Решение № 2-1026/2019 2-1026/2019~М-843/2019 М-843/2019 от 10 июня 2019 г. по делу № 2-1026/2019

Дело №


РЕШЕНИЕ

ИФИО1

10 июня 2019 года <данные изъяты> городской суд Республики Крым

в составе:

председательствующего - судьи Володарец Н.М.

при секретаре - ФИО14

с участием представителя истцов ФИО2, представителя ответчиков Зуб Н.Р. и ФИО15, третьего лица ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, ФИО6, ФИО3 к ФИО7, Администрации <адрес> Республики Крым, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, третье лицо ФИО3, о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ФИО6 и ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО7 о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности, мотивируя свои требования тем, что в соответствии с распоряжением Хозрасчетного производственного-технического бюро «<данные изъяты>» №-РП от ДД.ММ.ГГГГ их – истцов заявление о приватизации занимаемой ими <адрес> в <адрес> было удовлетворено и ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> городским советом им – истцам выдано свидетельство о праве собственности на указанное жилье. Приобретенная в собственность квартира представляла собой долю в домовладении, состоящем в целом из помещений лит. «А-А1», сараев лит. «Г», «з», «В», «Ж», «К», летней кухни лит. «Д», уборной лит. «Г», сооружений, расположенных на земельном участке площадью 420 кв. м. При этом доля домовладения, приходящаяся на <адрес>, составляла 35/100. В конкретную их – истцов собственность перешло в жилом доме лит. «А-А1» <адрес>, состоящая из помещений 1, 2, 3, летней кухни лит. «Д», подвала лит. «а1», помещения 3«а». Летняя кухня лит. «Д-Е» и часть сарая лит. «В» согласно данным текущей инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ переоборудованы в летнюю кухню с увеличением по высоте до размеров 7,40х4,20 и 2,40х3,30, при этом лит. «В» 1949 года постройки уменьшился в размерах до 4,50х3,30. Площадь лит. «Д» с учетом неотъемлемой части (части сарая лит. «В») составляет 54,1 кв. м. Таким образом, до приобретения истцами права собственности лит. «Д» была преобразована из лит. «Д-Е» и части сарая лит. «В». Лит. «Д» существует в текущих размерах с момента возникновения у них – истцов права собственности на <адрес> с этого времени площадь застройки не изменялась и составляет 54,1 кв. м. ДД.ММ.ГГГГ они - истцы заключили договор купли-продажи доли дома с ответчиком ФИО7, однако поскольку указанный договор имел признаки фиктивной сделки, они – истцы обратились в суд с иском о признании его недействительным и в ходе судебного разбирательства судом было утверждено достигнутое между сторонами мировое соглашение, согласно условиям которого заключенный договор признан недействительным в части отчуждения летней кухни лит. «Д», сарая лит. «В». При этом летняя кухня лит. «Д» и часть сарая лит. «В» переданы в пользование их – истцов ФИО4 и ФИО6 сына – ФИО3 Таким образом, в части передачи права собственности на летнюю кухню лит. «Д» площадью 54,1 кв. м договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ признан недействительным и от ФИО7 к ним – истцам должно быть возвращено право собственности на данный объект недвижимости. Однако по определению суда и мировому соглашению, отменив право ФИО7 на спорный объект недвижимости, не признано право на него за истцами. После утверждения мирового соглашения они – истцы открыто пользовались летней кухней лит. «Д» площадью 54,1 кв. м, в спорном объекте проживал ФИО3, для эксплуатации объекта недвижимости были заключены договора на поставку газа и электроэнергии, они - истцы несли бремя содержания данного имущества, предпринимали попытки по регистрации права на спорный объект, произвели постановку объекта на кадастровый учет, таким образом они с ДД.ММ.ГГГГ как собственники владеют спорным недвижимым имуществом, однако с ДД.ММ.ГГГГ не имеют правоустанавливающего документа на него. При таких обстоятельствах просят суд признать за ними – истцами ФИО4, ФИО6 и ФИО3 право собственности на 1/3 долю за каждым на летнюю кухню лит. «Д» площадью 54,1 кв. м с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенную по адресу: <адрес>, в силу приобретательной давности.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Администрация <адрес> Республики Крым, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, а также в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, - ФИО3

В судебном заседании представитель истцов ФИО2 иск поддержал, дал суду пояснения аналогично изложенному в исковом заявлении, просил суд заявленные исковые требования удовлетворить.

