Решение № 2-301/2017 от 3 мая 2017 г. по делу № 2-301/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 мая 2017 года г. Губкин

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судье С.В. Спесивцевой,

при секретаре Е.А. Чуриковой,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3, в отсутствие истца ФИО4, третьих лиц: ФИО5, представителя управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о признании права собственности на 1/4 долю в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество,

установил:

в общей долевой собственности супругов ФИО6 и ФИО6 находилось домовладение, расположенное по адресу: *, а также земельный участок. Согласно похозяйственной книге Теплоколодезянского сельского совета доли супругов были равными и составляли по 1/2 у каждого

30.06.1993 года ФИО6 заключила с дочерьми ФИО4 и ФИО5, договор дарения принадлежащей ей 1/2 доли домовладения.

Договор дарения был зарегистрирован в Теплоколодозянском сельском Совете народных депутатов, о чем имеется соответствующая запись в похозяйственной книге.

ФИО6 составил завещание, в соответствии с которым наследником ФИО6 является его сын ФИО2

21.07.1993 года ФИО6 умер. В порядке наследования по завещанию ФИО2 перешло право на 22/24 доли от 1/2 в праве собственности на домовладение, расположенное по адресу: *, а также на 10/12 доли в праве собственности на земельный участок, предназначенный для ведения личного подсобного хозяйства.

2/24 доли в праве собственности на домовладении и 2/12 на земельный участок перешли в порядке наследования по закону в соответствии со. ст. 532 ГК РСФСР, как обязательная доля ФИО6

В 2010 году ФИО2 оформил право собственности на земельный участок площадью 1621 кв. м, кадастровый номер *, расположенный по адресу: *. Основанием возникновения права собственности явилась выписка из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от 26.03.2010 года, орган выдачи - Теплоколодезянская территориальная администрация.

В 2012 году ФИО2 оформил в свою собственность жилой дом, расположенный по адресу: *, общей площадью 45,9 кв.м. Основанием оформления права собственности явилась выписка из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от 26.03.2010 года, а также кадастровый паспорт здания, сооружения объекта незавершенного строительства от 21.05.2009 года.

Дело инициировано иском ФИО4, которая ссылаясь на заключенный договор дарения от 30.06.1993 года, просила признать за ней право собственности на 1/4 долю в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: *, в связи с чем просила прекратить запись в ЕГРП о праве собственности ФИО2 на жилой дом.

В судебное заседание истец ФИО4 не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствии, доверила представление своих интересов представителю по доверенности ФИО1, которая исковые требования поддержала, а также просила взыскать судебные расходы в виде расходов по оплате госпошлины.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 исковые требования не признали, указали, что договор дарения содержит в себе недостатки, а именно отсутствует согласие супруга ФИО6 на заключение договора дарения, договор дарения не зарегистрирован у нотариуса, печать проставленная на договоре и отметка совершены не в 1993 году, поскольку в 1993 года сельская администрация называлась Теплоколодезянский сельский совет народных депутатов, название Теплоколодизянский сельский округ был установлен только с 25.12.1997 года. Указали на пропуск срока исковой давности в отношении заявленных исковых требований.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, представила письменные возражения на иск, которые приобщены к материалам дела, просила рассмотреть дело в ее отсутствии с исковыми требованиями не согласилась, при этом указала, что о договоре дарения от 30.06.1993 года ничего не знала, считает, что ответчик на законных основаниях приобрел право собственности на жилой дом, поскольку такова была воля их родителей.

Третье лицо – представитель управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области, в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствии, предоставил возражение на исковое заявление.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности суд пришел к следующему выводу

В соответствии с нормами п. п. 1, 2 ст. 256 ГК РСФСР по договору дарения одна сторона передает безвозмездно другой стороне имущество в собственность. Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества.

В соответствии с нормами п. 3 ст. 257 ГК РСФСР договор дарения жилого дома должен быть заключен в форме, установленной статьей 239 настоящего Кодекса.

В соответствии с нормами п. п. 1, 3 ст. 239 ГК РСФСР договор купли-продажи жилого дома (части дома), находящегося в городе должен быть нотариально удостоверен, если хотя бы одной из сторон является гражданин, и зарегистрирован в исполнительном комитете районного, городского Совета депутатов трудящихся. Несоблюдение правил настоящей статьи влечет недействительность договора.

В соответствии с нормами ст. 135 ГК РСФСР право собственности у приобретателя имущества по договору возникает с момента передачи вещи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Как установлено судом 30.06.1993 года между ФИО6 ФИО4 и ФИО5 заключен договор дарения в равных долях 1/2 дома, расположенного по адресу: *. Данный договор заключен в простой письменной форме, зарегистрирован в Теплоколодозянском сельском совете народных депутатов, о чем в похозяйственной книге имеется соответствующая запись. (л.д. 65 похозяйствнной книги) Договор дарения сторонами не оспорен, доказательств обратного суду не предоставлено. ФИО4 и ФИО5 в дар недвижимое имущество приняли, что подтверждается несением ими расходов по содержанию дома, в частности оплатой налога на имущество в период 1997 года по 2012 года из расчета права собственности на 1/4 долю (л.д.17-22).

