Апелляционное определение № 33-15322/2025 от 10 декабря 2025 г.

Судья Сайфутдинов Р.А. УИД 16RS0033-01-2025-000160-39

Дело № 2-174/2025

Дело № 33-15322/2025

Учет № 212 г


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

1 декабря 2025 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Муртазина А.И.,

судей Абдуллина И.И. и Мелихова А.В.,

с участием прокурора Халиуллина И.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Кугергиной В.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Абдуллина И.И. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика Федерального автономного учреждения «Российское Классификационное Общество» ФИО4 на решение Черемшанского районного суда Республики Татарстан от 26 июня 2025 года, которым постановлено:

иск ФИО5, ФИО1 к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта, Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (ИНН <***>) за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО5 (паспорт ...., выдан <дата><данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 1 300 000 (один миллион триста тысяч) рублей.

Взыскать с федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <***>) в пользу ФИО5 (паспорт ...., выдан <дата><данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 600 000 (шестьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (ИНН <***>) за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт ...., выдан <данные изъяты><дата>) в лице опекуна ФИО5 (паспорт ...., выдан <дата><данные изъяты>) компенсацию морального вреда за смерть отца ФИО2 в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (ИНН <***>) за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт ...., выдан <данные изъяты><дата>) в лице опекуна ФИО5 (паспорт ...., выдан <дата><данные изъяты>) компенсацию морального вреда за смерть матери ФИО3 в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт ...., выдан <данные изъяты><дата>) в лице опекуна ФИО5 (паспорт ...., выдан <дата><данные изъяты>) компенсацию морального вреда за смерть отца ФИО2 в размере 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт ...., выдан <данные изъяты><дата>) в лице опекуна ФИО5 (паспорт ...., выдан <дата><данные изъяты>) компенсацию морального вреда за смерть матери ФИО3 в размере 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований к Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество», Федеральной службе по надзору в сфере транспорта (Ространснадзор) о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (Ространснадзор) за счет средств казны Российской Федерации и Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, государственную пошлину в размере 600 (шестьсот) рублей с каждого.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя истцов ФИО5 и ФИО1 – ФИО6, возражавшего против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагающего, что решение суда обстоятельствам дела и требованиям закона соответствует, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Истцы ФИО5 и ФИО1 обратились в суд с иском (уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта (далее также – Ространснадзор) и Федеральному автономному учреждению «Российское классификационное общество» (далее также – ФАУ «Российское классификационное общество») о компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указали, что 10 июля 2011 года на территории Куйбышевского водохранилища в результате затопления дизель-электрохода «Булгария» погибли находившиеся на борту судна супруги ФИО2 и ФИО3 Истец ФИО1 является дочерью погибших, истец ФИО5 – мать погибшей ФИО3

3 июля 2014 года по факту крушения дизель-электрохода «Булгария» Московским районным судом города Казани в отношении должностных лиц, причастных к крушению, был вынесен приговор.

Истцам причинены моральные, нравственные страдания в результате гибели ФИО2 и ФИО3

На основании изложенного истцы просили суд, с учетом уточнения исковых требований, взыскать с ответчика Федеральной службы по надзору в сфере транспорта в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за гибель матери ФИО3 – 3 000 000 рублей, за гибель отца ФИО2 – 3 000 000 рублей, взыскать с ответчика Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за гибель матери ФИО3 – 3 000 000 рублей, за гибель отца ФИО2 – 3 000 000 рублей.

Истцы ФИО5, ФИО1 в судебное заседание не явились, просили о рассмотрении дела без их участия.

Представитель ответчика Федеральной службы по надзору в сфере транспорта на судебное заседание суда первой инстанции не явился, представил письменные возражения на иск, в которых указал, что копии документов, приобщенных к исковому заявлению, исковые требования не подтверждают, не указано, в чем выражены нравственные страдания. Размер исковых требований доказательствами, имеющими признаки относимости, допустимости и достоверности не подтверждены. Доказательства вины Ространснадзора о солидарном с осужденными причинении смерти не представлены. Ространснадзором не предпринималось никаких действий и (или) бездействий, которые могли повлечь гибель ФИО2 и ФИО3, а ровно причинить моральный вред истцам.

Представитель ответчика Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ранее представил письменные возражения на иск, в котором указал, что размер денежной компенсации морального вреда, присужденной приговором (с учетом апелляционного определения) в пользу потерпевших предъявивших иск при рассмотрении уголовного дела составил от 200 000 рублей до 400 000 рублей. Факт предъявления иска истцом спустя более 13 лет после причинения вреда не может служить основанием для многократного увеличения денежной компенсации в сравнении с величинами, присужденными приговором. Просил установить величину ответственности в следующих долях: ФИО7 – 50 процентов, ФИО8 – 10 процентов, ФИО9 – 10 процентов, собственника судна публичного акционерного общества «Судоходная компания «Камское речное пароходство» ( далее также - ПАО СК «Камское речное пароходство»– 10 процентов, ФИО10 – 5 процентов, ФИО11 – 5 процентов, ФИО12 – 5 процентов, ФИО13 – 5 процентов, с учетом долевой ответственности виновных лиц, просил снизить размер денежной компенсации морального вреда до 50 000 рублей.

Представитель третьего лица ПАО «СК «Камское речное пароходство» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом, ранее представил письменные пояснения по делу.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства транспорта Российской Федерации, Межрегионального территориального управления Федеральной службы по надзору в сфере транспорта по Приволжскому федеральному округу, третьи лица ФИО10, ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО11, ФИО14, ФИО17, ФИО18 в судебное заседание при надлежащем извещении не явились.

Судом постановлено решение о частичном удовлетворении требований в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе представитель Федерального автономного учреждения «Российское классификационное общество» – ФИО4 просит решение суда в части определения размера долевой ответственности и размера присужденной компенсации морального вреда отменить как незаконное и необоснованное и вынести новое решение, которым, с учетом степени вины каждого из лиц и принципа долевой ответственности установить величину ответственности в долях, указанных в возражении на исковое заявление, с учетом отсутствия вины просит снизить размер денежной компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов до 50 000 рублей. Апеллянт указывает, что судом неправильно определены доли ответственности лиц, на которых законом возложена обязанность компенсации морального вреда, в том числе и при отсутствии вины, необоснованно отклонены доводы ответчика о грубой неосторожности. Возлагая обязанность компенсации морального вреда на ответчиков, судом не установлена долевая ответственность в его причинении с учетом установления виновности приговором в отношении ФИО19, ФИО11, ФИО12, ФИО13, постановлениями следователя от 4 мая 2012 года в отношении ФИО7 и ФИО8 и ответственность собственника судна ПАО СК «Камское речное пароходство». Отмечает, что судом сделан вывод о равной доли ответственности виновных лиц, без учета обстоятельств, установленных приговором суда и постановлениями следователя, выводы которых являются обязательными.

От истцов ФИО5, ФИО1 поступило ходатайство, просят учесть сложившуюся судебную практику, рассмотреть жалобу в отсутствие истцов.

Представитель истцов ФИО6 просил оставить в силе решение суда первой инстанции, полагая, что доводы апелляционной жалобы являются необоснованными и направлены на переоценку выводов суда по установленным в ходе рассмотрения дела обстоятельствам.

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор пришел к заключению о законности постановленного по делу решения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не явились.

Согласно части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле, и извещенных о времени и месте его рассмотрения, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участника процесса, заключение прокурора, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты субъективных прав и законных интересов, представляющим собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

Как установлено статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 10 июля 2011 года на территории Куйбышевского водохранилища в результате затопления дизель-электрохода «Булгария» погибли находившиеся на борту судна ФИО2, <дата> года рождения, являвшийся отцом ФИО1, и ФИО3, <дата> года рождения, являвшаяся матерью ФИО1 и дочерью ФИО5

Приговором Московского районного суда города Казани от 3 июля 2014 года ФИО19 – владелец дизель-электрохода «Булгария», ФИО9 – старший помощник капитана дизель-электрохода «Булгария», ФИО12 – начальник Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора, ФИО11 – главный государственный инспектор Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора, ФИО13 – старший эксперт Камского филиала Российского речного регистра признаны виновными в совершении преступлений, повлекших по неосторожности 10 июля 2011 года затопление в акватории Куйбышевского водохранилища реки Волга дизель-электрохода «Булгария», гибель 122 пассажиров и членов экипажа дизель-электрохода «Булгария», причинение телесных повреждений различной степени 78 пассажирам и членам экипажа дизель-электрохода «Булгария» и крупный ущерб собственнику судна.

Указанным приговором, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 2 апреля 2015 года:

– ФИО12 – начальник Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора осужден по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 6 лет в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта, сроком на 3 года,

– ФИО11 – главный государственный инспектор Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора осужден по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 5 лет в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта, сроком на 3 года,

– ФИО13 – старший эксперт Камского филиала Российского речного регистра осужден по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации к 5 годам 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с лишением права занимать должности в органах, надзирающих за эксплуатацией всех видов транспорта, а также в Российском Речном Регистре, сроком на 3 года.

Как следует из содержания вышеуказанных судебных постановлений, ФИО15 – отец ФИО3 признан потерпевшим. Иск о взыскании с ФИО19, ФИО9, ФИО12, ФИО11, ФИО13 компенсации морального вреда истцами ФИО1, ФИО5 в рамках уголовного дела не заявлялся. Степень вины каждого из осужденных в причинении морального вреда равная, поэтому определяется в отношении каждого в равных долях.

На момент гибели ФИО2 и ФИО3, ФИО12 и ФИО11 состояли в трудовых отношениях с Казанским линейным отделом Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора, а ФИО13 состоял в трудовых отношениях с Камским филиалом Российского речного регистра (в настоящее время – ФАУ «Российское классификационное общество»).

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что вина ФИО13, ФИО12 и ФИО11 и причинно-следственная связь между их действиями при осуществлении должностных обязанностей и наступившими последствиями в виде гибели пассажиров и членов экипажа судна «Булгария», в том числе ФИО2, ФИО3 установлена вступившим в законную силу приговором Московского районного суда города Казани от 3 июля 2014 года, с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 2 апреля 2015 года.

Учитывая фактические обстоятельства дела, принимая во внимание, что сотрудниками ответчиков – осужденными ФИО12, ФИО11 и ФИО13 при исполнении ими трудовых обязанностей были совершены вышеуказанные преступления, суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчиков ФАУ «Российское классификационное общество», Федеральной службы по надзору в сфере транспорта в пользу истцов денежной суммы в счет компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь статьями 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание обстоятельства причинения вреда, степень нравственных страданий, перенесенных ФИО1 и ФИО5 в результате невосполнимой утраты – смерти близких и родных людей – родителей и дочери, соответственно, пришел к выводу о том, что компенсация морального вреда, подлежащая взысканию в пользу ФИО1 с ФАУ «Российское классификационное общество» в размере 1 500 000 рублей за смерть каждого родителя, с ответчика Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта – в размере 750 000 рублей за каждого родителя, в пользу ФИО5 с ФАУ «Российское классификационное общество» в размере 600 000 рублей, с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта – 1 300 000 рублей, будет в наибольшей степени отвечать требованиям разумности и справедливости такого взыскания.

Судебная коллегия, соглашаясь с данными выводами суда первой инстанции, признает доводы апелляционных жалоб представителя ответчика несостоятельными, исходя из следующего.

Согласно статье 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

При разрешении вопроса о порядке взыскания компенсации морального вреда преступными действиями нескольких лиц следует руководствоваться разъяснениями, содержащимися в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», из которого следует, что в случае причинения морального вреда преступными действиями нескольких лиц он подлежит возмещению в долевом порядке.

Обусловлено такое толкование положениями пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из которого размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В данной ситуации моральный вред, причинен преступными действиями нескольких лиц, в связи с чем подлежит возмещению в долевом порядке.

Как ранее было указано, пересматривая приговор Московского районного суда города Казани от 3 июля 2014 года в апелляционном порядке, судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан пришла к выводу о равной степени вины каждого из осужденных в причинении морального вреда потерпевшим, в связи с чем определила в отношении каждого равные доли.

Между тем при рассмотрении иска в порядке уголовного судопроизводства юридические лица Федеральная служба по надзору в сфере транспорта, ФАУ «Российское классификационное общество» в качестве гражданских соответчиков не привлекались, основания гражданско-правовой ответственности в данном деле и в ранее рассмотренном иске различны, в связи с чем компенсация морального вреда по иным основаниям не может являться условием освобождения работодателя от ответственности за вред, причиненный его работником при исполнении им своих должностных обязанностей.

Более того, право определить круг ответчиков и лиц, к которым предъявлены требования, принадлежит истцу. В настоящем споре истцами предъявлены требования к Федеральной службе по надзору в сфере транспорта и ФАУ «Российское классификационное общество».

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не учел вину собственника судна – ПАО «СК «Камское речное пароходство» отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, поскольку в ходе рассмотрения уголовного дела было установлено, что с 25 марта 2011 года по 30 октября 2013 года директор «АгроРечТур» ФИО19 в соответствии со статьями 3, 34 Кодекса внутреннего водного транспорта Российской Федерации являлась судовладельцем дизель-электрохода «Булгария» и была обязана обеспечивать, в том числе, безопасность его движения и эксплуатации. Кроме того, ФИО16, являвшийся в 2012 году генеральным директором ПАО «СК «Камское речное пароходство», признан потерпевшим по делу.

Учитывая вышеуказанное правовое регулирование и установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции правомерно исходил из доказанности причинения истцам физических и нравственных страданий в связи со смертью родителей и дочери, соответственно, которые погибли, в том числе по вине должностных лиц государственного органа – Федеральной службы по надзору в сфере транспорта, а также сотрудника Камского филиала Российского речного регистра, работодатели которых обязаны возместить причиненный истцам моральный вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции учел степень вины привлеченных к уголовной ответственности по части 3 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации начальника и главного государственного инспектора Казанского линейного отдела Волжского Управления Государственного морского и речного надзора Ространснадзора – ФИО12, осужденного к 6 годам лишения свободы, и ФИО11, осужденного к 5 годам лишения свободы, а также старшего эксперта Камского филиала Российского речного регистра ФИО13, осужденного к 5 годам и 6 месяцам лишения свободы, в затоплении в акватории Куйбышевского водохранилища реки Волга дизель-электрохода «Булгария» и гибели пассажиров и членов экипажа «Булгария», в том числе ФИО2 и ФИО3

Также судом первой инстанции приняты во внимание объяснения истцов, изложенные в письменных пояснениях по делу, согласно которым ФИО1 тяжело переживала утрату родителей, стала тревожной, состояние здоровья ФИО5 после смерти дочери ухудшилось, гибель дочери стала для нее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, она перенесла и продолжает переживать тяжелые нравственные страдания, что вызывает сильные переживания за опекаемую внучку ФИО1

Также приняты во внимание характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, в частности, тот факт, что потеря родителей и дочери является невосполнимой утратой, вследствие которой нарушено личное неимущественное право истцов на родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истцов компенсации морального вреда, суд первой инстанции правильно применил критерии, предусмотренные приведенными выше правовыми нормами, оценил в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные по делу доказательства, исходя из обстоятельств, при которых был причинен вред, а именно, тяжести физических и нравственных страданий, степень вины причинителей вреда, поведения ответчиков, которые никаких мер к возмещению причиненного истцам морального вреда не предприняли. Также судом учтен закрепленный действующим законодательством принцип разумности взыскания, в связи с чем вывод суда о частичном удовлетворении исковых требований и взыскании в возмещение причиненного истцам морального вреда денежной компенсации в пользу ФИО1 с ФАУ «Российское классификационное общество» в размере 1 500 000 рублей за смерть каждого родителя, с ответчика Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта – в размере 750 000 рублей за каждого родителя, в пользу ФИО5 с ФАУ «Российское классификационное общество» в размере 600 000 рублей, с Российской Федерации в лице Федеральной службы по надзору в сфере транспорта – 1 300 000 рублей, следует признать правомерным.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции в нарушение требований материального права не учтена вина лиц, не являвшихся работниками ответчиков по настоящему делу при определении величины долевой ответственности каждого из ответчиков, а также о том, что при разрешении дела необходимо было определить доли ответственности каждого из лиц, виновность которых в крушении судна установлена, также не могут повлечь отмену по существу правильного решения.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы в целом являются несостоятельными, были предметом исследования суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, с которой судебная коллегия соглашается.

Учитывая, что неправильного применения норм материального права или нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено, оснований для отмены обжалуемого решения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Черемшанского районного суда Республики Татарстан от 26 июня 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика Федерального автономного учреждения «Российское Классификационное Общество» ФИО4 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд обшей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 23 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи