Решение № 2-1152/2023 2-13/2024 2-13/2024(2-1152/2023;)~М-1083/2023 М-1083/2023 от 14 января 2024 г. по делу № 2-1152/2023

УИД 81RS0006-01-2023-002003-07

Дело № 2-13/2024


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

15 января 2024 года с.Юрла

Кудымкарский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Аккуратного А.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Трушевой Е.А., помощником судьи Митрофановой Е.А., с участием представителя истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, представителя ответчиков ФИО4, прокурора Савельевой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Администрации Юрлинского муниципального округа Пермского края к ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением,

у с т а н о в и л:

истец обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>. Исковые требования мотивированы тем, что жилое помещение находится в собственности муниципального образования «Юрлинский муниципальный округ», ранее было предоставлено ответчикам для проживания, договор социального найма жилого помещения с ответчиками в письменном виде не заключался, однако, начиная с 2003 года ответчики фактически по указанному адресу не проживают, выехали для проживания в иное жилое помещение, которое на праве долевой собственности принадлежит в том числе ответчику ФИО3 30 июня 2023 года в адрес ответчиков направлялось требование о снятии с регистрационного учета, однако данное требование ответчиками в добровольном порядке не исполнено.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что жилое помещение было предоставлено ответчику ФИО2 для проживания по месту его работы, в дальнейшем данное жилое помещение было передано в муниципальную собственность, между истцом и ответчиками сложились фактические отношения по договору социального найма. Вместе с тем, начиная с 2003 года, после увольнения ФИО2, ответчики добровольно выехали из жилого помещения в связи со сменой места жительства, их выезд носил не вынужденный и не временный, а постоянный и добровольный характер. Каких-либо препятствий в пользовании жилым помещением ответчикам не чинилось. Сохраняя регистрацию в спорном жилом помещении ответчики нарушают права истца использования имущества по его назначению.

Ответчики ФИО2 и ФИО3, а также их представитель ФИО4 с исковыми требованиями не согласились, суду пояснили, что спорное жилое помещение было предоставлено для проживания ФИО2 в 1992 или 1993 году в период его работы в Верхнекосинском леспромхозе на основании решения цехового комитета. В указанном жилом помещении ответчики проживали до 2003 года, после чего, в связи с трудоустройством ФИО2 на более высокооплачиваемую работу в другом районе, а также в связи с необходимостью обучения детей и опекаемого в школе, которая расположена значительно ближе к дому, они временно совместно с членами семьи выехали для проживания в Краснокамский район, где первоначально снимали квартиру, а в дальнейшем приобрели в долевую собственность ФИО2 и опекаемого КДА жилое помещение, с намерением после окончания обучения опекаемого вернуться для проживания в спорное жилое помещение, в связи с чем, не выписывались из спорного жилого помещения, оформляли временную регистрацию по месту пребывания. При этом после переезда в спорном жилом помещении остались их личные вещи, в том числе мебель, которая и сейчас находится там. С 2003 года до 2016 года спорное жилое помещение сдавалось ими в поднаем иным лицам, в том числе по просьбе сотрудников администрации. Начиная с 2018 года, с момента выхода ответчика ФИО2 на пенсию, они желают вернуться для постоянного проживания в спорное жилое помещение, с указанной целью погасили задолженность по коммунальным платежам, провели частичный ремонт дома, однако вследствие ненадлежащего состояния жилого помещения и отсутствия электроснабжения вселиться в него не могут. Имеющихся у них денежных средств недостаточно для производства ремонта дома, а отсутствие письменного договора социального найма препятствует подключению жилого дома к системе электроснабжения.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, оценив доводы иска, исследовав представленные материалы, учитывая заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Частью 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации, предусмотрено, что никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Как следует из статьи 10 Жилищного кодекса Российской Федерации, жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

Основания и порядок принятия на учет граждан нуждающихся в предоставлении жилого помещения, основания для их снятия и сохранения за ними права состоять на учете, а также порядок предоставления жилых помещений по договору социального найма, установлены статьями 49-57 Жилищного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 63 Жилищного кодекса Российской Федерации договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.

Так как отношения, регулируемые жилищным законодательством, как правило, носят длящийся характер и, соответственно, права и обязанности субъектов этих отношений могут возникать и после того, как возникло само правоотношение, статьей 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года №189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» установлено общее правило, согласно которому к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных Вводным законом.

Таким образом, в случае возникновения жилищных правоотношений до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации применению подлежит закон, действовавший на момент предоставления жилого помещения.

В соответствии со статьями 295 и 296 Гражданского Кодекса РСФСР жилые помещения в домах местных Советов депутатов трудящихся, государственных, кооперативных и общественных организациях предоставлялись гражданам по договору найма жилого помещения.

В соответствии со статьей 5 Жилищного кодекса РСФСР жилой фонд включает в себя, в том числе жилые помещения принадлежащие государству (государственный жилищный фонд), жилые дома и жилые помещения в других строениях, принадлежащие колхозам и другим кооперативным организациям, их объединениям, профсоюзным и иным общественным организациям (общественный жилищный фонд).

В силу статьи 43 Жилищного кодекса РСФСР жилые помещения предоставляются гражданам в домах ведомственного жилищного фонда по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов, а в случаях, предусмотренных Советом Министров СССР, - по совместному решению администрации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответствующего Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

В соответствии со статьей 44 Жилищного кодекса РСФСР жилые помещения предоставляются гражданам в домах общественного фонда по совместному решению органа соответствующей организации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответственно районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

Согласно статье 45 Жилищного кодекса РСФСР жилые помещения, освобождающиеся в домах, переданных государственными предприятиями, учреждениями, организациями исполнительным комитетам местных Советов народных депутатов, а также жилые помещения, освобождающиеся в домах, построенных с привлечением в порядке долевого участия средств предприятий, учреждений, организаций, заселяются в первую очередь нуждающимися в улучшении жилищных условий работниками этих предприятий, учреждений, организаций. Указанный порядок заселения применяется независимо от времени передачи или окончания строительства жилого дома.

Согласно статье 50 Жилищного кодекса РСФСР пользование жилыми помещениями в домах государственного и общественного жилищного фонда осуществляется в соответствии с договором найма жилого помещения и правилами пользования жилыми помещениями.

Согласно пункту 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации договор социального найма жилого помещения прекращается в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.

Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Из материалов дела судом установлено, что АООТ «Верх-Косинский леспромхоз» зарегистрировано постановлением администрации Юрлинского района Пермской области №239 от 13 ноября 1992 года (л.д.43). Постановлением администрации Юрлинского района Коми-Пермяцкого автономного округа Пермской области от апреля 2000 года №136 АООТ «Верх-Косинский комплексный леспромхоз» ликвидировано (л.д. 42).

Согласно сведений архивного отдела администрации Юрлинского муниципального округа Пермского края ФИО2 работал в Верхнекосинском леспромхозе, в дальнейшем выделенном и реорганизованном в АООТ «Верх-Косинский комплексный леспромхоз» в период с 23 февраля 1987 года по 01 июля 1997 года (л.д. 39).

Согласно распоряжению администрации Усть-Березовского сельского поселения от 14 мая 2003 года №24 ФИО2 предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск (л.д.40).

Согласно распоряжению администрации Усть-Березовского сельского поселения от 20 мая 2003 года №26 ФИО2 уволен по собственному желанию (л.д. 40).

В соответствии со сведениями, отраженным в трудовой книжке ответчика ФИО2, последний в период с 23 февраля 1987 года по 18 июня 1987 года работал в Верхнекосинском КЛПХ, в период с 15 февраля 2002 года по 19 мая 2003 года работал пожарным-водителем администрации Усть-Березовского сельсовета, в период с 26 мая 2003 года по 03 июня 2014 года работал в СХПК «Труженик (позднее реорганизовано в ООО «Труженик»), в период с 05 июня 2014 года по 9 июля 2014 года работал в ООО «Гранд», в период с 22 июля 2014 года по 22 августа 2019 года работал в ООО «ПКНМ-Урал» (л.д.126-128).

Согласно сведений ГУ-УПФР в г. Краснокамск ФИО2 установлена пенсия по старости с 25 декабря 2018 года бессрочно (л.д. 125).

В соответствии со сведениями администрации Юрлинского муниципального округа Пермского края жилое помещение по адресу: <адрес> находится в муниципальной собственности (л.д. 46).

В соответствии с пунктом 161 Приложения №1 к Закону Пермского края от 11 декабря 2006 года №53 «О разграничении имущества, находящегося в муниципальной собственности Юрлинского муниципального района» объект муниципальной собственности Юрлинского муниципального района - Квартиры №1, 2 в 2-кв. доме, инв. №01020183, 1992 г. по адресу: <адрес>, передан в собственность Усть-Березовского сельского поселения (л.д.13).

Согласно справки администрации Юрлинского муниципального округа Пермского края муниципальной квартире по адресу: <адрес> 2014 году присвоен почтовый адрес: <адрес> (л.д.113).

Сведения о предоставлении ФИО2 жилого помещения Верхнекосинским леспромхозом, АООТ «Верхнекосинским комплексным леспромхозом» на хранение не поступали (л.д. 44).

Согласно сведений ГУП «Центр технической инвентаризации Пермского края» технические паспорта на жилой дом по адресу: <адрес>, а также на <адрес> указанном доме отсутствуют, сведений о правах на указанную квартиру, возникшие до введения в действие «Федерального закона от 21 июля 1997 года «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» не имеется (л.д. 105).

В соответствии с похозяйственными книгами за период с 2002 по 2023 годы в жилом доме по адресу: <адрес> зарегистрированы ФИО2 и ФИО3, а также члены их семьи.

В похозяйственных книгах имеются отметки о выбытии всех членов семьи с временной регистрацией в период с 24 ноября 2006 года по 2016 год по адресу: <адрес>, в период с 2016 года по настоящее время по адресу: <адрес>.

Также в похозяйственных книгах за период с 2002 по 2012 год имеется отметка о принадлежности жилого дома по адресу: <адрес> собственнику ФИО2 на основании свидетельства №154 (л.д. 17-29; 74-83).

Согласно свидетельству о праве собственности на землю №154 от 10 августа 1992 года ФИО2 решением администрации Усть-Березовского сельсовета от 25 июня 1992 года №11 предоставлено в собственность бессрочное (постоянное) пользование) земельный участок площадью 1,56 Га для заготовки кормов и выращивания овощей по адресу: <адрес> (л.д. 66).

По сведениям единого государственного реестра недвижимости ФИО2 объектов недвижимости, принадлежащих ему на праве собственности не имеет, ФИО3 имеет в собственности 1/3 доли в праве долевой собственности на жилое помещение по адресу: <адрес> (л.д.10).

Согласно сведений о регистрации ФИО2 и ФИО3 зарегистрированы по адресу: <адрес>, имеют временную регистрацию по месту пребывания с 19 января 2019 года по 15 января 2024 года по адресу: <адрес> (л.д.63).

09 июня 2023 года ФИО2 обратился с заявлением в администрацию Юрлинского муниципального округа Пермского края о заключении договора социального найма жилого помещения по адресу: <адрес> (л.д. 50).

Письмом от 30 июня 2023 года исх. №1706 администрация Юрлинского муниципального округа Пермского края отказала ФИО2 в заключении договора социального найма по основаниям пункта 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с добровольным выездом из занимаемого жилого помещения (л.д. 51).

Согласно сведений администрации Юрлинского муниципального округа Пермского края ФИО2 по основаниям, предусмотренных законом, нуждающимся в предоставлении жилья по договору социального найма не признавался, на учете в качестве такового не состоит (л.д. 52).

Согласно сведений МБУ «Юрлинское ЖКХ» плата за холодное водоснабжение по адресу: <адрес> не начисляется, поскольку по данному адресу никто не проживает, услугой никто не пользуется (л.д. 53).

Согласно сведений ПАО «Пермэнергосбыт» договор электроснабжения для бытовых нужд по адресу: <адрес> ФИО2 не заключался. Имеются сведения о заключении с ФИО2 23 декабря 2002 года договора энергоснабжения (лицевой счет) №645000201107 по адресу: <адрес>, который расторгнут в 2016 году. В период с февраля 2012 года по март 2014 года по указанному адресу проживал МВВ, который производил оплату за электроэнергию. Также на имя ФИО2 открыт лицевой счет №<***> по оплате за жилищную услугу по социальному найму жилого помещения по адресу: <адрес>. с 01 апреля 2020 года, задолженность отсутствует. Жилой дом по адресу: <адрес> отключен от системы энергоснабжения 16 января 2020 года (л.д. 97; 100; 109).

Согласно заключения межведомственной комиссии от 10 января 2024 года жилое помещение по адресу: <адрес> соответствует требования, предъявляемым к жилому помещению, пригодно для постоянного проживания граждан. В соответствии с актом обследования указанного жилого помещения от 10 января 2024 года в помещении необходимо провести текущий ремонт.

Согласно постановления администрации Юрлинского района Коми-Пермяцкого автономного округа Пермской области от 28 ноября 2001 года над несовершеннолетними КРА ДД.ММ.ГГГГ года рождения и КДА ДД.ММ.ГГГГ года рождения установлена опека, опекуном назначена ФИО3 (л.д. 132).

Из показаний свидетеля МКА следует, что жилое помещение по адресу: по адресу: <адрес> было предоставлено ФИО2 в 1994 году, в котором он совместно с семьей проживал до 2003 года, после чего, в связи с тем, что ФИО2 нашел более высокооплачиваемую работу, выехали в Краснокамский район. Начиная с 2003 года по 2016 год ответчики сдавали спорное жилое помещение иным лицам по устной договоренности, после чего периодически приезжали в данное жилое помещение, осуществляли его ремонт, погасили имевшиеся задолженности по оплате коммунальных платежей, выражали намерение проживать в спорном жилом помещении.

Из показаний свидетеля ССМ следует, что ФИО3 выехала из жилого помещения по адресу: <адрес> около 20 лет назад по причине отсутствия работы.

Проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что спорное жилое помещение было предоставлено ФИО2 в соответствии с положениями законодательства, действовавшего на момент предоставления истцу жилого помещения по месту его трудовой деятельности, в дальнейшем жилое помещение было передано в муниципальную собственность и находится в муниципальной собственности истца, ответчик ФИО2 был вселен в спорное жилое помещение в качестве нанимателя, а ответчик ФИО3 в качестве члена семьи нанимателя, на момент передачи спорного жилого помещения в муниципальную собственность ФИО2 являлся нанимателем жилого помещения, что с учетом положений Вводного закона свидетельствует о приобретении ответчиками права пользования спорной квартирой и наличии между сторонами сложившихся правоотношений из договора социального найма, от которых ответчики в добровольном порядке не отказывались, их выезд носит добровольный, но в тоже время временный характер.

Истцом в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательств, свидетельствующих об отказе ответчиков от своих прав на спорное помещение, а равно доказательств, свидетельствующих об их добровольном постоянном выезде из спорного жилого помещения в связи с изменением места жительства, не предоставлено.

Напротив, совокупностью представленных доказательств установлено, что выезд ответчиков из спорного жилого помещения носит временный характер, обусловленный необходимостью трудоустройства на более высокооплачиваемой работе и обучения детей и опекаемого ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а их вселение в жилое помещение в настоящий момент, после отпадения причин, явившихся основанием выезда, невозможно в силу объективных, то есть не зависящих от их воли, причин.

К такому выводу суд пришел на основе совокупного анализа представленных доказательств, в том числе доказательств, подтверждающих то, что выезд ответчиков из спорного жилого помещения был обусловлен необходимостью трудоустройства с целью увеличения их заработка и надлежащим уходом за малолетними опекаемыми, поскольку ответчики сразу же после переезда был трудоустроены по месту их временного пребывания, где ответчик ФИО2 работал до достижения им пенсионного возраста и невозможности продолжения трудовой деятельности в силу состояния здоровья, а ответчик ФИО3 продолжает трудовую деятельность с целью погашения имеющихся кредитных обязательств.

При этом, ответчики на протяжении всего периода не проживания в спорном жилом помещении имели временную регистрацию по месту пребывания, о чем достоверно было известно истцу, что подтверждается соответствующими отметками в похозяйственных книгах о временном отсутствии ответчиков, сдавали спорное жилое помещение в поднаем иным лицам, в том числе по просьбе сотрудников истца, о чем также достоверно было известно истцу, принимали меры по ремонту жилого помещения, оплачивали коммунальные услуги и плату за наем, периодически приезжали для проживания в спорном жилом помещении, имели и имеют намерение вернуться в жилое помещение, в котором сохранились их вещи, что следует из показаний допрошенных по делу свидетелей, что в своей совокупности свидетельствует о том, что ответчики, несмотря на длительный период не проживания в спорном жилом помещении, не утратили интереса к судьбе данного жилого помещения, предпринимали меры, направленные на исполнение своих обязанностей как нанимателей жилого помещения, предпринимали попытки вселиться в жилое помещение.

При этом вселиться в данное жилое помещение в настоящий момент после отпадения причин, явившихся основанием для временного выезда из жилого помещения, ответчики возможности не имеют, поскольку данный жилой дом, несмотря на то, что является пригодным для проживания, отключен от системы электроснабжения, и в отсутствие письменного договора социального найма, от заключения которого по заявлению ответчиков отказался истец, не может быть подключен к системе энергоснабжения, требует проведения ремонта, в том числе ремонта пола и системы отопления, который не может быть проведен ответчиками в силу отсутствия финансовых возможностей, то есть по обстоятельствам, не зависящим от воли ответчиков, тем самым имеют объективные препятствия к вселению в спорное жилое помещение, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что ответчики добровольно от права пользования спорным жилым помещением не отказывались, их отсутствие в спорном жилом помещении носит временный характер, обусловленный необходимостью трудоустройства на более высокооплачиваемой работе и надлежащему уходу за малолетним опекаемым, имеют препятствия к вселению в данное жилое помещение после отпадения причин выезда, что свидетельствует о сохранении за ними права пользования спорным жилым помещением.

Доводы истца о длительности не проживания ответчиков в спорном жилом помещении, а равно доводы о наличии у ответчика ФИО3 иного жилого помещения на праве собственности, судом не принимаются, поскольку в соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище, при этом никто не может быть лишен жилища произвольно. Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года №8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция Российской Федерации предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место жительства, а также гарантировала право на жилище.

При таком положении сам по себе факт длительного не проживания ответчиков в спорной квартире, как и наличие у ответчика ФИО3 иного жилого помещения на праве собственности не означает утрату ими права пользования жилым помещением, в которое они были вселены в установленном законом порядке и от которого они не отказывались, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для отказа в удовлетворении исковых требований о признании ФИО2 и ФИО3 утратившими право пользования жилым помещением.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь статями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

в удовлетворении исковых требований Администрации Юрлинского муниципального округа Пермского края (ИНН<***> к ФИО2 (<данные изъяты>), ФИО3 (<данные изъяты>) о признании утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес> - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кудымкарский городской суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.В. Аккуратный

Решение в окончательной форме изготовлено 19 января 2024 года.