Решение № 2-1990/2021 2-1990/2021~М-1405/2021 М-1405/2021 от 7 июля 2021 г. по делу № 2-1990/2021

Дело № 2-1990/2021


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

08 июля 2021 года г. Липецк

Октябрьский районный суд города Липецка в составе:

председательствующего судьи Дедовой Е.В.

при секретаре Нехорошеве Р.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению социальной политики Липецкой области о признании недействительным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Управлению социальной политики Липецкой области о признании недействительным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, ссылаясь на то, что она с (дата) работала у ответчика сначала в должности начальника отдела аналитики, прогнозирования и информационно-разъяснительной работы управления, затем с (дата) в должности начальника отдела по работе с обращениями граждан, аналитики и информационно-разъяснительной работы.

(дата) ей было вручено уведомление от (дата) № о преобразовании управления социальной защиты населения Липецкой области в управление социальной политики Липецкой области, сокращении ее отдела и должности с (дата). (дата) ей была предложена для замещения должность начальника отдела организации стационарного обслуживания в управлении социальной политики Липецкой области. На данном уведомлении ФИО1 выразила свое согласие на замещение иной должности, которая ей не была предложена: заместителя начальника отдела организации социальных выплат и проектной деятельности.

Приказом №84-л от 12 марта 2021 года ФИО1 была уволена с государственной гражданской службы Липецкой области с 16 марта 2021 года в соответствии с п. 8.2 ч.1 ст. 37 Федерального закона от 27 июля 2004 года №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

Полагала, что сокращение носило формальный характер; при увольнении ей не были предложены все подходящие вакантные должности в управлении социальной политики Липецкой области и иных управлениях администрации Липецкой области; при определении преимущественного права на замещение вакантной должности начальника отдела организации социальных выплат и проектной деятельности ошибочно было определено преимущественное право ФИО2 на оставлении на работе; истцу не был предоставлен должностной регламент начальника отдела организации стационарного обслуживания, несмотря на ее просьбы, что лишило ФИО1 возможности принять обоснованное и взвешенное решение о переводе на эту должность, причем отказа от перевода ФИО1 не выразила. С учетом нарушении трудовых прав истца, ФИО1 просила признать недействительным приказ об увольнении №84-л от 12 марта 2021 года, восстановить ее на прежней работе, взыскать компенсацию за время вынужденного прогула.

Впоследствии истец просила суд взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда за нарушение ее трудовых прав в размере 5 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 (до объявления перерыва 01.07.2021 года), ее представитель по ордеру и доверенности адвокат Перелыгин Е.В. исковые поддержали в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении и письменных объяснениях. Дополнительно представитель истца указал, что уведомлением от 24.02.2021 года ФИО1 гарантировали предложение всех имеющихся должностей в управлении социальной политики и иных управлениях администрации Липецкой области. В уведомлении не было разъяснено о том, что предложение нижестоящих должностей или должностей в иных органах государственной власти это право работодателя, а не его обязанность, что ФИО1 как экономически и юридически более слабая сторона правоотношений не понимала. Ответ ФИО1 о том, что ей не будет предложена для замещения должность заместителя начальника отдела по организации социальных выплат и проектной деятельности управления социальной политики Липецкой области не был дан ФИО1 ни в устной, ни в письменной форме. Ей также, несмотря на неоднократные просьбы, не был предоставлен должностной регламент начальника отдела организации стационарного обслуживания в управлении социальной политики Липецкой области, что сделало невозможным для ФИО1 принятие решения по предложенной должности. Кроме того, при определении преимущественного права на замещение должности начальника отдела организации социальных выплат и проектной деятельности управления социальной политики Липецкой области между ФИО2 и ФИО1 искусственно производилось сравнение по тем показателям, которые у отдела, возглавляемого ФИО2 были выше, неверно был учтен стаж государственной гражданской службы ФИО1, составляющий более 10 лет, а не как указано в протоколе 6 лет 1 месяц. Не были учтены все курсы повышения квалификации ФИО1, а только за последние три года, все имеющиеся грамоты и благодарственные письма, не было учтено, что ФИО1 относится к категории граждан предпенсионного возраста.

Дополнительно представитель истца Перелыгин Е.В. указал, что при сокращении должности государственной гражданской службы не был письменно уведомлен профсоюзный орган, обязанность уведомления которого возложена на работодателя независимо от того, что ФИО1 не являлась членом профсоюза. Указанное нарушение наряду с иными нарушениями процедуры увольнения являются основанием для восстановления ФИО1 на прежней работе.

