Решение № 2-12232/2024 2-2497/2025 2-2497/2025(2-12232/2024;)~М-7968/2024 М-7968/2024 от 4 марта 2025 г. по делу № 2-12232/2024

Дело № 2-12232/2024

05 марта 2025 года


Р Е Ш Е Н И ЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Василькова А.В.,

при секретаре Володькиной В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о признании соглашения недействительным, взыскании убытков, неустойки, штрафа, денежной компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о признании соглашения недействительным, взыскании убытков, неустойки, штрафа, денежной компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 15 января 2024 года по причине нарушения ФИО2 требований ПДД Российской Федерации произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого автомобиль истца получил механические повреждения. В связи с этим истец обратился к ответчику в порядке прямого возмещения убытков по ОСАГО. В ходе заполнения пакета документов 25 января 2024 года истец подписал соглашение, по которому согласился получить страховое возмещение в денежной форме. В этот же день представитель ответчика предложил истцу осуществить страховую выплату в размере 131 000 рублей, с чем истец не согласился, поскольку скрытые повреждения не были исследованы. 29 января 2024 года ответчик осуществил истцу страховую выплату в размере 131 000 рублей, а 31 января 2024 года истец просил ответчика изменить форму страхового возмещения с денежной на организацию и оплату восстановительного ремонта, в чем ответчик отказал, ссылаясь на исполнение обязательства в полном объеме. Указывая, что при подписании соглашения ФИО1 был введен в существенное заблуждение со стороны ответчика, а также полагая отказ страховщика в осуществлении возмещения в натуральной форме незаконным, истец просил суд

признать соглашение от 25.01.2024 недействительным,

взыскать с ответчика в свою пользу убытки в виде рыночной стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства в размере 195 300 рублей,

неустойку за период с 15.02.2024 по 16.07.2024 в размере 418 968 рублей, неустойку за период с 17.07.2024 по день вынесения решения суда,

неустойку за период со дня вынесения решения суда по дату фактического исполнения ответчиком обязательств,

денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей,

штраф, предусмотренный законодательством,

расходы по составлению отчета об оценке в размере 8 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 65 000 рублей.

Истец и его представитель в судебное заседание явились, заявленные требования поддержали.

Представитель ответчика в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала, указывая, что истцом не представлены доказательства введения его в заблуждение, оно доступно для восприятия; в случае удовлетворения иска, просила применить положения п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд, выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что 15 января 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства Хендай, номер №, под управлением истца, и транспортного средства Рено, номер №, под управлением ФИО2

Как следует из постановления по делу об административном правонарушении дорожно-транспортное происшествие произошло в связи с действиями ФИО2, нарушившей требования ПДД Российской Федерации (л.д. 32).

Поскольку в результате дорожно-транспортное происшествие автомобилю истца были причинены механические повреждения, 25 января 2024 года истец обратился к ответчику в порядке прямого возмещения убытков по ОСАГО (л.д. 50).

25 января 2024 года произведен осмотр поврежденного транспортного средства (л.д. 55).

В этот же день между сторонами заключено письменное соглашение, по которому истец согласился на осуществление страхового возмещения в форме страховой выплаты в размере 131 500 рублей (л.д. 39).

29 января 2025 года ответчик произвёл выплату в размере 131 000 рублей.

В удовлетворении досудебных претензий истца с требованиями об осуществлении восстановительного ремонта ответчик отказал (л.д. 41, 42).

Решением финансового уполномоченного от 31.05.2024 №У-24-40546/5010-009 требования ФИО1 удовлетворены частично: в его пользу с ответчика взыскано страховое возмещение в размере 102 700 рублей, рассчитанное по Единой методике без учета износа (л.д. 34-38).

10 июня 2024 года ответчик выплатил страховое возмещение в размере 102 700 рублей.

Разрешая требования о признании соглашения недействительным, суд приходит к следующему.

По общему правилу страховое возмещение по ОСАГО осуществляется путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания либо в форме страховой выплаты (пункты 1 и 15 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Законом об ОСАГО предусмотрен перечень случаев, при которых возмещение из натуральной формы может быть заменено страховой выплатой (п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Одним из таких обстоятельств, изменяющих форму возмещения, является заключенное между сторонами соглашение в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (пп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО соглашения).

Между сторонами такое соглашение было заключено в письменной форме 25 января 2024 года.

В качестве основания для признания соглашения недействительным истец указал на положения пп. 5 п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на то, что он был введен ответчиком в заблуждение в отношении вида страхового возмещения, которое ответчик может осуществить в пользу истца, и в отношении размера страхового возмещения.

С учетом принципа добросовестности (ч. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и положений ст. 10 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 "О защите прав потребителей" на страховщике лежит обязанность проинформировать потребителя надлежащим образом о юридически значимой информации.

В контексте п. 12, ст. 12, пп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, а также с учетом явной ассиметрии информационной и переговорной возможностей, суд считает, что страховщик до заключения соглашения обязан довести до страхователя в доступной форме информацию о том, что страхователь может получить страховое возмещение в различных формах (в форме ремонта или страховой выплаты), о размерах данного возмещения (с учетом износа и без учета износа), а также о правовых последствиях заключения соглашения.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего (абз. 3 п. 38).

Анализ текста представленного соглашения позволяет прийти к выводу, что страховщик таких сведений не сообщил.

В соглашении имеются отсылки к Закону об ОСАГО, указываются на возможные последствия выявления обстоятельств после осуществления выплаты, даются различные заверения об обстоятельствах. Однако текст соглашения составлен таким образом, что не позволяет довести информацию до потребителя, который, априори, не обладает специальными знаниями в области страхования, в доступной для восприятия форме.

Судом учитывается также, что в практике имеются примеры, в которых подобное соглашение представлено в более доступной форме, при ознакомлении с которой у потребителя возникнет

Кроме того, содержание представленного соглашения позволяет прийти к выводу, что размер страховой выплаты может быть вписан в специальную строчку как при ведении переговоров о заключении соглашения, так и после такого заключения, например, после проведения осмотра поврежденного автомобиля.

Проверить обстоятельство момента вписывания данного условия представляется затруднительным, тогда как от этого зависит существо исполнения страховщиком обязанности по доведению юридически значимой информации до потребителя. Кроме того, в оригинале соглашения сумма страховой выплаты вписана другой пастой по сравнению с подписями и текстом сторон, что позволяет с определенной долей уверенности прийти к выводу, что она была вписана в другой момент.

В связи с этим суд полагает, что имеются сомнения в том, что до страхователя была доведена информация, в том числе о размере страхового возмещения до подписания соглашения.

При этом в судебном заседании истец пояснил, что документы подписывал лишь один раз – при подаче заявления на страховое возмещение, после осуществления осмотра он не подписывал никаких документов.

Также истец указал, что при приеме документов, представитель страховщика ему объяснила, что страховое возмещение в настоящий момент возможно получить только в денежной форме, при подписании соглашения какая-либо сумма в соглашении отсутствовала, однако она была озвучена по телефону после проведения осмотра.

Суд доверяет объяснениям истца, полагает их правдивыми на основании внутреннего убеждения, поскольку истец высказывал свои объяснения убедительно, непротиворечиво, суд не усмотрел попыток предоставить с его стороны недостоверные показания.

Суд предлагал стороне ответчика представить дополнительные доказательство того, что страховщик довел всю юридически значимую информацию до сведения ФИО1, однако ответчик таких доказательств суду не представил, тогда как именно на ответчике лежит соответствующее бремя доказывания.

Стоит отметить, что по инициативе суда был поставлен вопрос о вызове и допросе свидетеля – представителя ответчика, принимавшей заявление от истца, однако ответчик представил доказательство, что данный свидетель более в страховой компании не работает. После этого представитель ответчика о вызове и допросе данного свидетеля не заявлял.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что ФИО1 был введен в существенное заблуждение, поскольку перед ним не была раскрыта юридически значимая информация, доведение которой позволило бы ему разумно и объективно оценить риски и последствия заключения такого соглашения, в первую очередь, риск того, что страхователь лишается права на страховое возмещение в форме организации и оплаты восстановительного ремонта, ввиду чего соглашение от 25.01.2024 в порядке п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации признается судом недействительным.

Суд также отмечает, что заявление о страховом возмещении не может быть квалифицировано как соглашение, поскольку не содержит существенных условий соглашения, и разъяснения последствий принятия и подписания такого соглашения. Само же заявление является лишь формой обращения к страховщику по событию, имеющему признаки страхового случая, которым потерпевший выражает намерение воспользоваться своим правом на страховое возмещение.

При признании соглашения недействительным, и при отсутствии иных установленных законом условий для изменения формы страхового возмещения оснований для страховой выплаты в денежном эквиваленте у страховщика не имелось. При этом сам по себе факт принятия такой формы возмещения потерпевшим нельзя признать надлежащим исполнением страховщиком обязательства и риск негативных последствий, связанный с изменением формы страхового возмещения в отсутствие оснований, установленных законом, несет страховщик.

Отсутствие достигнутого соглашения о выплате страхового возмещения в денежной форме подтверждается и письменной претензией, в которой он просил осуществить возмещение в натуральной форме.

Бремя доказывания надлежащего исполнения своего обязательства, которое заключается в обеспечении потерпевшему условий для получения возмещения, в установленной законом форме, возлагается на страховщика. Следовательно, страховщик должен представить доказательства обеспечения истцу ремонта на СТОА из перечня, предложенного на выбор потерпевшему, то есть доказательства надлежащего исполнения обязательства.

Вместе с тем, таких доказательств ответчиком не представлено, а соглашение не несет юридических последствий.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

С учетом данных разъяснений, а также принимая во внимание, что в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком названного выше обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства в натуре, то в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов и других убытков на основании ст. 397 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер убытков за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств определяется по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагающей право на полное взыскание убытков, при котором потерпевший должен быть поставлен в то положение, в котором он бы находился, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом, а следовательно, размер убытков должен определяться не по Единой методике, а исходя из действительной стоимости того ремонта, который должна была организовать и оплатить страховая компания, но не сделала этого.

Приведенная правовая позиция нашла отражение в определениях судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2022 N 13-КГ22-4-К2, от 25.04.2023 N 1-КГ23-3-К3.

С учетом системного толкования вышеприведенных норм гражданского законодательства, в том числе принципа полного возмещения убытков, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд полагает, что потребитель в данном случае имеет право на возмещение убытков в полном объеме.

Истцом представлен отчет об оценке, согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца на дату ДТП составляет 429 500 рублей без учета износа.

Указанный отчет об оценке мотивирован, основан на научном исследовании и акте осмотра, фотоматериале фиксирующем объем повреждений, на основании чего выполнены расчеты стоимости ремонтно-восстановительных работ, работы и материалы подлежащие замене соответствуют перечисленным в акте осмотра повреждениям, которые установлены визуальным осмотром.

Сомнения в правильности произведенного расчета у суда отсутствуют, указанный отчет выполнен в соответствии с требованиями Федерального закона от 29.08.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». Выводы, содержащиеся в отчете, основаны на расчетах, заключениях и информации, полученной в результате исследования рынка, на основе указанной в заключении методики.

Бремя доказывания иного размера ущерба судом ответчику разъяснялось, как и право ходатайствовать о назначении судебной экспертизы, однако ответчик своим правом не воспользовался.

С учетом изложенного суд полагает доказанным, что размер ущерба истца составляет 429 500 рублей, ввиду чего невозмещенный ущерб составит 195 300 рублей (429 500 рублей + 234 200 рублей (осуществленные ответчиком страховые выплаты).

При таких обстоятельствах на основании ст. 12, 15, требования о взыскании убытков подлежат удовлетворению в полном объеме.

Рассматривая требования о взыскании неустойки, суд приходит к следующему.

Согласно п. 21 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему (для данного вида – 400 000 рублей).

Толкование приведенных положений позволяет говорить о том, что неустойка подлежит расчету от суммы страховой выплаты, определяемой в соответствии с Законом об ОСАГО, ввиду чего у суда отсутствуют основания рассчитывать неустойку от суммы убытков.

С учетом обстоятельств дела, ответчик должен был осуществить страховое возмещение в виде организации и оплаты восстановительного ремонта, сумма которого должна была определяться в соответствии с Единой методикой без учета износа (абз. 3 п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31).

В материалах дела имеется заключение эксперта, составленное по поручению финансового уполномоченного, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца без учета износа по Единой методике составляет 153 400 рублей, с учетом износа 102 700 рублей.

Учитывая, что с заявлением истец обратился 25 января 2024 года, последним днем для исполнения обязательства по правилам ст. 193 Гражданского кодекса Российской Федерации будет являться 14 февраля 2024 года, следовательно, страховщиком допущена просрочка с 15 февраля 2024 года до 10 июня 2024 года и составит 117 дней.

С учетом изложенного неустойка за период с 15.02.2024 по 10.06.2024 составит 120 159 рублей, исходя из расчета: 102 700*1%*117.

После 10 июня 2024 года неустойка начислению не подлежит, поскольку ответчик осуществил доплату страхового возмещения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 85 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. Уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика, сделанному в суде первой инстанции или в суде апелляционной инстанции, перешедшем к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции. В решении должны указываться мотивы, по которым суд пришел к выводу, что уменьшение их размера является допустимым.

В ходе рассмотрения дела ответчик не представил суду доказательств того, что в спорных правоотношениях имеют место какие-либо исключительные обстоятельства, которые могли бы послужить основанием для снижения неустойки, в своем заявлении ответчик ссылается лишь на общие мотивы, по которым полагает, что неустойка является завышенной. При таких обстоятельствах оснований для снижения неустойки по правилам ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не усматривает.

Также истцом заявлено требование о взыскании штрафа.

Согласно п. 3 ст. 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Принимая во внимание, что ответчик, исполняя решение финансового уполномоченного, осуществил доплату страхового возмещения до предъявления иска в суд, общий размер страховой выплаты составил 234 200 рублей, что составляет большую сумму, чем размер страхового возмещения, который подлежал осуществлению страховщиком при организации и оплате восстановительного ремонта (по Единой методике без учета износа), суд не находит оснований для взыскания штрафа.

В силу ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

При определении размера компенсации морального вреда суд в соответствии с положениями п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации учитывает фактические обстоятельства данного дела, характер нравственных страданий истца, обусловленными недобросовестными действиями ответчика по введению его в заблуждение, не доведению достоверной информации, степень вины ответчика, срок нарушения права, и считает возможным взыскать в счет такой компенсации 50 000 рублей, что отвечает требованиям разумности и справедливости.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 10, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В материалы дела представлены письменные доказательства того, что истец понес расходы на оплату услуг по составлению отчета об оценке в размере 8 000 рублей.

Данные расходы являлись для истца необходимыми, поскольку понесены в связи с исполнением процессуальной обязанности по доказыванию размера убытков.

Также истцом заявлено о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 65 000 рублей

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Принимая во внимание, что несение расходов на оплату услуг представителя подтверждено письменными доказательствами (договор поручения, чек об оплате, протоколы судебных заседание), их несение находится в прямой причинно-следственной связи с рассмотрением настоящего дела, поскольку истец имеет право на квалифицированную правовую помощь в связи с чем заключил договор на оказание соответствующих юридических услуг, а итоговый судебный акт принят в пользу лица, которое такие расходы понесло, в пользу ФИО1 подлежат взысканию данные судебные расходы.

Суд также полагает, что с учетом категории спора, сложности дела, объема выполненных представителем ответчика юридических услуг, заявленная сумма расходов на оплату услуг представителя является разумной, ввиду чего заявленная сумма подлежит взысканию с ответчика.

При этом ответчиком каких-либо обоснованных возражений о том, что заявленные расходы являются чрезмерными, не заявлено, доказательств, опровергающих размер расходов, указывающих на иные расценки, сложившиеся на соответствующем рынке юридических услуг в регионе, не представлено, ввиду чего у суда отсутствуют основания снижать расходы.

Указанная правовая позиция нашла своё отражение в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», п. 11 Обзора Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать соглашение от 25.01.2024, заключенное между ФИО1 и ПАО СК «Росгосстрах» недействительным.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) 195 300 рублей в счет возмещения убытков, неустойку за период с 15.02.2024 по 10.06.2024 в размере 120 159 рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, расходы по составлению отчета об оценке в размере 8 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 65 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение принято 12 марта 2025 года.

Судья