Решение № 2-6421/2017 2-690/2018 2-690/2018(2-6421/2017;)~М-4764/2017 М-4764/2017 от 10 сентября 2018 г. по делу № 2-6421/2017

Дело № 2-690/18


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 11 сентября 2018 года

Московский районный суд Санкт–Петербурга в составе:

председательствующего судьи Ершовой Ю.В.,

при секретаре Макарове А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором, после дополнения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), в окончательном варианет просит взыскать с ответчика в свою пользу в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) 458 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 20.03.2017 по 11.09.2018 в размере 33 618,26 рубля, расходы по оплате услуг по оценке ущерба в размере 7000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 17 400 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 7 780 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей (том II л.д. 57-58). В обоснование своих требований ФИО1 указала, что 20.03.2017 в 08 часов 50 минут на дороге в Угольную Гавань в Кировском районе Санкт-Петербурга, по вине водителя ФИО2, управлявшей автомобилем марки, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты> произошло ДТП, в результате которого принадлежащий истцу автомобиль марки, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, получил технические повреждения, размер, причиненного истцу в связи с повреждением автомобиля ущерба составляет 858 000 рублей. Часть ущерба в размере 400 000 рублей возмещена истцу <данные изъяты>», где был застрахован риск гражданской ответственности ФИО2 на момент ДТП. Поскольку страховое возмещение не покрывает размер причиненного истцу в результате вышеназванного ДТП ущерба, по мнению истца, оставшаяся часть ущерба подлежит возмещению за счет причинителя вреда – ФИО2

Истец ФИО1 и ее представитель, ФИО3, в судебное заседание явились, иск поддержали в полном объеме.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещалась надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просила, воспользовалась своим правом, установленным статьей 48 ГПК РФ, на ведение дела в суде через представителей.

Представители ответчика, ФИО4, ФИО5 и Присяжный Г.В., в служебное заседание явились, возражали против удовлетворения иска ФИО1, ссылаясь на недоказанность вины ФИО4 в ДТП, имевшем место 20.03.2017.

Третьи лица, ФИО6 и ФИО7, в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещались надлежащим образом (том II л.д. 60, 64, 65, 66), об отложении судебного заседания не просили.

В связи с этим, в соответствии со статьей 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения представителя истца, изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статей 56, 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Из материалов настоящего дела и материала проверки по факту ДТП от 20.03.2017 усматривается, что 20.03.2017 в 08 часов 50 минут у дома 22 по дороге в Угольную Гавань в Санкт-Петербурге произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО13, и принадлежащего на праве собственности истцу ФИО1, автомобиля марки, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты> находившегося под управлением водителя ФИО2, и принадлежащего ей на праве собственности, автомобиля марки, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, находившегося под управлением водителя ФИО6, и автомобиля марки, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, находившегося под управлением водителя ФИО7

В результате данного ДТП получил технические повреждения принадлежащий истцу автомобиль марки, модели <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>.

Постановлением инспектора по исполнению административного законодательства ОГИБДД УМВД России по Кировскому району Санкт-Петербурга от 29.05.2017, вынесенным в рамках материала проверки по факту вышеназванного ДТП, установлено, что 20.03.2017 около 08 часов 50 минут у д. 2 по Дороге в Угольную Гавань в Санкт-Петербурга водитель ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, не выдержала необходимую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства (пункт 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее – ПДД РФ)), при возникновении опасности для движения, которую в состоянии была обнаружить, не приняла возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п.10.1 ПДД РФ), в результате чего совершила столкновение с автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО13; от удара автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, находившимся под управлением водителя ФИО7; от удара автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты> совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, находившимся под управлением водителя ФИО6 Указанное дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения требований пунктов 9.10, 10.1 ПДД РФ водителем ФИО2, данное правонарушение квалифицировано указанным постановлением по статье 12.15 часть 1 КоАП РФ. Вышеназванным постановлением производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании пункта 6 статьи 24.5 КоАП РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 13.04.2018 по делу № 12-41/18 вышеназванное постановление инспектора по ИАЗ изменено, из описательно-мотивировочной части этого постановления исключено указание на виновность ФИО2: во втором абзаце постановления со слов «не выдержала необходимую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства (п. 9.10 ПДД РФ), при возникновении опасности для движения, которую в состоянии была обнаружить, не приняла возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (п. 10.1 ПДД РФ), в результате чего», в шестом абзаце постановления со слов «Данное дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения требований пунктов 9.10, 10.1 ПДД РФ водителем ФИО2» и со слов «Водитель ФИО2 совершила административное правонарушение, предусмотренное статьей 12.15 часть 1 КоАП РФ», также изменено указание на номер дома по ул. Дорога в Угольную Гавань, около которого произошло ДТП: вместо «у д. 2» указано «у д. 22»; в остальной части постановление оставлено без изменения (том I л.д. 143-153). При этом изменяя постановление инспектора в указанной части, суд исходил из того, что КоАП РФ не предусматривает возможность обсуждения вопросов о нарушении лицом ПДД РФ и совершении дорожно-транспортного происшествия, а также не содержит нормы, предусматривающей возможность формулировать выводы о виновности лица при прекращении производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. Одновременно, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 13.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 необходимо учитывать, что в постановлении о прекращении производства по делу в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности не могут содержаться выводы юрисдикционного органа о виновности лица, в отношении которого был составлен протокол об административном правонарушении. При наличии таких выводов в обжалуемом постановлении судья, с учетом положений статьи 1.5 КоАП РФ о презумпции невиновности, обязан вынести решение об изменении постановления, исключив из него указание на вину этого лица (пункт 2 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ).

При таком положении решение суда об отмене постановления инспектора по ИАЗ в части указания на виновность ФИО2 в совершении административного правонарушения и ДТП не опровергает вины ответчика в ДТП. Вина или ее отсутствие подлежит доказыванию в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела.

В то же время по смыслу части 3 статьи 1079 и части 2 статьи 1064 ГК РФ обязанность доказывания отсутствия вины в ДТП подлежит возложению на ответчика.

При этом Согласно выводам, содержащимся в Заключении эксперта № 18-36-А-2-6421/2017 от 20.02.2018, составленном экспертами <данные изъяты>» по результатам судебной автотехнической экспертизы, объяснения водителей-участников столкновения, в частности, водителей ФИО13, управлявшего автомобилем марки <данные изъяты>, и ФИО2, управлявшей автомобилем марки <данные изъяты>, - противоречивы по существу, что влияет на выводы эксперта. Экспертным путем, в данном случае, не представляется возможным разрешить имеющиеся противоречия. Исследование проводилось по версии каждого из водителей. В ситуации, указанной водителем автомобиля марки <данные изъяты> ФИО6, в его действиях каких-либо причинно-связанных с данным ДТП несоответствий требованиям ПДД РФ не усматривается, и он не имел возможности избежать ДТП. В ситуации, указанной водителем автомобиля марки <данные изъяты> ФИО7, несоответствий требованиям пункта 9.10 (часть 1) ПДД РФ в его действиях не усматривается, и он не имел возможности избежать ДТП. В ситуации, указанной водителем марки <данные изъяты> ФИО11, несоответствий требованиям пункта 9.10 (часть 1) ПДД РФ в его действиях не усматривается, и он не имел возможности избежать ДТП. При этом действия водителя автомобиля <данные изъяты> в данной ситуации не соответствовали требования пункта 9.10 (часть 1) ПДД РФ, при выполнении которых он мог предотвратить ДТП, соблюдая дистанцию до автомобиля марки <данные изъяты>. В ситуации, указанной водителем автомобиля <данные изъяты> ФИО2, действия водителя автомобиля марки <данные изъяты> не соответствовали требованиям пункта 8.1 (часть 1) ПДД РФ, при выполнении которых он мог (имел возможность) не допустить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, воздержавшись от маневра в полосу движения автомобиля <данные изъяты> (то есть, не «подрезая» его), обеспечив безопасность движения. При этом решить вопрос о соответствии (несоответствии) действий водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО2 требованиям пункта 10.1 (часть 2) ПДД РФ, а также о наличии или отсутствии у нее технической возможности предотвратить ДТП, не представляется возможным. При этом в исследовательской части заключения указано, что экспертным путем в данном случае по имеющимся данным не представляется возможным определить истинную траекторию движения автомобиля <данные изъяты> до момента ДТП, а также стоял или двигался указанный автомобиль в момент столкновения с позади двигавшимся автомобилем <данные изъяты> (отсутствуют следы шин автомобиля <данные изъяты>, а также видеозапись ДТП). В справке о ДТП и на схеме происшествия зафиксировано только конечное положение четырех транспортных средств. При этом никаких других следов (осколков стекол, пластика, осыпи, грязи, следов шин транспортного средства, в том числе, следов движения / качения, скольжения и т.д.), наблюдаемых на фотографиях с места ДТП, инспектором ДПС в указанных документах не отражено и не «привязано» размерными линиями к границам проезжей части и самим транспортным средствам. Отсутствуют фотографии с видом следов на проезжей части непосредственно до места ДТП по ходу движения столкнувшихся транспортных средств. Отсутствуют фотографии с видом следов сдвига колес при перемещении транспортных средств после удара, осыпи, грязи и т.д. под автомобилями (в том числе, после их эвакуации), а также фотографии с видом повреждений каждого из транспортных средств после их разъединения. В связи с этим не представляется возможным решить вопросы о координатах мест столкновения каждого из транспортных средств, как проекции точек на проезжую часть, где вступали в первичный контакт соударяющиеся поверхности транспортных средств; о взаимном расположении транспортных средств, как относительно друг друга, так и относительно границ проезжей части в момент каждого столкновения, о количестве и последовательности столкновений транспортных средств; о там маневрировал ли вправо / пересекал ли траекторию движения автомобиля <данные изъяты> водитель автомобиля <данные изъяты> перед столкновением с автомобилем <данные изъяты> (версии водителей указанных транспортных средств противоречивы по существу), о состоятельности / несостоятельности версии каждого водителя (в частности, находились в движении или стояли автомобили <данные изъяты> до момента столкновения автомобилей <данные изъяты>, а также имело ли место столкновение какого-либо из автомобилей <данные изъяты> до момента столкновения <данные изъяты>. С учетом изложенного исследование проведено экспертом по версии каждого из водителей.

В дальнейшем, после проведения экспертизы, истцом были представлены дополнительные доказательства по делу: фотографии с места столкновения, видеозапись с видеорегистратора, который был установлен на автомобиле марки <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, находившемся под управлением водителя ФИО6, также в качестве свидетелей допрошены очевидец ДТП ФИО12 и участник ДТП ФИО13

При этом, из показаний свидетеля ФИО12, допрошенного в судебном заседании 08.05.2017, усматривается, что утром 20.03.2017 он, закончив работу в ночную смену, возвращался с работы и видел колонну автомобилей перед КПП, а также, как в автомобиль <данные изъяты> въехал автомобиль <данные изъяты> синего цвета, находившейся под управлением ответчика. При этом в момент ДТП все автомобили, кроме КИА стояли на месте (л.д. 181).

Допрошенный в том же судебном заседании свидетель ФИО13 показал, что 20.03.2017 он ехал на работу на автомобиле <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты>, после того, как он остановился в очереди на КПП, и простоял в ней около одной минуты, в автомобиль, которым он управлял, въехал автомобиль, находившийся под управлением ответчика. Никаких маневров в момент ДТП ФИО13 не совершал (л.д. 182).

У суда отсутствуют основания не доверять показаниями указанных свидетелей, поскольку они последовательны, не противоречат друг другу, объяснениям других участников ДТП и не опровергаются другими собранными по делу доказательствами.

При таком положении, утверждение ФИО2 о том, что водителя ФИО13 внезапно выехал перед ней (подрезал), в результате чего произошло столкновение, - не нашло подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Одновременно, в связи с предоставлением новых доказательств по делу определением суда от 26.07.2018 по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Центр судебной экспертизы».

Согласно выводам, содержащимся в Заключении эксперта № 511/13 от 09.07.2018, составленном экспертом <данные изъяты>» ФИО14 по результатам судебной автотехнической экспертизы, версии водителей ФИО18, ФИО7, ФИО6 и свидетеля ФИО8 не имеют внутренних противоречий, не противоречат друг другу и представленным для исследования материалам. Версия водителя ФИО19 имеет внутренние противоречия, не соответствует видеозаписи с места ДТП, противоречит объяснениям других участников ДТП и свидетеля ФИО8. Вне зависимости от вариантов развития дорожно-транспортной ситуации (далее – ДТС) в действиях водителя ФИО19 имеются несоответствия требованиям пунктов 1.3, 2.7 ПДД РФ. По версиям водителей ФИО18, ФИО7, ФИО6 и свидетеля ФИО22, водитель ФИО19 имела возможность избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты> при выполнении требований пунктов 9.10, 10.1 ПДД РФ, в ее действиях имеются несоответствия требованиям данных пунктов ПДД РФ. Водитель ФИО18 не имел технической возможности предотвратить рассматриваемое столкновение, в его действиях несоответствий требованиям ПДД РФ не усматривается. По версии водителя ФИО19 в ее действиях имеются несоответствия требованиям пунктов 9.10, 10.1 ПДД РФ, в результате которых столкновение с транспортным средством, находящимся перед ее автомобилем было неизбежно. В действиях водителя ФИО18 имеется несоответствие требованиям пункта 8.1 ПДД РФ, однако контакт автомобиля <данные изъяты> с автомобилем <данные изъяты>, даже в случае, если бы ФИО18 «не подрезал, резко не перестроился», а его автомобиль находился перед автомобилем ФОРД был неизбежен. Водители ФИО6 и ФИО7 не имели технической возможности предотвратить рассматриваемой ДТП, в их действиях несоответствий требованиям ПДД РФ не усматривается.

Данное заключение эксперта в полном мере отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного в ходе экспертизы исследования, изложенные в нем выводы полностью соответствуют исследовательской части Заключения и не оспорены ответчиком на основе отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств.

При этом, версия водителя ФИО9 имеет внутренние противоречия, не соответствует видеозаписи с места ДТП, противоречит объяснениям других участников ДТП и показаниями свидетеля ФИО8, суд приходит к выводу о недоказанности данной версии.

Версия водителя ФИО1, напротив, внутренних противоречий не содержит, соответствует объяснениям других участников ДТП, подтверждается показаниями свидетеля ФИО8 и не опровергается иными собранными по делу доказательствами.

При таких обстоятельствах суд считает установленным, что ДТП от 20.03.2017 произошло по вине ответчика ФИО2, в результате нарушения ею требований пунктов 9.10, 10.1 ПДД РФ, а потому, в соответствии со статьями 1064, 1079 ГК РФ, ответственность за причиненный в результате ДТП от 20.03.2017 ущерб подлежит возложению на ответчика.

В то же время, на момент указанного ДТП риск гражданской ответственности ФИО2 по договору ОСАГО был застрахован в <данные изъяты>», которое выплатило истцу страховое возмещение в размере 400 000 рублей.

Вместе с тем, разрешая требование истца о взыскании с ответчика ФИО2 возмещения ущерба, суд руководствуется статьей 15 ГК РФ, в соответствии с которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем объеме, статьей 1064 ГК РФ, устанавливающей, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, статьёй 1079 ГК РФ, статьей 1072 ГК РФ, в соответствии с которой юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

При этом, согласно Заключению эксперта от 09.08.2018, составленному экспертом <данные изъяты>» ФИО15 по результатам проводившейся в рамках настоящего дела судебной товароведческой экспертизы (том II л.д. 2-45), восстановительный ремонт автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный номерной знак <данные изъяты> с целью устранения повреждений, полученных в результате ДТП, имевшего место 20.03.2017, с экономической точки зрения нецелесообразен. Рыночная стоимость восстановительного ремонта данного автомобиля, необходимого для устранения повреждений, возникших в результате вышеназванного ДТП, с учетом износа составляет 1 136 536,58 рубля, без учета износа – 1 437 093,74 рубля; рыночная стоимость указанного автомобиля на день ДТП – 20.03.2017, в неповрежденном состоянии составляет 885 225 рублей, рыночная стоимость годных остатков этого автомобиля, оставшихся после его повреждения в ДТП, имевшем место 20.03.2017, составляет 208 031,42 рубля.

Данное Заключение эксперта составлено в строгом соответствии с требованиями статьи 86 ГПК РФ, и не оспорено сторонами на основе отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств, а потому, при определении размера ущерба, причиненного истцу в результате ДТП от 20.03.2017, суд исходит из выводов, содержащихся в данном Заключении эксперта.

Таким образом, общий размер ущерба, причиненного истцу в результате ДТП от 20.03.2017, составляет 677 193,58 рубля (885 225 – 208 031,42). Часть из этой суммы в размере 400 000 рубля возмещена истцу <данные изъяты>». Оставшаяся часть ущерба в размере 277 193,58 рубля (677 193,58 – 400 000), до настоящего времени истцу не возмещена.

В связи с этим, поскольку выплаченное <данные изъяты>» в пределах лимита своей ответственности страховое возмещение недостаточно для полного возмещения причинённых истцу в результате ДТП убытков, руководствуясь статьей 1072 ГК РФ, суд приходит к выводу об обоснованности требования истца о взыскании с ответчика ФИО2 в счет возмещения убытков 277 193,58 рубля.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В то же время, срок исполнения обязательства по возмещению причиненного имущественного вреда действующим законодательством не установлен, между сторонами соглашение, устанавливающее такой срок, не достигнуто. Между тем, неправомерность удержания денежных средств возникает с момента возникновения у ответчика обязанности по уплате этих денежных средств.

При этом в соответствии с частью 2 статьи 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства.

Как усматривается из материалов дела, 11.07.2017 ФИО1 направила в адрес ФИО2 претензию с требование о возмещении причиненного в результате ДТП ущерба (почтовый идентификатор 19112304421240) (том I л.д. 60А, 61). Согласно сведениям, содержащимся на сайте <данные изъяты>» письмо с указанной претензией получено ФИО2 21.07.2017 (том II л.д. 59). Таким образом, в соответствии с частью 2 статьи 314 ГК РФ, требование истца о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП в размере 277 193,58 рубля должно было быть исполнено ответчиком не позднее 28.07.2017. Таким образом, с 29.07.2017 ответчиком удерживались денежные средства истца в указанном размере неправомерно. В связи с этим период, за который с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами, следует исчислять с 28.07.2017, а не как указано истцом – с 20.03.2017.

Размер процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 28.07.2017 по 11.09.2018 составит 24 652,90 рубля, согласно следующему расчету: 277 193,58 Х 51 Х 9 / 100 / 360 + 277 193,58 Х 42 Х 8,5 / 100 / 360 + 277 193,58 Х 49 Х 8,25 / 100 / 360 + 277 193,58 Х 56 Х 7,75 / 100 / 360 + 277 193,58 Х 42 Х 7,5 / 100 / 360 + 277 193,58 Х 170 Х 7,25 / 100 / 360, где 277 193,58 рубля – сумма неправомерно удерживаемых ответчиком денежных средств, 51, 42, 49, 56, 42, 170 – количество дней в периодах, на которые Банком России были установлены соответствующие ключевые ставки, 9%, 8,5%, 8,25%, 7,75%, 7,50%, 7,25% - ключевые ставки, установленные Банком России на соответствующие периоды.

В связи с частичным удовлетворением иска ФИО1, в соответствии со статьями 94, 96, 98, 100 ГПК РФ с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию судебные расходы на оплату услуг по оценке ущерба, судебной экспертизы, на оплату услуг представителя.

Устанавливая размер подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца судебных расходов, суд исходит из того, что требования истца удовлетворены на 61 %, согласно расчету: (277 193,58 + 24 652,90) / (458 000 + 33 618,26), где: (277 193,58 + 24 652,90) – сумма удовлетворенной части иска ФИО1, (458 000 + 33 618,26) – сумма заявленных истцом требований.

В связи с рассмотрением настоящего дела истцом понесены следующие расходы: на оплату услуг по оценке ущерба – 7000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы – 17 400 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей. Факт несения истцом этих расходов подтверждается квитанциями (том I л.д. 19, 62), Договором оказания услуг от 30.06.2017 (том I л.д. 62А), платежным поручением (том I л.д. 210).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг по оценке ущерба в размере 4 270 рублей (7000 Х 61 /100), расходы на оплату судебной экспертизы в размере 10 614 рублей (17 400 Х 61 /100), расходы на оплату услуг представителя в размере 12 200 рублей (20 000 Х 61 / 100).

Устанавливая размер возмещения расходов на оплату услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца, пропорционально удовлетворенной части иска, суд принимает во внимание разъяснения, содержащиеся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Кроме того, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере, подлежащем оплате при цене иска 301 846,48 рубля (277 193,58 + 24 652,90), составляющем в соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, 6218 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1, - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 277 193 рубля 58 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 29.07.2017 по 11.09.2018 в размере 24 652 рубля 90 копеек, расходы по оплате услуг по оценке ущерба в размере 4 270 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 10 614 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 12 200 рублей, и расходы по оплате госпошлины в размере 6218 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья: