Решение № 2-601/2018 2-601/2018 ~ М-487/2018 М-487/2018 от 14 мая 2018 г. по делу № 2-601/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 мая 2018 года <адрес>

Самарский районный суд г. Самары в составе судьи Кривицкой О.Г.,

при секретаре Рафиковой М.Р.,

рассмотрев материалы гражданского дела № 2-601/2018 по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждения здравоохранения Самарской области «Нефтегорская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Самарской области о компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с указанным иском ( с учетом последнего уточнения в судебном заседании 15 мая 2018 года) ГБУЗ Самарской области «Нефтегорская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Самарской области вреда указав, что в начале 2017 г. она обратилась с заявлением в отделение дежурной части отдела полиции № 58 МО МВД России «Нефтегорский» о принятии мер к неизвестным лицам, которые на чердаке ее дома употребляют спиртные напитки, кричат, поют песни.

После проведенной проверки по данному заявлению старшим участковым уполномоченным ОУУП и ПДН ОП № 58 МО МВД России «Нефтегорский» ФИО2 было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 03.04.2017 г.

В указанном постановлении содержится следующая информация: В ходе сбора материала проверки было установлено, что гр. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. состоит на учете у врача-психиатра ГБУЗ СО НЦРБ «Алексеевское отделение им. В.И. Глотова» с диагнозом: <данные изъяты> Опрошенный врач-психиатр ГБУЗ СО НЦРБ «Алексеевское отделение им. В.И. Глотова» ФИО3 пояснил, что с 10.02.2017 г. гр. ФИО1 состоит на учете у врача-психиатра с диагнозом: инволюционный параноид. Данное заболевание представляет собой один из возможных психозов, для которого характерны бредовые идеи, в частности гр. ФИО1 считает, что вокруг нее происходят определенные события, в реальности которых нет.

Истица считает, что в постановлении УУП ОУУП и ПДН ОП № 58 МО МВД России «Нефтегорский» содержится заведомо ложная информация о наличие у нее психического расстройства, в связи с чем она обратилась 22.05.2017 г. с жалобой к Министру здравоохранения Самарской области.

Согласно ответа из ГБУЗ СО «Нефтегорская центральная районная больница» от 13.06.2017 г., рассмотрев жалобу на заседании врачебной комиссии 07.06.2016 г., администрация ГБУЗ сообщает, что на диспансерном учете у врача-психиатра ФИО1 не состоит.

Врач-психиатр ФИО3 осматривал ее на дому 10.02.2016 г. по добровольному согласию в присутствии участкового ФИО2, о чем свидетельствует запись в дубликате амбулаторной карты. Однако письменного согласия на медицинское вмешательство с нее взято не было. В связи с имеющимися обстоятельствами Администрация ГБУЗ СО «Нефтегорская центральная районная больница» принесла истице извинения за допущенные нарушения со стороны врача-психиатра ФИО3 Согласно ответу Министерства здравоохранения Самарской области от 13.06.2017 г., в соответствии с объективными сведениями, полученными от руководителя больницы, диагноз психического расстройства был установлен ФИО1 10.02.2017 г. по результатам ее осмотра врачом психиатром ФИО3 на дому в присутствии участкового ФИО2

Вместе с тем, в ходе проверки установлено, что на диспансерном наблюдении у врача психиатра она не состоит. Кроме того, в медицинской карте амбулаторного больного отсутствует документ, подтверждающий информированное добровольное согласие на осмотр врачом психиатром ФИО1, что является нарушением требований закона. За допущенные нарушения врачу психиатру ФИО3 объявлено дисциплинарное взыскание.

13.06.2017 года больницей направлены письма в адрес истца с извинениями о допущенных нарушениях, а также - в Отдел МВД РФ «Нефтегорский» об отзыве ранее направленных сведений о наличие у нее психического расстройства.

ФИО1 полагает, что действия сотрудников ГБУЗ Самарской области «Нефтегорская центральная районная больница», выразившиеся в постановке ее учет к врачу-психиатру и распространении недостоверных сведений о ее психическом расстройстве, являются незаконными и необоснованными по следующим основаниям. Какими-либо психическими заболеваниями она никогда не страдала, на учетах у врача-психиатра не состояла, за психологической помощью в поликлинику и диспансер не обращалась. В 2016 г. в ходе планового обследования в Онкологическом центре Самарской области врачом-психиатром каких-либо психических расстройств у нее выявлено не было. В декабре 2016 г. старший УУП ОУУП и ПДН ОП № 58 МО МВД России «Нефтегорский» ФИО2 устно сообщил ей о том, что если она еще раз обратится в отдел полиции с каким-либо заявлением, то он при помощи своих связей в ГБУЗ СО «Нефтегорская центральная районная больница» принудительно отправит ее на постоянное стационарное лечение в психиатрическую больницу.

Данное обстоятельство подтверждает тот факт, что 10.02.2017 г. к ней домой врач ФИО3 приходил именно с участковым ФИО2

У врача ФИО3 на приеме истица никогда не была, о его существовании ей стало известно из незаконного постановления участкового ФИО2

Ее амбулаторная карта находится по месту жительства. Запись в дубликате амбулаторной карты о добровольном согласии на осмотр врача психиатра 10.02.2017 г. является сфальсифицированной, поскольку ни устного, ни письменного согласия на осмотр врачу ФИО3 она и никогда не давала, общалась с ними 10.02.2017 г. через дверь, сообщив им, что ни врача, ни полицию она не вызывала, их помощь ей не требуется. На этом общение с врачом было окончено, какого-либо осмотра и опроса не производилось. ФИО1 полагает, что врач психиатр ФИО3 и участковый ФИО2 вступили в сговор с целью вынесения незаконного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, постановке ей диагноза в виде психического расстройства и последующего принудительного стационарного лечения ее в психиатрической больнице. Также после вынесения постановления участковым ФИО2 03.04.2017 г., указанной группой лиц с девиантным поведением в составе ФИО2 и ФИО3 с целью дальнейшей деморализации и оказании на истицу давления распространили по моему месту жительства в с. Калашиновка Алексеевского района Самарской области слухи о поставленном ей диагнозе - инволюционный параноид, и фактически объявили сумасшедшей и опасной для общества. В виду чего с ФИО1 перестали общаться все жители села, смеялись над ней, в местном магазине перестали продавать продукты питания, в виду чего она была вынуждена приобретать самое необходимое далеко за пределами села. Истица считает, что в результате незаконных действий врача ФИО3 она была фактически вычеркнута из жизни родного села, оказалась отшельницей. В виду чего, действиями сотрудников ГБУЗ СО «Нефтегорская центральная районная больница» нарушены ее конституционные права. Также действиями сотрудников ГБУЗ СО «Нефтегорская центральная районная больница» истице был причинен моральный вред. Причиненные нравственные страдания заключаются в постоянных переживаниях, длительном дискомфортном состоянии в связи с незаконными действиями сотрудников ГБУЗ, невозможностью продолжать активную жизнь. Физический вред выразился в причинении физической боли в виде болезней сердца, перепадов давления, головокружения, тошноты и других болезненных ощущений, повлекших за собой физические и душевные страдания. Все эти болезненные ощущения постоянно отражаются в ее сознании, передаются всем окружающим. Кроме того, это вызывает самые различные психические переживания: страх, озабоченность за свою жизнь и здоровье. Причиненная ей психическая травма затронула значимые стороны ее существования и привела к глубоким психологическим переживаниям. Причиненный моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, истица оценила в 200 000 рублей.

Кроме того, незаконными действиями ответчиков истице был причинен материальный ущерб. Для составления искового заявления с целью компенсации морального вреда она была вынуждена обратиться к услугам юристов. Размер оплаты юридических услуг составил 5 000 (пять тысяч) рублей. Просила суд взыскать с ответчика - ГБУЗ СО «Нефтегорская центральная районная больница» в пользу ФИО1 денежную сумму в размере 200 000 (двести тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда; процессуальные издержки, а именно оплату услуг юриста в размере 5 000 (пять тысяч) рублей. При недостаточности денежных средств у ГБУЗ СО «Нефтегорская центральная районная больница» субсидиарную ответственность по компенсации морального вреда и процессуальных издержек возложить на Министерство здравоохранения Самарской области, за счёт казны Самарской области.

В судебном заседании представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал по изложенным в исковом заявлении основания.

Представитель ответчика ГБУЗ «Нефтегорская ЦРБ» ФИО5, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по основаниям изложенным в отзыве.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Самарской области ФИО6 действующая на основании доверенности, исковые требования не признала по основаниям изложенным в отзыве.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд полагает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно статье 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В соответствии со статьей 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В обоснование требований истица ссылается на причинение ей морального вреда незаконными действиями врача Нефтегорской центральной районной больницы ФИО3, в результате которых жителям села стало известно о наличии у нее психического заболевания.

В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности ( пункт1 ).

Пунктом 10 статьи 152 ГК РФ предусмотрено, что правила пункта 1 могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности.

По смыслу указанной нормы закона гражданин, обратившийся в суд с иском ко компенсации морального вреда, причиненного распространением сведений, обязан доказать факт такого распространения виновным лицом.

В данном случае установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на основании заявлений от жителей с. Калашиновка Алексеевского района к ФИО1 выезжал врач-психиатр ФИО3 вместе с участковым ФИО2.

Осмотр был проведен в соответствии с п.п. «а» части 4 статьи 23 (Психиатрическое освидетельствование) Закона РФ от 02.07.1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании», психиатрическое освидетельствование лица может быть проведено без его согласия или без согласия его законного представителя в случаях, когда по имеющимся данным обследуемый совершает действия, дающие основание предполагать наличие у пего тяжелого психического расстройства, которое обусловливает, в том числе, его непосредственную опасность для себя или окружающих. В данном случае решение о психиатрическом освидетельствовании лица принимается врачом-психиатром самостоятельно.

На основании данного закона ФИО1 была осмотрена врачом-психиатром в присутствии участкового ФИО2 После осмотра 10 февраля 2017 г., проведенного врачом-психиатром ФИО3, заключение о состоянии психического здоровья ФИО1 зафиксировано в медицинской документации, в амбулаторной карте, где указаны причины обращения к врачу-психиатру и установлен диагноз: Хроническое бредовое расстройство. Согласно данного диагноза она была взята на консультативное наблюдение.

Поводом для проведения такого осмотра послужило заявление ФИО7 от 10 января 2017 года и заявление от нее же от 06 февраля 2018 года ( л.д.32,34 т.1).

В указанных заявлениях ФИО7 просит проверить психическое состояние здоровья ФИО1, указывает, что ФИО1 является ее соседкой, ее неадекватное поведение причиняет ей беспокойство, она опасается за свою жизнь и здоровье. ФИО1, постоянно пишет на их семью надуманные необоснованные жалобы, оскорбляет их, в жалобах указывает ложные сведения, например, в том числе, что их семья торгует наркотиками.

С целью проверки доводов указанных заявлений врачом ФИО3 и был осуществлен выход по месту жительства ФИО1 с целью проверки ее состояния здоровья.

В судебном заседании врач ФИО3 допрошен судом в качестве свидетеля. Он пояснил, что изложенные в заявлениях ФИО7 описание поведения ФИО8 предполагало вывод о ее психическом заболевании. Для проверки указанного обстоятельства он вышел по месту жительства ФИО9 с целью беседы с ней. Беседу он проводил лично. У ФИО10 он не взял письменное согласие на ее осмотр. Однако такое согласие требовалось только в том случае, если пациент состоит на диспансерном учете в психиатрическом диспансере, тогда как ФИО10 наблюдается консультативно. На запрос отдела полиции и органов следствия он ошибочно указал, что она состоит на диспансерном учете. Сведения о психическом состоянии ФИО10 он никому из жителей села Калашиновка, а также другим неофициальным лицам не сообщал. Указанная информация была им предоставлена только по запросу органов дознания и следствия, компетентным органам, которым он не имел права отказать в исполнении запросов.

Также судом допрошена свидетель ФИО11, которая пояснила, что ФИО7 приходится ей свекровью. Они проживают единой семьей. Она знает, что ее свекровь обращалась к врачу психиатру с просьбой помочь ей, проверить состояние здоровья их соседки ФИО1. ФИО10 постоянно пишет на них жалобы в разные государственные органы. Указывает, что у них на втором этаже живут какие-то люди, тогда как в действительности там никто не живет. Рассказывает о «демонах», клевещет на их семью, заявляет, что они проникли к ней в дом и обокрали ее. Тогда как в действительности этого не было. По ее очередной жалобе приезжали работники отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотических средств и осматривали их двор. Пояснили, что к ним поступила жалоба ФИО10, в которой она указывает, что их семья торгует наркотиками. Такое поведение, по ее мнению, является ненормальным, свидетельствует о душевном заболевании ФИО9 О странностях в поведении ФИО9 известно всем жителям их села Калашиновка. ФИО9 сама со всеми общается подобным образом, мнение жителей села о ней сложилось на основании ее же поведения, а не в результате распространения о ней сведений участком врачом психиатром или участком уполномоченным полиции.

В ходе рассмотрения дела суд приходит к выводу о том, что истцом не доказан факт распространения сведений о ее состоянии здоровья, относящихся к личной жизни, врачом Нефтегорской центральной районной больницы ФИО3

Врач ФИО3 провел личный осмотр ФИО9 законно, у него имелись для этого основания. В силу указанный правовой нормы и возложенных на него полномочий он обязан был это сделать, проверить факты, изложенные в двух заявлениях ФИО7, поступивших к нему для проверки. Отсутствие регистрации заявлений в больнице не свидетельствует о незаконности действий врача. Заявления поступили непосредственно к врачу и подлежали проверке.

Факт обращения с этими заявления в суде подтвердила свидетель ФИО12, оснований не доверять ее показаниям у суда не имеется. Отсутствие согласия ФИО13 не являлось препятствием для ее освидетельствования.

Неточное указание в ответе на запрос Отдела полиции о нахождении ФИО9 на диспансерном учете, а не консультативном наблюдении, что соответствует действительности, само по себе не является основанием для вывода о причинении истице морального вреда действиями врача больницы. Указанная информация предоставлена врачом по запросу компетентных органов, что не свидетельствует о ее разглашении по смыслу статьи 152 Гражданского кодекса РФ.

Из указанных правовых норм не следует безусловный вывод о разглашении сведений, составляющих <данные изъяты> личной жизни и здоровья истца.

В обоснование требований и компенсации морального вреда истица ссылается на их разглашение жителям села Калашиновка врачом ФИО3, что предполагало бы возможность взыскания компенсации морального вреда.

Однако указанный довод не нашел своего подтверждения в суде. Истцом соответствующих доказательств не представлено. Тогда как свидетель ФИО11 пояснила, что она является жителем села Калашиновка. Знает ФИО10 с момента ее приезда в село из города. Поведение ФИО10 всегда было неадекватно. Она себя вела подобным образом, что давало основания сделать вывод о ее психическом заболевании. Ни работниками больницы, ни участковым уполномоченным отдела полиции никогда не распространялись сведения о состоянии здоровья ФИО9

С учетом указанных обстоятельств суд не находит оснований для взыскания компенсации морального вреда с Нефтегорской центральной районной больницы как лица, ответственного за причинение вреда его работником.

Также не имеется оснований для взыскания компенсации с Министерства здравоохранения Самарской области как субсидиарного ответчика.

В соответствии с Положением о министерстве здравоохранения Самарской области, утвержденным постановлением Правительства Самарской области от 22.06.2012 № 290, министерство является органом исполнительной власти Самарской области. В этой связи министерство не осуществляет медицинскую деятельность и не выступает медицинской организацией, оказывавшей истцу медицинские услуги

Пунктом 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым указанного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 126 ГК РФ субъект Российской Федерации не отвечает по обязательствам созданных им юридических лиц, кроме случаев, предусмотренных законом.

Согласно статье 1064 ГК РФ обязанность по возмещению вреда возложена на лицо, причинившее вред.

Противоправность действий по отношению к ФИО1 по распространению в селе именно учреждением недостоверных данных о её здоровье ничем не подтверждена.

Таким образом, отсутствуют доказательства вины ответчика в причинении вреда здоровью истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Самарской области «Нефтегорская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Самарской области о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Самарский районный суд г. Самары в течение месяца с момента изготовления решения в окончательном виде.

Судья: Кривицкая О.Г.

Мотивированное решение изготовлено 21.05.2018 года.