Решение № 2-272/2026 2-272/2026(2-5188/2025;)~М-3870/2025 2-5188/2025 М-3870/2025 от 8 апреля 2026 г. по делу № 2-272/2026

№2-272/2026


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 марта 2026 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Марухина С.А.

при секретаре ФИО4

с участием представителя ПАО «Сбербанк России» ФИО5, представителя ФИО2 – ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ПАО «Сбербанк России» к ФИО2 о взыскании задолженности по кредиту, а также по встречному иску ФИО2 к ПАО «Сбербанк России» о признании кредитного договора недействительным,

установил:

Истец Публичное акционерное общество «Сбербанк России» в лице Дальневосточного банка ПАО Сбербанк (далее также ПАО Сбербанк, Банк) обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору.

В обоснование исковых требований указано на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, ФИО2 заключен кредитный договор №, по условиям которого банк предоставил ФИО2 кредит в сумме 1 200 000 рублей на срок 60 месяцев под 32,4% годовых, а ФИО2 обязался возвращать полученный кредит и уплачивать на него проценты, в размере и сроки, указанные в Договоре. Банк свои обязательства исполнил в полном объёме, а ФИО2 допустил просрочку возврата кредита. На основании изложенного, Банк просил суд взыскать в пользу Банка с ФИО2 задолженность по кредиту № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 1 511 504 рублей 88 копеек, судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 30 115 рублей.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: АО «Райффайзенбанк», АО «Газпромбанк».

В ходе судебного разбирательства от ответчика ФИО2 поступило встречное исковое заявление к ПАО Сбербанк, в котором ФИО2, окончательно определившись с требованиями, просил о признании кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между ПАО Сбербанк и ФИО2, недействительным (ничтожным), взыскать с ПАО Сбербанк расходов по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 рублей. В обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен кредитный договор № (автокредит) на сумму 1 200 000 руб., сроком на 60 месяцев, под 32,4% годовых, который подписан в электронном виде посредством систем «Сбербанк Онлайн» и «Мобильный ФИО3». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился в <адрес>, где «попал под мошеннические действия путем введения в заблуждение», а именно: ДД.ММ.ГГГГ ему поступил звонок на мобильный телефон, в ходе которого сообщили недостоверную информацию об оформленном на его имя кредите и попросили осуществить переводы денежных средств на неустановленные счета. ФИО2, не подозревая о преступных намерениях, перевел неустановленным лицам денежные средства в общей сумме 5 991 397 рублей 13 копеек через приложение ФИО3. ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело, в рамках которого ФИО2 признан потерпевшим, что является основанием для признания кредитного договора ничтожным.

Представитель истца (ответчика по встречному истку) ПАО «Сбербанк России» в лице Дальневосточного ФИО3 ПАО Сбербанк ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования в полном объеме, а также возражала против удовлетворения встречного иска, поддержала направленные ранее возражения на встречное исковое заявление, из которых следует, что ФИО2 является клиентом ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ, к его номеру телефона +№ подключена услуга «Мобильный ФИО3», ДД.ММ.ГГГГ истец самостоятельно зарегистрировался в приложении «Сбербанк Онлайн» и успешно вошел в систему, что подтверждается журналом входов. ДД.ММ.ГГГГ в 10:37 истец лично осуществил вход в мобильное приложение, подал заявку на кредит; ФИО3 направил на его номер телефона SMS с паролем, который был корректно введен. После одобрения кредита истец ознакомился с условиями (сумма 1 200 000 рублей, срок 60 месяцев, ставка 15% годовых на первые 2 месяца) и подтвердил получение кредита паролем. Кредитные средства ДД.ММ.ГГГГ в 10:48 зачислены на счет карты истца; в 10:54 истец перевел 500 000 рублей на свой счет в Газпромбанк, в 11:21 был осуществлен перевод 700 000 рублей. ФИО3 проявил должную осмотрительность, приостановив перевод 700 000 рублей как подозрительный, на телефон истца направлено SMS с предупреждением, истец подтвердил операцию, после чего перевод исполнен. Доводы о заключении договора под влиянием третьих лиц не подтверждены: телефон истца из владения не выбывал, устройство не менялось, все операции совершены с использованием данных, известных только истцу. Постановление о признании потерпевшим не является приговором суда и не имеет преюдициального значения для гражданского дела. Указали на отсутствие доказательств того, что ФИО3 знал или мог знать о противоправных действиях третьих лиц, а также на то, что кредитные денежные средства были переведены ФИО2 на свой же счет в другой ФИО3, а не третьему лицу. На основании изложенного просили в иске отказать полностью.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, ходатайств об отложении не заявлял.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО9, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований ФИО3, настаивала на удовлетворении встречных требований, указала на неосмотрительность ФИО3, выразившуюся в том, что, несмотря на полученные ранее отказы в предоставлении кредитов, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был одобрен автокредит на сумму 1 200 000 рублей, а также указала на отсутствие должного анализа финансового положения заёмщика.

Третьи лица АО «Райффайзенбанк», АО «Газпромбанк» надлежащим образом извещены о времени и месте проведения судебного заседания, представителя для участия в судебном заседании не направили, ходатайств об отложении не заявили.

На основании ч.3, ч.4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

Из содержания пункта 1 статьи 819 ГК РФ, пункта 1 статьи 809 ГК РФ следует, что по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. При этом кредитор имеет право на получение с заемщика процентов на сумму кредита в размерах и в порядке, определенных договором.

На основании пункта 2 статьи 819 ГК РФ к отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 главы 42 ГК РФ, то есть правила, регулирующие отношения по договору займа.

Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

По части 2 статьи 811 ГК РФ, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 160 ГК РФ использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, при этом односторонний отказ от исполнения обязательств не допустим.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ, между Банком (кредитор), ФИО2 (заёмщик) заключен кредитный договор № на предоставление кредита в сумме 1 200 000 рублей на срок 60 месяцев под 32,4% годовых.

Пунктом 11 Договора определены цели использования заемщиком кредита: приобретение транспортного средства.

Банк свои обязательства перед ответчиком исполнил в полном объеме, предоставив потребительский кредит в размере 1 200 000 рублей путем перечисления на счет ФИО2, однако заёмщик допустил нарушение сроков возврата кредита и уплаты процентов, что послужило основанием для обращения Банка с настоящим исков в суд.

Как указывает Банк, у ФИО6 имеется следующая задолженность по Договору за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: 1 186 697 рублей 98 копеек – просроченный основной долг, 297 021 рубль 52 копейки – просроченные проценты, 7 292 рубля 46 копейки – неустойка на просроченный основной долг, 20 492 рубля 92 копейки – неустойка за просроченные проценты.

Проверив и оценив представленный истцом расчет задолженности по кредитному договору, суд принимает его за основу, поскольку он рассчитан, исходя из условий потребительского кредита, не противоречит действующему законодательству, и не содержит арифметических ошибок. Контррасчета спорной задолженности ФИО2 в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Возражая против заявленных ФИО3 требования ФИО2 предъявил встречный иск о признании кредитного договора недействительным в силу его ничтожности и применении последствий недействительности ничтожной сделки, подтвердив, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен кредитный договор № (автокредит) на сумму 1 200 000 руб., сроком на 60 месяцев, под 32,4% годовых, который подписан в электронном виде посредством систем «Сбербанк Онлайн» и «Мобильный ФИО3», указав, что кредитный договор был заключен под влиянием мошеннических действий со стороны третьих лиц, поскольку ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 поступил звонок на мобильный телефон, в ходе которого ему сообщили недостоверную информацию об оформленном на его имя кредите и попросили осуществить переводы денежных средств на неустановленные счета, а результате чего ФИО2, не подозревая о преступных намерениях, перевел неустановленным лицам денежные средства в общей сумме 5 991 397 рублей 13 копеек через приложение ФИО3. ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело, в рамках которого ФИО2 признан потерпевшим. Ссылаясь на непринятие ФИО3 повышенных мер предосторожности в связи с фактом подачи клиентом заявки на получение кредита и незамедлительной выдачей ФИО3 распоряжения о перечислении денежных средств в пользу третьего лица, просил признать кредитный договор недействительной (ничтожной) сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Основанием для признания сделки недействительной ФИО2 указывает именно ст. 10 ГК РФ, согласно п.1 и п.5 которой не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии со ст.ст. 1, 9, 421 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в Банк за оформлением кредита и получения заемных средств с целью приобретения транспортного средства.

При этом из его пояснений, а также обращения в органы полиции следует, что именно из-за влияния заблуждения он оформил несколько кредитных договоров, из которых договор по настоящему делу являлся первым, впоследствии также по указанию посторонних лиц ФИО2 совершил переводы денежных средств сначала в АО» Газпромбанк», где у него имелся банковский счёт, а оттуда денежные средства были направлены на неизвестные ему счета в АО «Райффайзенбанк»

Выпиской из журнала входов подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ вход в систему «Сбербанк Онлайн» был осуществлен с мобильного устройства ФИО2 с использованием его логина и пароля. Для подтверждения заявки и получения кредита истец дважды ввел корректные SMS-пароли, направленные на принадлежащий ему номер телефона +№, подключенный к услуге «Мобильный ФИО3».

Данные обстоятельства в силу п. 3.8 Условий ДБО ПАО Сбербанк являются надлежащим подтверждением того, что распоряжения на заключение кредитного договора и на перечисление средств даны самим клиентом.

Суд отклоняет довод истца об отсутствии волеизъявления, поскольку совершение активных последовательных действий (вход в приложение, заполнение заявки, ввод паролей, перевод средств на свой счет в другой ФИО3) свидетельствует об обратном, в связи с чем суд приходит к выводу, что ФИО2 в полной мере осознавал характер своих действий и их последствия, а также возникающие обязательства перед ФИО3.

Кроме того судом установлено, что кредитный договор № от ДД.ММ.ГГГГ был заключён сторонами в электронной форме с использованием системы «Сбербанк Онлайн» и мобильного приложения ПАО «Сбербанк», что подтверждается выпиской по счёту и протоколом проведения операций в системе дистанционного банковского обслуживания.

В соответствии с ч. 2 ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 63-ФЗ «Об электронной подписи», простая электронная подпись является аналогом собственноручной подписи при условии, что ключ простой электронной подписи используется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы. ПАО «Сбербанк» такие правила утвердил, а ФИО2, активировав услугу «Мобильный ФИО3» и войдя в личный кабинет с использованием логина, пароля и одноразовых SMS-кодов, подтвердил своё согласие с условиями кредитования и фактически акцептовал оферту ФИО3.

Таким образом, подписание договора простой электронной подписью полностью соответствует требованиям закона и порождает те же правовые последствия, что и собственноручная подпись на бумажном носителе. Доказательств того, что электронная подпись ФИО2 была использована помимо его воли, либо что имел место несанкционированный доступ к его личному кабинету со стороны ФИО3 или третьих лиц, материалы дела не содержат.

Суд также принимает во внимание, что ФИО2 не оспаривал факт получения денежных средств по кредитному договору и не заявлял о том, что он не совершал операцию по подписанию договора. Напротив, в своих объяснениях в рамках уголовного дела он подтверждал, что лично переводил денежные средства мошенникам через приложение банка, что косвенно свидетельствует о том, что доступ к его счетам и системе ДБО находился под его контролем.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что волеизъявление ФИО2 при заключении кредитного договора было свободным и осознанным, а сам договор заключён в надлежащей письменной форме, предусмотренной ст. 820 ГК РФ.

Представленное истцом постановление о признании потерпевшим не является вступившим в законную силу приговором, не устанавливает вину конкретных лиц и не освобождает истца от доказывания того, что банк знал или должен был знать о противоправных действиях третьих лиц. Таких доказательств материалы дела не содержат.

Вместе с тем, каких-либо доказательств, свидетельствующих о злоупотреблением банком своим правом, введении истца в заблуждение или обмане, нарушения Банком требований законодательства при заключении договора, тому, что при заключении оспариваемого договора подлинная воля сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение соответствующих прав и обязанностей по кредитному договору, суду не представлено.

Довод представителя ответчика о неосмотрительности Банка, выразившейся в одобрении кредита несмотря на ранее полученные отказы, суд отклоняет как несостоятельный по следующим основаниям.

Как следует из пояснений представителя ФИО3, решение о выдаче кредита принималось с учётом обеспечения (залог автомобиля). Сам по себе факт отказа в предоставлении иных кредитов в иной период времени не свидетельствует о невозможности получения кредита в будущем при изменении финансового положения заёмщика или при предоставлении иного обеспечения.

При этом следует отметить, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 и его супруге ФИО7 был предоставлен кредит на сумму в 588 812 рублей под ипотеку.

Также ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 ПАО «Сбербанк Росси» предоставил кредит в сумме 1 000 000 рублей.

Ранее также ФИО2 предоставлялись кредиты в ФИО3, например в 2022 году (кредитный договор имеется в материалах дела)

Таким образом, ответчик по первоначальному иску длительное время брал у ФИО3 кредиты, оплачивал их, а потому у кредитора могло не возникнуть обоснованных подозрений в связи с заключением нового кредитного договора также с оформлением посредством электронной подписи.

Более того, в судебном заседании установлено, что Банк проявил повышенную степень заботливости: перевод на сумму 700 000 руб. был автоматически приостановлен как подозрительный, истец получил предупреждение, однако подтвердил операцию. При таких обстоятельствах основания для возложения на банк негативных последствий действий самого истца (даже если они совершены под влиянием обмана третьими лицами) отсутствуют.

Помимо этого суд учитывает и то обстоятельство, что после получения кредита ФИО2 перевёл денежные средства в другой ФИО3 (АО «Газпромбанк»), но на свой счёт, что также не должно было вызывать у ПАО «Сбербанк России» подозрений, хотя и первая операция была приостановлена.

Также суд учитывает, что по объяснениям ФИО2 это был первый из пяти взятых кредитов под влиянием мошеннических действий, что также не свидетельствовало о каком-либо возможном участии третьих лиц при оформлении кредита.

Суд отмечает, что сторона ФИО2 в данном случае настаивала на рассмотрении требования о признании договора недействительным именно по ст. 10 ГК РФ, хотя судом неоднократно предлагалось сформулировать конкретную норму ГК РФ из параграфа 2 Главы 9 ГК РФ, что сделано не было.

При таких обстоятельствах, суд полагает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования ПАО Сбербанк о взыскании с ФИО2 задолженности по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 511 504 рубля 88 копеек и несостоятельным встречное исковое ФИО2 к ПАО Сбербанк о признании кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным

Кроме того, в рамках данного спора ПАО «Сбербанк» заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности по встречному требованию долинка о признании кредитного договора недействительной (ничтожной) сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Так по ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось представителем ФИО2, о мошеннических действиях неустановленных лиц ФИО2 стало известно не позднее ДД.ММ.ГГГГ – даты возбуждения уголовного дела и признания его потерпевшим. Именно с этого момента он располагал сведениями об обстоятельствах, которые считает основанием для недействительности сделки.

Учитывая, что со встречным иском в суд о признании оспоримой сделки недействительной ФИО2 обратился лишь ДД.ММ.ГГГГ, срок исковой давности по заявленным им требованиям следует признать пропущенным, так как не следует, что данная сделка является ничтожной, а не оспоримой.

Согласно ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Каких-либо доказательств, отвечающих принципам относимости и допустимости уважительности причин пропуска срока исковой давности суду не представлено. Обстоятельств, указанных в ст. 205 ГК РФ в качестве возможных оснований для восстановления данного срока, материалы дела также не содержат.

В силу статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Учитывая, что в ходе рассмотрения дела, суд пришел к выводу о полном удовлетворении исковых требований, судебные расходы ПАО «Сбербанк» на уплату государственной пошлины подлежат компенсации за счет ответчика.

Как следует из материалов дела, истцом при обращении в суд с данным иском понесены судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 30 115 рублей, которые с учетом полного удовлетворения исковых требований подлежат взысканию в его пользу с ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с ФИО2 (ИНН №) в пользу ПАО «Сбербанк России» (ИНН <***>) задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 1 511 504 рубля 88 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 30 115 рублей.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ПАО «Сбербанк России» о признании кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд с подачей апелляционной жалобы через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня составления судом мотивированного решения.

Председательствующий С.А. Марухин

Мотивированное решение изготовлено 9 апреля 2026 года

УИД 41RS0001-01-2025-006628-39