Апелляционное постановление № 22-824/2026 от 2 марта 2026 г.

Судья Якутова М.Р. Дело № 22-824/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 3 марта 2026 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Евстюниной Н.В.,

при секретаре судебного заседания Ирдугановой Ю.В.,

с участием прокурора Левко А.Н.,

защитника адвоката Ширяева О.А.,

осужденной ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Ширяева О.А. на приговор Ленинского районного суда г. Перми от 16 декабря 2025 года, которым

ФИО1, родившаяся дата в ****, не судимая,

осуждена по ч. 3 ст. 183 УК РФ (в редакции Федерального закона от 11 июня 2021 года № 216-ФЗ) с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 200 000 рублей.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ в порядке конфискации взысканы с ФИО1 в доход государства денежные средства в сумме 834 790 рублей 50 копеек.

Разрешены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах.

Заслушав выступления адвоката Ширяева О.А. и осужденной ФИО1, поддержавших доводы, прокурора Левко А.Н. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признана виновной в собирании сведений, составляющих коммерческую тайну ПАО «***», путем подкупа, из корыстной заинтересованности.

Преступление совершено в период с 19 ноября 2024 года по 16 июня 2025 года в г. Перми при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Ширяев О.А. считает приговор незаконным и необоснованным, полагает, что суд необоснованно отказал в прекращении уголовного дела с назначением меры уголовного-правового характера в виде судебного штрафа. Потерпевшей стороной какой-либо иск не заявлен, сведений о причинении действиями ФИО1 потерпевшему какого-либо вреда не имеется. Полагает, ФИО1 приняты меры, направленные на восстановление нарушенных интересов общества и государства, что свидетельствует о ее искреннем раскаянии и стремлении минимизировать негативные последствия содеянного. Указывает, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления средней тяжести, не судима, вину признала, раскаялась, характеризуется положительно, активно способствовала раскрытию и расследованию преступления, изобличению С., написала явку с повинной, принесла потерпевшей стороне извинения, содержит страдающего тяжелым заболеванием ребенка, имеет ряд хронических заболеваний, загладила причиненный вред путем внесения пожертвования в сумме 10 000 рублей в фонд «***». Таким образом, ФИО1 соблюдены условия, необходимые для прекращения уголовного дела. Кроме того, полагает, что ФИО1 получила лишь 342 619 рублей 25 копеек, оставшуюся сумму 492 171 рубль 25 копеек перечислила С. по договоренности. В связи с чем оснований для взыскания с ФИО1 834 790 рублей 50 копеек не имеется. Просит приговор отменить, уголовное дело прекратить на основании ст. 25.1 УПК РФ, освободив ФИО1 от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76.2 УК РФ с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

В возражениях государственный обвинитель Воробей Е.Г. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, суд второй инстанции пришел к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре и сторонами не оспаривается.

Судом обоснованно как доказательство виновности приведены показания самой ФИО1, данные ею в ходе предварительного расследования, подтвержденные в судебном заседании, поскольку они получены с соблюдением уголовно-процессуального закона, согласуются с иными исследованными доказательствами, объективно подтверждающими виновность осужденной. При этом причин, по которым ФИО1 могла оговорить себя, не установлено.

Так, из показаний осужденной ФИО1 следует, что в целях расширения клиентской базы ООО «***», она предложила С. передавать ей сведения о клиентах, которые обращались за лизингом в ПАО «***» (название организации, ИНН, потребность клиента в лизинге, контактные данные). За предоставление данной информации она перечисляла С. половину от своего агентского вознаграждения в случае реализации сделок по сведениям, которые он предоставил. Всего в результате использования полученной от С. информации она получила вознаграждение в сумме 834 790 рублей 50 копеек, из которых 492 171 рубль 25 копеек перевела С.

