Апелляционное определение № 11-2375/2026 от 2 марта 2026 г.

УИД 74RS0007-01-2024-007366-61

Судья Пинясова М.В.

№2- 454/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело №11-2375/2026
03 марта 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Горшениной Е.А.,

судей Гончаровой М.И., Банниковой О.В.,

при секретаре Толстолыткиной А.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Курчатовского районного суда г.Челябинска от 28 ноября 2025 года по иску Рыжиковой ФИО21 к ФИО4 о признании завещания недействительным.

Заслушав доклад судьи Гончаровой М.И. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, возражений относительно жалобы, пояснения представителя истца адвоката Савельевой Л.А., поддержавшей апелляционную жалобу, представителя ответчика ФИО5, возражавшего по доводам жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным завещания ФИО10 от 02 июля 2024 года, удостоверенного нотариусом ФИО18

В обоснование исковых требований указала, что является родной сестрой ФИО10, умершей ДД.ММ.ГГГГ. При обращении к нотариусу с заявлением о принятии наследства истцу стало известно о составлении наследодателем завещания 02 июля 2024 года, которым она завещала ФИО4 принадлежащую ей квартиру по адресу: <адрес><адрес>. Полагает, что завещание составлено с пороком воли, поскольку в этот период ФИО10 страдала рядом заболеваний, имела <данные изъяты> В силу имеющихся заболеваний она не могла отдавать отчет своим действиям, руководить ими. Также указала, что открытие нотариусом ФИО18 наследственного дела нарушает положение ст.1115 ГК РФ, а удостоверенное этим же нотариусом 02 июля 2024 года завещания ФИО10 вызывает сомнение в его достоверности относительно выраженной в нем воли наследодателя. При жизни ФИО10 всегда признавала за сестрой ФИО2 право на данную квартиру, в 2014 году заключила с ней договор безвозмездного пользования с правом регистрации её по месту жительства, а 01 апреля 2023 года оформила завещание, которым завещала истцу все свое имущество.

Представитель истца адвокат Савельева Л.А. в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала.

Представитель ответчика ФИО5 с исковыми требованиями не согласился.

Истец ФИО6, ответчик ФИО4, третье лицо нотариус нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО7 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали.

Суд постановил решение от 28 ноября 2025 года об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2

В апелляционной жалобе представитель истца Савельева Л.А. просит решение суда отменить, принять новое решение. Не согласна с заключением судебной психиатрической экспертизы, проведенной комиссией экспертов ГБУЗ <данные изъяты> №» <адрес>, полагает, что выводы экспертов противоречат материалам дела, исследование проведено неполно и необъективно. То обстоятельство, что у ФИО10 имелся комплекс <данные изъяты> в юридически значимый период, ей были рекомендованы консультации невролога, психолога, присвоен статус паллиативной больной, экспертами оставлено без внимания. Эксперты не сопоставили свидетельские показания с индивидуально-психологическими особенностями наследодателя и динамикой ее психического состояния в момент составления завещания. Вывод экспертов о способности ФИО10 к смысловой оценке ситуации сделан на основании показаний заинтересованных лиц – супруги ответчика ФИО12, нотариуса ФИО18, и противоречат объективной медицинской картине. Эксперты не исследовали хронологию, предшествующую составлению завещания, допрошенный в судебном заседании специалист ФИО17 пояснила, что экспертами не был исследован акт патологоанатомического вскрытия. Полагает, что заключение является недопустимым доказательством и необоснованно положено в основу решения. Представитель истца ходатайствовала о назначении по делу повторной экспертизы, в чем ей было отказано. В решении не указано оснований, по которым эксперты и суд отдали предпочтение показаниям свидетеля ФИО12 и третьего лица нотариуса ФИО18, проигнорировали показания свидетеля ФИО13 Указывает, что ФИО10 проживала одна. С июня 2024 года в ее квартире стали появляться супруги ФИО20, при этом наследодатель была изолирована от общения с родной сестрой. Считает, что имела место повышенная внушаемость наследодателя со стороны ответчика и его жены. С июня 2024 вызов врачей на дом к ФИО10 не осуществлялся, несмотря на ухудшение ее состояния. 02 июля 2024 года нотариусом ФИО18 удостоверено не только завещание, но и доверенность на имя ответчика с правом совершения всех действий, в том числе распоряжений денежными средствами ФИО10, чему судом не дана оценка.

В дополнении к апелляционной жалобе указывает, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлен факт нарушения нотариусом ФИО18 тайны завещания, так как нотариус изначально не была объективна, при совершении нотариальных действий зависела от ответчика ФИО4 – наследника по завещанию. Нотариусом нарушены положения статей 1113,1118, 1119, 1123 Гражданского кодекса Российской Федерации, что судом оставлено без внимания и правовой оценки.

Иные лица, участвующие в деле, о месте и времени слушания дела извещены надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на Интернет сайте Челябинского областного суда, в связи с чем, судебная коллегия на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ признала возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в порядке ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

В силу пунктов 1, 2 и 5 ст. 1118 Гражданского кодекса РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу положений ст. 1119 Гражданского кодекса РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149). Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

В силу п.2 ст. 1130 ГК РФ завещатель вправе посредством нового завещания отменить прежнее завещание в целом либо изменить его посредством отмены или изменения отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений.

В случае недействительности последующего завещания наследование осуществляется в соответствии с прежним завещанием (ч.3 ст. 1130 ГК РФ).

В силу п. 1 и 2 ст. 1131 Гражданского кодекса РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у стороны сделки в момент ее совершения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня, способность понимать значение своих действий или руководить ими при совершении оспариваемой сделки.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО10, которая приходилась родной сестрой истцу ФИО2

После ее смерти в установленный законом срок с заявлением о принятии наследства к нотариусу обратились ФИО1 (истец), а также ФИО3 (ответчик), нотариусом ФИО18 открыто наследственное дело.

В состав наследства вошли: квартира, расположенная по адресу: <адрес><адрес>, квартира по адресу: <адрес>.

ФИО10 при жизни составлено завещание от 01 апреля 2023 года, удостоверенное нотариусом ФИО14, согласно которому все свое имущество, какое на момент смерти окажется ей принадлежащим, в чем бы таковое не заключалось и где бы не находилось, она завещает ФИО2 (т.1л.д.11).

02 июля 2024 года ФИО10 составлено завещание, удостоверенное нотариусом ФИО18, которым из принадлежащего ей имущества квартиру по адресу: <адрес><адрес> она завещает ФИО4 (т.1л.д.102). Данное завещание не отменено и не изменено.

В этот же день 02 июля 2024 года ФИО10 на имя ФИО4 выдана доверенность, удостоверенная нотариусом ФИО18, на представление её интересов в органах Пенсионного фонда, органах социальной защиты и социального страхования, органах здравоохранения, органах местного самоуправления, администрациях всех уровней, почтовых отделениях, в паспортно-визовых службах, кредитных учреждениях, Банках, а также по вопросам её полного социального, пенсионного и медицинского обеспечения (т.1л.д.154).

Проверяя доводы истца о том, что на момент составления завещания от 02 июля 2024 года ФИО10 в силу имеющихся заболеваний не могла понимать значение своих действий, руководить ими, суд первой инстанции назначил посмертную комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу, проведение которой поручил ГБУЗ «<данные изъяты> №» <адрес> (л.д. 220-222 т.1). На разрешение комиссии экспертов судом поставлены следующие вопросы: страдала ли ФИО10, умершая ДД.ММ.ГГГГ, в момент составления завещания 02.07.2024 каким-либо психическим и иным заболеванием; могла ли ФИО10 в момент составления завещания 02.07.2024 отдавать отчет своим действиям и руководить ими, прогнозировать последствия составления завещания?

Согласно заключению комиссии судебных экспертов № ГБУЗ «<данные изъяты> №» от 18 июня 2025 года, ФИО10 в юридически значимый период (момент составления завещания 02 июля 2024 г.) <данные изъяты><данные изъяты> (т.1л.д.7-18).

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании завещания недействительным по основанию, предусмотренному ст. 177 Гражданского кодекса РФ, суд оценил доводы и возражения сторон, представленные доказательства, в том числе показания свидетелей ФИО13, ФИО12, Свидетель №1, пояснения третьего лица нотариуса ФИО18, медицинскую документацию, заключение комиссии экспертов № от 18.06.2025 года по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировал положения ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что доказательств неспособности наследодателя ФИО10 в момент составления завещания понимать значение своих действий и руководить ими, в материалах дела не имеется, в связи с чем не усмотрел правовых оснований для признания завещания недействительным.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, нормам права, регулирующим спорные правоотношения.

Подлежат отклонению как несостоятельные доводы жалобы ФИО2 о несогласии с заключением комиссии экспертов ГБУЗ «<данные изъяты> №» <адрес>, ввиду того, что, по мнению подателя жалобы, экспертами оставлены без внимания сведения медицинской документации об имеющихся у ФИО10 самотических <данные изъяты> в юридически значимый период, присвоение ей статуса <данные изъяты>; выводы экспертов противоречат объективной медицинской картине и сделаны на показаниях заинтересованных лиц; не исследована хронология, предшествующая составлению завещания; не исследован акт патологоанатомического вскрытия.

Вопреки мнению подателя жалобы, комиссией экспертов исследована представленная в материалы дела медицинская документация, установлены заболевания, которыми болела наследодатель, имевшая статус <данные изъяты>, исследованы пояснения сторон, третьего лица нотариуса ФИО18, удостоверявшей завещание, свидетеля ФИО13- знакомой ФИО10, Свидетель №1 - социального работника, обслуживавшей ФИО10 на дому в июне, июле, а также ДД.ММ.ГГГГ, ФИО12- супруги ответчика, психологом дан ретроспективный психологический анализ, на основании которого у ФИО10 были выявлены следующие индивидуально- психологические особенности: <данные изъяты>. <данные изъяты>

С учетом изложенного доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО10 находилась под влиянием ответчика и его супруги, была внушаема, подлежат отклонению, поскольку таких психологических особенностей у ФИО10 не было установлено.

