Решение № 12-1/2017 12-31/2016 от 16 января 2017 г. по делу № 12-1/2017

Дело № 12-1/2017

Судья Германов С.В.


Р Е Ш Е Н И Е

По жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

17 января 2017 года п. Сокольское

17 час. 00 мин.

Судья Сокольского районного суда Нижегородской области Садчикова Е. В.,

С участием лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении ФИО1,

Должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении ИДПС ОГИБДД МО МВД России «Ковернинский» ФИО2,

При секретаре Мироновой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Сокольского районного суда Нижегородской области (<...>) жалобу

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, украинца, русским языком владеющего в совершенстве, в услугах переводчика не нуждающегося, зарегистрированного и проживающего в <адрес>, не работающего, ранее не привлекавшегося к административной ответственности по главе 12 КоП РФ,

на постановление мирового судьи судебного участка Сокольского судебного района Нижегородской области от 07 декабря 2016 года о привлечении к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 Кодекса об административных правонарушениях РФ,

У С Т А Н О В И Л :

Постановлением мирового судьи судебного участка Сокольского судебного района Нижегородской области ФИО1 был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоП РФ в виде штрафа в размере 30.000 руб. с лишением специального права- права управления транспортными средствами на 1 год и 6 месяцев. Мировым судьей установлен факт управления автомобилем водителем ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в *** час. *** мин. у <адрес>, в состоянии алкогольного опьянения в нарушение требований п. 2.7 ПДД РФ.

Данное постановление ФИО1 обжаловал в Сокольский районный суд, срок для принесения жалобы на постановление не пропущен. В своей жалобе заявитель просит состоявшееся судебное постановление отменить и прекратить производство по делу. В обоснование своей жалобы заявитель указал, что действительно управлял ДД.ММ.ГГГГ автомобилем в вечернее время и был остановлен патрулем ДПС, был направлен на освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, которое прошел с положительным на алкоголь результатом. Будучи юридически неосведомленным, он согласился с результатами освидетельствования и не потребовал направления на медицинское освидетельствование, хотя алкогольные напитки не употреблял и считал себе трезвым. Невнимательно читал документы и не понял их сущность. Полагал, что был введен в заблуждение сотрудниками полиции, которые оформили материал, не разъяснив ему правовых последствий. Ему не было разъяснено его право выразить несогласие с результатами освидетельствования, чтобы быть направленным на медицинское освидетельствование в районную больницу. Указал, что его автомобиль был остановлен вне стационарного поста ГИБДД, в темное время суток без достаточных к тому оснований, т.к. нарушений ПДД ФИО1 не допускал.

Полагал, что процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения при помощи технического средства была проведена с нарушениями. При использовании прибора сотрудники ДПС не произвели замену съемного мундштука, что могло привезти к искажению работы прибора, замена мундштука была проведена только по требованию заявителя.

Указал, что составленный административный материал содержит многочисленные описки и исправления по тексту, что указывает на недобросовестное отношение сотрудников полиции к своим обязанностям. Заявитель полагал, что цифры в акте освидетельствования, которые были зафиксированы прибором, должны заноситься в тексте акта прописью. В определении о передаче дела в суд неправильно указан адрес заявителя и существо нарушения. Рапорт ИДПС ФИО2 об обстоятельствах нарушения составлен по убеждению заявителя позднее протокола, т.к. не имеет даты и нигде не зарегистрирован. Согласно акту освидетельствования был использован прибор алкотертер 6810, а в чеке поименован прибор «Драгер».

Материал был направлен мировому судье с нарушением сроков, регламентированных ст. 28.8 КоАП РФ, спустя 20 дней после выявления нарушения.

Позицию сотрудников ДПС оценивал неправомерной, т.к. указанные лица заинтересованы в неблагоприятном для заявителя исходе дела.

Полагал, что в оспариваемом постановлении мировой судья не дал надлежащей оценки доводам и доказательствам заявителя, что привело к постановлению незаконного решения. Одновременно с этим, мировой судья допустил процессуальное нарушение, известил заявителя по номеру сотового оператора, ему не принадлежащего, т.к. сотрудники ДПС при написании указанного номера телефона допустили ошибку, а ФИО1 не читал протоколы в указанной части.

При рассмотрении дела судом ФИО1 доводы жалобы поддержал в полном объеме. Не отрицал, что имел на руках копии всех процессуальных документов и не был лишен возможности, выявив несоответствие в номере мобильного телефона для смс-оповещения, известить об этом мирового судью судебного участка Сокольского района.

Должностное лицо, составившее протокол об адм. правонарушении ФИО2 возражал против доводов жалобы, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в составе автопатруля с начальником ОГИБДД ФИО3 осуществлял контроль за безопасностью дорожного движения в <адрес>, действуя в рамках проводимой операции по выявлению нетрезвых водителей. Он заметил автомобиль под управлением ФИО1, который двигался медленно и решил проверить его водителя. При общении он ощутил запах алкоголя, исходивший из полости рта заявителя и отстранил его от управления ТС, предложил ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, с чем ФИО1 согласился. ИДПС ФИО2 не отрицал, что не имел при себе сменного мундштука, вследствие чего автопатруль проследовал к Сокольской ЦРБ, где был получен упакованный сменный мундштук, распечан в присутствии заявителя и проведена процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, по итогам которой состояние опьянения алкоголем у заявителя было установлено. Процессуальное действие снималось на штатную камеру видеорегистратора, установленного в салоне патрульного автомобиля. С результатами освидетельствования ФИО1 согласился, в силу чего не имелось законных оснований для его направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Отрицал личную либо иную заинтересованность в неблагоприятном для заявителя исходе дела, ранее с ним знаком не был, неприязненные отношения между ними не сложились, оснований оговаривать ФИО1 у ИДПС не имеется. Представил суду копию свидетельства о поверке специального технического средства, использованного при проведении освидетельствования на состояние опьянения.

Заслушав доводы заявителя, должностного лица дорожной полиции, исследовав материалы дела, проверив полномочия лица, составившего протокол об административном правонарушении, судья приходит к следующему.

П. 2.7 Правил дорожного движения РФ указывает, (утв. Постановлением Совета Министров Правительства РФ 23.10.1993г. № 1090) запрещает водителю управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного) под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность дорожного движения.

В силу ч. 1 ст. 12.8 Кодекса об административных правонарушениях РФ, управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, (в ред. Федерального закона от 31.12.2014 № 528-ФЗ) влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Обсудив доводы жалобы, судья находит, что фактически спор заявлен относительно легитимности использования ИДПС способа доказывания вины ФИО1 в совершении правонарушения, а также переоценки использованных мировым судьей доказательств.

Обстоятельства совершенного нарушения установлены мировым судьей из процессуально верно составленных доказательств по делу и правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 12.8 КоП РФ. Оснований для переоценки доказательств у суда второй инстанции не имеется.

Так, ни из одного доказательства не усматривается, что ФИО1 при составлении административного материала был не согласен с совершенными процессуальными действиями, правильность которых заверил своими подписями. У суда второй инстанции нет оснований сомневаться в правильности проведения процедуры освидетельствования заявителя на состояние алкогольного опьянения, на чеке прибора Драгер Алкотест 6810 имеются данные о выявлении в выдыхаемом им воздухе этанола в концентрации 0,330 мг/л или 0,66 промилле, что выше допустимой погрешности прибора в 0,16 мг/л, установленной законом, на чеке имеются подписи ФИО1 и должностного лица, проводившего освидетельствование. Видеозапись обстоятельств проведения освидетельствования подтверждает правильность изложения в протоколах и акте обстоятельств совершенных процессуальных действий. Действительно, при начале процедуры освидетельствования ФИО1 отказался осуществлять продув прибора, указав на отсутствие сменного мундштука. Однако, данное нарушение сотрудниками ДПС было устранено, в силу чего, несмотря на допущенное изначально нарушение, права и законные интересы ФИО1 нарушены не были.

