Апелляционное определение № 22-298/2026 от 8 апреля 2026 г.

Судья Журавлёва В.С. Дело № 22-298/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Томск 09 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующего судьи Бульдович О.Н.,

судей Ильиной Е.Ю., Вельтмандера А.Т.,

при секретарях Каличкине С.Н., Никитиной А.М., секретаре (помощнике судьи) М.,

с участием прокуроров отдела прокуратуры Томской области Ваиной М.Ю., ФИО1,

осужденного ФИО2 и в защиту его интересов адвоката Князькова В.А.,

осужденного ФИО3 и в защиту его интересов адвоката Стороженко А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам и дополнениям к ним осужденного ФИО2 и в защиту его интересов адвоката Холодова А.В., осужденного ФИО3 и в защиту его интересов адвоката Стороженко А.В. на приговор Кировского районного суда г. Томска от 05 ноября 2025 года, которым

ФИО2, родившийся /__/, не судимый,

осужден по пп «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере десятикратной суммы взятки, то есть в размере 6450000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий, сроком на 3 года; по п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ к 7 годам лишения свободы со штрафом в размере десятикратной суммы взятки, то есть в размере 750000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий, сроком 3 года.

В соответствии с чч.3,4 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных основного и дополнительного наказания окончательно ФИО2 назначено наказание в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 7000000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий, сроком на 4 года.

Срок наказания в виде лишения свободы ФИО2 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде заключения под стражу, с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

На основании п. «а» ч.31 ст.72 УК РФ зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей в порядке задержания и меры пресечения с 30 августа 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета: один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий, исчислен со дня освобождения ФИО2 из исправительного учреждения.

В соответствии с ч.2 ст.71 УК РФ наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

ФИО3, родившийся /__/, не судимый,

осужден по пп «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере пятнадцатикратной суммы взятки, то есть в размере 9675000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий, сроком на 5 лет.

Срок наказания в виде лишения свободы ФИО3 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде заключения под стражу, с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

На основании п. «а» ч.31 ст.72 УК РФ зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО3 под стражей в порядке задержания и меры пресечения с 30 августа 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета: один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий, исчислен со дня освобождения ФИО2 из исправительного учреждения.

В соответствии с ч.2 ст.71 УК РФ наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

На основании ч.1 ст.1042 УК РФ постановлено конфисковать в доход государства у ФИО2 денежную сумму в размере 252500 рублей, у ФИО3 – денежную сумму в размере 215000 рублей.

Арест, наложенный постановлением Кировского районного суда г. Томска от 15 декабря 2023 года на имущество ФИО2, ФИО3, сохранен до исполнения приговора в части дополнительного наказания в виде штрафа и конфискации.

В порядке ст.81 УПК РФ разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденного ФИО2 и в защиту его интересов адвоката Князькова В.А., осужденного ФИО3 и в защиту его интересов адвоката Стороженко А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Ваиной М.Ю., полагавшей необходимым приговор суда оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб - без удовлетворения, судебная коллегия

установила:

приговором Кировского районного суда г. Томска от 05 ноября 2025 года ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в получении должностным лицом через посредника взятки в виде денег за совершение незаконных действий (бездействия), входящих в их служебные полномочия, и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, а также за попустительство по службе, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Кроме того, ФИО2 признан виновным в получении должностным лицом через посредника взятки в виде денег в значительном размере за совершение незаконных действий (бездействие), входящих в его служебные полномочия, и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию) в пользу взяткодателя, группой лиц по предварительному сговору.