Доводы апелляционной жалобы на то, что экспертами не исследован акт патологоанатомического вскрытия, документы из клиники «Ситимед», имеющиеся в материалах дела, отклоняются.

Опрошенный в судебном заседании суда первой инстанции эксперт ФИО17 поясняла, что при проведении экспертизы исследованы в подлинниках материалы гражданского дела, медицинские документы, показания свидетелей, нотариуса. Медицинской документации было достаточно для проведения исследования. Патологоанатомическое исследование не является обязательным для проведения экспертизы.

Вопреки мнению подателя жалобы, с актом судебно-медицинского исследования трупа от ДД.ММ.ГГГГ эксперты были ознакомлены, так как он имеется в материалах дела (л.д. 82-83 т.1), что подтверждается пояснениями эксперта ФИО17 Отсутствие его описания в мотивировочной части экспертного заключения правильности выводов эксперта не опровергает.

Из материалов дела не усматривается, что эксперты указывали на недостаточность материалов дела и медицинской документации для проведения экспертного исследования и дачи заключения о психическом состоянии ФИО10 в момент подписания завещания 02 июля 2024 года.

Напротив, эксперты смогли прийти к категоричному выводу по имеющейся медицинской документации, объем которой является значительным.

Определение методики экспертного исследования является прерогативой самого эксперта, который самостоятельно определяет перечень документов, необходимых и достаточных для объективного проведения исследования.

Документация из клиники «Ситимед» <данные изъяты>

При таком положении судебная коллегия исходит из того, что никаких объективных доказательств, которые вступали бы в противоречие с заключением экспертов и давали бы основания для сомнения в изложенных в нем выводах, суду в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Доводы жалобы о необоснованном отклонении ходатайства представителя истца о назначении по делу повторной посмертной психолого- психиатрической экспертизы, не влекут отмену решения суда.

Согласно ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам. Правовое содержание данной нормы указывает на основания для назначения по делу повторной экспертизы. Указанных оснований как судом первой, так и судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем оснований для удовлетворения ходатайства истца о назначении повторной экспертизы, не имеется. Само по себе несогласие истца с выводами экспертов основанием для назначения повторной экспертизы не является.

Доводы жалобы о том, что судом немотивированно отдано предпочтение показаниям свидетеля ФИО12 и нотариуса ФИО18, и проигнорированы показания свидетеля ФИО15, согласно которым ФИО10 в юридически значимый период не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не могут быть признаны обоснованными, поскольку право оценки допустимости, достоверности и взаимной связи доказательств принадлежит суду. Оценка доказательств судом произведена по правилам ст. 67 ГПК РФ. Несогласие с данной оценкой не влечет отмену решения.

Кроме того в соответствии с ч.1 ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности. С учетом изложенного свидетельскими показаниями могли быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения истца, совершаемых им поступках, действиях и отношении к ним.

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни стороны, ни свидетели, ни суд не обладают. Также судебная коллегия отмечает, что показания свидетелей со стороны истца и стороны ответчика противоречивы, никто из свидетелей не проживал совместно с ФИО10, и не является специалистом в области психиатрии, их мнение относительно психического состояния наследодателя субъективно.

То обстоятельство, что в один день 02 июля 2024 года нотариусом удостоверено завещание и доверенность ФИО10 на имя ФИО4 не свидетельствует о пороке воли завещателя.

Доводы жалобы о нарушении нотариусом тайны завещания судебной коллегией отклоняются.

Нарушение тайны завещания является самостоятельным основанием для признания завещания недействительным.

Истцом требования о признании завещания недействительным заявлены по основаниям, предусмотренным ч.1 ст.177 Гражданского кодекса РФ, иных оснований истцом не было указано в иске, предметом спора и оценки суда данные доводы не являлись.

По смыслу статьи 327 ГПК РФ повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (пункт 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").

Судебная коллегия приходит к выводу, что разрешая исковые требования, суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, разрешил спор в соответствии с материальным и процессуальным законом, а доводы жалобы истца ФИО2 по существу аналогичны процессуальной позиции в суде первой инстанции, направлены на переоценку исследованных судом доказательств, не содержат ссылок на обстоятельства, нуждающиеся в дополнительной проверке, а потому не могут служить основанием для отмены решения.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не усматривается.

Ходатайство представителя ответчика ФИО5 о вынесении частного определения в адрес представителя истца адвоката Савельевой Л.А. не подлежит удовлетворению, поскольку обстоятельств для вынесения частного определения, предусмотренных статьей 226 ГПК РФ, по настоящему делу судом апелляционной инстанции не установлено. Кроме того, в силу ст. 226 ГПК РФ вынесение частного определения является правом суда, а не обязанностью, при этом ответчик не лишен возможности самостоятельного обращения в компетентные органы с соответствующими заявлениями.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Курчатовского районного суда г.Челябинска от 28 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

В удовлетворении ходатайства представителя ответчика ФИО5 о вынесении частного определения в адрес адвоката Савельевой Л,А. отказать.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.