Проверив доводы заявителя о недопустимости использования сотрудниками ДПС прибора алкотест 6810 при производстве освидетельствования заявителя на состояние алкогольного опьянения, суд не находит нарушений закона. Анализатор паров этанола в выдыхаемом воздухе модели Алкотест 6810 с регистрационным номером 29815-13 был использован ДД.ММ.ГГГГ при проведении исследования паров воздуха, отобранных у заявителя. Указание на верхней части чека «Драгер» относится к фирме, ниже в чеке указана модель, регистрационный номер и сведения о поверке, полностью совпадающие с информацией из свидетельства о поверке прибора от 21.09.2016 сроком действия на 1 год.

Согласно правовой позиции ВС РФ, закрепленной в п. 11 «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2008 года» (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 05.12.2008), для получения доказательств по делу об административном правонарушении в деятельности Госавтоинспекции допускается применение технических средств. Для измерения концентрации этилового спирта в выдыхаемом воздухе применяется в соответствии с Перечнем основных технических средств, используемых в деятельности Госавтоинспекции для обеспечения доказательств по делу об административных правонарушениях прибор алкотест 6810. Прибор был поверен за два месяца до применения его в отношении заявителя и допущен к работе, в перечень основных технических средств внесен, имеет функцию распечатки показаний. Все иные возражения ФИО1 относительно использования прибора и недопустимости полученного в результате его применения доказательства являются надуманными и созданы как способ защиты заявителя от предъявленного ему обвинения в нарушении ПДД.

Ссылки заявителя на недопустимость доказательства- акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения по мотиву неверного указания места его составления- <адрес> вместо <адрес>, судьей изучались, но оцениваются как попытка по формальным основаниям поставить под сомнение доказательство, полученное при использовании поверенного и допущенного к эксплуатации специального технического средства измерений, что недопустимо. Тем более, что акт начал составляться в д. Заболотное, а завершен был составлением в <адрес>. Незначительные описки по тексту протокола об отстранении от управления ТС не влияют на существо выявленного нарушения и не могут поставить под сомнение причастность заявителя к совершению правонарушения, кроме этого, описки в протоколе исправлялись ИДПС в присутствии заявителя и с его согласия, о чем хорошо видно на видеозаписи. Описка в определении о направлении дела мировому судье также не влияет на исход дела.

Объективно, у сотрудников полиции не имелось причин для направления водителя на медицинское освидетельствование при условии его согласия с показаниями прибора-анализатора, вследствие чего довод заявителя о том, что он был введен в заблуждение сотрудниками полиции и подписал протоколы под их психологическим давлением видятся суду неубедительными, поскольку обязанность водителя знать и соблюдать относящиеся к нему требования ПДД проистекает из прямого указания на это в п. 1.3. Правил, а не из взаимоотношений водителя и сотрудников ДПС. Вопреки утверждению заявителя, на видеозаписи видно, что ИДПС ФИО2 предлагает ФИО1 ознакомиться с актом и указать о своем согласии либо несогласии с ним, никакого давления при этом на заявителя не оказывалось.

Нарушений порядка остановки ТС вне стационарного поста ДПС не имеется, т.к. ДД.ММ.ГГГГ согласно показаниям сотрудника ДПС ФИО2 проводился рейд на выявление нетрезвых водителей в <адрес>. Довод заявителя о составлении рапорта ИДПС с нарушением требований закона также не нашел своего подтверждения. Ни одним нормативным актом не закреплен порядок обязательной регистрации рапорта сотрудника полиции о выявлении признаков административного правонарушения, не указал на такой порядок и сам заявитель. Имевшееся сомнение в дате составления указанного рапорта было судьей устранено, ИДПС ФИО2 пояснил при рассмотрении дела, что рапорт составил в день составления протокола ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы заявителя о заинтересованности сотрудников дорожной полиции судья изучал, но не принимает, т.к. в основу данного утверждения ФИО1 никаких доказательств не привел. Стремление сотрудников полиции выполнить свою прямую функцию по выявлению, пресечению административных правонарушений нельзя отнести к их личной заинтересованности, поскольку оформление административных материалов относится к их прямым должностным обязанностям. А направление материала в суд ДД.ММ.ГГГГ, вместе регламентированных законом 3 суток от даты составления протокола ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствует только о нарушении процессуального срока направления материала в суд, о чем отмечено в частном определении суда в адрес начальника ОГИБДД и иной смысловой нагрузки это обстоятельство не несет и не освобождает ФИО1 от наступления административной ответственности.

Ссылки заявителя о возможных погрешностях прибора в условиях его использования и вероятном недобросовестном поведении сотрудников ДПС ничем суду не доказаны. Напротив, согласно видеозаписи отчетливо видно, как ИДПС распаковывает мундштук и вставляет его в прибор и более никаких манипуляций с ним не производит, которые могли бы повлиять на результат исследований.

Обсудив апелляцию ФИО1 к нарушению его права на защиту неверным уведомлением его о дате рассмотрения дела по номеру телефона, ему не принадлежащему, судья отмечает следующее. Обязанностью суда является известить лицо, в отношении которого ведется производство по делу о дате и месте рассмотрения дела, в т.ч. и посредством смс-оповещения. О своем согласии быть уведомленным посредством смс-оповещения на конкретный номер сотового телефона ФИО1 указал в тексте протокола об адм. правонарушении и заверил это своей подписью. Номер телефона аналогичен номеру телефона ФИО1, приведенному во вводной части протокола, а также протоколе об отстранении от управления и акте освидетельствования. Согласно видеозаписи, текст акта и протокола оглашались ФИО1 перед вручением копий, в силу чего он не был лишен возможности указать на ошибку при заполнении указанных граф процессуальных документов. Напротив, ИДПС ФИО2 указал, что номер телефона писал под диктовку заявителя. При таких обстоятельствах, у мирового судьи не имелось оснований сомневаться в надлежащем извещении заявителя смс-извещением, доставленным ДД.ММ.ГГГГ на номер мобильного телефона, указанный в протоколе об административном правонарушении. О своем согласии быть извещенным на указанный номер ФИО1 расписался в протоколе.

Исследованные доказательства были оценены мировым судьей в своей совокупности при разбирательстве дела по первой инстанции. Процессуальные документы нарушений к составлению не имеют и правомерно использованы мировым судьей как доказательства по делу об административном правонарушении. К таким же выводам приходит и судья, пересматривающий дело по жалобе ФИО1, поскольку из процессуальных документов, перечисленных выше, судьей установлены виновные действия ФИО1 по нарушению требований ПДД РФ в части управления водителем ТС в состоянии алкогольного опьянения. Все остальные доводы заявителя были предметом исследования мировым судьей и правомерно отвергнуты, им в оспариваемом постановлении дана мотивированная правовая оценка.

Действия водителя ФИО1 верно квалифицированы мировым судьей по ч. 1 ст. 12.8 КоП РФ, т.к. установленное событие образует состав правонарушения, указанный настоящей статьей, поскольку совершенное им правонарушение не подпадает под признаки уголовно-наказуемого деяния.

При назначении наказания ФИО1 мировой судья указал в тексте постановления, что обстоятельств, смягчающих ответственность заявителя не имеется, равно не имеется обстоятельств, отягчающих его ответственность. Наказание выбрано мировым судьей в минимальном размере, предусмотренном санкцией статьи.

Срок давности привлечения лица к административной ответственности в соответствии с ч. 1 ст. 4.5 КоП РФ не пропущен. К числу малозначительных данное правонарушение не относится.

Мировым судьей не допущено процессуальных нарушений при рассмотрении дела об административном правонарушении, которые могли бы повлечь отмену состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного, судья, пересматривающий дело, считает, что постановление мирового судьи отмене либо изменению не подлежит.

Руководствуясь ст. 30.7 Кодекса об административных правонарушения РФ, судья

Р Е Ш И Л :

Постановление мирового судьи судебного участка Сокольского судебного района Нижегородской области от 07 декабря 2016 года о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоП РФ оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу немедленно после его вынесения, но может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в соответствии с ч. 1 ст. 30.12 КоП РФ.

Текст решения составлен машинописным способом.

Судья Сокольского

районного суда Е.В. Садчикова