Решение № 2-1022/2024 2-11/2025 2-11/2025(2-1022/2024;)~М-821/2024 М-821/2024 от 20 апреля 2025 г. по делу № 2-1022/2024

Дело № 2-11/2025

УИД 66RS0036-01-2024-001191-80


Решение в окончательной форме составлено

21 апреля 2025 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Кушва 07 апреля 2025 года

Кушвинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Мальцевой В.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Храповой А.Е.,

рассмотрев в помещении суда в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, прекращении права собственности,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором просит признать недействительным договор дарения, заключенный между ней и ответчиком в отношении квартиры, расположенной по адресу <адрес>, аннулировать в Едином государственном реестре недвижимости запись о праве собственности ответчика на спорное жилое помещение.

В обоснование иска указала, что являлась собственником квартиры по адресу <адрес>. Ее сын ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения решением Кушвинского городского уда Свердловской области от ДД.ММ.ГГГГ, признан безвестно отсутствующим. В связи с этим, здоровье истца сильно пошатнулось, она часто находилась на стационарном лечении, посещала больницу и поликлиники. В марте 2023 года перед плановой операцией на тазобедренном суставе решила написать завещание на имя племянницы ФИО2 на принадлежащую ей квартиру и оформить доверенность на ее имя для получения пенсии в целях несения расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг в квартире, и на случай ухода за ней после операции. По просьбе ФИО2 она разрешила временное проживание в квартире ее сыну ФИО11 при условии, что он будет платить за квартиру. Он вселился в одну из комнат, в другой комнате проживала она. Она думала, что подписала завещание, однако в ходе ссоры с ФИО11 в августе 2023, от последнего узнала, что квартира ей не принадлежит. Истец считает, что ответчик воспользовалась ее беспомощным предоперационным состоянием, когда она не могла осознавать свои действия.

В судебном заседании истец и ее представитель заявленные исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Истец дополнительно пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на стационарном лечении. При этом, в этот день ее отпустили из стационара домой, для того чтобы принять душ. С ФИО2 они договорились, что в этот же день съездят к нотариусу для оформления завещания. ФИО2 с мужем приехали за ней на машине. Они поехали к нотариусу по <адрес>, однако, нотариус не стал оформлять завещание. Они поехали в офис по ул. Республики, ФИО2 обратилась к какой-то девушке, которая оформила документ, который она подписала, не читая, так как плохо видит и слышит, полагая, что это завещание, затем они поехали в МФЦ. Она не намеревалась дарить квартиру, поскольку до настоящего времени ищет сына и надеется, что найдется, после чего они будут жить в квартире, так как другого жилья у них нет. Хотела лишь оформить завещание на случай неблагоприятного исхода операции. Также считала, что в случае ее смерти и обнаружения ее пропавшего сына, он будет проживать в данной квартире, поскольку они вместе ее получали, иного жилья у нее нет. В стационаре, в связи с операцией, она находилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, затем вернулась к себе домой. С марта 2023 по август 2023 жили в квартире с сыном ответчика ФИО11 Она оплачивала коммунальные платежи. Периодически она с 2012 гостит у знакомого в деревне в <адрес>, после операции жила там же. В августе 2023 между ней и ФИО11 случился конфликт, когда от последнего она узнала, что квартира ей не принадлежит. Она обратилась к ФИО2, но та не стала с ней разговаривать. Она боится ФИО11, боится заходить в квартиру, живет у знакомых, оплачивать коммунальные услуги перестала.

Ответчик ФИО12 JI.B. суду пояснила, что истец - ее тетя, родная сестра ее матери. Истец лично предложила ее сыну жить в одной из комнат квартиры, когда он искал жилье для аренды. Также она лично настоятельно просила ее заключить договор дарения на спорную квартиру. ДД.ММ.ГГГГ она с мужем заехала за ФИО1 Они поехали к нотариусу по <адрес>. Нотариус предложил им обратиться к юристу для заключения договора, оформить сам договор не смог, поскольку не работала программа. Они поехали к юристу по <адрес> которая составила договор дарения с сохранением за истцом права регистрации и проживания в квартире, озвучила его, она и ФИО1 его подписали, в то же день обратились в МФЦ, сдав документы на регистрацию. Ответчик в квартире не проживает, проживает с сожителем в <адрес>. Иногда приезжает в квартиру, живет в комнате, где находятся все ее вещи, комнату она сама для себя выбрала, закрыла ее на замок. Пользоваться квартирой ей никто не мешает, у нее есть все ключи. Она оплачивает жилищно-коммунальные платежи.

Свидетель ФИО4 суду пояснила, что знакома с истцом с 2013 года, жила с ее сыном. До настоящего времени тесно общаются, помогает ФИО1 в поисках сына, возит ее по больницам, в деревню в <адрес>, где она иногда проживает. ФИО2 не знает, не видела. От ФИО1 узнала, что она заключила с ответчиком договор дарения квартиры, тогда как хотела оформить завещание.

