Решение № 2-7/2018 2-7/2018 (2-700/2017;) ~ М-676/2017 2-700/2017 М-676/2017 от 7 мая 2018 г. по делу № 2-7/2018

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ года

<адрес> районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи ФИО15

при секретаре ФИО3,

с участием:

прокурора ФИО4,

истца ФИО2 и её представителя ФИО7,

представителей ответчика ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» ФИО8 и ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному областному бюджетному учреждению здравоохранения «<адрес> центральная районная больница» о возмещении вреда, причинённого повреждением здоровья, и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ», просила взыскать 311924 руб. в возмещение расходов на проезд к месту проведения операции её ребёнку ФИО1 и обратно, саму операцию и сопутствующее лечение, а также компенсацию морального вреда, причинённого ей самой – в размере 200000 руб. и несовершеннолетней ФИО1 – 1000000 руб.. В обоснование иска указала, что по вине медицинского персонала ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в родильном отделении данного учреждения, причинена родовая травма: повреждение спинного мозга и позвоночника, паралич левой верхней конечности (типа Эрба). После лечения в ГОБУЗ «<адрес> областная детская клиническая больница», отделении микрохирургии ФГБОУ ВО СПбГПМУ Минздрава России» и в ФГБУ «<данные изъяты> ФИО6» с 08 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получала лечение в <адрес> детской клинической больнице, где ДД.ММ.ГГГГ была прооперирована. <адрес> до Ярославля и обратно, операцию и лечение ребёнка истцом уплачено 311924 руб.. Вследствие причинения вреда здоровью в связи с получением травмы, длительным тяжёлым состоянием, необходимостью продолжения лечения на неопределённое время ФИО1 причинены физические и нравственные страдания, то есть причинён моральный вред. Моральный вред вследствие нравственных страданий, выразившихся в тяжелейшем стрессе после получения дочерью травмы и переживаниях за состояние здоровья ребёнка, причинён и самой ФИО2.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Территориальный фонд обязательного медицинского страхования <адрес> и Общество с ограниченной ответственностью «<данные изъяты> медицинское страхование», на чьи права или обязанности по отношению к одной из сторон может повлиять решение суда по настоящему делу, а также для дачи заключения – прокурор.

В судебном заседании истец ФИО2 и её представитель ФИО7 иск поддержали в полном объёме по мотивам и основаниям, изложенным в исковом заявлении. ФИО2 дополнительно указала, что после операции в состоянии здоровья ФИО1 наблюдается положительная динамика, то есть проведённая операция была своевременна и необходима. Вместе с тем, пояснила, что никаких действий для получения направления на операцию бесплатно ею не предпринималось, поскольку устно врачи заверяли её, что операция положительных результатов не принесёт.

Представители ответчика ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» ФИО8 и ФИО5 иск не признали, считая заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда завышенным, а требования о возмещении расходов на лечение – необоснованными, поскольку соответствующая медицинская помощь могла быть оказана ФИО1 бесплатно.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, считавшего требования о взыскании компенсации морального вреда обоснованными по праву, а требования о возмещении расходов на лечение – необоснованными, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счёт средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Как предусмотрено ст.37 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации», право застрахованного лица на бесплатное оказание медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию реализуется на основании заключённых в его пользу между участниками обязательного медицинского страхования договора о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования и договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию.

К правоотношениям между пациентом и медицинской организацией применяются положения главы 39 Гражданского кодекса РФ о возмездном оказании услуг с учётом особенностей, обусловленных источником оплаты оказанных медицинских услуг (в порядке страхования, за счёт средств бюджета, из иных источников).

В соответствии с п.1 ст.779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

На основании ст.783 ГК РФ, к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702-729) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739), если это не противоречит статьям 779-782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

К общим положениям о подряде, применимым к договорам возмездного оказания услуг, относятся и нормы о качестве работ, предусмотренные п.2 ст.721 ГК РФ, согласно которым, если законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к работе, выполняемой по договору подряда, подрядчик, действующий в качестве предпринимателя, обязан выполнять работу, соблюдая эти обязательные требования.

Согласно Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», качество медицинской помощи представляет собой совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п.21 ст.2); качество медицинской помощи обеспечивается, в том числе, применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (п.4 ст.10).

Применительно к медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» Порядок оказания медицинской помощи утверждён Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, к спорным правоотношениям применяется также Порядок оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» в <адрес>, утверждённый приказом Департамента здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-Д.

