Решение № 2-128/2019 2-128/2019~М-122/2019 М-122/2019 от 29 июля 2019 г. по делу № 2-128/2019

Дело № 2-128/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 июля 2019 года село Богатое

Богатовский районный суд Самарской области в составе: председательствующего Бугаевой В.Н.,

при секретаре Вериной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» о признании условий кредитного договора недействительными (в части уступки прав требований), о признании договора об уступки прав требований (в части должника ФИО1) недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Богатовский районный суд Самарской области с исковым заявлением к ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» и с учетом уточнения иска от 9 июня 2019 г. просил признать недействительным п. 8.4 кредитного договора от 13 марта 2012 г. №, заключенного ответчиком ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (ОАО БАНК «УРАЛСИБ») с истцом ФИО1, в части согласия заемщика ФИО1 на уступку прав (требований) по кредитному договору кредитором третьим лицам, а также признать недействительным договор уступки права (требования) от 26 января 2018 г. № в части передачи ответчиком ПАО «БАНК УРАЛСИБ» ответчику ООО «ТРАСТ» прав (требований) по указанному кредитному договору от 13 марта 2012 г. №.

В обосновании заявленных требований истец ФИО1 указал, что 13 марта 2012 г. между истцом и ответчиком ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (ОАО БАНК «УРАЛСИБ») был заключен кредитный договор №, во исполнение кредитного договора ответчик перечислил истцу денежные средства в размере 500000,00 руб. под 18 % годовых на срок по 13 марта 2017 г. В 2016 году в связи с ухудшением финансового положения истец ФИО1 перестал осуществлять платежи в счет погашения кредита в соответствии с графиком платежей, в связи с этим ответчик обратился в суд с иском о взыскании с истца задолженности по кредитному договору. 20 октября 2016 г. Богатовским районным судом Самарской области вынесено решение о взыскании с истца ФИО1 в пользу ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» невозвращенной части кредита с причитающимися процентами по кредитному договору от 13 марта 2012 г. № в сумме 262352,97 руб. В январе 2019 г. истцу ФИО1 стало известно, что права требования по кредитному договору от 13 марта 2012 г. № были переуступлены ответчиком ПАО «БАНК УРАЛСИБ» ответчику ООО «ТРАСТ». Истец ФИО1 считает, что условия указанного кредитного договора были заранее определены ответчиком ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (ОАО БАНК «УРАЛСИБ»), в связи с чем истец был лишен возможности влиять на условия заключенного кредитного договора и внести изменения в его содержание. Вместе с тем истец полагает, что условие кредитного договора о праве кредитора ОАО БАНК «УРАЛСИБ» на уступку кредитором права требования по кредиту третьим лицам, содержащееся в п. 8.4 кредитного договора от 13 марта 2012 г. № нарушает права истца и противоречит п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 17 от 28 июня 2012 г. «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» в том, что Законом Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать права требования третьим лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. Таким образом, заключение кредитного договора в данной части противоречит п. 1 ст. 16 «Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил признать недействительным п. 8.4 кредитного договора от 13 марта 2012 г. №, заключенного кредитором ОАО БАНК «УРАЛСИБ» с ФИО1, в части согласия заемщика ФИО1 на уступку прав (требований) по кредитному договору кредитором третьим лицам, а также признать недействительным договор уступки права (требования) от 26 января 2018 г. №, заключенного между ответчиками ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», в части передачи прав (требований) по указанному кредитному договору от 13 марта 2012 г. №.

Представители соответчиков ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, отзывы в письменной форме на заявленные истцом требования не представили и не просили суд о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика, вместе с тем, в судебное заседание не явились, об уважительных причинах неявки суду не сообщили и в этом случае на основании ч. 4 ст. 167 ГПК Российской Федерации суд вправе рассмотреть дело в отсутствие представителей соответчиков ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ».

Выслушав истца ФИО1, исследовав материалы дела, в том числе копии: кредитного договора от 13 марта 2012 г. №, заключенного между ОАО БАНК «УРАЛСИБ» и ФИО1; договора уступки права (требования) от 26 января 2018 г. №, заключенного между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», суд считает требования истца о признании условий кредитного договора недействительными и о признании договора об уступки права (требования) недействительным, не подлежащими удовлетворению.

В силу ст. 421 ГК Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункты 1, 4).

Вступление в кредитные обязательства в качестве заемщика является свободным усмотрением гражданина и связано исключительно с его личным волеизъявлением.

Согласно ст. 432 ГК Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со ст. 819 ГК Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 382 ГК Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право (требования) по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

По смыслу данного разъяснения возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Согласно п. 2 ст. 383 ГК Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Согласно п. 1 ст. 384 ГК Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Пунктом 1 ст. 388 ГК Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Как установлено судом и усматривается из материалов дела, 13 марта 2012 г. между ОАО БАНК «УРАЛСИБ» и ФИО1 был заключен кредитный договор №, в соответствии с которыми ответчик обязался выдать истцу кредит в размере 500000,00 руб. под 18 % годовых, а истец обязался через 60 месяцев вернуть сумму долга с процентами в соответствии с графиком платежей.

Согласно п. 8.4 кредитного договора от 13 марта 2012 г. № заемщик ФИО1 предоставляет право ОАО БАНК «УРАЛСИБ» без его письменного согласия предоставлять документы заемщика, а также иные необходимые сведения о заемщике третьим лицам в случае переуступки прав по договору, а так же организации, занимающейся взысканием задолженности в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) заемщиком своих обязательств по договору. Предоставление документов заемщика и сведений о нем в данном случае не будет рассматриваться как нарушение кредитором банковской тайны и иной конфиденциальной информации, в том числе и разглашение персональных данных заемщика.

В силу ст. 431 ГК Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

По смыслу пункта 8.4 кредитного договора от 13 марта 2012 г. № ОАО БАНК «УРАЛСИБ» (ПАО «БАНК УРАЛСИБ») вправе было уступить свои права кредитора любому лицу, в том числе и не имеющему лицензию на осуществление банковской деятельности.

Таким образом, условия указанного кредитного договора не содержат запрета на передачу права требования третьему лицу, не имеющему банковской лицензии.

При заключении кредитного договора истец ФИО1 не высказывал несогласия с условиями договора, установленными сторонами, и добровольно, в соответствии со своим волеизъявлением, принял на себя права и обязанности, определенные кредитным договором, о чем свидетельствует его подпись в кредитном договоре. С заявлением об изменении условий кредитного договора ФИО1 в Банк не обращался.

Истцом ФИО1 не представлены доказательства того, что на момент заключения кредитного договора от 13 марта 2012 г. № он был ограничен в свободе заключения договора, либо ему не была предоставлена достаточная информация.

Ссылку истца на то обстоятельство, что условия указанного кредитного договора были заранее определены ответчиком ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (ОАО БАНК «УРАЛСИБ»), в связи с чем истец был лишен возможности влиять на условия заключенного кредитного договора и внести изменения в его содержание, суд считает необоснованной, так как согласно п. 8.2 кредитного договора от 13 марта 2012 г. № внесение изменений в указанный договор осуществляется путем подписания сторонами дополнительного соглашения.

Богатовским районным судом Самарской области 20 октября 2016 г. по гражданскому делу № 2-343/2016 принято решение о взыскании с истца ФИО1 в пользу ответчика ПАО «БАНК УРАЛСИБ» невозвращенной части кредита с причитающимися процентами по кредитному договору от 13 марта 2012 г. № в сумме 262352,97 руб., а также понесенных по делу судебных расходов в виде уплаченной истцом государственной пошлины в размере 5823,53 руб., всего 268176,50 руб. Решение суда вступило в законную силу 22 ноября 2016 г.

Согласно копии договора уступки права (требования) от 26 января 2018 г. № ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (Цедент) и ООО «ТРАСТ» (Цессионарий) заключили данный договор, согласно которому ООО «ТРАСТ» приняло имущественные права (требования) Цедента, возникшие у Цедента на основании кредитных договоров (договоров банковского счета), согласно акту уступки права (требования) (Приложение № 1 к договору), являющемуся неотъемлемой частью договора уступки права (требования) от 26 января 2018 г. №, и все другие права, связанные с указанными обязательствами, в том числе право на неуплаченные проценты, включая неуплаченные срочные и повышенные проценты, комиссии, признанные судом штрафные санкции (неустойка, пени и др.), государственные пошлины, а также иные полагающиеся к уплате клиентом Цеденту платежи, предусмотренные соответствующим кредитным договором (договором банковского счета) в объеме и на условиях, существующих на момент перехода права, включая имущественные права (требования) по кредитному договору от 13 марта 2012 г. №, заключенному кредитором ОАО БАНК «УРАЛСИБ» с ФИО1

Согласно выписке из акта приема-передачи к договору уступки права (требования) от 26 января 2018 г. № между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» по состоянию на 26 января 2018 г. ФИО1 являлся должником по кредитному договору от 13 марта 2012 г. № на сумму переуступаемых требований в размере 268176,50 рублей.

Таким образом, ссылка истца на недействительность пункта 8.4 кредитного договора от 13 марта 2012 г. №, заключенного между ОАО БАНК «УРАЛСИБ» (ПАО «БАНК УРАЛСИБ») с ФИО1, по мотиву его несоответствия требованиям закона в рассматриваемом случае является необоснованной, поскольку приведенные нормы закона распространяют свое действие на правоотношения по кредитному договору.

При таких обстоятельствах, поскольку приведенное положение условий кредитования выражало согласие истца ФИО1 (заемщика) на передачу прав по указанному кредитному договору любому третьему лицу, в том числе организации, не имеющей лицензии на право осуществления банковской деятельности, суд считает, что оснований для признания договора уступки права (требования) от 26 января 2018 г. №, заключенного между соответчиками ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», не имеется.

Кроме того, определением Богатовского районного суда Самарской области от 6 мая 2019 г. произведено процессуальное правопреемство, а именно замена взыскателя ПАО «БАНК УРАЛСИБ» на ООО «ТРАСТ»

В ООО «Траст» перешли права требования ПАО «БАНК УРАЛСИБ», установленные вступившим в законную силу судебным решением от 20 октября 2016 г., исполнение которого производится в порядке, определенном ГПК Российской Федерации и Федеральным законом от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Указанные законы не предусматривают ограничений прав взыскателя по заключению договоров уступки права требования с любым третьим лицом.

На стадии исполнительного производств при наличии вступившего в законную силу решения суда о взыскании денежных средств личность кредитора не имеет для должника существенного значения, в связи с чем ссылка истца положения Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» и разъяснения, содержащиеся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», не имеет правового значения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 -199 ГПК Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» о признании пункта 8.4 (в части уступки прав требований) кредитного договора от 13 марта 2012 г. № недействительным и о признании договора уступки права (требования) от 26 января 2018 г. №, заключенного между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», в части переуступки прав требований по кредитному договору от 13 марта 2012 г. № в отношении должника ФИО1 недействительными, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию по гражданским делам Самарского областного суда путем подачи апелляционной жалобы либо представления через Богатовский районный суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий В.Н. Бугаева

Решение суда в окончательной форме составлено судьей с помощью ПК в совещательной комнате 2 августа 2019 года.