Решение № 2-1109/2020 2-46/2021 2-46/2021(2-1109/2020;)~М-1078/2020 М-1078/2020 от 2 июня 2021 г. по делу № 2-1109/2020

УИД37RS0020-01-2020-001591-48

Дело № 2 – 46/2021 (2-1109/2020)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ивановская область, гор. Тейково 03 июня 2021 года

Тейковский районный суд Ивановской области в составе

председательствующего судьи Макаровой Е.А.,

при секретаре судебного заседания Михайловой Н.С.,

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2 по доверенности от 21.11.2020г., ответчиков ФИО3, ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском по тем основаниям, что 27 сентября 2020 года в районе <адрес> имело место дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Лифан 215800, рег. № № под управлением истца и экскаватора Hidromek HMK, рег. № по управления ФИО4, принадлежащего на праве собственности ФИО3 Вследствие ДТП автомобилю истца причинены механические повреждения. Виновником ДТП является ФИО4, что подтверждено постановлением по делу об административном правонарушении от 27.09.2020г., согласно которому ФИО4 нарушил требования ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, в связи с чем, привлечен к административной ответственности в виде штрафа. Истец в целях определения размера ущерба обратился к специалисту ИП ФИО5, согласно заключению которого от 22.10.2020г. стоимость восстановительного ремонта составляет <данные изъяты>.

Ссылаясь на указанные обстоятельства и положения ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, истец с учетом уменьшения иска, просит суд взыскать с надлежащего ответчика в свою пользу <данные изъяты> – в возмещение материального ущерба, <данные изъяты> – расходы по оплате экспертного заключения, а также судебные расходы (по оплате услуг представителя – <данные изъяты>, <данные изъяты> – государственная пошлина, <данные изъяты> – телеграммы, <данные изъяты> – почтовые расходы) /том 2 л.д. 211, 228-229/.

Протокольным определением от 25 мая 2021 года ФИО4 из статуса третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, переведен в соответчики по делу.

Протокольным определением от 25.05.2021г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено ПАО СК «Росгосстрах» (застраховавшее ответственность ФИО1).

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал. По обстоятельствам ДТП пояснил следующее: он ехал в колонне автомобилей от <адрес> к памятнику в сторону <адрес> со скоростью 40-50 км/час. Впереди него ехали экскаватор и два легковых автомобиля. В районе <адрес> легковые автомобили стали обгонять экскаватор. Впереди идущие легковые автомобили завершили маневр обгона и после этого стал перестраиваться истец. В этот момент экскаватор начал маневр поворота налево, вследствие чего произошел удар в правую сторону корпуса автомобиля истца. Сигнал поворота налево водитель экскаватора не включал. Поскольку ответчик – собственник экскаватора, гражданскую ответственность не застраховал, на него надлежит возложить ответственность за причиненный транспорту истца ущерб. Представил письменную рецензию относительно результатов судебной экспертизы, указав, что расчет ущерба ИП ФИО5 считает правильным, а расчет судебного эксперта необоснованным. Просил иск удовлетворить.

Представитель истца – ФИО2 в судебном заседании пояснения доверителя поддержал. Настаивал на удовлетворении требований с учетом уменьшения и уточнения. Указал на то, что вину в рассматриваемом ДТП следует возложить именно на ФИО4, поскольку он при начале маневра поворота налево не убедился в его безопасности, а кроме того, не имеет специального права управления подобной техникой. ФИО1 при начале маневра обгона в его безопасности убедился. Также полагал, что надлежащим ответчиком по делу является именно собственник экскаватора, поскольку ФИО4 передано только право управления.

Ответчик – ФИО3 возражал по иску, указывая на то, что истец также виноват в имевшем место ДТП, поскольку совершал маневр обгона, не убедившись в безопасности дорожного движения. Также пояснил, что гражданскую ответственность не застраховал, поскольку не планировал использовать экскаватор в осенне-зимний период, но его попросили очистить площадку под строительство. ФИО4 ответчик попросил сесть за экскаватор, поскольку они состоят в приятельских отношениях. При этом ФИО3 знал об отсутствии у ФИО4 специального права управления экскаватором. Также ответчик полагал, что размер ущерба, определённый истцом, завышен. Дополнительно пояснил, что постановление начальника ГИБДД от 25.03.2021г., которым отменено постановление о привлечении ФИО4 к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, является доказательством тому, что в имевшем место ДТП виноват именно ФИО1, а вины водителя экскаватора не установлено. Ссылаясь на указанные обстоятельства, просил в иске отказать в полном объеме.

Ответчик – ФИО4 поддержал пояснения ФИО3 Относительно обстоятельств ДТП пояснил, что он ехал на экскаваторе от памятника в сторону <адрес>, двигался со скоростью 30 км/час. Возле <адрес> ему нужно было повернуть налево, для чего он остановился и пропустил два легковых автомобиля, предварительно включив сигнал поворота. Автомобиля истца он не видел, поэтому после пропуска двух автомобилей начал маневр поворота налево и тут произошел удар, от которого транспортное средство истца проехало порядка 8 метров, поскольку ехало со скоростью более 50 км/час. ФИО4 полагает, что он строго соблюдал ПДД, тогда как истец превысил скорость и нарушил ПДД и именно действия истца находятся в причинно-следственной связи с негативными последствиями ДТП. Указал на то, что постановлением начальника ОГИБДД МО МВД «Тейковский» от 25 марта 2021 года отменено постановление от 27.09.2020г., которым ФИО4 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ. Тем самым, водитель экскаватора не является виновником ДТП, в связи с чем, в иске ФИО1 надлежит отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица – ПАО СК «Росгосстрах» извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Учитывая мнение сторон и надлежащее извещение третьего лица, суд счет возможным рассмотрение гражданского дела с участием сторон.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, допросив свидетеля ФИО6, оценив доказательства, имеющиеся в деле, в их совокупности по правилам статей 59,60,67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

В силу пунктов 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Положениями пунктов 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что 27 сентября 2020 года в районе <адрес> имело место дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Лифан 215800, рег. № № под управлением истца и экскаватора Hidromek HMK, рег. № по управления ФИО4, принадлежащего на праве собственности ФИО3 (том 1 л.д. 117-125).

Постановлением по делу об административном правонарушении № от 27.09.2020г. ФИО4 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, а именно в том, что управляя экскаватором Hidromek HMK, рег. № при выполнении маневра поворота налево возле <адрес>, рег. № № под управлением ФИО1

На указанное постановление 12 марта 2021 г. заместителем Тейковского межрайонного прокурора принесен протест №, согласно которому прокурор потребовал постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО4 отменить и прекратить производство по делу на основании п. 1 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, то есть в связи с отсутствием события административного правонарушения (том 2 л.д. 52-54). Согласно мотивировочной части протеста, прокурор указал на то, что диспозиция ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ предусматривает ответственность за невыполнение требований ПДД уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения. С учетом п. 11.2 ПДД ФИО1 не обладал преимущественным правом движения относительно транспортного средства под управлением ФИО4

25 марта 2021 года начальник ОГИБДД МО МВД «Тейковский» ФИО7, рассмотрев протест заместителя Тейковского межрайонного прокурора на постановление по делу об административном правонарушении № от 27.09.2020г., вынес постановление, которым постановление по делу об административном правонарушении № от 27.09.2020г. по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ в отношении ФИО4 отменил, производство по делу прекратил на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, то есть в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения (том 2 л.д. 75-77). ФИО7 в мотивировочной части своего постановления на основании объяснений участников ДТП, а также фотографий с места ДТП указал на то, что задний ковш экскаватора полностью закрывает его левый задний указатель поворота; пункт 11.2 ПДД запрещает водителю обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия. Из объяснений ФИО1 видно, что он выехал на полосу встречного движения, в момент, когда впереди движущееся транспортное средство производило обгон. В связи с чем, постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО4 подлежит отмене, а производству по делу об административном правонарушении прекращению ввиду отсутствия в действиях ФИО4 состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ).

С постановлением начальника ОГИБДД МО МВД «Тейковский» от 25 марта 2021 г. ФИО1 не согласился, им подана жалоба (том 2 л.д. 86-89).

Из пояснений сторон следует, что производство № по жалобе ФИО1 на постановление начальника ОГИБДД МО МВД «Тейковский» Тейковским районным судом не окончено.

Учитывая вышеперечисленные обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что при рассмотрении обстоятельств ДТП, имевшего место 27 сентября 2020 года, вынесенное сотрудниками ГИБДД постановление, которым ФИО4 был признан виновным в нарушении правил дорожного движения, в настоящее время отменено, в связи с чем, в настоящем деле подлежит установлению как причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими негативными последствиями, а также вина ответчика в имевшем место ДТП.

С учетом того, что ответчики категорически отрицали вину ФИО4 в причинении вреда автомобилю ФИО1, указывая на то, что водитель экскаватора Правил дорожного движения не нарушал, тогда как водитель автомобиля Лифан выехал на встречную полосу для совершения маневра обгона и транспортные средства столкнулись на встречной для обоих автомобилей полосе движения, судом была назначена автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Ивановская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ (том 1 л.д. 169-172).

Согласно заключению судебного эксперта № от 24 февраля 2021 года, для обеспечения безопасности дорожного движения в данной дорожно-транспортной ситуации водитель экскаватора-погрузчика Hidromek HMK, рег. № должен был действовать в соответствии с п. 8.1 ПДД (перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения). Действия водителя экскаватора-погрузчика не соответствовали требованиям п. 8.1 ПДД и находятся в причинно-следственной связи с фактом столкновения.

Для обеспечения безопасности движения в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Лифан 215800, рег. № № должен действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 (ч.2) ПДД (в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.), а также требованиями п. 11.2 ПДД РФ (водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу).

Рассмотреть вопрос о технической возможности автомобиля Лифан215800, рег. № № предотвратить столкновение, а соответственно, дать обоснованную оценку его действиям относительно п. 10.1 (ч. 2) ПДД РФ и причинной связи с фактом ДТП, эксперту не представилось возможным по причине отсутствия исходных данных: пути движения экскаватора-погрузчика Hidromek HMK, рег. № с момента изменения траектории движения до момента столкновения; скорости движения экскаватора-погрузчика Hidromek HMK, рег. № при выполнении маневра поворота налево.

Оценку действий водителя автомобиля Лифан215800, рег. № № с требованиями п. 11.2 ПДД может дать суд на основе всесторонней оценки и анализа всех материалов дела по установлению факта заблаговременной подачи сигнала (до момента начала маневра обгона его водителем автомобиля Лифан) водителем экскаватора-погрузчика сигнала поворота налево либо отсутствия такового (том 1 л.д. 204-205, 243-244).

Учитывая отсутствие выводов судебного эксперта относительно соответствия действий водителя автомобиля Лифан215800, рег. № № требованиям ПДД, определением суда от 2 апреля 2021 года назначена повторная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ООО НОК «Эксперт-Центр» (том 2 л.д. 109-114).

Согласно заключению судебного эксперта ФИО8 № от 17 мая 2021 года, в данной дорожно-транспортной ситуации водитель экскаватора-погрузчика Hidromek HMK, рег. № должен был действовать в соответствии со следующими пунктами ПДД: 1.3; 1.5; 2.5; 8.1; 8.2; 9.1; 10.1; 10.2 и 11.3. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Лифан215800, рег. № № должен был действовать в соответствии со следующими ПДД: 1.3; 1.5; 8.2; 9.1; 10.1; 10.2; 11.1; 11.2.

Соответствие действий водителя автомобиля Лифан215800, рег. № № и водителя экскаватора-погрузчика Hidromek HMK, рег. № требованиям ПДД с технической точки зрения: 1)в случае, если указатель левого поворота на экскаваторе-погрузчике Hidromek HMK включен заблаговременно: действия водителя ФИО4 в данной дорожно-транспортной ситуации соответствуют пунктам правил: 9.1, 10.2, 8.1 и 8.2 ПДД; действия водителя ФИО1 в данной дорожно-транспортной ситуации соответствуют пунктам 10.1, 10.2 и 8.2 ПДД и не соответствуют пунктам 11.1 и 11.2 ПДД; 2) в случае, если указатель левого поворота на экскаваторе-погрузчике Hidromek HMK выключен: действия водителя ФИО4 в данной дорожно-транспортной ситуации соответствуют пунктам 9.1 и 10.2 и не соответствуют пункту 8.1 ПДД; действия водителя ФИО1 в данной дорожно-транспортной ситуации соответствуют пунктам 10.2, 8.2 и 11.2 ПДД. В случае дорожно-транспортной ситуации, когда экскаватор-погрузчик Hidromek HMK, рег. № двигался с заблаговременно включенным указателем левого поворота, то действия водителя автомобиля Лифан215800, рег. № в части нарушения пункта 11.2 ПДД находятся в прямой причинно-следственной связи с ДТП, имевшим место 27.09.2020г.; В случае дорожно-транспортной ситуации, когда экскаватор-погрузчик Hidromek HMK, рег. № двигался с выключенным указателем левого поворота, действия водителя экскаватора-погрузчика Hidromek HMK по совершению им маневра левого поворота с нарушением п. 8.1 ПДД находится в прямой причинно-следственной связи с ДТП, имевшим место 27.09.2020г. Из выводов обоих судебных экспертов следует, что от включенности либо невключенности сигнала левого поворота экскаватора-погрузчика Hidromek HMK зависит то, каким образом должны были действовать водители в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, то есть у водителя ФИО1 не было преимущества движения и он не мог начать совершать маневр обгона экскаватора-погрузчика, если сигнал левого поворота у экскаватора был включен. А водитель экскаватора при выключенном сигнале левого поворота не мог начать совершение маневра левого поворота, вместе с тем, даже при включенном сигнале поворота он должен был убедиться в безопасности осуществляемого им маневра левого поворота, поскольку подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (абз. 2 п. 8.2 ПДД).Оба исследования судебных экспертов в части, касающейся соблюдения водителями с технической точки зрения Правил дорожного движения, суд принимает как относимые, допустимые и достоверные доказательства по данному делу, поскольку оба экспертных заключения содержат достаточно подробную исследовательскую часть и соответствуют требованиям Федерального закона от 31.05.2001г. № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Кроме того, оба эксперта были предупреждены об уголовной ответственности и не имеют заинтересованности в исходе дела. Из объяснений водителей, данных при проверке обстоятельств ДТП сотрудникам ГИБДД МО МВД «Тейковский» следует, что в части, касающейся включения либо не включения сигнала левого поворота у экскаватора-погрузчика Hidromek HMK показания ФИО1 и ФИО4 разнятся. Так, в первоначальных пояснениях ФИО1 вообще нет информации о включенном либо не включенном сигнале поворота у экскаватора-погрузчика. В то время как у ФИО4 в пояснениях имеется фраза о том, что метров за 30 до места, куда ему нужно было повернуть, он включил сигнал левого поворота. В пояснениях, данных истцом в судебных заседаниях, он всегда последовательно утверждал, что никаких сигналов (ни габаритов, ни поворота) на экскаваторе он не видел. В то время как ФИО4 все время утверждал обратное, дополнив, что сигнал левого поворота включил метров за 80 до <адрес>. Учитывая, что в силу требований ст. 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, то суд, анализируя имеющиеся в деле доказательства, считает, что надлежащей совокупности убедительных и бесспорных доказательств, отвечающих положениям статей 59, 60, 67 ГПК Российской Федерации, ни одна из сторон не представила. Показания свидетеля ФИО9 (супруги истца) в совокупности с пояснениями самого истца, данными им судебном заседании, по мнению суда, не образуют надлежащей совокупности доказательств, отвечающей вышеназванным критериям и подтверждающей пояснения истца, касающиеся не включенного сигнала левого поворота у экскаватор-погрузчика. Соответственно, с учетом того, что ФИО4 не доказал обстоятельство того, что ехал с заблаговременно включенным сигналом левого поворота, а ФИО1 не доказал, что ФИО4 ехал без включенного сигнала левого поворота, суд считает, что имеется вина обоих водителей в ДТП, имевшем место 27.09.2020г. Ссылку ФИО4 на фотографии с места ДТП, сделанные сотрудниками ГИБДД, на которых видно, что и проблесковые маячки, и габаритные огни, и дублеры поворотников на экскаваторе-погрузчике работали, суд также не относит к доказательствам, подтверждающим выполнение ФИО10 требований пунктов 8.1 и 8.2 ПДД, поскольку данные фотографии сделаны позднее самого момента столкновения транспортных средств. При этом суд исходит из того, что каждый из водителей совершал соответствующий маневр: водитель экскаватора-погрузчика – маневр левого поворота, а водитель автомобиля Лифан – маневр обгона. Преимущества движения у водителя автомобиля Лифан215800, рег. № № не имелось, поскольку оба транспортных средства двигались в попутном направлении. В связи с чем, действия каждого из водителей не отвечают в полной мере пункту 1.5 ПДД, требующему принимать все меры к безопасности дорожного движения. Действия ФИО4 также не в полной мере соответствуют пунктам 8.1 и 8.5 ПДД, поскольку в достаточной степени в безопасности маневра левого поворота водитель не убедился и одновременно действия ФИО1 не в полной мере соответствуют пункту 11.1 ПДД, поскольку само по себе обстоятельство того, что два впереди идущих транспортных средства обогнали экскаватор-погрузчик и перестроились в свою полосу движения, не означало того, что истец мог приступить к маневру обгона. При этом суд учитывает, что в пояснениях, данных ФИО1 в материале проверки ДТП, истцом указано на то, что он видел, что экскаватор приближается к разделительной полосе, что должно было указывать истцу на намерение водителя экскаватора приступить к совершению какого-либо маневра. Определяя степень вины каждого из водителей в ДТП, имевшем место 27 сентября 2020 года, суд исходит из вышеустановленных обстоятельств несоблюдения обоими водителями Правил дорожного движения, а также не может не учитывать того, что у ФИО4 права на управление специальной техникой, том числе и экскаватором-погрузчиком, не имелось. Так, из сообщения ОГИБДД МО МВД «Тейковский» следует, что у ФИО4 имеется водительское удостоверение на право управления транспортными средствами категории В и С. Согласно сообщению Гостехнадзора Департамента сельского хозяйства Ивановской области, удостоверение тракториста-машиниста ФИО4 не получал (том 2 л.д. 210, 226-227).По Правилам допуска к управлению самоходными машинами и выдачи удостоверений тракториста-машиниста (тракториста), утвержденным Постановление Правительства РФ от 12.07.1999г. № 796, право на управление самоходными машинами подтверждается одним из следующих документов: удостоверение тракториста-машиниста (тракториста); временное удостоверение на право управления самоходными машинами (далее - временное удостоверение) /пункт 3/. В силу пункта 10 названных Правил удостоверение тракториста-машиниста (тракториста) выдается после сдачи в государственной инспекции гостехнадзора экзаменов на право управления самоходными машинами. При этом подпунктом «в» пункта 11 данных Правил указано, что к сдаче экзаменов на право управления самоходными машинами при условии отсутствия обстоятельств, указанных в пункте 15(1) настоящих Правил, допускаются лица: прошедшие профессиональное обучение или получившие профессиональное образование или дополнительное профессиональное образование по программам, связанным с управлением самоходными машинами установленных категорий.Отсутствие у ФИО4 удостоверения тракториста-машиниста свидетельствует о том, что ответчик вообще не мог управлять экскаватором-погрузчиком и действовал на свой страх и риск, также суд полагает, что у ответчика не имелось достаточных знаний о технических особенностях экскаватора-погрузчика Hidromek HMK, рег. №, его маневренности и особенностях передвижения, в связи с чем, считает необходимым определить степень вины каждого из водителей в равных долях по 50%.При таких обстоятельствах, иск ФИО1 подлежит удовлетворению в соответствии с объемом степени вины второго водителя-участника ДТП, то есть в объеме 50% от стоимости ущерба, причиненного автомобилю истца. Из материалов дела следует и сторонами не оспаривалось, что собственником экскаватор-погрузчика Hidromek HMK, рег. № является ФИО3 Из системной взаимосвязи положений ст. 1079 и пунктов 19 и 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный этим источником, наряду с непосредственным причинителем вреда в долевом порядке при наличии вины. При этом перечень случаев и обстоятельств, при которых непосредственный причинитель вреда противоправно завладел источником повышенной опасности при наличии вины владельца источника повышенной опасности в его противоправном изъятии лицом, причинившим вред, не является исчерпывающим. Вина законного владельца может быть выражена не только в содействии другому лицу в противоправном изъятии источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности дорожного движения. Статьей 25 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" предусмотрено, что право на управление транспортными средствами предоставляется лицам, сдавшим соответствующие экзамены, и подтверждается водительским удостоверением, которое выдается на срок десять лет, если иное не предусмотрено федеральными законами (пункты 2, 4, 6 статьи 25). В этой связи Правила допуска к управлению самоходными машинами и выдачи удостоверений тракториста-машиниста (тракториста), утвержденные Постановление Правительства РФ от 12.07.1999г. № 796, также устанавливают недопустимость управления самоходными машинами в отсутствии соответствующего удостоверения. Из смысла приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации (ст. 1079) и Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" в их взаимосвязи и с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1, следует, что владелец источника повышенной опасности (транспортного средства), передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий по управлению данным средством этому лицу, в случае причинения вреда в результате неправомерного использования таким лицом транспортного средства будет нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них, то есть вины владельца источника повышенной опасности и вины лица, которому транспортное средство передано в управление в нарушение специальных норм и правил по безопасности дорожного движения.

Из пояснений ФИО3 следует, что, передавая экскаватор-погрузчик Hidromek HMK, рег. № в управление ФИО4, собственнику экскаватора было достоверно известно об отсутствии у ФИО4 специального права управления подобной техникой. Кроме того, на момент ДТП гражданская ответственность владельца экскаватора-погрузчика Hidromek HMK, рег. № не была застрахована в соответствии с требованиями Федерального закона от 25.04.2002г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

При таких обстоятельствах, имеются правовые основания для возложения ответственности по возмещению ущерба, причиненного истцу в результате ДТП, имевшего место 27.09.2020г., на обоих ответчиков.

Суд не может считать поведение ФИО3, владельца источника повышенной опасности (экскаватора-погрузчика) по передаче транспортного средства лицу, не имеющему соответствующего права, отвечающим требованиям осмотрительности, добросовестности и разумности.

При этом суд считает, что степень вины владельца экскаватора-погрузчика (ФИО3) и лица, управлявшего экскаватором-погрузчиком (ФИО4), является равной, поскольку каждый из ответчиков знал как об отсутствии обязательного страхования, так и об отсутствии у ФИО4 специального права управления подобной техникой.

Доводы стороны истца о том, что ответственность за причинение вреда имуществу ФИО1 следует возложить только на собственника экскаватора-погрузчика, поскольку он является законным владельцем, а причинитель вреда ФИО4 только управлял данным транспортным средством, суд полагает ошибочными с учетом всех установленных по делу обстоятельств.

Определяя размер ущерба, подлежащего взысканию с ответчиков, суд исходит из следующего

Согласно заключению эксперта ФБУ Ивановская ЛСЭ МО РФ № от 24.02.2021г., стоимость восстановительного ремонта автомобиля Лифан215800, рег. № № превышает рыночную стоимость данного автомобиля на момент ДТП и имеет место его полная гибель. Соответственно размер ущерба от повреждения автомобиля Лифан215800, рег. № № в результате ДТП от 27.09.2020г. с технической точки зрения равен величине его рыночной стоимости на момент происшествия в доаварийном состоянии и составляет <данные изъяты> (том 1 л.д. 244).

Из дополнительных пояснений судебного эксперта следует, что им не учтен в полной мере коэффициент среднегодового пробега и с учетом корректировки на пробег, рыночная стоимость автомобиля Лифан215800, рег. № № составляет <данные изъяты> (том 2 л.д. 126).

Выводы судебного эксперта, касающиеся размера восстановительного ремонта и стоимости транспортного средства с учетом их дополнений суд считает в достаточной степени мотивированными и обоснованными, а потому, принимает экспертизу как достоверное доказательство по делу.

Выводы судебного эксперта ФИО11 с учетом письменных дополнений к экспертизе, представленная стороной истца рецензия не опровергает, а потому, суд исходит из стоимости автомобиля, рассчитанной судебным экспертом.

Одновременно суд учитывает, что судебным экспертом ООО НОК «Эксперт-Центр» рассчитана стоимость годных остатков транспортного средства Лифан215800, рег. №, которая составляет <данные изъяты>.

Соответственно, размер ущерба, причиненного автомобилю истца, составляет разницу между его доаварийной стоимостью и стоимостью годных остатков и равен <данные изъяты> (<данные изъяты>).

Учитывая, что судом размер ответственности лица, причинившего вред, определен в объеме 50%, то к возмещению со стороны ответчиков подлежит сумма в размере <данные изъяты> доле с каждого ответчика.

Таким образом, исковые требования ФИО1 следует признать законным и обоснованными в указанной части.

Статьей 98 ГПК Российской Федерации установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым, в силу положений ст. 88, 94 ГПК Российской Федерации, отнесены расходы по уплате государственной пошлины и иные признанные судом необходимыми расходы (в том числе на оплату юридических услуг).

ФИО1 ко взысканию с ответчиков заявлены следующие судебные расходы: за проведение оценки ущерба – <данные изъяты>, за оформление нотариальной доверенности – <данные изъяты>, за отправление телеграмм об осмотре автомобиля – <данные изъяты>, за отправление искового материала – <данные изъяты>, расходы по оплате государственной пошлины – <данные изъяты>, а также расходы на оплату услуг представителя в сумме <данные изъяты>.

Соответственно, общий размер понесенных истцом судебных расходов составил <данные изъяты>.

Расходы за нотариальное удостоверение доверенности суд не относит к необходимым судебным издержкам, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № 1, поскольку доверенность, выданная 21.11.2020г. от имени ФИО1 доверителю ФИО2, не называет конкретного дела, а напротив, содержит в себе широкий объем полномочий представителя для участия во всех судах судебной системы РФ, а также в исполнительном производстве. Таким образом, расходы за удостоверение доверенности возмещению в пользу ФИО1 не подлежат.

Соответственно, объем расходов, который следует отнести на ответчиков, равен <данные изъяты>. Учитывая требования пропорциональности,суд исходит из того, что иск удовлетворен на 39%, то есть взысканию с ответчиков подлежит <данные изъяты> (<данные изъяты>).

В указанной сумме <данные изъяты> составляют расходы на оплату услуг представителя (<данные изъяты>). Учитывая объем и сложность дела, а также количество судебных заседаний, состоявшихся по делу, суд полагает данный размер расходов на оплату услуг представителя разумным и справедливым.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения и с ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в пользу ФИО1 в возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, денежные средства в размере <данные изъяты>, судебные расходы в размере <данные изъяты>, всего взыскать <данные изъяты> по ? доле с каждого.

В остальной части исковых требований ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Тейковский районный суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А. Макарова

Мотивированное решение составлено 07 июня 2021 года.