Апелляционное постановление № 22-7694/2025 от 7 декабря 2025 г.

Судья Демидова Л.В. Дело № 22-7694/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

(мотивированное)

г. Екатеринбург 08 декабря 2025 года

Свердловский областной суд в составе:

председательствующего судьи Забродина А.В.

при ведении протокола помощником судьи Черновой М.С.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Митиной О.В.,

обвиняемых ФИО1, ФИО2, участвующих посредством видеоконференц-связи,

защитников – адвокатов Бочкарева В.М., Валявского Р.В., Ивановой Е.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению старшего помощника Режевского городского прокурора Шахтамировой А.С. на постановление Режевского городского суда Свердловской области от 25 сентября 2025 года, которым уголовное дело по обвинению

ФИО1 <...>, судимого:

- 25 января 2018 года Дзержинским районным судом г. Нижнего Тагила Свердловской области по п. «г» ч. 2 ст. 161 Уголовного кодекса Российской Федерации к 1 году лишения свободы;

- 13 марта 2018 года Березниковским городским судом Пермского края по ч. 2 ст. 159, ч. 2 ст. 160, ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации окончательно к 3 годам лишения свободы, 06 марта 2020 года освобожденного по отбытию наказания,

ФИО3 <...> не судимого,

ФИО4 <...>, не судимой

каждого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, возвращено прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения в отношении осужденных оставлена без изменения: в отношении ФИО1 и ФИО2 – в виде заключения под стражу, срок которой продлен каждому по 21 декабря 2025 года, в отношении ФИО4 – в виде запрета определенных действий.

Изучив доводы апелляционного представления и материалы дела, заслушав мнение прокурора Митиной О.В., поддержавшей доводы апелляционного представления и просившей об отмене постановления; выступления адвокатов Бочкарева В.М., Валявского Р.В., Ивановой Е.А., поддержавших апелляционное представление в части отмены постановления суда и передачи уголовного дела на новое судебное разбирательство, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО4 обвиняются органом предварительного расследования в покушении на незаконное изготовление, сбыт наркотических средств, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере. Действия ФИО1, ФИО2, ФИО4, каждого, квалифицированы на предварительном следствии по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Обжалуемым постановлением суда уголовное дело возвращено прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи нарушениями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, допущенными при составлении обвинительного заключения.

Не согласившись с таким решением суда, старший помощник Режевского городского прокурора Шахтамирова А.С. обратилась с апелляционным представлением, в котором просит постановление суда отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд. Автор представления ссылается на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, на Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2009 года № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», согласно которым основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения, поскольку они не могут быть устранены в судебном заседании. Кроме того, ссылается на п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 декабря 2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», согласно которому уголовное дело не подлежит возвращению прокурору, если допущенное органами предварительного расследования нарушение требований уголовно-процессуального закона может быть устранено в судебном заседании, когда это не влечет изменения обвинения на более тяжкое либо существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам, не ухудшает положения обвиняемого и не нарушает его права на защиту. В прениях сторон, до удаления суда в совещательную комнату государственный обвинитель заявил о частичном отказе от обвинения. Вместе с тем, предъявленное ФИО1, ФИО2, ФИО4 обвинение позволяло суду принять решение, исключить квалифицирующие признаки, не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании. Предъявленное по делу обвинение существенно не отличалось по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем, не ухудшало положения подсудимых и не нарушало их права на защиту. При таких обстоятельствах суд мог вынести обвинительный приговор.

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционного представления, заслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона, являющимися основанием для возвращения уголовного дела прокурору, следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу на основании данного обвинительного заключения.

Суд апелляционной инстанции полагает, что по данному делу таких существенных нарушений требований закона, препятствующих принятию судом решения на основании имеющегося обвинительного заключения, не установлено, суд первой инстанции на такие нарушения в своем постановлении не ссылается.

Возвращая уголовное дело прокурору, описывая и анализируя предъявленное обвинение, суд пришел к выводу, что в обвинении не указано, для незаконного сбыта какого вида наркотического средства объединились ФИО1, ФИО2 и ФИО4, информацию о незаконном изготовлении и сбыте какого вида наркотического средства довел до каждого участника преступной группы ФИО1

Кроме того, обсуждая частичный отказ государственного обвинителя от обвинения, заявленный в судебных прениях, суд пришел к выводу, что, исключая из предъявленного ФИО1, ФИО2, ФИО4 обвинения квалифицирующие признаки – совершение вышеуказанного преступления с использование информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») и организованной группой, заявляя о совершении преступления в группе лиц по предварительному сговору, государственный обвинитель не привел мотивов и обоснований принятого решения, не привел описания действий каждого из участников, их роли и выполнения каждым из них (либо нет) объективной стороны инкриминируемого преступления. По мнению суда первой инстанции, государственный обвинитель не указал, какие действия каждого из обвиняемых, по версии обвинения, следует считать доказанными. При этом суд пришел к выводу, что имеющееся в деле обвинение, с учетом позиции государственного обвинителя, не позволяет суду самостоятельно описать действия каждого из участников, не нарушая их права на защиту.

Ссылаясь на положения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», суд пришел к выводу о невозможности самостоятельно переквалифицировать действия подсудимых, поскольку они существенно отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения. Изменение обвинения ухудшает положение подсудимых и нарушает их права на защиту.

В связи с этим суд пришел к выводу, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований процессуального закона, является не конкретизированным, нарушает права подсудимых на защиту и исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения, а потому уголовное дело подлежит возвращению прокурору.

Вместе с тем, в самом постановлении суд привел предъявленное ФИО1О, ФИО2 и ФИО4 обвинение, из которого, среди прочего следует, что не позднее 22 мая 2023 года ФИО1 с целью создания организованной группы для совершения особо тяжких преступлений, направленных на незаконное изготовление с целью последующего сбыта наркотических средств, подыскал и вовлек в состав организованной группы ФИО2, ФИО4, установленное лицо и неустановленных лиц, распределил роли в преступной группе, согласно которым: ФИО2 и установленное лицо должны были приискивать информацию о процедуре и технологическом процессе незаконного серийного изготовления вещества, содержащего наркотическое средство - мефедрон (4-метилметкатинон), в особо крупном размере, подобрать помещение и оборудовать в нем кустарную лабораторию по незаконному серийному изготовлению и хранению наркотических средств, получать от ФИО1 информацию о тайниках с лабораторным оборудованием, оптовыми партиями химических веществ, прекурсоров наркотических средств и психотропных веществ, изготавливать вещество, содержащее наркотическое средство - мефедрон (4-метилметкатинон) для дальнейшего совместного незаконного сбыта; ФИО4 дополнительно приняла на себя функции по использованию личного автомобиля для прибытия к тайникам с химическими реактивами, их транспортировки к месту серийного изготовления наркотических средств и хранению наркотических средств, а также для доставки изготовленных наркотических средств и передачи соучастникам, выполняющих обязанности по организации тайников с наркотическими средствами; ФИО1, являясь единственным руководителем созданной им преступно группы, довел до ФИО2, ФИО4 и неустановленных лиц план по совершению особо тяжких преступлений, связанных с незаконны серийным изготовлением наркотических средств, в особо крупных размерах, их последующим незаконным сбытом.

Реализуя совместный преступный умысел, ФИО1 дал ФИО2 и установленному лицу указание об организации незаконного серийного изготовления вещества, содержащего наркотическое средство - мефедрон (4-метилметкатинон), в особо крупном размере, приобрел оптовые партии химических веществ, необходимых для незаконного серийного изготовления указанного наркотического средства в особо крупном размере, разместил их в тайниках, о которых сообщил ФИО5, ФИО4 и установленному лицу, составил подробную инструкцию по изготовлению указанного наркотического средства, которую предал ФИО2 и установленному лицу.

ФИО2, установленное лицо и ФИО4, действуя в составе организованной группы, извлекли емкости с жидкостями, необходимыми для производства указанного наркотического средства, перевезли их на территорию дома, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего ФИО4, где разместили их в подсобном помещении, тем самым оборудовав лабораторию, в которой до 19 часов 15 минут 22 мая 2023 года ФИО2 и установленное лицо при помощи подручного кустарного оборудования, химических веществ, путем последовательного проведения соответствующих химических реакций, незаконно изготовили вещество, содержащее наркотическое средство — мефедрон (4-метилметкатинон), массой не менее 938,1 грамма, в особо крупном размере, которое стали незаконно хранить до передачи ФИО1 При этом ФИО4 и установленное лицо поместили указанное наркотическое средство в пакет из полимерного материала, приготовив его для последующей передачи ФИО1 с целью последующего сбыта. Однако довести свои преступные действия ФИО1, ФИО2, ФИО4 и установленное лицо до конца не смогли, по независящим от них обстоятельствам, так как 22 мая 2023 года были задержаны сотрудниками полиции, а указанное наркотическое средство изъято из незаконного оборота.

Таким образом, вопреки выводам суда первой инстанции, в обвинении указано, для незаконного сбыта какого вида наркотического средства объединились ФИО1, ФИО2 и ФИО4, информацию о незаконном изготовлении и сбыте какого вида наркотического средства ФИО1 довел до каждого участника преступной группы.

В соответствии с ч. 2 ст. 171 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, постановление о привлечении в качестве обвиняемого должно содержать описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п. п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в обвинительном заключении, среди прочего, указываются: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания.

Как видно из материалов дела, в постановлениях о привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО4 в качестве обвиняемых и обвинительном заключении в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации указаны существо обвинения, место и время преступления, в совершении которых они обвиняются, а также указаны другие обстоятельства, имеющие значение для дела. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 220 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в обвинении ФИО1, ФИО2, ФИО4 приведена формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Заявленный государственным обвинителем в судебных прениях частичный отказ от обвинения, по мнению суда апелляционной инстанции, не исключал возможность постановления приговора или вынесения иного итогового решения по делу. При частичном отказе от обвинения государственным обвинителем была предложена квалификация действий подсудимых ФИО1, ФИО2 и ФИО4, при этом не был уменьшен объем фактических действий, описанных в обвинении.

При таких обстоятельствах, нарушений при составлении обвинительного заключения, указанных судом первой инстанции, не допущено, а постановление суда нельзя признать законным и обоснованным, отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе с учетом частичного отказа государственного обвинителя от обвинения.

Оснований для возврата уголовного дела прокурору в порядке ст.237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции не усматривает. Постановление подлежит отмене на основании п. 2 ст. 389.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, а уголовное дело – направлению в суд первой инстанции для его рассмотрения по существу.

С учетом данных о личности ФИО1, ФИО2 суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения на более мягкую или отмены ранее избранной в отношении них меры пресечения в виде заключения под стражу. Срок содержания ФИО1 и ФИО2 под стражей необходимо продлить на 3 месяца.

Оснований для изменения в отношении ФИО4 меры пресечения в виде запрета определенных действий суд апелляционной инстанции также не усматривает, полагает возможным сохранить ранее установленные обвиняемой запреты.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, п. 4 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.28 и 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Режевского городского суда Свердловской области от 25 сентября 2025 года в отношении ФИО1 <...>, ФИО3 <...>, ФИО4 <...> отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе суда со стадии подготовки к судебному заседанию.

Меру пресечения в отношении ФИО1 <...> ФИО3 <...> оставить без изменения в виде заключения под стражу, продлив каждому срок содержания под стражей на 3 месяца, то есть до 08 марта 2026 года.

Меру пресечения ФИО4 <...> оставить без изменения - в виде запрета определенных действий с установленными ранее запретами: использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб, в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения со следователем, контролирующим органом и судом.

Апелляционное представление старшего помощника Режевского городского прокурора Шахтамировой А.С. удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в силу с момента оглашения, может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, расположенного в г.Челябинске, в порядке главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного постановления путем подачи кассационной жалобы в суд, постановивший приговор.

В случае принесения кассационной жалобы (представления) осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.В. Забродин