Преступления совершены с 01 января 2020 года по 30 августа 2023 года и с сентября 2020 года по 07 июня 2022 года в г. Томске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении указанных преступлений полностью признал, ФИО3 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым. Указывает, что судом при назначении наказания не в полной мере учтены положения ст.6, 60 УК РФ. С первого дня задержания он полностью признал свою вину, искренне раскаялся в содеянном. Он не пытался уйти от уголовной ответственности, выдумывая истории о своей непричастности, не стал перекладывать вину на иных лиц, в том числе на руководителей организации. Имея специальное образование в /__/, огромный опыт (более 22 лет) и специфические познания законодательства в области /__/, он оказывал следствию активную помощь в расследовании уголовного дела, изобличал лиц, причастных к совершению преступления, подтверждал свои показания на очных ставках. Следователь Ш. подтвердил его активную помощь в расследовании дела. На протяжении всего производства он ни разу не изменил признательную позицию по обоим эпизодам, подтвердив свои признательные показания, то же самое он сделал и в судебных заседаниях по делам, выделенным в отдельное производство. Отмечает, что с учетом применения в отношении него положения ч.1 ст.62 УК РФ ему назначено максимально возможное наказание в виде 8 лет лишения свободы, при этом суд фактически не учел перечисленные в приговоре смягчающие обстоятельства, не применил положения ст.64 УК РФ при его активном содействии раскрытию группового преступления, никак не обосновав невозможность применить положения ст.64 УК РФ. Кроме того, суд лишь формально указал на учет при назначении наказания явки с повинной по второму эпизоду и наличия у него на иждивении двух малолетних детей. Обращает внимание на то, что судом не учтена его роль в групповом преступлении: он не являлся организатором преступления, не способствовал увеличению негативного влияния на общество и государство. Кроме того, зная со слов Л. о том, что ФИО3 также получает денежные средства за помощь при вводе объектов /__/ в эксплуатацию, при попытке изменить сложившуюся ситуацию он боялся негативной реакции и последующих проблем в своей трудовой деятельности со стороны своего непосредственного руководства, других руководителей /__/. Он не судим, ранее к уголовной ответственности не привлекался, после университета сразу трудоустроился, работал до задержания. В период своей трудовой деятельности он неоднократно привлекался к работе межведомственных комиссий по расследованию причин аварий в /__/ и расследованию несчастных случаев, полученными знаниями делился со следователем при расследовании уголовного дела. Он постоянно повышал уровень своих знания, проходил обучения, тренинги, курсы повышения квалификации. В свободное от основной работы время он осуществлял преподавательскую деятельность, проводил семинары, читал лекции. За время работы неоднократно награждался почетными медалями, грамотами, благодарностями различных уровней и ведомств. Его личные качества, приверженность семейным ценностям подтвердили в судебных заседаниях допрошенные свидетели. Он положительно характеризуется по месту жительства, принимает непосредственное участие в деятельности жильцов дома, помогает в благоустройстве территории, посещает собрания собственников жилья, активно занимается спортом, неоднократно участвовал в городских соревнованиях по футболу, оказывал и продолжает оказывать активную помощь при проведении СВО. Он женат, имеет двоих малолетних дочерей, с которыми проживает по месту регистрации. Его супруге тяжело заниматься воспитанием и образованием двоих дочерей, работать и заботиться о престарелой матери. Предприятие, где работает его супруга, испытывает финансовые трудности, происходят массовые сокращения, его супругу перевели на четырехдневную рабочую неделю с сокращением зарплаты. Две его дочери уже два года растут без отца. Кроме того, его супруга и младшая дочь имеют проблемы со здоровьем, обе наблюдаются у /__/, а супруга еще и у /__/, несколько раз ей проводили хирургические операции. Имеющиеся у нее заболевания требуют постоянного наблюдения врачей, пожизненного приема дорогостоящих препаратов, прохождения специализированных обследований и соблюдения ряда ограничений, которые мешают ей вести обычный образ жизни. У самого у него также имеются проблемы со здоровьем: хронические заболевания /__/, которые за время содержания в следственном изоляторе обострились. Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 05 ноября 2025 года изменить, смягчить ему назначенное наказание с применением положений ст.64 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Холодов А.В. в защиту интересов осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором суда, считает его необоснованным и несправедливым. Указывает, что при назначении наказания учитывается не только характер и степень общественной опасности преступления, но и сведения о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Суд не дал должной оценки роли ФИО2, заключающейся в активной помощи следствию в расследовании уголовного дела и изобличении других лиц, причастных к преступлениям. ФИО2 полностью признал себя виновным, раскаялся в содеянном, с момента задержания занял признательную позицию и не пытался уйти от уголовной ответственности, не перекладывал вину на иных лиц, оказывал активную помощь следствию в расследовании преступлений, в изобличении других лиц, причастных к совершению преступлений. Следователь Ш. подтвердил в судебном заседании активную помощь осужденного в расследовании преступления. Кроме того, в ходе следствия ФИО2 написал явку с повинной о совершении им и Л. еще одного преступления – получения денежного вознаграждения за успешную сдачу экзаменов. В ходе судебного следствия по данному уголовному делу, как и по уголовным делам, выделенным в отдельное производство в отношении лиц, передавших взятки, свою признательную позицию ФИО2 не изменил. ФИО2 ранее не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, положительно характеризуется по месту работы, где неоднократно награждался наградами различного уровня. ФИО2 имеет постоянное место жительства в /__/, где проживает со своей семьей и двумя малолетними детьми (две дочери /__/ и /__/ лет), положительно характеризуется по месту жительства. ФИО2 имеет серьезные проблемы со здоровьем. В деле имеются медицинские документы, подтверждающие наличие у него хронических заболеваний /__/, которые за время нахождения в следственном изоляторе обострились. Семья осужденного оказалась в тяжелом положении: двоих малолетних детей обеспечивает только жена осужденного; предприятие, на котором она работает, испытывает большие финансовые трудности; родственников, которые могли бы помочь, у них нет. Кроме того, жена осужденного страдает тяжелыми хроническими заболеваниями, длительное время состоит на учете у /__/. Заболевания требуют постоянного наблюдения врачей, приема дорогостоящих препаратов и соблюдения ряда ограничений, которые мешают ей вести обычный образ жизни. Есть проблемы со здоровьем и у младшей дочери осужденного, которая также стоит на учете у /__/. ФИО2, даже находясь в следственном изоляторе, направлял находящиеся на его личном счете денежные средства на нужды бойцам СВО, на расчетный счет Благотворительного фонда. Считает, что приведенные обстоятельства свидетельствовали о существенном уменьшении степени общественной опасности совершенных ФИО2 преступлений, в связи с чем у суда были все основания для признания совокупности обстоятельств исключительными, дающими право для применения ст.64 УК РФ. Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 05 мая 2025 года в отношении ФИО2 изменить, назначить ему более мягкую меру наказания, применив положения ст.64 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым ввиду неправильного применения уголовного закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона. Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 05 ноября 2025 года отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор. В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО3 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым. Указывает, что в судебном заседании был произведен поверхностный анализ исследованных доказательств, приведший суд к выводу о его виновности, при этом все сомнения не устранены. Большая часть свидетелей стороны обвинения не уличает его ни в получении взятки, ни в совершении каких-либо незаконных и противоправных действий, очевидцами получения им денежных средств не являются. Кроме того, 16 человек из числа свидетелей с ним вообще не общались и не были знакомы. Следователем при первых допросах свидетелей – представителей /__/ и /__/ указывалось, что денежные средства (взятка) передавалась Л. и должностным лицам /__/, а в последующих допросах этих же свидетелей следователь стал заменять фразу «должностных лиц /__/» на его фамилию. Эти же свидетели согласно первым протоколам их допросов с ним не знакомы, не общались, не уличают его в совершении противоправных действий, а в последующих допросах говорят, что денежные средства якобы передались ему от Л. Все другие доказательства, якобы подтверждающие его вину, являются производными от показаний Л. Полагает, что в показаниях ФИО2 не идет речи о предварительной договоренности с ним о противоправных действиях в пользу /__/ и /__/, как не идет речи и о каком-либо распределении ролей, разработанной схеме преступления и договоренности о способе получения взятки. Следователь намеренно вменил ему квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», несмотря на то что в материалах дела только Л. ведет разговоры с представителями «/__/» и /__/ о незаконных действиях, связанных с получением допуска в эксплуатацию /__/, только им принималось самостоятельное решение по невыезду на осмотры объектов, только по его просьбам Т. перечислялись суммы денежных средств в указанные им даты знакомым только ему лицам, только им принимается решение по выдаче ему и ФИО2 денег 1 раз в месяц или в квартал. В материалах дела нет доказательств, что это обсуждается «группой». На его телефоне не было никакой переписки с фигурантами дела (Л., ФИО2, взяткодатели), никаких финансовых «просьб», зашифрованных указаний, иной информации, связанной с попустительством по службе, никаких телефонных звонков. Обращает внимание суда на то, что в одно производство соединены два уголовных дела, где по второму эпизоду также проходят Л. и ФИО2, с теми же свидетелями сотрудниками – взяткодателями из /__/, с тем же периодом незаконных действий с 2020 года по 2022 год, с тем же способом получения денежных средств (взяток) путем перечисления на банковскую карту, находящуюся в пользовании Л. В общем потоке производства по уголовному делу в отношении него «затерялись» обстоятельства, подлежащие доказыванию: событие преступления (время, место, способ, другие обстоятельства преступления), его виновность, форма вины, мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением, обстоятельства, подтверждающие, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества, либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления, либо для формирования терроризма, экстремистской деятельности, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества. В материалах дела его фамилию искусственно притягивают к описываемому событию преступления, в котором сознались Л. и ФИО2 Кроме того, в материалах дела не указано, где, когда и при каких обстоятельствах Л. якобы передавал ему деньги. Бездоказательственное обвинение нарушает его право на защиту, поскольку без указания даты и времени совершения преступления он лишен возможности его опровергнуть, защитить себя от обвинения, установить ряд значимых фактов, в том числе наличие у него алиби. Необоснованно его обвинили и в некачественно предоставляемой государственной услуге – «в содействии устранению недостатков, связанных с комплектностью предоставляемых документов и несоответствия их содержания установленным требованиям для получения разрешения на допуск в эксплуатацию (временного разрешения) /__/ установки (объекта по производству /__/, объекта /__/, объекта /__/, /__/ установки)». Кроме того, судом необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о направлении запроса сотовому оператору «Билайн» о предоставлении детализации входящих звонков по телефону, принадлежащему Л., которая подтвердила бы отсутствие входящего соединения в определенный период с дачей указаний им относительно инкриминируемых деяний. Считает, что судом самостоятельно додуман контекст его разговора с Л. от 15 декабря 2022 года (звуковой файл FL19.WAV), фразы из которого внесены в разговор от 30 августа 2023 года (звуковой файл 2.WAV), подтверждающий якобы получение взятки, а не дачу в долг. В ходе судебных прений, несмотря на то что фоноскопическая экспертиза не использовалась обвинением в качестве письменного доказательства по уголовному делу, государственный обвинитель не только привел данную экспертизу в качестве доказательства в обоснование обвинения, но и огласил содержание звукового файла 2.WAV. Согласно выводам фоноскопической экспертизы (т.9, л.д.190-200) по звуковым файлам FL19.WAV от 15 декабря 2022 года и файле 2.WAV от 30 августа 2023 года выявили лишь вероятность его голоса и речи, несмотря на то что в соответствии со ст.14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Обвинение подталкивало суд к использованию недопустимого доказательства. Обращает внимание на то, что в качестве письменных доказательств судом были приняты материалы дела, находящиеся в томе 1 на л.д. 154-166: сопроводительное письмо, постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, постановление о рассекречивании сведений, содержащих государственную тайну, и их носителей, справку-меморандум о результатах оперативно-розыскных мероприятий, протокол прослушивания фонограмм, постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств, а именно: носитель диск CD-R №7/1731/CD-R от 18 ноября 2023 года, на котором имеются данные фонограммы. Однако, вопреки выводам суда, результаты оперативно-розыскных мероприятий являются не доказательствами, а лишь сведениями об источниках тех фактов, которые, будучи полученными с соблюдением требований ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», могут стать доказательствами только после закрепления их надлежащим процессуальным путем. По записям была проведена фоноскопическая экспертиза (т.9, л.д.190-200) по звуковым файлам FL19.WAV и 2.WAV, согласно выводам которой ответить на вопрос о наличии его голоса и речи на фонограмме FL19.WAV не представилось возможным, в звуковом файле 2.WAV выявили лишь вероятность его голоса и речи. Экспертиза в качестве доказательства его вины государственным обвинителем не принималась, однако представились результаты ОРМ, в которых имеется протокол прослушивания фонограмм, постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств - носителя диска CD-R №7/1731/CD-R от 18 ноября 2023 года, на котором имеются данные фонограммы, в которых, по мнению обвинения, имеется наличие его голоса и речи. Именно по двум данным фонограммам, содержащимся в файле FL19.WAV от 15 декабря 2022 года и файле 2.WAV от 30 августа 2023 года, был допрошен Л. Данные фонограммы не могли использоваться обвинением в силу отсутствия экспертной подтвержденности факта принадлежности голосов конкретным лицам, а также малой информативности содержания разговоров в файлах, содержащихся на диске, из буквального содержания которых невозможно установить, в каком контексте и о чем идет общение между лицами и чья речь записана на фонограмме. Допрос Л. был проведен, чтобы восполнить пробел в полном отсутствии какой-либо информативности данных фонограмм. Следователь, составляя протокол дополнительного допроса обвиняемого Л., понимал, что, поскольку он не предупреждается за дачу заведомо ложных показаний, Л. уголовной ответственности по ст.307 УК РФ не подлежит, а значит, данное доказательство может быть использовано по его уголовному делу. Поскольку результаты ОРМ не могут подменять процессуальные действия, результаты ОРМ, представленные в качестве доказательств его вины (т.1, л.д.154-166), не могут быть признаны допустимыми доказательствами. Отмечает, что при допросе в судебном заседании свидетелей, а также при оглашении их показаний государственный обвинитель часто использовал выражение «имеются существенные разногласия». Под данную фразу подпадали только те высказывания, которые были неугодны государственному обвинителю, при этом он старался исключить нежелательные высказывания путем «нажима» на свидетелей (обвиняемого) в процессе допроса («ну вы же на первом допросе лучше помнили, чем сейчас в суде спустя 2 года?», «ну вы же подписали этот протокол допроса без каких-либо замечаний, и с ваших слов записано верно?»), на что свидетели отвечали двусмысленно. Государственный обвинитель, зачитав показания основных свидетелей обвинения (Л., Т., ФИО2), умалчивает о «существенных разногласиях» в их показаниях, которые находятся в материалах дела, а те воспользовались ст.51 Конституции РФ и ушли от нежелательных вопросов стороны защиты. Считает, что нельзя строить приговор на одних показаниях Л., поскольку его показания должны подтверждаться иными доказательствами, чего не было осуществлено по его уголовному делу. Признает совершение им преступления, предусмотренного ч.1 ст.286 УК РФ, то есть превышение полномочий, которое выразилось в том, что, являясь должностным лицом, в нарушение своего должностного регламента и полномочий, разрешил своему подчиненному инспектору /__/ Л. за незначительные суммы, срок и даты передачи которых не оговаривались, отсутствовать на рабочем месте в необходимое Л. время, которые он определял сам, для решения своих личных нужд, получив от Л. около 55000 рублей, которые он потратил на необходимые текущие нужды /__/. Обращает внимание на то, что с августа 2023 года он находится в тяжелейших условиях следственного изолятора, что подавляет его личность морально и физически. 22 февраля 2023 года ему провели тяжелую операцию (/__/), в связи с чем он вынужден постоянно принимать базовую терапию в виде большого количества лекарственных препаратов. Он страдает хроническим воспалительным заболеванием /__/, имеет заболевание в виде /__/, другие заболевания. Его супруга К. /__/ и имеет ряд серьезных заболеваний, нуждается в постоянном базовом приеме лекарственных препаратов (выписка из медицинской карты от 03 февраля 2025 года). В 1997 году он закончил /__/, по окончании института поступил на службу и стал работать /__/. На государственной гражданской службе состоит более 18,5 лет, пройдя безупречный трудовой путь от государственного инспектора до заместителя руководителя /__/. Он имеет большое количество ведомственных, региональных и министерских поощрений, наград, дипломов, удостоверений и грамот, которые находятся в уголовном деле. За весь период работы в /__/ у него не было ни одного замечания как со стороны правоохранительных органов, так и со стороны граждан, организаций, получающих государственные услуги. Он виновен в нарушениях, обнаруженных в ходе предварительного расследования, но эти нарушения не повлияли на бесперебойную и качественную работу всего учреждения. Взяток за несуществующие преференции в выдаче разрешений он не получал. Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 05 ноября 2025 года в отношении него изменить, переквалифицировать его действия на ч.1 ст.286 УК РФ или направить уголовное дело для нового рассмотрения в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Стороженко А.В. в защиту интересов осужденного ФИО3 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенного нарушения уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона. Указывает, что в ходе предварительного следствия и в судебном разбирательстве ФИО3 последовательно утверждал, что не совершал преступления, предусмотренного ст.290 УК РФ, денежные средства в сумме 20000 рублей, переданные ему Л. 30 августа 2023 года, считал займом. Поддавшись на уговоры Л., ФИО3 разрешил ему заниматься подработкой в рабочее время за вознаграждение, при этом полученные от Л. денежные средства в сумме около 55000 рублей использовал на нужды коллектива, на хозяйственные нужды учреждения: подарки детям сотрудников, помощь беженцам продуктовыми корзинами, аварийные ситуации, бензин, новую сантехнику. Незадолго до задержания он пытался занять у сотрудников денежные средства, необходимые для оплаты обучения сына. ФИО3 понимает, что превысил свои полномочия, дав Л. возможность подрабатывать в рабочее время, в связи с чем его действия подлежат квалификации по ч.1 ст.286 УК РФ. С учетом имеющейся в материалах дела совокупности доказательств вина ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, в ходе судебного разбирательства не доказана, его действия подлежат квалификации по ч.1 ст.286 УК РФ. Обращает внимание на то, что согласно выписке по движению денежных средств по расчетному счету Т., которым распоряжался Л., последняя операция по снятию денежных средств имела место 17 марта 2023 года, при этом с карты были сняты денежные средства в размере 45000 рублей, в связи с чем непонятно, какие именно денежные средства были переданы 30 августа 2025 года Л. в ходе оперативного эксперимента ФИО2 и ФИО3 Акт добровольной выдачи денежных средств от 30 августа 2023 года свидетельствует о том, что некто добровольно выдал оперуполномоченному ФСБ России по Томской области Б. 12 купюр достоинством 5000 рублей, а также банковскую карту Т. Выводы, которые сделаны судом при вынесении обжалуемого приговора, из материалов уголовного дела не следуют. Личный обыск ФИО3 от 30 августа 2023 года подтверждает лишь факт передачи 30 августа 2023 года денежных средств в сумме 20000 рублей Л. ФИО3 и изъятие этой суммы у последнего, однако не доказывает факт получения взятки. По утверждению последнего указанную сумму Л. передал ему в виде займа, что не опровергнуто в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства. Также не подтверждают вину ФИО3 в получении взятки протоколы осмотра предметов – банковской выписки с банковского счета Л. от 29 мая 2024 года, осмотра предметов – банковской выписки с банковского счета, принадлежащего Т., от 29 мая 2024 года, осмотра предметов – оптического диска от 26 мая 2024 года. Считает, что показания Л. являются ложными, в связи с чем не могли быть положены в основу обвинительного приговора. В ходе предварительного расследования Л. заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, дело в отношении него выделено в отдельное производство. Л. оговорил ФИО3 относительно причастности последнего к получению взятки от работников /__/, что могло быть обусловлено желанием заключить досудебное соглашение о сотрудничестве, чтобы смягчить наказание за совершение особо тяжкого преступления, личной неприязнью и завистью. В судебном заседании Л. отказался от дачи показаний, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ, в связи с чем на основании ч.4 ст.281 УПК РФ были оглашены его показания, данные в ходе предварительного расследования, после чего он отказался отвечать на вопросы участников процесса, вновь воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ. При этом показания Л. путаны, противоречат друг другу из допроса в допрос. Так, относительно места передачи денежных средств ФИО3 он сообщал: «/__/ в /__/ (т.1, л.д.210), «рабочий кабинет по /__/ (т.1, л.д.68), «скорее всего в его кабинете или в его машине, точно не помню» (т.5, л.д.70), «в кабинете или после работы в его автомобиле, на квартире по /__/, в жилом доме в /__/» (т.5, л.д.71), то есть место передачи взятки ФИО3 с определенностью назвать Л. не смог, однако в приговоре указано, что «Л. в период с 01 января 2020 года по 30 августа 2023 года, находясь в здании /__/ по адресу: /__/, передал ФИО3 в качестве взятки денежные средства в сумме 215000 рублей». Относительно осмотра объектов Л. то утверждает, что акты осмотра готовятся и подписываются без осмотра объектов (т.5, л.д.72, т.9, л.д.210 и 229), то говорит, что «договоренности о том, что он не будет выезжать на проведение осмотров объектов не было, данный вопрос с ФИО3 и ФИО2 не обсуждался» (т.5, л.д.72). При этом ФИО2 было известно о получении ФИО3 взятки исключительно со слов Л., что отражено в приговоре. Отмечает, что согласно ч.2 ст.2811 УПК РФ перед допросом судья устанавливает личность лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением с ним досудебного соглашения о сотрудничестве, выясняет его отношение к подсудимому и потерпевшему, разъясняет ему права и обязанности, предусмотренные ст.561 УПК РФ, а также последствия несоблюдения им условий и невыполнения обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве, в том числе в случае умышленного сообщения ложных сведений или умышленного сокрытия каких-либо существенных сведений. В силу ч.3 ст.561 УПК РФ в случае отказа от дачи показаний для лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением с ним досудебного соглашения о сотрудничестве, наступают предусмотренные гл. 401 УПК РФ последствия несоблюдения им условий и невыполнения обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве. Полагает, что Л., заключая досудебное соглашение о сотрудничестве, отказался от своего права отказаться от дачи показаний взамен на снижение наказания, однако все-таки отказался от дачи показаний в суде первой инстанции, в том числе по причине неразъяснения его прав и обязанности, а также последствия отказа от дачи показаний. Судом первой инстанции было допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, в результате которого было нарушено право ФИО3 на защиту - право допрашивать показывающих против него лиц или право на то, чтобы эти лица были допрошены. Полагает, что не свидетельствуют о виновности ФИО3 в получении взятки показания свидетелей: З., Л., П., Т., Т., М., Р., Ж., Л., С., Г., Д., А., Б., П., П., С., М., Л. Работники /__/ о получении взятки ФИО3 ничего не сообщили ни в ходе предварительного следствия, ни в суде. Работники стороны взяткодателя хоть и показали, что руководство /__/ брало взятки, но были оповещены об этом исключительно со слов Л. Свидетель Т. о причастности ФИО3 в получении взятки ничего не пояснила. Остальные свидетели обвинения (А., Б., П., П.) лишь подтвердили позицию ФИО3 относительно того, что Л. с молчаливого согласия ФИО3 осуществлял предпринимательскую деятельность, в том числе в рабочее время. Кроме того, суд не дал оценку показаниям свидетелей Д. и Л., согласно которым ФИО3 еще в 2014 году разрешил инспекторам /__/ не выезжать на объекты для их осмотра, в связи с чем Л. не выезжал на объекты с 2016 года. Обращает внимание на то, что протокол осмотра 4-х банкнот Банка России по 5000 рублей, добровольно выданных Л., не существует, поскольку согласно тексту протокола следователем произведен осмотр купюр, изъятых у ФИО3 в ходе личного обыска 30 августа 2023 года. Кроме того, согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 04 сентября 2023 года следователем произведен осмотр денежных средств в сумме 20000 рублей, изъятых 30 августа 2023 года в ходе личного обыска подозреваемого ФИО3 Банковская карта ПАО Сбербанк России, оформленная на имя Т., добровольно выданная Л., свидетельствует о поступлении денежных средств на банковскую карту Т., которая была передана в пользование Л. и использовалась им по его усмотрению. 4 банкноты Банка России номиналом 5000 рублей, изъятые 30 августа 2023 года в ходе личного обыска ФИО3 и признанные вещественными доказательствами, свидетельствуют о получении ФИО3 займа от Л. Считает, что диск CD-R №7/1731/CD-R от 18 ноября 2023 года с результатами оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» не может быть признан допустимым доказательством, поскольку из записи разговоров от 15 декабря 2022 года и 30 августа 2023 года невозможно определить, о чем идет речь, материалы оперативно-розыскного мероприятия от 15 декабря 2022 года в деле отсутствуют, однако суд перепутал содержание аудиофайлов от 15 декабря 2022 года и от 30 августа 2023 года. При этом согласно фоноскопической экспертизе ответить на вопрос о наличии голоса и речи ФИО3 на фонограмме, содержащейся в звуковом файле FL19.wav, не представляется возможным, а в звуковом файле 2.wav выявили лишь вероятность голоса и речи ФИО3 В материалах дела отсутствуют сведения о том, на какой носитель были записаны аудиозаписи разговоров между Л. и ФИО3, в связи с чем у защиты возникают закономерные сомнения в подлинности записей. Кроме того, в материалах уголовного дела, в том числе в постановлении о предъявлении результатов оперативно-розыскной деятельности, нет указания на то, какими аудиозаписывающими устройствами был оборудован Л. при проведении оперативно-розыскных мероприятий от 15 декабря 2022 года и от 30 августа 2023 года, отсутствуют акты вручения Л. технических средств и их последующего изъятия в присутствии представителей общественности. Ни одно из доказательств не является источником сведений о появлении в материалах дела оптического диска CD-R диск №7/1731/CD-R от 18 ноября 2023 года с записью результата оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение». Сторона обвинения не доказала в судебном заседании, что именно на этот диск была записана информация с аудиозаписывающего устройства, которое могло быть использовано при проведении оперативно-розыскного мероприятия, в связи с чем данное вещественное доказательство не может служить допустимым доказательством по делу, поскольку не несет в себе достоверных сведений о наличии конкретной информации, записанной на диск, так как он получен в нарушение требований п.17 Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности. Кроме того, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о происхождении оспариваемого диска, приложенного к рассекреченным материалам, а именно, отсутствуют данные о том, является ли запись на указанном диске оригинальной, как полученная с помощью использованного при проведении оперативно-розыскного мероприятия записывающего устройства, либо эта запись скопирована на представленные диски с оригинального записывающего устройства. Отсутствие соответствующих документов, подтверждающих копирование и указывающих на место хранения оригинала, является существенным нарушением требований закона «Об оперативно-розыскной деятельности», поскольку из-за этих нарушений невозможно установить и проверить источник предоставленного доказательства, что является основанием для признания CD-R диск №7/1731/CD-R от 18 ноября 2023 года с материалами оперативно-розыскной деятельности «Наблюдение» недопустимым доказательством по делу. Изъятые 30 августа 2023 года в ходе обыска в /__/ документы подтверждают занимаемые должности и должностные полномочия ФИО3, а не получение им взятки. Документы, изъятые 30 августа 2023 года в ходе обыска, относятся к получению разрешений на допуск объектов /__/ в эксплуатацию за 2020-2030 годы и также не свидетельствуют о совершении ФИО3 преступления, предусмотренного ст.290 УК РФ. Мобильный телефон «Xiaomi», изъятый у Т., не имеет никакого отношения к ФИО3 и не подтверждает его виновность в совершении преступления. Суд при определении размера дополнительного наказания в виде штрафа лишь формально перечислил положения ч.3 ст.46 УК РФ, не приводя в судебном решении основания и убедительные мотивы для его применения, не рассмотрел вопроса о возможности ФИО3 его исполнения. Назначая штраф, определяя его размер, решая вопрос о рассрочке его выплаты, необходимо учитывать не только тяжесть совершенного преступления, но и имущественное положение осужденного, его семьи, возможность получения им заработной платы или иного дохода. В этих целях необходимо иметь в виду наличие или отсутствие у осужденного основного места работы, размер его заработной платы или иного дохода, возможность трудоустройства, наличие имущества, иждивенцев и т.п. Судом не учтено, что ФИО3 на момент вынесения приговора более двух лет находился под стражей, в связи с чем не имел возможности работать, не имел каких-либо доходов и перспектив трудоустройства (получения доходов) в течение ближайших семи лет. Не учтено и наличие у ФИО3 семьи, непогашенных кредитов, иждивенца – совершеннолетнего сына-студента, обучающегося на дневном отделении ВУЗа. При назначении штрафа суд фактически не исследовал материальное и имущественное положение ФИО3, не установил все обстоятельства, которые указывают на возможность реального исполнения им приговора в данной части. Полагает, что суд не дал должной оценки показаниям самого ФИО3, а также свидетелей К., Л., К. относительно того, что ФИО3 за несколько дней до задержания искал денежные средства в долг для оплаты обучения сына и что деньги в сумме 20000 рублей, переданные ФИО3 Л., являлись не взяткой, а займом. Суд посчитал, что данная версия стороны защиты опровергается показаниями Л. «о снятии 29 августа 2023 года денежных средств в сумме 60000 рублей для передачи взятки, которые объективно подтверждаются выписками из банков по банковскому счету Т., ее показаниями и показаниями свидетеля Т. о переводе денег на счет супруги для передачи денег сотрудникам /__/», однако в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о снятии Л. 29 августа 2023 года денежных средств в сумме 60000 рублей с банковского счета Т., у Л. были основания оговаривать ФИО3, а показания свидетелей Т., Т. не свидетельствуют о получении взятки именно ФИО3 Считает необоснованными выводы суда об отсутствии правового значения для квалификации действий ФИО3 направления расходования полученных от Л. денежных средств. Судом не выяснялось, какие именно суммы были потрачены ФИО3 на указанные цели. Поскольку в случае, если ФИО3 не извлекал какой-либо имущественной выгоды для себя, своих родных и близких, в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ст.290 УК РФ, его действия подлежат квалификации по ч.1 ст.286 УК РФ при существенном нарушении охраняемых законом интересов государства. В нарушение постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года №17 в описательно-мотивировочной части приговора не приведено доказательств того, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения ФИО3 преступления. Приговором установлен факт получения ФИО3 взятки в размере 215000 рублей, из которых 20000 рублей в качестве взятки являлись купюры Банка России, обработанные специальным веществом, которые были изъяты у ФИО3 сразу после передачи их Л. и не могли быть фактически обращены ФИО3 в свою пользу. Полагает, что из описательно-мотивировочной части приговора должно быть исключено указание на взыскание с ФИО3 в доход государства суммы взятки в размере 215000 рублей. Обращает внимание на то, что им и ФИО3 были поданы заявления о предоставлении возможности для ознакомления с протоколом судебного заседания, им вручены были непронумерованные, но прошитые и скрепленные печатью копии протокола судебного заседания с первым судебным заседанием от 18 октября 2024 года, при этом до 18 октября 2024 года состоялось еще три судебных заседания (26 августа 2024 года для решения вопроса продлении меры пресечения, 06 сентября и 09 октября 2024 года – судебные заседания). Поскольку ни ему, ни ФИО3 не вручили в полном объеме протокол судебного заседания, полагает, что он отсутствует в материалах дела. Просит приговор Кировского районного суда г. Томска от 05 ноября 2025 года в отношении ФИО3 изменить, квалифицировать его действия по ч.1 ст.286 УК РФ, или приговор суда отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Типикина Ю.А. указывает на несостоятельность изложенных в них доводов, просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Судебная коллегия, выслушав мнения участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражения на них, приходит к следующему.

Вопреки доводам стороны защиты, суд в своем решении подробно изложил описание преступных деяний, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре.

ФИО3 в судебном заседании вину в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, не признал, показал, что в период времени с 2020 по 2023 годы он разрешал Л. в рабочее время заниматься другой работой (подработкой) за денежные средства, которые использовал на нужды коллектива и хозяйственные нужды (подарки детям сотрудников, помощь беженцам продуктовыми корзинами, покупка ребенку на «Ёлке желаний» билетов в цирк, аварийные ситуации, бензин, цветы сотрудникам, смена старой сантехники). От Л. никогда не поступали просьбы первоочередной выдачи разрешений для /__/, /__/, для данных организаций не было никаких привилегий для получения разрешения на допуск объектов в эксплуатацию, не было и разговоров с Л. о том, что он не будет выезжать на осмотр объектов, вводимых в эксплуатацию. 21 августа 2023 года сын ему сказал, что до 01 сентября 2023 года необходимо внести денежные средства за его обучение в сумме 40000 рублей, которые он договорился занять у Л. 30 августа 2023 года Л. передал ему 4 купюры по 5000 рублей, как он понял, в долг, однако от сотрудников полиции он узнал о денежных средствах, переданных в качестве взятки от представителей /__/.

ФИО2 вину в совершении инкриминируемых ему преступлений признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ, подтвердил показания, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что с 2015 года он состоит в должности начальника /__/, заместителем руководителя которого является ФИО3 В период с 2020 по 30 августа 2023 года он получал от инспектора Л. в качестве взятки денежные средства в размере 215000 рублей (одну третью часть от общей суммы взятки), предназначенные за общее покровительство при работе с заявлениями /__/ на проведение осмотра и выдачу разрешений на допуск объектов в эксплуатацию, ускоренное рассмотрение данных заявлений, оформление разрешения на допуск объектов в эксплуатацию без проведения фактического осмотра такого объекта. От Л. ему было известно, что представители дочерних предприятий /__/ ежемесячно выплачивали 15000 рублей, из которых по 5000 рублей получали он, Л. и ФИО3 При этом в некоторые месяцы Л. передавал ему денежные средства от 3000 до 7000 рублей, в некоторые месяцы передавал денежные средства за несколько месяцев, как было 30 августа 2023 года, когда Л. передал ему 20000 рублей. Так, по предварительной договоренности с Л. он расписывал ему заявления /__/ о проведении осмотра и выдаче разрешения на допуск объектов /__/ в эксплуатацию, при этом рассмотрение документов и осмотр объекта производились одним единым действием, после которого принималось решение о выдаче разрешения на допуск объекта /__/ в эксплуатацию. В случае выявления каких-либо нарушений Л. не возвращал заявления и документы в соответствии с Порядком, утвержденным приказом /__/ №212 от 07 апреля 2008 года, не уведомлял заявителя письменно о необходимости предоставления документов, как это должно быть в соответствии с Правилами, утвержденными постановлением Правительства РФ №85 от 30 января 2021 года, а производил уведомление заявителя в устном порядке о необходимости устранения каких-либо нарушений в данных документах, тем самым уменьшая срок рассмотрения заявления и получения разрешения на допуск объекта /__/ в эксплуатацию. Кроме того, осмотры объектов на предмет соответствия выполненных работ законодательству в области /__/ Л. не производил, составлял акт осмотра объекта /__/ с указанием сведений об осмотре объекта, не соответствующих действительности. Одновременно Л. занимался подготовкой разрешений на допуск объектов /__/ по заявлениям /__/ в эксплуатацию.

Кроме того, ФИО2 показал, что с 2020 года по предложению Л. получал с последним взятку в виде денег за оказание помощи сотрудникам /__/ (затем /__/) при прохождении ими проверки знаний норм и правил в области энергетического надзора из расчета по 5000 рублей за каждого сотрудника. Так, он давал согласие Л. оказать помощь в сдаче экзамена сотрудникам /__/ 06 октября 2020 года Д., Ж., О., С. и Л., 01 июля 2021 года Ж., Л., М., О., С., 23 июня 2022 года С., Ж., Г., М., О., за что получал на двоих с Л. каждый раз взятку в виде денег в сумме 25 000 рублей.

Несмотря на отрицание ФИО3 своей причастности к совершению преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, вина ФИО3, а также ФИО2 по эпизоду получения должностными лицами через посредника взятки в виде денег за совершение незаконных действий (бездействия), входящих в их служебные полномочия, если в силу должностного положения могут способствовать указанным действиям (бездействию), в пользу взяткодателя и представляемых им лиц, за попустительство по службе группой лиц по предварительному сговору в крупном размере, за который они осуждены, подтверждается иными доказательствами, приведенными в приговоре, получившими верную оценку в их совокупности.

В судебном заседании Л. отказался от дачи показаний, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ, подтвердил показания, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что в начале 2020 года работник /__/ Т. предложил на условиях ежемесячного денежного вознаграждения (взятки) в размере 15000 рублей вне зависимости от количества допускаемых объектов оказывать содействие в оперативном и приоритетном получении разрешений на допуск объектов /__/ в эксплуатацию. Он передал предложение Т. ФИО2 и ФИО3, которые согласились на получение взятки в виде денег на ежемесячной основе. Первоначально передача денег осуществлялась наличными, затем, примерно с июля 2020 года Т. передал ему банковскую карту Т., на которую ежемесячно перечислялись денежные средства в размере 15000 рублей. В начале 2022 года действие банковской карты закончилось, в связи с чем Т. выслал новую банковскую карту, оформленную на Т., на которую продолжил переводить денежные средства. Полученные денежные средства он снимал в различных банкоматах /__/ и передавал ФИО2 и ФИО3 На условиях получения ежемесячных взяток он, ФИО2 и ФИО3 создали благоприятные условия по оперативной (первоочередной) и беспрепятственной выдаче разрешительной документации – разрешений на допуск в эксплуатацию объектов /__/: направляемые /__/ заявления расписывались только ему, он осуществлял подготовку актов осмотра без фактического проведения осмотров допускаемых объектов в эксплуатацию, ФИО2 утверждал данные акты, на основании чего он готовил разрешение на допуск в эксплуатацию объектов /__/, которое утверждалось ФИО3 30 августа 2023 года в ходе оперативного эксперимента он передал ФИО2 и ФИО3 денежные средства в размере 20000 рублей каждому в качествен части взятки за несколько месяцев от /__/.

Свидетель З. показал, что в период с 2020 по 2023 год /__/ и /__/ неоднократно обращались с заявками на получение допусков в их отдел, однако всегда заявки указанных юридических лиц начальником отдела расписывались и поручались именно Л., который зачастую общался с ФИО2 даже в рабочее время, скрываясь и утаивая тему разговоров от коллег. Допуски не могут быть оформлена по заявкам без проведения фактического осмотра объекта, за исключением случаев, когда доступ затруднен или ограничен в связи со временем года и т.д. (в таких случаях обязательным условием является предоставление заявителем подробных фото и видеофайлов с целью сверки объекта с представленными документами).

Свидетель Л. показал, что все заявления, поступающие от /__/, рассматривал Л., даже когда находился в отпуске, на больничном, при этом на осмотр объектов не выезжал. Нередко при проверке разрешений о допуске объектов /__/ в эксплуатацию и актов осмотра, подготовленных Л., он просил его предоставить дополнительные документы, однако Л. письменное уведомление об устранении несоответствий документов не делал, уведомлял представителя заявителя о необходимости предоставления таких документов лишь в устном порядке. При проверке разрешений и актов осмотров, подготовленных Л., он видел нарушения, просил Л. их устранить, однако Л. данные нарушения не устранял, а подписывал у ФИО2 и ФИО3 разрешения о допуске объектов в эксплуатацию без его подписи и согласования. При всех указаниях на выявленные им нарушения присутствовал ФИО2 Л. выдавал разрешения на допуск в эксплуатацию объектов /__/ в максимально короткие сроки, в которые получить разрешение на допуск невозможно, в том числе с учетом времени нахождения в пути до вводимого в эксплуатацию объекта и обратно. Исходя из фотографий, по которым Л. производил осмотр объектов, невозможно было сделать вывод о принадлежности объекта и его техническом состоянии. О том, что Л. не производил осмотры объектов /__/, было известно ФИО2 и ФИО3, которым он указывал, что без выезда на место и осмотра допускаемого объекта в эксплуатацию незаконно выдавать разрешения, однако ФИО3 и ФИО2 говорили, что объект находится в труднодоступном месте, в связи с чем принято решение принимать его по фотографиям.

Свидетель Т. показал, что в начале 2020 года по указанию регионального управляющего – начальника /__/ Д. обратился к Л. с предложением на условиях ежемесячного вознаграждения (взятки) в сумме 15000 рублей вне зависимости от допускаемых в эксплуатацию объектов /__/ оказывать содействие в оперативном и приоритетном получении разрешений о допуске объектов в эксплуатацию, на что Л., согласовав этой вопрос с руководством, согласился. Денежные средства в качестве взятки Д. передавал ему наличными. Первоначально он передавал полученные от Д. денежные средства Л. при личной встрече наличными, затем передал Л. в пользование банковскую карту ПАО «Сбербанк России», оформленную на имя Т., на которую ежемесячно переводил денежные средства в качестве взятки. В 2022 году он направил Л. перевыпущенную банковскую карту для дальнейшего использования. Ему денежные средства в период с 10 июля 2020 года по 09 июля 2021 года перечислял Л. (195000 рублей), в период с 10 августа 2021 года по 13 июля 2023 года М. (360000 рублей), указанные денежные средства он либо сам зачислял на банковский счет Т., к которой был доступ у Л., либо просил свою супруг перечислять свои денежные средства. Кроме того, в период с 01 января 2020 по 09 июня 2020 года он передавал ежемесячно денежные средства Л. наличными. На условиях ежемесячной передачи взятки должностными лицами /__/ созданы благоприятные условия по первоочередной, быстрой и беспрепятственной выдаче разрешений о допуске объектов /__/ в эксплуатацию.

Свидетель Ж., региональный управляющий – начальник производства /__/, показал, что в 2021 году М. ему сообщил о необходимости ежемесячно передавать денежные средства в качестве взятки в сумме 15000 рублей за беспроблемный ввод в эксплуатацию объектов /__/, по которым /__/ выступало в качестве эксплуатирующей организации, с чем он согласился. С апреля 2021 года по дату перевода Л. из /__/ он ежемесячно передавал денежные средства Л. (наличными или возмещением путем выплаты премии из премиального фонда руководителя) для последующего перечисления в адрес Т. в качестве взятки должностным лицам /__/, затем он продолжил передавать денежные средства М. на ежемесячной основе по 15000 рублей для последующей их передачи в качестве взятки должностным лицам (наличными, или перечислением на банковский счет, или через Р. с последующим возмещением через премиальный фонд руководителя) за общее покровительство при вводе объектов /__/ в эксплуатацию.

Свидетель С., главный инженер /__/, показал, что за период его работы ему не известны факты отказа в предоставлении разрешений на допуск объекта /__/ в эксплуатацию. Он как главный инженер /__/ является ответственным за /__/, в связи с чем указывается в качестве участвующего лица при проведении осмотра объектов, вводимых в эксплуатацию. Фактически в указанных осмотрах он не участвовал, данные осмотры с непосредственным выездом на объект не проводились. 08 июня 2022 года, когда Ж. находился в отпуске, к нему обратился М., сказав, что требуются денежные средства на ежемесячный взнос на цели, связанные с /__/, при этом Ж. в курсе данной ситуации. Тогда он спросил у Ж. в сообщении, где брать деньги для /__/, на что Ж. ему ответил спросить у Р., однако последний сказал ему, что денежные средства у него отсутствуют, что он и передал Ж. 10 июня 2022 года к нему снова обратился М. за указанными денежными средствами, он вновь написал Ж., который пояснил, что у него тоже нет денежных средств и необходимо скидываться. После чего он, Ж. и М. скинулись по 5000 рублей. Примерно в июле 2023 года М. вновь обратился к нему с просьбой о займе денежных средств для тех же целей, он понял, что это систематический сбор, и передал 5000 рублей для /__/.

Свидетель Л., начальник производственно-технической службы /__/, показал, что примерно в июле 2020 года Т. перед своим отъездом из /__/ пояснил ему о необходимости перечислять денежные средства в сумме 15000 рублей для получения разрешений на допуск в эксплуатацию объектов /__/, о чем был в курсе Д., который должен был производить возмещение денежных средств. С июля 2020 года по июль 2021 года он ежемесячно осуществлял перечисление денежных средств в сумме по 15000 рублей со своего банковского счета на банковский счет Т., при этом денежные средства ему возмещались из премиального фонда руководителя /__/, а также непосредственно наличными сначала Д., затем Ж. Он понимал, что данные денежные средства нужны для решения вопроса с сотрудниками /__/. В общей сложности он перечислил в адрес Т. денежные средства в общей сумме 195000 рублей (13 переводов по 15000 рублей). После него должность начальника производственно-технической службы занял М., которому он рекомендовал при возникновении вопросов и проблем относительно получения разрешений на допуск в эксплуатацию объектов /__/ обращаться к Т., поскольку в период перечисления ему денежных средств разрешения на допуск выдавались в максимально допустимый и короткий срок.

Кроме того, вина ФИО3 и ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, подтверждается показаниями свидетеля Т. по обстоятельствам передачи одной из своих банковских карт ПАО «Сбербанк России», а в последующей и перевыпущенной карты супругу; показаниями свидетеля М., начальника производственно-технической службы /__/, по обстоятельствам передачи ему в период с 10 августа 2021 года по 13 июля 2023 год Ж. 360000 рублей для передачи Т., а в последующем должностным лицам /__/ денежных средств в качестве взятки; показаниями Р., начальника службы технической диагностики /__/, по обстоятельствам неоднократных обращений к нему Ж. о необходимости перечисления денежных средств в сумме 15000 рублей в адрес М., как говорил ему Ж., для производства; показаниями свидетелей Л., начальника Томского отдела /__/, и С., /__/, по процедуре получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию в /__/; показаниями свидетеля Г. по обстоятельствам процедуры получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, а также по выяснению от Л. обстоятельств проведения сотрудниками правоохранительных органов проверок; показаниями свидетеля Д., начальника производственно-технической службы, а также регионального управляющего «/__/», по обстоятельствам проведения осмотров объектов /__/ перед получением разрешений на допуск в эксплуатацию; показаниями свидетеля А., подтверждающими осуществление Л. перевода с чужой банковской карты в качестве оплаты его услуг; показаниями свидетеля П. о поступлении ему денежных средств на счет в качестве расчета за долг от Л. с банковского счета, открытого на иное лицо; показаниями свидетеля П., согласно которым денежные средства в размере 10000 рублей могли быть перечислены за ее деятельность в качестве бухгалтера в /__/; показаниями свидетеля М. по обстоятельствам работы по заявлениям /__/, согласно которым практически все они рассматривались Л., так как отписывались ему ФИО2, при этом осмотры объектов не производились, о чем было известно ФИО3

Кроме того, вина осужденных ФИО2 и ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, подтверждается письменными материалами уголовного дела.

Так, изъятые 30 августа 2023 года в ходе обыска в /__/ документы (приказы /__/ «О предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска», должностные регламенты государственного инспектора /__/, служебный контракт о прохождении Л. государственной гражданской службы РФ и замещении должности государственной гражданской службы от 19 марта 2008 года, а также дополнительные соглашения к нему, приказ /__/ №45-лс от 19 марта 2008 года «О приеме на государственную гражданскую службу, назначение победителя конкурса на вакантную должность, заключение служебного контракта с Л.», выписки из приказа /__/ №457-лс от 15 июля 2014 года «О переводе» Л.; приказ /__/ №81/тк от 18 марта 2021 года «О заключении срочного служебного контракта с ФИО3», должностной регламент федерального государственного гражданского служащего, замещающего должность заместителя руководителя /__/ от 30 мая 2023 года, служебный контракт о прохождении государственной гражданской службы РФ и замещении должности государственной службы РФ с ФИО3 от 16 апреля 2021 года, дополнительные соглашения к служебному контракту, приказ /__/ №220/1-лс от 27 марта 2023 года «О заключении срочного служебного контракта с ФИО2», служебный конракт /__/ от 27 марта 2023 года о прохождении федеральной государственной гражданской службы РФ и замещении должности федеральной государственной гражданской службы РФ с ФИО2, должностные регламенты ФИО2) подтверждают занимаемые должности и должностные полномочия ФИО2, ФИО3, Л.

10 июля 2024 года осмотрены материалы уголовного дела, возбужденного в отношении Д. по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.291 УК РФ, а именно: протоколы осмотров предметов (документов) от 29 мая 2024 года, согласно которым осмотрены выписки с банковских счетов Л. и Т., установлено осуществление в период времени с 10 июля 2020 года по 10 февраля 2021 года переводов в сумме 120000 рублей (по 15000 рублей ежемесячно) на карту Т.; протокол осмотра предметов (документов) от 26 мая 2024 года, в соответствии с которым осмотрен оптический диск с файлами, установлена детализация банковского счета, принадлежащего Т., а также осуществление переводов между счетами Т. (10 сентября 2020 года на 15000 рублей, 08 октября 2020 года на 40000 рублей, 10 ноября 2020 года на 17000 рублей, 10 декабря 2020 года на 15000 рублей, 13 января 2021 года на 15000 рублей, 10 февраля 2021 года на 15000 рублей).

Согласно протоколу осмотра предметов и документов от 04 сентября 2023 года осмотрены четыре банкноты Банка России номиналом по 5000 рублей, добровольно выданные Л.

Как следует из результатов оперативно-розыскной деятельности, в том числе оперативного эксперимента, 30 августа 2023 года проведены встречи Л. с ФИО3 и Г., в ходе которых указанным должностным лицам переданы часть взятки от представителей /__/ в размере 20000 рублей каждому.

04 сентября 2023 года осмотрены банкноты Банка России номиналом по 5000 рублей, изъятые 30 августа 2023 года в ходе личного обыска ФИО2, а также четыре банкноты Банка России номиналом 5000 рублей, изъятые 30 августа 2023 года в ходе личного обыска ФИО3

05 сентября 2023 года осмотрена банковская карта ПАО «Сбербанк России», оформленная на имя Т., добровольно выданная Л., которая использовалась для получения взятки Л., ФИО3 и ФИО2

Согласно протоколу осмотра и прослушивания фонограмм от 18 января 2024 года осмотрен CD-R диск от 18 ноября 2023 года, на котором имеются результаты оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение», подтверждающие передачу взятки Л. ФИО3 15 декабря 2022 года и 30 августа 2023 года, из содержания которых следует, что ФИО3 был осведомлен о получении взятки от представителей /__/ и /__/.

15 сентября 2023 года осмотрены документы, изъятые 30 августа 2023 года в ходе обыска в /__/, а именно: заявления /__/ о проведении осмотра и выдаче разрешения на допуск в эксплуатацию /__/ от 06 мая, 23 июля, 13 августа, 08 и 14 октября, 18 ноября 2020 года, акты осмотра соответствующих /__/, разрешения на допуск в эксплуатацию /__/; заявления /__/ о проведении осмотра и выдаче на допуск в эксплуатацию объекта /__/ от 04 марта, 05 и 07 апреля, 20 мая, 12 и 14 июля, 02 августа, 01 декабря 2021 года, уведомления о приеме заявлений, копия уведомления о приеме заявления к рассмотрению, технические условия на проектирование системы /__/ объекта «/__/», проект шифр Ш-175; акты осмотра /__/, разрешения на допуск в эксплуатацию; заявления /__/ о проведении осмотра и выдаче разрешений на допуск в эксплуатацию /__/ от 15 марта, 06 апреля, 14 октября, 14 декабря 2022 года, уведомления о приеме заявлений, акты осмотра /__/, разрешения на допуск в эксплуатацию; заявления /__/ о проведении осмотра и выдачи разрешения на допуск в эксплуатацию /__/ от 14 марта, 19 апреля, 24 мая 2023 года, уведомления о принятии заявлений к рассмотрению, акты осмотра /__/, разрешения на допуск в эксплуатацию /__/. Указанные заявления поручены Г. в работу инспектору Л., Г. утверждены акты осмотра /__/, составленные и подписанные Л., ФИО3 утверждены разрешения на допуск в эксплуатацию /__/. Кроме того, Л., исполнявшим обязанности заместителя руководителя /__/, не осведомленным о преступных намерениях осужденных, подписано разрешение на допуск в эксплуатацию /__/ от 23 марта 2022 года. Также ФИО2, исполняя обязанности заместителя руководителя /__/, реализуя совместный с Л. и ФИО3 умысел на получение взятки, утвердил разрешения на допуск в эксплуатацию /__/ от 04 августа 2021 года, от 17 марта 2023 года.

Согласно протоколу осмотра предметом от 09 октября 2023 года осмотрен мобильный телефон «Xiaomi», изъятый у Т., установлено наличие переписок с Л. и М. относительно передач денежных средств в качестве взятки в те даты, в которые приходили денежные средства на банковскую карту Т.

