Решение № 2-685/2020 2-685/2020~М-566/2020 М-566/2020 от 27 октября 2020 г. по делу № 2-685/2020

Гр. дело №2-685/237-2020 г.

УИД 46RS0011-01-2020-000830-14


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Курск 28 октября 2020 года

Курский районный суд Курской области в составе:

председательствующего судьи Козлова А.В.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности 46 АА 1365992 от 15 апреля 2020 года,

ответчика ФИО3 о. и его представителя ФИО4, действующего на основании доверенности 46 АА 1383958 от 02 июня 2020 года,

при секретаре Шашковой Н.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 (ФИО7) ФИО9 о взыскании материального ущерба и судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в Курский районный суд Курской области с иском к ФИО5 (ФИО7) ФИО9 о взыскании материального ущерба и судебных расходов, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 10 минут по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием ФИО10, управляющего автомобилем Мерседес Бенц, государственный регистрационный знак <***>, принадлежащем истцу, и Мамедова (Рзаева) Джейхун Арастун Олгы, управлявшего автомобилем Фиат 178CYN1AALbea, государственный регистрационный знак <***>, принадлежащем ему на праве собственности. Виновником дорожно-транспортного происшествия был признан ответчик, что подтверждается постановлением 18№ от ДД.ММ.ГГГГ. У истца на момент ДТП транспортное средство было застраховано по договору комбинированного добровольного страхования автотранспортных средств, водителя и пассажиров от несчастных случаев серия КМБ № от ДД.ММ.ГГГГ На основании заявления истца о выплате страхового возмещения от ДД.ММ.ГГГГ ей была выплачена сумма в размере 176300 рублей. В соответствии с калькуляцией АО Страховая компания «АСКО-Центр» стоимость восстановительного ремонта без учета износа составляет 280 002 рубля 50 копеек, с учетом износа – 176328 рубля 03 копейки. Таким образом, считает, что с виновника ДТП подлежит взысканию сумма в размере 103674 рубля 47 копеек. Кроме того, указывает, что ею были понесены расходы связанные с оплатой юридической услуги – 15000 рублей, госпошлина – 3236 рублей 74 копейки, услуги нотариуса – 1500 рублей. Просила взыскать с ответчика в ее пользу 103674 рубля 47 копеек в качестве возмещения материального вреда, 15000 рублей – в качестве судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг, 1500 рублей – в качестве судебных расходов, связанных с оплатой услуг нотариуса; 3236 рублей 74 копейки – в качестве судебных расходов, связанных с оплатой государственной полшины.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, будучи надлежащим образом извещенная о дате, месте и времени слушания дела.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, и просила их удовлетворить.

Ответчик ФИО3 О. и его представитель по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали. Указали, что в отношении ФИО11 о. было вынесено постановление от 21.03.2020 года, которым он был привлечен к административной ответственности по ч. 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ, за нарушение якобы п. 8.5 ПДД РФ. Однако с вмененным нарушением они не согласны, и считают, что в данной дорожной ситуации виновен водитель автомобиля Мерседес Бенц - ФИО10, поскольку тот начал совершать обгон транспортного средства под управлением ФИО12, находясь на кольце и, двигаясь за автомобилем ФИО7, не убедившись в безопасности маневра. Дорожной разметки на кольце не было, в связи с чем, полагают, что ФИО10 в данной дорожной ситуации обязан был соблюдать дистанцию. Просили отказать в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

Третьи лица АО «Страховая компания АСКО-Центр», САО «ВСК», будучи надлежащим образом извещенные о дате, месте и времени слушания дела, в судебное заседание своих представителей не направили.

Проверив материалы дела, выслушав стороны, суд приходит к следующему.

Основания ответственности за причинение вреда предусмотрены ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По общим правилам возмещения вреда лицо, требующее возмещения вреда, обязано доказать наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправностью поведения и наступлением вреда. Бремя доказывания отсутствия вины лежит на ответчике.

В соответствии с частью 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

По смыслу данной статьи источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях.

Обязанность владельцев транспортных средств страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств определена частью 1 статьи 4 Федерального закона Российской Федерации от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Часть 6 данной статьи определяет, что владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Лица, нарушившие установленные данным Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для разрешения спора о возложении обязанности по возмещению материального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, что кто владел источником повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия, то есть в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче источника повышенной опасности).

Согласно ст. ст. 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Для целей возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, используется понятие "владелец источника повышенной опасности" и приводится перечень законных оснований владения транспортным средством (п. 1 ст. 1079 ГК РФ), который не является исчерпывающим.

При этом в понятие "владелец" не включаются лишь лица, управляющие транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Таким образом, исходя из положений вышеприведенных правовых норм и разъяснений в их взаимосвязи, незаконным владением транспортным средством должно признаваться противоправное завладение им.

Остальные основания наряду с прямо оговоренными в ГК РФ, ином федеральном законе, следует считать законными основаниями владения транспортным средством.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 10 мин. на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки Фиат 178CYN1AАLBEA, государственный регистрационный знак № под управлением водителя Рзаева (Мамедова) Джейхуна Арастун оглы, принадлежащего ему на праве собственности, и автомобиля марки Мерседес Бенц CLS350, государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО10, принадлежащего на праве собственности ФИО1, что подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии и другими материалами дела в их совокупности.

Согласно свидетельству о перемене имени I-ЖТ № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО12 переменил фамилию на ФИО5.

Владельцем автомобиля марки Мерседес Бенц CLS350, государственный регистрационный знак <***>, является истец ФИО1, что подтверждается договором купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ.

Автомобиль марки Фиат 178CYN1AАLBEA, государственный регистрационный знак <***>, принадлежит ФИО13, что подтверждается свидетельством о регистрации ТС от ДД.ММ.ГГГГ.

Риск гражданской ответственности ФИО3 о. был застрахован в САО «ВСК» по полису ОСАГО серия ХХХ №.

На момент ДТП транспортное средство истца было застраховано в АО «СК АСКО-Центр» по договору добровольного комбинированного страхования автотранспортных средств, водителя и пассажиров от несчастных случаев, серия КМб № от ДД.ММ.ГГГГ.

В результате данного ДТП автомобилю Мерседес Бенц CLS350, государственный регистрационный знак №, принадлежащему на праве собственности ФИО1, были причинены технические повреждения.

По заявлению о страховом случае, в соответствии с условиями договора страхования, с Федеральным законом N 40-ФЗ от 25.04.2002 г. "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", согласно акту осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, АО «СК АСКО-Центр» ФИО1 выплачено страховое возмещение в размере 176300 рублей, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с калькуляцией АО Страховая компания «АСКО-Центр» стоимость восстановительного ремонта без учета износа составляет 280 002 рубля 50 копеек, с учетом износа – 176 328 рубля 03 копейки.

Постановлением по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 о. привлечен к административной ответственности по ст. 12.14 ч. 1.1 КоАП в связи с тем, что в нарушение п. 8.5 Правил дорожного движения при повороте направо не принял соответствующее крайнее положение на проезжей части, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 500 рублей.

ФИО3 о. постановление по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ было обжаловано, однако решением командира взвода № ОР ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ было оставлено без изменения.

Вместе с тем, исходя из содержания статей 1.5, 2.1, 24.1 КоАП РФ, при производстве по делу об административном правонарушении подлежит выяснению вопрос о виновности лица в его совершении.

Отсутствие любого из признаков состава административного правонарушения исключает административное преследование.

Из имеющихся в материалах дела объяснений водителей ФИО3 о. и ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, которые подтверждаются схемой места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что столкновение произошло на кольце, автомобиль Мерседес Бенц CLS350, государственный регистрационный знак <***>, под управлением Букреева Д,А., двигался по кольцу следом за автомобилем марки Фиат 178CYN1AАLBEA, государственный регистрационный знак <***>, под управлением Рзаева (ФИО6) Д.А.о.

Частью 1.1 ст. 12.14 КоАП РФ установлена административная ответственность за невыполнение требования Правил дорожного движения, за исключением установленных случаев, перед поворотом направо, налево или разворотом заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

Согласно п. 1.5 Правил дорожного движения РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с абз. 1 п. 8.5 Правил дорожного движения РФ перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

По смыслу указанного пункта Правил, для дорог с несколькими полосами для движения в одном направлении занятие соответствующего крайнего положения на проезжей части означает перестроение в крайнюю правую полосу. При этом расположение транспортного средства на указанной полосе ПДД РФ не регулирует.

В соответствии с требованиями п. 8.7 ПДД РФ, если транспортное средство из-за своих габаритов или по другим причинам не может выполнить поворот с соблюдением требований пункта 8.5 Правил, допускается отступать от них при условии обеспечения безопасности движения и если это не создаст помех другим транспортным средствам.

Согласно представленным фотоматериалам, дорожная разметка на месте ДТП отсутствует.

Из имеющейся в материалах дела схемы дорожно-транспортного происшествия, невозможно однозначно установить место столкновения автомобилей. Ширина проезжей части в месте столкновения не указана, сами автомобили находятся на удалении от центра кольцевого движения, что не позволяет суду прийти к выводу о нарушении Рзаевым (ФИО6) Д.А.о. п. 8.5 ПДД РФ, и не занятии им крайнего правого положения при повороте.

Как следует из объяснений ФИО3 о., данных им, как в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении, так и в судебном заседании он двигался по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес> и начал перестраиваться на кольце из крайнего левого положения в крайнее правое положение, чтобы совершить поворот на <адрес>, за ним в попутном направлении, в крайнем правом положения двигался автомобиль Мерседес Бенц CLS350, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО10 Показатель поворота им был включен заранее.

Указанные обстоятельства подтвердила в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО8, которая указала, что двигалась на своем автомобиле за автомобилем Мерседес Бенц CLS350 и была очевидцем ДТП.

Как следует из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 28 марта 2017 года N 490-О, частью 1 статьи 12.15 КоАП Российской Федерации предусмотрена ответственность в том числе за нарушение правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги. При этом сами правила расположения транспортного средства на проезжей части дороги определяются разделом 9 Правил дорожного движения Российской Федерации (утверждены постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090), в котором, среди прочего, закрепляется обязанность водителя соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (пункт 9.10). Таким образом, водитель должен самостоятельно учитывать необходимость соблюдения определенных интервалов безопасности между автомобилями, движущимися попутно или во встречных направлениях, величина которых зависит от различных факторов: условий видимости, погоды, скорости, технических характеристик автомобиля и т.д. Нарушение требований указанного пункта Правил, в частности - выбор водителем при движении его транспортного средства бокового интервала, приведшего к столкновению с иным транспортным средством, образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного оспариваемой нормой.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении оценка действий водителей причастных к ДТП не проводилась.

Характер повреждений автомобилей, место их столкновения, а также взаимное месторасположение автомобилей после ДТП указывают на то, что столкновение произошло когда ФИО3 о. осуществлял движение по кольцу выполняя перестроение в крайний правый ряд, а ФИО10, двигаясь сзади, в нарушение п. 9.10 ПДД РФ, обязывающего водителя соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, допустил столкновение.

В этой связи вывод должностного лица о нарушении водителем ФИО3 о. п. 8.5 ПДД РФ при совершении маневра, так же как и вывод о наличии причинно- следственной связи между нарушением водителем указанного пункта ПДД РФ и произошедшим дорожно-транспортным происшествием, суд находит не основанным на материалах дела.

Таким образом, в ходе рассмотрения данного гражданского дела суд, оценив собранные по делу доказательства, руководствуясь изложенными нормами права, распределив бремя доказывания между сторонами, приходит к выводу о том, что ответчиком доказано отсутствие своей вины в причинении ущерба истцу, факт контакта автомобилей не доказывает наличие причинно-следственной связи в причинении ущерба истцу по вине ответчика.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (действовавшего на момент рассмотрения судами настоящего спора) к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утраченная товарная стоимость, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Аналогичные разъяснения приведены в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

Таким образом, утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей автомобиля, поскольку уменьшение его потребительской стоимости нарушает права владельца транспортного средства, и в ее возмещении страхователю не может быть отказано.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Пункт 13 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъясняет, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которое это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использоваться новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 10 марта 2017 г. N 6-П указал, что положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях ч. 1 ст. 7, чч. 1 и 3 ст. 17, чч. 1 и 2 ст. 19, ч. 1 ст. 35, ч. 1 ст. 46 и ст. 52 Конституции Российской Федерации, и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.

Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов.

В контексте конституционно-правового предназначения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ Федеральный закон от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", как регулирующий иные страховые отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.

Таким образом, принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

Судом на обсуждение сторон был поставлен вопрос о проведении автотехнической экспертизы на предмет определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля с учетом естественного износа частей, узлов, агрегатов и деталей, однако согласия сторон на проведение указанной экспертизы получено не было.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 11.07.2019 г. N 1838-О по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Федерального закона об ОСАГО указал, что приведенные законоположения установлены в защиту права потерпевших на возмещение вреда, причиненного их имуществу при использовании иными лицами транспортных средств, и не расходятся с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой назначение обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств состоит в распределении неблагоприятных последствий применительно к риску наступления гражданской ответственности на всех законных владельцев транспортных средств с учетом такого принципа обязательного страхования, как гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных Законом об ОСАГО.

Между тем, позволяя сторонам в случаях, предусмотренных Законом об ОСАГО, отступить от установленных им общих условий страхового возмещения, положения пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не допускают их истолкования и применения вопреки положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, которые относят к основным началам гражданского законодательства принцип добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1) и не допускают осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, как и действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребления правом) (пункт 1 статьи 10).

Из приведенных положений закона в их толковании Конституционным Судом Российской Федерации следует, что в случае выплаты страхового возмещения в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов при предъявлении иска к причинителю вреда на потерпевшего возложена обязанность доказать, что действительный ущерб превышает сумму выплаченного в денежной форме страхового возмещения.

Таких доказательств суду стороной истца не представлено.

При указанных обстоятельства суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании материального ущерба не имеется.

В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1, то оснований для взыскания судебных расходов по делу не имеется.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО5 (ФИО7) ФИО9 о взыскании материального ущерба и судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в Курский областной суд через Курский районный суд Курской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 02 ноября 2020 года.

Судья Курского районного суда

Курской области А.В. Козлов