Апелляционное постановление № 22К-1505/2026 от 24 марта 2026 г.

Судья Гузеева Ю.А. Дело № 22К-1505-2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 25 марта 2026 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего Шестаковой И.И.,

при секретаре судебного заседания Пермяковой Т.В.,

с участием:

прокурора Телешовой Т.В.,

следователя Г.,

адвоката Волегова Д.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи дело по апелляционной жалобе адвоката Волегова Д.А. в защиту интересов обвиняемой К. на постановление Свердловского районного суда г. Перми от 19 марта 2026 года, которым

К., родившейся дата в ****,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 13 суток, то есть до 2 мая 2026 года;

ходатайство стороны защиты об избрании более мягкой меры пресечения, оставлено без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Шестаковой И.И., изложившей содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы адвоката Волегова Д.А. в защиту интересов обвиняемой К., выступления адвоката Волегова Д.А. и обвиняемой К. по доводам жалобы, мнение прокурора Телешовой Т.В. об оставлении решения суда без изменения, следователя Г., поддержавшей позицию прокурора об оставлении постановления без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

19 января 2023 года следователем по ОВД СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю возбуждено уголовное дело № 12301570023000038 по факту мошенничества, что неустановленные лица в период с 2018 года по июнь 2022 года незаконно возместили из бюджета РФ налог на доходы физических лиц на сумму не менее 250000 рублей, в крупном размере, путем предоставления подложных документов в ИФНС России по Свердловскому району, расположенной в <...>, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.

В связи с хищением по аналогичной схеме денежных средств, выделяемых из консолидированного бюджета Российской Федерации, были возбуждены следственными органами еще ряд уголовных дел: **, **, **, **, **, **, **, **, **, **, ** **, **, **, ** по ч. 4 ст. 159 УК РФ, и ** по ч. 3 ст. 30, ч.4 ст. 159 УК РФ.

Постановлениями от 18 сентября 2025 года и 17 марта 2026 года все уголовные дела соединены в одно производство, присвоен **.

Всего на настоящий период в одно производство соединено 49 уголовных дел.

По уголовному делу привлечено 14 фигурантов, члены организованной группы привлекли в качестве лиц, от имени которых подавались налоговые декларации с подложными документами – не менее 23 человек, причинен ущерб бюджету РФ на сумму не менее 1960000 рублей, в крупном размере.

Срок предварительного следствия неоднократно продлевался руководителями следственного органа, в том числе:

24 октября 2025 года заместителем начальника Следственного департамента МВД России В. на 3 месяца, всего до 35 месяцев, то есть до 2 февраля 2026 года.

22 января 2026 года заместителем начальника Следственного департамента МВД России В. на 3 месяца, всего до 38 месяцев, то есть по 2 мая 2026 года.

17 сентября 2025 года, 08:55, К. задержана по подозрению в совершении преступления, то есть в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ.

В этот же день допрошена в качестве подозреваемой, отрицала причастность к инкриминируемому деянию.

18 сентября 2025 года по постановлению следователя из-под стражи освобождена.

В присутствии адвоката допрошена в качестве подозреваемой 10, 16 и 17 марта 2026 года, не признавала причастность к инкриминируемым деяниям.

Повторно в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ К. задержана 19 марта 2026 года, 10:45.

В этот же день в присутствии адвоката:

ей предъявлено обвинение по ч. 4 ст. 159 УК РФ (21 преступление), ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ;

допрошена в качестве обвиняемой, от дачи показаний отказалась по причине большого объема обвинения, необходимости изучения и изложения позиции по предъявленному обвинению.

19 марта 2026 года следователь отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю Г. с согласия руководителя следственного органа – временно исполняющего обязанности заместителя начальника ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю С. обратилась в Свердловский районный суд г. Перми с ходатайством об избрании в отношении обвиняемой К. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением Свердловского районного суда г. Перми от 19 марта 2026 года принято вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе адвокат Волегов Д.А., действующий в защиту интересов обвиняемой К., находит постановление суда незаконным и необоснованным, не соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, просит отменить и избрать подзащитной более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста, залога или запрета определенных действий. В обоснование доводов указывает, что суд без достаточных к тому оснований избрал его подзащитной самую строгую меру пресечения. Полагает, что судом не учтены данные о ее личности. Между тем она впервые привлекается к уголовной ответственности, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, постоянное место жительства и регистрации, трудоустроена, характеризуется положительно, не намерена воспрепятствовать производству по делу, обязуется являться по вызовам следователя и суда. Доказательств, опровергающих эти доводы, в материалах дела, не имеется. Ссылки суда, что обвиняемая может скрыться, оказать давление на свидетелей, иным образом воспрепятствовать производству по делу являются предположением. Полагает, что явка его подзащитной к следователю может быть обеспечена в рамках более мягких вышеуказанных мер пресечения. Также обращает внимание на неэффективную организацию предварительного расследования, что срок предварительного следствия неоднократно продлевался, в чем усматривает волокиту по делу, чему суд не дал должной оценки.

В суде апелляционной инстанции адвокат поддержал доводы жалобы. Обращает внимание, что его подзащитная была задержана в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ в 10:45 мин. В этот же день в вечернее время проведено судебное заседание, и только в 22:00 она доставлена СИЗО. Все это время она не была обеспечена, ни водой, ни едой, расценивает эти обстоятельства как существенное нарушение прав его подзащитной и требований УПК РФ, фактически как пытку. Считает незаконным задержание его подзащитной 17 сентября 2025 года в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ. При этом со стороны следователя и Х. на К. было оказано давление. В результате поданной жалобы, которая была удовлетворена, подзащитная была освобождена из-под стражи, а Х. отведена на полгода. После повторного задержания на К. со стороны следствия вновь оказывается давление, путем существенного увеличения объема обвинения и заключения К. под стражу, чтобы склонить ее к оговору фигуранта по делу и самооговору. Между тем его подзащитная не признавала и не признает вину. На протяжении всего времени подзащитная никуда не скрывалась, продолжала проживать в г. Перми, и в этой части доводы следователя и суда, что она может скрыться, оказать давление на свидетелей по делу, голословны и ничем не подтверждены. По этим фактам служебных рапортов нет, проверка не проводилась. Расценивает это, как искусственное создание условий для того, чтобы К. была заключена под стражу. Обращает внимание, что его подзащитную в случае избрания домашнего ареста, запрета определенных действий - готов содержать ее муж, а также он может внести залог в размере не менее 500000 рублей. Не учел суд и наличие на иждивении подзащитной несовершеннолетний ребенок, а также ее состояние здоровья. Обращает внимание, что, несмотря на то, что обвинение К. было предъявлено 19 марта 2026 года, однако до настоящего времени допрос ее в качестве обвиняемой не произведен. Сторона защиты ходатайствовала лишь о небольшом перерыве, но их письменное заявление не рассмотрено до сих пор, от дачи показаний подзащитная не отказывалась.

Обвиняемая К. поддержала доводы жалобы и пояснения адвоката в суде апелляционной инстанции, также считает свое задержание в сентябре 2025 года и 19 марта 2026 года в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ незаконным, расценивает как способ оказать на нее давление и склонить к даче ложных показаний против подруги и самооговору. За две недели до задержания в 2026 году следователь и ее руководитель вызывали ее, и заставляли дать показания против подруги, при отказе угрожали заключением под стражу. Однако, она ни к одному из инкриминируемых ей деяний непричастна, причина ее преследования правоохранительными органами, ей неизвестна, никакого влияния на фигурантов и свидетелей по делу не оказывала, с ними незнакома. Обращает внимание на наличие на ее иждивении несовершеннолетнего сына, судьба которого в настоящее время ей неизвестна. Просит избрать домашний арест, запрет определенных действий или залог, обязуется проживать по месту жительства, не скрываться, своевременно являться к следователю и в суд, не оказывать влияние на участников по уголовному делу.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд приходит к следующему.

