Решение № 2А-259/2019 2А-259/2019~М-281/2019 М-281/2019 от 11 ноября 2019 г. по делу № 2А-259/2019

...


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 ноября 2019 года г. Челябинск

Челябинский гарнизонный военный суд под председательством Шадуры А.Ю., при секретаре судебного заседания Кокоевой О.Б., с участием представителя административных соответчиков ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда (<...>) административное дело № 2а-259/2019 по административному исковому заявлению военнослужащего по контракту <данные изъяты> прапорщика ФИО2 о признании незаконным решения жилищной комиссии данной воинской части об отказе в постановке административного истца и членов его семьи на учет нуждающихся в жилых помещениях,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 через своего представителя (по доверенности) обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил суд признать незаконным решение жилищной комиссии войсковой части 3468 от 13 сентября 2019 года (протокол № 12-2019) об отказе в принятии административного истца с составом семьи 4 человека на учет нуждающихся в жилых помещениях и возложить обязанность повторно рассмотреть его заявление.

В обосновании иска представитель административного истца ФИО3 указал, что оспариваемым решением ФИО4 было отказано в постановке на жилищный учет, так как жилищная комиссия учла долю жилого помещения, приватизированного супругой истца до заключения брака, а также долю жилого помещения родителей ФИО4, приходящуюся на него и его детей, как на членов семьи собственников этого жилья.

Вместе с тем, по мнению ФИО3, членами семьи своих родителей ФИО4 и его двое детей не являются, поскольку между истцом и его матерью-собственником заключен договор коммерческого найма этого жилого помещения, что было известно комиссии при принятии решения.

Административный истец ФИО2, его представитель ФИО3, а также заинтересованные лица на стороне административного истца ФИО5, ФИО6 и ФИО7 в судебное заседание не прибыли, представили ходатайства о рассмотрении дела без их участия.

Представитель административных соответчиков – командира и жилищной комиссии войсковой части 3468 ФИО1 в письменных возражениях и в суде исковые требования не признал и указал, что в заявлении ФИО4 просил принять его на учет исходя из численного состава семьи 4 человека, в том числе супругу – ФИО5, которая ранее приватизировала 26,15 кв.м. жилья, а 23 октября 2017 года подарила эту долю своей матери, тем самым намеренно ухудшив свои жилищные условия. Кроме того, ФИО1 отметил, что ФИО4, его дети и супруга проживают в жилом помещении, предоставленном им сыном ФИО5 от другого брака, который проживает совместно с ними. Также, сам истец и двое детей зарегистрированы в доме у его родителей, и, не смотря на заключенный договор коммерческого найма этого жилого помещения от 01 января 2019 года, являются членами семьи собственника этого жилого помещения.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и проанализировав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, военный суд приходит к следующему.

Согласно материалам дела ФИО2 проходит военную службу с 09 декабря 1997 года, а с декабря 1999 года в <данные изъяты>, в настоящее время на воинской должности начальника караула взвода охраны военного городка стрелковой роты в воинском звании «старший прапорщик». Первый контракт о прохождении военной службы заключен им 03 декабря 1999 года. Выслуга лет на военной службе по состоянию на 25 августа 2019 года - более 21 года.

Как следует из справки начальника группы кадров войсковой части 3468 от 25 августа 2019 года и копий паспортов, свидетельств о заключении брака и рождения состав семьи административного истца составляет 4 человека: он, супруга ФИО4 (ФИО8, ФИО9) С.А., сын ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из копий договора купли-продажи от 02 октября 1981 года, техпаспорта и выписки из домовой книги от 12 декабря 2018 года явствует, что родители административного истца приобрели в собственность жилой дом по адресу: <адрес>, общей площадью 60,9 кв.м., в котором помимо них с 26 октября 1981 года был прописан административный истец, затем с 30 августа 2011 года – сын истца ФИО6, а с 23 октября 2015 года – дочь истца ФИО7. Каждый из них зарегистрирован по данному адресу по настоящее время.

01 января 2019 года между ФИО4 и его матерью был заключен договор найма жилого помещения, согласно которому вышеуказанный дом передан в пользование ФИО2 и членам его семьи (копия договора найма от 01 января 2019 года).

Как пояснил в предварительном судебном заседании административный истец, такие договоры заключались ежегодно с момента рождения сына, то есть с 2011 года в целях возможного оформления выплат компенсации за наем жилого помещения, но таким правом Карякин не воспользовался. В 2015 году из-за рождения дочери семье пришлось переехать, чтобы не стеснять проживающих там же родителей. При этом договоры продолжали заключаться, а истец продолжал оплачивать оговоренную в них сумму.

Из копии договора от 21 октября 1992 года № усматривается, что ФИО10 от ЖЭУ г. Касли Челябинской области безвозмездно передана в собственность ? доли в праве на трехкомнатную квартиру общей площадью 52,3 кв.м. по адресу: <адрес>.

Согласно копий выписки из ЕГРП от 09 августа 2019 года и свидетельств о праве собственности ФИО11 совместно с бывшим мужем приобрели в общую долевую собственность (по ? доле) жилое помещение общей площадью 44,1 кв.м. по адресу: <адрес>.

В последующем, после смерти супруга, ФИО11 стало принадлежать 5/8 в праве собственности на вышеуказанное жилье, а еще 2/8 – сыну от их брака – Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Как следует из копии договора дарения от 19 января 2010 года ФИО11, выступая одновременно в качестве дарителя, и одаряемой (в интересах своего несовершеннолетнего сына) подарила 5/8 доли в данной квартире, после чего ее сыну Е. стало принадлежать 7/8 в праве собственности на жилое помещение.

В предварительном судебном заседании административный истец пояснил, что вся его семья после выезда из дома родителей в 2015 году живет в вышеуказанной квартире, предоставленной сыном ее супруги от другого брака - Е. ДД.ММ.ГГГГ рождения, отношения у них хорошие, все живут одной семьей.

При этом из копий паспорта серии №, свидетельства от 11 июня 2014 года №, а также договора безвозмездной передачи квартиры в собственность граждан от 30 апреля 1993 года № видно, что ФИО5 зарегистрирована по месту пребывания в квартире по адресу: <адрес>, где проживает вся семья, а по месту жительства – в приватизированной квартире гражданина З., по адресу: <адрес>.

Согласно пояснениям ФИО2 данная квартира принадлежит сожителю матери супруги, фактически она там никогда не проживала и не проживает, а регистрация в г. Снежинске необходима ей для пропуска в ЗАТО, так как она проходит военную службу.

Затем 23 октября 2017 года супруга административного истца подарила ? долю в праве собственности, полученной в порядке приватизации квартиры по адресу: <адрес>, своей матери – Т. (копия договора дарения серии №).

27 мая 2019 года ФИО2 обратился в жилищную комиссию с заявлением о признании его с составом семьи 4 человека на учет нуждающихся в жилом помещении в г. Снежинске.

Оспариваемым решением жилищной комиссии от 13 сентября 2019 года (протокол № 12-2019) административному истцу было отказано в признании нуждающимся в жилом помещении для постоянного проживания на основании п. 2 ч. 1 ст. 54 ЖК РФ, в связи с представлением документов, которые не подтверждают право состоять на жилищном учете.

В соответствии с п.п. 1 и 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в порядке и на условиях, установленных данным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

ФИО4, согласно этой же норме закона, относится к категории лиц, обеспечивающихся на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями, как прапорщик, поступивший на военную службу по контракту после 01 января 1998 года.

На основании той же нормы Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащему, обеспечиваемому на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и признанному нуждающимся в жилых помещениях, по достижении общей продолжительности военной службы более 20 лет, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, должна предоставляться жилищная субсидия или жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом по избранному постоянному месту жительства.

Согласно абз. 13 п. 1 ст. 15 названного Федерального закона военнослужащие признаются федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным статьей 51 ЖК РФ.

Пунктом 2 части 1 статьи 54 ЖК определено, что отказ в принятии граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях допускается в случае, если представлены документы, которые не подтверждают право соответствующих граждан состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Проанализировав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, военный суд приходит к выводу о том, что представленные ФИО2 в жилищную комиссию документы, действительно не подтверждают его право состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях в составе семьи из 4 человек.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 51 и ч.ч. 1, 4 ст. 31 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются, помимо прочего, являющиеся членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы.

К членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

В случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Как установлено в судебном заседании, административный истец с 1981 года проживал как член семьи своих родителей – собственников жилого дома по адресу: <адрес>, после чего изменил условия проживания в нем, заключив с матерью договор найма жилого помещения.

В этой связи военный суд находит неверным вывод жилищной комиссии в оспариваемом решении о том, что зарегистрированные в данном жилом доме ФИО2 и его дети – ФИО6 и ФИО7 являются членами семьи собственников жилого помещения.

При этом факт не проживания в предоставленном им жилом помещении, в условиях выполнения обязанностей нанимателя по договору найма, не влечет за собой прекращение права пользования им (ст. 9 ГК РФ).

Вместе с тем, как определено в ст. 53 ЖК РФ, граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

К таким действиям, по мнению военного суда, в полной мере относится изменение порядка пользования жилым помещением, что и имело место при заключении ФИО2 договора коммерческого найма со своей матерью.

Об этом же говорится и в п. 4 Инструкции о предоставлении военнослужащим – гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма, утвержденной приказом Министра обороны Российской Федерации от 30 сентября 2010 года № 1280.

Суд оставляет без оценки доводы административного истца о том, что такие договоры составлялись им с 2011 года, поскольку, согласно пояснениям представителя административных соответчиков ФИО1, указанное обстоятельство жилищной комиссии было неизвестно, сообщено ФИО4 в предварительном судебном заседании, а к заявлению о постановке на жилищный учет была приложена лишь копия договора найма за 2019 год.

В этой связи суд констатирует, что жилищная комиссия войсковой части объективно была лишена возможности установить истечение (либо не истечение) предусмотренного законом срока совершения ФИО4 указанных действий.

Более того, в суде достоверно установлено, что с 2015 года по настоящее время семья ФИО4 проживает вместе с сыном ФИО5 от первого брака Е. (ДД.ММ.ГГГГ рождения) на 7/8 доли квартиры по адресу: <адрес>, которую, как пояснил истец, им предоставил последний.

Из изложенного следует, что фактически в 2015 году на данную часть жилого помещения семья ФИО2 была вселена самой супругой административного истца ФИО5, как законным представителем несовершеннолетнего Е.. При этом административный истец пояснил, что живут они все одной семьей.

Таким образом, военный суд приходит к выводу, что ФИО2, его супруга ФИО5, а также их двое детей являются членами семьи собственника жилого помещения Е., а их уровень обеспеченности составляет 7,7 кв.м. на 1 члена его семьи ((44,1 / 8 * 7) / 5 = 7,7), что менее учетной нормы, установленной в г. Снежинске, в размере 12 кв. м.

Вместе с тем, суд полагает необходимым отметить, что такая обеспеченность семьи административного истца (ниже учетной нормы) стала возможной вследствие дарения 23 октября 2017 года супругой административного истца ? доли (26,15 кв.м.) в праве собственности, полученной в порядке приватизации квартиры по адресу: <адрес>.

Поэтому, учитывая, что предусмотренный ст. 53 ЖК РФ срок со дня ухудшения ФИО5 жилищных условий не истек, а истцом в жилищную комиссию не были представлены иные договоры найма жилого помещения, у жилищной комиссии не имелось оснований для принятия ФИО2 с составом семьи 4 человека на учет нуждающихся в жилом помещении.

Исходя из этого, по мнению военного суда, в удовлетворении заявленных требований ФИО2 надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175-180, 227 КАС РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного иска ФИО2 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Центральный окружной военный суд через Челябинский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.Ю. Шадура

....

....

....

....