Решение № 2-66/2020 от 22 ноября 2020 г. по делу № 2-66/2020

Дело №2-66/2020

УИД: №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 ноября 2020 года с. Юкаменское

Юкаменский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Сабрековой Е.А.,

при секретаре Невоструевой Е.В., помощнике судьи Бекмеметьевой А.Т.,

с участием помощника прокурора Красногорского района УР Ивановой О.А.

истца ФИО1, ее представителя – адвоката Маматазизова А.М., действующего на основании устного ходатайства и ордера,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ***, к *** о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1, действуя в интересах несовершеннолетнего сына ***, обратилась в суд с иском к *** о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП). В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 00 минут ***, управляя автомобилем ***, государственный регистрационный знак № на перекрестке <адрес> Республики нарушил п.8.12 Правил дорожного движения РФ и совершил наезд на детскую коляску, в которой находился несовершеннолетний ***, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В момент ДТП детской коляской управляла ***, являющаяся бабушкой несовершеннолетнего ***. В результате ДТП несовершеннолетний *** получил гематому на затылочной части головы, а также смещение зубовидного отростка С2, смещен относительно боковых масс атланта вправо на 2,5 мм (ротационный подвывих атланта). При наезде автомобиля на детскую коляску, она получила механические повреждения. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ *** привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.14 КоАП РФ. Истец является матерью несовершеннолетнего *** Действиями ответчика ее несовершеннолетнему сыну *** были причинены физические и нравственные страдания. На момент происшествия ребенку исполнилось 2 года 1 месяц, ему была причинена сильная физическая боль. После ДТП у него стала болеть голова, болит затылок, ребенок стал капризный, нервный, раздражительный, страдает бессонницей, нарушением сна, ухудшилось внимание. Истец и бабушка ребенка – *** на протяжении длительного времени были вынуждены заботиться о ребенке, истцу пришлось выйти во внеочередной отпуск. Ночами истцу и ее супругу приходиться дежурить возле сына, который страдает нарушением сна. После происшествия в связи с нервной и стрессовой ситуацией ***, которая в момент ДТП управляла коляской, ДД.ММ.ГГГГ была госпитализирована в связи с резким ухудшением здоровья на фоне стрессовой ситуации в семье по поводу наезда автомобиля на коляску с внуком. Собственником автомобиля *** г/н № является ответчик *** Истец считает, что действиями ответчика ее сыну причинен моральный вред, размер которого она оценивает в 300000 рублей. Просит взыскать с *** компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнила, что события ДТП ей стали известны от мамы ***, которая рассказала, что в коляску, в которой находился ее сын ***, задним ходом наехал автомобиль под управлением Иванова. Мама успела поймать коляску, ей помог ФИО3. Мама стала успокаивать ребенка, постучала в стекло автомобиля Иванова с возмущением, что он делает. Иванов развернулся и уехал. Потом мама пошла в скорую помощь, встретила ***. Ее сестра *** медик с начальным медицинским образованием. Сестра О. осмотрела ребенка, видимых повреждений не было, кроме «шишки». Мамой и сестрой было принято решение отвести ребенка в садик. Мама отвела ребенка в садик. Вечером ребенок не стал ужинать, плохо спал. На следующий день мама с сыном пошли в скорую помощь, где им посоветовали пройти полное обследование. Ребенок получил травму, у него появилась «шишка» на голове, у ребенка начала болеть голова, он начал истерить. Они обратились в больницу, ребенка направили к врачу-неврологу, на УЗИ, ЭЭГ. Выяснилось, что у ребенка смещение атланты. Считает, что это последствия ДТП. До ДД.ММ.ГГГГ у ребенка не было никаких серьезных травм и отклонений, прошли комиссию, чтобы поступить в детский сад. Сын был активным, здоровым, хорошо спал. После ДТП ребенок стал плохо спать, стал истеричным, нервным, раздражительным, у него долгое время было нестабильное эмоциональное состояние. Ребенок не давал прикасаться ни к шее, ни к затылку, ему было больно, он убирал руки, капризничал. Ребенок стал наклонять голову набок. Он начал бояться машин, перестал садиться в детскую коляску. После ДТП Иванов приезжал к ним один раз, она просила его компенсировать расходы на обследование и на коляску. Иванов сказал, что подумает. Иванов извинился. Коляска получила повреждения, ступица, на которой крутится колесо, шарнирная система слетела, поворотная пластмассовая шестеренка сломалась. У коляски с одной стороны, на которую пришелся удар, облупилась краска, произошло смещение рамы, на которую крепится коляска, она стала криво ездить.

Представитель истца - адвокат Маматазизов А.М. исковые требования поддержал, пояснил, что в результате ДТП ребенок получил скрытую травму шеи. На момент ДТП никаких повреждений у ребенка не было. Истец исключает получение травмы при иных обстоятельствах, кроме как при ДТП ДД.ММ.ГГГГ. Факт наезда имел место, в момент наезда в коляске находился ребенок, коляска получила механические повреждения. Иванов не отрицал факта ДТП и наезда на коляску. От *** *** было известно, что ребенок получил повреждения. Повреждения в области шеи могли быть получены только в результате ДТП, что подтверждается медицинскими документами. До этого случая не было обращений в медицинские учреждения. Повреждения были причинены в результате наезда на коляску, в результате движения головы слева направо, отсюда повреждения, указанная травма причинила физическую боль, телесные повреждения, длительное эмоциональное расстройство, что причинило моральный вред ***.

Ответчик *** исковые требования не признал, пояснил, что утром ДД.ММ.ГГГГ управлял автомобилем *** зеленого цвета рег. знак №, начал разворачиваться на перекрестке <адрес> и пер.Восточный, посмотрел в зеркала, начал медленно движение. Завершив маневр, услышал, что по стеклу стучат, стояла женщина, что-то кричала. Он не придал этому значения, потому что удара не было. Постоял недолго, никто не подошел, он уехал. На следующий день *** нашла его, сказала, что он сбил её с ребенком, наехал задним ходом на детскую коляску. Он извинился перед ней. Она сказала, что ей не нужны извинения. На следующий день она спросила, как будут решать проблему или она пойдет в полицию. Он спросил, сколько нужно денег, она сказала 30 тысяч рублей. Он ответил, чтобы обращались в полицию. Спустя две недели она написала заявление в полицию. Его привлекли к административной ответственности за нарушение ПДД, за то, что совершил разворот на перекрестке. Считает, что ДТП не совершал, был не наезд на коляску, а касание коляски. Ребенок находился в коляске, накрытой козырьком. Ребенок вел себя спокойно, не плакал. Причинение вреда здоровью не могло быть. Он приезжал к ФИО1 для примирения, хотел договориться. Тогда же ему сказали, что ребенку были причинены телесные повреждения, показывали медицинские документы, сказали, что на основании этих документов он должен заплатить 30 тысяч рублей. Ему показывали коляску, сказали, что она непригодна, едет криво, купили новую коляску. Повреждений на коляске он не видел. Так как ничем не аргументировали сумму 30000 руб., он не заплатил.

Свидетель *** суду показал, что работает оперативным дежурным в ПП «Красногорский». До апреля 2019 года он состоял в должности инспектора ДПС. Он знает ответчика Иванова, живут в одном селе. Он проводил проверку по факту ДТП с участием Иванова в сентябре 2018 года, отобрал объяснения, осмотрел автомобиль, составил протокол, вынес постановление. Иванов рассказал, что привез ребенка в садик, развернулся, хотел тронуться вперед, услышал крики, увидел женщину и ФИО3. Он спрашивал у Иванова, почему тот уехал с места ДТП, Иванов сказал, что не видел факт ДТП, не знал об этом. Узнал, когда ему сказала *** При сборе административного материала факт ДТП и факт наезда автомобиля Иванова на детскую коляску подтвердился. Из очевидцев ДТП был опрошен ФИО3, который рассказал, что двигался со стороны детского садика, видел, как Иванов двигался задним ходом с <адрес> на пер. Восточный. Женщина с детской коляской переходила дорогу по пер. Восточному. Иванов совершил наезд на детскую коляску, коляска чуть-чуть наклонилась. ФИО3 подбежал и помог удержать детскую коляску. Иванов не был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.12.27 КоАП РФ, Иванов отрицает, что видел ДТП, свидетели ФИО3 и *** поясняли, что они не говорили Иванову о факте ДТП в момент наезда, поэтому не было оснований для привлечения к ответственности. В отношении Иванова им был составлен протокол по ч.2 ст.12.14 КоАП РФ.

Свидетель *** суду показала, что работает воспитателем в Красногорском детском саду №. ДД.ММ.ГГГГ она работала воспитателем в ясельной группе, *** посещал ее группу, был воспитанником. ДД.ММ.ГГГГ у нее была вторая смена, пришла на работу к 10 часам. Ребенок был в детском саду. Вечером за Т. пришла бабушка ***, поинтересовалась, не заметила ли она каких-нибудь изменений в состоянии Т.. Она сказала, что не заметила, все было хорошо. *** рассказала, что утром они попали в ДТП, наехал мужчина, фамилию не назвала. Потом она (свидетель) узнала в социальных сетях, что произошло ДТП. Визуально у ребенка не было видно гематомы, т.к. волосы у него темные. Вечером, когда *** забирала ребенка, она сказала, что у него «шишка». Она (свидетель) провела рукой, гематома была небольшая. В тот день в садике ребенок не падал, повреждений не получал. Она спрашивала у ***, обращались ли они в больницу, *** сказала, что они пойдут. Потом *** говорила, что они обращались в больницу, что были симптомы сотрясения. В детском саду этих симптомов они не наблюдали. *** «шишку» на затылке ребенка связала с ДТП. Изменения в поведении ребенка до и после ДТП в детском саду они не наблюдали. Она работает не одна, есть воспитатель-няня, ежедневно приходит медицинская сестра, осматривает детей. Никаких изменений у *** не было. Т. очень активный, общительный мальчик, бывало, что он плакал, капризничал, но не связывает это с ДТП. У маленьких детей часто меняется настроение, они бывают капризные, что связано с неустойчивой психикой. ФИО1 попросила ее написать характеристику, была дана рекомендация, что она (свидетель) должна написать в характеристике симптомы, которые сопутствуют сотрясению мозга. Но так как таких симптомов у ребенка не наблюдала, она об этом не написала. *** потом ей говорила, что ребенок стал беспокойным, стал плохо спать. В конце мая 2019 года она выпустила группу, Т. уехал к родителям.

Свидетель *** суду показала, что ФИО1 ее дочь. ДД.ММ.ГГГГ была дождливая погода. Она с внуком Т. ехали в садик на коляске. На перекрестке <адрес> и пер. Восточный на них наехала машина темно-зеленого цвета, стукнула коляску. Коляска наклонилась, но не упала, она поддержала коляску, но Т. стукнулся головой, у него изменилось выражение глаз, думала, что он заревет. Она опешила, выкатила коляску, навстречу шел молодой мужчина, потом выяснилось, что это ФИО3. Он помог с коляской, убрали коляску с проезда. ФИО4 затормозила, она постучала водителю Иванову в окно, сказала ему, что он делает, чуть не сшиб ребенка. Иванов не отреагировал, развернулся и уехал. Она решила пойти в больницу, но встретила дочь О., которой все рассказала. У Т. на затылке с правой стороны стала надуваться «шишка». Дочь посмотрела Т., сказала, что ничего страшного нет, можно идти в садик. Она отвела Т. в садик. В садике рассказала о случившемся воспитателю ***, попросила присмотреть за Т.. Воспитатель сказала, что надо сообщить в полицию, но она ответила, что не смертельно. Вечером забрала Т. из садика. Ночью Т. спал плохо, капризничал, стал плохо кушать, голову стало держать немного не так. Она позвонила дочке, вместе сходили в скорую помощь, фельдшер сказала, что травм нет, если будет плохо, посоветовала обратиться к врачу- неврологу. Она боялась рассказать дочке М. о случившемся, рассказала ей через неделю. Потом сходила в полицию, написала заявление. После ДТП Т. сразу не плакал, когда с дочкой О. встретились, и она стала трогать его голову, Т. заплакал. Когда трогали его шею, он говорил больно. На следующий день она не смогла посадить Т. в коляску. Она подходила к Иванову, спросила, почему он не вышел из машины, не извинился, на что Иванов ответил, что он хотел. Иванов не отрицал факт наезда на детскую коляску. Иванов перед ней не извинился. Ее дочь ФИО1 с Т. обращались к врачу-неврологу. После ДТП у ребенка произошло смещение шеи. Удар машины в коляску был приличный, у коляски сломалась пластмассовая деталь. Она предлагала Иванову заплатить минимум 30 тысяч рублей. Он хотел заплатить, но потом отказался. После ДТП Т. стал плохо спать ночью, вскакивал, плохо кушал, стал плаксивым. До ДД.ММ.ГГГГ у Т. не было телесных повреждений. После ДТП ребенок не падал. За две недели до ДТП они прошли медицинскую комиссию для поступления в садик. Она не вызвала сотрудников полиции и скорую помощь после ДТП, т.к. у нее было заторможенное состояние, потом осознала, что надо было это сделать. Коляска была накрыта козырьком, потому что шел дождь. Коляска стукнулась об машину. Ребенок сидел в коляске и стукнулся об коляску затылком. После ДТП голова ребенка была наклонена направо, раньше такого не было.

Свидетель *** суду показала, что ФИО1 ее сестра, свидетель работает в <адрес>ной больнице медсестрой. ДД.ММ.ГГГГ она шла на работу, увидела маму, которая бежала из садика в сторону больницы. Мама ей рассказала, что на коляску наехала машина, и Тимоша стукнулся головой. Она посмотрела голову Тимоши, видимых повреждений не увидела, но с правой стороны головы на затылке была «шишка» размером 2х4. Спросила у мамы, поведет ли она Тимошу в больницу, мама сказала, что Тимоша успокоился, не плачет сильно, пойдет в садик. Также мама сказала, что Тимоша очень испугался, плакал, не дает задевать голову. Мама отвела Тимошу в садик. На следующий день мама позвонила, сказала, что Тимоша стал плохо спать, капризничает, не дает задевать голову. Они пошли в больницу, Тимоша не давал фельдшеру осмотреть голову, убирал руку, фельдшер сказала, что есть гематома, посоветовала смазывать троксевазином. Самочувствие у Тимоши стало плохое, ночью плохо спал, вскакивал, кричал. Мама рассказывала, что Тимоша стал плохо кушать, стал нервным, плохо засыпает. Фельдшер посоветовала обратиться к неврологу, если будут какие-либо проблемы. Она производила пальпацию шеи и головы у Тимоши, Тимоша не давал трогать, убирал руки, говорил «бобо». При ее прикосновениях ребенок испытывал боль, плакал, не давал задевать «шишку» на голове. С ребенком ездили к врачу- неврологу, сделали УЗИ, было проведено много обследований. Было рекомендовано лечение, были выписаны лекарственные препараты, если их перестаешь давать, ребенок нервный, плаксивый, если сидит на препаратах, все хорошо. У ребенка что-то с шеей, с первым позвонком, голову стал держать вправо. До ДД.ММ.ГГГГ у Т. не было травм, он ходил в садик, был активным ребенком. Ребенок получил травму, стукнувшись об ребро коляски головой при наезде машины на коляску. Мама поздно обратилась в полицию, т.к. была в шоке, испугалась рассказать Маше.

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав и оценив представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина в результате действия источника повышенной опасности.

В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (пункт 1). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 2). В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (пункт 3).

Изложенное свидетельствует о том, что обязательство по компенсации морального вреда возникает при наличии следующих условий: претерпевание морального вреда; неправомерные действия (бездействие) причинителя вреда; причинная связь между неправомерными действиями и моральным вредом; вина причинителя вреда.

На основании свидетельства о рождении установлено, что *** родился ДД.ММ.ГГГГ. Его родителями являются ФИО1 и ***.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ около 08 час. 00 мин. водитель ***, управляя автомобилем ***, регистрационный знак №, допустил нарушение п.8.12 ПДД РФ, при движении задним ходом на перекрестке с <адрес> совершил наезд на детскую коляску, в которой находился малолетний ***.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами проверки по заявлению ***, зарегистрированными в КУСП ОП «Красногорское» за № от ДД.ММ.ГГГГ, материалами дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.12.24 КоАП РФ.

В материалах проверки № от ДД.ММ.ГГГГ имеется письменное объяснение *** от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ она везла своего внука *** в садик. Около перекрестка <адрес> и пер. Восточный начал движение автомобиль марки ***, регистрационный знак № водитель которого двигаясь задним ходом, наехал на коляску, в которой находился ее внук. Водитель не вышел из автомобиля, хотя она стучала в окно. Водитель не отреагировал, развернулся и уехал. Вечером этого же дня она обнаружила на затылке внука ушиб в виде синяка. После чего спросила у воспитателей детского сада, получал ли ее внук ушиб, на что воспитатели ответили, что Т. никуда не ударялся. Она сделала вывод, что травму он получил при ДТП. За медицинской помощью она не обращалась, т.к. травму, которую получил внук, посчитала незначительной. ДД.ММ.ГГГГ решила обратиться в полицию, т.к. водитель данного автомобиля ее не нашел, извинения за свои действия не принес, коляску не починил, в результате наезда она получила механические повреждения. Согласно дополнительным объяснениям *** при движении задним ходом автомобиль совершил наезд задним бампером, при этом коляска начала опрокидываться, но она ее удержала, автомобиль остановился. Данный факт видел молодой человек, он поддержал коляску, когда она стучала по окну автомобиля. Молодой человек посмотрел на ребенка. Т. лежал в коляске, не плакал. При ДТП у Т. образовалась гематома, через неделю рассосалась, других повреждений при ДТП не было.

Согласно письменным объяснениям *** от ДД.ММ.ГГГГ, имеющимся в материалах проверки №, ДД.ММ.ГГГГ около 8 часов на личном автомобиле он приехал к детскому саду. После того, как отвел ребенка в садик, сел в автомобиль, посмотрел в зеркала заднего вида, начал движение задним ходом на перекрестке <адрес> и пер. Восточный. Периодически смотрел в зеркала заднего вида, закончил движение, хотел тронуться вперед, в этот момент услышал стук с задней стороны, оглянулся, увидел, что справа за автомобилем стоит женщина с детской коляской, женщина что-то кричала. Он не понимал, что она хочет. Постоял около минуты, потом уехал. Женщина к нему не подошла, он из автомобиля не выходил. Ребенок сидел в коляске, не плакал. О том, что совершил наезд на коляску, не знал. Об этом узнал ДД.ММ.ГГГГ, когда женщина подошла к нему, сообщила, двигаясь задним ходом, он совершил наезд на коляску с ребенком, и в результате у мальчика образовалась гематома. Он извинился перед ней.

Согласно письменным объяснениям *** от ДД.ММ.ГГГГ, имеющимся материалах проверки №, в середине августа 2018 года в 8 часов он стоял возле своего автомобиля у детского сада, заметил как Иванов на своем автомобиле начал осуществлять движение задним ходом с <адрес> на пер. Восточный, в этот момент женщина с коляской начала переходить проезжую часть пер. Восточного с тротуара. Иванов двигался медленно, пешеход с коляской также двигалась медленно. Когда Иванов начал останавливаться, в этот момент совершил наезд на детскую коляску. Женщина удержала коляску, продвинула ее вперед и ногой начала пинать по колесу автомобиля, перед этим она стукнула рукой по заднему крылу. Она кричала, что подаст заявление. Он видел, что А. оглянулся в их сторону, постоял около 30 секунд, когда женщина продолжила движение вперед, А. уехал. В тот момент, когда А. начал совершать наезд на коляску, он быстрыми шагами пошел в сторону коляски. По взгляду Иванова он понял, что Иванов не осознал, что произошло. Женщина не подходила к Иванову, он не мог знать, что совершил наезд на коляску. Кто сидел в коляске, он не смотрел, но детского плача он не слышал.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, при проведении судебно-медицинской экспертизы телесные повреждения у *** не обнаружены.

По результатам проверки инспектором ДПС ОГИБДД МО МВД России «Игринский» *** ДД.ММ.ГГГГ вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении *** по ч.1 ст.12.24 КоАП РФ и ч.2 ст.12.27 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения.

Постановлением инспектора ДПС ОГИБДД МО МВД России «Игринский» *** от ДД.ММ.ГГГГ *** привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.14 КоАП РФ.

В ходе проверки, проведенной в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ по обращению ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ по факту ДТП, произошедшему ДД.ММ.ГГГГ, следователем была истребована информация из БУЗ УР «Красногорская РБ МЗ УР».

В материале проверки №, зарегистрированном в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, имеется информация, представленная и.о. главного врача БУЗ УР «Красногорская РБ МЗ УР» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой за оказанием медицинской помощи *** после ДТП, произошедшему ДД.ММ.ГГГГ, не обращались.

В справке фельдшера отделения скорой медицинской помощи БУЗ УР «Красногорская РБ МЗ УР» ФИО5 указано, что ***, ДД.ММ.ГГГГ г.р., за оказанием медицинской помощи с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не обращался.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у *** достоверные данные о наличии телесных повреждений в представленных медицинских документах отсутствуют.

Также в материалах проверки № имеется заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. Из данного заключения следует, что для проведения экспертизы были представлены медицинские документы: результаты осмотров врача-невролога и врача-офтальмолога БУЗ УР «РДКБ МЗ УР» от ДД.ММ.ГГГГ; электроэнцефалограмма от ДД.ММ.ГГГГ БУЗ УР «РДКБ МЗ УР»; ультразвуковое исследование шейного отдела позвоночника от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного в клинике «Доктор плюс», медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № БУЗ УР ДГ П № МЗ на имя ***

Результатами исследований установлено, что инсомнический синдром (нарушения сна) у ребенка *** обусловлен неврологическими нарушениями перинатального генеза. При ультразвуковом исследовании позвоночника установлено смещение зубовидного отростка второго шейного (С2) позвонка. Данное исследование проведено впервые, поэтому оценить динамику его развития и судить о давности его образования, по имеющимся данным, не представляется возможным.

Согласно выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ каких-либо повреждений у ребенка ***, связанных с дорожно-транспортным происшествием, имевшим место ДД.ММ.ГГГГ, при судебно-медицинской экспертизе не установлено.

По результатам проведенной проверки постановлением старшего следователя группы по расследованию преступлений на территории <адрес> СО МО МВД России «Игринский» ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении *** отказано в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.264 УК РФ.

В соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обращаясь в суд с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ***, ФИО1, действуя в интересах несовершеннолетнего сына, указала, что в результате ДТП при наезде автомобиля под управлением *** на детскую коляску, в которой находился ее сын ***, ему были причинены телесные повреждения в виде гематомы на затылочной части головы, а также смещения зубовидного отростка С2, смещен относительно боковых масс атланта вправо на 2,5 мм. (ротационный подвывих атланта), также была причинена сильная физическая боль. После ДТП у ребенка стала болеть голова, затылок, ребенок стал капризный, нервный, раздражительный, страдает бессонницей, нарушением сна, ухудшилось внимание.

В подтверждение своих доводов истец ФИО1 ссылалась на показания свидетелей, медицинские документы, материалы проверки по заявлению ***

Между тем показания свидетеля *** подтверждают лишь факт ДТП и наезд автомобиля под управлением *** на детскую коляску, в которой находился малолетний ***

Показания свидетелей ***, ***, *** о том, что у ребенка *** после ДТП имелась гематома в области головы, нельзя признать бесспорными доказательствами, поскольку непосредственно после ДТП в медицинские учреждения по поводу причинения вреда здоровью малолетнему *** его родители, бабушка не обращались, наличие у ребенка телесных повреждений не зафиксировано, в связи с этим показания свидетелей объективно не подтверждены.

Кроме того, показания свидетеля *** носят противоречивый характер, не согласуются с ее объяснениями, данными ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения проверки. Также показания свидетеля *** не согласуются с показаниями свидетеля *** в той части, когда она сообщила воспитателю *** о наличии гематомы у ребенка. Кроме того, показания *** и *** о том, что имело место обращение в скорую помощь, опровергаются справкой фельдшера отделения скорой медицинской помощи БУЗ УР «Красногорская РБ МЗ УР» ФИО5, имеющейся в материалах проверки №.

Поскольку в силу родственных отношений свидетели *** и *** являются лицами, заинтересованными в исходе дела, суд критически относится к их показаниям.

Медицинские документы, приложенные к исковому заявлению, копия медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № БУЗ УР ДГ П № МЗ на имя ***, приобщенная к материалам дела, являлись предметом исследования судебно-медицинских экспертов, в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы им дана соответствующая оценка. Исходя из представленных медицинских документов экспертами не установлено объективных данных, указывающих на то, что у ребенка *** имелись какие-либо повреждения, связанные с дорожно-транспортным происшествием, имевшим место ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований не доверять заключению комиссии экспертов у суда не имеется, поскольку оно является допустимым доказательством.

Копия медицинской карты на имя *** из МБДУ «Детский сад №» не опровергает выводы комиссионной судебно-медицинской экспертизы. Следует отметить, что в медицинской карте записи врача-невролога по результатам осмотра от ДД.ММ.ГГГГ не читаемы.

В материалах проверки № от ДД.ММ.ГГГГ по заявлению *** отсутствуют результаты осмотра детской коляски, механические повреждения, причиненные коляске, не зафиксированы. Однако в определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ инспектором ДПС ОГИБДД МО МВД России «Игринский» *** указано, что в результате ДТП были причинены механические повреждения детской коляске.

Между тем факт наезда автомобиля на детскую коляску и причинение коляске механических повреждений, сам по себе не может свидетельствовать о причинении малолетнему *** физических и нравственных страданий.

Их письменных объяснений очевидца ДТП ***, а также показаний свидетеля *** следует, что после наезда автомобиля на коляску, в которой находился ребенок, он не плакал. После ДТП *** не сочла необходимым обратиться за медицинской помощью ***, отвела ребенка в детский сад. Из показаний свидетеля *** следует, что во время нахождения ребенка в детском саду каких-либо изменений в поведении ребенка она не наблюдала, свидетель также отметила, что работала вместе с воспитателем-няней, осмотр детей ежедневно осуществлялся медицинской сестрой, но изменений в поведении ребенка они также не заметили.

Как установлено в судебном заседании, ФИО1 обратилась в медицинские учреждения по поводу ухудшения состояния здоровья ребенка спустя месяц.

С учетом изложенного, невозможно сделать однозначный вывод о том, что при наезде автомобиля на детскую коляску, в которой находился малолетний ***, ему была причинена физическая боль.

Доводы истца о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия ухудшилось состояние здоровья малолетнего ***, объективно представленными медицинскими документами не подтверждаются, причинно-следственная связь между указанным событием и состоянием здоровья малолетнего *** не установлена.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд считает, что не представлены бесспорные доказательства, свидетельствующие о том, что в результате наезда автомобиля ответчика на детскую коляску, в которой находился малолетний ***, последнему были причинены физические и нравственные страдания.

Поскольку факт причинения малолетнему *** физических и нравственных страданий в результате дорожно-транспортного происшествия не доказан, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего ***, к *** о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Юкаменский районный суд Удмуртской Республики.

Решение в окончательной форме составлено 27 ноября 2020 года.

Судья Е.А.Сабрекова