Апелляционное определение № 33-19367/2025 33-2060/2026 от 25 января 2026 г.

УИД 16RS0040-01-2025-004629-35

Дело № 2-3020/2025 ~ М-2305/2025

Судья Дианкина А.В. 33-2060/2026

Учет № 060г


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 января 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Гиниатуллиной Ф.И.,

судей Новосельцева С.В., Сахиповой Г.А.,

при ведении протокола помощником судьи Суфиевой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гиниатуллиной Ф.И. гражданское дело по апелляционной жалобе индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 13 октября 2025 года, которым постановлено: принять отказ индивидуального предпринимателя ФИО2 от исковых требований к ФИО3 об установлении факта трудовых отношений в качестве водителя автомобиля с 15 мая 2023 года по 14 апреля 2025 года.

Производство по делу в части исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО3 об установлении факта трудовых отношений в качестве водителя автомобиля с 15 мая 2023 года по 14 апреля 2025 года прекратить.

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения индивидуального предпринимателя ФИО2 и его представителя ФИО4, поддержавших доводы жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2) обратился в суд с иском к ФИО3 об установлении факта трудовых отношений, взыскании материального ущерба с работника в порядке регресса. В обоснование ФИО2 указал, что с 15 мая 2023 года по 14 апреля 2025 года ФИО3 осуществлял трудовую деятельность в качестве водителя <данные изъяты>, государственный регистрационный знак ...., принадлежащего ИП ФИО2 В письменном виде трудовой договор не заключался, но между сторонами фактически возникли трудовые отношения. Ответчик осуществлял перевозку грузов, подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, получал ежемесячное денежное вознаграждение. Договор полной материальной ответственности с водителем не заключался. 24 сентября 2024 года по вине ФИО5, управляющего транспортным средством <данные изъяты>, государственный регистрационный знак ...., произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого были причинены повреждения автомобилю «<данные изъяты>», принадлежащего ФИО1 Решением <данные изъяты> от <дата> с ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы в счет возмещение ущерба 415 500 рублей, расходы на оценку в размере 10 000 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 888 рублей. Задолженность перед ФИО1 согласно мировому соглашению от <дата> в размере 400 000 рублей погашена. Считает, что имеет право, как работодатель взыскать с ответчика как с работника в порядке регресса возмещение причиненного материального ущерба. На основании изложенного просил установить факт трудовых отношений между ИП ФИО2 и ФИО5 в качестве водителя автомобиля с 15 мая 2023 года по 14 апреля 2025 года, взыскать ущерб в размере 400 000 рублей.

В суде первой инстанции ИП ФИО2 и его представитель ФИО4 на исковых требованиях настаивали, от исковых требований в части установления факта трудовых отношений в качестве водителя автомобиля с 15 мая 2023 года по 14 апреля 2025 года ИП ФИО2 отказался.

ФИО3 и его представитель ФИО6 исковые требования не признали, пояснили, что ответчик состоял в трудовых отношениях с истцом без оформления трудового договора. В процессе эксплуатации транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак ...., у данного грузового автомобиля были выявлены неисправности тормозной системы, что и стало результатом дорожно-транспортного происшествия. Кроме того, эксплуатация транспортного средства осуществлялась с перегрузом. Таким образом, вины ответчика в совершении дорожно-транспортного происшествия нет. Причины возникновения дорожно-транспортного происшествия не устанавливались ни в ходе административного дела, ни при рассмотрении гражданского спора по иску потерпевшего к собственнику транспортного средства о взыскании стоимости восстановительного ремонта автомобиля, в связи с чем наличие вступившего в законную силу решения от <дата> преюдициального значения для разрешения настоящего спора не имеет.

Судом принято решение в приведённой выше формулировке.

В апелляционной жалобе ИП ФИО2 просит решение суда отменить и принять новое решение. Указывает, что факт нарушения ответчиком Правил дорожного движения Российской Федерации при исполнении трудовых обязанностей, повлекшее причинение ущерба имуществу ФИО1, установлен решением <данные изъяты> от <дата>, имеющим преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела.

ФИО3 в суд апелляционной инстанции не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в соответствии с частью 2.1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, о причинах неявки не сообщил.

Судебная коллегия на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав объяснения истца и его представителя, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 232 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Согласно статье 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника».

На основании статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации. К таким случаям согласно пункту 6 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации относится причинение ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом.

Как следует из материалов дела и, исходя из пояснений сторон, между ИП ФИО2 и ФИО3 в период с 15 мая 2023 года по 14 апреля 2025 года фактически сложились трудовые отношения как между работником и работодателем. В связи с чем суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что на момент дорожно-транспортного происшествия 24 сентября 2024 года ИП ФИО2 являлся законным владельцем источника повышенной опасности - транспортного средства <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком .....

24 сентября 2024 года по вине водителя ФИО3, управлявшего транспортным средством <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком ...., произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого были причинены повреждения автомобилю «<данные изъяты>», VIN: .....

Виновником указанного дорожно-транспортного происшествия признан ФИО3, который на момент дорожно-транспортного происшествия состоял в фактических трудовых отношениях с ИП ФИО2, выполнял работу водителя и находился при исполнении трудовых обязанностей, транспортное средство <данные изъяты> государственный регистрационный знак .... на момент дорожно-транспортного происшествия находилось в собственности у истца. Вина ответчика в нарушении правил дорожного движения установлена постановлением по делу об административном правонарушении.

Решением <данные изъяты> от <дата> с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба взыскано 415 500 рублей, расходы на оценку 10 000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины 12 888 рублей. В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 отказано.

ФИО2 исполнил решение суда, заключив с ФИО1 <дата> мировое соглашение, согласно которому выплатил ФИО1 в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 400 000 рублей.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценив представленные по делу доказательства, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для возложения на ФИО3 материальной ответственности за причиненный работодателю ущерб, поскольку несоблюдение истцом предусмотренного порядка привлечения работника к материальной ответственности исключает возложение на ответчика материальной ответственности.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель вправе создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Частью 2 указанной статьи установлено, что истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. При отказе или уклонении работника от предоставления такого объяснения составляется соответствующий акт.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» даны разъяснения о том, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба. Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

При наличии необходимых условий для возложения на работника материальной ответственности работник обязан возместить работодателю только прямой действительный ущерб (реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести излишние затраты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам). Доказать размер причиненного работником прямого действительного ущерба должен работодатель.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Указанные нормы носят императивный характер и направлены на обеспечение справедливого и обоснованного привлечения работника к материальной ответственности, предоставление ему возможности защитить свои интересы, а также на установление всех существенных обстоятельств дела, включая размер ущерба, причины его возникновения и степень вины работника.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ИП ФИО2 данную процедуру не выполнил. Служебная проверка по факту дорожно-транспортного происшествия не проводилась, комиссия для установления обстоятельств, размера ущерба и степени вины работника не создавалась, письменные объяснения от ответчика ФИО3 не истребовались, а результаты какой-либо проверки ему не предъявлялись.

Таким образом, истцом не представлено доказательств, подтверждающих соблюдение установленного законом порядка, который является не формальностью, а необходимым условием для правомерного возложения материальной ответственности на работника. Данное обстоятельство само по себе, в соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, исключает возможность удовлетворения иска о взыскании ущерба с работника, независимо от установления факта виновности последнего в причинении ущерба в иных судебных процессах.

Судебная коллегия считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что наличие вступившего в законную силу решения Зеленодольского городского суда, которым с истца взыскан ущерб в пользу третьего лица, а также факт административного правонарушения, совершенного ответчиком, сами по себе не заменяют и не отменяют обязанности работодателя соблюсти установленную Трудовым кодексом Российской Федерации процедуру привлечения работника к материальной ответственности. Указанные судебные акты разрешали иные правоотношения (деликтные и административные) и не устанавливали всех необходимых для трудовой материальной ответственности условий в рамках взаимоотношений работодателя и работника.

Доводы апелляционной жалобы, по сути, направлены на переоценку исследованных судом первой инстанции доказательств и требуют принятия иной квалификации установленных обстоятельств, что не является основанием для отмены законного и обоснованного решения.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам материального и процессуального права. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого решения не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 13 октября 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок не превышающий трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи