Апелляционное определение № 33-2957/2025 от 17 декабря 2025 г.

Председательствующий по делу Дело № 33-2957/2025

судья Соловьева Н.А.

2-236/2025

УИД 75RS0003-01-2024-003385-66


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего Зизюка А.В.,

судей Карабельского А.А., Лещевой Л.Л.,

при секретаре Матвеевой А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 18 декабря 2025 г. гражданское дело иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, о признании сделки недействительной

по апелляционным жалобам ответчиков Веко И.А., ФИО3

на решение Железнодорожного районного суда г.Читы от 09 июля 2025 года,

Заслушав доклад судьи Зизюка А.В., апеллянтов Веко И.А., ее представителя ФИО4, ФИО3, поддержавших доводы апелляционных жалоб по изложенным в них основаниям, представителя истца ФИО5, возражавшую против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

Истец обратилась в суд с иском к Веко И.А. в котором просила признать договор купли - продажи транспортного средства - автомобиля LEXUS RX330, 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus, от 30.09.2021 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2, недействительным; истребовать из незаконного владения у ФИО2 транспортное средство LEXUS RX 330, 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus.; обязать ФИО2 передать транспортное средство LEXUS RX 330, 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus, ключи, паспорт транспортного средства, свидетельство о регистрации данного транспортного средства ФИО1; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в сумме: 2300 руб. за штрафы, 13 248,68 руб. - транспортный налог; 5 846,76 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами, в порядке ст. 395 ГК РФ; 1 500 руб. за справку о рыночной стоимости; 28 351,48 руб. государственную пошлину.

В обоснование требований иска указала, что в 2019 году приобрела автомобиль LEXUS RX330 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus, по договору купли-продажи, который был зарегистрирован в органах ГИБДД. Временно вышеуказанный автомобиль, принадлежащий истцу на праве собственности, использовали сын истца - ФИО6 и его супруга - ФИО2. Истец передала сыну документы на автомашину и сделала страховой полис. <Дата> года ФИО6 скончался. Автомашина осталась в г. Чите, в пользовании ответчицы Веко И.А. 07 апреля 2022 года истцу стало известно, что указанный ей в декларации за 2021 год автомобиль LEXUS RX330 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus, 05 октября 2021 года был снят с регистрационного учета и новым владельцем является ФИО2. В дальнейшем истцу стало известно, что ответчик Веко И.А. самостоятельно, без ее согласия, не ставя истца в известность, путем обмана, переоформила вышеуказанную автомашину в свою собственность. После получения из РЭО ГИБДД, копии договора купли – продажи, истцу стало известно, что транспортное средство переоформлено Веко И.А. путем подделывания подписи истца в договоре купли - продажи. При этом, никакие денежные средства истцу не передавались, каких - либо расписок в получении денежных средств истец не писала, доверенность на совершение каких - либо сделок с автомобилем не оформляла. Указанная в договоре купли - продажи сумма стоимости автомобиля 150 000 руб. является явно заниженной, не соответствующей стоимости транспортного средства. Истец обратилась к ответчице с предложением вернуть автомашину, но до настоящего времени автомобиль не возвращен. Вместе с тем, на протяжении всего времени истцом оплачивались штрафы, и налоги за данный автомобиль. Размер процентов за пользование чужими денежными средствами, в порядке ст.395 ГК РФ, за период с 30.09.2021г. по 20.11.2024г., составил 5 846,76 руб. На основании вышеизложенного, истец просила:

Определением суда от 24 марта 2025 года ФИО3 привлечен к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего требований относительно предмета спора.

Определением суда от 15 мая 2025 года ФИО3 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Судом вынесено решение, которым исковые требования удовлетворены частично.

Постановлено признать договор купли продажи транспортного средства от 30 сентября 2021 г., заключенный между ФИО1 и ФИО2, автомобиля LexusRX330, государственный регистрационный номер № RUS, 2003 года выпуска, недействительным (ничтожным) в силу его противоречия основам правопорядка.

Признать договор купли продажи транспортного средства от 7 ноября 2023 г., заключенный между ФИО2 и ФИО3 автомобиля LexusRX330, государственный регистрационный номер № RUS, 2003 года выпуска, недействительным (ничтожным) в силу его противоречия основам правопорядка.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки, обязав ФИО3 возвратить ФИО1 автомобиль LexusRX330, государственный регистрационный номер <***>, 2003 года выпуска, ключи, паспорт, свидетельство регистрации транспортного средства. Обязать ФИО2 вернуть ФИО3 100 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

В удовлетворении иных исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ответчик Веко И.А. просит решение суда отменить, принять новое, которым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 Ссылаясь на обстоятельства дела, выводы, изложенные в решении суда, ст. ст. 12, 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указывает, что суд вышел за пределы заявленных требований, а именно, суд без предупреждения истца и его представителя привлек к участию в деле ФИО3 как ответчика, по собственной инициативе признал недействительным договор купли-продажи автомобиля LEXUS RX330 2003 года выпуска заключенным между Веко И.А. и ФИО3 Таких требований истцом не заявлялось, что нарушает ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации №23 от 19 декабря 2023 года.

Судом не дана оценка доводам истца, что фактическим собственником автомобиля LEXUS RX330 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus с 2019 года являлась ФИО2, которая приобрела и использовала автомобиль за собственные средства, оформляла ОСАГО, осуществляла техническое обслуживание автомобиля, имела ключи и документы. Истец не несла расходов на покупку автомобиля и фактически им не владела, что подтверждается ее собственными пояснениями. Полагает, что истец знала, что автомобиль был приобретен и использовался Веко И.А., однако спустя продолжительное количество времени заявила требование о возврате имущества, что является злоупотреблением правом и противоречит добросовестности.

Ссылается на положения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывает, что суд неверно применил положения норм материального права ввиду того, что обычная сделка купли-продажи транспортного средства не может нарушать основы правопорядка и нравственности.

Обращает внимание, что судом первой инстанции неверно применены положения о сроках исковой давности, начало их течения по указанным требованиям, когда началось исполнение ничтожной сделки. Истцу было известно о спорной сделке в апреле 2022 года, когда она получила копию договора от 30.09.2021 года. Исковое заявление подано 26.11.2024 года, с пропуском годичного срока для оспаривания сделки, который истек 28.11.2022. Ссылается на практику вышестоящих судов.

В дополнениях к апелляционной жалобе указывает на противоречивость поведения истца ФИО1, которая ранее указывала что автомобиль покупал ее сын, но поставил на регистрационный учет за ФИО1 Указывая на наличие злоупотребления в поведении истца, ссылается на те обстоятельства, что при разделе наследственного имущества после смерти Веко В.В. истец получила от Веко И.А. 1 500 000 руб. и не предъявляла требований относительно спорного транспортного средства.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО3 просит решение суда отменить, принять новое, в котором в удовлетворении исковых требований оказать. В обоснование доводов жалобы указывает, что судом были нарушены нормы материального и процессуального права. Суд вынес решение с нарушением ст.195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд опирался на материалы процессуальной проверки, которая на момент вынесения решения не завершена, и правоохранительные органы не дали юридическую оценку событиям, тем самым решение вынесено без полного и объективного исследования доказательств. Указывает, что суд вышел за пределы заявленных исковых требований истцом. Суд самостоятельно привлек ФИО3, добросовестного приобретателя, и применил последствия недействительности сделки без соответствующих исковых требований, что нарушает ст.ст.ст.ст. 309, 432, 167, 169 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд не предоставил возможности сторонам обсуждать эти вопросы.

ФИО7 приобрел автомобиль у Веко И.А. 07.11 2023 года за 1200000 рублей, что подтверждается договором купли-продажи. Автомобиль не имел запретов на отчуждение и обременений в ГИБДД, денежные средства продавцу переданы в полном объеме, договор оформлен сторонами законно.

Суд не дал оценку добросовестности ответчика как приобретателя, что нарушает ст.ст 302, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации. Обращает внимание, что истец неоднократно давала противоречивые пояснения. Указывает, что автомобиль фактически был приобретен ее сыном с совместно с Веко И.А., оформление договора на ФИО1 было формальным, после смерти сына основной долей собственности владела Веко И.А. Судом не были учтены эти обстоятельства и не установлены факты незаконного выбытия автомобиля из владения истца. Судом неверно применены нормы ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд признал сделку ничтожной, но не установил факт совершения сделки заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Сделка между ФИО3 и Веко И.А. была обычной куплей-продажей с соблюдением всех законных требований.

Судом неверно применены нормы права о сроках исковой давности. Ссылается на статью 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и указывает, что истец узнала о переоформлении автомобиля 07.04.2022 года, договор между ФИО3 и Веко И.А. заключен 07.11.2023 года, срок обращения истцом с исковыми требованиями истек 07.11.2024 года. Ходатайство о восстановлении пропущенного срока истцом не заявлялось.

