются несостоятельными.

По доводам автора апелляционного представления, показания ФИО1 в части организации необходимого комплекса мер по разведке технически сложного участки и обеспечению страховки участников похода на нем, являются несостоятельными и опровергаются показаниями свидетелей Ш.И.Г. и С.Д.А.. Судом не дана надлежащая оценка тому, что во время спуска ФИО1 находилась в конце спуска и непосредственное движение участников группы не контролировала, деление на пары отсутствовало, в связи с чем, страховки и фактического взаимодействия между участниками группы организовано не было, при этом инструктаж перед спуском носил формальный характер, сведений о проведении инструктажа в части запрета прыжков и указаний о постановке ног, материалы дела не содержат, а ссылки суда на то, что остальные участники похода преодолели спуск, где произошло падение А.Е.В., их пояснения об отсутствии сложностей при его прохождении, не свидетельствуют о невиновности ФИО1, поскольку пояснения ими даны на основании личного восприятия и не содержат объективной оценки сложности участка. Обращается внимание, что в ходе судебного следствия достоверно не установлена неправильность действий несовершеннолетней А.Е.В. не установлен факт совершению ею прыжка, а показания свидетеля Г.А.В. в данной части не могу быть признаны допустимыми доказательствами, поскольку получены в рамках проведения доследственной проверки. Судом не дана оценка показаниям иных свидетелей о том, что во время похода несовершеннолетняя А.Е.В. инструктаж не нарушала, претензий к ней не было, не дана надлежащая оценка показаниям ФИО1 о том, что она не предполагала возможность падения какого-либо участника группы на данном участке, что свидетельствует об отсутствии надлежащей страховки участников похода, без учета несовершеннолетнего возраста большинства участников группы. В ходе судебного разбирательства достоверно не установлено, по какой причине несовершеннолетняя А.Е.В. не предприняла попыток задержать падение, имела ли она для этого реальную возможность, а ссылки суда в данной части на показания свидетеля К.Б.Д. несостоятельны, поскольку его выводы о наличии у пострадавшей возможности задержать падение являются его субъективным восприятием. Судом необоснованно положены в основу приговора показания ФИО1, свидетелей Г.В.В., Д.И.А., К.А.В., Т.Г.В., К.Б.Д. о гибели несовершеннолетней А.Е.В. вследствие несчастного случая, поскольку позиция ФИО1 о неосторожных действиях несовершеннолетней избрана как способ защиты от предъявленного обвинения, а свидетели заинтересованы в исходе дела в силу дружеских отношений с ФИО1. Обращается внимание, что заключение специалиста Ж.О.Л. является субъективным мнением данного лица, заключение выполнено спустя продолжительное время после имевших место событий, при этом Ж.О.Л. не выезжал на место происшествия. Судом необоснованно в качестве доказательств по делу использован характеризующий материал в отношении несовершеннолетней А.Е.В. и ФИО1, который не может подтверждать обстоятельства дела, как и необоснованные выводы суда первой инстанции о неправильной квалификации действий ФИО1. Совокупность представленных стороной обвинения и исследованных в судебном заседании доказательств, которым судом дана односторонняя и неправильная оценка, свидетельствует о наличии в действия ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ.

В апелляционной жалобе представителем потерпевшей С.К.А. поставлен вопрос об отмене оправдательного приговора как незаконного и необоснованного в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, предвзятости председательствующего судьи в процессе судебного разбирательства, при этом приведены доводы, аналогичные доводам апелляционного представления.

Кроме того, по доводам автора апелляционной жалобы, выводы суда о том, что ФИО1 приняла необходимые меры по обеспечению безопасности участников, организации страховки и взаимодействия участников при прохождении технически сложного участка маршрута, а смерть несовершеннолетней А.Е.В. наступила в результате ее собственных неосторожных действий, являются несостоятельными. Судом необоснованно сужен круг возложенных на ФИО2 обязанностей, которая на основании трудового договора и приказа о назначении на должность в МБОУ «Лицей №», приказа директора МБОУ, в период организации и проведения похода исполняла организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, то есть, являлась должностным лицом. Считает, что к тяжким последствиям привело нарушение ФИО1 своих обязанностей, которые на подготовительной стадии похода были выражены в неисполнении обязанностей по формированию группы, а именно, отсутствие письменного согласия законных представителей на выезд несовершеннолетней в поход, отсутствие контроля за прохождением несовершеннолетней А.Е.В. и ее законными представителями предварительного инструктажа, отсутствие медицинского заключения о состоянии здоровья несовершеннолетней, а допуск несовершеннолетней к занятиям по физической культуре не свидетельствует о возможности ее участия по состоянию своего здоровья в походе данной категории. Дальнейшее нарушение ФИО1 своих обязанностей выразилось в изменении маршрута в сторону усложнения, отсутствие надлежащей разведки местности перед продолжением движения по технически сложному участку при наличии в непосредственной близости еще не менее двух троп, не представляющих технической сложности при прохождении, при этом, при движении по выбранному технически сложному участку, обеспечила страховку участников похода только в начальной части, не обеспечив страховку и взаимодействие участников на оставшейся части участка. Считает, что инструктаж перед спуском носил формальный характер и относился только к начальной части участка, не использовалось деление на пары. Указывает, что наступление последствий в виде смерти несовершеннолетней прямо указывает на непринятие необходимых мер по обеспечению безопасности, мер, исключающих возможность потери равновесия несовершеннолетней на склоне, ее соскальзывание к скальному сбросу и последующее падение. Тот факт, что участникам похода были запрещены прыжки по камням, а также указание «ставить ноги по одной», нельзя признать достаточной мерой, поскольку, согласно показаниям ряда свидетелей несовершеннолетняя А.Е.В.. не прыгнула, а, оступившись, завалилась на бок, при этом не имела четких указаний относительно порядка движения, а то обстоятельство, что остальные участники похода прошли данный участок, не свидетельствует о невиновности ФИО1.

