Решение № 2-1992/2019 2-1992/2019~М-1538/2019 М-1538/2019 от 7 июля 2019 г. по делу № 2-1992/2019

№2-1992/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 июля 2019 года г.Комсомольск-на-Амуре

Центральный районный суд г.Комсомольска-на-Амуре Хабаровского края в составе: председательствующего судьи Фадеевой Е.А.,

с участием прокурора Напольской В.Н.,

при секретаре Севостьяновой А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Завод ЖБИ» о признании приказа (№) от 28 июня 2019 года незаконным, признании акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года недействительным в части и исключении из него указаний на вину ФИО4, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с иском к ООО «Завод ЖБИ» о признании акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года недействительным в части и исключении из него указаний на вину ФИО4, взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что 1 декабря 2018 года, находясь на рабочем месте в ООО «ЖБИ», он получил производственную травму и был доставлен на «Скорой помощи» в КГБУЗ «Городская больница №7», где проходил лечение по 21 февраля 2019 года. Врачами был поставлен диагноз: (иные данные) что относится к легкой категории несчастных случаев на производстве. 18 марта 2019 года он получил Акт №1 о несчастном случае на производстве, согласно которому вина в произошедшем была признана в отношении должностного лица ООО «ЖБИ» мастера ФИО1, выразившаяся в том, что он допустил его к выполнению работ не по специальности вразрез должностным обязанностям. Кроме того, актом установлена и его вина в нарушении пункта 5.2. трудового распорядка, пунктов 2.2.3, 2.2.6 трудового договора (№) от 20 июля 2018 года, а также пунктов 1.7, 1.8, 3.3. Инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах. Генеральным директором ООО «ЖБИ» была создана комиссия и проведено расследование несчастного случая, составлен акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве №1. Согласно акту, составленному комиссией по расследованию причин и обстоятельств произошедшего несчастного случая, несчастный случай произошел в субботу 1 декабря 2018 года в 9.00 часов в цехе ЖБИ, при погрузке железобетонных изделий на грузовую машину мастер ФИО1, управляя козловым краном с пульта, наехал на него краном, в результате чего он был зажат между редуктором крана и дорожными бордюрами. Полагает, что акт №1 от 18 марта 2019 года в части указания на него как на лицо, допустившее нарушение требований по охране труда, не соответствуют фактическим обстоятельствам произошедшего несчастного случая. По поручению работодателя он выполнял работу, не обусловленную трудовым договором, он вышел на работу в субботу не по своей инициативе, а по распоряжению руководства. Причиной несчастного случая явилась невнимательность мастера ФИО1, управлявшего козловым краном. С учетом увеличения исковых требований, просит признать приказ (№) от 28 июня 2019 года о признании утратившим силу акта формы Н-1 от 18 марта 2019 года незаконным, признать акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года недействительным в части указания на вину ФИО4, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 300000 руб.

Определением от 28 мая 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Государственное учреждение - Хабаровское региональное отделение Фонд социального страхования Российской Федерации.

В судебном заседании ФИО5 исковые требования поддержал и настаивал на их удовлетворении, подтвердив доводы искового заявления, дополнительно пояснил, что 30 ноября 2018 года ему позвонила начальник ФИО1, которая сообщила о необходимости выйти на работу 1 декабря 2018 года. В пятницу это подтвердил мастер ФИО1. Несмотря на то, что по субботам они работали постоянно, с приказами о привлечении к работе в выходные дни его не знакомили. Так как в ночь с 30 ноября на 1 декабря он топил печь, домой не уезжал. Когда на работу пришли ФИО1, ФИО2 и ФИО3, примерно в 8.10 час. они начали работать, им необходимо было перевезти несколько машин на ул.Северное шоссе, д14А. Мастер сказал ему работать под краном – цеплять бетонные блоки, сам ФИО1 работал на кране, а ФИО2 отцеплял блоки, находясь в машине. С инструкцией по техничке безопасности его не ознакомили, допуска к погрузочным работам не имеет. В очередной раз он отгибал петли, повернулся и увидел перед собой кран, попытался убежать, но его зацепило краном и зажало ногу редуктором. Он стал кричать ФИО1, чтобы тот отъехал. После этого вызвали Скорую помощь и его доставили в городскую больницу. Полагал, что его вины в нарушении техники безопасности нет, в связи с чем с учетом увеличении исковых требований просит признать акт о несчастном случае на производстве недействительным в части установлении его вины в несчастном случае, исключив из него пункты об указании на его вину, взыскать компенсацию морального вреда, связанного с повреждением здоровья, так как он три месяца лежал в больнице и не работал, а также в связи с чем, что работодатель незаконно установил его вину в несчастном случае, обвинив в том, что он самостоятельно вышел на работу. Инвалидность у него не установлена, после травмы установлено полное выздоровление, но на нервной почве у него появились заболевания (иные данные). Моральный вред по каждому из оснований: в связи с незаконным установлением его вины в несчастном случае и повреждением здоровья оценил в сумме по 150000 руб. каждый. Кроме того, просил признать незаконным приказ (№) от 28 июня 2019 года о признании утратившим силу акта формы Н-1 от 18 март 2019 года в связи с отсутствием у работодателя полномочий по его отмене.