Истцы ФИО4, ФИО6 и ФИО3 в судебное заседание не явились, о дне и времени рассмотрения дела извещены в установленном порядке, что подтверждается содержащимися в материалах дела соответствующей распиской и почтовым уведомлением о вручении судебной повестки, причины неявки суду не сообщили, с заявлениями об отложении рассмотрения дела к суду не обращались. При таких обстоятельствах суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истцов с участием их представителя.

Представитель ответчика Администрации <адрес> ФИО15 и представитель ответчика ФИО7 – Зуб Н.Р. в судебном заседании исковые требования не признали, считали их необоснованными, в связи с чем просили суд в удовлетворении иска отказать.

Ответчики ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 в судебное заседание не явились, о дне и времени рассмотрения дела извещены в установленном порядке путем направления им судебных повесток, которые согласно почтовым уведомлениям вручены ответчику ФИО16 и ФИО8, направленные посредством почтовой связи ответчикам ФИО9 и ФИО10 судебные повестки возвращены в адрес суда с отметкой отделения почтовой связи «Истек срок хранения». Поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, а согласно п. 1 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю, при этом гражданин несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, указанным выше, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя, сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает по указанному адресу. Кроме того, юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому было направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). Учитывая изложенное, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержал, считал их обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Выслушав доводы представителя истцов, представителей ответчиков и третьего лица, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что на основании распоряжения органа приватизации №-РП от ДД.ММ.ГГГГ Евпаторийским городским советом ДД.ММ.ГГГГ истцам ФИО4, ФИО6 и ФИО3 выдано Свидетельство о праве собственности на жилье – <адрес> в <адрес>. Право собственности истцов было зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается соответствующими отметками, содержащимися в указанном свидетельстве, и материалами инвентарного дела.

В соответствии с указанными выше документами, квартира, принадлежавшая истцам, состоит в целом из двух комнат площадью 26,6 кв. м и веранды площадью 9,5 кв. м, общая площадь квартиры составляет 36,1 кв. м.

Согласно технического паспорта на <адрес> в <адрес>, выданного Бюро технической инвентаризации, указанная квартира расположена на первом этаже одноэтажного дома и состоит из двух комнат жилой площадью 26,6 кв. м, в том числе, одна комната 15,7 кв. м, вторая комната 10,9 кв. м, веранды площадью 9,5 кв. м, а также летней кухни лит. «Д» и подвала под лит. «а1», при этом общая площадь квартиры составляет 36,1 кв. м (л.д15-16).

Из справки о составе семьи нанимателя изолированной квартиры и занимаемых помещениях, выданной ДД.ММ.ГГГГ Жилищно-эксплуатационной конторой №, и представленной суду МБУ «Архив <адрес>», усматривается, что за нанимателем указанной выше <адрес> закреплены подвал лит. «а1» и сарай лит. «Д».

Как следует из расчета стоимости излишней общей площади приватизируемой квартиры, утвержденного распоряжением от ДД.ММ.ГГГГ, указанные выше подвал и сарай в расчет площади при приватизации не входили, а следовательно, данные строения не были приватизированы.

ДД.ММ.ГГГГ между истцами ФИО4, ФИО6, ФИО3, как продавцами, и ФИО7, как покупателем, заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым продавцы продали, а покупатель купила 35/100 долей жилого <адрес> в <адрес>, состоящего в целом из жилого дома лит. «А-А1», площадью 72,4 кв. м, сараев лит. «Г», «з», «В», «Ж», «К», летней кухни лит. «Д», уборной лит. «Г», сооружений, расположенных на земельном участке площадью 420 кв. м. При этом в конкретное пользование покупателя поступили в жилом доме лит. «А-А1» <адрес>, состоящая из помещений 1, 2, 3, жилой площадью 26,6 кв. м, летняя кухня лит. «Д», подвал под лит. «а1», помещения 3 «а». Указанный договор удостоверен государственным нотариусом <данные изъяты> государственной нотариальной конторы.

Из решения Евпаторийского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым по заявлению ФИО3, заинтересованное лицо ФИО7, восстановлено утраченное судебное производство по гражданскому делу № по иску ФИО6, ФИО4 к ФИО7, третье лицо ФИО3, о признании сделки недействительной, следует, что в рамках гражданского дела № было утверждено мировое соглашение, в соответствии с которым договор купли-продажи доли дома от ДД.ММ.ГГГГ признается частично недействительным, а именно в части отчуждения летней кухни лит. «Д» и сарая лит. «В». Летняя кухня лит. «Д» и сарай лит. «В» передаются в пользование ФИО3 (л.д. 21-23).

На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ <адрес> в <адрес> принадлежит ФИО9, право собственности которой в установленном законом порядке зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым.

В соответствии с договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ собственником <адрес> в <адрес> является ФИО8, право собственности которой также в установленном законом порядке зарегистрировано, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации от ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску ФИО7 к ФИО5, ФИО9, третьи лица - ФИО3, ФИО10, ГУП РК «Крым БТИ», ФИО4, ФИО6, ФИО3, о выделе доли, прекращении права общей долевой собственности и признании права собственности, по иску ФИО4, ФИО6, ФИО3 к ФИО7, ФИО5, ФИО9, третьи лица ФИО3, ФИО10, ГУП РК «Крым БТИ», о признании права собственности, в удовлетворении заявленных исковых требований отказано, при этом установлено, что до приватизации квартиры ФИО19 было произведено переоборудование сарая лит. «Д» в летнюю кухню размером площади 39,0 кв. м, также произошло уменьшение сарая лит. «В» по площади с 22,8 кв. м до 14,9 кв. м, то есть на 7,9 кв. м. После заключения ДД.ММ.ГГГГ договора купли-продажи 35/100 долей домовладения № по <адрес> в <адрес>, в пользование ФИО7 поступила в жилом доме лит. «А-А1» <адрес>, помещения №, 2, 3, жилой площадью 26,6 кв. м, подвал лит. «а1», а в пользовании <данные изъяты> остались реконструированные летняя кухня лит. «Д» и часть сарая лит. «В», однако оформление регистрационных документов на летнюю кухню лит. «Д» и часть сарая лит. «В», как самостоятельный объект недвижимости, ФИО19 не было завершено и право собственности на 35/100 долей домовладения полностью зарегистрировано за ФИО7 Кроме того, из указанного решения следует, что летняя кухня лит. «Д» и сарай лит. «В» самовольно реконструированы в отдельно стоящий жилой дом, при этом площадь летней кухни лит. «Д», реконструированной до приватизации с учетом присоединения части сарая лит. «В» составляла 46,9 кв. м (39 кв. м + 7,9 кв. м), в настоящее время площадь летней кухни увеличилась до 54,1 кв. м, что свидетельствует о последующей самовольной реконструкции строения с увеличением площади застройки. Указанное решение вступило в законную силу в соответствии с Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь в суд с иском о признании права собственности на сарай лит. «Д», площадью 54,1 кв. м, в силу приобретательной давности истцы указывают о том, что данной летней кухней на протяжении длительного периода времени они открыто пользовались, в спорном объекте проживал ФИО3, для эксплуатации объекта недвижимости были заключены договора на поставку газа и электроэнергии, они - истцы несли бремя содержания данного имущества, предпринимали попытки по регистрации права на спорный объект, произвели постановку объекта на кадастровый учет, таким образом они с ДД.ММ.ГГГГ как собственники владеют спорным недвижимым имуществом, но правоустанавливающего документа на него не имеют.

Однако исследовав доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что данные доводы не могут служить основанием для удовлетворения заявленных исковых требований.

Так, в соответствии с пунктом 1 ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

В пункте 3 ст. 234 ГК РФ предусмотрено, что лицо, ссылающееся на давность владения, может присоединить ко времени своего владения все время, в течение которого этим имуществом владел тот, чьим правопреемником это лицо является.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № и Пленума Высшего Арбитражного Суда № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

Не наступает перерыв давностного владения в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

По этой причине ст. 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Согласно абзацу первому пункта 19 вышеуказанного постановления Пленума возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу указанных выше законоположений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Руководствуясь приведенными правовыми нормами и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, необходимых для признания права собственности истцов на спорное строение по приобретательной давности отсутствует.

При этом суд учитывает, что действующее законодательство не предусматривает возможности приобретения прав собственности на хозяйственные постройки в силу приобретательной давности, поскольку, исходя из положений ст. ст. 130, 131, 135 ГК РФ различного рода вспомогательные строения и сооружения, предназначенные для обслуживания жилого дома (квартиры), сараи, гаражи, колодцы и т.п., в том числе капитальные, самостоятельными объектами недвижимости не являются и следуют судьбе главной вещи - жилого помещения.

На основании приведенных норм закона, установленных по делу обстоятельств и исследованных доказательств, суд считает, что отсутствует совокупность оснований для удовлетворения исковых требований о признании права собственности на спорное строение в соответствии со ст. 234 ГК РФ, поскольку удовлетворение иска о признании права собственности в порядке приобретательной давности возможно только при доказанности, что в момент обращения в суд истец обладал спорной вещью на праве собственности, которое у него возникло по основаниям, установленным законом, а таких доказательств в рамках заявленного спора истцами вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что в мае 2017 года третье лицо ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО7 о признании права собственности на летнюю кухню лит. «Д» и сарай лит. «В» площадью 54,1 кв. м, расположенные по адресу: <адрес>, в силу приобретательской давности, мотивируя свои требования тем, что по мировому соглашению, утвержденному судом ДД.ММ.ГГГГ, литеры «Д» и «В» были переданы в пользование ему - ФИО3, на указанные строения никто не претендует, и с ДД.ММ.ГГГГ, то есть более 15 лет, он добросовестно, открыто и непрерывно владеет указанным имуществом как своим собственным, оплачивает коммунальные платежи и расходы на содержание помещений, производит текущий ремонт и несет бремя содержания данного имущества. Решением Евпаторийского городского суда Республики Крым от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу в соответствии с Апелляционным определением Верховного Суда <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении указанных исковых требований ФИО3 - отказано. При этом, указанным решением суда установлено, что собственником спорного имущества - летней кухни лит. «Д» и сарая лит. «В» является ФИО7, а ФИО3 безвозмездно пользуется указанными строениями с разрешения собственника.

Исходя из изложенного, ссылка истцов на то, что они длительное время пользуются спорным строением, кроме них отсутствуют иные лица, претендующие на эти строения, является необоснованной и не может служить основанием к удовлетворению исковых требований, поскольку само по себе пользование строениями, не порождает законного права на признание права собственности на него.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом в силу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии с положениями ст. 3 ГПК Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права истца (пункт 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом согласно ст. 12 ГПК Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу части 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и основаниям.

Таким образом, анализируя вышеизложенное, исследовав обстоятельства дела, проверив их доказательствами, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, исходя из принципов разумности и справедливости, суд пришел к выводу о необоснованности исковых требований в заявленных истцами пределах, и отсутствии правовых оснований для их удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО4, ФИО6, ФИО3 к ФИО7, Администрации <адрес> Республики Крым, ФИО8, ФИО9 и ФИО10, третье лицо ФИО3, о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через <данные изъяты> городской суд Республики Крым.

Судья Н.М. Володарец