Истец, извещенная надлежащим образом о рассмотрении дела в апелляционном порядке, в судебное заседание не явились. Руководствуясь ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с требованиями частей 1,2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на неё, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса РФ целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав.

Один из способов защиты права собственности - право собственника истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (виндикация) установлен в статье 301 Гражданского кодекса РФ.

Истребование имущества из чужого незаконного владения, то есть виндикация, является вещно-правовым способом защиты права собственности.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Согласно пункту 35 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в ситуации, когда предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, в том числе к лицу, приобретшему имущество у лица, которое не имело права его отчуждать, следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ

Пункт 36 указанного постановления № 10/22 акцентирует внимание на том, что лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Соответственно, с помощью виндикационного иска может быть истребовано индивидуально определенное имущество (вещь), имеющееся у незаконного владельца в натуре.

По смыслу приведенных норм права иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения - это иск не владеющего собственника к владеющему несобственнику об истребовании индивидуально-определенного имущества из его незаконного владения. Ответчиком по делу является незаконный владелец, у которого фактически находится вещь. Незаконное владение - это обладание имуществом без надлежащего правового основания либо по порочному основанию.

В соответствии с пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество даже от добросовестного приобретателя, в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения помимо их воли.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 39 постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав» по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Судом первой инстанции правильно установлено, подтверждается представленной совокупностью доказательств, что на момент рассмотрения дела спорное транспортное средство автомобиль LEXUS RX330 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus с 14.11.2023 состоит на регистрационном учете в органах ГИБДД за ФИО3 (том I, л.д. 84-86).

В собственность ответчика ФИО3 указанное транспортное средство поступило на основании договора купли-продажи с ФИО2. Ранее указанное транспортное стояло на регистрационном учете за Веко И.А. с 05.10.2021 по 14.11.2023. С 28.04.2019 по 05.10.2021 спорный автомобиль состоял на регистрационном учете за истцом ФИО1 (том I, л.д. 84-86).

Также из материалов дела следует, что за ответчиком Веко И.А. спорный автомобиль был поставлен на регистрационный учет на основании договора купли – продажи от 30.09.2021, продавцом в котором указана ФИО1 (том I, л.д. 115). При рассмотрении дела судом первой инстанции Веко И.А. пояснила, что указанный договор купли-продажи заполнила самостоятельно, без участия ФИО1. Подпись ФИО1 она выполнила лично от лица ФИО1. При этом, действовала она на основании доверенности от 28 апреля 2019, полагая, что таковая дает ей право, в том числе, и на отчуждение автомобиля.

Изложенное свидетельствует о том, что спорное транспортное средство выбыло из собственности истца ФИО1 помимо ее воли, а сделка, на основании которой вещь поступила в собственность Веко И.А., истцом не заключалась.

Мнения апеллянтов об обратном основано на неверном толковании положений главы 9 ГК РФ, в связи с чем подлежат отклонению.

Так, из содержания пояснений ответчика Веко И.А. следует, что договор купли-продажи от 30.09.2021 заполнен без участия ФИО1

Имеющаяся в материалах дела доверенность от 28.04.2019 (том I, л.д. 95) не давала Веко И.А. полномочий на совершение сделок в отношении спорного автомобиля; при этом п. 3 ст. 182 ГК РФ установлен прямой запрет на совершение представителем сделки от имени представляемого в отношении себя лично.

Сведения о том, что ФИО1 было известно о существовании договора купли-продажи от 30.09.2021, в дату его составления, в материалах дела отсутствуют. В исковом заявлении ФИО1 указывает момент, когда ей стало известно о снятии автомобиля с регистрационного учета за ней, как за собственником – 07 апреля 2022 года, в рамках декларационной компании государственного гражданского служащего.

Такие сведения согласуются с содержанием копии материала проверки от 19.01.2023 КУСП № 921 (том I, л.д. 173-192), в котором ФИО1, обращаясь 06.12.2022 в МО МВД РФ «Могочинский» указывала, что 07.04.2022 она получила информацию о том, что принадлежащий ей на праве собственности автомобиль LEXUS RX330 2003 года выпуска, государственный регистрационный номер № rus, снят с регистрационного учета, его владельцем значится Веко И.А.

Так как договор купли-продажи от 30.09.2021 ФИО1 не подписывала, основания для применения специальных сроков исковой давности не имеется, в исследуемом случае подлежит применению общий срок исковой давности в 3 года.