Также их вина подтверждается приказом и.о. руководителя /__/ №408-лс от 15 июня 2015 года «О назначении на должность федеральной государственной гражданской службы ФИО2», согласно которому ФИО2 назначен на ведущую должность федеральной государственной гражданской службы начальника /__/ с 15 мая 2015 года; приказами руководителя /__/ №196-лс от 27 марта 2018 года и и.о. руководителя /__/ №220/1-лс от 27 марта 2023 года «О заключении служебного контракта с ФИО2», согласно которому с ФИО2 заключен срочный служебный контракт о прохождении федеральной государственной гражданской службы; служебными контрактами о прохождении государственной гражданской службы РФ и замещении должности государственной гражданской службы РФ от 27 марта 2023 года; должностными регламентами начальника /__/; приказами руководителя /__/ №29/тк от 17 марта 2015 года, №169/тк от 27 октября 2017 года, №101/тк от 17 апреля 2018 года, №81/тк от 18 марта 2021 года, в соответствии с которым ФИО3 назначен на должность государственной гражданской службы заместителя руководителя /__/; служебными контрактами о прохождении государственной гражданской службы РФ и замещении должности государственной гражданской службы РФ; должностным регламентом заместителя руководителя /__/; решением единственного участника единственного участника /__/ от 13 декабря 2021 года фирменное наименование /__/ изменено на новое фирменное наименование /__/; листом записи ЕГРЮЛ /__/ от 21 декабря 2021 года, согласно которому внесена запись о государственной регистрации изменений, внесенных в учредительный документ юридического лица, и внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ; ответом на запрос из /__/ №82 от 12 января 2024 года офис /__/ в период с 01 января 2020 года по 31 января 2022 года располагался по адресу: /__/, в период с 01 февраля 2022 года по адресу: /__/; ответом на запрос из АО «Газпромбанк» от 04 октября 2023 года об имеющихся в банке счетах на имя Ж.; выпиской о движении средств по счету, открытому на имя М. в ПАО «Сбербанк России», согласно которой имеются перечисления денежных средств с указанного банковского счета на банковские счета Т.; ответом на запрос из АО «Газпромбанк» от 03 октября 2023 года, согласно которому в период с 10 августа 2021 года по 13 июля 2023 года произведены списания денежных средств на общую сумму 165000 рублей (по 15000 рублей), 07 июня 2022 года на счет М. поступило три зачисления денежных средств по 5000 рублей, после чего денежные средства в сумме 25000 рублей перечислены М.; ответом на запрос из АО «Газпромбанк» от 03 октября 2023 года о счетах на имя Т.; протоколом очной ставки от 21 ноября 2023 года, согласно которому ФИО2 показал место ознакомления его Л. с договоренностью, осуществленной с представителями /__/ (ранее /__/) и /__/, а также места получения взятки в виде денежных средств через Л.; протоколом очной ставки Л. с ФИО3 от 08 ноября 2023 года, в ходе которой Л. подтвердил свои показания о достижении договоренности с ФИО2 и ФИО3 о получении взятки за помощь при поступающих заявлениях /__/, «ускорять» поступающие заявления, быстрее с ними работать, а также о получении взятки от представителей /__/ и последующих передачах части взятки ФИО2 и ФИО3; протоколом очной ставки между Т. и Л. об осведомленности последнего о необходимости перечисления ежемесячно в период с июля 2020 года по июль 2021 года денежных средств в сумме 15000 рублей, которые он (Т.) переводил на карту своей супруги, находящейся в пользовании Л.; протоколом очной ставки Л. и Т. от 11 июня 2024 года.

По эпизоду получения должностным лицом через посредника взятки в виде денег в значительном размере за совершение незаконных действий (бездействия), входящих в его служебные полномочия, и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию) в пользу взяткодателя группой лиц по предварительному сговору вина ФИО2, помимо его признательных показаний, также подтверждается иными доказательствами, приведенными в приговоре, получившими верную оценку в их совокупности.

Так, свидетель Л. показал, что примерно в сентябре 2020 года к нему обратился сотрудник /__/ Т. с просьбой на постоянной основе оказать помощь при ежегодном прохождении сотрудниками /__/ проверки знаний норм и правил в области /__/, о чем он сообщил ФИО2, который согласился на получение взятки. Они с ФИО2 определили сумму взятки за каждого сотрудника /__/, который будет проходить проверки знаний, в сумме 5000 рублей, а также деление полученной суммы денежных средств поровну, о чем он сообщил Т. 06 октября 2020 года экзамен сдавали сотрудники /__/ Д., Ж., О., С. и Л., которым он по согласованию с ФИО2 помог сдать тестирование на компьютере: разрешил пользоваться мобильным телефоном для поиска правильных ответов в сети Интернет, проверил результаты тестирования перед завершением экзамена, после чего оформил листы журнала проверки знаний, за что получил от Т. взятку в виде 25000 рублей путем перечисления денежных средств на банковскую карту супруги Т., находящуюся в его пользовании, половину из которых (12500 рублей) передал ФИО2 Таким же способом он вновь получил взятку от Т. накануне сдачи экзамена 01 июля 2021 года сотрудниками /__/ Л., Ж., М., О. и С., которым он передал правильные ответы, чтобы те указали их в бланках листов ответов, а после оформил листы журнала проверки знаний. Половину от полученной взятки в размере 25000 рублей (12500 рублей) он передал ФИО2 Затем взятку в виде денежных средств от Т. в сумме 25000 рублей он получил 07 июня 2022 года также путем перечисления денежных средств на банковскую карту, находящуюся в его пользовании, половину от которых (12500 рублей) он передал ФИО2 При прохождении проверки знаний 23 июня 2022 года участвовали сотрудники /__/ С., М., О., Г., которым он, предварительно получив одобрение ФИО2, оказал помощь в сдаче тестирования на компьютере: разрешил пользоваться мобильным телефоном, проверил результаты тестирования перед завершением экзамена, а после оформил лист журнала тестирования. Кроме того, в этот же день, 23 июня 2022 года, от имени Ж. экзамен сдавал другой сотрудник /__/.

Свидетель З. показал, что часто по просьбе Л. подписывал листы журнала проверки знаний по /__/ без проверки на наличие результатов тестов, доверяя Л. и ФИО2, однако то, каким образом проводилась проверка знаний норм и правил в области /__/ 06 октября 2020 года, 01 июля 2021 года и 23 июня 2022 года, он не помнит.

Свидетель Л. показал по обстоятельствам процедуры проверки знаний правил и норм по /__/. Каким образом проводилась проверка знаний норм и правил в области /__/ 06 октября 2020 года, 01 июля 2021 года и 23 июня 2022 года, он не помнит. В 2022 году в конце дня он поднялся в экзаменационный кабинет, чтобы убедиться в отсутствии экзаменуемых лиц, кабинет был закрыт, но его тут же открыл Л. В кабинете находилось несколько мужчин, которые на компьютерах решали билеты по проверке знаний, при этом в руках у мужчин находились мобильные телефоны, которые они начали прятать, в связи с чем он сделал замечание мужчинам и Л.

Свидетели Э., М., С. также дали показания по процедуре проведения экзамена в здании /__/. При этом С. показала, что часто видела, как Л. осуществляет помощь лицам, которые проходят проверку знаний, подозревала о наличии коррупционного взаимодействия между такими лицами и Л.

Свидетель Т. показал, что примерно в сентябре или октябре 2020 года ему позвонил начальник /__/ Л., который спросил его, каким образом можно упростить процедуру сдачи экзамена и гарантированно пройти проверку знаний по /__/ в /__/, после чего этот же вопрос он задал Л., который ответил о необходимости перечислять ему в качестве взятки по 5000 рублей за каждое лицо, которое будет проходить проверку знаний. Первое перечисление денежных средств в качестве взятки в размере 25000 рублей Л. произвел 05 октября 2020 года, после чего он снял эти денежные средства и внес их на счет Т., открытый в ПАО «Сбербанк России», после чего Т. перечислила данные денежные средства на другой свой счет, доступ к которому имел Л., который 10 октября 2020 года обналичил данные денежные средства в одном из банкоматов /__/. Второе перечисление денежных средств в сумме 25000 рублей Л. осуществил 29 июня 2021 года, после чего он так же перечислил эти деньги на счет Т., которая, в свою очередь, перечислила их на другой свой счет, доступ к которому имел Л., который 30 июня 2021 года обналичил данные денежные средства. Далее 07 июня 2022 года М. со своего банковского счета перечислил денежные средства в сумме 25000 рублей на его банковский счет, он перечислил эти денежные средства на счет Т., а последняя – на другой банковский счет, доступ к которому имел Л., который 07 июня 2022 года обналичил денежные средства. До сдачи экзамена 23 июня 2022 года примерно в июне 2022 года в ходе телефонного разговора М. попросил договориться с Л. о возможности сдачи экзамена от имени Ж. другим лицом, поскольку Ж. находится в отпуске, после чего он обратился с аналогичным вопросом к Л., который ответил утвердительно.

Свидетель Т. пояснила, что одну из своих карт она в середине 2020 года по просьбе Т. отдала ему в пользование. В 2022 году закончился срок действия данной банковской карты, в связи с чем по просьбе Т. она в офисе ПАО «Сбербанк России» забрала перевыпущенную карту и передала ее Т. При этом Т. нередко обращался к ней с просьбой о перечислении денежных средств на данную карту.

Свидетель М. показал, что примерно в июне 2021 года к нему обратился Л., который пояснил, что имеется возможность сдать экзамен в /__/ за взятку в виде денег, для чего ему необходимо передать денежные средства в сумме 5000 рублей для последующего направления должностным лицам /__/. Для того, чтобы подстраховаться, в июне 2021 года он (как и другие сотрудники /__/, которые сдавали экзамен в 2021 году) передал денежные средства в сумме 5000 рублей наличными Л., после чего 01 июля 2021 года совместно с Ж., О., Л. и С. принял участие в экзамене, в ходе которого Л. назвал правильные ответы на указанные в билетах вопросы, после чего собрал все бланки листов ответов и подготовил лист журнала проверки знаний, который заверил своей подписью. Далее 07 июня 2022 года собранные им у Ж., С., О. и Г. денежные средства, а также свои денежные средства в сумме 5000 рублей он перечислил на банковский счет Т., а последний, в свою очередь, на банковский счет Л., после чего 23 июня 2022 года совместно с С., Г. и О. он принял участие в проверке знаний, в ходе которой Л. назвал правильные ответы, после чего распечатал листы тестирования. Вместо Ж. 23 июня 2022 года проверку знания проходил С., на что Л. предварительно дал согласие.

Аналогичные показания относительно обстоятельств сдачи экзаменов 06 октября 2020 года, 01 июля 2021 года, 23 июня 2022 года дали свидетели Г., С., а также свидетели Ж., Д., Л. и О., которые суд положил в основу приговора в части, не противоречащей совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, в остальной части относясь к ним критически, поскольку факт их осведомленности о передаче денежных средств сотрудникам /__/ именно в качестве взятки за успешную сдачу экзаменов подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, а также установлен вступившими в законную силу приговорами суда в отношении Ж. и О.

Кроме того, вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ, подтверждается письменными материалами уголовного дела, а именно: протоколом осмотра предметов (документов) от 11 декабря 2023 года, согласно которому осмотрены документы, относящиеся к проверке знаний норм и правил в сфере /__/ сотрудников /__/, в том числе листы журнала проверки знаний норм и правил в сфере /__/ №757 от 26 марта 2020 года, №873 и №874 от 06 октября 2020 года, №1371, 1370 от 01 июля 2021 года, №1195 от 23 июня 2022 года; выпиской о движении средств по счетам М., подтверждающими перечисление 07 июня 2022 года Т. 25000 рублей, из которых до этого М. по 5000 рублей перечислили Ж., С., О., Г.; выпиской о движении денежных средств по счету Т., подтверждающей перечисление денежных средств на банковский счет Т.; выпиской о движении денежных средств по счету Ж., подтверждающей перечисление денежных средств на банковские счета М.; протоколом осмотра предметов от 10 июля 2024 года, в соответствии с которым осмотрен протокол осмотра предметов от 29 мая 2024 года, согласно которому осмотрена выписка с банковского счета Л., в которой имеются переводы на счет Т.; Положениями об отраслевой комиссии /__/ по проверке знаний норм и правил в области /__/ 2019 и 2021 года, которыми установлены функции отраслевой территориальной комиссии /__/ по проверке знаний норм и правил в области /__/, а также порядок работы этой комиссии; Приказами /__/ №ПР-340-222-о от 04 марта 2020 года, № ПР-340-717-о от 19 ноября 2020 года, №ПР-340-357-о от 08 июня 2022 года о создании комиссии по проверке норм и правил в области /__/ и утверждении ее состава; решением единственного участника /__/ от 13 декабря 2021 года, листу записи ЕГРЮЛ /__/ от 21 декабря 2021 года об изменении наименования /__/ на /__/; ответом /__/ №82 от 12 января 2024 года о расположении офиса; приказом и.о. руководителя /__/ №408-лс от 15 июня 2015 года «О назначении на должность федеральной государственной гражданской службы ФИО2»; приказом руководителя /__/ №196-лс от 27 марта 2018 года «О заключении служебного контракта с ФИО2»; должностными регламентами начальника /__/, утвержденного руководителем /__/ 29 марта 2019 года, 01 июля 2021 года и и.о. руководителя /__/ 14 марта 2023 года; приказом и.о. руководителя /__/ №220/1-лс от 27 марта 2023 года «О заключении срочного служебного контракта с ФИО2».

