Решение № 2-382/2026 2-5012/2025 М-141/2025 от 15 февраля 2026 г.

Гр.дело №

(№) М-141/25 УИД: 05RS0№-10


РЕШЕНИЕ

ИФИО1

<адрес> 02 февраля 2026г.

Кировский районный суд <адрес> Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Гаджимагомедова Г.Р., при секретаре судебных заседаний ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СПАО«Ингосстрах» к ФИО2 о взыскании денежных средств в порядке регресса,

У С Т А Н О В И Л:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в Кировский районный суд <адрес> с иском к ФИО2 о взыскании в порядке регресса денежной суммы в размере 100 000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства Mercedes-Benz S 320, государственный регистрационный знак Т267АВ05RUS, принадлежащего ответчику, и транспортного средства Lada Vesta, государственный регистрационный знак О207ХВ05RUS, под управлением ФИО5 ДТП оформлено без участия уполномоченных сотрудников полиции путём составления извещения о ДТП (европротокол). Гражданская ответственность владельца транспортного средства Mercedes-Benz S 320 на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору ОСАГО серии ХХХ №.

Потерпевший ФИО5 обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о прямом возмещении убытков. АО «СОГАЗ» признало случай страховым и выплатило потерпевшему страховое возмещение в размере 100 000 рублей, что подтверждается соглашением об урегулировании события от ДД.ММ.ГГГГ. Впоследствии СПАО «Ингосстрах» возместило АО «СОГАЗ» указанную сумму в рамках прямого возмещения убытков.

Ссылаясь на положения подпункта «з» пункта 1 статьи 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), истец полагает, что у него возникло право регрессного требования к ответчику, поскольку ФИО2 не представила по требованию страховщика транспортное средство для проведения осмотра в течение 15 календарных дней со дня ДТП.

В подтверждение соблюдения установленной законом процедуры истцом в материалы дела представлены копии следующих документов:

- требование о предоставлении транспортного средства на осмотр от ДД.ММ.ГГГГ №, направленное в адрес ФИО2 по адресу: <адрес> Акушинского, <адрес>;

- отчёт об отслеживании почтового отправления с идентификатором 80092178203266, согласно которому письмо прибыло в место вручения ДД.ММ.ГГГГ, однако вручено не было по причине «неудачная попытка вручения».

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении. В обоснование возражений указали следующее.

Во-первых, ответчик фактически не получала требование о предоставлении транспортного средства на осмотр. Представленный истцом отчёт об отслеживании почтового отправления не подтверждает вручение письма адресату, а лишь фиксирует неудачную попытку вручения. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчику оставлялось почтовое извещение о поступлении заказного письма, равно как и доказательства возврата письма отправителю за истечением срока хранения. Следовательно, истец не доказал факт надлежащего уведомления ответчика.

Во-вторых, в требовании о предоставлении транспортного средства на осмотр указан неверный государственный регистрационный знак автомобиля – «У110КМ97», тогда как фактический госномер автомобиля ответчика – «Т267АВ05RUS». Данное обстоятельство свидетельствует о том, что требование составлено с нарушением требований к его содержанию и не может считаться надлежащим уведомлением.

В-третьих, истец, располагая номером телефона ответчика (указан в извещении о ДТП и в страховом полисе), не предпринял попыток уведомить ответчика иными доступными способами (телефонный звонок, СМС-сообщение), ограничившись единственным почтовым отправлением с ошибками в реквизитах. Такое поведение профессионального участника страхового рынка не может быть признано добросовестным и достаточным для возникновения права регрессного требования.

В-четвёртых, факт дорожно-транспортного происшествия и размер причинённого ущерба истцом не оспаривались. Страховщик потерпевшего (АО «СОГАЗ») произвёл осмотр повреждённого транспортного средства, установил размер ущерба и выплатил страховое возмещение. У СПАО «Ингосстрах» не возникло сомнений ни в наступлении страхового случая, ни в обоснованности произведённой выплаты, в связи с чем непредоставление автомобиля ответчика на осмотр никак не повлияло на обязанность истца осуществить страховое возмещение. Формальное нарушение, допущенное ответчиком не умышленно, не должно влечь столь серьёзных последствий как взыскание всей суммы ущерба в порядке регресса.

Ранее по данному делу ДД.ММ.ГГГГ было вынесено заочное решение об удовлетворении иска, которое отменено определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в связи с поступлением заявления ответчика и установлением обстоятельств ненадлежащего извещения ответчика о судебном разбирательстве.

В настоящее судебное заседание истец СПАО «Ингосстрах» явку своего представителя не обеспечил, о времени и месте слушания дела извещён надлежаще, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Ответчик ФИО2 и её представитель в судебном заседании поддержали возражения против иска, просили вынести решение об отказе в удовлетворении требований.

В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено при имеющейся явке.

Исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причинённый другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В силу подпункта «з» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществлённого потерпевшему страхового возмещения, если до истечения 15 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня дорожно-транспортного происшествия указанное лицо в случае оформления документов о ДТП без участия уполномоченных на то сотрудников полиции не представило по требованию страховщика транспортное средство для проведения осмотра и (или) независимой технической экспертизы.

Из системного толкования приведённой нормы следует, что право регрессного требования возникает у страховщика при одновременном наличии следующих условий: 1) дорожно-транспортное происшествие оформлено без участия сотрудников полиции (европротокол); 2) страховщиком в адрес причинителя вреда направлено требование о предоставлении транспортного средства на осмотр; 3) причинитель вреда не исполнил данное требование в течение установленного законом 15-дневного срока.

Обязанность доказывания факта направления и вручения (получения) причинителем вреда соответствующего требования в силу статьи 56 ГПК РФ возлагается на истца – страховщика, заявляющего регрессное требование.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, дорожно-транспортное происшествие произошло ДД.ММ.ГГГГ, оформлено без вызова сотрудников ГИБДД путём составления извещения о ДТП (европротокол). В извещении о ДТП ответчик ФИО2 собственноручно указала адрес своего места жительства: <адрес> Акушинского, <адрес>.

Истец ДД.ММ.ГГГГ направил в адрес ответчика требование № о предоставлении транспортного средства Mercedes-Benz S 320 на осмотр. Требование направлено заказным письмом с почтовым идентификатором 80092178203266 по адресу, указанному ответчиком в извещении о ДТП.

Согласно отчёту об отслеживании почтового отправления, письмо прибыло в место вручения – отделение почтовой связи 367014 (<адрес>) – ДД.ММ.ГГГГ. В тот же день, ДД.ММ.ГГГГ, почтовым отделением зафиксирована «неудачная попытка вручения». Иных сведений о вручении письма адресату, а также о возврате письма отправителю за истечением срока хранения, отчёт не содержит.

Оценивая данные обстоятельства, суд руководствуется положениями статьи 165.1 ГК РФ, согласно которой заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Пункт 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняет, что по смыслу пункта 1 статьи 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, при заключении договора). При этом необходимо учитывать, что гражданин несёт риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по указанным адресам, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя.

Вместе с тем, в пункте 67 названного Постановления указано, что юридически значимое сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от его получения, в связи с чем оно было возвращено по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несёт адресат. Однако бремя доказывания факта направления и доставки сообщения лежит на отправителе.

Применительно к настоящему делу истцом не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что требование о предоставлении транспортного средства на осмотр было доставлено ответчику либо что ответчик уклонился от его получения.

Как следует из отчёта об отслеживании почтового отправления, ДД.ММ.ГГГГ зафиксирована лишь «неудачная попытка вручения». При этом в материалах дела отсутствуют:

- первичное почтовое извещение, которое в соответствии с Правилами оказания услуг почтовой связи должно быть опущено в почтовый ящик адресата при невозможности вручения заказного письма;

- доказательства того, что письмо хранилось в отделении связи установленный срок (30 дней) и было возвращено отправителю за истечением срока хранения;

- уведомление о вручении с отметкой о причинах невручения.

Таким образом, из представленных истцом документов невозможно установить, было ли ответчику вообще известно о поступлении в его адрес заказного письма с требованием о предоставлении транспортного средства на осмотр. Сама по себе «неудачная попытка вручения» без последующего соблюдения процедуры хранения и возврата почтового отправления не может быть приравнена к надлежащему уведомлению адресата.

Кроме того, суд принимает во внимание, что в требовании о предоставлении транспортного средства на осмотр от ДД.ММ.ГГГГ № неверно указан государственный регистрационный знак автомобиля ответчика – «У110КМ97», тогда как фактический госномер автомобиля Mercedes-Benz S 320 – «Т267АВ05RUS», что подтверждается страховым полисом ХХХ № и извещением о ДТП. Данное обстоятельство свидетельствует о ненадлежащем оформлении требования и, как следствие, о невозможности считать ответчика уведомлённым о необходимости предоставить конкретное транспортное средство на осмотр.

Помимо этого, суд учитывает, что истец, являясь профессиональным участником страхового рынка и располагая контактным номером телефона ответчика (указан в извещении о ДТП и в полисе ОСАГО), не предпринял иных доступных и разумных мер для уведомления ответчика о необходимости предоставить автомобиль на осмотр, ограничившись единственным почтовым отправлением, которое не было вручено адресату. Такое поведение страховщика не соответствует стандарту добросовестного и осмотрительного поведения, ожидаемого от профессионального участника гражданского оборота.

При оценке добросовестности действий ответчика суд также принимает во внимание правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О, согласно которой положения статьи 14 Закона об ОСАГО о праве регрессного требования страховщика к лицу, причинившему вред, направлены на обеспечение баланса интересов сторон. При этом действия страховщика по проведению осмотра повреждённого транспортного средства в равной степени обеспечивают баланс интересов сторон, позволяя подтвердить факт наступления страхового случая и установить размер причинённого ущерба.

В данном деле факт наступления страхового случая, обстоятельства ДТП и размер ущерба истцом не оспаривались. Страховщик потерпевшего (АО «СОГАЗ») произвёл осмотр повреждённого транспортного средства Lada Vesta, установил перечень повреждений и размер ущерба, после чего выплатил потерпевшему страховое возмещение в согласованном размере 100 000 рублей. СПАО «Ингосстрах», в свою очередь, возместило указанную сумму в рамках прямого возмещения убытков, не выразив каких-либо сомнений относительно обоснованности произведённой выплаты.

Таким образом, непредоставление ответчиком транспортного средства на осмотр никак не повлияло ни на установление факта страхового случая, ни на определение размера ущерба, ни на обязанность истца осуществить страховое возмещение. При таких обстоятельствах применение к ответчику такой исключительной меры гражданско-правовой ответственности, как взыскание всей суммы ущерба в порядке регресса, не соответствует целям правового регулирования и принципу справедливости.

С учётом изложенного, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцом не доказан факт надлежащего уведомления ответчика о необходимости предоставить транспортное средство на осмотр, что исключает возникновение у СПАО «Ингосстрах» права регрессного требования, предусмотренного подпунктом «з» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что истцом, вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, в материалы дела не представлены оригиналы требования о предоставлении транспортного средства на осмотр, списка внутренних почтовых отправлений, уведомления о вручении либо возвращённого почтового конверта с отметками отделения связи.

В силу статьи 71 ГПК РФ письменные доказательства представляются в суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Ответчиком достоверность представленных истцом копий оспаривается, в связи с чем они не могут быть признаны достаточными и допустимыми доказательствами по делу.

При таких обстоятельствах исковые требования СПАО «Ингосстрах» к ФИО2 о взыскании в порядке регресса суммы страхового возмещения в размере 100 000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб. являются не обоснованными, следовательно, удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО2аровне (паспорт серии 82 24 №) о взыскании в порядке регресса суммы выплаченного страхового возмещения в размере 100 000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 4000 руб. – отказать в полном объеме.

Решение суда, не вс тупившее в законную силу, может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан через Кировский районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий Г.Р. Гаджимагомедов