При этом судебная коллегия учитывает следующее.

Согласно ч. 1, ч. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

Сам по себе факт нахождения автомобиля во владении у Веко И.А. на момент составления оспариваемого договора купли-продажи от 30.09.2021 о наличии у ФИО1 намерения произвести отчуждение автомобиля не свидетельствует, поскольку из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств следует, что автомобиль был передан истцом во владение своему сыну Веко В.В. (супругу ответчика Веко И.А.), который умер <Дата>, что следует из содержания истребованной судом в материалы дела копии наследственного дела (том I, л.д. 47-82).

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. ст.196, 200 ГК РФ).

Как было указано выше, поскольку в материалах дела отсутствуют сведения о получении ФИО1 информации о снятии спорного имущества с регистрационного учета в органах ГИБДД ранее 07.04.2022, а исковое заявление поступило в суд 26.11.2024, установленный положениями ст. 196 ГК РФ срок исковой давности не пропущен.

Приходя к выводу об отсутствии основания для применения специального срока исковой давности, судебная коллегия учитывает содержание иска ФИО1, которая в его обоснование указывала, что по смыслу положений ст. 160, 168 ГК РФ наличие в договоре поддельной подписи одного из участников при том, что в нем присутствуют все существенные условия, свидетельствуют о недействительности договора, как сфальсифицированного документа. Также в иске ФИО1 ссылалась на нарушение положений ст. ст. 432, 434 ГК РФ, оспаривая сам факт заключения оспариваемой сделки.

Как было указано выше, на основании положений ст. 302 ГК РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Следует отметить, что в силу части 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Наличие статуса добросовестного приобретателя в контексте статьи 10 ГК РФ предполагается, если не доказано иное по правилам гражданского судопроизводства.

Конституционным Судом Российской Федерации, решения которого в соответствии со ст. 6 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» обязательны для всех органов, включая судебные, выявлен изложенный в Постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П конституционно-правовой смысл норм ГК РФ о применении последствий недействительности сделки во взаимосвязи с нормами статей 301 и 302 ГК РФ, являющийся общеобязательным и исключающим любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

Так, в названном постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П, а также в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», указано, что когда сделка, направленная на отчуждение имущества, не соответствует требованиям закона только в том, что совершена лицом, не имеющим права отчуждать это имущество инее являющегося его собственником, правила п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются, а подлежат применению правила ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми (п. 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, в нарушение вышеназванных норм права, доказательств, свидетельствующих, что отчуждение спорного автомобиля было произведено по волеизъявлению истца ФИО1, как собственника, по делу установлено не было, стороной ответчика таковых не представлено. Равно как и не было представлено доказательств получения истцом и передачи ответчиком Веко И.А. денежных средств в счет исполнения последней, как покупателем, обязательств по оплате приобретаемого транспортного средства.

Вопреки мнению апеллянта Веко И.А. имеющаяся в материалах дела расписка о получении истцом денежных средств от Веко И.А. 14.06.2021 в размере 1 500 000 руб. (том I, л.д. 96) не подтверждает передачу денежных средств в качестве оплаты спорного автомобиля, поскольку не содержит сведений о причинах передачи денежных средств, а кроме того, совершена за три месяца до составления договора купли-продажи от 30.09.2021.

Выводы суда первой инстанции о ничтожности договора купли-продажи от 30.09.2021 по причине того, что ФИО1 его не заключала, не подписывала и не исполняла, являются верными.

Однако по смыслу заявленных требований, ФИО1 оспаривала принадлежность автомобиля Веко И.А. на основании предоставленного в материалы дела договора купли – продажи, в отношении которого при рассмотрении настоящего дела установлено, что ФИО1 указанную в договоре сделку не совершала.

Для признания сделки недействительной по основанию, установленному ст. 169 ГК РФ суду надлежало установить наличие у сторон (либо у одной из сторон) договора, при его заключении цели, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, то есть не просто цели на заключение сделки, не соответствующей требованиям закона или иных правовых актов, а нарушающей основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Приведенные обстоятельства судом первой инстанции не установлены. Напротив, судом установлено, что ФИО1 сделку купли – продажи спорного транспортного средства не заключала и не совершала, необходимости указания о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 169 ГК РФ не имелось, а потому соответствующие выводы суда первой инстанции подлежат исключению из судебного акта.

В связи с указанным право собственности на спорный автомобиль у ФИО1 не прекращалось, следовательно Веко И.А. не имела оснований распоряжаться спорным имуществом, продав автомобиль ФИО3

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для понуждения ФИО3 возвратить ФИО1 автомобиль, поскольку такое решение способствует восстановлению права истца, как невладеющего собственника.

Признавая вывод суда первой инстанции в вышеизложенной части правильным, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда в части признания недействительным последующего договора купли-продажи транспортного средства от 7 ноября 2023 г. а также указания на применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Однако в качестве обоснования заявленных требований в исковом заявлении ФИО1 приводила положения ст. 301 ГК РФ.

Вышеприведенный судом первой инстанции способ восстановления имущественных прав ФИО1 соответствует установленному ст. 301 ГК РФ правовому регулированию посредством истребования вещи из чужого незаконного владения в пользу собственника.

Однако в решении суд указал на применение последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в первоначальное положение, указав в резолютивной части на установление обязанности ФИО3 возвратить ФИО1 автомобиль LexusRX330, государственный регистрационный номер № RUS, 2003 года выпуска, ключи, паспорт, свидетельство регистрации транспортного средства; также суд обязал ФИО2 вернуть ФИО3 100 000 рублей.

Поскольку приведенное содержание судебного акта противоречит правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П, а также в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», решение суда подлежит отмене в части указания на признание недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 7 ноября 2023 г., заключенного между Веко И.А. и ФИО3 в отношении автомобиля LexusRX330, государственный регистрационный номер № RUS, 2003 года выпуска, а также указания на применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Вместе с тем вывод суда о возвращении спорного автомобиля от ФИО3 во владение ФИО1 является правильным, в соответствующей части решение надлежит оставить без изменения.

При этом доводы апелляционных жалоб о формальной регистрации транспортного средства в органах ГИБДД за ФИО1, как за собственником, подлежат отклонению, поскольку титул, на основании которого транспортное средство постановлено на учет в органах ГИБДД за ФИО1, неикем не оспорен, не признан недействительным.

Доводы апелляционных жалоб о выходе судом за пределы заявленных исковых требований заслуживают внимания.

Так, ФИО1 было заявлено требование о признании недействительным договора купли-продажи от 30.09.2021 сторонами которого значатся ФИО1 и Веко И.А. Оспариваемым решением суд признал недействительным не только вышеуказанный договор, но и договор от 7 ноября 2023 г., заключенный между Веко И.А. и ФИО3

Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ).

Решение суда о признании недействительным договора купли-продажи от 07.11.2023, заключенного между Веко И.А. и ФИО3 принято с нарушением установленных положениями ч. 3 ст. 196 ГПК РФ пределов, в связи с чем подлежит отмене.

При этом действующее законодательство (п. 3 ст. 166 ГК РФ) предоставляет возможность суду по собственной инициативе применить лишь последствия недействительности ничтожной сделки.

Основания применения в отношении ФИО3 института защиты добросовестного приобретателя (ст.302 ГК РФ) в рассматриваемом случае отсутствуют, поскольку при рассмотрении настоящего дела был установлен факт выбытия спорной вещи из владения ФИО1 помимо ее воли. В указанной связи соответствующий довод апелляционной жалобы ФИО3 подлежит отклонению.

Вопреки мнению апеллянта Веко И.А. основания полагать поведение истца противоречивым, а равно усматривать в ее действиях признаки злоупотребления правом отсутствуют, поскольку из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств следует, что истец последовательно с декабря 2022 года указывала о нарушении ее имущественных прав действиями Веко И.А., которой она не давала права распоряжаться спорным автомобилем.

Поскольку требования истца заключались в возвращении ей спорного имущества, привлечение по инициативе суда в качестве соответчика ФИО3 является правильным, соответствует положениям ст. 40 ГПК РФ и согласуется с положениями п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22. Соответствующий довод апелляционной жалобы о неправомерном привлечении ФИО3 к участию в деле в качестве соответчика отклоняется судебной коллегией.

Оснований для иного применения норм материального и процессуального права у судебной коллегии не имеется.

Иных доводов, способных повлечь отмену либо изменение постановленного решения апелляционная жалоба не содержит. Оснований для иной оценки исследованных судом доказательств судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Железнодорожного районного суда г.Читы 09 июля 2025 года, отменить в части признания недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 7 ноября 2023 г., заключенного между ФИО2 и ФИО3 в отношении автомобиля LexusRX330, государственный регистрационный номер № RUS, 2003 года выпуска, а также применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В остальной части решение Железнодорожного районного суда г.Читы 09 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 января 2026 года.