Решение № 2-1975/2023 2-3/2024 2-3/2024(2-1975/2023;)~М-1573/2023 М-1573/2023 от 27 февраля 2024 г. по делу № 2-1975/2023

Дело №

34RS0№-38


Р Е Ш Е Н И Е

ИФИО1

28 февраля 2024 года <адрес>

Кировский районный суд <адрес> в составе

председательствующего судьи Игнатовой Е.В.,

при секретаре ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> к Федеральному государственному учреждению здравоохранения «Волгоградский медицинский клинический центр Федерального медико-биологического агентства» о признании решения об установлении хронического профессионального заболевания незаконным, признании медицинского заключения о наличии профессионального заболевания недействительным, признании извещения об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания недействительным, возложении обязанности,

У С Т А Н О В И Л

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> обратилась в суд с иском к ФГБУЗ ВМКЦ ФМБА о признании решения об установлении хронического профессионального заболевания незаконным, признании медицинского заключения о наличии хронического профессионального заболевания недействительным, признании извещения об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания недействительным, возложении обязанности, указав, что Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> осуществляет страховое обеспечение ФИО2, <ДАТА> года рождения, в связи с профессиональным заболеванием. Профессиональное заболевание ФИО2 было установлено Центром профпатологии Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградского медицинского клинического центра Федерального медико-биологического агентства» на основании санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника от <ДАТА> №, копии трудовой книжки АТ-П №, выписок из медицинской документации ФИО2, содержащей клинические данные состояния её здоровья. ФИО2 работала участковой медицинской сестрой с <ДАТА> по <ДАТА>, с <ДАТА> по <ДАТА> медсестрой неврологического кабинета территориальной поликлиники ГУЗ «Больницы №». При исполнении трудовых обязанностей она контактировала <ДАТА> и <ДАТА> с больными с лабораторно подтвержденной коронавирусной инфекцией. Заболела <ДАТА>, с 21 октября по <ДАТА> находилась на стационарном лечении в ГУЗ «Больница №» с диагнозом: «Новая коронавирусная инфекция, тяжелая форма (U07.1). Внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония тяжелой степени. ДНП-III (КТ4)». <ДАТА> развился острый респираторный дистресс-синдром (проводилась ИВЛ), по данным КТ поражение легких 80%. После проведенного лечения состояние стабилизировалось, но сохранялось нарушение дыхательной функции, была выписана на амбулаторное лечение с <ДАТА> по <ДАТА>. Центром профпатологии ФГБУЗ ВМКЦ ФМБА <ДАТА> ФИО2 был установлен диагноз профзаболевания: «Основной: Инфекционные и паразитарные заболевания, связанные с воздействием инфекционных агентов: последствия перенесенной коронавирусной инфекции COVID-19 (подтвержденная лабораторно методом ПЦР от <ДАТА>), тяжелая форма. Осложнения: Двусторонняя полисегментарная пневмония как осложнение новой коронавирусной инфекции COVID-19 в стадии обратного развития (КТ2), интерстициальное поражение легочной ткани (КТ 2-3 50%). Хроническая обструктивная болезнь легких, тяжелое течение, эмфизематозный фенотип. ДН III ст. SpO 90%, CAT 40 баллов, mMRC 3» (извещение об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания от <ДАТА> №р, медицинское заключение о наличии профессионального заболевания от <ДАТА> №р). «Хроническая обструктивная болезнь легких» признана профессиональным заболеванием как осложнение перенесенной ФИО2 коронавирусной инфекции. Однако, ФИО2 диагноз «хронической обструктивной болезни легких» при лечении в ГУЗ «Больница №» не устанавливался. Отделение Фонда, не согласившись с установлением ФИО2 хронического профессионального заболевания (ХОБЛ), обратилось в Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения РФ. <ДАТА> был получен ответ, согласно которому для решения экспертных вопросов документация ФИО2 должна была направлена в Центр профпатологии Минздрава РФ. Отделение Фонда неоднократно обращалось к ответчику о необходимости направить документы ФИО2 в Центр профпатологии Минздрава РФ для решения вопроса об обоснованности установления диагноза хронического профессионального заболевания. Однако до настоящего времени медицинская документация ФИО2 не направлена в Центр профпатологии Минздрава ФИО3. Указывают, что установленный Центром профпатологии ФГБУЗ ВМКЦ ФМБА диагноз профессионального заболевания «хроническая обструктивная болезнь легких» явился основанием для оформления акта о расследовании профессионального заболевания ФИО2 Впоследствии на основании акта о случае профессионального заболевания от <ДАТА> было проведено освидетельствование ФИО2 в бюро № Федерального казенного учреждения «Главного бюро медико-социальной по <адрес>» (далее - бюро МСЭ №) с целью определения степени утраты профессиональной трудоспособности. В связи с заболеванием «Хроническая обструктивная болезнь легких, дыхательная недостаточность III степени» установлена вторая группа инвалидности с причиной «профессиональное заболевание» и восемьдесят процентов (80%) утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. В настоящее время Отделение производит страховое обеспечение ФИО2 в связи хроническим профессиональным заболеванием, которое не было подтверждено медицинскими документами о проведенном лечении в ГУЗ «Больница №» в период с <ДАТА> по <ДАТА> в связи с новой коронавирусной инфекцией, которая является острым вирусным заболеванием и не привела к стойким нарушениям функции дыхательной системы, к хронической обструктивной болезни легких.

В связи с чем, просит признать решение Центра профессиональной патологии Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградский медицинский клинический центр Федерального медико-биологического агентства» от <ДАТА> об установлении ФИО2 хронического профессионального заболевания «хроническая обструктивная болезнь легких» незаконным, признать медицинское заключение Центра профпатологии ФГБУЗ «Волгоградский медицинский клинический центр ФМБА ФИО3» о наличии хронического профессионального заболевания ФИО2 от <ДАТА> №р недействительным, признать извещение Центра профпатологии ФГБУЗ «Волгоградский медицинский клинический центр ФМБА ФИО3» от <ДАТА> №р об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО2 недействительным, обязать Центр профпатологии ФГБУЗ «Волгоградский медицинский клинический центр ФМБА ФИО3» направить документацию на ФИО2 в Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения РФ Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Первый Московский государственный медицинский университет имени ФИО5 Министерства здравоохранения Российской Федерации для решения экспертных вопросов о наличии у нее хронического профессионального заболевания – хроническая обструктивная болезнь легких.

Впоследствии истец уточнил исковые требования и просил признать решение Центра профессиональной патологии Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградский медицинский клинический центр Федерального медико-биологического агентства» от <ДАТА> об установлении ФИО2 хронического профессионального заболевания «хроническая обструктивная болезнь легких» незаконным, признать медицинское заключение Центра профпатологии ФГБУЗ «Волгоградский медицинский клинический центр ФМБА ФИО3» о наличии хронического профессионального заболевания ФИО2 от <ДАТА> №р недействительным, признать извещение Центра профпатологии ФГБУЗ «Волгоградский медицинский клинический центр ФМБА ФИО3» от <ДАТА> №р об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО2 недействительным, обязать Центр профпатологии ФГБУЗ «Волгоградский медицинский клинический центр ФМБА ФИО3» отменить диагноз хронического профессионального заболевания ФИО2, установленный <ДАТА> (извещение №р об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания), и направить новое извещение об отмене диагноза хронического профессионального заболевания в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по <адрес> и Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ в <адрес> в соответствии с порядком проведения экспертизы связи заболевания с профессией, утвержденным приказом Министерства здравоохранения РФ от <ДАТА> №н.

Судом для участия в качестве третьих лиц были привлечены ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» ФИО3, ГУЗ «Больница №».

Представитель истца ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала и просила их удовлетворить.

Представители ответчика ФИО7, ФИО8, ФИО9, действующие на основании доверенностей, возражали против удовлетворения исковых требований.

Представитель третьего лица ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» ФИО3 В.В., действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.

Представитель третьего лица ГУЗ «Больница №» ФИО10, действующая на основании доверенности, после перерыва в судебное заседание не явилась.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса РФ, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование.

Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по социальному обеспечению в случае болезни, вызванной воздействием неблагоприятных факторов при исполнении трудовых обязанностей, осуществляется по нормам Федерального закона от <ДАТА> № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", которыми предусмотрено, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору.

В силу статьи 3 указанного Закона, обязательства страховщика осуществлять социальное обеспечение по данному виду страхования возникает при наступлении страхового случая, который определяется как подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

В соответствии с абз. 9 ст. 3 Федерального закона от <ДАТА> № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного лица, происшедший вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

Согласно абз. 11 ст. 3 этого же закона, профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА> № "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснено, что при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от <ДАТА> № (начало действия редакции - <ДАТА>. Окончание действия документа - <ДАТА>) заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений.

Таким образом, заболевание может быть отнесено к профессиональному только в случае признания его таковым специализированным медицинским учреждением.

В пункте 4 Положения указано, что под острым профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся, как правило, результатом однократного (в течение не более одного рабочего дня, одной рабочей смены) воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии с пунктом 11 Положения при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора.

Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в 2-недельный срок со дня получения извещения представляет в учреждение здравоохранения санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника (пункт 12 Положения).

В соответствии с пунктом 14 Положения центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, к работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного.

В силу пункта 16 Положения установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы. Рассмотрение особо сложных случаев профессиональных заболеваний возлагается на Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Согласно пункту 35 Положения разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

Данный пункт Положения определял органы, в компетенцию которых входит рассмотрение разногласий по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования.

В соответствии со статьей 18 Федерального закона от <ДАТА> № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" страховщик вправе:

участвовать в расследовании страховых случаев, освидетельствовании, переосвидетельствовании застрахованного в учреждении медико-социальной экспертизы и определении его нуждаемости в социальной, медицинской и профессиональной реабилитации;

направлять застрахованного в учреждение медико-социальной экспертизы на освидетельствование (переосвидетельствование);

проверять информацию о страховых случаях в организациях любой организационно-правовой формы;

взаимодействовать с государственной инспекцией труда, органами исполнительной власти по труду, учреждениями медико-социальной экспертизы, профсоюзными, а также с иными уполномоченными застрахованными органами по вопросам обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

давать рекомендации по предупреждению наступления страховых случаев;

защищать свои права и законные интересы, а также права и законные интересы застрахованных, в том числе в суде.

Пунктом 19 названного Положения установлено, что работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания. Работодатель в течение 10 дней, с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания (далее именуется - комиссия), возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда), представитель учреждения здравоохранения, профсоюзного или иного уполномоченного работниками представительного органа. В расследовании могут принимать участие другие специалисты. Работодатель обязан обеспечить условия работы комиссии.

В процессе проведения исследования комиссия на основании рассмотренных документов устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника (пункт 26 Положения).

По результатам работы комиссии составляется акт о случае профессионального заболевания (пункт 27 Положения), подтверждающий причинно-следственную связь между заболеванием и вредными условиями труда работника.

Согласно пунктам 30, 32 Положения акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах).

Согласно пункту 35 Положения разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

В целях разъяснения применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от <ДАТА> №, Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от <ДАТА> № утверждена Инструкция о порядке применения положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от <ДАТА> № (далее также - Инструкция).

В силу пункта 4.2 Инструкции расследование каждого случая острого или хронического профессионального заболевания (отравления) проводится комиссией на основании приказа, издаваемого работодателем с момента получения извещения об установлении заключительного диагноза в течение 10 суток - хронического профессионального заболевания (отравления).

В ходе расследования комиссией выявляются обстоятельства и причины возникновения случая, по результатам расследования специалистом (специалистами) центра Госсанэпиднадзора составляется санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника.

По результатам расследования случая профессионального заболевания (отравления) составляется в пяти экземплярах акт о случае профессионального заболевания (отравления) по установленной форме.

В случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы (пункты 4.5, 4.6 Инструкции).

В соответствии с частью 5 статьи 63 Федерального закона от <ДАТА> № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания. По результатам экспертизы связи заболевания с профессией выносится медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания.

В соответствии с частью 6 статьи 63 Федерального закона от <ДАТА> № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и форма медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с пунктом 11 Порядка проведения экспертизы связи заболевания с профессией и формы медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания, утвержденного Приказом Минздрава ФИО3 от <ДАТА> №н (далее по тексту - Порядок) для проведения экспертизы связи острого профессионального заболевания (отравления) или хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией в центре профессиональной патологии формируется постоянно действующая врачебная комиссия по проведению экспертизы связи заболевания с профессией.

По результатам проведения экспертизы связи острого профессионального заболевания (отравления) с профессией врачебная комиссия выносит одно из следующих решений: а) о наличии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью - и устанавливает заключительный диагноз острого профессионального заболевания (отравления); б) об отсутствии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью (острого профессионального заболевания (отравления).

В силу пункта 15 Порядка по результатам проведения экспертизы связи хронического профессионального заболевания (отравления) с профессией врачебная комиссия устанавливает заключительный диагноз хронического профессионального заболевания (отравления) и выносит одно из следующих решений: о наличии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью; об отсутствии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью (хронического профессионального заболевания (отравления).

Сведения о принятых решениях, указанных в пунктах 12 и 15 настоящего Порядка, и мотивированное обоснование установленного диагноза (при его наличии) отражаются в протоколе врачебной комиссии, а также вносятся в медицинскую документацию пациента (пункт 16 Порядка).

На основании протокола врачебной комиссии уполномоченный руководителем центра профессиональной патологии медицинский работник в течение одного рабочего дня с момента вынесения врачебной комиссией одного из решений, указанных в пунктах 12 и 15 настоящего Порядка, оформляет медицинское заключение о наличии или об отсутствии у гражданина профессионального заболевания (далее - медицинское заключение) по форме, предусмотренной приложением № к настоящему приказу (пункт 17 Порядка).

В соответствии с пунктом 19 Порядка установленный диагноз "острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление)" может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

Как следует из письма Министерства здравоохранения ФИО3 комиссиям при расследовании случаев, связанных с инфицированием COVID-19 медицинских работников, оказывающих помощь пациентам с короновирусной инфекцией или подозрением на нее при исполнении трудовых обязанностей, повлекшим неблагоприятные последствия для их жизни и здоровья, должны быть обеспечены прозрачность и объективность, а сомнения при проведении его итогов должны трактоваться в пользу медицинского работника.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 работала медицинской сестрой медсанчасти ВПО «Каустик» с <ДАТА> по <ДАТА>, участковой медицинской сестрой с <ДАТА> по <ДАТА>, с <ДАТА> медсестрой неврологического кабинета территориальной поликлиники Государственного учреждения здравоохранения «Больницы №», что подтверждается записями в трудовой книжке ФИО2 серии АТ – П №.

По данным санитарно – гигиенической характеристике условий труда медицинской сестры ФИО2 № от <ДАТА>, последняя оказывает медицинскую помощь пациентам, проводит термометрию, измеряет артериальное давление, сатурацию. После осмотра пациента врачом – терапевтом организовывает дальнейшее обследование пациента: выдает направление на анализы, заполняет направление на рентгенологическое исследование. Работа в контакте с пациентами составляет 75 % времени смены. В процессе работы имела контакт с больными острыми респираторными вирусными инфекциями. Заключение о состоянии условий труда: условия труда медицинской сестры ФИО2 относятся к вредным по биологическому фактору: присутствовал фактор риска с вероятностью заражения инфекционным заболеваниями.

Из представленного протокола заседания врачебной комиссии по проведению экспертизы связи заболевания с профессией № от <ДАТА> ФГБУЗ ВМКЦ ФМБА ФИО3 видно, что при исполнении трудовых обязанностей у ФИО2 имелся контакт <ДАТА> и <ДАТА> с больными с лабораторно подтвержденной коронавирусной инфекцией. Заболела <ДАТА>, с 21 октября по <ДАТА> находилась на стационарном лечении в ГУЗ «Больница №» с диагнозом: «Новая коронавирусная инфекция, тяжелая форма (U07.1). Внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония тяжелой степени. ДНП-III (КТ4)». <ДАТА> развился острый респираторный дистресс-синдром (проводилась ИВЛ), по данным КТ поражение легких 80%. После проведенного лечения состояние стабилизировалось, но сохранялось нарушение дыхательной функции, была выписана на амбулаторное лечение с <ДАТА> по <ДАТА>.

Из представленного протокола № от <ДАТА> так же усматривается, что по результатам рассмотрения документов ФИО2 установлен диагноз Основной: Инфекционные и паразитарные заболевания, связанные с воздействием инфекционных агентов: последствия перенесенной коронавирусной инфекции COVID-19 (подтвержденная лабораторно методом ПЦР от <ДАТА>), тяжелая форма. Осложнения: Двусторонняя полисегментарная пневмония как осложнение новой коронавирусной инфекции COVID-19 в стадии обратного развития (КТ2), интерстициальное поражение легочной ткани (КТ 2-3 50%). Хроническая обструктивная болезнь легких, тяжелое течение, эмфизематозный фенотип. ДН III ст. SpO 90%, CAT 40 баллов, mMRC 3. Код по МКБ-10: Т75,8; U09.9.

Принято решение о наличии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью.

<ДАТА> Центром профпатологии ФГБУЗ ВМКЦ ФМБА <ДАТА> ФИО2 был установлен диагноз профессионального заболевания: «Основной: Инфекционные и паразитарные заболевания, связанные с воздействием инфекционных агентов: последствия перенесенной коронавирусной инфекции COVID-19 (подтвержденная лабораторно методом ПЦР от <ДАТА>), тяжелая форма. Осложнения: Двусторонняя полисегментарная пневмония как осложнение новой коронавирусной инфекции COVID-19 в стадии обратного развития (КТ2), интерстициальное поражение легочной ткани (КТ 2-3 50%). Хроническая обструктивная болезнь легких, тяжелое течение, эмфизематозный фенотип. ДН III ст. SpO 90%, CAT 40 баллов, mMRC 3. Код по МКБ-10: Т75,8; U09.9.

Не согласившись с установлением Центром профпатологии ФГБУЗ ВМКЦ ФМБА ФИО2 профессионального характера хронической обструктивной болезни легких Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> обратилось в суд с настоящим иском, указав, что проведенное в ГУЗ «Больница№» лечение ФИО2 подтверждает, что перенесенное инфекционное заболевание является острым заболеванием, лечение хронического заболевания легких - хронической обструктивной болезни легких не проводилось.

По ходатайству истца по делу была назначена экспертиза связи заболевания с профессией, производство которой было поручено Федеральному бюджетному учреждению науки «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека».

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы Федерального бюджетного учреждения науки «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» <ДАТА> у ФИО2 было острое профессиональное заболевание – Новая коронавирусная инфекция, COVID-19, вирус идентифицирован от <ДАТА> № РНК SARS-CoV-2- обнаружена, тяжелая форма (Т75.8; Y 96; U07.1). Осложнением острого профессионального заболевания явились: Внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония тяжелой степени. ОРДС от <ДАТА>. ДН II-III (КТ4) (J12.8, J96.0).

Результаты экспертизы по материалам дела не позволяют трактовать заболевание ФИО2 в декабре 2021 года как хроническую обструктивную болезнь легких.

ХОБЛ не может явиться осложнением новой короновирусной инфекции, так как это заболевание является следствием хронического воспалительного ответа дыхательных путей и легочной ткани на воздействие ингалируемых повреждающих частиц или газов. Респираторные вирусные инфекции, в том числе новая коронавирусная инфекция, могут быть причиной обострения, но не возникновения ХОБЛ.

ХОБЛ не может являться хроническим профессиональным заболеванием медицинской сестры ФИО2, так как на данном рабочем месте отсутствует загрязнение воздуха рабочей зоны химическими веществами, промышленными аэрозолями, газами – возможными этиологическими факторами профессиональной ХОБЛ.

Интерстициальное поражение легочной ткани у ФИО2 на момент <ДАТА> имелось и соответствовало остаточным явлениям перенесенной двухсторонней полисегментарной пневмонии.

Интерстициальное поражение легочной ткани не является самостоятельной нозологической единицей, то есть отдельным заболеванием. Интерстициальные заболевания легких – термин, обозначающий различные заболевания легочной ткани, проявляющиеся воспалением и нарушением структуры альвеолярных стенок, эндотелия легочных капилляров, перивазальных и перилимфатических тканей. Определение хроническая стадия не является корректным по отношению к интерстициальному поражению легочной ткани.

Вместе с тем, отвечая на второй вопрос, поставленный судом, эксперты указали, что диагноз ХОБЛ правомочно устанавливать после исключения других заболеваний со сходной клинической картиной. В случае заболевания ФИО2 не вызывает сомнения наличие перенесенной коронавирусной инфекции с осложнением в виде пневмонии, так и не достигшей полного обратного развития, которая может служить причиной нарушения дыхательной функции и симптомов, аналогичных признакам ХОБЛ.

Заключение эксперта в силу положений статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является одним из доказательств по делу.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА> № "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ч.3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, суд приходит к следующему.

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <ДАТА> № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от <ДАТА> № 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора. Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Согласно Письма Роструда от <ДАТА> №-ПР «Об отнесении случаев заражения медицинских работников коронавирусной инфекцией к профессиональным заболеваниям» повреждение здоровья работников в результате воздействия вредных или опасных факторов, присутствующих на рабочем месте, может расцениваться как производственная травма либо профессиональное заболевание в зависимости от поражающего фактора.

К биологическим вредным факторам в соответствии с "Р <ДАТА>-05. 2.2. Гигиена труда. Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда" (утв. Главным государственным санитарным врачом РФ <ДАТА>) относятся микроорганизмы-продуценты, живые клетки и споры, содержащиеся в бактериальных препаратах, патогенные микроорганизмы (бактерии, вирусы, риккетсии, грибки) - возбудители инфекционных заболеваний.

В соответствии с пунктом 3.1 Перечня профессиональных заболеваний, утвержденного приказом Минздравсоцразвития ФИО3 от <ДАТА> №н, профессиональным заболеванием являются инфекционные и паразитарные заболевания, связанные с воздействием инфекционных агентов, в том числе коронавирусная инфекция. При этом на работников действует вредный производственный фактор - возбудители инфекционных и паразитарных заболеваний, с которыми работники находятся в контакте во время работы.

К группе профессиональных болезней медицинских работников относятся инфекционные и паразитарные заболевания, однородные с той инфекцией, с которой работники контактируют во время работы: туберкулез, токсоплазмоз, вирусный гепатит, микозы кожи, сифилис, ВИЧ-инфекция.

Исходя из собранных по делу доказательств, суд приходит к выводу о наличии достоверных доказательств подтверждающих заражение работника медицинской организации ФИО2 новой короновирусной инфекцией при исполнении ею трудовых обязанностей. После стационарного лечения ФИО2 переведена на амбулаторное лечение со стойкими нарушениями функций дыхания, реабилитационное лечение прошло без положительной динамики. Развития осложнений заболевания наблюдалось в течение года. На основании акта освидетельствования в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы <ДАТА> установлена вторая группа инвалидности.

Учитывая, что заключительный диагноз хронического профессионального заболевания установлен ФИО2 специалистами ФГУЗ «Волгоградский медицинский клинический центр Федерального медико-биологического агентства» на основании проведенного комплексного медицинского обследования, данных медицинской документации, изучения санитарно-гигиенической характеристики условий труда, дополнительное исследование и экспертиза ФИО2 при проведении судебной экспертизы ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» не проводились, истец в установленном вышеприведенными нормами права порядке в связи с несогласием с установлением работнику профессионального заболевания к ответчику для проведения дополнительных исследований либо экспертизы ФИО2 не обращался, тогда как ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» не имеет полномочий на отмену установленного ответчиком диагноза профзаболевания, и не является Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, на который возлагается рассмотрение особо сложных случаев профессиональных заболеваний, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Согласно ч.1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно положениям статей 80, 85 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам за выполненную ими по поручению суда работу.

В соответствии с ч.2 ст. 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части первой статьи 96 и статьи 98 настоящего Кодекса.

По смыслу указанных норм при разрешении вопроса о взыскании судебных издержек в порядке, предусмотренном абзацем 2 части 2 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, необходимо учитывать положения статьи 98 ГПК РФ.

Таким образом, при разрешении вопроса о взыскании судебных издержек, в случае, когда денежная сумма, подлежащая выплате экспертам, не была предварительно внесена стороной на счет суда в порядке, предусмотренном частью первой статьи 96 ГПК РФ, денежную сумму, причитающуюся в качестве вознаграждения экспертам за выполненную ими по поручению суда экспертизу, следует взыскать с проигравшей гражданско-правовой спор стороны.

Из материалов дела видно, что на основании определения Кировского районного суда <адрес> от <ДАТА> Федеральным бюджетным учреждением науки «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» была проведена судебная экспертиза связи заболевания с профессией.

Расходы, связанные с проведением данной экспертизы были возложены на истца Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ в <адрес>.

Согласно заявления Федерального бюджетного учреждения науки «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» стоимость экспертизы составила 24 000 рублей, которая до настоящего времени не оплачена.

Учитывая, что проведенная Федеральным бюджетным учреждением науки «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» в рамках рассмотрения дела по ходатайству истца судебная экспертиза не оплачена, экспертным учреждением выставлен счет на оплату на общую сумму в размере 24 000 рублей, при этом исковые требования оставлены без удовлетворения, суд считает, что расходы на проведение экспертизы в размере 24 000 рублей подлежат взысканию с истца Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ в <адрес>.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ в <адрес> к Федеральному государственному учреждению здравоохранения «Волгоградский медицинский клинический центр Федерального медико-биологического агентства» о признании решения об установлении хронического профессионального заболевания незаконным, признании медицинского заключения о наличии профессионального заболевания недействительным, признании извещения об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания недействительным, возложении обязанности отказать.

Взыскать с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования РФ в <адрес> в пользу Федерального бюджетного учреждения науки «Федеральный научный центр гигиены им. ФИО11 Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека» расходы на проведение судебной экспертизы в размере 24 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Кировский районный суд <адрес> в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме составлено <ДАТА>.

Судья Е.В. Игнатова