Решение № 2-1219/2019 2-1219/2019~М-926/2019 М-926/2019 от 3 сентября 2019 г. по делу № 2-1219/2019

Дело №2-1219/2019

УИД 16RS0044-01-2019-001224-48


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

04 сентября 2019 года город Чистополь

Чистопольский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Ахмеровой Г.С.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4,

при секретаре судебного заседания Козиной О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации и по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о защите чести, достоинства и деловой репутации,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., указав, что стороны являются соседями. В целях причинения нравственных страданий ответчик направляет десятки сообщений в различные уполномоченные органы с указанием на факты, не соответствующие действительности и порочащие ее и членов ее семьи. Ответчик обратилась в ГАУ СО «Комплексный центр социального обслуживания населения «Балкыш» Министерства труда, занятости и социальной защиты Республики Татарстан в Чистопольском муниципальном районе, указав, на ненадлежащее исполнение родительских обязанностей. Выходили сотрудники социальной службы, ребенок был напуган. При проведении проверки анонимная информация ответчика не нашла своего подтверждения. На повторное обращение ответчика было отказано. Считает, что ответчик злоупотребляет правом. Все сообщения не находят своего подтверждения в ходе проверок. Распространение порочащих ее семью сведений причинило моральный вред, который она оценивает в 300 000 руб.

При рассмотрении дела ФИО3 подано встречное исковое заявление к ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., распространенные слова «инвалиды» признать несоответствующими действительности и порочащими ее часть и достоинство, опровергнуть указанные сведения путем оглашения резолютивной части решения суда в присутствии жителей <адрес>, указав, что она проживает в одном многоквартирном доме с ответчиком, ее квартира находится этажом ниже, однако жить по соседству стало невозможно. Ответчик направляет письменные обращения в правоохранительные и иные органы, с просьбой провести в отношении нее психиатрическую экспертизу. Супруг ответчика приходит в администрацию города, где работает ее супруг, рассказывает его коллегам всякие истории об их семье. Из-за нападок ответчика ее дети доведены до нарушения сердечного ритма. В результате распространения порочащих честь и достоинство сведений ей причинен моральный вред, который она оценивает в 500 000 руб.

Представитель истца на судебном заседании уточнил исковые требования, просил признать сведения «о многодетности и неблагополучии ее семьи, а также сведения о том, что семья в быту постоянно шумит, распивают спиртные напитки и является неблагополучными соседями» не соответствующие действительности, порочащими честь и достоинство, возражал против встречных исковых требований, указав, что слово «инвалид» имеется во всех словарях русского языка, в отношении кого было высказывание и когда было высказано не понятно.

Истец ФИО1 поддержала уточненные исковые требования и просила взыскать с ответчика денежные средства в счет компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., пояснив, что они выставили квартиру на продажу, с 2016 года ее младший малолетний сын стал сам ходить, ответчика стали раздражать любые передвижения ребенка.

Ответчик ФИО3 на судебном заседании поддержала встречные исковые требования, возражала против исковых требований, пояснив, что истец и ее супруг неоднократно оскорбляли ее, ФИО1 называла ее детей инвалидами.

Представитель ответчика на судебном заседании поддержала встречные исковые требования, возражала против исковых требований, указав, что утверждение многодетная семья не является порочащим честь и достоинство истца. Отсутствуют доказательства, что ответчик оскорбляла истца.

Выслушав участников судебного разбирательства, изучив в совокупности материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с частью 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Согласно статье 33 Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

Статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума, в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Таким образом, следует проводить тщательное различие между фактами и оценочными суждениями. Существование фактов может быть доказано, тогда, как оценки являются субъективным выражением своего мнения стороной. Оценка, которую высказывает сторона, не констатирует факт, а выражает отношение человека к предмету или к его отдельным признакам или событиям. Поэтому к оценкам не применимы характеристики истинности и ложности.

В силу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц». Статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждение о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.

Судом установлено, что ФИО1 проживает со своей семьей по адресу: <адрес>: <адрес>.

ФИО3 проживает со своей семьей по адресу: <адрес>: <адрес>, этажом ниже по соседству с ФИО1

Свидетель ФИО6 на судебном заседании пояснил, что он приходится супругом ФИО3 В ДД.ММ.ГГГГ они обратились в отделение полиции с заявлением о том, что соседи нарушают тишину. На неоднократные требования к соседям супруг ответчика ответчик отвечал нецензурной бранью. Кроме того, истец обращалась к его руководителю с жалобами, после чего его вызывало руководство и предлагало решить вопрос мирным путем.

Свидетель ФИО7 на судебном заседании пояснила, что ответчик приходится супругой ее сына. Около двух месяцев они проживают с ней. В их квартире проживать невозможно, от соседей поступают оскорбления.

Свидетель ФИО8 на судебном заседании пояснила, что является работником социального обслуживания, они выезжали по анонимному звонку, что в квартире проживает ребенок инвалид, за которым не ведется надлежащего ухода, но данная информация не подтвердилась, ФИО3 с просьбой провести проверку к ним не обращалась.

Истец обратилась в суд с данными требованиями, указав, что ответчик распространяет о ее семье несоответствующие действительности сведения, которые порочат ее честь, достоинство и деловую репутацию, на анонимные сообщения работники социальных служб проводят проверки, тем самым ей причинен моральный вред, выразившийся в ухудшении состояния здоровья, душевных волнений и переживаний.

Обращение ответчика в правоохранительные органы с заявлением о нарушении тишины и покоя и высказывания в отношении истцов сведения о том, что «семья в быту постоянно шумит, распивают спиртные напитки и является неблагополучными соседями» не может быть расценено как распространение каких-либо сведений об истцах, оскорбляющих их честь, достоинство и деловую репутацию, поскольку адресовано органу, в компетенцию которого входит решение поставленных в обращении вопросов.

Доводы истца о том, что неоднократное обращение в правоохранительные органы не имело под собой никаких оснований, а являлось злоупотреблением правом, сами по себе обращения ответчика в правоохранительные органы о злоупотреблении правом не свидетельствуют, а являются реализацией конституционного права на доступ к правосудию (статья 46 Конституции РФ).

Обстоятельства злоупотребления ответчиком при обращении в правоохранительные органы своим правом отсутствуют. Также принимая во внимание, что высказывания о том, что семья истца распивает спиртные напитки, не нашло подтверждения в ходе судебного заседания и не подтверждено письменными либо иными доказательствами.

При принятии судом учитывается, что обращение ответчика в силу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 является конституционным правом гражданина, и данное обращение не является распространением порочащих сведений.

Во встречном иске ФИО3 просит признать слова «инвалиды» несоответствием действительности, порочащими ее честь и достоинство, поскольку ФИО1 назвала ее детей «инвалидами». Также направляет обращения в правоохранительные органы, с просьбой провести в отношении ФИО3 психиатрическую экспертизу.

Оценка высказываний ФИО1 в более широком социальном контексте, позволяет сделать вывод о том, что высказывания ее носят субъективный характер и не являются сообщением о фактах, и не свидетельствуют о нарушении истцом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в общественной жизни, поскольку в приведенных высказываниях отсутствует объективно выявляемый отрицательный смысловой компонент, а передаваемая в них негативная информация имеет субъективно-оценочный характер и выражена не в форме утверждения о каких-либо фактах, а в форме мнения лица, описывающего события, о характере поведения ответчика при определенных событиях.

Суждение представляет собой умственный акт, носящий оценочный характер, выражающий отношение говорящего к содержанию высказанной мысли и сопряженный обычно с психологическими состояниями сомнения, убежденности или веры.

Оценочные суждения, мнения, убеждения, как результат психофизической деятельности, не могут быть проверены на предмет их соответствия действительности, так как являются выражением субъективного мнения и взглядов ФИО1 и суд полагает, что содержание и общий контекст информации, а также целевое назначение соответствующих высказываний, указывают на субъективно-оценочный характер оспариваемых высказываний.

Таким образом, доводы ФИО3 о том, что обращение ФИО1 было продиктовано именно намерением причинить вред, не нашло своего подтверждения при рассмотрении дела, в связи с чем, исковые требования ФИО1 и встречный иск ФИО3 подлежат отказу в удовлетворении.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО3 к ФИО1 о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Чистопольский городской суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ахмерова Г.С.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.