Кроме изобличающих себя показаний ФИО1, в обоснование ее виновности суд привел:

показания свидетеля С. о том, что ФИО1 сообщила ему о нуждаемости в информации о потенциальных лизинговых сделках, интересовалась возможностью предоставления им такой информации за вознаграждение; они обговорили способы передачи информации, размер и способ получения денежного вознаграждения; он передавал ей информацию с банковского портала о клиентах; получил от ФИО1 около 400 000 рублей;

показания представителя потерпевшего А. о том, что С. представил ФИО1 сведения о 380 потенциальных лизинговых клиентах ПАО «***», в связи с чем Банку причинен вред деловой репутации;

показания свидетеля Б. о предоставлении в пользование С. своей банковской карты АО «Альфа-Банк»;

показания свидетеля Д. об оформлении агентского договора по просьбе брата С., предоставлении банковских счетов в ПАО «Сбербанк России» и АО «Тинькофф Банк», на которые перечислялось агентское вознаграждение С. Последний распоряжался поступившими денежными средствами;

показания свидетеля Ш. о получении ФИО1, кроме оклада, процента от агентского вознаграждения в зависимости от сложности сделки от 15% до 90%; проценты ей перечисляли на банковский счет либо передавали наличными информации;

показания свидетелей П. и Ю. о передаче им ФИО1 клиентов для подбора лизинговой компании;

показания свидетелей В., Т. об использовании сотрудниками Банка, работающими с клиентами малого и среднего бизнеса, в том числе С., программного обеспечения «SUGAR CRM»,

показания свидетеля Ф. о наличии у С. доступа к информационным ресурсам ПАО «***», в том числе «SUGAR CRM», где хранится вся информация о действующих и потенциальных клиентах Банка;

показания свидетеля К. о заключении между ООО «***» договора с ПАО «***», поступлении жалоб от клиентов, с которыми после их обращений на лизинг связывались иные лизинговые компании;

кадровые и локальными документы, подтверждающие трудоустройство ФИО1 в ООО «***»;

кадровые и локальные документы, подтверждающие трудоустройство С. в ПАО «***»; ознакомление С. с политикой ПАО «***» в отношении обработки персональных данных; положением о защите прав субъектов персональных данных в части организации управления персоналом Банка; инструкцией по организации учета, хранения, использования, передачи и уничтожения материальных носителей персональных данных и другой конфиденциальной информации Банка; политикой информационной безопасности Банка и Банковской группы Банка; положением о коммерческой тайне Банка; правилами соблюдения персоналом требований информационной безопасности в Банке; перечнем информации, составляющей коммерческую тайну в Банке;

приказ председателя правления ПАО «***» от 27 сентября 2023 года № 751, которым определена информация, являющаяся коммерческой тайной Банка;

Положение о коммерческой тайне ПАО «***»; ответ ПАО «***» о том, что сведения, переданные ФИО1, составляют коммерческую тайну Банка;

выписку по счету, открытому в ПАО «Сбербанк России» на имя ФИО1, согласно которой ФИО1 в период с 19 ноября 2024 года по 16 июня 2025 года осуществила 16 переводов денежных средств С. на банковские счета Б. и Д. От отправителя Ш. за указанный период поступили денежные средства в размере 585 919 рублей 43 копейки, «прочие выплаты» составляют 319 989 рублей 66 копеек;

протокол осмотра компакт-диска, на котором находится переписка в мессенджере WhatsApp между С. и ФИО1, из которой установлено, что С. в период с 1 ноября 2024 года по 18 июня 2025 года отправлял ФИО1 фотоизображения и документы формата Excel, где содержатся сведения о контрагентах ПАО «***», которые обращались в Банк с заявкой о лизинге; имеются сведения по полученному С. вознаграждению; выписки по счетам Б. и Д.; протокол осмотра видеозаписей с рабочего места С.

Таким образом, оценив исследованные доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а их совокупность - достаточности для разрешения уголовного дела, при отсутствии данных, свидетельствующих о заинтересованности свидетелей обвинения при даче показаний против ФИО1, суд правильно пришел к выводу, что ФИО1 собирала сведения, составляющие коммерческую тайну ПАО «***», путем подкупа, из корыстной заинтересованности.

Каких-либо не устраненных сомнений по делу, которые должны быть истолкованы в пользу ФИО1, не усматривается.

Действия ФИО1 судом правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 183 УК РФ (в редакции Федерального закона от 11 июня 2021 года № 216-ФЗ). Оснований для иной квалификации действий осужденной не имеется.

Квалифицирующий признак из корыстной заинтересованности нашел свое подтверждение, поскольку в результате совершенного преступления ФИО1 имела материальную выгоду.

Суд обоснованно не усмотрел оснований для прекращения уголовного дела и уголовного преследования ФИО1 в соответствии со ст. 76.2 УК РФ, поскольку в судебном заседании установлено, что вред, причиненный преступлением, не заглажен.

По смыслу закона при решении вопроса о прекращении уголовного дела в соответствии с вышеуказанной нормой УК РФ, суд должен установить, предприняты ли подсудимым меры, направленные на восстановление именно тех законных интересов общества и государства, которые были нарушены в результате совершения преступления, и достаточны ли эти меры для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного, как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 не судима, обвиняется в совершении преступления средней тяжести, вину в совершении преступления признала полностью, в содеянном раскаялась, направила письмо с извинениями в адрес ПАО «***», осуществила добровольное пожертвование в благотворительный фонд «***» в размере 10 000 рублей.

Следует отметить, что основным объектом преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ, является отношения, связанные с предпринимательской деятельностью, непосредственным объектом - отношения, регулирующие защиту коммерческой тайны.

С учетом обстоятельств совершенного преступления само по себе принесение извинений ПАО «***», оказание благотворительной помощи фонду «Дедморозим» не может устранить наступившие последствия, и снизить степень общественной опасности совершенного преступления.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения ходатайства подсудимой и ее защитника о прекращении уголовного дела и назначении судебного штрафа не имелось.

При назначении наказания судом принято во внимание, что ФИО1 не судима, по месту жительства и работы характеризуется положительно, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит.

Смягчающим наказание обстоятельством суд признал явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие малолетнего ребенка; признание вины, раскаяние в содеянном, принесение письменных извинений потерпевшему, состояние здоровья подсудимой и ее малолетнего ребенка, участие в благотворительной деятельности, оказание помощи престарелому родственнику (матери).

С учетом характера и степени общественной опасности, данных о личности ФИО1, смягчающих наказание обстоятельств суд обоснованно пришел к выводу о возможности исправления подсудимой при назначении штрафа (в соответствии с санкцией ч. 3 ст. 183 УК РФ в редакции Федеральных законов от 7 декабря 2011 № 420-ФЗ и от 29 июня 2015 года № 193-ФЗ).

Размер штрафа судом определен с учетом имущественного и семейного положения ФИО1, ее трудоспособного возраста и состояния здоровья.

При этом суд учел роль ФИО1 в совершении преступления, ее постпреступное поведение, смягчающие наказание обстоятельства и, признав совокупность указанных обстоятельств исключительной, пришел к выводу о достижении целей наказания без назначения обязательного дополнительного наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, фактических обстоятельств дела, данных о личности оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не усмотрел.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии со ст.ст. 43, 60 УК РФ, по своему характеру, виду и размеру соответствует тяжести содеянного и личности виновной, принципам справедливости и гуманизма, оснований считать его чрезмерно суровым не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных, в том числе ст. 183 УК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 104.2 УК РФ, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в ст. 104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

Исходя из установленных обстоятельств преступного деяния, на счета ФИО1 были перечислены, соответственно, незаконно получены 834 790 рублей 50 копеек. Полученными денежными средствами ФИО1 распорядилась по своему усмотрению, в том числе в целях подкупа лица, которое передавало ей сведения, составляющие коммерческую тайну.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о необходимости конфискации всей незаконно полученной суммы. Имевшаяся между ФИО1 и подкупленным ею лицом договоренность о выплате ему вознаграждения за его услуги не является основанием для снижения суммы конфискованных денежных средств. Вместе с тем при решении вопроса о конфискации денежных средств, полученных ФИО1 в результате совершения преступления, суд первой инстанции ошибочно сослался на п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Поскольку незаконно полученными денежными средствами ФИО1 распорядилась, суд апелляционной инстанции полагает необходимым приговор в части разрешения вопроса о конфискации изменить, указав на конфискацию денежных средств на основании ч. 1 ст. 104.2 УК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г. Перми от 16 декабря 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

указать на конфискацию у ФИО1 в доход государства 834 790 рублей 50 копеек на основании ч. 1 ст. 104.2 УК РФ.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Ширяева О.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись)