Апелляционное определение № 33-218/2026 33-2507/2025 от 14 января 2026 г.

Дело № Председательствующий – ФИО2


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ №

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего ФИО8,

судей ФИО10

при секретаре судебного заседания ФИО9,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и Отделению фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> о восстановлении пенсионных прав

по апелляционной жалобе представителя ОСФР по <адрес> ФИО5 на решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от ДД.ММ.ГГГГ, которым исковое заявление удовлетворено.

Заслушав доклад судьи ФИО8, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском, ссылаясь на то, что решением ГУ-ОПФР ему была назначена досрочная страховая пенсия по старости, которую он получал вплоть до 01.12.2022г. С ДД.ММ.ГГГГ выплата досрочной страховой пенсии по старости была прекращена. ОСФР по РИ на его обращение уведомлением от 13.03.2023г. №АЕ-06-01/934Л сообщило, что досрочная страховая пенсия по старости прекращена с 01.01.2023г. В качестве основания для прекращения пенсии указано, неправомерное установление и выплата досрочной пенсии по старости и в связи с особыми и тяжелыми условиями труда. Подтверждающая сверка наличия или отсутствия подтверждающих документов о необходимом страховом стаже работы. Исходя из результатов проведенной сверки документов, утратил право на получение досрочной страховой пенсии по старости.

Просит признать решение ответчиков о прекращении страховой пенсии по старости незаконным, обязать ответчиков возобновить ему страховую пенсию по старости в прежнем размере с даты ее прекращения, учесть в стаж, дающий право на досрочную пенсию по Списку № периоды работы по трудовой книжке с 07.04.1983г. по 21.08.1995г. в машиностроительном заводе «Красный молот», а также иные периоды работы согласно трудовой книжке, представленной при назначении пенсии, учесть при расчете пенсии заработную плату по справке, имеющейся в пенсионном деле в распоряжении ответчика и ходатайствует об обращении решения суда к немедленному исполнению.

Решением Магасского районного суда Республики Ингушетия от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования удовлетворены частично.

В апелляционной жалобе представитель ОСФР по <адрес> ФИО5 ставит вопрос об отмене судебного решения в связи с его незаконностью и необоснованностью.

Истец ФИО1, представители ОСФР по <адрес> и ОСФР по <адрес>, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии регулируются вступившим в силу ДД.ММ.ГГГГ Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

Статьей 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно ч.1 ст.7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №173 -ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведенной в ч.1 ст.15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ.

Частью 8 ст. 13 указанного Федерального закона предусмотрено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу названного федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО6 является получателем досрочной страховой пенсии по старости по п. 1 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

С ДД.ММ.ГГГГ выплата досрочной пенсии по старости в связи с особыми и тяжелыми условиями труда ФИО1 прекращена. В качестве основания для прекращения пенсии указано, неправомерное установление и выплата досрочной пенсии по старости и в связи с особыми и тяжелыми условиями труда. Подтверждающая сверка наличия или отсутствия подтверждающих документов о необходимом страховом стаже работы. Исходя из результатов проведенной сверки документов, он утратил право на получение досрочной страховой пенсии по старости.

Суд первой инстанции, разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, руководствуясь положениями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ №-П, от ДД.ММ.ГГГГ №-П, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», исходил из возраста истца, длительного периода получения пенсии, права на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, а также не представления ответчиками доказательств правомерности осуществленных ими действий по снижению размера пенсии.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

В соответствии с ч.4 ст.28 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П указал, что совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства.

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 2-П).

Из приведённых норм Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Согласно п. 13. Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ), выявление пенсионным органом допущенной ошибки в расчете выслуги лет (стажа службы) при назначении гражданину пенсионного обеспечения - в отсутствие с его стороны каких-либо виновных действий - не может являться самостоятельным основанием для перерасчета пенсионным органом гражданину размера пенсии в сторону уменьшения без учета иных значимых обстоятельств (срок, прошедший с момента признания со стороны пенсионного органа права на пенсию в соответствующем размере, возможность возвращения гражданина на службу для приобретения права на пенсионное обеспечение в установленном до выявления ошибки размере и другие).

При установленных судом юридически значимых обстоятельствах дела и с учетом приведенных норм Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 400-ФЗ, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения исковых требований.

Из копии трудовой книжки, имеющейся в пенсионном деле истца видно, что истец в разные периоды осуществлял трудовую деятельность на различных должностях. Так, согласно трудовой книжке ЕТ-I № в оспариваемый период с 07.04.1983г. по 21.08.1995г. истец работал в качестве наборщика стопоров 2-го, 3-го разряда в Грозненском машиностроительном заводе «Красный молот».

Согласно справке, уточняющей особый характер работы, имеющиеся в материалах пенсионного дела истца, ФИО1 в период с 07.04.1983г. по 21.08.1995г. работал в качестве наборщика стопоров 2-го, 3-го разряда в Грозненском машиностроительном заводе «Красный молот», указанный период работы относится к Списку №, дающему истцу право на назначение досрочной страховой пенсии по старости.

Также в пенсионном деле ФИО1 имеется заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому период с 07.04.1983г. по 21.08.1995г. включен в специальный стаж, и льготный стаж истца составляет 12 лет 4 месяца и 14 дней.

Последующие уничтожение, после предоставления истцу соответствующих документов о работе, архивов предприятия вследствие интенсивных ракетно-бомбовых ударов и артиллерийских обстрелов на территории Чеченской Республики в ходе активных военных компаний, не может быть вменена в вину истцу с учетом общеизвестного факта боевых действий на территории Чеченской Республики, и ввиду возложения обязанности по правильному ведению и обеспечению сохранности документов на работодателя, иное означало бы незаконное умаление пенсионных прав работника (Определение СК по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ по делу №Г-12383/2022).

Таким образом, наличие у истца права на досрочное назначение страховой пенсии на момент ее назначения исчерпывающе подтверждается исследованным в судебном заседании пенсионным делом ФИО1, представленного ответчиком по запросу суда, а также иными материалами дела.

Кроме того, суд принял во внимание значительный срок, прошедший с момента назначения истцу пенсии до момента ее прекращения, возраст истца, длительность получения им пенсии, материальное положение и право на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства.

Добросовестность действий истца презюмируется в силу закона, следовательно, на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие предоставление истцом недостоверных сведений при назначении пенсии.

Между тем такие доказательства ответчиками суду не представлены, как не представлены результаты проверки заработной платы истца, а также представленных им сведений о трудовом стаже. В материалах пенсионного дела такие сведения не имеются.

Все доводы ответчика сводятся к тому, что документы истца вызвали сомнение у работников пенсионного фонда, проводивших проверку пенсионного дела ФИО1 как получателя досрочной пенсии по старости. При этом недостоверность, представленных истцом документов никакими официальными документами (заключение эксперта, решение суда и т.д.) не подтверждена.

Довод апелляционной жалобы о необоснованном удовлетворении судом ходатайства истца о применении судом ст. 211 ГПК РФ, является несостоятельным. Необоснованное уменьшение получаемой истцом пенсии с учетом его возраста и невозможности возвращения к трудовой деятельности для приобретения права на пенсионное обеспечение фактически лишило ФИО1 надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для него единственным источником дохода, доказательств обратного материалы дела не содержат.

В связи с изложенным судебная коллегия находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным и не усматривает оснований для его отмены или изменения в апелляционном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от ДД.ММ.ГГГГ, которым удовлетворено исковое заявление ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и Отделению фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> о восстановлении пенсионных прав, оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя ОСФР по <адрес> ФИО7 и представителя ОСФР по <адрес> ФИО5 - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Пятый кассационный суд общей юрисдикции (<адрес>) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий

Судьи