Апелляционное определение № 33-2034/2025 33-75/2026 от 20 января 2026 г.

УИД 13RS0023-01-2023-001517-33

Судья Тарасков И.Ю. № 13-786/2025 (дело № 2-1/2024)

Докладчик Аитова Ю.Р. Дело № 33-75/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Урявина Д.А.,

судей Аитовой Ю.Р., Куманевой О.А.,

при секретаре Айзатуллиной А.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 21 января 2026 г. в г. Саранске Республики Мордовия материал по заявлению ФИО1 о пересмотре судебного постановления по новым обстоятельствам по гражданскому делу по иску ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов и по встречному иску ФИО1 к ФИО2 о разделе общего имущества супругов по частной жалобе ФИО1 на определение Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 11 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Аитовой Ю.Р., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 с учетом заявления об уточнении требований от 11 ноября 2025 г. просил пересмотреть по новым обстоятельствам вступившее в законную силу решение Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 24 января 2024 г. по делу по иску ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов и по встречному иску ФИО1 к ФИО2 о разделе общего имущества супругов по частной жалобе ФИО1

В обоснование заявления указывает на то, что после вступления судебного акта в законную силу, постановлением старшего следователя следственного отдела по Ленинскому району г.Саранска Ф.П.Г. от 20 июня 2025 г. отказано в возбуждении уголовного дела (материал проверки № 430). В рамках указанной проверки установлены и зафиксированы следующие факты: ФИО7 в ходе опроса следователем подтвердил, что 08 октября 2016 г. он лично передал ФИО1 денежные средства в размере 400 000 руб. в дар, о чем была составлена расписка от 08 октября 2016 г.; ФИО7 подтвердил, что передача денег была осуществлена именно для целей приобретения ФИО11 квартиры, расположенной по ул.Кирова. Заявитель указал, что в ходе проведения процессуальной проверки получены достоверные и достаточные данные, свидетельствующие о факте передачи наличных денежных средств ФИО1 его отцом ФИО7 для последующего приобретения квартиры последним.

ФИО1 полагает, что данные обстоятельства являются новыми, так как установлены компетентными государственными органами и оформлены в виде официального процессуального документа после принятия указанного выше судебного акта по настоящему делу, при этом они являются существенными, поскольку напрямую касаются правовой квалификации источника средств для приобретения основного объекта спора – квартиры. Указывает на то, что установленный следствием факт дарения ФИО1 денежных средств отцом ФИО7 и их целевого использования для оплаты части стоимости спорной квартиры означает, что соответствующая доля в праве на эту квартиру (или её денежный эквивалент) должна быть признана личным имуществом ФИО1 и исключена из состава общей совместной собственности супругов, подлежащей разделу.

Отмечает, что ранее суд, не имея официального подтверждения факта дарения, отклонил требования ФИО1, при этом наличие указанного выше постановления меняет доказательственную базу по делу.

На основании изложенного ФИО1 просил пересмотреть решение Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 24 января 2024 г. по делу №2-1/2024 по иску ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов и по встречному иску ФИО1 к ФИО2 о разделе общего имущества супругов по новым обстоятельствам. Принять новое судебное постановление, которым исключить из состава общего имущества супругов, подлежащего разделу, денежную сумму в размере 400 000 руб., внесенную заявителем в качестве личного вклада в приобретение квартиры, произвести раздел оставшейся стоимости имущества в равных долях.

Определением Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 11 ноября 2025 г. отказано в удовлетворении заявления ФИО1 о пересмотре решения суда по новым обстоятельствам.

В частной жалобе ФИО1 просит отменить определение суда и направить материал на новое рассмотрение в Лениснкий районный суд г.Саранска Республики Мордовия. Указывает, что представленные им в суд первой инстанции новые доказательства носят существенно-опровергающий характер по отношению к первоначальному решению. Отказывая в удовлетворении его заявления, суд первой инстанции не выполнил свою обязанность по всестороннему исследованию представленных доказательств, не применил, подлежащие применению нормы материального и процессуального права, отказал ему в возможности предоставления новых доказательств, нарушил его право на справедливое судебного разбирательство и на защиту собственности.

Кроме того указывает, что суд ошибочно квалифицировал представленные им доказательства как не относящиеся к новым обстоятельствам. Также не учел, что представленные доказательства, опровергающие ключевые доводы ответчика о фальсификации документа, подтверждающие факт дарения денежных средств в сумме 400 000 руб. отцом заявителя на приобретение спорной квартиры и устанавливающие их целевое использование, объективно не могли быть получены им ранее.

В судебное заседание заявитель ФИО1, его представитель – ФИО3, заинтересованное лицо ФИО2, ее представитель – ФИО4, представители заинтересованных лиц – ПАО «Сбербанк», ГК «АСВ», Общество с ограниченно ответственностью Платежный центр, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, не явились, о причинах неявки суд не известили, доказательств в подтверждение наличия уважительных причин неявки не представили, отложить судебное разбирательство не просили.

При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Проверив законность и обоснованность определения суда в пределах доводов, изложенных в частной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества, просила произвести раздел общего имущества супругов ФИО2 и ФИО1 в равных долях; выделить ФИО2 и ФИО1 по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру площадью 43,7 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>; выделить в собственность ФИО2 автомобиль Volkswagen Tiguan, год изготовления 2011, VIN <№>, государственный регистрационный знак <№>; выделить в собственность ФИО1 автомобиль Audi A6 Allroad Quattro, год изготовления 2002, VIN неизвестен, государственный регистрационный знак <№>; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию превышения стоимости причитающейся ей доли в сумме 171 700 рублей; признать общим долгом супругов ФИО2 и ФИО1 обязательства по кредитному договору <№> от 19 апреля 2021 года перед ПАО «Сбербанк России» на сумму 500 000 рублей; взыскать c ФИО1 в пользу ФИО2 расходы на оплату государственной пошлины в сумме 16 139 (шестнадцать тысяч сто тридцать девять) рублей.

ФИО1 обратился со встречным исковым заявлением к ФИО2 о разделе общего имущества супругов, просил: исключить из состава общего имущества супругов денежные средства в размере 400 000 руб. из выкупленной в период брака доли стоимости квартиры, площадью 43.7 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, признав их личным имуществом ФИО1; прекратить режим совместной собственности супругов на спорную квартиру, признав право собственности на нее за ФИО1; исключить из состава общего имущества супругов денежные средства в размере 150 000 руб. из стоимости автомобиля марки: Audi A6 Allroad Quattro, год изготовления: 2002, государственный регистрационный знак <№>, признав их личным имуществом ФИО1, выделив в собственность ФИО1 спорный автомобиль; выделить в собственность ФИО2 автомобиль марки: Volkswagen Tiguan, год изготовления: 2011, VIN: <№>, государственный регистрационный знак: <№>; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию превышения стоимости причитающейся ее доли в размере 147 198 руб.; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату государственной пошлины в размере 19 012 руб. 75 коп.

В обоснование встречного искового заявления ФИО1 указывал, что имеются основания для исключения суммы в размере 400 000 руб. из стоимости спорной квартиры из состава общего имущества супругов, так как данные денежные средства были подарены ему его отцом.

В доказательство вложения личных денежных средств в покупку квартиры ФИО1 представил расписку, датированную 08 октября 2016 г., составленную между ним и ФИО7, согласно которой последний передал сыну ФИО1 для оплаты первоначального взноса на приобретение квартиры 400 000 руб., а также выписку по счету ФИО7, из которой усматривается, что он 06 октября 2016 г. снял 400 000 руб. со своего банковского счета.

По ходатайству ФИО2 по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Из заключения экспертов АНО «Негосударственный экспертный центр» <№> от 19 января 2024 г. следует, что дата изготовления расписки от 08 октября 2016 г. не соответствует дате, указанной в расписке.

Подпись от имени ФИО7 выполнена в период с мая 2022 г. по март 2023., ФИО1 – с марта 2022 г. по февраль 2023 г.

Суд первой инстанции признал вышеназванное экспертное заключение надлежащим доказательством по делу и оценил его в совокупности с другими доказательствами при принятии судебного решения по рассматриваемому делу.

Оценивая представленную ФИО7 расписку, датированную 08 октября 2016 г., суд первой инстанции пришел к выводу, что она не подтверждает факт приобретения спорной квартиры за счет личных денежных средств ФИО1

Решением Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 24 января 2024 г. исковые требования ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества супругов, удовлетворены в полном объеме.

ФИО2 и ФИО1 выделены по 1/2 доле в праве общей долевой собственности на квартиру площадью 43,7 кв.м, расположенную по адресу: <адрес>.

В собственность ФИО2 выделен автомобиль марки

Volkswagen Tiguan, год изготовления 2011, VIN <№>, государственный регистрационный знак <№> стоимостью 872 400 рублей.

В собственность ФИО1 выделен автомобиль марки Audi A6 Allroad Quattro, год изготовления 2002, VIN неизвестен, государственный регистрационный знак <№> стоимостью 529 000 рублей.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана компенсация превышения стоимости причитающейся ему доли в сумме 171 700 руб.

Признаны общим долгом супругов ФИО2 и ФИО1 обязательства по кредитному договору <***> от 19 апреля 2021 г. перед ПАО «Сбербанк России».

С ФИО1 в пользу ФИО2 взысканы расходы на оплату государственной пошлины в сумме 16 139 руб.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о разделе общего имущества супругов, удовлетворены частично.

Выделен в собственность ФИО2 автомобиль марки Volkswagen Tiguan, год изготовления 2011, VIN <№>, государственный регистрационный знак <№> стоимостью 872 400 руб.

Выделен в собственность ФИО1 автомобиль марки Audi A6 Allroad Quattro, год изготовления 2002, VIN неизвестен, государственный регистрационный знак <№> стоимостью 529 000 руб.

В остальной части встречные исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 21 мая 2024 г. по делу №33-806/2024 решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

При этом, оценивая представленную стороной истца по встречному иску расписку, датированную 08 октября 2016 г., суд апелляционной инстанции указал, что из расписки следует, что ФИО7 передал ФИО1 400 000 руб. для оплаты первоначального взноса на приобретение квартиры.

При этом отметил, что представленная ФИО1 расписка о передаче денежных средств на имя одного из супругов, без заключения договора дарения, не может расцениваться как подтверждение дарения денежных средств только супругу ФИО1

Исходя из презумпции возникновения режима совместной собственности супругов на приобретенное в период брака имущество, недоказанности ФИО1 приобретения спорного имущества в период брака за счет его личных денежных средств, судебная коллегия пришла к выводу о правильности вывод суда первой инстанции о признании равными долей супругов в спорной квартире.

Кассационным определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 октября 2024 г. по делу №88-32917/2024 решение Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 24 января 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 21 мая 2024 г. оставлены без изменения, кассационная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что обстоятельства, на которые ссылался заявитель, не относятся к основаниям для пересмотра вступившего в законную силу решения суда по новым обстоятельствам и по своей сути являются попыткой заявителя предоставить суду новые доказательства.

Также отметил, что описанная в постановлении старшего следователя следственного отдела по Ленинскому району г.Саранска Республики Мордовия от 20 июня 2025 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1, расписка от 08 октября 2016 г. на суммы 400 000 руб. являлась предметом оценки доказательств в рамках производства по вышеуказанному гражданскому делу.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм процессуального права и согласуются с письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела.

В соответствии с частью первой статьи 392 ГПК РФ судебные постановления, вступившие в законную силу, могут быть пересмотрены по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

При этом необходимо учитывать, что использование пересмотра вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся или новым обстоятельствам в качестве средства правовой защиты означает необходимость нового прохождения всех стадий судопроизводства, что в случае неправомерного возобновления производства по делу порождает для сторон необоснованное состояние неопределенности относительно их правового положения, установленного отмененным судебным решением, и противоречит фундаментальному принципу правовой определенности (пункт 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 марта 2010 г. № 7-П).

В соответствии с положениями статьи 392 ГПК РФ судебные постановления, вступившие в законную силу, могут быть пересмотрены по вновь открывшимся или новым обстоятельствам (часть 1).

Основаниями для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений являются:

вновь открывшиеся обстоятельства - указанные в части третьей данной статьи и существовавшие на момент принятия судебного постановления существенные для дела обстоятельства;

новые обстоятельства - указанные в части четвертой указанной статьи, возникшие после принятия судебного постановления и имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства (часть 2).

К вновь открывшимся обстоятельствам относятся (часть 3):

существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю;

заведомо ложные показания свидетеля, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо неправильный перевод, фальсификация доказательств, повлекшие за собой принятие незаконного или необоснованного судебного постановления и установленные вступившим в законную силу приговором суда;

преступления сторон, других лиц, участвующих в деле, их представителей, преступления судей, совершенные при рассмотрении и разрешении данного дела и установленные вступившим в законную силу приговором суда.

К новым обстоятельствам относятся (часть 4):

отмена судебного постановления суда общей юрисдикции или арбитражного суда либо постановления государственного органа или органа местного самоуправления, послуживших основанием для принятия судебного постановления по данному делу;

признание вступившим в законную силу судебным постановлением суда общей юрисдикции или арбитражного суда недействительной сделки, повлекшей за собой принятие незаконного или необоснованного судебного постановления по данному делу;

признание постановлением Конституционного Суда Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации или применение в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении истолкованием, примененного судом в судебном акте нормативного акта либо его отдельного положения в связи с обращением заявителя, а в случаях, предусмотренных Федеральным конституционным законом от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», в связи с обращением иного лица независимо от обращения заявителя в Конституционный Суд Российской Федерации;

определение либо изменение в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации или постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации практики применения правовой нормы, если в таком постановлении содержится указание на то, что сформулированная в нем правовая позиция имеет обратную силу применительно к делам со схожими фактическими обстоятельствами;

установление или изменение федеральным законом оснований для признания здания, сооружения или другого строения самовольной постройкой, послуживших основанием для принятия судебного акта о сносе самовольной постройки.

Согласно разъяснениям, данным судам в пунктах 9, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. № 31 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений», вновь открывшимися обстоятельствами, указанными в пункте 1 части третьей статьи 392 ГПК РФ, являются относящиеся к делу фактические обстоятельства, объективно имевшие место на время рассмотрения дела и способные повлиять на существо принятого судебного постановления, о которых не знал и не мог знать заявитель, а также суд при вынесении данного постановления. При этом необходимо иметь в виду, что представленные заявителем новые доказательства по делу не могут служить основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам.

Сущность пересмотра судебных решений, определений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, заключается в проверке судебных постановлений вынесшим их судом в связи с открытием новых обстоятельств, ставящих под сомнение законность и обоснованность вынесения этих постановлений.

По смыслу вышеуказанной правовой нормы определенным критерием отнесения вновь открывшихся или новых обстоятельств к существенным может являться их способность повлиять на исход дела. С этими обстоятельствами нормы права связывают возникновение, изменение или прекращение материальных или процессуальных прав участников спорных правоотношений.

Исходя из положений вышеприведенных норм права, вновь открывшимися или новыми обстоятельствами являются юридические факты, от которых зависит возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей лиц, участвующих в деле, при этом о существовании таких фактов не было известно ни заявителю, ни суду при рассмотрении дела; открываются (становятся известными) они уже после вступления решения в законную силу.

Как разъяснено в пункте 8 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, перечень оснований для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, содержащийся в частях 3 и 4 статьи 392 ГПК РФ, является исчерпывающим. Исходя из положений, закрепленных в части 2 названной статьи, вновь открывшиеся и новые обстоятельства могут являться основанием для пересмотра судебного постановления, если они имеют существенное значение для правильного разрешения дела.

Анализируя представленные доказательства, судебная коллегия полагает, что обстоятельства, которые могли бы являться вновь открывшимися или новыми применительно к статье 392 ГПК РФ, в настоящем деле отсутствуют.

В обоснование заявления о пересмотре решения суда по новым обстоятельствам, ФИО1 ссылается на постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела от 20 июня 2025 г. из которого следует, что опрошенный по материалу проверки ФИО7 (отец ФИО1) пояснил, что в период с 30 июля 2007 г. по 19 сентября 2022 г. ФИО1 был женат на ФИО5 В октябре 2016 г. приобреталась ипотечная квартира с использованием кредитных средств. Первоначальный взнос ФИО1 сделал подаренными им средствами в размере 400 000 руб. Данные денежные средства хранились на вкладе «Пенсионный комфорт», который был открыт 21 сентября 2015 г. в АККСБ КС Банк (ПАО). 08 октября 2016 г., находясь у себя в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, ФИО7 передал ФИО1 денежные средства в размере 400 000 руб. и собственноручно составил рукописную расписку, в которой написал, что передал ФИО1 указанные денежные средства, а последний их получил. В последующем ФИО2 и ФИО1 развелись и стали делить между собой имущество. ФИО7 действительно собственноручно составлял данную расписку в октябре 2016 г., и действительно передавал лично ФИО1 денежные средства в размере 400 000 руб. для личных нужд последнего. С решением Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 24 января 2024 г. он не согласен, считает проведенную в рамках судебного разбирательства экспертизу заказной, сделанной в интересах истца ФИО2

Также ссылается на то, что в рамках процессуальной проверки КРСП № 430 от 05 августа 2024 г. в ФБУ «Приволжский региональный центр судебной экспертизы Минюста России» по оригиналам указанных выше расписок назначена экспертиза с целью установления фактической даты составления данных расписок, из представленного СУСК по РМ заключения эксперта от 01 июля 2025 г. № 3312/02-5-25, подготовленного ФБУ «Приволжский РЦСЭ Минюста России» усматривается, что установить давность выполнения рукописных записей, подписей с расшифровками от имени ФИО7 и ФИО1, имеющихся в расписках от 17 марта 2012 г. и от 08 октября 2016 г. на суммы 150 000 руб. и 400 000 руб. соответственно, и ответить на поставленные вопросы не представилось возможным ввиду наличия в пасте для шариковых ручек в штрихах реквизитов документов растворителя 2-феноксиэтанола лишь в следовых количествах.

Кроме того указывает на то, что принимая во внимание в том числе вышеизложенное, постановлением следователя от 20 июня 2025 г. отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по пункту 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, то есть за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 303 УК РФ.

Отклоняя данные доводы, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что указанные заявителем обстоятельства нельзя отнести к тем обстоятельствам, с которыми закон связывает возможность пересмотра вступившего в законную силу решения суда по новым обстоятельствам, предусмотренным частью четвертой статьи 392 ГПК РФ; указанные обстоятельства также не входят и в перечень оснований для пересмотра вступившего в законную силу судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам, содержащимся в части третей статьи 392 ГПК РФ.

Кроме того суд верно указал, что указанная выше расписка от 08 октября 2016 г. на суммы 400 000 руб., являлась предметом оценки доказательств в рамках производства по гражданскому делу 2-1/2024, при этом Ленинский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в решении от 24 января 2024 г. пришел к выводу о том, что какого-либо объективного подтверждения передачи указанных денежных средств в материалы дела не представлено.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что основанием отказа в удовлетворении встречных исковых требований ФИО1 послужило то, что суды пришли к выводу, что представленная расписка от 08 октября 2016 г. не является достаточным доказательством, подтверждающим факт приобретения спорной квартиры за счет личных денежных средств ФИО1

Суды указали, что расписка не содержит прямого указания на то, что денежные средства передавались исключительно ФИО1, при том, что договор дарения между ФИО1 и его отцом в установленной законом форме не заключался

Также указали, что имущество приобретено в период брака, а потому подпадает под презумпцию совместной собственности, предусмотренную статьёй 34 СК РФ, а бремя доказывания обратного, возложенное на ФИО1 в силу статьи 56 ГПК РФ, не выполнено.

Ссылаясь в обоснование заявления на постановление старшего следователя Следственного отдела по Ленинскому району г. Саранска Республики Мордовия от 20 июня 2025 г. об отказе в возбуждении уголовного дела по пункту 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, в котором зафиксированы пояснения ФИО7 о передаче сыну 400 000 рублей в 2016 году, а также на заключение эксперта от 01 июля 2025 г., согласно которому установить давность выполнения записей в расписке не представляется возможным, заявитель полагает, что данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии фальсификации доказательств и подтверждают факт дарения, что, по его мнению, является новым обстоятельством, позволяющим пересмотреть дело.

Однако суд апелляционной инстанции находит такие доводы несостоятельными.

Как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16 января 2025 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности статьи 390.14 и части третьей статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО6, ФИО8, ФИО9 и ФИО10» часть третья статьи 392 ГПК РФ признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (часть 1), 35 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 55 (часть 3), в той мере, в какой она не позволяет с достаточной ясностью и определенностью расценивать в качестве вновь открывшихся те обстоятельства, которые установлены в процедурах уголовного судопроизводства, отражены в постановлении об отказе в возбуждении или о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования, касаются преступного посягательства, состоящего в формировании не соответствующих действительности доказательств, использованных в ранее рассмотренном по правилам данного Кодекса споре, либо преступного посягательства, затрагивающего предмет такого спора, ставят под сомнение правосудность вступившего в законную силу судебного постановления и не могли быть установлены при рассмотрении гражданского дела не по вине лица, заявляющего о его пересмотре.

Конституционный Суд указал, что до внесения в изменений в действующее правовое регулирование, вытекающие из настоящего Постановления, на основе требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, установленные в процедурах уголовного судопроизводства и отраженные в постановлении об отказе в возбуждении или о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности обстоятельства, касающиеся преступных посягательств, состоящих в формировании не соответствующих действительности доказательств, и иных преступных посягательств, затрагивающих предмет рассмотренного по правилам Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации спора, должны оцениваться судом, в который поступило заявление о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам, с точки зрения относимости к сделанным в судебных постановлениях по этому спору выводам и с точки зрения существенности для дела и в случае подтверждения таковых должны выступать основанием для пересмотра судебных постановлений по вновь открывшимся обстоятельствам, если о наличии этих обстоятельств не заявлялось при рассмотрении спора по правилам данного Кодекса, притом что лицо, инициирующее пересмотр дела, не знало и не должно было знать о них, либо заявлялось, но утверждения о том не были проверены судом процессуальными средствами, сопоставимыми с использованными в ходе доследственной проверки или в ходе расследования уголовного дела для установления соответствующих обстоятельств. Основанием для отказа в таком пересмотре во всяком случае не должно быть то, что соответствующие обстоятельства констатируются не в приговоре.

То есть фактически, основанием для пересмотра дела по новым обстоятельствам может служить постановление об отказе в возбуждении уголовного дела только в случае, если оно содержит установленные в ходе проверки факты, касающиеся фальсификации доказательств или иных преступных посягательств, повлиявших на исход гражданского дела, и эти обстоятельства не были известны заявителю или не были надлежащим образом проверены судом.

В настоящем деле суды не отказали в иске по причине признания расписки фальсифицированной. Напротив, суд апелляционной инстанции, оценив спорную расписку, указал, что она содержит информацию о передаче денежных средств, однако не доказывает, что дарение было адресовано исключительно одному супругу ФИО1, а не обоим супругам.

Анализ судебных постановлений позволяет сделать вывод о том, что отказ в удовлетворении требований последовал не из-за сомнений в подлинности расписки, а вследствие недостаточности доказывания личного характера имущества в рамках семейно-правового режима.

Более того, экспертное заключение от 01 июля 2025 г., полученное в рамках доследственной проверки, не устанавливает подлинность расписки, а лишь констатирует техническую невозможность определения давности ее изготовления. Следовательно, факт добросовестного происхождения документа не подтверждён компетентным органом в объективной форме.

Таким образом, представленные заявителем доказательства не опровергают оснований, по которым было вынесено решение по существу спора, и не содержат новых юридически значимых обстоятельств, влияющих на правовую квалификацию источника средств, использованных при приобретении квартиры.

При указанных обстоятельствах, заявленные ФИО1 сведения не отвечают критериям новых, вновь открывшихся обстоятельств и не влекут пересмотр судебного постановления.

В силу принципа правовой определенности, ни одна из сторон не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу постановления, в том числе и по вновь открывшимся обстоятельствам, только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления. Пересмотр судебных постановлений не может являться скрытой формой обжалования судебных постановлений.

Из приведенных выше положений закона следует, что приискание сторонами новых доказательств после рассмотрения дела и вступления судебного постановления в законную силу не является основанием для его пересмотра. Обратный судебный акт повлечет постоянный пересмотр состоявшихся судебных постановлений и, как следствие, отсутствие стабильности среди участников гражданских правоотношений.

При этом судом первой инстанции верно отметил, что вышестоящие суды не нашли оснований усомниться в обоснованности выводов суда первой инстанции.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства судом первой инстанции разрешалось ходатайств ФИО1 от 28 августа 2023 г. о вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 в удовлетворении которого судом отказано.

Доводы ФИО1 о том, что отказывая в удовлетворении его заявления, суд первой инстанции не выполнил свою обязанность по всестороннему исследованию представленных доказательств, не применил, подлежащие применению нормы материального и процессуального права, отказал ему в возможности предоставления новых доказательств, нарушил его право на справедливое судебного разбирательство и на защиту собственности, ошибочно квалифицировал представленные им доказательства как не относящиеся к новым обстоятельствам, не могут являться основанием для отмены судебного акта, поскольку все существенные обстоятельства, были установлены при рассмотрении дела судом и отражены в решении от 24 января 2024 г.

Доводы частной жалобы основаны на ошибочном толковании норм процессуального права, повторяют основания, изложенные в заявлении о пересмотре решения суда в порядке статьи 392 ГПК РФ, не опровергают выводов суда, изложенных в определении, и не свидетельствуют об их неправомерности.

Представленные истцом в обоснование заявления о пересмотре решения суда по новым обстоятельствам документы фактически сводятся к несогласию с произведенной судом оценкой обстоятельств дела, по существу направлены на оспаривание вступившего в законную силу судебного постановления, изложению иной позиции по спору, что недопустимо в силу вышеприведенных норм процессуального закона.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм процессуального закона, повлекших вынесение незаконного определения, а поэтому оснований для отмены судебного постановления по доводам частной жалобы не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 334 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определил:

определение Ленинского районного суда г. Саранска Республики Мордовия от 11 ноября 2025 г. оставить без изменения, частную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) через суд первой инстанции по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в течение трех месяцев.

Председательствующий Д.А. Урявин

Судьи Ю.Р. Аитова

О.А. Куманева

Мотивированное апелляционное определение составлено 22 января 2026 г.

Судья Ю.Р. Аитова