Свидетель Свидетель №1 суду пояснила, что знакома с истцом с начала 2000-х годов, жили в одном доме, затем вместе получили квартиры в доме адресу <адрес>. ФИО1 жила в квартире с сыном. Когда сын пропал, ФИО1 в квартире проживала периодами, проживала в деревне в <адрес>. Видела, что в ее квартире проживает мужчина. Со слов ФИО1 узнала, что этот мужчина - ее родственник, пустила его пожить. С ответчиком не знакома. От ФИО4 две недели назад узнала, что ФИО1 подарила квартиру ФИО2 С лета 2024 ФИО1 в квартире не видела.

Свидетель ФИО5 суду пояснила, что с ФИО1 знакома с 2013 года, общалась с ее сыном. До настоящего времени тесно общается с истцом, разыскивают сына ФИО1, в связи с этим, она возит ее на машине. В августе 2023 узнала от ФИО1, что она заключила с ФИО2 договор дарения квартиры, однако не хотела этого делать. В квартире в настоящее время проживает ФИО11, которого ФИО1 боится, боится заходить в квартиру. Живет временно в <адрес>, иногда приезжает к сестре в <адрес>.

Свидетель ФИО6 суду пояснила, что с истцом много лет жили напротив друг друга в <адрес>. Получили квартиры в доме по адресу <адрес> В августе 2023 от ФИО1 узнала, что обманным путем с ней был заключен договор дарения квартиры.

Свидетель ФИО7 суду пояснила, что знакома с ФИО1 с 2005 года. От последней слышала, что она намерена оформить завещание на квартиру. Она забирает квитанции в почтовом ящике оплачивает их, а ФИО2 затем переводит ей деньги. В августе 2023 ФИО1 пришла к ней в слезах, сказала, что ФИО11 на нее накричал, сказал, что квартира не ее.

Представитель третьего лица - Управление Росреестра по Свердловской области в судебное заседание не явился, ходатайств, возражений не направил.

Представитель третьего лица Управления социальной политики № 16 в судебное заседание не явился, просили о рассмотрении дела в его отсутствие. В отзыве на исковое заявление указав, что совершенная сделка дарения нарушает жилищные и имущественные права ФИО3, признанного судом безвестно отсутствующим. Заявленные исковые требования считает обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Суд, принимая во внимание доводы истца и ее представителя, ответчика и ее представителя, третьего лица, выслушав свидетелей, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с п.1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (пункт 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации.

Из материалов дела следует, что ФИО1 являлась собственником квартиры по адресу: <адрес> с кадастровым номером № на основании договора № от ДД.ММ.ГГГГ безвозмездной передачи квартиры в собственность граждан /л.д. 10-11/.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (Даритель) и ФИО2 (Одаряемая) был заключен договор дарения квартиры, по условиям которого ФИО1 безвозмездно передает, а ФИО2 принимает квартиру общей площадью 33.0 кв.м., находящуюся по адресу: <адрес> с кадастровым номером № (п.1) /л.д. 31/.

В соответствии с п. 8 договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ Одаряемая приобретает право собственности на квартиру с момента государственной регистрации перехода права собственности и регистрации права собственности в Едином государственном реестре недвижимости.

В квартире на момент заключения договора дарения зарегистрирована и проживает ФИО1, которая сохраняет за собой право регистрации и проживания в указанной квартире (п. 4).

Переход права собственности на спорную квартиру от ФИО1 к ФИО2 был зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ №, что подтверждается выпиской из ЕГРН /л.д. 29-30/.

В обоснование заявленных требований о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ сторона истца ссылалась на совершение сделки под влиянием существенного заблуждения, указав, что она заблуждалась относительно природы сделки, обстоятельств ее совершения и правовых последствий, поскольку полагала, что оформила завещание, а не договор дарения. Намерений подарить квартиру ответчику истец не имела, так как иного жилья не имеет. Таким образом, требования сводятся к восстановлению права собственности на квартиру.

Вместе с тем, в исковом заявлении истец указала, что просит отменить договор дарения со ссылкой на ст. 577 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела. Таким образом, правоотношения, из которых возник спор, и нормы права, подлежащие применению, определяются судом при разрешении спора.

На обстоятельства и основания, необходимые для применения положений п. 1 ст. 577 ГК РФ истец в ходе рассмотрения не ссылалась.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных настоящей статьей, заблуждение предполагается достаточно существенным, в том числе, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пп. 2, 3, 5 п. 2 статьи 178 Кодекса Российской Федерации).

По смыслу требований вышеприведенных норм сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ).

По смыслу приведенных положений данной нормы заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-либо обстоятельствах, относящихся к данной сделке.

При этом важное значение имеет выяснение наличия и оценка таких обстоятельств, как возраст истца, состояние здоровья, возможность истца прочитать и понять условия сделки.