Доводы стороны защиты о необходимости отмены постановления суда в отношении обвиняемой и избрании К. более мягкой меры пресечения, не могут быть признаны обоснованными, поскольку принимая решение по ходатайству следователя, суд руководствовался положениями УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 97 УПК РФ, суд вправе избрать подозреваемому или обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу при наличии достаточных оснований полагать, что он скроется от дознания, предварительного следствия или суда; может продолжить заниматься преступной деятельностью; может угрожать потерпевшему, свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В силу ч. 1 ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 настоящего Кодекса, должны учитываться также тяжесть преступления, его совершение с применением насилия либо с угрозой его применения, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Согласно ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Порядок применения меры пресечения по делу в отношении К. соблюден.

Постановление о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу составлено уполномоченным на то должностным лицом – следователем отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю Г., в производстве которой находится уголовное дело, с согласия руководителя следственного органа – временно исполняющего обязанности заместителя начальника ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю С., в рамках возбужденного уголовного дела и, соответствует требованиям ст. 108 УПК РФ.

Суд первой инстанции проверил наличие достаточности данных об имевших место событиях 22 преступлений, все тяжкие, из них по ч. 4 ст. 159 УК РФ (21 преступление) и по ч.3 ст. 30, ч.4 ст. 159 УК РФ, обоснованности выдвинутого против нее подозрения и обвинения.

При этом суд учел, что следователь не смог закончить предварительное следствие, поскольку это связано с необходимостью проведения ряда следственных и процессуальных действий, что по делу необходимо: допросить не менее 8 свидетелей, осмотреть электронные носители, изъятые в ходе обысков, проанализировать полученные сведения и принять по ним решения, провести не менее 3 очных ставок между фигурантами, истребовать заключение судебной почерковедческой экспертизы (назначена 19 декабря 2025 года), выполнить иные следственные и процессуальные действия, в которых возникнет необходимость, предъявить окончательное обвинение фигурантам.

Также принял во внимание особую сложность дела, которая обусловлена количеством уголовных дел, объединенных в одно производство (49) и фигурантов (13 человек), обстоятельствами совершения преступлений в составе организованной группы в течение длительного периода времени, относящихся к категории тяжких (22 преступления в отношении К.), сложным процессом доказывания преступной деятельности, тщательно спланированной схемой совершения преступлений, необходимостью производства большого количества процессуальных и следственных действий, в том числе осмотром значительного объема сведений, представленных на электронных и бумажных носителях (на данный период следствия порядка 273 налоговых деклараций в отношении 75 физических лиц, большим количеством экспертиз (8 комплексных судебных медицинских экспертиз, 40 почерковедческих судебных экспертиз), на что требуется время, объем уголовного дела 94 тома, 3 коробки вещественных доказательств). При этом по делу продолжаются оперативно-розыскные мероприятия в целях установления всех фигурантов и лиц, причастных к преступлениям, выявления новых эпизодов преступной деятельности.

Помимо этого учел, что срок предварительного следствия продлен до 38 месяцев, то есть по 2 мая 2026 года. При наличии вышеуказанных обстоятельств суд посчитал обоснованным, что испрашиваемый следователем срок содержания обвиняемой К. под стражей является разумным, не выходящим за рамки установленного срока предварительного следствия, и принял решение об его избрании на 1 месяц 13 суток.

Данных о неэффективном проведении предварительного следствия, а также о том, что по делу допущена волокита, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Сама по себе длительность предварительного следствия, количество проведенных следственных действий не являются свидетельством нарушения положений ст. 6.1 УПК РФ, поскольку в данном случае они связаны с характером и фактическими обстоятельствами расследуемых преступлений, их количеством, проведением следственных и процессуальных действий, количеством фигурантов, на что требуется определенное время. Кроме того, уголовно-процессуальным законом на досудебной стадии производства по делу предусмотрено проведение различных следственных и процессуальных действий, в которых обвиняемый не участвует.

Выводы суда о необходимости избрания обвиняемой меры пресечения в виде заключения под стражу соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу.