Представитель истца ФИО6, действующий по устному заявлению на основании ч.6 ст.53 ГПК РФ исковые требования поддержал, подтвердив доводы ФИО5, дополнительно указал, что причинение травмы явилось следствием невнимательности мастера ФИО1. Полагал, что вины в действиях ФИО5, который подчинился требованию работодателя, не имеется. В результате несчастного случая на производстве истцу была причинена травма, он испытывал физическую боль, находился на длительном лечении, ограничен в движении. Приказ (№) от 28 июня 2019 года о признании утратившим силу акта формы Н-1 от 18 март 2019 года просил признать незаконным в связи с отсутствием у работодателя полномочий по его отмене.

Представитель ответчика ФИО7, действующий на основании доверенности 1 мая 2019 года исковые требования не признал, при этом пояснил, что у ответчика была пятидневная неделя с двумя выходными. ФИО5 вышел на работу по своей инициативе, без распоряжения работодателя, уговорив также работать мастера ФИО1 Производственной необходимости работы в выходной день не было, работников могли отпускать среди дня. Не оспаривал, что работодателем данный случай был признан связанным с производством, в связи с чем был составлен акт формы Н-1, однако указал, что данный акт был составлен в связи с тем, что сам случай произошел на территории предприятия, факт привлечения работодателем ФИО5 к работе в выходной день им оспаривался. Несчастный случай произошел, так как истец ушел с того места, где должен был находиться. В последствии представил приказ (№) от 28 июня 2019 года о признании утратившим силу акта формы Н-1 от 18 март 2019 года и признании действующим акта произвольной формы от 1 февраля 2019 года, которым случай, произошедший с ФИО5, был признан не связанным с производством.

Представитель третьего лица ГУ – Хабаровское РО Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО8, действующая на основании доверенности (№) от 9 января 2019 года указала, что несчастный случай с ФИО9 был признан работодателем и Государственной инспекцией труда связанным с производством, ими также было составлено заключение и случай был признан страховым, произведена оплата по листку нетрудоспособности в полном объеме в размере среднего заработка.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Хабаровском крае ФИО10, действующий на основании доверенности (№) от 9 января 2019 года пояснил, что по заявлению ФИО5 им была проведена проверка ответчика, по результатам которой была выдано предписание о внесение изменений в составленный 11 февраля 2019 года акт о несчастном случае на производстве с ФИО5 1 декабря 2018 года. Кроме того, ответчик был привлечен к административной ответственности в связи с несвоевременным оформлением несчастного случая по ч.1 ст.5.27.1 КоАП РФ, штраф им был оплачен добровольно. Устно ими оспаривался факт производственной травмы, однако действия в установленном порядке ими не обжаловались. Работодателем был составлен новый акт и вручен потерпевшему.

Выслушав истца, представителей истца, ответчика и третьих лиц, выслушав мнение прокурора, полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению частично, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

На основании трудового договора (№) от 20 июля 2018 года, в период с 20 июля 2018 года по 25 февраля 2019 года ФИО4 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Завод ЖБИ» в должности электрогазосварщика.

Согласно п.4.1 трудового договора (№) от 20 июля 2018 года ФИО4 установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями.

1 декабря 2018 года в период времени с 08 час. 00 мин. до 08 час. 52 мин., ФИО5, находясь на рабочем месте – в цехе изготовления железобетонных изделий ООО «Завод ЖБИ», при погрузке-разгрузке готовых железобетонных изделий (дорожных бордюров) в грузовую машину, то есть при выполнении работ не обусловленных трудовым договором, а так же должностной инструкцией электрогазосварщика, во время движения опоры козлового крана получил травму: (иные данные), которая по схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве квалифицируется как легкая.

1 декабря 2018 года в 09 час. 29 мин. бригадой скорой медицинской помощи ФИО4 госпитализирован в КГБУЗ «Городская больница №7», где с 1 декабря 2018 года по 8 декабря 2018 года находился на стационарном лечении, с 9 декабря 2018 года по 21 февраля 2018 года находился на амбулаторном лечении.

Приказом (№) от 29 января 2019 года создана комиссия по расследованию нечастного случая. В ходе проведения расследования было осмотрено место несчастного случая, опрошены ФИО4, очевидец несчастного случая ФИО1. По результатам расследования, несчастный случай был признан работодателем связанным с производством, о чем составлен акт формы Н-1 от 11 февраля 2019 года.

На основании заявления ФИО5 от 1 марта 2019 года государственной инспекции по труду ООО «Завод ЖБИ» выдано предписание (№) от 11 марта 2019 года, в ходе исполнения которого акт формы Н-1 от 11 февраля 2019 года приказом (№) от 12 марта 2019 года признан утратившим силу, на комиссию по расследованию нечастного случая возложена обязанность продолжить расследование обстоятельств несчастного случая.

По результатам повторного расследования, несчастный случай был признан работодателем связанным с производством, о чем составлен акт формы Н-1 №1 от 18 марта 2019 года «О несчастном случае на производстве», согласно которому, причиной несчастного случая послужило: нарушение ФИО4 трудового распорядка и дисциплины труда (код 13): Нарушение правил п.5.2 внутреннего трудового распорядка на предприятии ООО «Завод ЖБИ»; не соблюдение пунктов 2.2.3, 2.2.6 Трудового договора (№) от 20 июля 2018 года; сопутствующая причина – не соблюдение работником требований безопасности при проведении погрузочно-разгрузочных работ. При выполнении погрузочно-разгрузочных работ не соблюдал пункты 1.7, 1.8, 3.3 инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018г) и п.12 программы вводного инструктажа «требования безопасности при выполнении погрузочно-разгрузочных работ». Основная причина – использование пострадавшего ФИО4 не по специальности (код 14). Мастер ФИО1 допустил электрогазосварщика ФИО4 к выполнению работ не по специальности вразрез должностным обязанностям. Сопутствующие причины не проведения инструктажа по охране труда мастером ФИО1 (код 101). Нарушение пунктов 2.3, 2.4 должностной инструкции «Мастер завода ЖБИ».

В связи с непринятием необходимых мер по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования нечастного случая с ФИО4, в том числе формирования комиссии по расследованию несчастного случая, постановлением государственного инспектора труда в Хабаровском крае (№) от 18 марта 2019 года, ООО «Завод ЖБИ» привлечено к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.5.27.1 КоАП РФ к административному штрафу в сумме 50000 руб., который оплачен ООО «Завод ЖБИ».

Заключением Филиала №11 Государственного учреждения – Хабаровского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации (№) от 22 марта 2019 года несчастный случай на производстве, произошедший с ФИО4 1 декабря 2018 года признан страховым, и ФИО4 выплачено пособие по временной нетрудоспособности в связи с нечастным случаем на производстве в размере среднего заработка.

Приказом (№) от 28 июня 2019 года акт №1 «О несчастном случае на производстве» от 18 марта 2019 года признан утратившим силу. Признан действующим акт №1 «О несчастном случае на производстве» от 1 февраля 2019 года.

Установленные судом обстоятельства подтверждаются исследованными в ходе разбирательства дела доказательствами: светокопиями трудового договора (№) от 20 июля 2018 года, приказа о приеме на работу (№) от 20 июля 2018 года, Должностной инструкции электрогазосварщика ООО «Завод ЖБИ», инструкции по охране труда для электрогазосварщика ИОТ-001-2018, программы инструктажа на рабочем месте для электрогазосварщика, инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах, акта (№) о несчастном случае на производстве от 18 марта 2019 года, приказа о создании комиссии (№) от 29 января 2019 года, протокола осмотра места несчастного случая от 29 января 2019 года, медицинского заключения (№) от 1 февраля 2019 года, приказа об увольнении (№) от 25 февраля 2019 года, приказа (№) от 12 марта 2019 года, справки о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве (№) от 1 апреля 2019 года, медицинской карты стационарного больного (№), листков нетрудоспособности, расчетных листков, заключения (№) от 22 марта 2019 года; справкой о выплатах №1 от 21 июня 2019 года; светокопией материала проверки по заявлению ФИО4: заявления, акта проверки (№) от 15 марта 2019 года, предписания (№) от 11 марта 2019 года, акта Н-1 о несчастном случае на производстве от 11 февраля 2019 года, постановления (№) от 18 марта 2019 года о назначении административного наказания, объяснительных и протоколов опроса ФИО1, ФИО4, а также пояснениями свидетелей.

Так, свидетель ФИО2 пояснил, что ранее с июня 2018 года работал в ООО «Завод ЖБИ» и все субботы, как им говорил их мастер ФИО1, были для них рабочими. Накануне случая с ФИО5 в декабре 2018 года ФИО1 также в пятницу сказал, чтобы он выходил в субботу на работу, загружать блоки на Парусе, выгружать на ЖБИ. В субботу пришли он, ФИО1 и ФИО5. ФИО5 цеплял блоки, ФИО1 краном их переносил в машину, где он их отцеплял. Самого момента наезда на ФИО5 он не видел, услышал крик, после чего вызвали скорую помощь.

Свидетель ФИО1 пояснил, что он ранее работал в ООО «Завод ЖБИ» мастером. ФИО5 работал его заместителем, при этом выполнял и другие работы, числился бригадиром, изготавливал железобетонные изделия, был бетонщиком. Несчастный случай произошел в субботу. Он не должен был приходить в этот день, но из-за переживаний за работу, пришел посмотреть, все ли в порядке. Так как была необходимость очистить цех от изделий, чтобы в понедельник не было простоя, он с ФИО5 обоюдно приняли совместное решение очистить помещение цеха. Распоряжения об этом от работодателя, наверное, не было. Он стал управлять краном с пульта, удостоверения у него для этого нет. ФИО5 цеплял блоки, а ФИО2 их отцеплял их в машине. Они сделали 3 подъема, после чего, стоя спиной к ФИО5, лицом к траверсу, он начал движение краном и не видя ФИО5 из-за высокого штабеля из бетонных блоков, наехал краном на него. Услышал крик ФИО5, увидел его руку, отодвинул кран и увидел, что ФИО5 лежит на земле. Они вызывали скорую помощь и ФИО5 увезли в больницу. Перед началом работы инструктаж он не провел, не убедился в том, что ФИО5 имеет допуск к этим видам работы.

Свидетель ФИО3 пояснил, что работает в ООО «Завод ЖБИ». Утром в субботу в декабре ему позвонил ФИО5, после чего заехал к нему домой на машине и привез на работу, чтобы починить водяной насос. О том, чтобы приехать в субботу договорился с Лейсместером в пятницу вечером. Случалось, что они работали по субботам. Приехав, он встретил ФИО2, пока чинил насос, приехал ФИО1. Что именно делал ФИО5 в тот день, он не знает.Исходя из требований ст.212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

По смыслу положений ст.151 Гражданского кодекса РФ, ст.ст.219, 220, 212 Трудового кодекса РФ, ст.8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с положениями ч.3 ст.27 Трудового кодекса РФ и пункта 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 года №73, расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), если указанные события произошли на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией на правах владения либо аренды (далее - территория организации), либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места), а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства, одежды и т.п. перед началом и после окончания работы, либо при выполнении работ за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

В силу ст.229 Трудового кодекса РФ для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством (ст.229.2 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст.230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации. В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда.

Как следует из акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года, несчастный случай, произошедший с ФИО5 1 декабря 2018 года, квалифицирован работодателем как связанный с производством. Им организовано проведение расследования в порядке, установленном ст.229, 230 Трудового кодекса РФ, установлены обстоятельства и причины несчастного случая, лица, допустившие нарушения требований охраны труда, определено, что действия ФИО5 в момент несчастного случая обусловлены участием в его производственной деятельности, квалифицировал несчастный случай как несчастный случай на производстве, о чем был составлен акт формы Н-1. В связи с нарушениями сроков оформления и расследования несчастного случая на производстве ООО «Завод ЖБИ» привлечено к административной ответственности по ч.1 ст.5.27.1 КоАП РФ. Постановление вступило в законную силу, штраф оплачен.

Актом установлено нарушение ФИО5 пунктов 2.2.3, 2.2.6 Трудового договора (№) от 20 июля 2018 года и пунктов 1.7, 1.8, 3.3 инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018г), также нарушение мастером ФИО1 п.2.3, 2.4, 3.2 должностной инструкции «Мастера завода ЖБИ», выразившихся в допуске к стропильным работам, необученного работника без квалификации и удостоверения, непроведение целевого инструктажа при стропильных работах 1 декабря 2018 года.

Указанные обстоятельства опровергают позицию представителя ответчика ФИО7, которым указано, что акт о несчастном случае формы Н-1 от 18 марта 2019 года был составлен исключительно в связи с нахождением истца 1 декабря 2018 года на территории предприятия. Фактические действия ответчика, в частности по организации расследования данного несчастного случая и оформления его результатов актом формы Н-1, свидетельствуют о признании работодателе несчастного случая, связанным с производством, так как обусловлены участием истца в производственной деятельности ответчика.

Действия работодателя, связанные с признанием акта Н-1 от 18 марта 2019 года утратившим силу путем издания приказа (№) от 28 июня 2019 года, не могут быть признаны законными, поскольку трудовое законодательство не предусматривает права работодателя по отмене принятого по результатам комиссионного расследования акта о несчастном случае на производстве, в связи с чем суд находит исковые требования о признании незаконным приказа (№) от 28 июня 2019 года обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Кроме того, актом формы №Н-1 от 18 марта 2019 года в действиях ФИО5 установлено нарушение требований п.5.2 правил внутреннего трудового распорядка на предприятии ООО «Завод ЖБИ»; не соблюдение пунктов 2.2.3, 2.2.6 Трудового договора (№)тд от (дата); сопутствующая причина – не соблюдение работником требований безопасности при проведении погрузочно-разгрузочных работ. При выполнении погрузочно-разгрузочных работ не соблюдал пункты 1.7, 1.8, 3.3 инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018) и п.12 программы вводного инструктажа «требования безопасности при выполнении погрузочно-разгрузочных работ».

Вместе с тем, согласно представленным документам, ФИО5 принят на работу в ООО «Завод ЖБИ» в должности электрогазосварщика. Как следует из заключенного между сторонами трудового договора, ему установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными. Так же, пунктом п.5.2 Правил внутреннего трудового распорядка ООО «Завод ЖБИ» предусмотрено, что в организации установлена нормальная продолжительность рабочего времени 40 часов в неделю. Выходные дни – суббота и воскресенье. Обязанности ФИО5 изложены в должностной инструкции электрогазосварщика и не предусматривают выполнение погрузочно-разгрузочных работ, порядок проведения которых предусмотрен инструкцией по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018).

Поскольку оформление трудовой деятельности 1 декабря 2018 года (издание приказа о допуске к работе в выходной день) работодателем в установленном законом порядке принято не было, в действиях ФИО5 усматривается нарушение положения трудового договора в части нахождения на территории работодателя в нерабочее время, в связи с чем оснований для признания незаконным установление вины истца в нарушение п.5.2 Внутреннего трудового распорядка и п.2.2.3 трудового договора не усматривается.

Как следует из должностной инструкции Электрогазосварщика ООО «Завод ЖБИ», в должностные обязанности ФИО4 входит подготовка электро- и газосварочной аппаратуры к работе. Осуществление работ по электрогазовой сварке. Контроль качества сварки.

Согласно инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах ИОТ-009-2018 к выполнению погрузочно-разгрузочных работ допускаются работники, имеющие удостоверение на право производства работ (п.1.8). Работники должны быть проинструктированы непосредственным руководителем работ по безопасным приемам при производстве погрузочно-разгрузочных и транспортных операций (п.1.7).

Поскольку ФИО5 удостоверения для погрузочно-разгрузочных работ не имел, что сторонами не оспаривалось, в нарушение п.2.8 приказа «Об организации инструктажей и стажировке на рабочем месте» №24 от 2 апреля 2018 года, был допущен мастером ФИО1 без проведенного инструктажа к работе, не обусловленной его трудовым договором и должностной инструкцией, суд приходит к выводу о том, что нарушение им п.2.2.6 трудового договора, пунктов 1.7, 1.8, 3.3 Инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018), п.12 программы вводного инструктажа «Требования безопасности при выполнении погрузочно-разгрузочных работ» вменено в п.10 акта не обоснованно, в связи с чем требования в данной части подлежат удовлетворению с возложением обязанности на работодателя внести соответствующие изменения в раздел 10 акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года путем их исключения.

На основании ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан, в том числе, компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Так, в силу ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку судом установлен факт нарушения трудовых прав истца в части указания в акте о несчастном случае на производстве от 18 марта 2019 года на нарушение им п.2.2.6 трудового договора, пунктов 1.7, 1.8, 3.3 Инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018), п.12 программы вводного инструктажа «Требования безопасности при выполнении погрузочно-разгрузочных работ» требования ФИО5 о компенсации морального вреда в данной части суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, а также требований разумности и справедливости в сумме 5000 руб.

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, суд приходит к следующему.

В силу п.1 ст.1079 Гражданского кодекса РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии с разъяснением, данным в п.18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Согласно ст.1100 Гражданского кодекса РФ в случае причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Вместе с тем, актом о несчастном случае установлена вина не только самого работника ФИО5, находившегося на территории работодателя в нерабочее время, что подлежит учету при определении размера компенсации морального вреда, но и должностных лиц ответчика, выразившаяся в неосуществлении надлежащего контроля за соблюдением работником ФИО5 правил безопасности при работе, фактическом допуске необученного лица без квалификации и удостоверения, а также допуске его к работе без целевого инструктажа 1 декабря 2018 года при стропольных работах.

Учитывая степень физических и нравственных страданий, испытываемых ФИО5 в связи с полученными телесными повреждениями, которые по медицинскому заключению о характере полученных повреждений в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести относятся к категории легких, отсутствие в материалах дела бесспорных доказательств наличия непреодолимой силы или умысла потерпевшего, конкретные обстоятельства несчастного случая, степень вины самого потерпевшего, обстоятельства причинения вреда в связи с использованием источника повышенной опасности и нарушения, допущенные работодателем, а также требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу об обоснованности требований о возмещении морального вреда, считает необходимым определить размер его компенсации, подлежащим взысканию с ООО «Завод ЖБИ» в сумме 50000 руб.

В соответствии с п.1 ст.103 ГПК РФ, п.1 ч.1 ст.333.19 НК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации и составляет в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Завод ЖБИ» о признании приказа (№) от 28 июня 2019 года незаконным, признании акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года недействительным в части и исключении из него указаний на вину ФИО4, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать приказ (№) от 28 июня 2019 года о признании утратившим силу акта формы Н-1 от 18 марта 2019 года незаконным.

Признать акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года недействительным в части установления нарушений ФИО5 п.2.2.6 трудового договора, пунктов 1.7, 1.8, 3.3 Инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018) и п.12 программы вводного инструктажа «Требования безопасности при выполнении погрузочно-разгрузочных работ».

Обязать Общество с ограниченной ответственностью «Завод ЖБИ» внести изменения в раздел 10 акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 18 марта 2019 года, исключив указание на нарушение ФИО5 п.2.2.6 трудового договора, пунктов 1.7, 1.8, 3.3 Инструкции по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах (ИОТ-009-2018), п.12 программы вводного инструктажа «Требования безопасности при выполнении погрузочно-разгрузочных работ».

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Завод ЖБИ» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в сумме 55000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Завод ЖБИ» государственную пошлину в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через Центральный районный суд г.Комсомольска-на-Амуре в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А. Фадеева