В возражениях на апелляционную жалобу и апелляционное представление адвокат Полковников А.В., считая приговор суда законным и обоснованным, просит доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы оставить без удовлетворения.

Выслушав мнение участников судебного заседания, проверив представленные материалы уголовного дела, проанализировав доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 123 Конституции РФ, судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон.

Расследование данного уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Данных, свидетельствующих о наличии у судьи какой-либо заинтересованности в исходе рассмотрения данного дела, материалы дела не содержат, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшей о предвзятости судьи при рассмотрении уголовного дела, являются несостоятельными.

Как следует из протоколов судебных заседаний, право стороны обвинения на представление доказательств судом первой инстанции нарушено не было, суд не препятствовал сторонам в исследовании доказательств по делу, судопроизводство осуществлялось на основе состязательности сторон. Все исследованные доказательств, как каждое в отдельности, так и в совокупности, подробно проанализированы судом и получили соответствующую оценку в приговоре. Данная судом оценка исследованным доказательствам с точки зрения их допустимости, достоверности, относимости и достаточности для разрешения дела по существу, является правильной.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все представленные сторонами доказательства, суд пришел к обоснованным выводам о том, что стороной обвинения не представлено достаточной совокупности достоверных и допустимых доказательств виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого органами предварительного следствия преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, в связи с чем, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдал ФИО1 в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы представителя потерпевшей, по существу, сводятся к предложению переоценить оцененные судом первой инстанции доказательства, что не может служить основанием для отмены приговора, поскольку, в силу требований ст. 17 УПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле и исследованных доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии контроля за прохождением несовершеннолетней А.Е.В. предварительного инструктажа, доводы апелляционного представления и жалобы, что инструктаж с участниками похода перед спуском фактически не проводился и носил формальный характер, отсутствии сведений о проведении инструктажа в части запрета прыжков и указаний о постановке ног, были проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные совокупностью исследованных доказательств, в том числе, подробно приведенными в приговоре показаниями свидетелей К.А.В., Т.Г.В., К.Б.Д., Г.А.В., Б.И.К., Е.Д.Ю., С.А.Е., Ф.Е.А., К.Т.И., Т.Д.В..

Факт прохождения несовершеннолетней А.Е.В. предварительного инструктажа по технике безопасности также подтверждается соответствующими сведениями в маршрутной книжке, в частности, подписью несовершеннолетней А.Е.В.

Не может согласиться суд апелляционной инстанции и с доводами апелляционных представления и жалобы о том, что нарушение ФИО1 своих обязанностей выразилось в изменении маршрута в сторону усложнения, отсутствии надлежащей разведки местности перед продолжением движения по технически сложному участку при наличии в непосредственной близости еще не менее двух троп, не представляющих технической сложности при прохождении, не обеспечении участников похода страховкой, поскольку, по сути, являются лишь интерпретацией их содержания стороной обвинения, тогда как данные обстоятельства опровергаются совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, в том числе, допрошенных в качестве свидетелей лиц, являющихся участниками похода, свидетелей Г.В.В., Д.И.А., специалиста Ж.О.Л..

Ссылки государственного обвинителя на то, что выводы суда в данной части опровергаются показаниями свидетелей Ш.И.Г. и С.Д.А. являются несостоятельными, поскольку противоречат содержанию показаний данных свидетелей.

Вопреки доводам апелляционного представления, судом первой инстанции дана надлежащая оценка заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, показаниям эксперта З.С.И., специалиста Ж.О.Л. в судебном заседании. Выводы суда в данной части в приговоре должным образом мотивированы, оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не усматривает.

То обстоятельство, что, эксперт З.С.И. непосредственно быв на месте происшествия и его выводы основаны на визуальном наблюдении места происшествия, не ставят под сомнение оценку суда, поскольку выводы данной экспертизы по каждому из поставленных на разрешение эксперта следователем вопросов были проанализированы судом в совокупности с иными исследованными судом доказательствами, в том числе, показаниями свидетелей, иными письменными материалами дела, изложенными в приговоре.

Данных, свидетельствующих о наличии у свидетелей Г.В.В., Д.И.А., К.А.В., Т.Г.В., К.Б.Д., специалиста Ж.О.Л. заинтересованности в исходе дела, материалы дела не содержат, не приведено бесспорных данных, подтверждающих данное обстоятельство, и в апелляционном представлении, а ссылки о наличии между свидетелями и ФИО1 дружеских отношений, не свидетельствуют о даче свидетелями ложных показаний, при этом суд апелляционной инстанции учитывает, что, согласно материалов дела при даче показаний вышеуказанные участники уголовного судопроизводства были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их допросы проводились с учетом общих требований закона, регламентирующих порядок проведения допроса.

Доводы государственного обвинителя о том, что показания свидетеля Г.А.В. являются недопустимыми доказательствами, поскольку получены в рамках проведения доследственной проверки, являются несостоятельными, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, свидетель Г.А.В. как в ходе предварительного следствия, так и в процессе судебного заседания была допрошена с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а ссылки суда на объяснение Г.А.В., данные в ходе доследственной проверки, исследованные в судебном заседании, не являются основанием для признания показаний свидетеля недопустимыми, а лишь свидетельствуют о том, что показания Г.А.В. проанализированы судом в динамике в целях проверки достоверности ее пояснений об обстоятельствах имевших место событий.

То обстоятельство, что суд оценил исследованные доказательства, в том числе, показания свидетелей, специалистов, ФИО1, заключение эксперта, не так, как хотелось стороне обвинения, а по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в деле доказательств, основанием к отмене приговора не является.

Вопреки апелляционному представлению и апелляционной жалобе представителя потерпевшего, доводы стороны обвинения о не проведении ФИО1 с законными представителями несовершеннолетней предварительного инструктажа в процессе организации туристского похода, отсутствии письменного согласия законных представителей на выезд несовершеннолетней в поход, отсутствии медицинского заключения о состоянии здоровья несовершеннолетней являлись предметом исследования суда первой инстанции и им в приговоре дана надлежащая, мотивированная оценка, при этом, суд пришел к обоснованным и правильным выводам, что данные обстоятельства не образуют объективной стороны инкриминируемого ФИО1 преступления.

Как следует из материалов дела, содержания приговора, предметом оценки суда первой инстанции также являлись сведения как, свидетельствующие об отсутствии препятствий для участия несовершеннолетней А.Е.В. в походе по состоянию здоровья, так и о состоянии здоровья несовершеннолетней непосредственно во время похода.

Несостоятельны доводы апелляционной жалобы о том, что наступление последствий в виде смерти несовершеннолетней прямо указывает на непринятие необходимых мер по обеспечению безопасности, мер, исключающих возможность потери равновесия несовершеннолетней на склоне, ее соскальзывание к скальному сбросу и последующее падение, поскольку, как правильно указано судом первой инстанции, противоречат установленному ч. 2 ст. 5 УК РФ принципу недопустимости объективного вменения.

Выводы суда первой инстанции в данной части в приговоре должным образом мотивированы.

Ссылки в приговоре на характеризующий материал, как в отношении несовершеннолетней А.Е.В. так в отношении ФИО1, о незаконности постановленного в отношении ФИО1 приговора не свидетельствуют и не являются основанием для его отмены.

Таким образом, выводы суда, изложенные в приговоре, о том, что стороной обвинения не представлена совокупность относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств для вывода о виновности ФИО1, а также выводы суда о том, что смерть несовершеннолетней А.Е.В. наступила в результате ее собственных неосторожных действий, соответствуют имеющимся доказательствам, получившим правильную и объективную оценку, оснований не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Формулировок, ставящих под сомнение невиновность ФИО1, в приговоре не имеется.

В описательно-мотивировочной части приговора судом изложены существо предъявленного ФИО1 обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом первой инстанции, основания оправдания ФИО1 и доказательства их подтверждающие, а также, вопреки доводам апелляционного представления, мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену оправдательного приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20 ч. 1 п. 1 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Заельцовского районного суда <адрес> от 25 декабря 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя - помощника прокурора <адрес> Левшаковой С.В. и апелляционную жалобу представителя потерпевшей С.К.А. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Судья

Новосибирского областного суда И.А.Шайфлер