Доводы третьего лица ФИО5 о том, что она о договоре дарения ничего не знала, суд считает неубедительными. Поскольку согласно информации предоставленной МИФНС № 8 по Белгородской области ФИО5 в период с 1997 года по 2012 годы являлась плательщиком налога на имущества в отношении объекта налогообложения 1/4 доли объекта недвижимости, расположенного по адресу :*. При этом задолженность по оплате налогов у ФИО5 отсутствовала.

Кроме того в судебном заседании ФИО2 пояснил, что ФИО5 имела намеренье подарить ему свою 1/4 долю, однако пояснить оформлялись ли какие либо документы ли нет не смог.

Доводы ответчика и его представителя о том, что договор дарения является недействительным, поскольку на нем имеется отметка о регистрации датированная исходя из проставленной печати более поздней датой нежели 30.06.1993 года суд считает неубедительной, поскольку договор зарегистрирован администрацией в посхозяйственной книге по лицевому счету <***> имеется отметка о регистрации.

Проставление на договоре отметки о регистрации и печати сельской администрации в более позднюю дату само по себе не является признаком недействительности договора, учитывая наличие в похозяйственной книге отметки датированной 1993 года, подписи уполномоченного лица Теплоколодезянского сельского совета народных депутатов.

Также неубедительны доводы представителя ответчика о том, что договор дарения жилого дома (его доли) подлежал нотариальному удостоверению, поскольку данное правило в соответствии с требованиями ГК РСФСР распространялось на дарение денежных средств на сумму свыше 500 рублей (п. 1 ст.257 ГК РСФСР)

Касательно пропуска срока исковой давности являющимся основанием для отказа в удовлетворении иска суд считает необходимым указать, на следующие обстоятельства: в своем ходатайстве представитель ответчика не оспаривал тот факт, что о регистрации ФИО2 права собственности на весь спорный жилой дом истец узнала в 2015 году, данный факт ответчиком и его представителем не оспорен, следовательно в соответствии со ст. 199 ГК РФ срок исковой давности начинает течь с даты когда лицо узнал или должно было узнать о нарушении своего права, учитывая, что срок исковой давности составляет в данном случае 3 года, то на момент обращения в суд общий срок исковой давности не истек даже при условии, что истец не пояснила суду точную дату своего обращения в компетентные органы с целью регистрации своего сына в спорном домовладении.

Доводы о пропуске срока исковой давности о признании договора дарения недействительным суд считает необоснованными, поскольку данный договор сторонами не был оспорен, доказательств обратного суду не предоставлено, ФИО2 являющийся наследником по завещанию, и вступивший в наследство в апреле 1994 года, также действий по оспариванию договора по основанию отсутствия согласия на совершение сделки по распоряжению общей долевой собственностью в суд не заявлял.

Отсутствие согласие супруга на совершение сделки также не может рассматриваться как основания считать данную сделку недействительной, поскольку сделка не оспаривалась ни ФИО6, ни его наследником по завещанию ответчиком ФИО2 и супругой ФИО6 или ФИО5

На основании изложенного суд приходит к выводу о действительности заключенного договора дарения по 1/4 доли от 1/2 доли в праве собственности на домовладение, принадлежащей ФИО6 в отношении ФИО5, ФИО4, достижения сторонами по договору согласия по всем существенным условиям, соблюдение формы сделки, а также исполнение договора дарения т.е. принятие одаряемыми доли в праве собственности на жилой дом, поскольку ФИО5 и ФИО4 несли расходы по содержанию принадлежащих им долей.

Данный факт подтверждается справками, выдаваемыми Теплоколодезянской территориальной администрацией, о том что домовладение по адресу: * по состоянию на 30.06.1993 года находилось в собственности: ФИО2, ФИО6, ФИО5, ФИО4 (л.д. 9,10), а также письмом МИФНС № 8 по Белгородской области № 09-2-07/002672 от 03.05.2017 года

Материалами дела также установлено, что ответчику ФИО2 в порядке наследования перешло право на 22/24 доли в праве собственности на 1/2 доли домовладения и 10/12 долей в праве собственности на земельный участок, общей площадью 10 кв.м, что подтверждается свидетельствами о праве на наследство по завещанию

ФИО6 в порядке наследования после ФИО6 принадлежало 2/24 доли от 1/2 доли домовладения и 2/12 доли в праве собственности на земельный участок.

03 июня 2010 года ФИО2 обратился в управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Белгородской области с заявлением, в котором просил зарегистрировать право собственности на земельный участок, общей площадью 1621 кв.м., с кадастровым номером *, расположенный по адресу: *. При этом в качестве правоустанавливающего документа ответчик представил выписку из похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от 26.03.2010 года, согласно которой ФИО2 на праве личной собственности для ведения личного подсобного хозяйства принадлежит вышеуказанный земельный участок, о чем в похозяйственной книге № 3 л/с <***> за 1991-1996 годы 05.04.1994 года сделана соответствующая запись (л.д. 51).

Вместе с тем в судебном заседании л/с <***> похозяйственной книги был обозрен с участием представителей сторон, а также специалиста Теплоколодезянской территориальной администрации. Отметки, имеющиеся в похозяйственной книге л/с <***> не свидетельствуют о наличии у ФИО2 указанного права собственности на земельный участок, поскольку данный лицевой счет был открыт в отношении ФИО6 и указывал на наличие ее прав на земельный участок и домовладение, а также указывал на отчуждение ФИО6 1/2 доли в праве собственности на домовладение в отношение своих дочерей ФИО5 и ФИО4. Доказательств того, что между ФИО6 и ФИО2 имелось какое-либо соглашение или иные документы, позволяющие установить, что ФИО6 уполномочивала своего сына на оформление документов в отношении земельного участка, суду не представлено. Также доказательств того, что ФИО6 присутствовала при оформлении ФИО2 права собственности на земельный участок суду не предоставлено Тем не менее 16.06.2010 года за ФИО2 зарегистрировано право собственности на земельный участок, общей площадью 1621 кв. м, кадастровый номер *, расположенный по адресу: *, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись регистрации № 31-31-05/012/2010-997 (л.д. 132).

22.05.2012 года ФИО2 обратился в управление Федеральной службы государственной регистрации и картографии по Белгородской области с заявлением в котором просил зарегистрировать право собственности на жилой дом, общей площадью 45,9 кв.м, кадастровый номер *, расположенный по адресу: *, на основании выписки их похозяйственной книги о наличии у гражданина права на земельный участок от 26.03.2010 года, также ФИО2 был предоставлен кадастровый паспорт, здания, сооружения, объекта незавершенного строения от 21.05.2009 года. 31.05.2012 года за ФИО2 было зарегистрирована право собственности на указанное домовладение, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись регистрации № 31-31-05/021/2012-236 (л.д. 131).

Таким образом регистрации права было осуществлена в упрощенном порядке в соответствии со ст. 25 Федеральный закон от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним". При этом регистрация право собственности на жилой дом производилась на как на вновь возведенный объект.

Вместе с тем судом установлено, что согласно технического паспорта на спорный жилой дом от 21.05.2009 года, год постройки жилого дома указан как 1961, такой же год постройки указан в техническом паспорте от 01.04.1987 года. (л.д. 23-34).

В судебном заседании свидетели Н., А., В., И. указали, что жилой дом был построен ФИО6, в нем он проживал со своей женой, также приезжали дети, которые обрабатывали огород, имели дружественные отношения.

Следовательно, ФИО2 не осуществлял строительство жилого дома, к моменту регистрации права в нем более чем 50 лет проживала семья И-вых.

Пояснить причины по которым ФИО2 не регистрировал принадлежащие ему в порядке наследования 22/24 доли от 1/2 доли он суду пояснить не смог.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что регистрация права собственности на весь жилой дом за ФИО2 не соответствует имеющимся у него объему прав.

Так согласно материалам дела установлено, что ФИО2 принадлежали 22/24 от 1/2 доли в домовладении, ФИО6 2/24 от 1/2 доли домовладения, ФИО4 и ФИО5 по 1/4 доли от 1/2 доли или ФИО2 принадлежали 22/48 от домовладения, ФИО6 2/48 доли, ФИО4 и ФИО5 12/48 каждой.

На основании изложенного суд приходит к выводу, о том, что у ФИО2 не возникло право собственности на весь жилой дом, поскольку ему принадлежит только доля в праве общей долевой собственности, доказательств отчуждения ФИО4 в пользу ФИО2 своей доли в праве собственности на спорный жилой дом суду не предоставлено, в связи с чем исковые требования ФИО4 к ФИО2 подлежат удовлетворению.

В порядке ст. 98 ГПК РФ, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 4039,30 рублей.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ,

решил:

иск ФИО4 к ФИО2 о признании права собственности на 1/4 долю в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество, признать обоснованным.

Признать за ФИО4 право на 1/4 долю в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу: *, кадастровый номер *, инвентарный номер 007076, общей площадью 45,9 кв.м.

Решение является основанием для регистрации права собственности в органах государственной регистрации.

Обязать орган, осуществляющий государственную регистрацию право прекратить запись в ЕГРП № 31-31-05/021/2012-236 от 31.05.2012 года о праве собственности ФИО2 на жилой дом, расположенный по адресу: *, кадастровый номер *, общей площадью 45,9 кв.м., инвентарный номер *.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 расходы по оплате государственной пошлине в размере 4039,30 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Губкинский городской суд.

Судья С.В. Спесивцева