Апелляционное определение № 33-1739/2026 от 10 февраля 2026 г.

Судья Гурова М.В. дело № 33-1739/2026

УИД № 34RS0032-01-2025-000210-74


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 февраля 2026 года в г. Волгограде судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего Бабайцевой Е.А.,

судей Вершковой Ю.Г., Штапаук Л.А.,

при помощнике судьи Кулибаба А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы гражданского дела №2-157/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов, по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Октябрьского районного суда Волгоградской области от 20 октября 2025 года, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 и встречных исковых требований ФИО2 отказано.

Заслушав доклад судьи Бабайцевой Е.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил взыскать с ФИО2 ущерб, причиненный в результате гибели принадлежащего истцу жеребца, – 150000 рублей, расходы на составление акта на выбытие животного – 1566 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины.

В обоснование требований указал, что в результате некачественно проведенной ответчиком ветеринарной хирургической манипуляции – кастрации принадлежащий ему жеребец пал от серозного воспаления брюшной ободочной кишки.

ФИО2 обратился в суд со встречным иском к ФИО1, в котором с учетом уточненных исковых требований просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, обязав его также опровергнуть распространенные сведения по факту некомпетентных действий ветеринарного врача ФИО2 путем написания и вывешивания объявления в общественном месте х. Молокановский на магазине или доске объявлений.

В обоснование требований указал, что ФИО1 необоснованно и в утвердительной форме делает умышленно ложные личные выводы о его ветеринарном непрофессионализме, обвиняя его в совершении непрофессиональных действий, повлекших гибель коня. Порочащие сведения ФИО1 совершил не только в суде, но и среди жителей сельского поселения, в котором стороны проживают.

Суд постановил указанное выше решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 и встречных исковых требований ФИО2, взыскав с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы на оплату судебной экспертизы в размере 33000 рублей, в пользу ИП ФИО3 расходы на оплату судебной экспертизы в размере 17000 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО1 оспаривает законность и обоснованность судебного постановления, просит его изменить в части распределения судебных расходов на оплату судебной ветеринарной экспертизы, распределив судебные расходы в равных долях.

На жалобу поступили возражения, в которых ФИО2 считает доводы жалобы несостоятельными.

В апелляционную инстанцию лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительности причин неявки не сообщили. На основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия находит возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

В то же время суд апелляционной инстанции на основании абз. 2 ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ вправе в интересах законности проверить обжалуемое судебное постановление в полном объеме вне зависимости от доводов жалобы, представления.

По смыслу разъяснений, содержащихся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», под интересами законности с учетом положений ст. 2 ГПК РФ следует понимать необходимость проверки правильности применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских, трудовых (служебных) и иных правоотношений, а также в целях защиты семьи, материнства, отцовства, детства; социальной защиты; обеспечения права на жилище; охраны здоровья; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; защиты права на образование и других прав и свобод человека и гражданина; в целях защиты прав и законных интересов неопределенного круга лиц и публичных интересов и в иных случаях необходимости охраны правопорядка.

Учитывая приведенные выше положения закона и разъяснения высшей судебной инстанции, суд апелляционной инстанции считает необходимым проверить законность и обоснованность постановленного по делу решения в полном объеме вне зависимости от доводов и требований апелляционной жалобы, поскольку суд первой инстанции допустил существенное нарушение норм процессуального и материального права, не установил в качестве обстоятельства, имеющего значение для дела, факт гибели имущества истца (ответчика по встречному иску) по вине обеих сторон, что не отвечает критериям законности и обоснованности судебного акта, интересам истца (ответчика по встречному иску), являющегося участником спорных гражданско-правовых отношений.

Согласно ст.ст. 15, 1064 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Как установлено судом апелляционной инстанции и подтверждено материалами дела, в собственности ФИО1 находился жеребец, возрастом порядка 5 лет, которому в ДД.ММ.ГГГГ понадобилась кастрация.

В конце ДД.ММ.ГГГГ, по просьбе ФИО1, ФИО2, являясь дипломированным ветеринарным врачом, будучи пенсионером, не имея каких-либо трудовых правоотношений с ветеринарными службами, провел кастрацию жеребца.

В ходе судебного разбирательства стороны не представили надлежащих доказательств точных дат кастрации животного, показания сторон отличаются на несколько дней.

ФИО1 пояснял, что приготовил для ветеринара теплую воду, хозяйственное мыло, йод, полотенце для осуществления обеззараживания места инвазивного вмешательства на животном. ФИО2 отказался от всех средств дезинфекции, указав, что выполнит необходимую манипуляцию без этого. Кастрация была произведена. Жеребец в постоперационный период содержался на привязи – веревка около 30 метров, под открытым небом, на ночь перемещался в загон, питание подножное, доступ к воде – корыто, наполненное водой. На третий день у коня стала опухать паховая область, истец обратился к ответчику, который рекомендовал антибиотики, которые были приобретены, ответчик около 4-5 дней колол животное антибиотиками, однако это не помогло, конь пал. Произведено вскрытие, ветеринарный врач <.......>. в качестве причины смерти указал серозное воспаление брюшины ободочной кишки.

ФИО2 в ходе судебного разбирательства не отрицал, что, по просьбе ФИО1, произвел кастрацию жеребца, при этом не использовал антисептиков, поскольку они не нужны. Указал, что после операции дал рекомендации для постоперационного периода о том, что животному нужно двигаться, не быть на привязи, в свободном доступе должна быть вода, нужно содержать его в чистом месте, не на открытом солнце. Когда животному стало плохо, давал рекомендации по приобретению лекарств, вводил их жеребцу. Рекомендовал сдать кровь животного для определения инфекции, рекомендовал забой, что не произведено. Рекомендовал убрать животное с солнца, но указанное не было сделано с обоснованием, что на улице не жаркая погода. В итоге жеребец пал.

Ветеринарный врач Октябрьского райСББЖ ФИО4 ММ.ГГГГ выдал ФИО1 акт выбытия животного, в котором указал в качестве причины гибели серозное воспаление ободочной кишки.

Из показаний <.......> допрошенного в качестве свидетеля, следует, что он осуществлял вскрытие жеребца, принадлежащего ФИО1 Причина смерти указана в акте выбытия. После вскрытия труп животного был утилизирован в яму Беккери. Полагает, что причиной воспаления кишечника могла стать хирургическая манипуляция по кастрации – либо неверно произведена кастрация, либо неверно был осуществлен уход за животным в постоперационный период. Относительно сомнений в причине смерти, выраженных ФИО2, указывающим на кровоизлияние в грудной полости, указал, что никакого кровоизлияния не было. Органы грудой клетки были в пределах нормы, если бы кровоточил сосуд, грудная клетка содержала бы литры крови, однако кровь, зафиксированная на видео, это нормальное, небольшое количество, вызванное рассечением грудной полости.

ФИО1 представил протокол вскрытия жеребца от ДД.ММ.ГГГГ, составленный <.......> При этом <.......> судебном заседании подтвердил, что составил указанный протокол не непосредственно после вскрытия, а в ДД.ММ.ГГГГ по памяти.

Кроме того, из сведений, представленных ФИО2 в ходе проверки, проведенной Комитетом ветеринарии Волгоградской области, установлено, что составление указанного протокола вскрытия животного, как и само проведение вскрытия, произведены в нарушение его должностных обязанностей.

Соответственно, протокол вскрытия допустимым доказательством по делу не является.

Согласно заключению судебной ветеринарной экспертизы, проведенной судебным ветеринарным экспертом ИП <.......>., неверная тактика хирургической манипуляции и несоблюдение правил асептики и антисептики могут привести к осложнениям, связанным с воспалительными и гнойно-асептическими процессами, в том числе в брюшной полости животного. В действиях, произведенных ФИО2, имеются нарушения правил проведения кастрации жеребца. В действиях ФИО5, в том числе по содержанию животного на привязи, под открытым небом в течение светового дня, имеются нарушения правил ухода за жеребцом в период после кастрации. Дать оценку правильности назначенного лечения животному не представляется возможным. Причину гибели животного установить невозможно ввиду проведенного не в полном объеме патологоанатомического исследования (нет результатов гистологического и цитологического исследования, а также отсутствует видео и фотофиксация всех этапов патологоанатомического исследования). Причинно-следственную связь между действиями (бездействиями) ветеринарного врача ФИО2 и владельца ФИО5 и гибелью жеребца установить невозможно.

Оснований не доверять выводам эксперта не имеется.

Рассмотрев требования ФИО5, установив, что им не представлены доказательства наличия причинной связи между действиями ФИО2 и гибелью жеребца, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО1 о взыскании с ФИО2 ущерба, причиненного в результате гибели жеребца, и судебных расходов, взыскав с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы на оплату судебной ветеринарной экспертизы в размере 33000 рублей.

С решением в данной части судебная коллегия согласиться не может.

Согласно п.п. 3, 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

По смыслу разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Постановленное судом решение в указанной части названным требованиям не отвечает.

Так, факт проведения ФИО2 кастрации жеребца ФИО1 и факт последующей гибели животного подтвержден материалами дела.

Факт допущенных ФИО2 нарушений правил проведения кастрации жеребца также подтвержден материалами дела, а именно заключением судебной ветеринарной экспертизы.