С учётом положений ст.780 ГК РФ, одним из условий, определяющих качество оказания услуг, является соответствие исполнителя установленным требованиям, а оказание услуг лицом, не отвечающим таким требованиям, само по себе означает оказание услуг ненадлежащего качества.

Приведёнными выше подзаконными актами предусмотрено разделение медицинских организаций, оказывающих медицинскую помощь женщинам в период родов и в послеродовый период, по возможности оказания медицинской помощи на три группы в зависимости от коечной мощности, оснащения, кадрового обеспечения.

Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причинённого здоровью при оказании ему медицинской помощи (п.9 ч.5 ст.19), а также ответственность медицинской организации в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч.2 ст.98). Вред, причинённый жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объёме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.3 ст.98).

По смыслу закона, в том числе, ст.730 ГК РФ, нашедшему отражение в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с Законом РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О защите прав потребителей» (в действующей редакции), потребитель имеет право на то, чтобы услуга была безопасна для здоровья потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность услуги для жизни и здоровья потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке (п.1 ст.7). Вред, причинённый здоровью потребителя вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению в полном объёме (п.1 ст.14). Право требовать возмещения вреда, причинённого вследствие недостатков товара (работы, услуги), признаётся за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с исполнителем или нет (п.2 ст.14). Вред, причинённый вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению исполнителем (п.3 ст.14). Исполнитель освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинён вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил, действующих в отношении услуги (п.5 ст.14).

Аналогичные приведённым выше положения предусмотрены и общими нормами главы 59 ГК РФ об обязательствах вследствие причинения вреда.

Так, в силу ст.1084 ГК РФ, вред, причинённый здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренным данной главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно п.1 ст.1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья дополнительно понесённые расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, приобретение лекарств, подлежат возмещению, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Как указал Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п/п.«б» п.27 своего Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесённых им расходов также и в случае, если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишён возможности получить такую помощь качественно и своевременно.

Таким образом, в общем случае медицинская услуга является оказанной с надлежащим качеством при одновременном соблюдении следующих условий: 1) необходимые действия выполнены надлежащей по возможностям оказания медицинской помощи медицинской организацией и надлежащими по уровню подготовки медицинскими работниками; 2) при оказании услуги соблюдены обязательные требования; 3) услуга не повлекла причинения вреда жизни или здоровью потребителя.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

Статьёй 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусмотрено, что моральный вред, причинённый потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесённых потребителем убытков.

В соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п.2 ст.1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине, то есть обязанность доказать отсутствие вины возложена законом на ответчика.

В соответствии с ч.6 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с продавца за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присуждённой судом в пользу потребителя.

В судебном заседании из представленных сторонами документов установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» для получения медицинской помощи в связи с беременностью. Данной медицинской организацией в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 оказывалась медицинская помощь по наблюдению за течением беременности и лечению заболевания, проявившегося в ходе беременности.

ДД.ММ.ГГГГ в 11 час. 00 мин. в соответствии с назначением, полученным в результате осмотра в указанной медицинской организации ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 поступила в ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» в связи со срочными родами. В ходе родов работниками ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» ФИО2 оказывалась медицинская помощь, в том числе, в связи с затруднённым выведением плечиков ребёнка.

ДД.ММ.ГГГГ в 17 час. 50 мин. у ФИО2 родилась дочь ФИО1, у которой при рождении диагностирована родовая травма – акушерский паралич Эрба левосторонний (паралич левой ручки).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведена в ГОБУЗ «ОДКБ» (<адрес>), где проходила обследования и лечение до ДД.ММ.ГГГГ. По результатам лечения установлено, что движения в левой ручке отсутствуют, сохраняются атония и арефлексия; рекомендовано продолжить лечение в ФГБОУ ВО СПбГПМУ Минздрава России с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в соответствии с рекомендациями в плановом порядке госпитализирована в отделение микрохирургии ФГБОУ ВО СПбГПМУ Минздрава России для дообследования и дальнейшего лечения. При консультации профессором ФИО9 и нейрохирурга ФИО10 высказано суждение о непоказанности оперативного лечения. По результатам лечения в данном учреждении, проводившегося до ДД.ММ.ГГГГ, рекомендованы наблюдение педиатра и невролога по месту жительства, консультация ортопеда в Научно-исследовательском институте протезирования им. ФИО6 (<адрес>).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в соответствии с рекомендациями проходила стационарное лечение в ФГКУ СПб НЦЭПР им. ФИО6. По результатам лечения рекомендована, в том числе, повторная консультация нейрохирурга в возрасте 6 месяцев, то есть через 3 месяца, для решения вопроса о целесообразности проведения оперативного лечения – транспозиции аутонервных стволов в левое плечевое сплетение.

В ходе проведённых обследований и лечения, диагноз, связанный с параличом левой ручки в результате родовой травмы, подтверждён.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 консультирована в ЗАО «МИФРМ» реконструктивным микрохирургом ФИО11, который рекомендовал оперативное лечение (реконструкцию левого плечевого сплетения) с госпитализацией в ОДКБ в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключён договор о возмездном оказании медицинских услуг с ООО «МИФРМ» («Международным институтом функциональной реконструктивной микрохирургии») об организации лечения в ГБУЗ ЯО «Областная детская клиническая больница» и послеоперационном наблюдении с ЭМГ контролем в 3, 6 и 12 месяцев после операции.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на лечении в ГБУЗ ЯО «Областная детская клиническая больница» (<адрес>), где ей ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – ревизия, невролиз надключичного отдела левого плечевого сплетения.

За услуги ООО «МИФРМ», связанные с операцией исследования и консультации, а также за проезд в <адрес> и обратно, ФИО2 понесены расходы на общую сумму 311924 руб., что подтверждается представленными истцом финансовыми документами.

В результате проведённых обследований у ФИО1 диагностирован паралич Керра слева с интрадуральным отрывом корешков спинного мозга, перинатальное поражение головного мозга гипоксически-геморрагического и травматического генеза.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена инвалидность на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Перечисленные выше обстоятельства подтверждаются исследованной в судебном заседании медицинской документацией, сторонами не оспариваются.

Для установления факта нарушений порядка оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи ответчиком, причинно-следственной связи между нарушениями, если таковые допущены, и причинением вреда здоровью ФИО1, для проверки доводов представителей ответчика об отсутствии вины учреждения в причинении вреда здоровью ребёнка, а также установления того, нуждалась ли ФИО1 в получении платной медицинской помощи, судом назначена медицинская судебная экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов, сделанному по результатам изучения подлинной медицинской документации, при оказании медицинской помощи ФИО2 ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» допущен ряд недостатков:

на этапе женской консультации:

неверный выбор этапа оказания медицинской помощи (ФИО2 подлежала направлению в акушерские стационары второй группы);

дефекты диагностики: непроведение показанных диагностических обследований (ультразвуковое исследование и фетометрия плода дополнительно в 35-36 недель), неполное проведение показанных диагностических осмотров (нет осмотра врача окулиста) и лабораторных исследований;

на стационарном этапе:

неверный выбор этапа оказания медицинской помощи (предполагаемый крупный плод является одним из критериев для определения этапности оказания медицинской помощи и направления беременных женщин в акушерские стационары второй группы (средняя степень риска));

несоблюдение алгоритма действий медицинского персонала по ведению беременности и родов у женщин с анатомически узким тазом, регламентированного письмом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №;

дефекты диагностики: отсутствие продолжительного кардиотокографического исследования, отсутствие скринингового УЗИ плода и допплерометрии с целью оценки состояния плода; УЗИ органов малого таза в послеродовом периоде;

дефекты ведения медицинской документации.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что при оказании медицинской помощи ФИО2 были допущены нарушения (дефекты) требований Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утверждённого Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, и Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)» в <адрес>, утверждённого Приказом Департамента здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-Д.

При своевременном и должном обследовании ФИО2, адекватном выборе способа родоразрешения, соблюдении алгоритма действий медицинского персонала по ведению беременности и родов у женщин с анатомически узким тазом неблагоприятного исхода у новорожденной ФИО1 удалось бы избежать.

Таким образом, между допущенными в ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» дефектами оказания медицинской помощи ФИО2 и неблагоприятным исходом у новорожденной ФИО1 (паралич Керра слева с интрадуральным отрывом корешков спинного мозга, перинатальное поражение головного мозга гипоксически-геморрагического и травматического генеза) имеется прямая причинно-следственная связь.

В заключении комиссии экспертов суд находит необоснованной ссылку на приказ Департамента здравоохранения <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-Д при описании допущенных ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» дефектов медицинской тактики на стационарном этапе оказания медицинской помощи ФИО2, поскольку данный приказ издан позже, чем ФИО2 оказывалась указанная медицинская помощь, а потому на спорные правоотношения данный нормативный правовой акт не распространяется. Вместе с тем, данное обстоятельство не влияет на оценку выводов комиссии экспертов в целом, поскольку данный приказ лишь конкретизирует применительно к структуре медицинских организаций <адрес> требования Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утверждённого Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, нарушения которого достоверно установлены.

В остальной части заключение комиссии экспертов суд признаёт достоверным, поскольку экспертиза проведена экспертами, имеющими соответствующее высшее профессиональное образование и стаж работы по медицинским специальностям, эксперты предварительно были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, их выводы мотивированы со ссылками на исследованные судом медицинские документы и нормативные правовые акты, понятны и однозначны, каких-либо сомнений не вызывают.

Таким образом, судом установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО2 ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» допущены нарушения обязательных требований, в том числе, оказание медицинской помощи в медицинской организации, относящейся к группе с меньшим уровнем оснащения и кадрового обеспечения, а между данными нарушениями и неблагоприятным исходом у новорожденной ФИО1 в виде причинения вреда здоровью имеется прямая причинно-следственная связь.

Обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать об отсутствии вины ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» в причинении вреда здоровью новорожденной ФИО1 при оказании медицинской помощи ФИО2, в ходе судебно-медицинской экспертизы не выявлено.

Иных доказательств отсутствия вины ответчика суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о виновности ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» в причинении вреда здоровью ФИО1 вследствие оказания ФИО2 медицинской помощи ненадлежащего качества.

Оказанием медицинской помощи ненадлежащего качества и причинением вреда здоровью новорожденной, ФИО2 и ФИО1, без сомнений, причинён моральный вред.

Данный моральный вред подлежит компенсации ответчиком в денежной форме.

При определении размеров компенсаций морального вреда, подлежащих присуждению истцу, суд в соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ учитывает фактические обстоятельства дела, характер и степень физических и нравственных страданий ФИО2 и ФИО1, требования разумности и справедливости, степень вины ответчика в причинении вреда. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевших.

Медицинская помощь ФИО2 как при наблюдении за беременностью, так и в ходе родов осуществлялась одной медицинской организацией – ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ».

Учитывая очевидность допущенных ответчиком нарушений порядка оказания медицинской помощи, повлекших причинение вреда ФИО14, отсутствие вины иных лиц, в том числе, истца, в наступлении неблагоприятных последствий, суд приходит к выводу о безусловной и полной вине ответчика в причинении вреда ФИО14. Данные обстоятельства суд отмечает как свидетельство низкого уровня позитивной ответственности ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» при осуществлении основной деятельности.

Суд учитывает, что травма, причинённая ФИО1 вследствие оказания ответчиком медицинской помощи ФИО2 ненадлежащего качества, требует длительного лечения с непредсказуемым результатом.

Вследствие деяний ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» ФИО2 вынуждена постоянно осознавать факт причинения травмы её дочери ФИО1, то есть переживать нравственные страдания.

Вместо чувства радости от рождения ребёнка ФИО2 испытывала чувство тревоги за жизнь и здоровье новорожденной, а также горечь в связи с тяжестью наступивших неблагоприятных последствий.

ФИО2 вместе с ФИО1 вынуждена в течение длительного времени находиться в различных медицинских стационарах, что также влечёт нравственные страдания в связи с невозможностью вести обычный образ жизни.

В связи с необходимостью ухода за ребёнком-инвалидом, априори требующего б?льших затрат времени и усилий, ФИО2 вынуждена уделять меньше времени первому ребёнку и другим родственникам; во время нахождения в медицинских стационарах ФИО2 лишена возможности общаться с семьёй.

В выписном эпикризе по результатам госпитализации ФИО1 в ФГБУ «НМИЦ им. ФИО12» Минздрава России в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отмечается наличие у ребёнка множественных ссадин в области тыльной поверхности левого лучезапястного сустава в связи с попытками ползать с опорой на согнутую в лучезапястном суставе ручку. Такие телесные повреждения, без сомнений, вызывают физические страдания у ребёнка и дополнительные нравственные страдания у матери.

При таких обстоятельствах, суд находит заявленные истцом ко взысканию суммы компенсаций морального вреда разумными, а их присуждение в полном объёме – справедливым. Оснований для снижения размеров компенсаций нет.

В то же время, требование истца о возмещении дополнительно понесённых расходов, вызванных повреждением здоровья ФИО1, удовлетворению не подлежит.

В соответствии со ст.1085 ГК РФ, условием возложения на причинителя вреда обязанности возместить данные расходы является отсутствие у потерпевшего права на бесплатное получение соответствующего лечения или при наличии такого права – фактическое лишение его возможности получить необходимую помощь качественно и своевременно.

Несовершеннолетняя ФИО1 имеет право на бесплатное получение высокотехнологичной медицинской помощи, что подтверждено также и комиссией экспертов в ходе назначенной судом судебно-медицинской экспертизы.

Как видно из выписного эпикриза ФГБОУ ВО СПбГПМУ Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ, медицинскими организациями, осуществлявшими лечение ФИО1, рассматривалась возможность проведения оперативного лечения, вопрос о чём предполагалось решить через незначительный период времени – около 3 месяцев.

Доказательств отказа в оперативном лечении ФИО1 суду не представлено.

Мнение врачей о нецелесообразности оперативного лечения, высказанное ранее, значения для дела не имеет, поскольку впоследствии такая возможность не исключалась.

Вместо повторной консультации нейрохирурга ФГБОУ ВО СПб ГПМУ Минздрава России в возрасте ФИО1 6 месяцев для решения вопроса о целесообразности проведения оперативного лечения ФИО2 самостоятельно без каких бы то ни было направлений принято решение об обращении в ООО «МИФРМ», получена консультация реконструктивного микрохирурга и заключён договор о возмездном оказании медицинских услуг за счёт собственных средств.

Как истец пояснила в судебном заседании, никаких мер к получению такой медицинской помощи бесплатно она не принимала.

Несмотря на то, что по результатам последующего наблюдения отмечается положительная динамика в состоянии здоровья ФИО1, не имеется оснований утверждать, что операция, проведённая ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, была безусловно необходима именно в это время, а операция, проведённая по достижении ФИО1 возраста 6 месяцев, либо применение иных методов лечения, помимо оперативного, не привели бы к аналогичным или лучшим результатам.

Данный факт в совокупности с остальными установленными обстоятельствами дела не позволяет сделать вывод о фактическом лишении ФИО1 возможности получить необходимую помощь качественно и своевременно.

При таких обстоятельствах, иск ФИО2 подлежит удовлетворению частично.

Поскольку правомерные требования ФИО2 как потребителя ответчиком в добровольном порядке не удовлетворены, с ГОБУЗ «<адрес> ЦРБ» в пользу истца следует взыскать штраф в размере 600000 руб. (= (200000 руб. + 1000000 руб.) * 50%).

В соответствии с п.4 ч.2 ст.333.36 НК РФ, поскольку иск ФИО2 связан с нарушением прав потребителей, истец подлежит освобождению от уплаты государственной пошлины при обращении в суд общей юрисдикции. В связи с этим, на основании п/п.1 п.1 ст.333.40 НК РФ, государственная пошлина, без необходимости уплаченная истцом при подаче иска, подлежит возврату из бюджета плательщику.

В силу ч.1 ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец освобождена, подлежит взысканию в доход бюджета <адрес> муниципального района с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов. При расчёте государственной пошлины суд принимает во внимание, что судом удовлетворено требование о взыскании компенсации морального вреда, направленное на защиту личных неимущественных прав, а на основании п/п.3 п.1 ст.333.19 НК РФ, государственная пошлина за данное требование составляет 300 руб..

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с <адрес> бюджетного учреждения здравоохранения «<адрес> центральная районная больница» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда, причинённого ей самой – в размере 200000 руб., причинённого несовершеннолетней ФИО1 – в размере 1000000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 600000 руб., а всего – 1800000 руб..

В удовлетворении исковых требований в остальной части – отказать.

Государственную пошлину в размере № руб. возвратить ФИО2 из местного бюджета <адрес> муниципального района.

Взыскать с <адрес> бюджетного учреждения здравоохранения «<адрес> центральная районная больница» в доход местного бюджета <адрес> муниципального района государственную пошлину в размере 300 руб..

Решение может быть обжаловано в <адрес> областной суд через <адрес> районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья ФИО16

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья ФИО17