Приговор № 1-30/2020 1-487/2019 от 13 мая 2020 г. по делу № 1-30/2020

Дело № 1-30/2020


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

14 мая 2020 года г. Калининград

Судья Ленинградского районного суда г. Калининграда

ФИО1,

с участием государственных обвинителей – помощника прокурора Ленинградского района г. Калининграда Пономарёвой К.А. и старшего помощника прокурора Ленинградского района г. Калининграда Марусенко Э.Э.,

потерпевших – Г1 и Л1,

представителя потерпевшего Л1 – Г2, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности от 24 октября 2018 года,

подсудимого ФИО2,

защитника Лобаса М.М., представившего удостоверение № и ордер № от 01 ноября 2019 года,

при секретаре Тонян М.А.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты> имеющего на иждивении малолетнего сына П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> зарегистрированного и проживающего в <адрес>, содержащегося под стражей с 17 июня 2019 года,

обвиняемого в совершении трех эпизодов преступлений, предусмотренных ст. 160 ч. 3 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 присвоил, то есть похитил вверенное ему чужое имущество, принадлежащее Л1, в крупном размере.

Кроме того, ФИО2 присвоил, то есть похитил вверенное ему чужое имущество, принадлежащее Г1, причинив последнему значительный ущерб.

Кроме того, ФИО2 присвоил, то есть похитил вверенное ему чужое имущество, принадлежащее Э1. (ФИО8), причинив последней значительный ущерб.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

1) ФИО2, 10 мая 2018 года (точное время следствием не установлено), фактически исполняя обязанности генерального директора ООО <данные изъяты>, ИНН №, обладая, таким образом, в соответствии с Уставом ООО <данные изъяты> организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в указанном Обществе, а именно: без доверенности действовать от имени Общества, представлять его интересы и совершать сделки; выдавать доверенности на право представительства от имени Общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издавать приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе, увольнении; применять меры поощрения и налагать дисциплинарные взыскания; обеспечивать соответствие сведений об участниках Общества и о принадлежности в долях или частях долей в уставном капитале Общества, о долях или частях долей, принадлежащих Обществу, сведениям, содержащимся в едином государственном реестре юридических лиц и нотариально удостоверенным сделкам по переходу долей в уставном капитале Общества, о которых стало известно Обществу; осуществлять иные полномочия, не отнесенные Федеральным законом и Уставом Общества к компетенции Общего собрания участников Общества, находясь в офисе ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, дал указание сотрудникам ООО «<данные изъяты>» заключить с Л1 договор поручения № от 10 мая 2018 и оформить акт приема-передачи к договору поручения № от 10 мая 2018 года на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, стоимостью 345 000 рублей, на основании которых Л1 передал сотрудникам ООО «<данные изъяты>» указанный автомобиль, продажной стоимостью 345 000 рублей, паспорт транспортного средства и ключ от автомобиля, тем самым передал указанный автомобиль для возможности демонстрации покупателям.

13 августа 2018 года около 15 час. 00 мин. сотрудники ООО «<данные изъяты>», находясь на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, действуя на основании п. 2.1.4. договора поручения № от 10 мая 2018 года, по согласованию с Л1 от имени последнего заключили с М договор купли-продажи транспортного средства № № от 13 августа 2018 года о продаже автомобиля марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, определив стоимость автомобиля в сумме 320 000 рублей, а в последующем самостоятельно решив продать данный автомобиль за 300 000 рублей. После этого М, передал сотрудникам ООО «<данные изъяты>» денежные средства в сумме 300 000 рублей, которые в последующем были переданы ФИО2 В свою очередь сотрудники ООО «<данные изъяты>» передали М паспорт транспортного средства, ключ от автомобиля, автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, на который 14 августа 2018 года в МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области М было оформлено право собственности.

После получения денежных средств в сумме 300 000 рублей, вырученных от реализации автомобиля марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак № у Е.И., фактически исполняющего обязанности генерального директора ООО «<данные изъяты>» ИНН №, находящегося на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, возник преступный умысел, направленный на хищение путем присвоения денежных средств, вырученных от реализации указанного автомобиля, принадлежащего Л1

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, находясь на торговой площадке ООО «<данные изъяты>» по адресу: <адрес>, денежные средства, вырученные от реализации автомобиля марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, Л1 не передал, тем самым их присвоил, причинив Л1 материальный ущерб в крупном размере на сумму 320 000 рублей. Похищенными денежными средствами ФИО2 распорядился по-своему усмотрению.

2) 17 марта 2018 года (точное время следствием не установлено) ФИО2, фактически исполняя обязанности генерального директора ООО «<данные изъяты>», ИНН №, обладая, таким образом, в соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>» организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в указанном Обществе, а именно: без доверенности действовать от имени Общества, представлять его интересы и совершать сделки; выдавать доверенности на право представительства от имени Общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издавать приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе, увольнении; применять меры поощрения и налагать дисциплинарные взыскания; обеспечивать соответствие сведений об участниках Общества и о принадлежности в долях или частях долей в уставном капитале Общества, о долях или частях долей, принадлежащих Обществу, сведениям, содержащимся в едином государственном реестре юридических лиц и нотариально удостоверенным сделкам по переходу долей в уставном капитале Общества, о которых стало известно Обществу; осуществлять иные полномочия, не отнесенные Федеральным законом и Уставом Общества к компетенции Общего собрания участников Общества, находясь в офисе ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, дал указание сотрудникам ООО «<данные изъяты>» заключить с Г1 договор поручения № от 17 марта 2018 года и оформить акт приема-передачи к договору поручения № от 17 марта 2018 года на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, стоимостью 265 000 рублей, на основании которых Г1 передал сотрудникам ООО «<данные изъяты>» указанный автомобиль, продажной стоимостью 265 000 рублей, свидетельство о регистрации транспортного средства, паспорт транспортного средства и ключ от автомобиля, тем самым передал им автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак № для возможности демонстрации покупателям.

08 сентября 2018 около 14 час. 00 мин., ФИО2, находясь на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, действуя на основании п. 2.1.4. договора поручения № от 17 марта 2018 года по согласованию с Г1, от имени последнего заключил с Х договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) № от 08 сентября 2018 года на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, при этом определив стоимость автомобиля в сумме 230 000 рублей. После этого Х передал ФИО2 денежные средства в сумме 230 000 рублей, а ФИО2, в свою очередь, передал Х паспорт транспортного средства, свидетельство о регистрации транспортного средства, ключ от автомобиля, автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, на который 15 сентября 2018 года в РЭГ ОГИБДД «Багратионовский» Х оформлено право собственности.

После получения денежных средств в сумме 230 000 рублей, вырученных от реализации автомобиля марки «<данные изъяты>,VIN: №, государственный регистрационный знак № у ФИО2, фактически исполняющего обязанности генерального директора ООО «<данные изъяты>», ИНН №, находящегося на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, возник преступный умысел, направленный на хищение путем присвоения денежных средств в сумме 230 000 рублей, вырученных от реализации указанного автомобиля, принадлежащего Г1

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, находясь на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, денежные средства в сумме 230 000 рублей, вырученные от реализации автомобиля марки «<данные изъяты>,VIN: №, государственный регистрационный знак №, Г1 не передал, тем самым их присвоил, причинив последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму. Похищенными денежными средствами в сумме 230 000 рублей ФИО2 распорядился по-своему усмотрению.

3) 14 июня 2018 года (точное время следствием не установлено) ФИО2, фактически исполняя обязанности генерального директора ООО «<данные изъяты>» ИНН №, обладая, таким образом, в соответствии с Уставом ООО «<данные изъяты>» организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями в указанном Обществе, а именно: без доверенности действовать от имени Общества, представлять его интересы и совершать сделки; выдавать доверенности на право представительства от имени Общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издавать приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе, увольнении; применять меры поощрения и налагать дисциплинарные взыскания; обеспечивать соответствие сведений об участниках Общества и о принадлежности в долях или частях долей в уставном капитале Общества, о долях или частях долей, принадлежащих Обществу, сведениям, содержащимся в едином государственном реестре юридических лиц и нотариально удостоверенным сделкам по переходу долей в уставном капитале Общества, о которых стало известно Обществу; осуществлять иные полномочия, не отнесенные Федеральным законом и Уставом Общества к компетенции Общего собрания участников Общества, находясь в офисе ООО «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, дал указание сотрудникам ООО «<данные изъяты>» заключить с Э1. (ФИО8) договор поручения № от 14 июня 2018 года и оформить акт приема-передачи к договору поручения № от 14 июня 2018 года на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, стоимостью 145 000 рублей, на основании которых Э1. (ФИО8) передала сотрудникам ООО «<данные изъяты>» указанный автомобиль продажной стоимостью 145 000 рублей, свидетельство о регистрации транспортного средства, паспорт транспортного средства и ключ от автомобиля, тем самым передала указанный автомобиль для возможности демонстрации покупателям.

19 сентября 2018 года около 16 час. 00 мин. сотрудники ООО «<данные изъяты>», находясь на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, действуя на основании п. 2.1.4. договора поручения № от 14 июня 2018 года без согласования с Э1. (ФИО8) от имени последней заключили с З2 в лице представителя З1 договор купли-продажи транспортного средства № № от 19 сентября 2018 года на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, при этом определив стоимость автомобиля самостоятельно без согласования с Э1. (ФИО8) в сумме 120 000 рублей. После этого З1 передала сотрудникам ООО «<данные изъяты>» денежные средства в сумме 120 000 рублей, которые в последующем были переданы ФИО2 В свою очередь, сотрудники ООО «<данные изъяты>» передали З1 свидетельство о регистрации транспортного средства, паспорт транспортного средства, ключ от автомобиля, автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, на который 27 сентября 2018 года в МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области З1, действующей в интересах З2, оформлено право собственности.

После получения денежных средств в сумме 120 000 рублей, вырученных от реализации автомобиля марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, у ФИО2, находящегося на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, возник преступный умысел, направленный на хищение путем присвоения денежных средств, вырученных от реализации автомобиля, принадлежащего Э1. (ФИО8).

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2, находясь на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: <адрес>, денежные средства, вырученные от реализации автомобиля марки ««<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, Э1. (ФИО8) не передал, тем самым их присвоил, причинив Э1. (ФИО8) значительный материальный ущерб на сумму 145 000 рублей. Похищенными денежными средствами ФИО2 распорядился по-своему усмотрению.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении преступлений, указанных в описательной части приговора, признал полностью, в содеянном раскаялся и пояснил, что он и Б были учредителями ООО «<данные изъяты>», которое занималось, в том числе, продажей автомобилей. В конце 2017 года Б вышел из состава учредителей, в связи чем он выплатил Б стоимость доли в сумме 500 000 рублей. После этого, 10 ноября 2017 года, он издал приказ за № о своем вступлении в должность генерального директора ООО «<данные изъяты>» на основании решения единственного участника Общества. Приказом от 10 ноября 2017 года за № Б был освобожден от занимаемой должности генерального директора. По разного рода причинам в налоговой инспекции они не зарегистрировали изменения в руководящем составе ООО «<данные изъяты>», но Общество продолжало свою деятельность, а он исполнял фактически обязанности генерального директора и был единственным сотрудником, который вел все дела в Обществе. Чтобы не приостанавливать деятельность Общества, Б выписал на него (ФИО2) доверенность, которую они заверили печатью Общества. Кроме того, они с Б договорились, что до регистрации необходимых документов в налоговой инспекции все договоры будут заключаться от имени Б, на что последний согласился и оставил в его распоряжении печать организации. По штатному расписанию он (ФИО2) занимал в организации должность исполнительного директора. Кроме него (ФИО2) в ООО «<данные изъяты>» неофициально работал П2, который занимался оформлением договоров с клиентами. В мае 2018 года в ООО «<данные изъяты>» обратился Г, с которым он заключил договор на продажу принадлежавшего Л1 автомобиля марки «<данные изъяты>». Г передал ему автомобиль, ключ от замка зажигания, свидетельство о регистрации транспортного средства, копию паспорта транспортного средства. Он (ФИО2) должен был продать автомобиль за 345 000 рублей за вычетом комиссионного сбора. 13 августа 2018 года в ООО «<данные изъяты>» обратился М, который решил купить автомобиль «<данные изъяты>», принадлежащий Л1, но не за 345 000 рублей, а за 315 000 рублей. Он (ФИО2) созвонился с собственником автомобиля, которому сказал, что его автомобиль можно продать за 315 000 рублей, из которых 15 000 рублей будет составлять комиссионный сбор. Получив согласие от собственника, автомобиль «<данные изъяты>» был продан М за 315 000 рублей. С М был заключен договор купли-продажи, М передал ему 315 000 рублей, после чего в ПТС был внесен новый собственник автомобиля. Поскольку на тот момент организация испытывала финансовые затруднения, он договорился с Л1 о том, что передаст тому деньги в течение 10 дней, о чем написал расписку. Полученные от М деньги пошли на нужды организации, в связи с чем он не смог вовремя рассчитаться с Л1

Кроме того, в 2018 году в ООО «<данные изъяты>» обратился Г1, который хотел продать автомобиль марки «<данные изъяты>», в связи с чем был составлен договор поручения, по которому ООО «<данные изъяты>» должно было заняться поиском покупателей и продать автомобиль за 265 000 рублей, а Г1, в свою очередь, оставил на реализацию автомобиль и передал им ключи от автомобиля и документы. На автомобиль, принадлежащий Г1, достаточно долго не было покупателей. В сентябре 2018 года в ООО «<данные изъяты>» обратился Х, который осмотрев автомобиль «<данные изъяты>», выразил желание его приобрести, но попросил снизить сумму. Он (ФИО2) позвонил Г1, с которым договорился о снижении цены на автомобиль до 230 000 рублей. После этого был составлен договор купли-продажи, Х заплатил 230 000 рублей и забрал автомобиль. Поскольку финансовое положение Общества продолжало оставаться тяжелым, он (ФИО2) попросил у Г1 отсрочку платежа, но деньги Г1 вернуть так и не смог.

Кроме того, в 2018 году в ООО «<данные изъяты>» обратилась Э1. (ФИО8) с целью продажи автомобиля марки «<данные изъяты>» за 145 000 рублей. Э1. оставила свой автомобиль, для продажи которого были оформлены все необходимые документы. Автомобиль марки «<данные изъяты>» был продан З3 за 120 000 рублей. При этом снижение цены со 145 000 рублей до 120 000 рублей было согласовано с собственником. Денежные средства, полученный от продажи принадлежащего Э3. (Н) автомобиля, пошли на уплату долгов, в связи с чем он (ФИО2) не смог отдать Э3. (Н) деньги.

В счет возмещения ущерба он (ФИО2) перечислил потерпевшим Л1 и Г1 по 5000 рублей каждому и потерпевшей Э3. (Н ) – 10 000 рублей.

Кроме полного признания подсудимым ФИО2 своей вины, его виновность в совершении преступлений установлена доказательствами, представленными суду стороной обвинения, которые судом исследованы и оценены, в том числе показаниями свидетеля П2, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными с согласия сторон в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А., и показаниями свидетеля Б, допрошенного в судебном заседании.

Так, свидетель П2 показал, что ФИО2 он знает с 2014 года. В ноябре 2016 года он предложил ФИО2 и Б оказывать услуги по маркетингу и по продвижению услуг организации, на что те согласились, и он (П2) стал оказывать услуги ООО «<данные изъяты>», которое было создано в марте 2015 года учредителями Ш2., К, Б и ФИО2 С 2015 года по 2016 год генеральным директором Общества был К, затем с 2016 года по 2107 год – Б и с августа 2017 года генеральным директором стал ФИО2 В конце 2017 года ему (П2) стало известно, что Б вышел из состава ООО «<данные изъяты>», и ФИО2 остался единственным учредителем. Всю финансово-хозяйственную деятельность ФИО2 осуществлял лично, а он (П2) продолжал оказывать услуги по маркетингу и по продвижению услуг организации. После ухода Б у ООО «<данные изъяты>» финансовых обязательств перед кем-либо не было. С начала июня 2018 года начался упадок доходности в связи с отсутствием клиентов, но при этом ФИО2 все финансовые обязательства выполнял, но за счет каких средств, ему (П2) неизвестно. В период с 2017 года по 2018 год все договоры от имени Общества заключал ФИО2 В этот же период составлением договоров поручения и купли-продажи до января 2018 года занималась офис-менеджер Ш. После ухода Ш. оформлением договоров занимался К3, а после его ухода этим стал заниматься он (П2) по просьбе ФИО2 и сам ФИО2 В офисе ООО «<данные изъяты>» было четыре рабочих места, компьютерами были оборудованы место офис-менеджера и ФИО2 Печать ООО «<данные изъяты>» находилась у ФИО2 (№).

Свидетель Б показал, что в 2015 году было организовано ООО «<данные изъяты>». Учредителями Общества были он, Ш2., К, и ФИО2 Изначально генеральным директором ООО «<данные изъяты>» был К Через 4-5 месяцев Ш2. вышел из состава учредителей. В 2016 году из Общества ушел К, и он (Б) стал генеральным директором. Он и ФИО2 всю работу делали совместно, но руководство Обществом осуществлял он, а ФИО2 занимался выкупом, продажей автомобилей и оформлением документов. В конце 2017 года он (Б) вышел из состава Общества. Чтобы переоформить свою долю на супругу ФИО2, он (Б) обратился к нотариусу. Супруга ФИО2 должна была стать генеральным директором. Перед своим уходом он погасил все долги организации и расторгнул договор аренды на парковочные места. ФИО2 он оставил печать, сейф и ключ от сейфа. На момент его выхода предприятие было действующим, на реализации находились 12-15 автомашин. Через некоторое время он узнал, что его доля не была переоформлена на супругу ФИО2 После этого он забрал у ФИО2 печать, чтобы тот побыстрее надлежащим образом оформил предприятие. Вместе с ФИО2 они снова пошли к нотариусу. После этого он вернул ФИО2 печать. Никаких доверенностей на ФИО2 он не оформлял и не разрешал ФИО2 действовать от своего имени.

Кроме того вина ФИО2 в совершении преступлений, указанных в описательной части приговора, подтверждается материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А.:

протоколом выемки от 20 мая 2019 года, в соответствии с которым в МРИ ФНС России № 1 по Калининградской области, расположенной в доме № 10 «а» на ул. Мусоргского г. Калининграда, было изъято регистрационное дело ООО «<данные изъяты>» на 132 листах (№)

протоколом осмотра документов от 24 мая 2019 года, в соответствии с которым было осмотрено регистрационное дело ООО «<данные изъяты>», в котором, в том числе, содержится пояснительное письмо Б от 10 октября 2018 года, из которого следует, что в ноябре 2017 года он подал заявление об увольнении его с должности директора Общества и нотариальное заявление о выходе из состава учредителей второму учредителю ФИО2 На общем собрании учредителей были приняты оба его заявления и директором Общества был назначен ФИО2 Кроме того в регистрационном деле имеется приказ от 10 ноября 2017 года за № о вступлении ФИО2 в должность генерального директора ООО «<данные изъяты>» с 10 ноября 2017 года и приказ от 10 ноября 2017 года за № об освобождении Б от занимаемой должности генерального директора. В пункте 9 Устава ООО «№» указано, что единоличным исполнительным органом Общества является генеральный директор, который без доверенности действует от имени Общества, представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени Общества; издает приказы о назначении на должности работников Общества, об их переводе, увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания и т.п. (№).

По эпизоду с протерпевшим Л1 вина ФИО2 подтверждается показаниями потерпевшего Л1 и свидетеля М2, допрошенных в судебном заседании, и показаниями свидетелей К2 и П2, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными с согласия сторон в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А.

Так, потерпевший Л1 показал, что автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № был зарегистрирован на него, но фактически автомобилем пользовался его зять Г Чтобы продать автомобиль, они с зятем обратились в ООО «<данные изъяты>», где выставили автомобиль на продажу за 345 000 рублей. Все вопросы, связанные с продажей автомобиля, решал Г После заключения договора представителю фирмы были переданы автомобиль с ключом от замка зажигания. При заключении договора ФИО2 не было, и в офисе организации он (Л1) ФИО2 не видел. Снизить цену продажи автомобиля ООО «<данные изъяты>» могло только по согласованию с собственником. Впоследствии было согласовано снижение цены до 320 000 рублей. Он (Л1) в офисе организации был только один раз, в конце мая 2018 года, при заключении договора. Через какое-то время ему стало известно, что автомобиль продали, но деньги ему не передали, объясняя это временными трудностями. До настоящего времени материальный ущерб ему не возмещен.

Свидетель М показал, что в августе 2018 на сайте «Авито» он увидел объявление о продаже за 340 000 рублей автомобиля марки «<данные изъяты>, находившегося на автомобильной стоянке по адресу: <адрес>. 13 августа 2018 года он приехал на указанную стоянку, где увидел автомобиль марки «<данные изъяты>, в кузове <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. Осмотрев автомобиль, он высказал намерение его приобрести, но попросил снизить цену до 300 000 рублей. ФИО2 объяснил ему, что для решения вопроса о снижении цены необходимо время, чтобы согласовать этот вопрос с собственником автомобиля. После этого он (М) уехал с автомобильной стоянки, оставив свой контактный номер телефона. В этот же день, через некоторое время, ему на мобильный телефон позвонил молодой человек, как он узнал позже, П2, который сообщил, что владелец готов снизить цену продажи автомобиля до 300 000 рублей, и попросил через приложение «Вайбер» отправить копию гражданского паспорта, чтобы подготовить все необходимые для сделки документы. 13 августа 2018 года около 15 час. 00 мин. он приехал в офис ООО «<данные изъяты>», где оформил договор купли-продажи автомобиля и передал за автомобиль 300 000 рублей, но кому он передал деньги, не помнит. В договоре стоимость автомобиля была указана 50 000 рублей. ФИО2 пояснил ему, что такую сумму просил указать в договоре Л1

Свидетель К2 показал, что с конца марта 2018 года он оказывает помощь своему знакомому М, который является индивидуальным предпринимателем и занимается электромонтажом электросетей на различных строительных объектах. Ему известно, что в августе 2018 года на сайте «Авито» М увидел объявление о продаже за 340 000 рублей автомобиля марки «<данные изъяты>, находящегося на автостоянке по адресу: <адрес>. 13 августа 2018 года около 11 час. 00 мин. он (К2) и М приехали на автостоянку, где увидели автомобиль «<данные изъяты>», <данные изъяты>, цвет кузова синий, государственный регистрационный знак №. В этот же момент к ним подошел молодой человек, который представился Е, и пояснил, что занимается продажей данного автомобиля. Осмотрев автомобиль, М попросил снизить цену. Е сказал, что для этого ему нужно время, чтобы согласовать цену с хозяином автомобиля. После этого М оставил Е. свой контактный номер мобильного телефона, и они уехали. Со слов Е. они поняли, что он собственником автомобиля не являлся. Примерно, через час М позвонил молодой человек и сказал, что он созвонился с владельцем автомобиля, и тот готов снизить цену до 300 000 руб. Около 15 час. 00 мин. он и М снова приехали на автостоянку, где сразу же направились в офис ООО «<данные изъяты>». Е находился на улице и в офис не заходил. Зайдя в офис, он (К2) остановился возле стойки, расположенной напротив входа в помещение офиса, а М подошел к молодому человеку, сидевшему за столом, которому передал свой гражданский паспорт для оформления необходимых документов. Молодой человек составил договор купли-продажи между Л1 и М при участии оформителя - ООО «<данные изъяты>», в соответствии с которым Л1 продал М автомобиль марки <данные изъяты>, цвет кузова <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № Какая была указана цена автомобиля в договоре, он (К2) пояснить не может, так как детально договор не читал. Но он (К2) видел, что М передал молодому человеку 300 000 рублей, но при этом квитанцию о получении денежных средств М не выдали. Собственник автомобиля Л1 при них договор не подписывал. Кто ставил подпись от имени ООО «<данные изъяты>» и печать Общества в договоре купли-продажи, он (К2) сказать не может, так как на это внимание не обращал. Е в офисе в момент передачи денег не было. Е занимался автомобилем, поскольку у автомобиля сел аккумулятор. Через какое-то время Е зашел в офис и передал М ключи от автомобиля (№).

Свидетель П2 показал, что в августе в 2018 года в ООО «<данные изъяты>» по объявлению о продаже за 340 000 рублей автомобиля марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, обратился М, который вместе с ФИО2 осмотрел автомобиль, после чего попросил снизить цену автомобиля до 300 000 рублей. ФИО2 связался с собственником автомобиля, с которым согласовал снижение цены до 300 000 рублей. Затем ФИО2 попросил его (П2 оформить договор купли-продажи и полис ОСАГО. После этого М занимался завершением сделки с ФИО2 Договор купли-продажи от имени ООО «<данные изъяты>» подписывал ФИО2 Собственника автомобиля Л1 он (П2) никогда не видел. Каким образом М рассчитывался за автомобиль, он не знает, но с парковки М уехал на автомобиле марки «<данные изъяты>» (№)

Кроме того, вина ФИО2 в совершении преступления в отношении потерпевшего Л1 подтверждается также материалами уголовного дела, оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А.:

заявлением Г, действующего в интересах Л1, на имя начальника ОМВД России по Ленинградскому району г. Калининграда Б2 от 05 октября 2018 года о том, что 10 мая 2018 года Л1 заключил с ООО «<данные изъяты>» договор поручения для продажи автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №. ООО «<данные изъяты>» реализовало автомобиль в середине августа 2018 года, но денежные средства в сумме 320 000 рублей собственнику не возвратило (№);

протоколом выемки от 22 января 2019 года, в соответствии с которым в МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области были изъяты документы, послужившие основанием для производства регистрационных действий с автомобилем марки «<данные изъяты>, VIN: № (№);

протоколом осмотра документов от 08 мая 2019 года, в соответствии с которым были осмотрены документы, изъятые в МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области:

договор купли-продажи транспортного средства № от 13 августа 2018 года между Л1 и М В договоре в графе «Оформитель» имеется информация – ООО «<данные изъяты>», ИНН №, ОГРН №, адрес: <адрес>, и банковские реквизиты. В графах «Покупатель», «Продавец», «Оформитель» имеются визуально три разных подписи;

заявление в Госавтоинспекцию РП МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области от М о внесении изменений в регистрационные данные, в связи с изменением собственника транспортного средств;

копия паспорта транспортного средства № на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, из которого следует, что собственником этого автомобиля был Л1, а 14 августа 2018 года в ПТС был внесен в качестве собственника автомобиля М на основании договора купли-продажи от 13 августа 2018 года (№);

протоколом выемки от 25 января 2019 года, в соответствии с которым у М были изъяты автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №; ключ с брелоком автосигнализации, паспорт транспортного средства № и свидетельство о регистрации транспортного средства № (№);

протоколом осмотра предметов (документов) от 27 июня 2019 года, в соответствии с которым были осмотрены документы и ключ с брелоком автосигнализации, изъятые 25 января 2019 года в ходе выемки у М (№);

протоколом осмотра предметов (документов) от 08 мая 2019 года, в соответствии с которым был осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, изъятый 25 января 2019 года в ходе выемки у М (№);

заключением эксперта от 31 мая-03июня 2019 года за №, в соответствии с которым рыночная стоимость автомобиля марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, на период времени с 10 мая 2018 года по 13 августа 2018 года с учетом корректировки на дату оценки, с учетом корректировки на конструктивные особенности, с учетом корректировки на предпродажную подготовку автомобиля, с учетом корректировки на торг, на год выпуска и с учетом эксплуатационного износа составляет 316 402 рубля (№).

По эпизоду с протерпевшим Г1 вина ФИО2 подтверждается показаниями потерпевшего Г1, допрошенного в судебном заседании, и показаниями свидетелей Х и П2, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными с согласия сторон в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А.

Так, потерпевший Г1 показал, что в марте 2018 года на Интернет-сайте «Авито» он увидел объявление о продаже автомобилей через ООО «<данные изъяты>» с указанием контактного номера телефона. 17 марта 2018 года он позвонил в ООО «<данные изъяты>», сообщил сотруднику, что хочет продать свой автомобиль марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак № и договорился о встрече. В этот же день, 17 марта 2018 года, около 15 час. 00 мин. он приехал на автомобильную стоянку, расположенную по адресу: <адрес>, где располагался офис ООО «<данные изъяты>». Там он встретился с П2, с которым они осмотрели автомобиль и согласовали цену – 265 000 рублей. Затем они зашли в офис, где П2 на рабочем компьютере составил договор поручения от 17 марта 2018 года за № и акт приема-передачи автомобиля, которые он и П2 подписали. Договор поручения был составлен от имени ООО «<данные изъяты>» в лице Б В договоре была предусмотрена возможность снижать цену автомобиля по согласованию с собственником. После подписания договора он передал П2 оригинал ПТС, свидетельство о регистрации транспортного средства и ключ от замка зажигания и оставил автомобиль на стоянке. 08 сентября 2018 года ему позвонил незнакомый мужчина и сообщил, что хочет приобрести его автомобиль за 230 000 рублей, на что он (Г1) согласился. На следующий день, 09 сентября 2018 года, он позвонил П2 и спросил, когда можно забрать деньги за проданный автомобиль, на что П2 ответил, что надо немного подождать. 10 сентября 2018 года он (Г1) приехал на автомобильную стоянку, где встретился с П2, который сказал, что сделку по продаже автомобиля проводил ФИО2, и дал ему контактный номер последнего. Он неоднократно созванивался с ФИО2, пытаясь урегулировать возникшую ситуацию с деньгами. Он (Г1) позвонил также покупателю автомобиля Х, который сказал ему, что расплатился за автомобиль наличными деньгами, которые передал сотруднику фирмы. Он (Г1,) договор купли-продажи автомобиля не подписывал. 12 сентября 2018 года он приехал в офис ООО «<данные изъяты>», где встретился с П2 и ФИО2 После разговора П2 составил соглашение об отсрочке расчета за проданный автомобиль, в соответствии с которым не позднее 16 сентября 2018 года ему (Г1) выплатят 220 000 рублей, а 10 000 рублей составит комиссионный сбор за продажу автомобиля. Кроме того, ФИО2 написал ему расписку о получении денежных средств. Поскольку деньги за проданный автомобиль ему так и не отдали, 17 октября 2018 года он (Г1) обратился в Ленинградский районный суд г. Калининграда с иском к ООО «<данные изъяты>» о взыскании 220 000 рублей. Судом его иск был удовлетворен в полном объеме. Ущерб на сумму в 220 000 рублей является для него значительным, поскольку его средний заработок составляет, примерно, 45 000 рублей в месяц, а средний заработок супруги – 20 000-25 000 рублей.

Свидетель П2 показал, что в его присутствии в автосалоне ООО «<данные изъяты>» Г1 обращался к ФИО2 по поводу выплаты денежных средств за проданный автомобиль. Договор купли-продажи автомобиля, принадлежащего Г1, при нем не составлялся, как он был оформлен ему неизвестно. Кроме того, при нем (П2) ФИО2 написал Г1 расписку о выплате последнему денежных средств. Но, как ему стало известно, ФИО2 денежные средства Г1 так и не выплатил (№).

Свидетель Х показал, что 06 сентября 2018 года на Интернет- сайте «Авито» он увидел объявление от ООО «<данные изъяты>» о продаже автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, стоимостью около 258 000 рублей. В объявлении было указано, что автомобиль находится на автомобильной стоянке, расположенной по адресу: <адрес>. Около 09 час. 30 мин. 08 сентября 2018 года он позвонил по указанному в объявлении номеру телефона. В ходе телефонного разговора с мужчиной, который ему не представился, они договорились о встрече на автомобильной стоянке. Около 11 час. 00 мин. 08 сентября 2018 года он приехал на автомобильную стоянку, где встретился с мужчиной, который ему представился администратором ООО «<данные изъяты>», как стало известно позднее, это был ФИО2 Осмотрев автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, он сказал ФИО2, что желает приобрести этот автомобиль, но только за 230 000 рублей. ФИО2 сказал, что по вопросу снижения цены ему надо созвониться с собственником автомобиля. После этого ФИО2 зашел в офис, а когда вернулся, то сообщил, что собственник согласился снизить цену автомобиля до 240 000 рублей. Он (Х) согласился на данную цену и предложил оформить договор купли-продажи автомобиля. ФИО2 сказал ему, что ПТС на автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, находится дома у руководителя ООО «<данные изъяты>» и ему (ФИО2) необходимо за ним съездить. Они с ФИО2 договорились встретиться в этот же день в 14 час. 00 мин. в офисе ООО «<данные изъяты>», чтобы оформить договор купли-продажи автомобиля. После этого он (Х) поехал к банкомату, расположенному в <адрес>, где со своей банковской карты снял денежные средства в сумме 240 000 рублей. Около 14 час. 00 мин. 08 сентября 2018 года он снова приехал на автомобильную стоянку, где уже находился ФИО2 На автомобильной стоянке был припаркован автомобиль марки «<данные изъяты>», в кузове серебристо-голубого цвета, в котором находился ранее незнакомый мужчина. Он (Х) и ФИО2 зашли в офис ООО «<данные изъяты>», где Е.И. на рабочем компьютере составил два экземпляра договора купли-продажи автомобиля. Проверяя правильность сведений, указанных в договоре купли-продажи, он обнаружил номер телефона собственника автомобиля Г1, который записал в свой мобильный телефон. Обнаружив в договоре купли-продажи ошибки, он (Х) передал договор для исправления ФИО2, а сам вышел из офиса, чтобы позвонить Г1 Он позвонил Г1, которому сообщил, что собирается приобрести автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №. Кроме того, он (Х) уточнил у Г1, насчет цены автомобиля, на что последний сказал, что ему никто не звонил и о цене не договаривался. В ходе телефонного разговора он предложил Г1 купить его автомобиль за 230 000 рублей, на что Г1 согласился. Также он сообщил Г1 о том, что в настоящее время с сотрудником ООО «<данные изъяты>» заключает договор купли-продажи автомобиля и передает денежные средства в сумме 230 000 рублей наличными, которые Г1 сможет в течении часа забрать в офисе. Вернувшись в офис, он (Х) сообщил ФИО2 о том, что по телефону договорился с Г1 о покупке автомобиля за 230 000 рублей. ФИО2 внес в договор исправление и распечатал три экземпляра договора. Один экземпляр договора ФИО2 обещал передать Г1 В трех экземплярах договора № 08 сентября 2018 года ФИО2 расписался в строке «Оформитель», он (Х) также расписался во всех экземплярах. После этого ФИО2 сказал, что сейчас передаст экземпляры договора своему руководителю, который встретится с Г1 для подписания договора. ФИО2 вышел из офиса и пошел к автомобилю марки «<данные изъяты>», где находился мужчина, как ему стало известно позже, П2, которому ФИО2 передал экземпляры договора. Он не видел, чтобы П2 уезжал со стоянки, а слышал только шум двигателя. Примерно, через семь минут ФИО2 вернулся с тремя экземплярами договора № от 08 сентября 2018 года, в которых в графе «Продавец» стояла подпись. По его просьбе ФИО2 сделал ему копию договора купли-продажи, которую передал ему вместе с оригиналом. После этого ФИО2 сказал ему, что свидетельство о регистрации транспортного средства на автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, находится у руководителя ООО «<данные изъяты>» и предложил ему приехать в офис за свидетельством 10 сентября 2018 года. Он (Х) с этим не согласился, и тогда ФИО2 позвонил кому-то, после чего сообщил, что его сопроводят к месту, где передадут свидетельство о регистрации транспортного средства. Около 15 час. 30 мин. 08 сентября 2018 года на стоянку приехал автомобиль марки «<данные изъяты>», за рулем которого, со слов ФИО2, находилась жена руководителя ООО «<данные изъяты>». В офисе ООО «<данные изъяты>» он (Х) передал ФИО2 230 000 рублей наличными, а ФИО2, в свою очередь, передал ему оригинал ПТС и один комплект ключей от автомобиля. В его присутствии ФИО2 разделил переданные им денежные средства на две пачки, одну из которых положил в сейф, а вторую передал П2 После этого он вышел на улицу, где его ждала жена руководителя ООО «<данные изъяты>», сел за руль автомобиля марки «<данные изъяты>», на котором поехал за автомобилем марки «<данные изъяты>». Они приехали к дому № на <адрес>. Супруга руководителя ООО «<данные изъяты>» зашла в указанный дом и через некоторое время вынесла ему свидетельство на автомобиль марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №. После этого он позвонил Г1 и сообщил о том, что получил все документы на автомобиль, а денежные средства в сумме 230 000 рублей передал ФИО2 11 сентября 2018 года Г1 написал ему о возникшем недопонимании с ООО «<данные изъяты>» и попросил прислать копию договора купли-продажи, что он и сделал (№).

Кроме того, вина ФИО2 в совершении преступления в отношении потерпевшего Г1 подтверждается также материалами уголовного дела, оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А.:

протоколом принятия устного заявления о преступлении от 01 марта 2019 года, в соответствии с которым Г1 сообщил о том, что 17 марта 2018 года он заключил с ООО «<данные изъяты>» договор об оказании услуги по продаже автомобиля марки «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № на сумму 230 000 рублей. В последующем указанный автомобиль сотрудниками ООО «<данные изъяты>» был продан, но денежные средства ему не переданы (№);

протоколом осмотра места происшествия от 19 марта 2019 года, согласно которому в служебном кабинете № ОМВД России по Ленинградскому району г. Калининграда по адресу: <...>, у Х были изъяты: паспорт транспортного средства № на автомобиль марки «<данные изъяты>», <данные изъяты>, VIN: №; договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) № от 08 сентября 2018 года (№);

протоколом осмотра документов от 16 июля 2019 года, согласно которому были осмотрены:

паспорт транспортного средства № на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, из которого следует, что собственником этого автомобиля был Г1, а 15 сентября 2018 года в ПТС был внесен в качестве собственника автомобиля Х на основании договора купли-продажи транспортного средства № от 08 сентября 2018 года;

договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) № от 08 сентября 2018 года между Г1 (Продавец) и Х (Покупатель) и ООО «<данные изъяты>» в лице исполнительного директора ФИО2 (Оформитель). В договоре в графе «Оформитель» имеется информация – ООО «<данные изъяты>», ИНН №, ОГРН №, адрес: <адрес>, и банковские реквизиты. В графах «Покупатель», «Продавец», «Оформитель» имеются визуально три разных подписи (№);

протоколом выемки от 21 мая 2019 года, согласно которому у потерпевшего Г1 изъяты: расписка о получении денежных средств от 12 сентября 2018 года; соглашение об отсрочке расчета за проданный автомобиль от 12 сентября 2018 года; договор поручения № от 17 марта 2018 года; акт приема-передачи автомобиля к договору поручения № от 17 марта 2018 года (№);

протоколом осмотра документов от 24 мая 2019 года, согласно которому были осмотрены документы, изъятые 21 мая 2019 года в ходе выемки у потерпевшего Г1:

расписка в получении денежных средств от 12 сентября 2018 года, в соответствии с которой ФИО2 получил от Г1 220 000 рублей;

соглашение об отсрочке расчета за проданный автомобиль от 12 сентября 2018 года, в соответствии с которым генеральный директор ООО «<данные изъяты>» ФИО2 подтверждает, что расчет с Г1 за проданный автомобиль будет произведен не позднее 16 сентября 2018 года в размере 220 000 рублей;

договор поручения № от 17 марта 2018 года, в соответствии с которым ООО «<данные изъяты>» в лице генерального директора Б и Г1 заключили договор, по которому ООО «<данные изъяты>» принимает на себя обязательство возмездно представлять интересы Г1 по поиску покупателя на автомобиль «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак № за 250 000 рублей;

акт приема-передачи автомобиля к договору поручения № от 17 марта 2018 года, в соответствии с которым Г1 передал, а ООО «<данные изъяты>» в лице Б приняло автомобиль в соответствии с условиями договора поручения (№);.

протоколом осмотра места происшествия от 29 мая 2019 года, согласно которому у <адрес> у свидетеля Х изъят автомобиль марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак № (№)

протоколом осмотра предметов от 29 мая 2019 года, согласно которому был осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, изъятый у свидетеля Х (№);

протоколом выемки от 06 сентября 2019 года, согласно которому у свидетеля Х изъяты свидетельство о регистрации № №, ключ от автомобиля марки «<данные изъяты>» (№);

протоколом осмотра предметов и документов от 06 сентября 2019 года, согласно которому были осмотрены свидетельство о регистрации № №, ключ от автомобиля марки «<данные изъяты>», изъятые у свидетеля Х (№);.

заключением эксперта от 31 мая-03 июня 2019 года за №, в соответствии с которым стоимость автомобиля марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, на 17 марта 2018 года с учетом корректировки на дату оценки, с учетом корректировки на конструктивные особенности, с учетом корректировки на предпродажную подготовку автомобиля, с учетом корректировки на торг, на год выпуска и с учетом эксплуатационного износа составляет 229 407 рублей (№).

По эпизоду с протерпевшей Э1. (Н) вина ФИО2 подтверждается показаниями потерпевшей Э1. (Н) и свидетелей Э2 и З1, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными с согласия сторон в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А.

Так, потерпевшая Э1. (ФИО8) показала, что в мае 2016 года она приобрела автомобиль марки «Фольксваген <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № за 110 000 рублей. В период времени с 12 мая по 14 июня 2018 года, заезжая в город, она увидела большую афишу, с рекламой, абонентскими номерами телефонов и с адресом ООО «<данные изъяты>». 14 июня 2018 года она приехала в офис «<данные изъяты>», где обсудила детали продажи своего автомобиля с двумя директорами данной фирмы - с ФИО2 и П2, а затем заключила договор поручения № от 14 июня 2018, на основании которого ООО «<данные изъяты>» в лице директора по продажам ФИО2, действующего на основании доверенности, с одной стороны, и ФИО8, являющаяся доверителем, с другой стороны, заключили договор, по которому она поручает, а компания принимает на себя обязательство безвозмездно представлять ее интересы по поиску покупателя на принадлежащее ей транспортное средство – автомобиль по согласованной с ней (Э1. (ФИО8) цене. При заключении указанного договора она передала сотруднику ООО «<данные изъяты>» оригиналы документов на свой автомобиль и сам автомобиль. До настоящего времени ей денежные средства за указанный автомобиль не выплачены (№).

Свидетель Э2 показала, что Э1. приходится ей сестрой. С августа 2016 года до лета 2017 года сестра проживала в <адрес>. Примерно в 2016 году сестра приобрела автомобиль марки «<данные изъяты>». В 2017 году сестра приехала в <адрес> на постоянное место жительства, а свой автомобиль оставила в <адрес>. В мае 2018 сестра поехала в <адрес>, чтобы продать свой автомобиль. В <адрес> сестра заключила договор с ООО «<данные изъяты>» об оказании услуг по продаже своего автомобиля за 145 000 рублей, после чего оставила автомобиль на одной из специализированных стоянок ООО «<данные изъяты>» и вернулась в <адрес>. С сотрудниками ООО «<данные изъяты>» сестра регулярно созванивалась, а с сентября 2018 года сотрудники ООО «<данные изъяты>» отключили свои мобильные телефоны и перестали выходить на связь №).

Свидетель З1 показала, что на Интернет-сайте «Авито» она нашла объявление о продаже за 145 000 рублей автомобиля марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак № Это объявление было размещено ООО «<данные изъяты>». Она позвонила своему знакомому, который дал ей номер телефона П2, работавшему в ООО «<данные изъяты>». 19 сентября 2018 года она позвонила П2 и договорилась с ним о встрече, чтобы посмотреть заинтересовавший ее автомобиль. 19 сентября 2018 года около 14 час. 00 мин. она (З1) приехала в офис ООО «<данные изъяты>», расположенный по адресу: <адрес>, где ее встретил П2, с которым они осмотрели автомобиль марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. Через некоторое время на стоянку ООО «<данные изъяты>» приехал ФИО2, а она и П2 на автомобиле марки «<данные изъяты>» поехали в автосервис на диагностику, после которой П2 на автомобиле уехал на стоянку, а она поехала смотреть другой автомобиль. После этого около 16 час. 00 мин. 19 сентября 2018 года она вернулась на автомобильную стоянку ООО «<данные изъяты>» и сообщила П2, что согласна приобрести автомобиль марки «<данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. В офисе на рабочем компьютере П2 составил договор купли-продажи транспортного средства № от 19 сентября 2018 года между ее матерью З2 (покупатель) и ФИО8 (продавец) и ООО «<данные изъяты>» в лице исполнительного директора ФИО2 (оформитель). Согласно данному договору З2 приобретает у ФИО8 автомобиль марки «<данные изъяты>» за 120 000 рублей. Не смотря на то, что договор был составлен на имя ее матери, денежные средства в сумме 120 000 рублей принадлежали ей и фактически автомобиль приобретался для нее. После оформления договора П2 передал ей оригинал ПТС автомобиля марки «<данные изъяты>», два ключа от данного автомобиля, оригинал свидетельства о регистрации ТС. После этого она передала П2 наличные денежные средства в сумме 120 000 рублей, затем забрала со стоянки ООО «<данные изъяты>» автомобиль марки «<данные изъяты>» и уехала. 27 сентября 2018 года она вместе со своей матерью приехали в МРЭО ГИБДД, расположенное по адресу: <...> «з», где переоформили документы на автомобиль, который впоследствии она передала своему знакомому С, поскольку у нее нет водительских прав. В феврале 2019 года ей (З1) позвонили сотрудники полиции и сообщили, что собственник указанного автомобиля написала заявление в полицию по факту мошеннических действий, что якобы она автомобиль никому не продавала (№).

Кроме того, вина ФИО2 в совершении преступления в отношении потерпевшей Э1. подтверждается также материалами уголовного дела, оглашенными в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя Пономаревой К.А.:

заявлением Э1. на имя начальника ОМВД России по Шпаковскому району Л2 от 21 января 2019 года о том, что 14 июня 2018 года она передала сотрудникам ООО «<данные изъяты>» г. Калининграда П2 и ФИО2 свой автомобиль марки «<данные изъяты>, на продажу. До настоящего времени она не знает, что с ее автомобилем. П2 и ФИО2 на связь не выходят (№

протоколом осмотра места происшествия от 25 февраля 2019 года, согласно которому у З1 изъят паспорт транспортного средства № на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак № (№);

протоколом осмотра документов от 15 сентября 2019 года, согласно которому был осмотрен паспорт транспортного средства № на автомобиль марки «<данные изъяты>», <данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №. Собственником указанного автомобиля была ФИО8, а 27 сентября 2018 года в ПТС был внесена в качестве собственника автомобиля на основании договора купли-продажи от 19 сентября 2018 года З2 (№);

протоколом выемки от 22 мая 2019 года, согласно которому в МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области, расположенном по адресу: <...> «з», изъяты документы: свидетельство о регистрации транспортного средства на имя ФИО8 серии №; чек об оплате от 27 сентября 2018 года; заявление от З2 о смене собственника; договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) № 19 сентября 2018 года; копия паспорта транспортного средства № (№);.

протоколом осмотра документов от 24 мая 2019 года, согласно которому были осмотрены документы, изъятые 22 мая 2019 года в МРЭО ГИБДД УМВД России по Калининградской области:

свидетельство о регистрации транспортного средства на имя Н2 серии № на автомобиль марки «<данные изъяты> выпуска, VIN: №, государственный регистрационный знак №;

чек об оплате от 27 сентября 2018 года;

заявление от З2 от 19 сентября 2018 года за № о перерегистрации автомобиля марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №;

договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) № от 19 сентября 2018 года между ФИО8 (продавец) и З2 (покупатель) и ООО «<данные изъяты>» в лице исполнительного директора ФИО2 (Оформитель). В договоре в графе «Оформитель» имеется информация – ООО «<данные изъяты>», ИНН №, ОГРН №, адрес: <адрес>, и банковские реквизиты. В графах «Покупатель», «Продавец», «Оформитель» имеются визуально три разных подписи;

копия паспорта транспортного средства № на автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: № (№);

протоколом выемки от 19 сентября 2019 года, согласно которому у З1 изъят автомобиль марки <данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак № (№);

протоколом осмотра предметов от 19 сентября 2019 года, согласно которому был осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, изъятый в ходе выемки у З1 №);

заключением эксперта от 31 мая-03 июня 2019 года за №, в соответствии с которым стоимость автомобиля марки «<данные изъяты>, VIN: №, государственный регистрационный знак №, на июнь 2018 года с учетом корректировки на дату оценки, с учетом корректировки на конструктивные особенности, с учетом корректировки на предпродажную подготовку автомобиля, с учетом корректировки на торг, на год выпуска и с учетом эксплуатационного износа составляет 135 787 рублей (№).

В ходе судебного следствия государственный обвинитель Пономарёва К.А. скорректировала предъявленное ФИО2 в ходе предварительного следствия обвинение, согласно которому ФИО2 совершал преступления, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>». После исследования всех доказательств государственный обвинитель Пономарева К.А. пришла к следующим выводам.

Из показаний подсудимого ФИО2 и свидетеля Б следует, что в 2015 году они совместно с К и Ш2. учредили ООО «<данные изъяты>», основным видом деятельности которого являлась розничная продажа подержанных автомобилей. Осенью 2015 года из состава учредителей вышел Ш2., а в начале 2016 года из состава учредителей вышел К и решением общего собрания Б назначили на должность генерального директора. ФИО2 был соучредителем, с разделением долей 50% на 50%. В декабре 2017 года Б решил выйти из состава учредителей и уволиться с должности генерального директора Общества. В связи с этим Б продал свою долю в Обществе ФИО2 и подал документы в МИ ФНС России № 1 по Калининградской области для перехода полномочий генерального директора от него (Б) П3 (супруге ФИО2). Однако, как потом стало известно Б, переход полномочий директора и регистрация в МИ ФНС России № 1 по Калининградской области не были завершены, так как П3 не явилась в налоговый орган. После декабря 2017 года Б никакого отношения к деятельности ООО «<данные изъяты>» не имел, договоры и иные финансово-хозяйственные документы не подписывал.

Аналогичные показания в ходе предварительного расследования давал свидетель П2, указывая, что в конце 2017 года от Б и ФИО2, ему стало известно о том, что Б вышел из состава ООО «<данные изъяты>» и ФИО2 остался единственным учредителем. Всю финансово-хозяйственную деятельность ФИО2, осуществлял лично.

Кроме того, в материалах уголовного дела имеется письмо Б в адрес МИ ФНС России № 1 по Калининградской области (№) в котором он указывает, что в ноябре 2017 года им было подано заявление об увольнении с должности директора ООО «<данные изъяты>», а также нотариальное заявление о выходе из состава учредителей указанного общества второму учредителю ФИО2 На общем собрании учредителей были приняты оба заявления и новым директором общества был назначен ФИО2 В томе № на л.д. № имеется приказ № № от 10 ноября 2017 года о вступлении в должность генерального директора ООО «<данные изъяты>» ФИО2

На основании изложенного, а также, исходя из совокупности исследованных в судебном заседании доказательств государственный обвинитель Пономарёва К.А. пришла к выводу о том, что не смотря на то, что полномочия ФИО2 в качестве генерального директора ООО «<данные изъяты>» не были оформлены надлежащим образов в МИ ФНС России № 1 по Калининградской области, тем не менее ФИО2 фактически исполнял обязанности генерального директора указанной коммерческой организации и являлся единственным учредителем общества.

Государственный обвинитель Пономарёва К.А. изменила предъявленное ФИО2 органами предварительного следствия обвинение по всем эпизодам, из которого следовало, что ФИО2 совершал преступления, являясь генеральным директором ООО «<данные изъяты>», и просила в фабуле совершенных преступлений указать, что ФИО2 совершил преступления в отношении Л1, Г1 и Э1. (ФИО8), фактически исполняя обязанности генерального директора ООО «<данные изъяты>» и, обладая, таким образом, в соответствии с Уставом Общества организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями.

Органы предварительного следствия при описании преступного деяния, совершенного ФИО2 в отношении потерпевшего Л1, в последнем абзаце предъявленного обвинения указали, что ФИО2 денежные средства, вырученные от продажи автомобиля марки «<данные изъяты>, VIN №, государственный регистрационный знак №, Л1 не передал, тем самым их присвоил.

Государственный обвинитель Пономарёва К.А. просила суд признать это технической ошибкой.

Органы предварительного следствия квалифицируют действия ФИО2 по эпизоду с потерпевшей Э1. (ФИО8) по ст. 160 ч. 3 УК РФ – присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданину.

Государственный обвинитель Пономарёва К.А. просила суд исключить из обвинения ФИО2 по эпизоду с потерпевшей Э1. (ФИО8) квалифицирующий признак – использование своего служебного положения, поскольку при описании преступного деяния указанный квалифицирующий признак не указан и объективная сторона этого квалифицирующего признака в предъявленном ФИО2 обвинении не расписана. Государственный обвинитель Пономарёва К.А. просила суд переквалифицировать действия ФИО2 по эпизоду с потерпевшей Э1. (ФИО8) со ст. 160 ч. 3 УК РФ на ст. 160 ч. 2 УК РФ.

В связи с этим суд в соответствии со ст. 252 УПК РФ проводит судебное разбирательство в отношении обвиняемого только по предъявленному ему обвинению с учетом указанной позиции государственного обвинителя. Скорректированное государственным обвинителем обвинение не изменяет фактических обстоятельств дела и не ухудшает положение подсудимого ФИО2

Суд соглашается с мнением государственного обвинителя о том, что при описании преступного деяния, совершенного ФИО2 в отношении потерпевшего Л1, органом предварительного расследования была допущена техническая ошибка в последнем абзаце предъявленного обвинения в указании марки реализованного автомобиля и его идентификационных признаков.

Органы предварительного следствия квалифицируют действия ФИО2 по эпизоду с потерпевшим Л1 по ст. 160 ч. 3 УК РФ – присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

По эпизоду с потерпевшим Г1 органы предварительного следствия квалифицируют действия ФИО2 по ст. 160 ч. 3 УК РФ – присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданину.

В соответствии с пунктом 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года за № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, присвоения или растраты следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным п. 1 примечаний к статье 201 УК РФ.

Таким образом, для признания преступления, совершенного с использованием обвиняемым своего служебного положения, необходимо использование этим лицом для совершения хищения своих служебных полномочий, включающих организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции.

Организационно-распорядительные функции включают в себя руководство коллективом, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы подчиненных, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий. К организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия.

К административно-хозяйственным функциям могут быть, в частности, отнесены полномочия должностного (иного) лица по управлению и распоряжению имуществом и денежными средствами, находящимися на балансе и банковских счетах организаций и учреждений, а также совершение иных действий: принятие решений о начислении заработной платы, премий, осуществление контроля за движением материальных ценностей, определение порядка их хранения и т.д.

Из предъявленного ФИО2 обвинения следует, что он фактически исполнял обязанности генерального директора ООО «<данные изъяты>», в связи с чем обладал в соответствии с Уставом Общества организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями. После получения денежных средств, вырученных от реализации автомобилей, принадлежащих Л1 и Г1, у ФИО2, фактически исполняющего обязанности генерального директора, находящегося на торговой площадке ООО «<данные изъяты>», возник преступный умысел, направленный на хищение путем присвоения этих денежных средств. Реализуя задуманное, ФИО2 денежные средства Л1 и Г1 не передал, тем самым их присвоил, причинив Л1 материальный ущерб в крупном размере в сумме 320 000 рублей, а Г1 материальный ущерб в значительном размере в сумме 230 000 рублей.

Суд приходит к выводу о том, что по эпизодам в отношении потерпевших Л. и Г1 объективная сторона квалифицирующего признака – использование лицом своего служебного положения в предъявленном ФИО2 обвинении органом предварительного следствия не расписана. Из фабулы совершенных ФИО2 преступлений в отношении потерпевших Л и Г1 неясно, каким образом фактическое исполнение ФИО2 обязанностей генерального директора ООО «<данные изъяты>» позволило ему совершить присвоение денежных средств с использованием своего служебного положения.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым исключить из обвинения ФИО2 по эпизодам с потерпевшими Л1 и Г1 квалифицирующий признак – использование своего служебного положения.

Суд считает, что виновность ФИО2 в совершении преступлений, указанных в описательной части приговора, подтверждается всей совокупностью исследованных по делу доказательств, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Как следует из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года за № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», противоправное, безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться судами как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества (п. 23).

При рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных статьей 160 УК РФ, судам следует иметь в виду, что присвоение состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли собственника. Присвоение считается оконченным преступлением с того момента, когда законное владение вверенным лицу имуществом стало противоправным, и это лицо начало совершать действия, направленные на обращение указанного имущества в свою пользу (п. 24).

Потерпевшие Л1, Г1 и Э1. (ФИО8) добровольно передали ООО «<данные изъяты>» свои автомобили на реализацию. После продажи автомобилей потерпевших, находивших в правомерном владении ООО «<данные изъяты>», у ФИО2, фактически исполняющего обязанности генерального директора Общества, возник умысел на присвоение денежных средств, вырученных от реализации автомобилей. ФИО2 денежные средства потерпевшим не передал, а присвоил, то есть похитил вверенные ему денежные средства, после чего распорядился ими по своему усмотрению, то есть обратил эти денежные средства в свою пользу против воли собственников. При этом автомобиль, принадлежащий Л1, был реализован за 300 000 рублей, не смотря на то, что потерпевший выразил согласие снизить цену для продажи автомобиля с 345 000 рублей до 320 000 рублей, а за автомобиль, принадлежащий Э1. (ФИО8), цена для продажи без согласования с потерпевшей была снижена со 145 000 рублей до 120 000 рублей.

В результате совершенного ФИО2 преступления потерпевшему Л1 причинен материальный ущерб в сумме 320 000 рублей, что в соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ признается крупным размером.

Квалифицирующий признак – причинение значительного ущерба гражданину по эпизодам с потерпевшими Г1 и Э1. (ФИО8) вменен ФИО2 обоснованно, с учетом суммы похищенных денежных средств и материального положения потерпевших.

Действия ФИО2 по эпизоду с потерпевшим Л1 суд квалифицирует по ст. 160 ч. 3 УК РФ, как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, в крупном размере.

Действия ФИО2 по эпизодам с потерпевшими Г1 и Э1. (ФИО8) суд квалифицирует по ст. 160 ч. 2 УК РФ, как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с причинением значительного ущерба гражданину – по каждому эпизоду.

При назначении наказания ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, суд не усматривает.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, суд в соответствии со ст. 61 ч. 1 п. «г» УК РФ признает наличие на иждивении малолетнего сына П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Кроме того, суд принимает во внимание состояние здоровья ФИО2, а также то, что он ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления и двух преступлений средней тяжести против собственности, полностью признал свою вину, чистосердечно раскаялся в содеянном, характеризуется исключительно положительно, в том числе, своей матерью П1, до ареста работал, арендуя автомобиль на основании договора № проката транспортного средства без водителя от 03 декабря 2018 года.

Учитывает суд и состояние здоровья матери подсудимого – П1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, у которой имеются проблемы с опорно-двигательной системой, в связи с чем она нуждается в <данные изъяты>, и состояние здоровья бабушки подсудимого Е., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, страдающей хроническими заболеваниями, перенесшей операцию по <данные изъяты>, за которой ФИО2 ухаживал и оказывал помощь вместе со своей матерью, поскольку бабушка не может передвигаться самостоятельно.

Принимает суд во внимание и то обстоятельство, что 15 февраля 2019 года прекращен брак между ФИО2 и П3. В настоящее время бывшая супруга ФИО2 – П3 по заключенному на два года контракту работает в <адрес>, в <адрес>, в связи с чем малолетний сын подсудимого находится на попечении бабушки П1.

Суд учитывает, что ФИО2 добровольно возместил потерпевшим Л1 и Г1 по 5000 рублей каждому, а потерпевшей Э1. (ФИО8 ) – 10 000 рублей. Однако, с учетом сумм причиненного ущерба (320 000 рублей, 230 000 рублей и 145 000 рублей) суд не может признать незначительное частичное возмещение ФИО2 ущерба в указанных размерах обстоятельством, смягчающим наказание.

Учитывая все вышеизложенное, а также то, что ФИО2 с 17 июня 2019 года содержится под стражей, суд приходит к выводу о том, что достижение целей и задач наказания, а также исправление осужденного возможно без изоляции его от общества с назначением ему наказания, связанного с лишением свободы, но с применением ст. 73 УК РФ, без дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Оснований для изменения категории преступлений, совершенных ФИО2, на менее тяжкую в соответствии с частью шестой статьи 15 УК РФ с учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности суд не находит.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 160 ч. 3, 160 ч. 2, 160 ч. 2 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ст. 160 ч. 3 УК РФ (по эпизоду с потерпевшим Л1) - в виде лишения свободы сроком на два года;

- по ст. 160 ч. 2 УК РФ (по эпизоду с потерпевшим Г1) - в виде лишения свободы сроком в один год шесть месяцев;

- по ст. 160 ч. 2 УК РФ (по эпизоду с потерпевшей Э1. (Н) – в виде лишения свободы сроком в один год шесть месяцев.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ окончательное наказание назначить ФИО2 по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний в виде лишения свободы сроком в три года.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание считать условным с испытательным сроком в два года.

В соответствии со ст. 73 ч. 5 УК РФ обязать ФИО2 трудоустроиться, не менять постоянное место жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, один раз в месяц являться в этот орган на регистрацию.

Меру пресечения ФИО2 – заключение под стражу – изменить до вступления приговора в законную силу на меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и освободить ФИО2 из-под стражи немедленно в зале суда.

Вещественные доказательства:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Калининградского областного суда через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Приговор изготовлен в совещательной комнате.

Судья подпись ФИО1