Решение № 2-594/2017 2-594/2017~М-315/2017 М-315/2017 от 3 сентября 2017 г. по делу № 2-594/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 сентября 2017 года г. Тула

Центральный районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Илларионовой А.А.,

при секретаре Дзядевич И.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-594/17 по иску ФИО1 Д к обществу с ограниченной ответственностью «Слобода», ФИО2 Д, ФИО2 Д, ООО «В контакте» о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 по уточненным требованиям обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Слобода», ФИО2 Д, ФИО2 Д, ООО «В контакте» о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указала на то, что ДД.ММ.ГГГГ года в № мин. ответчиком - ООО «Слобода» в сети Интернет на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» была опубликована статья под названием «<данные изъяты>», в которой говорилось о том, что в гинекологическом отделении больницы скорой <данные изъяты> гражданке ФИО2 Д, которую туда доставила скорая помощь, была оказана не квалифицированная медицинская помощь, а именно поставлен не верный диагноз.

Информация в данной статье не соответствует действительности. Данную больную, поступившую ДД.ММ.ГГГГ., курировала истица как лечащий врач-гинеколог. На основании повторного осмотра и клинико-лабораторных исследований ей был поставлен диагноз: <данные изъяты> Несмотря на предупреждения о возможных негативных последствиях, ФИО4 покинула отделение, отказавшись от лечения, а на портале <данные изъяты> появилась указанная статья.

Несмотря на обращение больной ФИО4 в другие лечебныеучреждения, диагноз, поставленный истицей, оказался единственно верным.Позднее, ДД.ММ.ГГГГ., больная вновь доставлялась в гинекологическое отделениебольницы <данные изъяты> переводом из городской больницы № с таким жедиагнозом. ДД.ММ.ГГГГ. состоялось заседание врачебной комиссии, котораяподтвердила правильность поставленного истицей диагноза.

После публикации данной статьи на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте», появились различные язвительные комментарии читателей о непрофессиональности врачей больницы <данные изъяты>.

Среди прочих, свой комментарий оставила ответчица - ФИО2 Д, являющаяся матерью ФИО4 под ником - «<данные изъяты>», которая абсолютно необоснованно, не стесняясь в выражениях, в неприличной форме оставила следующие комментарии:

«<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Данная статья и скандальные комментарии стали достоянием большогоколичества людей. Их прочитали коллеги истицы, руководство, родственники,знакомые, больные которых она лечит.

Истица окончила медицинский институт им. <данные изъяты> с отличием, окончила интернатуру по специальности акушерство-гинекология, всю жизнь работает врачом-гинекологом, постоянно проходит курсы повышения квалификации; постоянно участвует во всероссийских и международных семинарах, симпозиумах, форумах, конференциях и других научно-медицинских мероприятиях, <данные изъяты><данные изъяты> Истица имеет поощрения за добросовестный труд и профессионализм в виде грамот и благодарностей от руководства больницы, министерства здравоохранения Тульской области, общественной палаты, Тульской городской думы и Главы муниципального образования. Кроме основной работы в <данные изъяты>, истица работает по совместительству врачом-гинекологом <данные изъяты>».

Распространенные ответчиками сведения порочат честь и достоинство истицы, а так же ее деловую репутацию, поскольку не соответствуют действительности, являются негативными и влияют на отношение к ней людей, с которыми она работает, больных которых она лечит. Пациенты истицы стали относиться к ней с недоверием, многие больные, которых она лечит, стали проситься на лечение к другим врачам. Значительно уменьшилось количество людей, желающих попасть на прием к истице по месту ее работы по совместительству. Истице приходится постоянно оправдываться перед знакомыми, коллегами, пациентами и другими людьми. Кроме того, комментарии ответчицы ФИО5 являются явно оскорбительными для истицы.

Вся добросовестная профессиональная деятельность истицы фактически перечеркивается распространенными ответчиками в сети Интернет сведениями о ее непрофессионализме и это причиняет ей нравственные и физические страдания (моральный вред): стыд, неловкость, необходимость постоянно оправдываться, а это повлекло, в свою очередь сердечные и головные боли, бессонницу, нервные срывы. Сильные нравственные переживания обусловлены не только тем, что истица дорожит своей репутацией, но и тем, что заявления, распространенные в сети Интернет, стали достоянием общественности, доступны широкому кругу лиц, в том числе, ее родным и близким, пациентам, а также лицам, мнением которыхона очень дорожит.

Таким образом, ответчики нарушили нематериальные блага истицы, охраняемые законом, в виде чести, достоинства и деловой репутации. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.151, 152 ГК РФ, просит суд:

1. Признать сведения о неправильно поставленном ФИО4 диагнозе врачами больницы скорой медицинской помощи <данные изъяты>, содержащиеся в статье «<данные изъяты>», опубликованной ответчиком - ООО «Слобода» на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ. не соответствующими действительности.

2. Обязать ответчиков - ООО «Слобода» и ФИО4 опубликовать опровержение статьи «<данные изъяты>», опубликованной на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ. в том же порядке, что и была опубликована оспариваемая статья, то есть тем же шрифтом, в том же месте полосы и в то же время суток.

3. Признать сведения, содержащиеся в комментариях к статье «<данные изъяты>», опубликованной на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ., оставленные ответчицей - ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года:

«<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

4. Обязать ответчицу - ФИО5 опубликовать в сети Интернет, на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» опровержение сведений, оставленных ею в своих комментариях к статье «<данные изъяты>», опубликованной на портале на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ., разместив его в виде комментария копровержению к оспариваемой статье, которое будет опубликованоответчиками - ООО «Слобода» и ФИО4, изложив его в следующей редакции: «Опубликованные мной сведения в комментариях от ДД.ММ.ГГГГ вотношении врача-гинеколога больницы <данные изъяты> - ФИО3 о том,что она <данные изъяты> – являются недостоверными, не соответствующими действительности. Врач-гинеколог ФИО3 является квалифицированным специалистом и правильно поставила диагноз».

5. Обязать ответчика - ООО «Слобода» удалить из сети Интернет со своего портала и со своей страницы в социальной сети «Вконтакте» статью«<данные изъяты>», опубликованную ДД.ММ.ГГГГ года.

6. Обязать ответчика ООО «В контакте» удалить со страницы <данные изъяты> следующие комментарии к статье «<данные изъяты>», оставленные ответчицей -ФИО5 под ником «<данные изъяты>»:

«<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

7. Взыскать с ответчицы - ФИО5 компенсацию морального вреда в пользу истицы ФИО3 в сумме 150 000 рублей.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дела, в письменном заявлении, адресованном суду, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 адвокат по ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ года ФИО6 исковые требования ФИО3 с учетом уточнений поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении.

Ответчики ФИО4 и ФИО5 в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, в письменном заявлении, адресованном суду, просили о рассмотрении дела в их отсутствие, ранее, в процессе рассмотрения дела, возражали против удовлетворения заявленных исковых требований, представили письменные возражения.

Представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, представил письменные возражения, в которых указал на то, что заключение эксперта Тульского государственного университета заведующей кафедрой русского языка Д нельзя признать допустимым доказательством по делу, поскольку оно составлено с нарушениями ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», выводы эксперта научно не обоснованны, как таковое исследование с применением экспертных методик Д не проведено, ее выводы не обоснованы, носят характер предположений и «размышлений на тему», противоречат друг другу и доказательствам по делу. Полагал заключение ведущего государственного судебного эксперта ФБУ «Тульская ЛСЭ Минюста России» Д. научно обоснованным. Эксперт Н указал, что форму выражения мнения автора комментария нельзя считать неприличной, использованная лексика относится к общелитературной, спорные высказывания не были адресованы ФИО3, поэтому считать комментарии оскорбительными нельзя.

Представитель ответчика ООО «Слобода» по доверенности ФИО8 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований предъявленных к ООО «Слобода», представил письменные возражения. Также указал на то, что в спорной статье не указывается о том, что врачи <данные изъяты> больницы поставили ФИО4 неверный диагноз. В статье говорится о том, что врачи не заметили <данные изъяты><данные изъяты>. Однако журналист не утверждает, что диагноз был неверный. Журналист не является специалистом в данной области, у него не было соответствующих фактов, и он не имел бы право делать такие утверждения. В статье также отсутствуют данные о личности ФИО3, отсутствует какая-либо негативная информация о ней. В статье содержатся сведения о <данные изъяты> больнице, которая является самостоятельным юридическим лицом и может самостоятельно обратиться в суд с исковым заявлением.

Представитель ответчика ООО «В контакте» по доверенности ФИО9 в судебное заседание не явилась, надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения дела, причину неявки не сообщила, ходатайств об отложении рассмотрения дела не поступало. В письменных возражениях, представленных суду, просила в иске к ООО «В контакте» отказать, полагая, что общество не является надлежащим ответчиком по данному делу.

Представители третьего лица ГУЗ «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи им. Д.Я.Ваныкина» по доверенности ФИО10 и ФИО11 исковые требования ФИО3 поддержали в полном объеме, просили суд их удовлетворить, пояснили, что ФИО3 работает в <данные изъяты> с <данные изъяты> №. в должности акушер-гинеколог. В № году она закончила 1 <данные изъяты>. Стаж работы по специальности у нее около № лет. ФИО1 Н,В. квалифицированный врач, постоянно осваивает новые методы лечения, диагностики и профилактики заболеваний, владеет всеми методами оказания экстренной медицинской помощи гинекологическим больным, освоила все оперативные вмешательства, назначает и контролирует лечение. Повышает свой профессиональный уровень. В коллективе умеет правильно наладить взаимоотношения, пользуется авторитетом и уважением, вежлива. Имеет поощрения и благодарности. Информация опубликованная на <данные изъяты> в статье «<данные изъяты> не соответствует действительности. Согласно протоколу заседания ДД.ММ.ГГГГ. диагностические и лечебные мероприятия ФИО4 были проведены верно и своевременно, диагноз установлен достоверно и своевременно на основании клинической картины. Данная статья стала достоянием большого количества людей, опорочила честь, достоинство, деловую репутацию не только ФИО1, но и больницы. Комментарии ФИО5 обидны так же всем врачам больницы. Из-за этого ФИО1 пришлось оправдываться перед коллегами, пациентами, в связи с этим ФИО1 понесла моральные страдания.

Суд, выслушав объяснения лиц участвующих в деле, пояснения специалистов Д исследовав письменные доказательства по делу, приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Статьей 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ, в том числе свобода мысли и слова (ч. 1 и 3 ст. 29 Конституции РФ), а также право на защиту своей чести и доброго имени (ч. 1 ст. 21 и ч. 1 ст. 23 Конституции РФ). При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу приведенных норм гарантированная Конституцией РФ свобода мысли и слова не должна являться инструментом нарушения чести и достоинства других граждан.

Согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Применительно к свободе массовой информации на территории Российской Федерации действует статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в соответствии с частью 1 которой каждый человек имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Вместе с тем в части 2 статьи 10 названной Конвенции указано, что осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. При этом положения данной нормы должны толковаться в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека, выраженной в его постановлениях.

В соответствии со ст. 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

При этом в силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике, а обязанность доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, лежит на истце.

Согласно п. 2 ст. 152 ГК РФ сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина и распространенные в средствах массовой информации, должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. Гражданин, в отношении которого в средствах массовой информации распространены указанные сведения, имеет право потребовать наряду с опровержением также опубликования своего ответа в тех же средствах массовой информации.

В случаях, когда сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, стали широко известны и в связи с этим опровержение невозможно довести до всеобщего сведения, гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также пресечения или запрещения дальнейшего распространения указанных сведений путем изъятия и уничтожения без какой бы то ни было компенсации изготовленных в целях введения в гражданский оборот экземпляров материальных носителей, содержащих указанные сведения, если без уничтожения таких экземпляров материальных носителей удаление соответствующей информации невозможно (п. 4 ст. 152 ГК РФ).

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет» (п. 5 ст. 152 ГК РФ).

Порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 2 - 5 настоящей статьи, устанавливается судом (п. 6 ст. 152 ГК РФ).

Пункт 10 ст. 152 ГК РФ гарантирует судебную защиту в случаях распространения о лицах не только сведений, порочащих их честь, достоинство или деловую репутацию, но также любых распространенных о них сведений, если эти сведения не соответствуют действительности.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ года в № мин. ответчиком - ООО «Слобода» в сети Интернет на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» была опубликована статья под названием «<данные изъяты>», в которой говорилось о том, что в гинекологическом отделении больницы скорой медицинской помощи <данные изъяты> гражданке ФИО2 Д, которую туда доставила скорая помощь, была оказана не квалифицированная медицинская помощь, а именно поставлен не верный диагноз. После публикации данной статьи на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте», появились различные комментарии читателей о непрофессиональности врачей больницы <данные изъяты>. Среди прочих, свой комментарий оставила ответчица - ФИО2 Д, являющаяся матерью ФИО4 под ником - «<данные изъяты>», которая оставила следующие комментарии:

«<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Истец полагала, что информация в данной статье под названием «<данные изъяты>», не соответствует действительности в части указания на неправильно поставленный ФИО4 диагноз врачами больницы скорой медицинской помощи <данные изъяты>, а комментарии в социальной сети «В контакте», оставленные ответчицей ФИО2 Д, оскорбительными, не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истицы.

Проверяя доводы истца, судом установлено следующее.

Как указано в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Принимая во внимание эти конституционные положения, суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой.

В п. 7 вышеназванного Постановления отражено, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Как указывалось выше, обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» указано на то, что надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения.

Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации. Если эти сведения были распространены в средстве массовой информации с указанием лица, являющегося их источником, то это лицо также является надлежащим ответчиком. При опубликовании или ином распространении не соответствующих действительности порочащих сведений без обозначения имени автора (например, в редакционной статье) надлежащим ответчиком по делу является редакция соответствующего средства массовой информации, то есть организация, физическое лицо или группа физических лиц, осуществляющие производство и выпуск данного средства массовой информации (часть 9 статьи 2 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации»). В случае, если редакция средства массовой информации не является юридическим лицом, к участию в деле в качестве ответчика может быть привлечен учредитель данного средства массовой информации.

Как указано в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Статьей 152 ГК РФ предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа, право требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Аналогичная правовая позиция высказана Верховным Судом РФ и в Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016)

В соответствии с п. 9 ст. 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» распространение информации - это действия, направленные на получение информации неопределенным кругом лиц или передачу информации неопределенному кругу лиц.

Статья 10.2 названного Федерального закона предусматривает, что владелец сайта и (или) страницы сайта в сети «Интернет», на которых размещается общедоступная информация и доступ к которым в течение суток составляет более трех тысяч пользователей сети «Интернет» (далее - блогер), при размещении и использовании указанной информации, в том числе при размещении указанной информации на данных сайте или странице сайта иными пользователями сети «Интернет», обязан обеспечивать соблюдение законодательства России, в частности: 2) проверять достоверность размещаемой общедоступной информации до ее размещения и незамедлительно удалять размещенную недостоверную информацию; 6) соблюдать права и законные интересы граждан и организаций, в том числе честь, достоинство и деловую репутацию граждан, деловую репутацию организаций.

При размещении информации на сайте или странице сайта в сети «Интернет» не допускается: 1) использование сайта или страницы сайта в сети «Интернет» в целях сокрытия или фальсификации общественно значимых сведений, распространения заведомо недостоверной информации под видом достоверных сообщений; 2) распространение информации с целью опорочить гражданина или отдельные категории граждан по признакам пола, возраста, расовой или национальной принадлежности, языка, отношения к религии, профессии, места жительства и работы, а также в связи с их политическими убеждениями (ч. 2 ст. 10.2 названного Закона).

Злоупотребление правом на распространение общедоступной информации, выразившееся в нарушении требований частей 1, 2 и 3 настоящей статьи, влечет за собой уголовную, административную или иную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (ч. 4 ст. 10.2 названного Закона).

Согласно п. 3 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016) факт распространения не соответствующих действительности, порочащих честь и достоинство сведений может быть подтвержден любыми доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 15.06.2010 № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» (пункт 7) разъяснил, что федеральными законами не предусмотрено каких-либо ограничений в способах доказывания факта распространения сведений через телекоммуникационные сети (в том числе, через сайты в сети «Интернет»), поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ года в № мин. на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» на сайте интернет-адрес <данные изъяты> журналистом ООО «Слобода» была опубликована статья под названием «<данные изъяты>», следующего содержания:

«<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

После публикации данной статьи на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» на странице пользователя под ником «<данные изъяты>» интернет-адрес <данные изъяты> ответчиком по делу ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года в № мин., № мин., № мин. оставлены комментарии следующего содержания:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В подтверждение факта распространения вышеуказанных сведений лицами, к которым предъявлен иск, суду представлен протокол осмотра и исследования предметов № от ДД.ММ.ГГГГ года, произведенный нотариусом города Тулы Д., согласно которому объектом осмотра являются страницы, размещенных в Интернете на сайте по адресам:

<данные изъяты>

Как следует из пояснений ответчика ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. у неё вечером начались боли в животе, на скорой помощи её отвезли в гинекологическое отделение больницы скорой помощи <данные изъяты>. При поступлении, её осмотрела врач Д, сделала УЗИ, и было принято решение о госпитализации. Утром ДД.ММ.ГГГГ. её повторно осмотрела врач данной больницы ФИО3, которая также сделала УЗИ, после чего дала направление на <данные изъяты>. Днем ДД.ММ.ГГГГ. она самостоятельно ушла из больницы скорой помощи <данные изъяты> и пошла в женскую консультацию на <данные изъяты> в которой её также осмотрел врач, сделал УЗИ и сказал, что <данные изъяты>, но <данные изъяты>. Оттуда её направили в Городскую медсанчасть №, в которой она пробыла на <данные изъяты> до ДД.ММ.ГГГГ г. В Городской медсанчасти № у неё опять начал болеть живот и ДД.ММ.ГГГГ. на скорой помощи её вновь отвезли в больницу им. <данные изъяты>. Врачи данной больницы хотели направить её на <данные изъяты>, но она оттуда ушла. Затем заведующая больницы им. <данные изъяты> позвонила ей и предложила приехать на независимую экспертизу в <данные изъяты> родительные дом. Там ей сделали УЗИ и повторили диагноз врача ФИО1, после чего она ушла домой. В понедельник ДД.ММ.ГГГГ года она вновь обратилась в женскую консультацию на <данные изъяты>, где её направили на <данные изъяты> в медсанчасть № №, куда она и обратилась.

Истец ФИО3 в процессе рассмотрения дела в суде пояснила, что пациент ФИО4 поступила ДД.ММ.ГГГГ года вечером, осмотрена дежурным врачом Д, которая сделала УЗИ и выставила диагноз: <данные изъяты>. На следующий день она, как лечащий врач, осматривала ее, провела УЗИ, по результатам которого увидела отсутствие <данные изъяты>. Она смотрела результаты УЗИ Д и выставила такой же диагноз - «<данные изъяты>». Необходимо было <данные изъяты>, которое проводится двумя способами либо <данные изъяты>, либо <данные изъяты>. ФИО4 сказала, что ей нужно отъехать на 2-3 часа, написала расписку и покинула отделение. Больше она с ней не виделась и не общалась. На следующий день зав.гинекологическим отделением Д сказал, что ФИО4 пришла с заключением врача Д, якобы у нее <данные изъяты>, один из которых <данные изъяты><данные изъяты> После этого со стороны М-вых пошло обращение в социальные сети, в СМИ, в результате опорочены честь и достоинство её как врача и личности. Поставленный ею диагноз в последующем был подтвержден, так как была проведена экспертиза в <данные изъяты> родильном доме и выставлен диагноз «<данные изъяты>». <данные изъяты>

Из пояснений специалиста Д. – врача ультразвуковой диагностики женской консультации <данные изъяты>, следует, что по результатам УЗИ ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ года ею было выдано заключение в соответствии с которым <данные изъяты>

Специалист Д. – заведующий гинекологическим отделением <данные изъяты>, в судебном заседании пояснил, что ФИО2 Д обратилась к нему, чтобы выписаться из отделения. Он предложил ей подождать до утра, чтобы с утра вместе с ФИО1 ее осмотреть, но она отказалась. После чего ей было предложено написать расписку. В субботу пациентку ФИО4 из городской больницы № переводят в <данные изъяты> осматривает ее дежурная смена, ставит такой же диагноз как и при выписке. Учитывая, что возникла нестандартная, конфликтная ситуация (после публикации в СМИ) они договорились с главным гинекологом города Д о том, чтобы для получения независимого мнения, провести УЗИ, по результатам которого был установлен аналогичный ФИО3 диагноз - «<данные изъяты>

Допрошенный в судебном заседании специалист Д – врач гинеколог <данные изъяты>, пояснила суду, что ДД.ММ.ГГГГ. к ним в отделение поступила ФИО2 Д с жалобами <данные изъяты>. Ею было представлено УЗИ врача Д, в котором было написано, что <данные изъяты>». УЗИ-контроль ей был рекомендован через неделю. Прочитав заключение Д, которая не вынесла диагноз - <данные изъяты> она также такой диагноз не поставила. Все дни до ДД.ММ.ГГГГ. жалобы пациента были те же. Они проводили <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ года в субботу дежурный врач был хирург. Ксения пожаловалась хирургу <данные изъяты><данные изъяты>, хирург по <данные изъяты> поставил ей диагноз «<данные изъяты>» и направляет ее в больницу <данные изъяты> для оказания квалифицированной помощи.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ года состоялось заседание врачебной комиссии в <данные изъяты> в составе заместителя главного врача по хирургии Д заместителя главного врача по лечебной работе Д., заведующей ОЭВН Д заведующего гинекологическим отделением Д Комиссией были изучены документы: медицинская карта стационарного больного ФИО4 № в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, медицинская карта стационарного больного ФИО4 № в период с ДД.ММ.ГГГГ года – ДД.ММ.ГГГГ года; УЗИ органов малого таза № от ДД.ММ.ГГГГ года. С целью подтверждения диагноза, администрацией больницы <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года организовано независимое УЗИ исследование на базе Женской консультации № Диагностированы следующие изменения: в <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Следовательно, содержащиеся в статье «<данные изъяты>», опубликованной на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «<данные изъяты>, журналистом ООО «Слобода» по сообщению и со слов ФИО4, сведения о том, что врачи <данные изъяты> больницы поставили ФИО2 Д ошибочный диагноз - <данные изъяты>, не соответствует действительности.

Судом установлено, что врачами <данные изъяты>», в том числе и врачом гинекологического отделения ФИО3, поставлен был правильный и своевременный диагноз ФИО4, который в дальнейшем был подтвержден независимым УЗИ исследованием на базе Женской консультации № и врачебной комиссией в <данные изъяты>

Проверяя доводы истца о порочащем характере распространенных ответчиками сведений, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ года была назначена судебная лингвистическая экспертиза текста комментариев, оставленных ответчиком ФИО2 Д под ником «<данные изъяты>» в сети интернет:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Также, поскольку первоначально эксперту на исследование не предоставлялась сама статья и полный текст комментариев, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ года была назначена повторная судебная лингвистическая экспертиза статьи под названием «<данные изъяты>», опубликованной в сети Интернет на портале <данные изъяты>., и комментариев к данной статье, оставленных ответчицей – ФИО5 под ником «<данные изъяты>» в сети интернет в социальной сети «Вконтакте» ДД.ММ.ГГГГ. следующего содержания:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Производство повторной судебной лингвистической экспертизы текста статьи и комментариев к данной статье суд поручил эксперту Тульского государственного университета заведующей кафедрой русского языка, директору центра довузовской подготовки иностранных граждан, академику Петровской академии наук и искусства, имеющей учетную степень кандидата филологических наук, доктора педагогических наук, профессору – Д.