Представители ответчика управления социальной политики Липецкой области по доверенностям ФИО3 и ФИО4 исковые требования не признали, ссылаясь на письменные возражения, дополнительно указали, что процедура сокращения была проведена в соответствии с действующим законодательством. Так, при определении преимущественного права на замещение должности государственной гражданской службы в стаж государственной гражданской службы ФИО1 не были включены периоды работы, учитываемые при определении стажа государственной гражданской службы для назначения надбавки за выслугу лет, что предусмотрено действующим законодательством. То обстоятельство, что кандидатам были засчитаны курсы повышения квалификации только за последние три года обусловлено тем, что у претендентов были разные периоды работы: так, ФИО1 работала в управлении с 2014 года, а ФИО2 только с 2019 года. Рассмотрение вопроса о повышении претендентами своего профессионального уровня за иные периоды свидетельствовало бы о предвзятом подходе. Результативность служебной деятельности произведена по тем показателям, которые работодатель учитывал в их служебной деятельности. Преимущественное право на замещение должности государственной гражданской службы было определено результатами голосования комиссии, которая учитывала все необходимые критерии.

Относительно доводов истца и его представителя о том, что ей было и в устной и в письменной форме обещано предложение всех имеющихся должностей в управлении социальной политики и в иных управлениях, объяснили, что в соответствии с действующим законодательством, предусматривающим дополнительные гарантии государственным служащим, работодатель обязан предложить вакантные должности с учетом категории и группы замещаемой гражданским служащим должности гражданской службы. Правом работодателя является предложение вакантных нижестоящих должностей и должностей в иных государственных органах. По состоянию на (дата) должность заместителя начальника, о которой ФИО1 указала на предложении вакантной должности, была занята. Все документы, которые ФИО1 просила в письменном виде, ей были предоставлены. Доказательств того, что она просила должностной регламент по предложенной ей должности, истцом не представлено. ФИО1 действительно не выражала ни согласие, ни отказ от предложенной должности, в результате чего были составлены соответствующие акты. Реорганизация государственного органа является правом работодателя и не свидетельствует о том, что сокращение носило формальный характер. А неуведомление профсоюзного органа не свидетельствует о нарушениях, поскольку ФИО1 членом профсоюза не являлась, а руководитель профсоюзного органа ФИО5 входила в состав комиссии по определению преимущественного права и, следователь, была в курсе сокращения должности ФИО1

Представители третьего лица управления государственной службы и кадровой работы администрации Липецкой области по доверенностям ФИО6 и ФИО7 возражали против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на соблюдение порядка определения преимущественного права на замещение должности государственной гражданской службы между ФИО2 и ФИО1, так и соблюдение процедуры увольнения в целом.

Выслушав истца, представителя истца, представителей ответчика, третьего лица, допросив свидетеля ФИО8, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Коршуновой Н.А., полагавшей о наличии оснований для удовлетворения иска, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Федеральным законом от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в соответствии с Конституцией Российской Федерации и Федеральным законом от 27 мая 2003 года № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» устанавливаются правовые, организационные и финансово-экономические основы государственной гражданской службы Российской Федерации.

Согласно положениям ст. 37 указанного Федерального закона служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы, в том числе, в случаях сокращения должностей гражданской службы в государственном органе и упразднения государственного органа.

В соответствии со ст. 31 Федерального закона от 27 июля 2004 года №79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ» при сокращении должностей гражданской службы или упразднении государственного органа государственно-служебные отношения с гражданским служащим продолжаются в случае предоставления гражданскому служащему, замещающему сокращаемую должность гражданской службы в государственном органе или должность гражданской службы в упраздняемом государственном органе, с его письменного согласия иной должности гражданской службы в том же государственном органе или в государственном органе, которому переданы функции упраздненного государственного органа, либо в другом государственном органе с учетом:

1) уровня его квалификации, специальности, направления подготовки, продолжительности стажа гражданской службы или работы по специальности, направлению подготовки;

2) уровня его профессионального образования, продолжительности стажа гражданской службы или работы по специальности, направлению подготовки при условии получения им дополнительного профессионального образования, соответствующего области и виду профессиональной служебной деятельности по предоставляемой должности гражданской службы.

О предстоящем увольнении в связи с сокращением должностей гражданской службы или упразднением государственного органа гражданский служащий, замещающий сокращаемую должность гражданской службы в государственном органе или должность гражданской службы в упраздняемом государственном органе, предупреждается представителем нанимателя персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

Преимущественное право на замещение должности гражданской службы предоставляется гражданскому служащему, который имеет более высокую квалификацию, специальность, направление подготовки, соответствующие области и виду его профессиональной служебной деятельности, большую продолжительность стажа гражданской службы или работы по специальности, направлению подготовки и более высокие результаты профессиональной служебной деятельности.

Представитель нанимателя государственного органа, в котором сокращаются должности гражданской службы, или государственного органа, которому переданы функции упраздненного государственного органа, обязан в течение двух месяцев со дня предупреждения гражданского служащего об увольнении предложить гражданскому служащему, замещающему сокращаемую должность гражданской службы в государственном органе или должность гражданской службы в упраздняемом государственном органе, все имеющиеся соответственно в том же государственном органе или в государственном органе, которому переданы функции упраздненного государственного органа, вакантные должности гражданской службы с учетом категории и группы замещаемой гражданским служащим должности гражданской службы, уровня его квалификации, его специальности, направления подготовки, стажа гражданской службы или работы по специальности, направлению подготовки, а в случае отсутствия таких должностей в указанных государственных органах может предложить вакантные должности гражданской службы в иных государственных органах в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

В случае отказа гражданского служащего от предложенной для замещения иной должности гражданской службы, в том числе в другом государственном органе, при сокращении должностей гражданской службы или упразднении государственного органа гражданский служащий освобождается от замещаемой должности гражданской службы и увольняется с гражданской службы. В этом случае служебный контракт прекращается при сокращении должностей гражданской службы в соответствии с пунктом 8.2 части 1 статьи 37 настоящего Федерального закона и при упразднении государственного органа в соответствии с пунктом 8.3 части 1 статьи 37 настоящего Федерального закона.

Возможность предложения представителем нанимателя вакантных должностей в иных государственных органах определяется Правилами предоставления государственному гражданскому служащему в случае отсутствия вакантных должностей в государственном органе, в котором сокращаются должности государственной гражданской службы, или государственном органе, которому переданы функции упраздненного государственного органа, вакантной должности государственной гражданской службы в иных государственных органах, утвержденных постановлением Правительства РФ от 19 сентября 2013 года №822.

Судом установлено, что приказом от (дата) ФИО1 была принята на государственную гражданскую службу Липецкой области и назначена на должность начальника отдела аналитики, прогнозирования и информационно-разъяснительной работы управления социальной защиты населения Липецкой области с (дата) до результатов конкурса на замещение вакантной должности на условиях, предусмотренных срочным служебным контрактом.

(дата) представителем нанимателя с ФИО1 был заключен служебный контракт № о прохождении государственной гражданской службы Липецкой области по должности начальник отдела аналитики, прогнозирования и информационно-разъяснительной работы управления социальной защиты населения Липецкой области бессрочно.

Приказом начальника управления социальной защиты населения №80-л от 03 апреля 2017 года ФИО1 переведена с ее согласия на должность начальника отдела по работе с обращениями граждан, аналитики и информационно-разъяснительной работы.

(дата) ФИО1 получила уведомление о преобразовании управления социальной защиты населения Липецкой области в управление социальной политики Липецкой области с передачей ему функции упраздняемого управления труда и занятости Липецкой области.

(дата) состоялся разговор ФИО1 с руководителем управления социальной политики Липецкой области ФИО9 в присутствии начальника отдела государственной службы и кадровой работы управления социальной политики Липецкой области ФИО8, аудиозапись была представлена суду в качестве доказательства обещания руководителя управления предложить все имеющиеся вакантные должности и факт которого никем из участников процесса не оспаривался.

Оценив представленную аудиозапись, как доказательство, с точки зрения его относимости, допустимости и достаточности, суд приходит к выводу о том, что аудиозапись разговора в совокупности с тем, что иными участниками процесса содержание разговора не отрицалось, подтверждает то, что руководитель управления ФИО9 обещала ФИО1 предложить все положенные по законодательству вакантные должности и то, что ФИО1 спрашивала о возможности предложения ей должности заместителя начальника отдела по взаимодействию со СМИ. Само по себе обещание предложить «все положенное по законодательству» не означает обещание руководителем предложить все вакантные должности: в том числе нижестоящие и в иных госорганах. А Установленный факт того, что ФИО1 интересовалась должностью заместителя начальника отдела в отсутствие ее письменного заявления не подтверждает ее намерение перевестись на указанную должность.

(дата) состоялось заседание комиссии по определению преимущественного права на замещении в управлении социальной политики Липецкой области должности начальника отдела организации социальных выплат и проектной деятельности между

(дата) ФИО1 была предложена с учетом категории и группы замещаемой должности, уровня квалификации, специальности, направления подготовки, стажа гражданской службы или работы по специальности, направлению подготовки возможность для замещения должности начальника отдела организации стационарного обслуживания в управлении социальной политики Липецкой области.

На данном письменном предложении ФИО1 оставила замечание о просьбе перевести ее на должность заместителя начальника отдела по организации социальных выплат и проектной деятельности управления социальной политики Липецкой области, вакантную на момент сокращения.

Актами от (дата) и (дата) подтверждается факт отсутствия согласия ФИО1 на замещение предложенной должности начальника отдела организации стационарного обслуживания управления социальной политики Липецкой области. Указание в самом акте на присутствие ФИО1 при составлении акта опровергается объяснениями как истца, так и представителя ответчика ФИО3, подтвердившей, что акт составлялся уже после того, как ФИО1 вышла. Однако установление этого обстоятельства не опровергает содержащуюся в нем информацию о том, что ФИО1 не выразила своего согласия. Указанную информацию подтвердила и сама ФИО1, указавшая на невозможность принятия решения в отсутствие должностного регламента по предложенной ей должности.

Приказом №84-л от 12 марта 2021 года ФИО1 была освобождена от замещаемой должности и уволена с государственной гражданской службы Липецкой области (дата) в соответствии с п. 8.2 ч.1 ст. 37 Федерального закона от 27 июля 2004 года №79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ».

Суд считает порядок сокращения не нарушенным и исходит из следующих обстоятельств.

Факт преобразования управления социальной защиты в управление социальной политики является подтвержденным. Представитель нанимателя должен был предложить ФИО1 все имеющиеся вакантные должности с учетом категории и группы замещаемой ею должности.

Согласно реестру и классификации должностей государственной гражданской службы, установленных Законом Липецкой области 30 декабря 2005 г. № 259-ОЗ «О государственной гражданской службе Липецкой области», замещаема ФИО1 должность начальника отдела относилась к главной группе должностей, категории «руководители». ФИО1 имеет высшее образование (специальность «Русский язык и литература», квалификация «Учитель русского языка и литературы»).

Исходя из имеющихся критериев, ей была предложена должность начальника отдела организации стационарного обслуживания в управлении социальной политики Липецкой области.

То обстоятельство, что ФИО1 не была предложена должность начальника отдела организации социальных выплат и проектной деятельности, напрямую зависит от результатов заседания комиссии по определению преимущественного права на замещение указанной должности, состоявшейся 08 февраля 2021 года.

Оспаривая результаты заседания комиссии, определившей преимущественное право на замещение должности государственной гражданской службы у ФИО2 перед ФИО1 истец и его представитель ссылались на то, что не были учтены все необходимые показатели ФИО1, которые могли бы повлиять на решение комиссии по определению преимущественного права.

Так, одними из первых и основных критериев являются, в соответствии с ч.4 ст. 31 ФЗ «О государственной гражданской службе», квалификация, специальность, направление подготовки, соответствующие области и виду профессиональной служебной деятельности.

Оценивая указанные критерии, суд, как и комиссия, пришел к выводу о соотносимых и равных результатах оценки указанных выше критериев. Обе имеют высшее образование. Несмотря на то обстоятельство, что на комиссию не было представлено сведений о том, что ФИО1 проходила повышение квалификации 5 раз (судом не может быть учтено, что ФИО1 проходила повышение квалификации до ее поступления на государственную гражданскую службу и в то время, как она не работала по специальности), указанный критерий также в равной степени может быть соотнесен с результатом ФИО2, которая дважды проходила курсы повышения квалификации и трижды принимала участие в обучающих семинарах.

Довод представителя истца о том, что ФИО2 во время, которое она повышала свой профессиональный уровень, не может быть включено время декретного отпуска, не подтвержден никакими доказательствами. Нахождение с ребенком в декретном отпуске не опровергает возможность государственного гражданского служащего повышать свой профессиональный уровень и заниматься саморазвитием.

Количество почетных грамот и благодарственных писем, как у ФИО1, так и у ФИО2 свидетельствует об их чрезвычайно высоком уровне профессиональной служебной деятельности. Указанный критерий, также не может быть определяющим для установления преимущественного права на замещение должности, поскольку исходя из изученных судом обстоятельств, по данному критерию также нельзя выделить никого из претендентов, как наилучшего.

Что касается стажа государственной гражданской службы, то с учетом приказа от 25 мая 2020 года «Об установлении ежемесячной надбавки за выслугу лет», ФИО1 был установлен стаж государственной гражданской службы 10 лет. Довод представителя ответчика о том, что указанный стаж засчитывался на основании Указа Президента РФ от 19 ноября 2007 года №1532 и не подлежит зачету в стаж государственной гражданской службы для определения преимущественного права отвергается судом как несостоятельный. Однако, несмотря на то, что представителем нанимателя при определении преимущественного права был учтен иной стаж, суд признает, что расхождение в стаже государственной службы у ФИО2 и ФИО1 (с учетом приказа от 25.05.2020 года) настолько незначительное, что по указанным критериям также можно признать равенство кандидатов. Одновременно, стаж работы по специальности у ФИО2 намного превышает стаж работы по специальности ФИО1 и, вопреки доводам представителя истца, не может ограничиваться исключением из стажа ФИО2 времени нахождения в декретном отпуске. Также суд признает несостоятельными доводы представителя истца о том, что представителем нанимателя принято решение по результатам представленной суду таблицы о результативности служебной деятельности. При этом в самом протоколе отражено, что ФИО2 и ФИО1 выполняют обязанности на достаточно высоком уровне, что суд расценивает как признание равнозначности результатов служебной деятельности кандидатов: суд сравнивает приведенные показатели работы отделов в 2020 году (по 109% каждый) и признает результативность служебной деятельности ФИО1 и ФИО2 равной.

ФЗ «О государственной гражданской службе» не определен порядок действий при установлении равнозначности критериев при определении преимущественного права, однако ст. 179 Трудового кодекса РФ в части не урегулированной специальным законом предусматривает, что при равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

В связи с указанным, комиссия учитывала при прочих равных, наличие у ФИО10 двух несовершеннолетних детей и статус разведенной.

Таким образом, исходя из анализа представленных суду материалов дела, суд признает, что преимущественное право ФИО2 для замещения должности государственной гражданской службы было определено верно, нарушении прав ФИО1 при этом допущено не было.

Из системного толкования части 1 и части 5 статьи 31 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" следует, что представитель нанимателя обязан предлагать гражданскому служащему в случае сокращения замещаемой им должности гражданской службы все имеющиеся в государственном органе вакантные должности в рамках той категории и группы, в которую включалась замещаемая им должность, с учетом уровня его квалификации, профессионального образования, стажа гражданской службы или работы (службы) по специальности, направлению подготовки.

Таким образом, названными нормами на представителя нанимателя не возложена обязанность предлагать истцу вакантные должности, относящиеся к иным категориям и группам должностей гражданской службы.

Следовательно, довод истца и его представителя о наличии вакантных должностей (нижестоящей должности заместителя начальника отдела категории «специалисты» и вакантных должностей в ином государственном органе) основан на ошибочном толковании положений части 5 статьи 31 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации». Исходя из указанной нормы у ответчика отсутствовала обязанность предлагать ФИО1 вакантные должности, относящиеся к иной категории и группе должностей государственной гражданской службы, чем те, которые соответствовали бы замещаемой им должности. Ссылка на обещание руководителя предлагать все должности не основана на материалах дела.

Также суд учитывает, что истцом не представлено доказательств того, что она просила предоставить ей должностной регламент по предлагаемой должности. Письменных заявлений об этом она не подавала, несмотря на то, что все иные необходимы для нее документы были ею получены на основании письменного заявления. Не представление согласия на замещение предложенной ФИО1 должности вплоть до 12 марта 2021 года явилось основанием расторжения с ней служебного контракта. Факт сокращения замещаемой истцом должности гражданской службы имел место. О сокращении должности гражданской службы и предстоящем увольнении истец был уведомлен под роспись в установленные законом сроки. Вплоть до 12 марта 2021 года у истца была возможность написать заявление о согласии на перевод ее на должность начальника отдела организации стационарного обслуживания в управлении социальной защиты Липецкой области.

Ссылка представителя истца на неуведомление профсоюзного органа о предстоящем сокращении при отсутствии членства Голевой Т.А в указанном профсоюзном органе, действительно является нарушением, однако при соблюдении ответчиком процедуры сокращения не может являться основанием для признания незаконным приказа №84-л от 12 марта 2021 года.

Разрешая спор, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований ФИО1 к Управлению социальной политики Липецкой области о признании недействительным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к Управлению социальной политики Липецкой области о признании недействительным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Липецка.

Председательствующий Е.В. Дедова

Решение в окончательной форме изготовлено 15 июля 2021 года

Председательствующий Е.В. Дедова