Решение № 2-37/2020 2-37/2020(2-3976/2019;)~М-3115/2019 2-3976/2019 М-3115/2019 от 12 января 2020 г. по делу № 2-37/2020

Дело № 2-37/2020

УИД:39RS0001-01-2019-004496-84


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 января 2020 г. г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Паршуковой Н.В.,

при секретаре Стрыгиной А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению С. С. В. к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Калининграде Калининградской области (межрайонное) о перерасчете пенсии,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с названными выше исковыми требованиями с последующим уточнением, указав, что с ДД.ММ.ГГГГ ему назначена страховая пенсия по старости в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». При этом ответчиком в его страховой стаж не был включен период перевода из Калининградской базы тралового флота с 1 ноября 1995 г. по 17 декабря 1996 г. в АОЗТ КФТР, периоды отпусков без сохранения заработной платы с 1 апреля 1997 г. по 29 августа 1997 г., с 2 октября 1997 г. по 30 ноября 1997 г., период получения пособия по безработице и учебы на курсах с 16 мая 2003г. по 8 августа 2003 г. В связи с этим просит обязать ответчика включить вышеуказанные периоды в его страховой стаж, произвести перерасчет пенсии исходя из учета службы в Советской Армии в двойном размере.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, настаивая на их удовлетворении.

Представитель Государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Калининграде Калининградской области (межрайонное) – ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, дав пояснения, аналогичные указанным в письменном отзыве. Просила исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав представленные доказательства по делу в их совокупности и дав им оценку в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), суд приходит к следующему.

Так, в целях сохранения ранее приобретенных прав на трудовую пенсию п. 1 ст. 30 Федерального Закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» предусмотрена оценка пенсионных прав застрахованных лиц по состоянию на 1 января 2002 г. путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал.

В соответствии с п. 2 ст. 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» расчетный размер трудовой пенсии при оценке пенсионных прав застрахованного лица может определяться по выбору застрахованного лица либо в порядке, установленном п. 3 настоящей статьи, либо в порядке, установленном п. 4 настоящей статьи, либо в порядке, установленном п. 6 настоящей статьи.

Согласно п. 3 указанной статьи расчетный размер трудовой пенсии определяется по формуле: РП = СК x ЗР/ ЗП x СЭП, то есть, исходя из стажевого коэффициента и среднемесячного заработка застрахованного лица в соотношении со среднемесячной заработной платой в России, при этом учитывается общий трудовой стаж пенсионера до 1 января 2002 г., в который включаются в календарном порядке только прямо перечисленные в указанном пункте периоды.

Согласно п. 4 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ расчетный размер трудовой пенсии определяется по формуле: РП = ЗР x СК, то есть, исходя только из стажевого коэффициента и среднемесячного заработка застрахованного лица, при этом в общий трудовой стаж включаются все периоды работы и иной деятельности, предусмотренные ранее действовавшим законодательством при исчислении пенсии, с применением установленных данной статьей к некоторым периодам льготного порядка подсчета стажа.

Совокупность данных положений закона допускает определение расчетного размера трудовой пенсии с учетом того вида стажа, который позволяет исчислить пенсию в более высоком размере (по выбору застрахованного лица) и направлена на реализацию права граждан на пенсионное обеспечение.

Данная правовая позиция, изложена в Определении Конституционного суда РФ от 26 мая 2011 г. № 597-О-О.

Таким образом, приведенные нормы ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» устанавливают способы порядка расчета размера трудовой пенсии и не допускают их смешанное применение.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается письменными материалами дела, с 23 ноября 2018 г. ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости на основании ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

При этом расчетный размер трудовой пенсии ФИО1 определялся пенсионным органом по наиболее выгодному для истца варианту - по п. 3 ст. 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ».

Указанное обстоятельство подтверждается представленными суду на обозрение материалами пенсионного дела на имя ФИО1, произведенным ответчиком расчетом по п. 4 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. «О трудовых пенсиях в РФ», а более того в ходе судебного разбирательства участниками не оспаривалось.

При этом п. 3 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» установлено, что в целях оценки пенсионных прав застрахованных лиц под общим трудовым стажем понимается суммарная продолжительность трудовой и иной общественно полезной деятельности до 1 января 2002 г, учитываемая в календарном порядке, и перечисляются включаемые в нее периоды, в том числе служба в Вооруженных Силах Российской Федерации и иных созданных в соответствии с законодательством Российской Федерации воинских формированиях, Объединенных Вооруженных Силах Содружества Независимых Государств, Вооруженных Силах бывшего СССР, органах внутренних дел Российской Федерации, органах внешней разведки, органах Федеральной службы безопасности, федеральных органах исполнительной власти, в которых предусмотрена военная служба, бывших органах государственной безопасности Российской Федерации, а также в органах государственной безопасности и органах внутренних дел бывшего СССР (в том числе в периоды, когда эти органы именовались по-другому), пребывание в партизанских отрядах в период гражданской войны и Великой Отечественной войны; периоды временной нетрудоспособности, начавшейся в период работы, и период пребывания на инвалидности I и II группы, полученной вследствие увечья, связанного с производством, или профессионального заболевания.

Из вышеизложенной нормы закона следует, что при оценке пенсионных прав застрахованного лица по п. 3 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» служба по призыву подлежит включению в трудовой стаж в календарном исчислении, что и было сделано ответчиком. В общий трудовой стаж истца пенсионным органом период службы по призыву с 8 мая по 1977 г. по 8 мая 1979 г. был включен в календарном исчислении, что подтверждается представленным суду ответчиком расчетом стажа истца.

Доводы ФИО1 о необходимости включения периода его службы по призыву в общий трудовой стаж в двойном размере безосновательны. Действительно такой порядок расчета общего трудового стажа предусмотрен п. 4 ст. 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ». Между тем, ответчиком по предложению суда был представлен расчет пенсии истца как по п. 3, так и по п. 4 ст. 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях». Размер трудовой пенсии ФИО1, исчисленной по п. 3 ст. 30 закона при включении в общий трудовой стаж периода его службы в вооруженных силах РФ в календарном исчислении, на дату назначения составил – 12 549,21 рублей, а по п. 4 ст. 30 с учетом периода военной службы по призыву, исчисленной в двойном размере – 9 269,80 рублей. Таким образом, определение расчетного размера пенсии по п. 4 ст. 30 закона, не выгодно для последнего.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что пенсионным органом не включен в страховой стаж период перевода истца из Калининградской базы тралового флота с 1 ноября 1995 г. по 17 декабря 1996 г. в АОЗТ КФТР по причине отсутствия оплаты за данный период.

Из справки АО «Калининградская рыбопромышленная компания» Рыбфлот-ФОР» №., имеющейся в материалах пенсионного дела истца следует, что ФИО1 работал в Калининградской базе тралового флота с 6 ноября 1984 г. по 1 декабря 1997 г.

За время работы в период с 1 ноября 1995 г. по 17 декабря 1996 г. был переведен в АОЗТ КФТР 1 рейс и отгулы, сведений по оплате на лицевом счете нет.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований в указанной части.

В ходе судебного разбирательства судом также установлено, что пенсионным органом не включены в страховой стаж отпуска без содержания с 1 апреля 1997 г. по 29 августа 1997 г. и со 2 октября 1997 г. по 30 ноября 1997 г.

Согласно сведениям из справки АО «Калининградская рыбопромышленная компания» Рыбфлот-ФОР» № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в период работы в Калининградской базе тралового флота находился в отпуске без содержания с 1 апреля 1997 г. по 29 августа 1997 г. и со 2 октября 1997 г. по 30 ноября 1997 г.

В статье 11 Федерального закона от 28 декабря 2015 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» установлено, что в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 этого Закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (часть 1 статьи 11).

В действующем до 1 января 2015 г. Федеральном законе от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» аналогичные нормы содержались соответственно в статье 11 и в статье 10.

Период отпуска без содержания не относится к периоду работы, за который уплачиваются страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации и к иным периодам, засчитываемым в страховой стаж.

Таким образом, ни ранее действовавшим, ни новым пенсионным законодательством не предусмотрено включение в страховой стаж периодов отпусков без сохранения заработной платы.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о включении в страховой стаж периодов его нахождения в отпуске без содержания с 1 апреля 1997 г. по 29 августа 1997 г. и со 2 октября 1997 г. по 30 ноября 1997 г.

Что касается спорного периода получения пособия по безработице с 16 мая 2003 г. по 29 июня 2003 г. и периода обучения на курсах НИЦ «Партнер» по специальности с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г., то суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 и ч. 2 ст. 28 Закона Российской Федерации от 19 апреля 1991 г. № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации» государство гарантирует безработным выплату пособия по безработице, в том числе в период временной нетрудоспособности безработного. Время, в течение которого гражданин в установленном законом порядке получает пособие по безработице, стипендию, принимает участие в оплачиваемых общественных работах, время, необходимое для переезда по направлению органов службы занятости в другую местность и трудоустройства, а также период временной нетрудоспособности, отпуска по беременности и родам, призыва на военные сборы, привлечения к мероприятиям, связанным с подготовкой к военной службе, с исполнением государственных обязанностей, не прерывает трудового стажа и засчитывается в общий трудовой стаж.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 10 настоящего Федерального закона, засчитывается период получения пособия по безработице.

Как следует из справки Калининградского городского центра занятости населения от 15 августа 2003 г. № 1082, ФИО1 в период с 16 мая 2003 г. по 29 июня 2003 г. получал пособие по безработице.

При этом в представленной суду выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, такие сведения отсутствуют.

Так, в силу ст. 3 Федерального закона от 11 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» целями индивидуального (персонифицированного) учета являются: создание условий для назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица; обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении; создание информационной базы для реализации и совершенствования пенсионного законодательства Российской Федерации, для назначения страховых и накопительной пенсий на основе страхового стажа застрахованных лиц и их страховых взносов, а также для оценки обязательств перед застрахованными лицами по выплате страховых и накопительной пенсий, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений; упрощение порядка и ускорение процедуры назначения страховых и накопительной пенсий застрахованным лицам.

Из смысла изложенных положений закона следует, что индивидуальный (персонифицированный) учет используется в целях назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица, на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и его страховых взносов, а, следовательно, ответственность за отсутствие необходимых сведений в данных индивидуального (персонифицированного) счета застрахованного лица не может быть возложена на орган пенсионного обеспечения при оценке правомерности его действий при решении вопроса о назначении страховой пенсии, в т.ч. досрочной, застрахованному лицу.

В силу положений ст. 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (ч. 2).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 г. № 1015 утверждены Правила подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий.

Согласно п. 10 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 г. № 1015, периоды работы до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица, включаемые в страховой стаж подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае если в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета содержатся неполные сведения о периодах работы либо отсутствуют сведения об отдельных периодах работы, периоды работы подтверждаются документами, указанными в пунктах 11 - 17 настоящих Правил.

По общему правилу периоды работы после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. В случае отсутствия в сведениях индивидуального (персонифицированного) учета данных о периодах работы и (или) иной деятельности, с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и оспаривания достоверности таких сведений гражданином, претендующим на досрочное назначение страховой пенсии по старости, выполнение им такой работы и, как следствие, недостоверность сведений индивидуального (персонифицированного) учета могут быть подтверждены в судебном порядке путем представления гражданином письменных доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 ГПК РФ.

В силу п. 11 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 г. № 1015, а также согласно ст. 66 ТК РФ, трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Материалами дела подтверждено, что ФИО1 зарегистрирован в системе обязательного пенсионного страхования 8 сентября 1997 г.

Согласно сведениям, содержащимся в трудовой книжке истца последний в период с 24 августа 1998 г. по 20 декабря 2002 г. работал в должностях кладовщика транспортного участка и заведующего складом автозапчастей и материалов в ОАО «Молоко».

Данный период учтен пенсионным органом в общий трудовой стаж истца.

При этом из выписки из индивидуального лицевого счета застрахованного лица следует, что работодатель ФИО1 - ОАО «Молоко» за календарный отчетный период 2002 г. и 2003 г. производило уплату страховых взносов на застрахованного лица, которые учтены ответчиком.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что ответчиком учтены уплаченные работодателем истца ОАО «Молоко» страховые взносы за 2003 г., суд приходит к выводу, что правовых оснований для включении в страховой стаж истца периода получения пособия по безработице с 16 мая 2003 г. по 29 июня 2003 г. не имеется, указанные требования удовлетворению не подлежат.

Как следует из представленной трудовой книжки истца в период с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г. последний проходил обучение на курсах НИЦ «Партнер» по специальности.

Доказательств уплаты страховых взносов за указанный период истцом не представлено.

Из анализа положений п. 3 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» следует, что в целях определения расчетного размера трудовой пенсии застрахованных лиц имеет значение продолжительность общего трудового стажа до 1 января 2002 г. После указанной даты продолжительность страхового стажа на размер пенсии не влияет, поскольку значение в данном случае имеет размер страховых взносов, уплаченных работодателем за указанный период.

Таким образом, принимая во внимание приведенную норму материального права, при отсутствии уплаты страховых взносов за период обучения на курсах НИЦ «Партнер» по специальности с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г., то есть после 1 января 2003 г., учет такового в общий страховой стаж к увеличению размера пенсии истца не приведет, в связи с чем у суда не имеется правовых оснований для удовлетворения исковых требований о включении в страховой стаж истца периода обучения на курсах НИЦ «Партнер» по специальности с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г., указанные требования удовлетворению не подлежат.

Учитывая вышеприведенные обстоятельства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что расчет пенсии истцу произведен правильно, примененные ответчиком нормы пенсионного законодательства являются обоснованными, оснований для перерасчета пенсии не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования С. С. В. к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Калининграде Калининградской области (межрайонное) о перерасчете пенсии – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 20 января 2020 г.

Судья Н.В. Паршукова