Оспариваемый договор заключен в простой письменной форме, подписан обеими сторонами ДД.ММ.ГГГГ, в тот же день передан в МФЦ г. Кушва. При заключении и подписании договора дарения присутствовали только ФИО1 и ФИО2

Суд, оценив доводы сторон, представленные по делу доказательства, приходит к выводу о том, что воли на отчуждение квартиры племяннице ФИО2 у ФИО1 не было. Истец хотела, чтобы спорная квартира досталась ФИО2 в случае ее смерти, поскольку состояние ее здоровья у нее вызывало опасения, она находилась на лечении в больнице, готовилась к операции, при этом, подписывая документы полагала, что в случае ее смерти и обнаружения ее пропавшего сына, он будет проживать в данной квартире, поскольку они вместе ее получали, иного жилья у нее нет. Кроме того, установленные по делу обстоятельства, в том числе, преклонный возраст истца (на момент совершения сделки истец достигла возраста 67 лет,), возрастные изменения состояния здоровья, а также наличие психического расстройства и индивидуально - психологических особенностей, психологической травмы в связи с исчезновением сына, отсутствие юридических познаний, наличие доверительных отношений с племянницей (ответчиком по делу), отсутствие у нее намерения произвести безвозмездное отчуждение жилого помещения, которое является ее единственным местом жительства, позволяет сделать вывод о том, что ФИО1 добросовестно заблуждалась относительно природы сделки и ее последствий, полагая, что оформляет завещание, а не договор дарения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование своих доводов по иску истец также указала, что подписывая документы, не предполагала, что право собственности на ее квартиру перейдет к ФИО2, считала, что она и дальше будет владеть, пользоваться квартирой, а в случае обнаружения ее пропавшего сына, он также будет проживать в данной квартире, поскольку они вместе ее получали, иного жилья у них нет, то есть истец как сторона договора дарения не намеревалась исполнять сделку и создать ей соответствующие правовые последствия, характерные для договора дарения.

В связи с этим суд учитывает, что реальные правовые последствия, предусмотренные для договора дарения, для сторон не наступили, сделка дарения фактически носила формальный характер. После совершения оспариваемой сделки каких-либо распорядительных действий в отношении квартиры ФИО2 совершено не было, ответчик не стала проживать в спорной квартире, не зарегистрировалась в ней по месту жительства, не разместила свои вещи, не получила от истца ключи от квартиры. Истец проживала и продолжает проживать в спорной квартире до настоящего времени, после заключения договора продолжала нести бремя содержания имущества, что подтверждается представленными в дело чеками.

Кроме того, оценивая условия договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ о сохранении права постоянного пользования квартирой ФИО1, суд считает необходимым указать следующее.

Диспозиция п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключает права сторон договора дарения предусмотреть в нем условие о сохранении за дарителем права пользования жилым помещением. Глава 32 Гражданского кодекса Российской Федерации (дарение) не содержит запрета на включение указанного условия в договор дарения. При этом сохранение права пользования жилым помещением за дарителем, то есть дарение жилого помещения с обременением и принятие в дар такого имущества, не может рассматриваться как встречное обязательство со стороны одаряемого.

На основании статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно статье 14 Федеральный закон от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» основанием для осуществления государственной регистрации прав, в частности, являются, договоры и другие сделки в отношении недвижимого имущества, совершенные в соответствии с законодательством, действовавшим в месте расположения недвижимого имущества на момент совершения сделки (пункт 2 части 2), иные документы, предусмотренные федеральным законом, а также другие документы, которые подтверждают наличие, возникновение, переход, прекращение права или ограничение права и обременение объекта недвижимости в соответствии с законодательством, действовавшим в месте и на момент возникновения, прекращения, перехода прав, ограничения прав и обременений объектов недвижимости (пункт 8 части 2).

Действующим законодательством Российской Федерации не предусмотрена государственная регистрация ограничения (обременения) права на недвижимое имущество в виде права пожизненного пользования квартирой.

В связи с этим право пользования жилым помещением, предусмотренное в договоре дарения квартиры, сохраняется у Дарителя, в пользу которого оно установлено, пока собственником квартиры является Одаряемый. После продажи Одаряемым квартиры третьему лицу указанное право прекращается, в связи с чем, безусловное сохранение за Дарителем права пожизненного пользования указанной квартирой не соответствует нормам Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО2, является недействительной сделкой, в связи с этим заявленные исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

Оценивая возможность применения последствий недействительности сделки, суд принимает во внимание, что, как следует из доводов сторон, спорная квартира из владения ФИО1 не выбывала. Она проживала в квартире и пользовалась спорным имуществом до сделки, так и продолжает в ней проживать и пользоваться после сделки.

В связи с этим подлежат применению последствия недействительности сделки по передаче в собственность истца спорной квартиры.

С учетом положений пункта 5 части 2 статьи 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» решение является основанием для внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности на указанное имущество ФИО2 и регистрации права собственности на указанное имущество за ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 196-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, прекращении права собственности - удовлетворить.

Признать договор дарения, заключенный между ФИО1 к ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в отношении квартиры, расположенной по <адрес> с кадастровым номером № недействительным.

Решение суда с момента вступления в законную силу является основанием для аннулирования в Едином государственном реестре недвижимости регистрации перехода права собственности в отношении квартиры, расположенной по <адрес> кадастровым номером № от ФИО1 к ФИО2 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Решение в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кушвинский городской суд.

Судья В.В. Мальцева