По утверждению эксперта, неверная тактика хирургической манипуляции и несоблюдение правил асептики и антисептики могут привести к осложнениям, связанным с воспалительными и гнойно-асептическими процессами, в том числе в брюшной полости животного.

Таким образом, ФИО1 доказал, что при проведении кастрации жеребца ФИО2 допустил нарушения, которые могли привести к гибели животного.

При этом ФИО2 объективными данными отсутствие своей вины в гибели животного, отсутствие причинно-следственной связи между его неправомерными действиями и гибелью жеребца не подтвердил.

В этой связи ФИО5 вправе требовать возмещения ФИО2 убытков, причиненных в результате гибели животного.

Вместе с тем заключением судебной экспертизы подтверждено, что в действиях ФИО5 имеются нарушения правил ухода за жеребцом в период после кастрации.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о гибели жеребца по равной вине сторон.

Данные обстоятельства суд первой инстанции не учел, что привело к неправильному выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО5

ФИО5 в подтверждение размера ущерба представил справку ИП главы КФХ ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой минимальная стоимость жеребца средней упитанности возрастом 5 лет составляет 150000 рублей.

Доказательства иного размера ущерба ФИО2 не представил.

Судебная коллегия с учетом разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», о том, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, оценивает справку ИП главы КФХ ФИО6 от 1 мая 2025 года о стоимости жеребца как надлежащее доказательство размера причиненных убытков.

Таким образом, исходя из равной вины сторон в гибели животного, ФИО2 обязан возместить ФИО5 убытки, причиненные в результате гибели животного, в размере 75000 рублей (150000 рублей / 2).

Кроме того, по правилам гл. 7 ГПК РФ ФИО2 обязан возместить ФИО5 с учетом частичного удовлетворения иска (на 50%) расходы на составление акта о выбытии животного – 783 рубля (50% от 1566 рублей), расходы на оплату государственной пошлины – 2750 рублей (50% от 5500 рублей).

Материалами дела также подтверждено, что стоимость проведения ИП ФИО3 судебной экспертизы составила 50000 рублей, соответственно, на каждую сторону необходимо отнести расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 25000 рублей.

ФИО2 оплатил проведение экспертизы в размере 33000 рублей.

Принимая во внимание необходимость частичного удовлетворения иска ФИО5, ФИО2 вправе требовать возмещения расходов на проведение судебной экспертизы в размере 8000 рублей (33000 рублей – 25000 рублей).

При этом вывод о взыскании с ФИО5 в пользу ИП ФИО3 расходов на оплату судебной экспертизы в размере 17000 рублей (50000 рублей – 33000 рублей) является правильным.

При таких данных решение Октябрьского районного суда Волгоградской области в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов, взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 расходов на проведение судебной экспертизы нельзя признать законным и обоснованным, судебный акт в данной части следует отменить, принять в указанной части новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов удовлетворить частично, взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба – 75000 рублей, расходы на составление акта – 783 рубля, расходы по уплате госпошлины – 2750 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 о взыскании ущерба и судебных расходов отказать.

Нарушения судом норм материального и процессуального права, влекущие отмену решения в части отказа в удовлетворении встречного иска ФИО2 о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 500000 рублей, возложении на него обязанности опровергнуть распространенные сведения по факту некомпетентных действий ветеринарного врача ФИО2 путем написания и вывешивания объявления в общественном месте х. Молокановский на магазине или доске объявлений, судебной коллегией не установлены.

В соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Правильно отказывая в удовлетворении встречного иска ФИО2, суд указал, что показаниями свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9 не подтвержден факт распространения ФИО1 порочащих сведений о ФИО2, а свидетель ФИО10 какие-либо определенные сведения не сообщила, свои показания в ходе допроса изменила, обосновать противоречия не смогла, распространение ФИО1 порочащих сведений не доказано, а его обращение в суд с иском к ФИО2 и сообщение им в суде оспариваемых сведений о вине ФИО2 в гибели коня не является распространением не соответствующих действительности и порочащих сведений, а представляет собой реализацию ФИО1 своего конституционного права на обращение в суд за защитой оспариваемого права.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда Волгоградской области от 20 октября 2025 года в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов, взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 расходов на проведение судебной экспертизы отменить.

Принять в данной части новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба – 75000 рублей, расходы на составление акта – 783 рубля, расходы по уплате госпошлины – 2750 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов отказать.

Заявление ФИО2 о взыскании с ФИО1 расходов на проведение судебной экспертизы удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 расходы на проведение судебной экспертизы – 8000 рублей.

В удовлетворении остальной части заявления ФИО2 о взыскании с ФИО1 расходов на проведение судебной экспертизы отказать.

В остальной части решение оставить без изменения.

Дата изготовления мотивированного апелляционного определения – 26 февраля 2026 года.

Председательствующий

Судьи