При рассмотрении ходатайства следователя свое решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу суд мотивировал не только тяжестью и объемом обвинения (инкриминировано 22 преступлений, все тяжкие, из них 21 оконченное и одно покушение), но и учел все конкретные обстоятельства по делу, наступившие последствия, этап расследования уголовного дела, что по делу идет активный сбор доказательств, и К. задержана в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, ей предъявлено обвинение. Также учел данные о ее личности, что на момент совершения преступлений, в которых обвиняется, являлась гражданкой РФ, состоит в браке (со слов обвиняемой с 28 августа 2025 года), имеет постоянное место жительства и регистрации в г. Перми, официально трудоустроена и имеет официальный доход, на иждивении несовершеннолетний сын (Т. - дата рождения).

Помимо этого, принял во внимание, что К. знакома со свидетелями и фигурантами по делу, по версии следствия является организатором и руководителем преступной группы. Кроме того, представленные следствием материалы подтверждают, что со стороны обвиняемой усматриваются действия по ее препятствованию производству следствия, поскольку ею принимались меры к уничтожению доказательств, она оказывала воздействие на свидетелей, давала им указания, какие показания давать, вырабатывала с ними общую тактику для дачи выгодных ей показаний, предупреждала заинтересованных лиц о проведении в отношении них определенных мероприятий, в том числе обысков в жилище, давала указания, каким образом нужно себя вести и какие объяснения давать, что следует из представленных рапортов от 18 марта 2026 года и показаний свидетеля Н. от 16 марта 2026 года.

Совокупность данных, указанных в обжалуемом решении, характер и объем предъявленного обвинения, конкретные обстоятельства по делу, этап расследования уголовного дела, - давали суду достаточные основания полагать, что, в случае применения более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, находясь на свободе, К. может скрыться от органов следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, продолжить препятствовать следствию в производстве по уголовному делу, а также иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Выводы суда основаны на представленных суду органом следствия материалах, которые были исследованы в ходе судебного заседания.

Обсуждая ходатайство следователя, суд проверил причастность К. к инкриминируемым ей деяниям. В представленных суду органами предварительного расследования материалах содержатся достаточные данные, дающие разумные основания органам следствия полагать о возможной причастности ее к 22 тяжким преступлениям, связанным с хищением денежных средств из консолидированного бюджета Российской Федерации путем обмана, в составе организованной группы, в которых она обвиняется, что является необходимым условием законности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу.

Исходя из материалов дела и обстоятельств, изложенных в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, из текста которого следует, что инкриминируемые К. деяния не связаны с осуществлением предпринимательской деятельности, понятие которой определено в ст. 2 ГК РФ, в связи с чем, основания для применения положений ч.1.1 ст. 108 УПК РФ к К. отсутствуют. При этом требования, предусмотренные ч. 3.1 ст. 108 УПК РФ, что преступления, в которых К.. обвиняется не связаны с осуществлением ею предпринимательской деятельности, в материалах, представленных следователем, содержатся.

Что касается оценки доказательств на предмет их достоверности и достаточности для вывода о виновности либо невиновности К., а также правильности квалификации ее действий, то она может быть произведена лишь при рассмотрении уголовного дела по существу.

В части порядка предъявления К. обвинения, то оно ей было предъявлено в присутствии адвоката 19 марта 2026 года, в 11:10, в тот же день в период 11:15-11:20 в присутствии адвоката она была допрошена в качестве обвиняемой. То, что она с учетом объема предъявленного обвинения ходатайствовала о предоставлении времени для подготовки и изложении позиции по обвинению позднее, не может быть расценено, что она не была допрошена в качестве обвиняемой, и что такой допрос не производился. Никаких нарушений порядка предъявления обвинения и допроса обвиняемой, вопреки доводам стороны защиты, не установлено.

Суд обоснованно исходил из того, что оснований для отказа в ходатайстве и избрания более мягкой меры пресечения не имеется, а обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, предусмотренные ст. ст. 97 и 99 УПК РФ, судом установлены.

Также следует отметить, что при принятии решения суд первой инстанции учитывал данные о личности обвиняемой, ее семейное положение, наличие несовершеннолетнего ребенка, и другие обстоятельства, которые она сообщила о себе. Указанные данные о личности К., об условиях жизни ее семьи и близких родственников, что сын проживает не только в РФ, но часто выезжает за пределы РФ, проживает у родственников, изучает много языков, проходит стажировку (что следует из пояснений обвиняемой в суде апелляционной инстанции).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что из пояснений следователя в суде апелляционной инстанции усматривается, что местонахождение несовершеннолетнего сына обвиняемой устанавливалось, он находится за пределами РФ. В этой части пояснения следователя соотносятся с пояснениями обвиняемой о частых выездах ее сына за пределы РФ, в том числе на стажировку, в связи с освоением языков, где он проживает у родственников.

Таким образом, несовершеннолетний Т. дата рождения, после задержания матери К. не остался без надзора, следователем приняты меры по установлению его местонахождения. Также следует отметить, что у несовершеннолетнего есть отец, который не лишен родительских прав, проживает в РФ, как пояснила обвиняемая, в связи с чем, ребенок может быть передан родному отцу, а также в г. Перми проживает его бабушка, то есть без опеки и материнской поддержки он не остался. Оснований сомневаться в достоверности этих обстоятельств у суда апелляционной инстанции, не имеется.

Все данные, сообщенные суду первой инстанции обвиняемой о себе и своей семье, были учтены им при принятии решения в должной мере.

Мотивированный вывод суда о невозможности применения к К. иной меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, в том числе в виде залога, домашнего ареста, подписки о невыезде и запрета определенных действий, суд апелляционной инстанции находит правильным, поскольку он основан на материалах дела, представленных в обоснование ходатайства следователем, в производстве которого находится уголовное дело. При этом принял во внимание, что по версии следствия, в преступную группу, созданную, в том числе К., входят лица из числа ее близких знакомых и родственников (супруг, близкая подруга, двоюродный брат, племянниц).

Оснований для изменения К. меры пресечения на другую, не связанную с заключением под стражу, не имеется, поскольку иная мера пресечения не обеспечит надлежащего поведения обвиняемой в период предварительного расследования.

При таких обстоятельствах выводы суда о необходимости избрания в отношении К. меры пресечения в виде заключения под стражу, в постановлении суда надлежащим образом мотивированы и основаны на представленных следователем материалах дела, подтверждающих обоснованность принятого решения, с учетом данных о личности обвиняемой, характера и тяжести преступлений, в которых она в настоящее время обвиняется, объема обвинения.

Доводы стороны защиты о наличии у обвиняемой регистрации и постоянного места жительства, официального дохода, что состоит в браке, положительно характеризуется, имеет несовершеннолетнего ребенка, обязуется проживать по месту регистрации и жительства, не скрываться, своевременно являться по вызову к следователю и в суд, не оказывать влияния на фигурантов и свидетелей по делу - не могут являться препятствием для избрания ей меры пресечения в виде заключения под стражу, а также не исключают возможность совершения К. действий, указанных в пп. 1, 2, 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, и не являются в этой связи обстоятельствами, требующими отмены или изменения избранной в отношении К. меры пресечения.

Совокупность установленных судом обстоятельств свидетельствует о крайне высоком риске неблагонадежного поведения обвиняемой на данном этапе расследования уголовного дела, что может воспрепятствовать интересам правосудия.

Представленные следователем данные, характеризующие личность обвиняемой, учитывая данный этап расследования уголовного дела, а также данные, сообщенные К. о себе, в том числе в суде апелляционной инстанции, не свидетельствуют о том, что она не может содержаться под стражей.

Документов, свидетельствующих о наличии у обвиняемой заболеваний, препятствующих ее содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержится и суду апелляционной инстанции не представлено.

В судебном заседании вопрос о его состоянии здоровья, о наличии у нее хронических заболеваний, также являлся предметом рассмотрения. Установлено, что при задержании и заключении под стражу она была обследован медицинским работником. Из пояснений обвиняемой в суде апелляционной инстанции усматривается, что за медицинской помощью по месту содержания не обращалась. Каких-либо документальных сведений об отсутствии возможности оказания ей необходимой медицинской помощи по месту ее содержания под стражей, суду апелляционной инстанции не представлено. Из ее пояснений следует, что отказа в предоставлении медпомощи она не получал. Документов, свидетельствующих о наличии у К.. заболеваний, предусмотренных постановлением Правительства Российской Федерации от 14 января 2011 года № 3 (в редакции от 5 декабря 2025 года № 1991) «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», препятствующих ее содержанию в условиях следственного изолятора, в материалах дела не содержится и суду апелляционной инстанции не представлено.

Документов и сведений о том, что за время содержания под стражей существенно ухудшилось состояние здоровья обвиняемой суду первой и апелляционной инстанции также не представлено.

Каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих об угрозе в настоящее время для жизни и здоровья К. в условиях следственного изолятора, не имеется и суду апелляционной инстанции не представлено.

Процедура рассмотрения судом вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, судебное заседание проведено с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Из протокола судебного заседания видно, что судебное заседание начато 19 марта 2026 года в 16:50, окончено в 18:30, эти данные опровергают доводы стороны защиты о проведении судебного заседания поздно вечером.

Задержание К. в качестве подозреваемой по уголовному делу произведено 17 сентября 2025 года с соблюдением ст.ст. 91, 92 УПК РФ, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ в составе группы лиц, мошенничество – незаконной возмещение НДФЛ.

По постановлению от 18 сентября 2025 года из под стражи освобождена.

Что касается задержания в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ К. 19 марта 2026 года, 10:45, последующее проведение с нею следственных действий, в том числе предъявление обвинения, рассмотрение судом ходатайства следователя об избрании в отношении обвиняемой меры пресечения в виде заключения под стражу - не свидетельствует о применении пыток, жестокого и унижающего достоинство обращения, а обусловлено порядком проведения следственных и процессуальных действий, обстоятельствами, связанными с конвоированием обвиняемой, судебным разбирательством, на что требуется время.

Иные доводы стороны защиты на решение вопроса о законности постановления не влияют и основаниями для его отмены не являются.

Решение суда соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе ст. 108 УПК РФ, не противоречит Конституции Российской Федерации.

Вместе с тем, постановление суда подлежит изменению в части указания срока, на который была продлена мера пресечения.

В соответствии с положениями п. 1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, в срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого.

Согласно положениям ч. 12 ст. 109 УПК РФ, в случае повторного заключения под стражу подозреваемого или обвиняемого по тому же уголовному делу, а также по соединенному с ним или выделенному из него уголовному делу, срок содержания под стражей исчисляется с учетом времени, проведенного подозреваемым, обвиняемым под стражей ранее.

Так, из материалов дела установлено, что К. первоначально была задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении инкриминируемого ей преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ 17 сентября 2025 года, после чего 18 сентября 2025 года была освобождена из-под стражи.

Повторно задержана в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ в присутствии защитника 19 марта 2026 года по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159 УК РФ.

Принимая решение 19 марта 2026 года о заключении обвиняемой под стражу суд указал срок избрания - 1 месяц 13 суток, то есть до 2 мая 2026 года, при этом исходил из даты задержания 19 марта 2026 года. Вместе с тем, поскольку К. ранее была задержана в качестве подозреваемой и содержалась под стражей с 17 по 18 сентября 2025 года, то данный срок в соответствии с вышеприведенными положениями уголовно-процессуального закона подлежит учету. Соответственно, следует считать избранной меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 13 суток, то есть по 29 апреля 2026 года включительно, или до 30 апреля 2026 года, а не до 2 мая 2026 года, как указал суд.

Каких-либо иных оснований для вмешательства в решение суда, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.13-14, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Свердловского районного суда г. Перми от 19 марта 2026 года в отношении К. изменить.

Считать избранной меру пресечения в виде заключения под стражу К. на срок 1 месяц 13 суток, то есть до 30 апреля 2026 года.

В остальном постановление суда оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Волегова Д.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Челябинск), с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья подпись