Показания свидетелей являются подробными, последовательными.

Каких-либо оснований для оговора осужденных ФИО2 и ФИО3 у свидетелей не установлено, неприязненных отношений между ними не имелось, в связи с чем оснований не доверять их показаниям у суда не было.

Доводы стороны защиты о том, что свидетель Л. оговаривает ФИО3, несостоятельны, поскольку обоснованных оснований сомневаться в достоверности не имеется. Сам по себе факт заключения досудебного соглашения о сотрудничестве не свидетельствует о даче Л. заведомо ложных показаний и не ставит под сомнение их достоверность.

Все доказательства, представленные сторонами в судебном заседании, были собраны и получены с учетом требований ст.73-81 УПК РФ.

Каких-либо существенных противоречий в приведенных в приговоре доказательствах, которые могли бы поставить под сомнение выводы суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминированного ему преступления, вопреки доводам стороны защиты, судом не установлено. Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имелось, поскольку последние даны лицами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания согласуются между собой, а также с иными доказательствами по делу.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Стороженко А.В. о том, что Л., воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ в суде первой инстанции, нарушил заключенное им досудебное соглашение, о нарушении права на защиту отказом Л. давать ответы на вопросы защиты, о том, что его показания не могут быть использованы в качестве доказательств по делу, судебная коллегия считает несостоятельными.

Вопреки доводам защиты, Л. условия заключенного досудебного соглашения выполнил, дал подробные показания об обстоятельствах преступной деятельности как взяткодателей и посредников во взяточничестве, так и взяткополучателей – ФИО3 и ФИО2, и данное обстоятельство признано вступившим в законную силу приговором суда, которым Л. назначено наказание. Возможность отказаться от дачи показаний в суде предусмотрена ст. 51 Конституции РФ. То, что Л. воспользовался своим правом, основанием для признания его показаний недопустимым доказательством не является. В случае отказа от дачи показаний в суде в отношении соучастников преступления и иных лиц, совершивших преступления, с учетом положений п. 2 ч. 4 ст. 46 и п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ показания лица, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу.

Тот факт, что при допросе Л. не были разъяснены положения ст.561 УПК РФ, при отсутствии жалобы самого Л. на данное обстоятельство, основанием к отмене приговора не является.

Вопреки доводам апелляционных жалоб ФИО3 и его адвоката, выводы суда о законности оперативно-розыскных мероприятий, допустимости полученных на их основе доказательств являются правильными, так как они проведены в соответствии со ст. 89 УПК РФ, Федеральным законом от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», их результаты представлены органам следствия с соблюдением «Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», а осмотр полученных оперативным путем материалов и признание их вещественными доказательствами произведены с соблюдением положений уголовно-процессуального закона.

Доводы апелляционных жалоб ФИО3 и его адвоката об отсутствии документирования проведенного 15 декабря 2022 года и 30 августа 2023 года оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» нельзя признать состоятельными.

Федеральный закон от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» не содержит каких-либо обязательных требований к документированию такого мероприятия как «наблюдение».

Статьей 6 указанного закона предусмотрено использование в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий аудиозаписи.

Проведение и результаты оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение» зафиксированы в справке-меморандуме оперуполномоченного, аудиофайлах, которые были записаны на CD-R диск в целях передачи следственным органам и прослушаны следователем в ходе осмотра (т.1, л.д.160-164).

С учетом содержания п. 12 «Инструкции о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд» о порядке раскрытия сведений об организации и тактике проведения оперативно-поисковых и оперативно-технических мероприятий, используемых при их проведении технических средствах, довод жалобы адвоката Стороженко А.В. о недопустимости в качестве доказательства аудиозаписей разговоров от 15 декабря 2022 года и 30 августа 2023 года, полученных в ходе оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», ввиду отсутствия сведений об устройствах, на которые они произведены и сохранены, является несостоятельным.

В ходе допроса Л. подтвердил содержание состоявшихся между ним и ФИО3 15 декабря 2022 года и 30 августа 2023 года разговоров, зафиксированных в ходе оперативно-розыскного мероприятия.

Диск с аудиозаписями был предоставлен следователю и обоснованно признан вещественным доказательством как содержащий сведения, имеющие значение для уголовного дела.

При этом то обстоятельство, что в заключении № 506 от 17 июля 2024 года эксперты в категоричной форме не смогли подтвердить принадлежность голоса, зафиксированного на аудиозаписях, ФИО3, на что указывает сторона защиты, не влечет за собой невозможность использования в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности, а доводы осужденного об обратном основаны на неверном толковании норм закона.

Как усматривается из приговора суда, заключение экспертов № 506 от 17 июля 2024 года не закладывалось судом в качестве доказательства вины осужденного ФИО3 Ссылка государственного обвинителя на данное заключение при выступлении в прениях сторон, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, нарушением уголовно-процессуального закона не является, тем более что данное заключение судом недопустимым доказательством не признавалось.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» также допущено не было. Из представленного отчета по банковской карте Т. следует, что с апреля по июль 2023 года на банковскую карту Т., находящуюся в пользовании Л., поступило 60000 рублей (по 15000 рублей ежемесячно), в связи с чем преступный характер денежных средств, переданных Л. ФИО3 в ходе «оперативного эксперимента», вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Стороженко А.В., сомнений не вызывает.

Таким образом, изложенные в приговоре доказательства были тщательным образом исследованы судом первой инстанции, по итогам чего им дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности исследованные доказательства признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Каждое из доказательств получило правильную правовую оценку как самостоятельно, так и в совокупности с другими доказательствами, что надлежащим образом отражено в приговоре.

Вместе с тем согласно ч.3 ст.240 УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Поскольку по смыслу закона суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания, следует исключить из приговора ссылку на протокол очной ставки между Л. и Т. от 11 июня 2024 года (т.5, л.д.87-90), на выписку из приказа руководителя /__/ «О переводе» №457-лс от 15 июля 2014 года в отношении Л. (т.6, л.д.74, т.7, л.д.222), на дополнительное соглашение к служебному контракту о прохождении государственной гражданской службы РФ и замещении должности государственной гражданской службы РФ от 15 июля 2014 года (т.6, л.д.75-76), должностные регламенты государственного инспектора /__/, утвержденные руководителем /__/ 29 марта 2019 года, 01 июля 2021 года и и.о. руководителя /__/ 14 марта 2023 года (т.6, л.д.114-128, 129-145, 146-163), на приказ /__/ №45-лс от 19 марта 2008 года «О приеме на государственную гражданскую службу, назначение победителя конкурса на вакантную должность, заключение служебного контракта с Л.» (т.7, л.д.189), на служебный контракт о прохождении федеральной государственной гражданской службы РФ и замещении должности федеральной государственной гражданской службы РФ от 09 января 2013 года (т.7, л.д.216-221), на приказ /__/ №160-лс от 30 июня 2009 года «О переводе Л. в другое подразделение» (т.7, л.д.201), на приказ /__/ №50-лс от 09 января 2013 года «О переводе (т.7, л.д.238) как на доказательства виновности осужденных, поскольку в судебном заседании данные доказательства не исследовались.

Указанные изменения не влияют на обоснованность выводов суда о доказанности виновности ФИО2 и ФИО3 в получении должностным лицом через посредника взятки в виде денег за совершение в пользу взяткодателя и представляемых им лиц незаконных действий (бездействия), входящих в служебные полномочия должностного лица, и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), за попустительство по службе, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, а также о доказанности виновности ФИО2 в получении должностным лицом через посредника взятки в виде денег в значительном размере за совершение незаконных действий (бездействия) в пользу взяткодателя, входящих в его служебные полномочия, и если оно в силу должностного положения может способствовать указанным действиям (бездействию), группой лиц по предварительному сговору, а также о квалификации действий ФИО3 – по пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, а действий ФИО2 - по пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ и п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ.

Квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» по обоим эпизодам нашел свое подтверждение, поскольку судом установлено, что по первому эпизоду ФИО2 и ФИО3 совместно с Л., а по второму эпизоду ФИО2 совместно с Л. договорились о получении взятки, и каждый из них выполнил действия, направленные на достижение общего преступного результата. Выводы суда в данной части подтверждены собранными доказательствами, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям закона, не согласиться с ними не имеется оснований.

При этом для квалификации преступления как совершенного группой лиц по предварительному сговору не обязательна прямая договоренность каждого участника с каждым. В связи с этим, вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО3, отсутствие предварительной договоренности между ним и ФИО2 о совершении преступления, при наличии доказательств достижения такой договоренности, с одной стороны, между Л. и ФИО3, с другой, между Л. и ФИО2, не свидетельствует о незаконном вменении указанного квалифицирующего признака, учитывая, что все участники группы заранее знали о совместном характере деяния, были объединены единым умыслом и договорились о совместном выполнении объективной стороны преступления.

При принятии решения о наличии в действиях ФИО3 и ФИО2 квалифицирующих признаков совершения преступлений «в значительном» (по второму эпизоду у ФИО2) и «в крупном размере» (по первому эпизоду у ФИО3 и ФИО2) суд также верно исходил из примечания к ст. 290 УК РФ, в соответствии с которым значительным размером взятки признается сумма денег, превышающая двадцать пять тысяч рублей, а крупным - свыше ста пятидесяти тысяч рублей.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с положениями глав 35 - 39 УПК РФ объективно и всесторонне, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о состязательности и равноправии сторон.

Все юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ, установлены.

Поскольку в силу абз.2 п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» преступление признается оконченным с момента принятия взятки хотя бы одним из входящих в преступную группу должностных лиц, то обстоятельство, что какие-то из ежемесячных сумм взятки могли передаваться ФИО3 Л. не в здании /__/, на что указывает сторона защиты, на выводы суда о виновности осужденного ФИО3 в совершении преступления и о квалификации его действий не влияет. Вместе с тем судом обоснованно установлено, что в основном такие передачи осуществлялись в здании /__/, расположенного по адресу: /__/.

Судом обеспечены необходимые условия для реализации сторонами их процессуальных прав, которыми они реально воспользовались без каких-либо ограничений.

Сведений о предвзятости суда и об обвинительном уклоне не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в том числе о направлении запроса сотовому оператору «Билайн» о предоставлении детализации входящих звонков по телефону Л., разрешались судом в порядке, установленном уголовно-процессуальном законом, с вынесением обоснованных и мотивированных постановлений, соответствующих положениям ст. 256 УПК РФ и объявленных в судебном заседании.

Приговор соответствует требованиям ст. 304, 307 - 309 УПК РФ.

Доводы ФИО3 и его адвоката о том, что Л. еще с 2016 года не выезжал на объекты для их осмотра, не свидетельствуют о невиновности осужденных в совершении инкриминируемых им преступлений. Кроме того, как обоснованно указано судом в приговоре, существование разрешительной системы обусловлено наличием административно-правовых запретов, призванных предотвращать наступление неблагоприятных для государства, общества, личности последствий, нивелировать угрозы безопасности, в связи с чем отмена даже в 2020 году в условиях борьбы с пандемией ранее обоснованно установленного запрета на осуществление какой-либо деятельности (действий) в отсутствие разрешений должна иметь исключительный характер, адекватный причине такого решения и учитывающий риски возможных последствий. Из показаний свидетеля Л. следует, что в период эпидемии коронавирусной инфекции имелись определенные послабления, однако при поступлении заявления на получение разрешения на допуск объекта /__/ в эксплуатацию оно рассматривалось в том порядке, который был установлен нормативно-правовыми актами, его отдел в 2020 году выезжал на осмотры объектов. Поскольку поступавшие от /__/ и /__/ заявления были рассмотрены, составлены акты осмотра, выданы разрешения на допуск объектов в эксплуатацию, соответствующие заявки должны были быть рассмотрены в общем порядке, определенном Приказом /__/ №212, однако вместо этого сторонами было оговорено, что денежные средства в размере 15000 рублей будут передаваться должностным лицам /__/ в качестве взятки на ежемесячной основе и вне зависимости от количества объектов, допускаемых в эксплуатацию.

Версия стороны защиты о том, что осужденный ФИО3 получал от Л. денежные средства, используемые в дальнейшем на нужды коллектива, желая таким образом компенсировать занятия Л. в рабочее время своими личными делами, а 30 августа 2023 года получил от Л. денежные средства в размере 20000 рублей в качестве займа для оплаты обучения сына, была судом первой инстанции тщательно проверена и обоснованно отвергнута как не подтвержденная какими-либо доказательствами и противоречащая фактическим обстоятельствам, установленным в ходе рассмотрения дела. В приговоре приведены убедительные мотивы такого решения, не согласиться с которыми у судебной коллегии оснований не имеется.

Приведенные в приговоре мотивы относительно квалификации действий осужденных ФИО2 и ФИО3 убедительны и подтверждаются совокупностью доказательств, допустимость и достоверность которых не вызывает сомнений у судебной коллегии. Несогласие осужденного ФИО3 с квалификацией его действий на правильность выводов о виновности и на квалификацию содеянного не влияет.

Таким образом, оснований для переквалификации действий ФИО3 на ч.1 ст.286 УК РФ, для отмены приговора суда с направлением дела на новое рассмотрение или для вынесения в отношении ФИО3 оправдательного приговора, вопреки доводам стороны защиты, не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах ФИО3 и его адвоката, о несогласии стороны защиты с оценкой доказательств по делу, данной судом первой инстанции, не свидетельствуют о наличии нарушений закона, которые могут повлечь отмену судебного решения, и направлены на переоценку доказательств, исследованных судом по правилам ст. ст. 87, 88 УПК РФ. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 88 УПК РФ и в силу ст. 38915 УПК РФ не является основанием для отмены или изменения приговора.

Вопреки доводам стороны защиты, при назначении ФИО2 и ФИО3 наказания суд в соответствии со ст.6, 43, 60, 67 УК РФ учел характер и степень общественной опасности содеянного, характер и степень фактического участия в совершенных преступлениях, значение этого участия для достижения целей преступлений, его влияние на характер и размер причиненного вреда, а также личность виновных, наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семьи.

Оценивая данные о личности ФИО2, суд учел, что он не судим, имеет постоянное место жительства, где участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, на учетах в специализированных диспансерах не состоит, социально адаптирован, исключительно положительно характеризуется супругой Г., сестрой Г., по месту работы заместителем руководителя /__/ Б. характеризуется удовлетворительно, имеет множество почетных грамот, благодарностей, наград в связи с исполнением трудовых обязанностей, многими коллегами, в том числе допрошенными в судебном заседании в качестве свидетелей по делу, характеризуется как грамотный руководитель и хороший человек.

В качестве обстоятельств, смягчающих ФИО4 наказание, суд в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ учел наличие у него на иждивении двоих малолетних детей, воспитанием и содержанием которых он занимается, в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ – активное способствование расследованию преступлений, выразившееся в даче в ходе предварительного расследования последовательных признательных показаний, правдивых и полных, способствующих расследованию преступлений, а также способствование изобличению и уголовному преследованию другого соучастника преступления, на основании ч.2 ст.61 УК РФ – полное признание вины, раскаяние в содеянном, оказание помощи участникам специальной военной операции путем перечисления денежных средств, а также наличие у ФИО2 и членов его семьи заболеваний, требующих лечения. Кроме того, по преступлению, предусмотренному п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ, суд на основании ч.2 ст.61 УК РФ учел действия ФИО2 по написанию явки с повинной об обстоятельствах, о которых правоохранительным органам уже было известно.

Вместе с тем, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Холодова А.В., суд первой инстанции обоснованно не признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства явку ФИО2 с повинной, обоснованные выводы о чем надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Оценивая данные о личности ФИО3, суд учел, что он не судим, имеет постоянное место жительства, по которому участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, на учетах в специализированных диспансерах не состоит, социально адаптирован, исключительно положительно характеризуется супругой К., свидетелями К., М., Л. и другими коллегами по работе характеризуется как грамотный руководитель и хороший человек, имеет множество почетных грамот, наград в связи с исполнением трудовых обязанностей, по месту работы руководителем Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору Т. характеризуется как квалифицированный специалист.

В качестве обстоятельств, смягчающих ФИО3 наказание, суд на основании ч.2 ст.61 УК РФ учел наличие у виновного и членов его семьи заболеваний, требующих лечения, оказание благотворительной помощи, в том числе участникам специальной военной операции.

Обстоятельств, отягчающих ФИО2 и ФИО3 наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Вместе с тем суд учел, что ФИО3 совершил одно, а ФИО2 совершил два особо тяжких преступления против государственной власти, интересов государственной службы, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов общества и государства, выразившееся, в том числе, в подрыве авторитета органов государственной власти.

С учетом фактических обстоятельств и общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности виновных, а также ввиду отсутствия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, суд обоснованно не усмотрел оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст. 64, ст.73 УК РФ и пришел к правильному выводу о том, что цели наказания могут быть достигнуты при назначении наказания в виде реального лишения свободы, с назначением дополнительных наказаний в виде штрафа, кратного сумме взятки, а также в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с осуществлением функций представителя власти, выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий.

Ввиду наличия в действиях ФИО2 смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, наказание ему обоснованно назначено по правилам, предусмотренным ч.1 ст.62 УК РФ.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО2, по смыслу закона предусмотренные в ч.1 ст.62 УК РФ 2/3 наказания исчисляются от максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, а не от окончательного наказания, назначенного в соответствии со ст.69 УК РФ. Учитывая, что нижний предел санкции за преступление, предусмотренное ч.5 ст.290 УК РФ, составляет 7 лет лишения свободы, за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч.5 ст.290 УК РФ, суд назначил ФИО2 минимально возможное наказание, а за совершение преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.5 ст.290 УК РФ, в установленных, с учетом применения ч.1 ст.62 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО2 и его адвоката Холодова А.В., при решении вопроса о применении положений ст.64 УК РФ наряду с данными о личности осужденного должны учитываться цели и мотивы преступления, а также другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления, однако таковых обстоятельств в отношении ФИО2 не установлено. При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что применение данной нормы уголовного закона является исключительно правом, а не обязанностью суда, который принимает соответствующее решение, исходя из всех обстоятельств дела.

При обсуждении возможности назначения дополнительного наказания в виде штрафа судом, кроме характера и степени общественной опасности содеянного, его коррупционной направленности, учтены должности осужденных, имущественное положение, возможность получения заработной платы или иного дохода. Выводы суда мотивированы и, по мнению судебной коллегии, являются убедительными, в связи с чем оснований для удовлетворения доводов стороны защиты не имеется.

Выводы суда о наказании в приговоре мотивированы.

Все известные суду и имеющие значение для назначения ФИО3 и ФИО2 наказания обстоятельства, в том числе и указанные в апелляционных жалобах, в полной мере были учтены судом при его назначении.

Вид исправительного учреждения для отбывания ФИО2 и ФИО3 наказания судом определен на основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ верно.

Выводы суда в части необходимости конфискации денежных сумм, равных суммам, полученным ФИО3 и ФИО2 в качестве взятки в виде денежных средств, являются обоснованными, мотивированными и, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Стороженко А.В., в полной мере соответствуют положениямст.1041, 1042 УК РФ.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание назначение ФИО3 и ФИО2 дополнительного наказания в виде штрафа, судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда о сохранении ареста на принадлежащие осужденным транспортные средства, а также на доли в праве собственности на земельные участки, жилые и нежилые помещения, до исполнения приговора в части штрафа и конфискации.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Стороженко А.В. об отсутствии части протокола судебного заседания опровергаются представленными материалами уголовного дела, в которых имеется протокол судебного заседания от 28 августа 2024 года, по результату которого вынесено постановление о назначении судебного заседания и продлении подсудимым срока содержания под стражей, а также протокол судебного заседания от 06 сентября 2024 года, согласно которому после изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимым обвинения судебное заседание было отложено на 09 октября 2024 года, однако 08 октября 2024 года уголовное дело в отношении ФИО3 и ФИО2 было распределено другому судье, рассмотрение дела было начато 18 октября 2024 года. При таких обстоятельствах невручение стороне защиты протоколов судебных заседаний, проведенных до распределения дела судье, постановившему приговор, не является нарушением требований УПК РФ, учитывая, кроме того, возможность стороны защиты ознакомится со всеми материалами уголовного дела.

Таким образом, иных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого приговора, судом не допущено.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Кировского районного суда г. Томска от 05 ноября 2025 года в отношении ФИО2 и ФИО3 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на протокол очной ставки между Л. и Т. от 11 июня 2024 года (т.5, л.д.87-90), на выписку из приказа руководителя /__/ «О переводе» №457-лс от 15 июля 2014 года в отношении Л. (т.6, л.д.74, т.7, л.д.222), на дополнительное соглашение к служебному контракту о прохождении государственной гражданской службы РФ и замещении должности государственной гражданской службы РФ от 15 июля 2014 года (т.6, л.д.75-76), должностные регламенты государственного инспектора /__/, утвержденные руководителем /__/ 29 марта 2019 года, 01 июля 2021 года и и.о. руководителя /__/ 14 марта 2023 года (т.6, л.д.114-128, 129-145, 146-163), на приказ /__/ №45-лс от 19 марта 2008 года «О приеме на государственную гражданскую службу, назначение победителя конкурса на вакантную должность, заключение служебного контракта с Л.» (т.7, л.д.189), на служебный контракт о прохождении федеральной государственной гражданской службы РФ и замещении должности федеральной государственной гражданской службы РФ от 09 января 2013 года (т.7, л.д.216-221), на приказ /__/ №160-лс от 30 июня 2009 года «О переводе Л. в другое подразделение» (т.7, л.д.201), на приказ /__/ №50-лс от 09 января 2013 года «О переводе (т.7, л.д.238) как на доказательства виновности осужденных.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы и дополнения к ним осужденного ФИО2, в защиту его интересов адвоката Холодова А.В., осужденного ФИО3, в защиту его интересов адвоката Стороженко А.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в соответствии с главой 471 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Кассационная жалоба и представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 4017, 4018 УПК РФ, могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: