Решение № 2-394/2019 2-8/2020 2-8/2020(2-394/2019;)~М-322/2019 М-322/2019 от 24 февраля 2020 г. по делу № 2-394/2019

Гражданское дело № 2-8/202019

УИД 09RS0007-01-2019-000496-03


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

ст. Зеленчукская 25 февраля 2020 г.

Зеленчукский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего судьи Н.Ю. Дотдаева,

при секретаре А.Р. Болатчиевой,

с участием представителей истца ФИО14 - ФИО15,

ФИО16,

ответчика ФИО17,

ее представителя адвоката З.У. Шхагошевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО14 к ФИО17 об установлении факта родственных отношений, признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ :

ФИО14 обратился в суд с иском к ФИО17 об установлении факта родственных отношений, заключающихся в том, что он является родным братом ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, и признать недействительным завещание ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в пользу Акбаевой Сони, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Зеленчукского нотариального округа КЧР ФИО19. При этом ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ, умер его родной брат ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ рождения, поскольку у него не было семьи и детей, их родители давно умерли, он как единственный наследник в июне 2019 года обратился к нотариусу Зеленчукской нотариальной конторы ФИО19 по месту открытия наследства с намерением подать заявление на принятие наследства после смерти брата. От нотариуса ему стало известно, что уже открыто наследственное дело после смерти брата, поскольку имеется завещание в пользу ответчика ФИО17. Ответчик является гражданской супругой его брата, с которой он прожил около 30 лет, но отношения у них были сложные, они то жили вместе, то расходились. Он неоднократно обращался к помощнику нотариуса ФИО19 с просьбой принять у него заявление на принятие наследства, поскольку был уверен, что никакого завещания нет. ДД.ММ.ГГГГ ему было выдано постановление об отказе в совершении нотариального действия - выдаче свидетельства о праве на наследство по закону после смерти ФИО18, виду наличия завещания в пользу Акбаевой Сони. Убежден, что его брат не мог оставить завещание, поскольку он об этом сообщил бы лично. Брат жил уединенно, не хотел даже официально оформлять свой брак. Свой жилой дом и земельный участок в <адрес> он сам не оформлял, все делали риэлтор и ФИО17, его личных подписей нет под данными документами. Он лично расписывался только за получение пенсии, которую ему приносила почтальон, при получении паспорта в форме Ф-1 и в самом паспорте. Уверен, что ДД.ММ.ГГГГ брат из дому не выходил, к нотариусу не приезжал и никакого завещания не подписывал, поскольку с ДД.ММ.ГГГГ состояние его здоровья резко ухудшилось, он очень сильно похудел до полного истощения, сильно ослаб, перестал ходить, только лежал. С этого времени и до дня смерти он уже с постели не вставал, поэтому поехать к нотариусу по состоянию здоровья не мог. Кроме того, указывал, что утверждать не может того, что брат не подписывал завещание ДД.ММ.ГГГГ., не виде самого завещания, но предполагает.

Также указывал на то, что своевременно обращался к нотариусу за принятием наследства, но у него отсутствует свидетельство о рождении брата для доказательства родственных отношений, отсутствует актовая запись о его рождении и просил установить факт их родственных отношений.

В последующем, в ходе судебного разбирательства истец уточнил свои требования и просил лишь признать указанное выше завещание недействительным, в судебном заседании представитель пояснила, что документы подтверждающие родство найдены и устанавливать родство нет необходимости. Судом был разъяснен порядок письменного отказа от заявленного искового требования, рекомендация исполнена не была.

В уточненном исковом заявлении истец ссылается на положения ст.ст. 1118, 1119, 1149, 1125, 168, ч.1 ст. 177 ГК РФ, указывал на то, что отсутствуют наследники первой очереди и он как наследник второй очереди должен призываться к наследованию. Прося признать недействительным завещание ссылалась на то, что умерший брат в момент составления завещания находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Указал на то, что ФИО18 с молодости страдал психическим заболеванием, в связи с чем, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в <данные изъяты> что подтверждается справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной РГКЛПУ «Психиатрическая больница». Этот факт членами его семьи тщательно скрывался от всех родственников и односельчан. Но, несмотря на это, все замечали странности в его поведении. В последние несколько лет он стал вялым, безучастным, не всегда узнавал его и своих сестер.

Вторым основанием иска сослался на то, что ознакомившись с текстом завещания, понял, что оно подписано не рукой брата. В тексте завещания указано, что при составлении завещания присутствовал свидетель ФИО1, который якобы был приглашен по просьбе завещателя, но данные сведения, изложенные в завещании, не соответствуют действительности, так как после смерти сестры - ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ он практически не поднимался с постели и тем более не мог пригласить ФИО1 для присутствия при составлении завещания.

В судебном заседании представители истца ФИО14 ФИО20, ФИО16 поддержали иск по изложенным в заявлении основаниям.

Дополнительно ФИО16 указала на то, что домовладение которое завещано ответчику наследодатель строил совместно с истцом, однако наследодатель передал его ответчику по завещанию. Умерший никогда не терял связь со своими родными, ответчик препятствовала его общению с его родственниками. Из представленных фотографий видно, что у наследодателя не было никаких оснований лишать их своего наследства.

На момент смерти наследодатель не состоял в законном браке с ответчиком, детей не имел, родители скончались и истец является единственным наследником по закону. В период составления завещания ФИО18 не мог понимать значения своих действий и руководить ими в силу состояния своего здоровья, так как на протяжении долгих лет страдал заболеванием <данные изъяты> - это тяжелое заболевание, при котором наблюдается эмоциональные расстройства, неадекватное поведение, нарушение мышления и невозможность вести социальную жизнь. Болезнь приводит к нарушению ощущения человеком реальности. Для людей страдающих шизофренией их болезнь носит хронический характер. О том, что оформление завещания является незаконным актом по причине состояния здоровья наследодателя, истцовая сторона представило суду доказательство, а именно - медицинские карты стационарного больного № КЧАО <данные изъяты> на имя ФИО18 Также как следует из показаний свидетеля ФИО1, который был записан в качестве «свидетеля», ФИО18 был в слабом состоянии, а нотариус ФИО19 приехала уже с готовыми бланками завещания и доверенностями. Свидетель ФИО1 также показал в суде, что он в момент составления завещания неоднократно выходил из комнаты. Момент, когда ФИО18 подписывал это завещание он не помнит и не видел. Сам ФИО1 не читал текст завещания, а просто расписался, там, где ему показали расписаться. ФИО1 так же указал в суде, что инициатором составления завещания была ответчик ФИО17. И что она сама его пригласила в качестве свидетеля.

Проведенная почерковедческая экспертиза вызвала у них сомнения, считает, что эксперт не имел право не исследовать все образцы с подписями ФИО18.

Ответчик ФИО17 в судебном заседании иск не признала, и представила письменные возражения, в которых указала, что она вышла замуж за ФИО18 ДД.ММ.ГГГГ. С этого момента они проживали вместе по адресу <адрес>, где она продолжает проживать. Она не замечала за мужем психической болезни, не замечали этого соседи, родственники, которые часто их навещали, его коллеги по работе. Ее муж проработал 13 лет в <данные изъяты>, где регулярно все работники проходили медосмотр. Как показали свидетели - его коллеги по работе, это был очень работоспособный, воспитанный, добрый, психически здоровый работник. Более того, за отличную работу его награждали почетной грамотой ежегодно. Многие грамоты у нее сохранились и их копии приобщены к материалам дела. Утверждения в исковом заявлении, что в последние несколько лет ее муж стал вялым, безучастным, не всегда узнавал своих сестер ложные. Истец не бывал у них с ДД.ММ.ГГГГ и что-либо сказать о состоянии его мужа он не может. Она его видела только на похоронах мужа ДД.ММ.ГГГГ Многие их знакомые спрашивали тогда, кто этот мужчина. Они не знали, что у его мужа есть еще в живых брат.

В медицинской карте психиатрической больницы указано, что у ее мужа ориентировка всех видов не нарушена, контакту доступен, спокоен, расстройств восприятия не проявляет, тяготится больничной обстановкой, в беседах на вопросы отвечает по существу, расстройств восприятия и бредовой продукции не выявляет. В настоящее время психопатологической продукции не обнаруживает. Его выписали из больницы, и он отправился домой ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ женился на ней. Они прожили спокойную счастливую жизнь, за время их совместной жизни он болел всего один месяц перед смертью, которая наступила ДД.ММ.ГГГГ Это подтверждается ответом главного врача Зеленчукской ЦРБ № от ДД.ММ.ГГГГ на запрос суда, где указано, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вызовов участкового врача на дом к ФИО18 не было. Он не состоял на учете у врача-психиатра, что он не обращался за медицинской помощью к врачу-психиатру. Согласно Протоколу заседания лечебно-контрольной комиссии РГБУЗ «3еленчукская ЦРБ» его посмертный диагноз «старость». Никаких записей, что мой муж обращался за медицинской психиатрической (или иной) помощью после ДД.ММ.ГГГГ почти до самой его смерти в его медкартах не имеется. Завещание в ее пользу мужем было составлено ДД.ММ.ГГГГ, за 2 года до своей смерти. Это была его воля. Он знал своих родственников и постарался обезопасить ее от их притязаний. Проживая с ним 36 лет в этом доме, вложила все свои средства и сделала посильный ремонт, чтобы можно было нам уютно жить.

Представитель ответчика Шхагошева З.У. поддержала доводы ответчика, изложенные в письменных возражениях.

Третье лицо нотариус Зеленчукского нотариального округа КЧР ФИО19, надлежаще извещенная о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явилась, представила суду письменное ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие. Представитель Управления Россреестра по КЧР в судебное заседание не явился, ходатайств не заявлял.

Гражданское дело рассмотрено в отсутствие заинтересованного лица, на основании ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, эксперта, исследовав представленные суду письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан. В частности на основании п. 1 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ суд рассматривает дела об установлении факта родственных отношений.

В соответствии со ст. 265 ГПК РФ, суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов.

Как установлено в судебном заседании и следует из свидетельства о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 родился ДД.ММ.ГГГГ рождения в <адрес> и его родителями являются : отец ФИО3, мать – ФИО4. (том № л.д.8)

Из справки о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ выданной Отделом записи актов гражданского состояния Управления записи актов гражданского состояния Карачаево-Черкесской Республики по Преградненскому муниципальному району следует: ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ рождения, сведения о родителях : мать – ФИО4, карачаевка, отец - ФИО3. Составлена запись акта о рождении № В от ДД.ММ.ГГГГ Место государственной регистрации: <адрес>. Сведения об отце внесены в запись акта о рождении на основании заявления матери ребенка (том № л.д.73).

Из указанного свидетельства о рождении и справки о рождении следует, что истец и наследодатель являются родными братьями, поскольку у них одни и те же родители, сторона ответчика данное обстоятельство не оспаривала, и, соответственно, оснований для установления юридического факта их родства не имеется, в удовлетворении иска в этой части необходимо отказать.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражение воли одной стороны (статья 154 ГК РФ).

Завещание является односторонней сделкой, к нему применяются правила о недействительности сделок, предусмотренные в главе 9 ГК РФ (ст.ст. 166-181 ГК РФ).

Согласно ст. 1119 ГК РФ, завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания и выдачи доверенностей понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания и доверенностей недействительными, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания и выдачи доверенностей, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 29 мая 2012 года №9 «О судебной практике по делам о наследовании» в п. 27 разъяснил, что завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

Завещание может быть признано недействительным по решению суда, в частности, в случаях: несоответствия лица, привлеченного в качестве свидетеля, а также лица, подписывающего завещание по просьбе завещателя (абзац второй пункта 3 статьи 1125 ГК РФ), требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 ГК РФ; присутствия при составлении, подписании, удостоверении завещания и при его передаче нотариусу лица, в пользу которого составлено завещание или сделан завещательный отказ, супруга такого лица, его детей и родителей (пункт 2 статьи 1124 ГК РФ); в иных случаях, если судом установлено наличие нарушений порядка составления, подписания или удостоверения завещания, а также недостатков завещания, искажающих волеизъявление завещателя.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно части 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Таким образом, свидетельскими показаниями могли быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним.

В соответствии со статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

В связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Как установлено в судебном заседании и не оспаривается сторонами, ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, КЧР умер ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, что подтверждается свидетельством о смерти серии № от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.7). Как установлено выше и подтверждается свидетельством о рождении и соответствующей справкой умерший и истец являются родными братьями.

Из наследственного дела № к имуществу ФИО18 следует, что он оставил завещание № от ДД.ММ.ГГГГ, которым все своё имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в том числе земельный участок и жилой дом, находящиеся по адресу: РФ, Карачаево-Черкесская Республика, ст-ца Сторожевая, <адрес>, завещает ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ рождения (том № л.д.28-29).

Постановлением об отказе в совершении нотариального действия врио нотариуса Зеленчукского нотариального округа ФИО21 № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 отказано в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону в связи с наличием завещания, в котором он не поименован в качестве наследника (том № л.д.10).

Согласно ответа РГБУЗ <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ вызовов участкового врача на дом к ФИО18 не было. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ участковый терапевт ФИО5 выезжал к больному ФИО18 неоднократно, до 5 выездов каждую неделю. Бригада скорой медицинской помощи Сторожевской участковой больницы выезжала: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.53).

Из справки РГКЛПУ <данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ., проживающий по адресу: КЧР, <адрес>, находился на стационарном лечении в КЧАО <данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. (том № л.д.70)

Согласно ответа ОВМ МО МВД России «Зеленчукский» № от ДД.ММ.ГГГГ паспорт на имя ФИО18 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ уничтожен по акту № от ДД.ММ.ГГГГ согласно параграфа № VIII инструкции к приказу № 350 МВД России от 29 мая 2019 года (том № л.д.93).

Из дела правоустанавливающих документов следует, что умершему ФИО18 принадлежали на праве частной собственности земельный участок с кадастровым № и жилой дом с кадастровым №, расположенные по адресу КЧР, <адрес>. (том № л.д.181-193)

Согласно трудовой книжки ФИО18 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ практически без перерыва официально работал и до этого с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.113-116), получал множество почетных грамот ( том № л.д.107-112).

В ходе судебного разбирательства истец ФИО14 – брат наследодателя изменил основание подачи иска указанием на то, что в момент составления данного завещания его брат в силу своего физического и психического состояния был не способен понимать значение своих действий и не мог руководить ими.

В соответствии с принципом диспозитивности гражданского процесса (ст. 12, 56 ГПК РФ) обязанность доказывания обстоятельств по делу в обоснование заявленных требований или возражений лежит на соответствующей стороне, суд не является участником доказательственного процесса, а реализует функцию оценки представленных сторонами доказательств. Суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, не представит их суду (ст. 68 ГПК РФ). То есть, бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том, кто его отрицает.

Судом было разъяснено бремя доказывания, были заявлены ходатайства истребованы доказательства, разъяснена и доведена до сторон рекомендация экспертного учреждения о необходимости представления показаний свидетелей о психическом здоровье наследодателя и была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Согласно именно выводам психолого-психиатрической экспертизы, проведенной экспертами ГБУЗ Ставропольского края «Ставропольская краевая клиническая специализированная психиатрическая больница № 1»: «решить экспертные вопросы, поставленные судом в Определении от17.10.2019г. не представляется возможным, в связи с малойинформативностью, содержащихся в материалах гражданского дела имедицинской документации сведений о психическом состоянииФИО18 Отсутствуют достаточные данные о развитии,выставленного подэкспертному диагноза хронического психическогозаболевания - <данные изъяты> параноидной в <данные изъяты> году; получаемом послевыписки из психиатрического стационара лечении, наблюдении(возможно динамическом) у психиатра (нарколога) по местужительства, установлении ему группы инвалидности и пр.». Экспертами дана рекомендация «необходимо представить на экспертную оценку допрос консультирующих ФИО18 врачей (невропатолог, терапевт), с подробным описанием его психического состояния, в период времени, максимально приближенный к ДД.ММ.ГГГГ». Стороны знакомились с этим заключением, суд исследовал это заключение в судебном заседании, кроме разъяснения бремени доказывания, было разъяснено сторонам необходимость представления доказательств в суд первой инстанции и о случаях, когда суды апелляционной инстанции может принять у них дополнительные доказательства. В судебных заседаниях интересы истца представляли несколько представителей, и от не поступило ходатайств о допросе именно о допросе консультирующих ФИО18 врачей, ходатайств о назначении дополнительной, повторной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Между тем, свидетели как один утверждали в судебном заседании, что он был нормальным в плане психического здоровья человеком.

Так, Свидетель ФИО6 в судебном заседании показала, что Халис Шаманов был уважительный и хороший человек, она прожила по соседству 34 года и до последнего тот был вменяемым, она все время к ним ходила и видела его. Он понимал смысл своих поступков, никаких странностей за ним она не замечала, вся станица это подтвердит.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании показала, что начиная с ДД.ММ.ГГГГ и по ДД.ММ.ГГГГ она работала в пищекомбинате. За это время, 20 лет бессменно была председателем профсоюзного комитета. Шаманов Халис пришел к ним на работу, когда она уже работала. Он показал себя с очень хорошей стороны. Был трудолюбивый, добросовестный. Всегда мы его на собраниях отмечали как добросовестного работника. Он вначале бондарем был, потом плотником работал. Никогда я не замечала странностей в его поведении. Последний раз разговаривала с ним ДД.ММ.ГГГГ, никаких странностей за ним не замечала. У нас был директор, предоставляли паспорт, трудовую книжку, проходили медосмотр.

Свидетели ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, которые работали или жили с ним непосредственно по соседству дали аналогичные показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО6 показания, указав, что не было оснований сомневаться в том, что умерший ФИО18 понимает значение своих действий и руководит ими.

Свидетель со стороны истца - ФИО13, также не смогла сказать, что умерший, который приходился ей дядей, не понимал значение своих действий и не мог руководить ими. И наоборот указала, что был тихий, спокойный, будто ушедший в себя, ни с кем не разговаривал, сам по себе был. Был слабенький, но нормальный, ходил. ДД.ММ.ГГГГ она видела, ходили проведывали его, когда тетя умерла ДД.ММ.ГГГГ на 52 день они его проведывали. Когда тетя болела до смерти его привели к тете, а когда после смерти тети на 52 дня они к нему ходили. У него хронический бронхит, был работящий. О том, что он лежал в психиатрической больнице ДД.ММ.ГГГГ она узнала от отца, когда ей было 30 лет. О том, как составлялось завещание, она ничего не знает.

То есть, свидетель со стороны истца видела своего дядю за несколько дней до подписания завещания и он был в нормальном состоянии беседовал с ними и она никаких психических нарушений у него не заметила.

Эти показания свидетелей в полной мере согласуются с другим доказательством по делу – объяснениями ответчика, прожившего и ухаживавшего за умершим более трех десятков лет, о том, что умерший ФИО18 был психически здоров.

Соответственно, оценивая представленные суду доказательства, как в отдельности, так и в их совокупности, учитывая принцип диспозитивности и тот факт, что суд не имеет права за истца и его представителей собирать доказательства, приходит к выводу, что основание поданного иска о том, что наследодатель в момент составления завещания находился в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, не нашло подтверждения в судебном заседании.

Суд оценивает показания вышеуказанных свидетелей, как надлежащее доказательство способности ФИО18 в момент подписания завещания способности понимать значение своих действий и руководить ими, при этом суд учитывает, что было допрошено большое количество свидетелей, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований подозревать их в заинтересованности в исходе дела не имеется. Они согласуются как между собой, так и пояснениями ответчика.

Вторым основанием поданного иска о признании завещания недействительным было утверждение истца о том, что умерший ФИО18 не подписывал завещание.

Согласно заключению эксперта Научно-образовательного центра судебной экспертизы и экспертных исследований Северо-Кавказского Федерального университета ФИО22 №235-Э-19 от 04 декабря 2019 г., проводившего судебную почерковедческую экспертизу, назначенную судом по ходатайству представителей истца следует, что рукописный текст: «ФИО18», расположенный ниже машинописного текста: «Текст завещания записан с моих слов нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью мной прочитано в присутствии нотариуса, в чем ниже собственноручно подписываюсь:», на лицевой стороне завещания № от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО18, выполнен ФИО18; подпись: «Шаманов», расположенная ниже машинописного текста: «Текст завещания записан с моих слов нотариусом верно, до подписания завещания оно полностью мной прочитано в присутствии нотариуса, в чем ниже собственноручно подписываюсь:», на лицевой стороне завещания № от ДД.ММ.ГГГГ от имени ФИО18, выполнена ФИО18. Признаков подражания или выполнения исследуемой подписи намеренно измененным почерком, не выявлено, как и признаков выполнения исследуемой подписи в необычном психофизическом состоянии, а имеются признаки свидетельствуют о выполнении исследуемого рукописного текста и подписи лицом пожилого(или старческого) возраста.

Указанное заключение судебной экспертизы в полной мере соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку подготовлено компетентным экспертом в соответствующей области знаний, которому были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, и который был в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При даче заключения приняты во внимание имеющиеся в материалах дела документы, проведенный экспертный анализ основан на специальной литературе, даны ответы на все поставленные судом вопросы. Оснований сомневаться в объективности и беспристрастности эксперта у суда не имеется.

По ходатайству представителей истца, в связи с возникшими вопросами был допрошен эксперт ФИО22, который проводил судебную экспертизу и дал исчерпывающий ответ на доводы представителей о неисследованности некоторых образцов почерка, указав, что они за давностью их изготовления не пригодны для сравнительного анализа. Учитывая то, что заключение ясное, полное оснований для назначения повторной экспертизы и увеличения судебных расходов стороны, суд не нашел.

С выводами эксперта согласуются все остальные доказательства, в частности показания свидетеля ФИО1, присутствовавшего при подписании ФИО18 спорного завещания, который в судебном заседании однозначно подтвердил, что когда они с нотариусом зашли в дом умершего, сели, из соседней комнаты вышел сам ФИО18, присел. У него рука дрожала, несколько раз потренировался на бумаге, нотариус объясняла ФИО23, что такое завещание и что если с ним что-то случится, эта недвижимость перейдет к его супруге. Она спросила и на карачаевском и на русском языке, понимает ли он что делает? Тот сказал, что понимает и расписался.

Как установлено в судебном заседании, требования к завещанию от имени ФИО18 в пользу ФИО17, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом в части формы, подписания его и удостоверения соблюдено, поскольку оно совершено в письменной форме, удостоверено нотариусом Зеленчукского нотариального округа Карачаево-Черкесской Республики, все требования к содержанию завещания соблюдены, завещание собственноручно подписано завещателем в присутствии нотариуса, личность завещателя нотариусом установлена, его дееспособность проверена.

Иных доказательств, влияющих на законность оспариваемого завещания, суду не представлено. Каких либо нарушений ст.168 и ч.1 ст. 177 ГК РФ, судом не установлено. Оспариваемое истцом завещание было составлено в письменном виде, имеется указание на место и время его составления, собственноручно подписано завещателем и нотариально удостоверено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований ФИО14 к ФИО17 об установлении факта родственных отношений ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ рождения и ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ рождения как родных братьев; признании недействительным завещания от имени ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО17, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Зеленчукского нотариального округа ФИО19, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Зеленчукский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено 3 марта 2020 года.

Судья подпись Н.Ю. Дотдаев