Решение № 2-485/2020 2-485/2020~М-336/2020 М-336/2020 от 24 мая 2020 г. по делу № 2-485/2020

61RS0011-01-2020-000466-52 Дело № 2-485/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 мая 2020г. г. ФИО1

Белокалитвинский городской суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Логвиновой С. Е.

с участием помощника Белокалитвинского городского прокурора Ефремовой Т. Н.

при секретаре Гриценко А. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Шахтоуправление «Садкинское» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием,

установил:

Истец обратился в суд с иском к ООО «Шахтоуправление «Садкинское» о компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что в периоды работы на предприятиях угольной промышленности он подвергался воздействию вредных производственных факторов, что привело к развитию у него профессионального заболевания – пневмокониоз<данные изъяты>, в связи с чем истцу при первичном освидетельствовании заключением МСЭ установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности, при повторном освидетельствовании 16.4.2019 заключением МСЭ истцу установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности. Актом о случае профессионального заболевания от 11.10.2016 установлено, что стаж истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 13 лет 8 месяцев, профессиональное заболевание возникло не одномоментно, а в течение длительного времени в период работы, в том числе на следующих предприятиях: дочернее <данные изъяты> по добыче и переработке угля «Ростовуголь» (19.05.1994 - 28.08.1998); <данные изъяты>» (19.06.2000 - 06.05.2002); <данные изъяты> предприятие <данные изъяты> (25.10.2006 -12.02.2009); <данные изъяты>» (12.05.2009 – 23.08.2012); <данные изъяты> управление» (27.09.2012 - 29.07.2013); <данные изъяты>» (16.09.2013 - 31.05.2017), и причиной данного профессионального заболевания служит длительное воздействие на организм вредных производственных факторов. Истец полагает, что условия труда не соответствовали требованиям, установленным ст.ст.11, 25 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999г. №52-ФЗ, работодателями не было обеспечено право истца на безопасные условия труда, в результате чего у него возникло профессиональное заболевание. 25.04.2019 истец обратился к ответчику, где он работал в должности <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей в период с 12.05.2009 по 01.10.2009, в должности <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей в период с 01.10.2009 по 13.12.2010, в должности <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей в период с 13.13.2010 по ДД.ММ.ГГГГ, в должности <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей в период с 21.03.2011 по 28.04.2011, в должности <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей в период с 28.04.2011 по 23.08.2012, с заявлением о выплате компенсации морального вреда в размере 150000 руб., ответ на которое ответчик ему не предоставил и выплату не произвел. Заключением врачебной (экспертной) комиссии ФГБУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» Сибирского отделения Российской Академии медицинских наук установлена вина предприятий в развитии профзаболевания, в том числе ООО «Садкинское ШУ» - 27,9 %. В связи с изложенным истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150000 руб., полагает, что такой размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым, поскольку трудовая деятельность истца была связана с тяжёлой и опасной для здоровья работой, состояние здоровья истца ухудшается, о чем свидетельствует установленная заключением МСЭ 16.04.2019 третья группа инвалидности, а также увеличение степени утраты профессиональной трудоспособности до 40%.

В судебном заседании истец ФИО2, извещенный надлежащим образом, не явился, представил заявление о рассмотрении дела без его участия, исковые требования поддержал в полном объеме. Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала в полном объеме. Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, пояснив, что на момент установления ФИО2 учреждением МСЭ утраты трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, он не состоял в трудовых отношениях с ООО «Шахтоуправление «Садкинское» более четырех лет. После увольнения из ООО «Шахтоуправление «Садкинское» ФИО2 работал на предприятиях угольной промышленности в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в ООО <данные изъяты>» <данные изъяты> с полным рабочим днем под землей. На момент установления профзаболевания последним работодателем ФИО2 является предприятие угольной промышленности ООО «<данные изъяты><данные изъяты> где истец работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов. Истцом не представлен полный перечень документов для расчета компенсации морального вреда, справка МСЭ, подтверждающая степень утраты профессиональной трудоспособности. Полагает завышенной и необоснованной сумму морального вреда в размере 150000 руб., возможна выплата истцу компенсации пропорционально отработанному в шахтоуправлении времени в сумме 54331 руб.

Суд, выслушав представителя истца, представителя ответчика, заключение помощника Белокалитвинского городского прокурора Ефремовой Т.Н., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом разумности, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999г. № 52-ФЗ, граждане имеют право, в том числе:

на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека;

на возмещение в полном объеме вреда, причиненного их здоровью или имуществу вследствие нарушения другими гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарного законодательства, а также при осуществлении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Статьей 25 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999г. № 52-ФЗ установлены санитарно-эпидемиологические требования к условиям труда.

Условия труда, рабочее место и трудовой процесс не должны оказывать вредное воздействие на человека. Требования к обеспечению безопасных для человека условий труда устанавливаются санитарными правилами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч.1).

Индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов Российской Федерации к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда (ч.2).

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 20.06.1996 №81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Федеральным отраслевым тарифным соглашением по угольной промышленности на 2019-2021 годы п. 5.4 предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

Суд установил, что ФИО2 работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, в том числе, на предприятиях: дочернее <данные изъяты>» акционерное общество по добыче и переработке угля «Ростовуголь» (19.05.1994 - 28.08.1998); <данные изъяты>» (19.06.2000 - 06.05.2002); <данные изъяты> предприятие <данные изъяты>» (25.10.2006 -12.02.2009); ООО <данные изъяты>» (12.05.2009 - 23.08.2012); <данные изъяты> управление» (27.09.2012 - ДД.ММ.ГГГГ); ООО «<данные изъяты>» (16.09.2013 - 31.05.2017), всего 13 лет 8 месяцев.

В период работы в ООО «<данные изъяты>» ФИО2 установлено профессиональное заболевание - пневмокониоз<данные изъяты> о чем составлен акт о случае профессионального заболевания от 11.10.2016. Согласно указанному акту о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание возникло примерно у истца возникло примерно с 1990г., в течение длительного времени, причиной данного профессионального заболевания служит длительное воздействие на организм вредных производственных факторов.

В связи с профессиональным заболеванием истцу при первичном освидетельствовании заключением ФГКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» от 24.04.2017 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности, при повторном освидетельствовании 16.04.2019 заключением МСЭ истцу установлено 40% утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 05.08.2016 № следует, что условия труда не соответствовали требованиям, установленным ст. ст. 11, 25 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30.03.1999г. №52-ФЗ, в процессе работы действовали вредные и опасные производственные факторы: высокая запыленность воздуха рабочей зоны, повышенный уровень вибрации, шума, пребывание на открытом воздухе в период производства работ (жара, холод, осадки), сменная работа, напряженность труда, физические нагрузки.

Региональным отделением Фонда социального страхования РФ истцу выплачена единовременная страховая выплата в сумме 47949 руб. 18 коп.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда с ООО «<данные изъяты>» в сумме 63367 руб. 36 коп., исходя из отработанного в данном обществе времени – 3 года 9 месяцев.

Согласно заключению врачебной (экспертной) комиссии ФГБУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» Сибирского отделения Российской Академии медицинских наук установлена вина предприятий в развитии профзаболевания у истца: дочернее <данные изъяты>» - 13,6%, <данные изъяты>» - 22,8%; <данные изъяты><данные изъяты> - 16,4%; ООО <данные изъяты>» - 27,9%; <данные изъяты>» - 3,6%; ООО «<данные изъяты>» - 15,7%.

Общий стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов – 13 лет 8 месяцев, период работы у ответчика – 3 года 3 месяца, согласно заключению экспертизы вина ответчика составляет 27,9%, что признается обеими сторонами. В соответствии со справкой о заработной плате заработок составил 45824 руб. 46 коп.

Таким образом, размер единовременной денежной компенсации, подлежащей выплате истцу, составит 87404 руб. 73 коп. из расчета: 45824,46 х 20% х 40% х 100) – 47949,18) х 27,9%.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Шахтоуправление «Садкинское» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием сумме 87404 руб. 73 коп., в остальной части иска отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья С. Е. Логвинова

Мотивированное решение составлено 29 мая 2020г.