В соответствии заключением ведущего эксперта ФБУ «Тульская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ» Д от ДД.ММ.ГГГГ года № представленный на исследование текст комментариев, оставленных ответчиком ФИО2 Д под ником «<данные изъяты>» в сети Интернет содержит негативные высказывания о ФИО1 Д и ее профессиональной деятельности, выраженные с помощью слов «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» «<данные изъяты>», «<данные изъяты>, а <данные изъяты>», не содержит оскорбительных высказываний в адрес ФИО12 Представленные на исследование тексты комментариев содержат утверждения о том, что в статье описана ФИО3 и что именно она поставила описанный в статье диагноз. В представленных на исследование текстах комментариев имеется информация, носящая негативный характер, выраженная в форме оценочного суждения. В представленных на исследование текстах комментариев не содержатсяутверждения о нарушении истцом ФИО1 ГГВ. действующего законодательства РФ,моральных норм и принципов. В случае если в статье содержатся утверждения, что врачи больницы имени Д допустили профессиональную ошибку, поставили неверный диагноз или причинили вред здоровью пациентки, утверждения, содержащиеся в исследуемых комментариях, позорят профессиональную деятельность ФИО3, умаляют ее профессиональную репутацию. Эти утверждения выражены в словах: «<данные изъяты>

В соответствии с заключением эксперта Тульского государственного университета заведующей кафедрой русского языка, директора центра довузовской подготовки иностранных граждан, академика Петровской академии наук и искусства, имеющей учетную степень кандидата филологических наук, доктора педагогических наук, профессора – Д от ДД.ММ.ГГГГ года, исходя из содержания статьи «<данные изъяты>» можно сделать вывод, что в статье присутствует информация, которая относится к врачам больницы имени Д вообще (привезли в <данные изъяты>, осмотрел врач, направил на УЗИ, поставил диагноз, поместил в больницу (<данные изъяты>), утром сделал повторное УЗИ и подтвердил диагноз). Негативные и (или) оскорбительные лексемы о врачах больницы <данные изъяты> и об истице — враче-гинекологе ФИО3 - в данное статье отсутствуют.

Также в соответствии с данным заключением эксперта комментарии пользователей социальной сети «ВКонтакте», в том числе пользователя <данные изъяты>, использованы слова, словосочетания, предложения, идиоматические (устойчивые) выражения: «<данные изъяты>», <данные изъяты>, <данные изъяты> !!!, <данные изъяты>, <данные изъяты><данные изъяты><данные изъяты>

<данные изъяты> называет врача-гинеколога больницы имени <данные изъяты> «<данные изъяты> В соответствии с Толковым словарем русского языка <данные изъяты> слово «<данные изъяты>» - <данные изъяты>. Следовательно, можно сделать вывод, что в высказывании <данные изъяты> «<данные изъяты>», которая работает в <данные изъяты> ФИО3 Именно она <данные изъяты>», утверждается, что врач-гинеколог ФИО3 работает с «<данные изъяты>», а в качестве «<данные изъяты>» здесь имеется в виду тело человека. И это не только обвинения, не подкрепленные фактами в отношении специалиста (значит, врач-гинеколог ФИО3 относится к своим пациентам, как к «<данные изъяты>»), но и оскорбление и унижение ее как личности.

«<данные изъяты>): в ряду однородных членов предложения здесь употребляется разнородная лексика: наречие «<данные изъяты>» (от прилагательного «<данные изъяты>» - нетонкий, неделикатный, нечуткий - Толковый словарь русского языка <данные изъяты>) - ближе к разговорной лексике, «<данные изъяты>» к официально-деловой. Значит, цель автора - <данные изъяты> - показать, что ФИО3 неквалифицированный специалист унизить профессиональное достоинство врача-гинеколога.

Исходя из идиомы «<данные изъяты>» (<данные изъяты> врач-гинеколог ФИО3, по мнению <данные изъяты>, не приняла меры к прекращению болезни ее дочери Д, а наоборот, сделала ее калекой. Цель высказывания <данные изъяты> унижение профессионального достоинства врача-гинеколога ФИО3 и необоснованные претензии к ней как к специалисту.

<данные изъяты>

Экспертом Д в заключении указано на то, что в исследуемом тексте статьи «<данные изъяты>» дается информация - совокупностьязыковых высказываний, облеченных в текстовую форму, без отношенияотправителя информации к описываемым событиям: о работе больницы им. -<данные изъяты> и приводятся факты - истинные события, имеющие материальноесвидетельство своего бытия, проверяемые факты своего существования:госпитализация беременной женщины, дочери <данные изъяты>, <данные изъяты> больницу, в форме сообщения.

Что же касается содержания комментариев, то факты, события, лица -госпитализация беременной женщины, дочери <данные изъяты> в <данные изъяты> больницу, работа врачей <данные изъяты> больницы и в частности врача-гинеколога ФИО3 - определяются в тексте по наличию в нем оценочных слов и конструкций эмоционально-экспрессивных и модальных, в значении которых можно выделить смыслы «хороший - плохой» или «профессиональный непрофессиональный» и выражена в форме мнения и оценочного суждения.

Отвечая на вопросу суда: является ли фраза о «<данные изъяты>», высказанная в отношении врача-гинеколога ФИО3, оскорбительной, экспертом делается вывод о том, что к лингвистическим признакам оскорбительной формы высказывания относится словосочетание <данные изъяты>, относящееся к конкретной личности, в нашем случае к врачу-гинекологу ФИО3, что может расцениваться как оскорбление и посягательство на честь и достоинство данного лица.

Отвечая на вопросу суда: содержатся ли в представленных на исследование текстах статьи и комментариев утверждения, позорящие профессиональную деятельность ФИО3, умаляющие ее деловую репутацию, задевающие честь и достоинство ФИО3, экспертом делается вывод о том, что негативные и оскорбительные лексемы о враче больницы имени <данные изъяты>, истице - враче-гинекологе ФИО1 Д - присутствуют в комментариях и выражены следующими словами и словосочетаниями: поставила «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», врачи (<данные изъяты> «<данные изъяты>

Также экспертом ФИО94 в заключении указано на то, что в представленном на лингвистическое исследование тексте статьи содержится информация, которая относится к врачам (без указания фамилий) больницы имени Д (привезли в <данные изъяты> больницу, осмотрел врач, направил на УЗИ, поставил диагноз, поместил в больницу (<данные изъяты>), утром сделал повторное УЗИ и подтвердил диагноз). Негативные и (или) оскорбительные лексемы о врачах больницы имени <данные изъяты> и об истице враче-гинекологе - ФИО1 Д - в статье отсутствуют.

В комментариях присутствуют субъективные оценки, мнения, негативно характеризующие истицу - ФИО3 Таким образом, можно сделать вывод, что информация воспринимается читателями, оставившими свои комментарии - Д, Д, Д, Д и др. - как чернящая доброе имя, задевающая честь и достоинство врача-гинеколога ФИО1 КВ., как умаляющая ее деловую репутацию.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив заключение ведущего эксперта ФБУ «Тульская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ» Д от ДД.ММ.ГГГГ года № и заключение эксперта Тульского государственного университета заведующей кафедрой русского языка, директора центра довузовской подготовки иностранных граждан, академика Петровской академии наук и искусства, имеющей учетную степень кандидата филологических наук, доктора педагогических наук, профессора – Д от ДД.ММ.ГГГГ года, суд приходит к выводу, что при вынесении решения необходимо руководствоваться заключением эксперта Тульского государственного университета ФИО13, поскольку экспертиза выполнена квалифицированным экспертом, в соответствии с требованиями законодательства, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, о чем отобрана подписка, данных о заинтересованности лица, проводившего экспертизу, не имеется. Данная экспертиза является более полной и обоснованной, поскольку на экспертизу представлены и текст статьи и комментарии к данной статье, ответы на поставленные судом вопросы выполнены при исследовании в совокупности и текста статьи и комментариев, оставленных ответчиком и иными пользователями социальной сети. Данное заключение эксперта суд признает относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку выводы эксперта достаточно полные, ясные, научно аргументированные и обоснованные.

Доводы представителя ответчика ФИО5 по доверенности ФИО14 о необъективности и необоснованности заключения эксперта ФИО13, материалами дела не подтверждаются, а сводятся лишь к несогласию с её результатами.

Исследовав материалы дела, заключение эксперта, суд приходит к выводу, что оспариваемые истцом высказывания о неправильно поставленном ФИО4 диагнозе врачами больницы скорой медицинской помощи им. <данные изъяты>, содержащиеся в статье «<данные изъяты>», не соответствуют действительности, однако данная статья не содержат каких-либо сведений порочащего характера непосредственно истца как личности, в статье нет негативных и (или) оскорбительных высказываний об истице враче гинекологе - ФИО3, нет сведений позорящих профессиональную деятельность ФИО3

Суд приходит к выводу, что оспариваемые истцом высказывания в статье о неправильно поставленном ФИО4 диагнозе врачами больницы, являются субъективным мнением и размышлениями автора по вопросам, имеющим общественный интерес, не содержат негативной информации в отношении истца, в связи с чем, не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ.

Из п. 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 16.03.2016 года следует, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер.

В связи с этим требования истца:

- признать сведения о неправильно поставленном ФИО4 диагнозе врачами больницы скорой медицинской помощи <данные изъяты>, содержащиеся в статье «<данные изъяты>», опубликованной ответчиком - ООО «Слобода» на портале <данные изъяты> и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ. не соответствующими действительности;

- обязать ответчиков - ООО «Слобода» и ФИО4 опубликовать опровержение статьи «<данные изъяты>», опубликованной на портале ДД.ММ.ГГГГ и на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ. в том же порядке, что и была опубликована оспариваемая статья, то есть тем же шрифтом, в том же месте полосы и в то же время суток,

не подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, в соответствии с экспертным лингвистическим заключением, представленные на исследование комментарии к данной статье, оставленные ответчицей ФИО5 под ником «<данные изъяты>» в сети интернет в социальной сети «В контакте» оскорбляют и унижают ФИО3 как личность. Цель высказывания ФИО5 - унижение профессионального достоинства врача-гинеколога ФИО3 Лексемами «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» ответчик ФИО5 негативно характеризует ФИО3 уже не как специалиста - врача-гинеколога, а как личность. Фраза о «<данные изъяты>», высказанная ответчиком ФИО5 в отношении врача-гинеколога ФИО3, расценивается экспертом как оскорбление и посягательство на честь и достоинство ФИО3 Негативные и оскорбительные лексемы о враче больницы имени <данные изъяты>, истице - враче-гинекологе ФИО1 Д - присутствуют в комментариях и выражены следующими словами и словосочетаниями: поставила «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», работает «<данные изъяты>», врачи (а, следовательно, и ФИО3) «<данные изъяты>..».

На основании заключения эксперта информация, распространенная ответчицей ФИО5, воспринимается читателями, как чернящая доброе имя, задевающая честь и достоинство врача-гинеколога ФИО3, как умаляющая ее деловую репутацию.

К указанным сведениям имеют доступ неограниченное число лиц, что свидетельствует об их распространении широкому кругу лиц. Эти сведения являются порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца. Сведения, содержащие в оспариваемой информации об истце, не соответствуют действительности, носят порочащий характер ее деловой и служебной репутации и как личности.

В связи с этим суд полагает подлежащими удовлетворению требования истца о признании сведений, содержащихся в комментариях к статье «<данные изъяты>», опубликованной на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ., оставленные ответчицей - ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года, оскорбительными, не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истицы.

На основании изложенного суд считает необходимым обязать ответчицу - ФИО5 опубликовать в сети Интернет, на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» опровержение сведений, оставленных ею в своих комментариях к вышеуказанной статье.

Как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2010 № 16 (ред. от 09.02.2012) «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» если на сайте в сети Интернет, зарегистрированном в качестве средства массовой информации, комментарии читателей размещаются без предварительного редактирования (например, на форуме читателей материалов такого сайта), то в отношении содержания этих комментариев следует применять правила, установленные в части 2 статьи 24 и пункте 5 части 1 статьи 57 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» для авторских произведений, идущих в эфир без предварительной записи. В случае поступления обращения уполномоченного государственного органа, установившего, что размещенные комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации, редакция указанного средства массовой информации вправе удалить их с сайта либо отредактировать, руководствуясь положениями статьи 42 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации».

ООО «В Контакте» является владельцем сайта Социальной сети ВКонтакте, адрес в Интернете <данные изъяты>, предназначенного для общения Пользователей, поддержания связи с друзьями (социальная сеть). Условия использования Сайта, а также права и обязанности Пользователей и Администрации Сайта определяются Правилами пользования сайтом ВКонтакте (далее - «Правила»), находящимися для всеобщего доступа на Сайте по адресу: <данные изъяты>

Пользователь несет личную ответственность за любую информацию, которую размещает на Сайте, сообщает другим Пользователям, а также за любые взаимодействия с другими Пользователями, осуществляемые на свой риск (п. 6.4 Правил).

Пользователи несут ответственность за собственные действия в связи с созданием и размещением информации на собственной персональной странице на Сайте, а также в связи с размещением информации на персональных страницах других Пользователей и в иных разделах Сайта в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации (п. 8.1 Правил).

ООО «В Контакте» предоставляет техническую возможность для общения Пользователей и обмена информацией.

Суд полагает, что на владельца сайта судом может быть возложена обязанность удалить сведения, признанные судом не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истицы.

Что касается требований истца о взыскании в её пользу с ответчика ФИО15 суммы компенсации морального вреда в размере 150 000 руб., суд приходит к следующему.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Как указано в ч. 5 ст. 152 ГПК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Проверяя обоснованность требований истца в указанной части, суд установил, что факт нарушения ответчиком ФИО5 прав истца, заключающееся в распространении сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, нашел свое объективное подтверждение в судебном заседании, что является основанием к удовлетворению иска в вышеназванной части.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом.

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая степень вины ответчика, обстоятельства возникших взаимных отношений между сторонами, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению и с ответчика ФИО5 следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей в пользу истца.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 Д к Обществу с ограниченной ответственностью «Слобода», ФИО2 Д, ФИО2 Д, Обществу с ограниченной ответственностью «В контакте» о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать сведения, содержащиеся в комментариях к статье «<данные изъяты>», опубликованной на странице Muslo.ru в социальной сети «В контакте» в сети Интернет ДД.ММ.ГГГГ., оставленные ответчицей - ФИО2 Д ДД.ММ.ГГГГ года:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

оскорбительными, не соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО12

Обязать ФИО2 Д опубликовать в сети Интернет, на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» опровержение сведений, оставленных ею ДД.ММ.ГГГГ года в своих комментариях к статье «<данные изъяты>», опубликованной на портале на странице <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» в сети Интернет, тем же шрифтом, что и оставленные ею комментарии, в течение 10 дней после вступления решения суда в законную силу, следующего содержания:

<данные изъяты>

Обязать общество с ограниченной ответственностью «В контакте» удалить со страницы <данные изъяты> в социальной сети «В контакте» следующие комментарии к статье «<данные изъяты>», оставленные ФИО2 Д под ником «<данные изъяты>», интернет-адрес <данные изъяты>:

«<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Взыскать с ФИО2 Д в пользу ФИО1 Д компенсацию морального вреда в сумме 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, в том числе к Обществу с ограниченной ответственностью «Слобода», ФИО1 Д -отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий