Решение № 2-1260/2019 2-1260/2019~М-73/2019 М-73/2019 от 28 мая 2019 г. по делу № 2-1260/2019

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ г. Пермь

Индустриальный районный суд г. Перми в составе

председательствующего судьи Ждановой О.В.

с участием прокурора Лозовой Е.Г.

представителя истцов ФИО1., по доверенности

представителя ответчика ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер» ФИО2, по доверенности,

представителя ответчика ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №3» ФИО3, по доверенности,

представителя ответчика ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» ФИО4, по доверенности,

при секретаре Антоневич В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО5, ФИО6 к ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №3», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» о взыскании убытков, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истцы обратились в суд с иском к ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №3», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» о взыскании убытков, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ умерла гр.а – мать ФИО6, супруга ФИО5, причина смерти – «рак языка с метастазами в лимфатические узлы шеи».

В рамках рассмотрения гражданского дела по иску гр.б, дочери гр.а, установлены недостатки при оказании медицинской помощи. Так ГБУЗ «Пермским краевым онкологическим диспансером» неверно проведено стадирование опухоли, не обосновано комиссионно отказано в выполнении хирургического этапа лечения, необоснованно выбрана схема химиотерапевтического лечения неадекватными дозами и способом введения препарата, выявлены нарушения ведения медицинской документации.

Данные недостатки доказывают необоснованный отказ в операции. При II стадии рака, возможно провести половинную резекцию пораженного органа и спасти жизнь человека. Своим отношением, неправильным лечением они просто убивали тяжело больного человека, который им полностью доверял.

В связи с отказом в госпитализации в г. Перми, истцам пришлось обратиться в МНИОИ им.Герцена. На основании договора поручения, гр.а была немедленно госпитализирована. Стоимость услуг по договору, в том числе и медицинских, составила 260 000 руб. Договор был заключен и произведена оплата от имени гр.а

Также выявлены недостатки при лечении гр.а в ГАУЗ ПК ГКБ № 3, а именно не выполнена консультация эндокринолога, отсутствует наблюдение за уровнем глюкозы, у врачей отсутствует онкологическая настороженность, выразившаяся в не проведении дифференциальной диагностики при несоответствии жалоб гр.а

При лечении в ГБУЗ ПК «ГКБ № 1 » выявлены недостатки ведения медицинской документации. С учетом чего, эксперты пришли к выводу, что выявленные недостатки в оказании помощи во всех трех медицинских учреждениях послужили негативным условием, не позволившим снизить вероятность наступления смерти гр.а

Смерть жены, с которой прожил 50 лет, вырастил троих детей, воспитал семерых внуков, как и смерть любимой матери, является необратимым обстоятельством, нарушающим психологическое состояние мужа и дочери. Данная утрата явилась тяжелейшим событием в жизни истцов, причинила им нравственные страдания, эмоциональные расстройства, глубокие переживания.

На основании изложенного просят взыскать с ГБУЗ «Пермский онкологический диспансер» - 260 000 руб. – оплата по агентскому договору на оказание медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ, компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб. в пользу ФИО5, компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб. в пользу ФИО6, с ответчика ГКБ № 3 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. в пользу ФИО5, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. в пользу ФИО6, с ответчика ГКБ № 1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. в пользу ФИО5, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. в пользу ФИО6

Истцы – ФИО5, ФИО6 - в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, своевременно и в соответствии со ст. 113 ГПК РФ.

Представитель истцов на исковых требованиях настаивает в полном объеме, приводит доводы, изложенные в иске. Дополнительно пояснила, что иным способом, как через заключение агентского договора, по которому было оплачено 260 000 руб., в МНИОИ им.Герцена срочно госпитализировать гр.а было невозможно. После госпитализации ее прооперировали и выписали домой. Поэтому полагает, что заявленные убытки в размере 260 000 руб. подлежат возмещению ответчиком ГБУЗ ПК «Пермский краевой онкологический диспансер».

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «Пермский краевой онкологический диспансер» в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 49-52)

Представитель ответчика ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №» в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 45-47).

Ответчик ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» о месте и времени рассмотрения дела извещен судом, представитель в судебное заседание не явился, ранее представил письменные возражения на иск, из которых следует, что исковые требования не признает, просит в удовлетворении требований отказать, поскольку пациентке гр.а была должным образом оказана медицинская (л.д. 117-121)

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что иск подлежит частичному удовлетворению, обозрев материалы гражданского дела №, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В случаях и в порядке, предусмотренных законом, личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе наследниками правообладателя.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

На основании ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 98 Федерального закона №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленном законами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" основными принципами охраны здоровья являются: 1) соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; 2) приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; 3) приоритет охраны здоровья детей; 4) социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья; 5) ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; 6) доступность и качество медицинской помощи; 7) недопустимость отказа в оказании медицинской помощи; 8) приоритет профилактики в сфере охраны здоровья; 9) соблюдение врачебной тайны.

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Так из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ умерла жена ФИО5 и мать ФИО6 – гр.а, что подтверждено свидетельством о смерти (л.д. 11). Родство истцов с гр.а подтверждено свидетельством о рождении, свидетельством о браке (л.д. 12-13).

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Аско-Мед» и гр.а был заключен агентский договор на организацию оказания медицинских услуг. Стоимость оказываемых услуг составила 260 000 руб., которые были оплачены ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждено квитанцией (л.д. 9-10).

Факт прохождения лечения гр.а в ФГБУ МНИОИ им. П.А. Герцена – филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России подтвержден копией медицинской карты (л.д. 82-99). Однако, как следует из ответа медучреждения, все медицинские услуги были оплачены за счет средств ОМС (л.д. 81).

Кроме того, обстоятельства смерти гр.а являлись предметом рассмотрения в рамках гражданского дела № г. Ленинского районного суда г.Перми по иску гр.б

Решением Ленинского районного суда г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ с ГБУЗ ПК «Пермский краевой онкологический диспансер» в пользу гр.б взыскана компенсация морального вреда в размере 70 000 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 73 443 руб. 20 коп., с ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №3» в пользу гр.б взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 10 478 руб. 40 коп., с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №1» в пользу гр.б взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 10 478 руб. 40 коп. Решение вступило в законную силу (л.д. 15-25).

Анализируя доказательства в совокупности, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что требования истцом подлежат частичному удовлетворению.

Статьей 56 ГПК РФ предусмотрена обязанность сторон представлять суду доказательства, подтверждающие обстоятельства, на которых основаны требования и возражения.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Относительно требований истцов о возмещении убытков в размере 260 000 руб., оплаченных по агентскому договору.

Как уже было отражено выше, в соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу для взыскания убытков нужно установить факт нарушения прав и законных интересов, наличие причинно-следственной связи между нарушением и убытками, виновность причинителя вреда, размер убытков.

Так судом бесспорно установлено, что гр.а страдала онкологическим заболеванием, в связи с которым проходила лечение в том числе и в ГБУЗ ПК «ПКОД».

Необходимость обращения гр.а в ФГБУ МНИОИ им. П.А. Герцена Минздрава России истцы связывают с отказом ГБУЗ ПК «ПКОД» от выполнения необходимой для больной операции.

В материалах гражданского дела №, рассмотренным Ленинским районным судом г. Перми, которое также было предметом исследования и в рамках настоящего спора, представлена копия амбулаторной карты больной из ГБУЗ ПК «ПКОД», в которой имеется запись от ДД.ММ.ГГГГ, где экспертной комиссией ОГШ дано заключение о том, что специализированное лечение в ПКОД не показано, рекомендовано дальнейшее наблюдение по месту жительства.

Данное заключение позволила экспертам, в рамках проводимой судебно-медицинской экспертизы по гражданскому делу № г., сделать вывод о том, что ответчиками не обоснован комиссионно отказ от выполнения хирургического этапа лечения.

Действительно, спустя несколько дней, ДД.ММ.ГГГГ, гр.а заключила агентский договор т оплатила по нему 260 000 руб.

В качестве предмета договора указано – заключение за вознаграждение от имени и за счет принципала договора оказания медицинских услуг с ФГБУ МНИОИ им. П.А. Герцена Минздрава России на оказание принципалу комплекса медицинских услуг (п.1.1 Договора). Как указано в договоре, под комплексом медицинских понимается комплекс, направленных и имеющих самостоятельное законченное значение медицинских вмешательств, необходимость которых осознана Принципалом без каких-либо понуждений со стороны Агента. В стоимость, оплаченную по договору, входит стоимость всех медицинских услуг (пункт 2.1. Договора).

Факт прохождения лечения гр.а в ФГБУ МНИОИ им. П.А. Герцена Минздрава России нашел свое подтверждение и не оспаривается сторонами.

В данном медицинском учреждении ДД.ММ.ГГГГ гр.а была сделана операция – глосэктомия с удалением подчелюстного футляра с обеих сторон, пластическое оформление оростомы, нервосберегающая лимфаденэктомия на шее справа. Трахеостомия.

При этом, как следует из предоставленной ФГБУ МНИОИ им. П.А. Герцена Минздрава России информации, все медицинские услуги, оказанные в период нахождения гр.а в медучреждении, были оказаны ей за счет средств ОМС.

Таким образом, стороной истцов в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено достаточных и допустимых доказательств тому, какие именно медицинские услуги были оплачены по договору с ООО «Аско-Мед», какой объем из оплаченных услуг был реально получен гр.а, и какая причинно-следственная связь между действиями ответчиков и полученными (оплаченными) услугам имела место быть.

При таких обстоятельствах требования истцов о возмещении убытков на сумму 260 000 руб. удовлетворению не подлежат.

При этом суд усматривает наличие законных оснований для удовлетворения требований истцов о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда.

Как отмечено выше, решением Ленинского районного суда г. Перми от ДД.ММ.ГГГГ были удовлетворены требования гр.б – дочери умершей гр.а, предъявленные к медицинским учреждениям, являющимся ответчиками и по настоящему делу.

Выводы суда о ненадлежащем оказании ответчиками медицинских услуг, были основаны на заключении судебно-медицинской экспертизы, проводимой в рамках рассмотренного дела, и положенной в основу решения суда.

Решение Ленинского районного суда г. Перми вступило в законную силу.

Статьей 71 ГПК РФ предусмотрено, что письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

В соответствии со ст. 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации, а также их законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и другие обращения являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Данное положение непосредственно регламентировано Конституцией РФ, которая предусматривает, что любые решения органов государственной власти обязательны на территории государства и подлежат неукоснительному соблюдению и исполнению.

Аналогичное положение об обязательности исполнения судебного решения закреплено и в ст. 3 ГПК РФ.

Обязательность исполнения судебного решения означает его правовое свойство исполнимости, не исполненное добровольно решение может быть исполнено в принудительном порядке, это свойство позволяет реализовать конечную цель процесса - реально защитить нарушенные или оспариваемые права и законные интересы субъектов спорного правоотношения.

Так решением суда установлено, что ДД.ММ.ГГГГ гр.а обратилась в ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», где ей был поставлен диагноз глоссит и она направлена для лечения к стоматологу по месту жительства. В период с ДД.ММ.ГГГГ она проходила лечение у специалистов ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница №3» (дерматолог, терапевт, невролог, гинеколог). Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГГГ.. проходила лечение в неврологическом отделении ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №1» с диагнозом нейропатия языкоглоточного нерва. ДД.ММ.ГГГГ гр.а повторно обратилась в ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», где ей был поставлен диагноз злокачественное новообразование языка Т3NxM0 III a стадии, назначено лечение – полихимиотерапия, лучевая терапия, после химиотерапии и осмотра врачебной комиссии, было рекомендовано симптоматическое лечение у онколога по месту жительства, специализированное лечение не показано. В ДД.ММ.ГГГГ. гр.а в МНИОИ им. П.А. Герцена – филиал ФГБУ «НМИРЦ» Минздрава России проведено оперативное лечение, в дальнейшем рекомендовано проведение химиотерапии по месту жительства. ДД.ММ.ГГГГ. гр.а умерла.

С целью установления качества оказанной гр.а медицинской помощи, по делу была проведены судебная экспертиза, в ходе которой установлено, что во всех вышеуказанных медицинских учреждениях гр.а проходила обследование и лечение начиная с ДД.ММ.ГГГГ. (первое обращение в ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер»). Диагноз «Рак языка справа, III ст., Т3NхM0.» установлен и верифицирован данными гистологических исследований, проведенных в ДД.ММ.ГГГГ.

До ДД.ММ.ГГГГ объективных специфических или характерных признаков, позволяющих верифицировать наличие злокачественного образования языка, в представленных на исследование медицинских документах, не отражено.

На основании проведенных исследований в ДД.ММ.ГГГГ гр.а установлен клинический диагноз: Основное заболевание – «Cr языка справа, III ст., Т3NхMо. Состояние после х-лучевой терапии в ДД.ММ.ГГГГ. (3 курса ПХТ + ДЛТ СОД 70 Гр+2 курса ПХТ). Продолженный рост опухоли. Состояние после хирургического лечения в июне ДД.ММ.ГГГГ Оростома, трахеостома. Нервосберегающая лимфаденэктомия на шее слева. (ND Ib-V)». Сопутствующие заболевания: «АГ II ст., риск 3 ст. ХСН-I».

Смерть гр.а наступила ДД.ММ.ГГГГ дома. Причина смерти гр.а установлена лечащим врачом общей практики, на основании записей в медицинской документации, - «Рак языка с метастазами в лимфатические узлы шеи».

При оказании медицинской помощи гр.а в ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер» выявлены недостатки (дефекты) (по данным представленной медицинской документации: медицинская карты амбулаторного больного №, медицинская карта стационарного больного № (ДД.ММ.ГГГГ.), медицинские карты больного дневного стационара поликлиники №):

неправильная оценка состояния больного:

- неверно проведено стадирование опухоли по TNM классификации злокачественных опухолей – у гр.а стадия заболевания расценена как «Рак языка справа, III ст., Т3NхM0», однако по данным медицинских документов размер патологического образования – 2,0х1,5 см, что в «TNM классификации» 2011 г. соответствует II ст.;

тактики лечения:

- не обоснован комиссионно отказ от выполнения хирургического этапа лечения;

- необоснованно выбранная схема химиотерапевтического лечения с неадекватными дозами и способом введения препарата, которые не способствовали регрессу опухолевого прогресса и не соответствует схемам лечения опухолей «голова-шея», рекомендованным «RUSSCO (2014)» и руководством ESMO (клинические рекомендации ESMO по диагностике, лечению и наблюдению при плоскоклеточном раке головы и шеи. Минимальные клинические рекомендации европейского общества медицинской онкологии. М. 2010);

ведение медицинской документации:

- записи ежедневных дневников формальные, по шаблону, в них не прослеживается динамика состояния пациентки, не описан локальный статус в полном объеме, отсутствуют консультации лор-врача, своевременное назначение и выполнение клинических и биохимических анализов крови;

- нет данных о проведении консилиума специалистов для решения вопроса о выборе тактики специального метода лечения в нарушении требований приказа Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «онкология»;

- отсутствуют записи о расчете площади поверхности тела перед каждым циклом химиотерапии в связи с изменением антропометрических данных (рост, вес) для коррекции дозы химиопрепаратов.

При оказании медицинской помощи гр.а в ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница № 3» выявлены следующие недостатки (дефекты) (по данным представленной копии медицинской карты амбулаторного больного

тактика ведения больного:

- не выполнена назначенная ДД.ММ.ГГГГ консультация эндокринолога при наличии изменений в биохимических анализа крови (глюкоза 8,3 ммоль/л (норма 3,3-6,1), холестерин общий – 6,88 ммоль/л (норма 3,9-5,16));

- отсутствует наблюдение за уровнем глюкозы в динамике при наличии изменений в биохимических анализах крови;

- у врачей отсутствует онкологическая настороженность, выразившаяся в не проведении дифференциальной диагностики при несоответствии жалоб гр.а, объективного состояния и полученных данных: «жалобы на наличие образования в области языка, болей в области языка в течение 4-х лет, сохраняющиеся после удаления зубов с правой стороны для уменьшения травмирования языка, наличие налета в области корня языка, отсутствие положительного эффекта от назначенной медикаментозной терапии (финлепсин), наличие белого налета у корня» и не назначена консультация врача-онколога.

При оказании медицинской помощи гр.а в ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №» выявлены следующие недостатки (дефекты) (по данным представленной медицинской карты стационарного больного №, с ДД.ММ.ГГГГ

ведение медицинской документации:

-в выписном эпикризе не указаны данные результатов – С-реактивный белок в количестве 10,30 мг/л (норма 0.00-5.00) и СОЭ 18 мм/час (норма 2-15), что при наличии соответствующей клиники (в отдельных случаях невралгия языкоглоточного нерва может являться первым симптомом онкологической патологии «голова-шея») должно быть повысить «онкологическую настороженность» врачей и необходимость провести надлежащий дифференциальный диагноз;

- в диагнозе не указан «компрессионный перелом тела С5», который был выявлен при рентгенографии (протокол исследования № от ДД.ММ.ГГГГ.);

- за весь период стационарного лечение не проведена консультация врача-эндокринолога и соответствующая медикаментозная коррекция патологического состояния, при наличии изменений в результатах полученных анализов (повышенных референсных значений уровня сахара в крови).

Наличие недостатков (дефектов) свидетельствует о том, что во всех указанных медицинских учреждениях, - ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница № 3», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 1», - медицинская помощь оказана гр.а ненадлежащим образом (п.3, п/п а), з), и), к) и п. 4 п/п а), и), к), м) приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 07.06.2015г. № 422ан «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»).

Характер и сущность выявленных недостатков (дефектов) указывает на то, что оказанная гр.а медицинская помощь не являлось правильной, т.е. полной, оптимальной, адекватной, эффективной, качественной и своевременной.

Причиной смерти гр.а явилось тяжелое длительно протекавшее (с ДД.ММ.ГГГГ.) прогрессировавшее злокачественное онкологическое заболевание – высокодифференцированный ороговевающий плоскоклеточный рак языка III ст., Т3NхM0.

Имевшийся у гр.а «Рак языка справа, III ст., Т3NхM0», в соответствии с рекомендациями по лечению «RUSSCO (2014)», «Опухоли головы и шеи» ФИО7 и руководством ESMO (клинические рекомендации ESMO по диагностике, лечению и наблюдению при плоскоклеточном раке головы и шеи. Минимальные клинические рекомендации европейского общества медицинской онкологии. М. 2010), являлся показанием для проведения хирургического лечения с последующей лучевой или химиолучевой терапией (при высоком риске прогрессирования). При первой и второй стадии рака языка в 96% пациентов ограничиваются половинной резекцией поражённого органа (гемиглоссэктомией).

По данным специальной медицинской литературы, сочетание в едином курсе лечения операции, лучевой терапии и химиотерапии не исключает риск локализованных регаональных рецидивов у 30-60%, а изолированных метастазов у 18% больных. У больных в возрасте 50 лет с опухолями орофарингеальной зоны (рак языка) 5-летнее излечение не превышает 40%. При этом включение в программы лучевого и комбинированного лечения полихимиотерапии (ПХТ) повышает результативность традиционных методов до 69%.

Выявленные недостатки (дефекты) при оказании медицинской помощи во всех указанных медицинских учреждениях, - ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», ГАУЗ ПК «Городская клиническая больница № 3», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница № 1», - не явились причиной образования и развития у гр.а онкологического заболевания, послужившего причиной ее смерти. Поэтому между недостатками (дефектами) и смертью гр.а не имеется прямой причинной связи.

Выявленные недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи послужили негативными условием, не позволившим снизить вероятность наступления смерти гр.а

Поэтому, между выявленными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи, в том числе и необоснованного отказа от выполнения хирургического этапа лечения, и смертью гр.а имеется причинно-следственная связь, носящая непрямой характер.

Таким образом судебным актом установлено наличие дефектов оказания медицинской помощи гр.а, при этом между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и смертью гр.а имеется непрямая причинно-следственная связь, так как данные дефекты не позволили снизить вероятность наступления смерти гр.а, но не явились причиной её смерти.

Обстоятельства, установленные судебным актом, не подлежат доказыванию вновь, и не могут быть подвергнуты переоценке при разрешении данного спора.

То есть, факт наличия вины ответчиков в оказании некачественной медицинской помощи при лечении гр.а и причинной связи допущенных дефектов с причинением вреда и её смертью, свидетельствует о необходимости возложении обязанности на ответчиков по компенсации морального вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с каждого из ответчиков суд исходит из принципа разумности и справедливости, учитывает конкретные обстоятельства дела, тот объем нарушений, допущенных при оказании медицинской помощи медучреждениями, установленный решением суда, основанным на выводах судебно-медицинской экспертизы, а также то обстоятельство, что смерть гр.а в первую очередь связана с тяжестью имеющегося у нее заболевания, и не находится в прямой причинно-следственной связи с нарушениями, установленными экспертным путем. Кроме того, суд принимает во внимание, что истцы для гр.а являлись близкими родственниками – супруг и дочь, смерть которой для них, безусловно, повлекла невосполнимую утрату и боль.

С учетом указанных обстоятельств, суд считает возможным взыскать с ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер» компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 150 000 руб., в пользу ФИО6 в размере 70 000 руб.; с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №» компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 15 000 руб., в пользу ФИО6 в размере 10 000 руб.; с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 15 000 руб., в пользу ФИО6 в размере 10 000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, поскольку исковые требования удовлетворены в части взыскания компенсации морального вреда с ответчиков в пользу ФИО5 подлежит взысканию госпошлины в размере 300 руб.

В соответствии с положениями ст. 103 ГПК с ответчиков подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 руб. (по требованиям о взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО6)

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер» компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 150000 руб., в пользу ФИО6 в размере 70000 руб.

взыскать с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №» компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 15000 руб., в пользу ФИО6 в размере 10000 руб.

взыскать с ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье» компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 в размере 15000 руб., в пользу ФИО6 в размере 10000 руб.

В удовлетворении требований о взыскании с ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер» расходов по оплате услуг по агентскому договору от ДД.ММ.ГГГГ - отказать.

Взыскать с ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №» в пользу ФИО5 расходы по оплате госпошлины в размере 300 руб. - по 100 руб. с каждого ответчика.

Взыскать с ГБУЗ «Пермский краевой онкологический диспансер», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница им. М.А. Тверье», ГБУЗ ПК «Городская клиническая больница №» в доход государства госпошлину в сумме 300 руб. по 100 руб. с каждого ответчика.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд в течение месяца с момента его изготовления через Индустриальный районный суд г. Перми.

Судья: О.В. Жданова