Решение № 2-63/2020 2-63/2020~М-61/2020 М-61/2020 от 16 июля 2020 г. по делу № 2-63/2020

Дело № 2-63/2020


Решение

Именем Российской Федерации

17 июля 2020 года город Барнаул

Барнаульский гарнизонный военный суд

в составе: председательствующего Черемных В.А., при секретаре судебного заседания Шарабариной А.В., с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2 и его представителя ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части 00001 о привлечении к материальной ответственности бывшего военнослужащего указанной воинской части старшего сержанта запаса ФИО2,

установил:

Берхману, проходившему военную службу в войсковой части 00001 и назначенному на основании приказа командира указанной воинской части от ДД.ММ.ГГГГ № материально ответственным лицом за сохранность и содержание 20525 плит ПАГ-18 на аэродроме «<данные изъяты>», было вверено указанное имущество. При этом по состоянию на 10 декабря 2019 года количество названных плит составляло 10659 штук, что соответствовало данным бухгалтерского учета.

В результате проведенной 30 апреля 2020 года инвентаризации материальных ценностей на указанном аэродроме выявлена недостача плит в количестве 14 штук на общую сумму 33129 рублей 60 копеек.

Данное обстоятельство явилось основанием для обращения командира войсковой части 00001 в суд с иском о привлечении Берхмана к полной материальной ответственности за причиненный воинской части ущерб.

В судебном заседании истец указал, что по факту выявленной недостачи назначено и проведено административное расследование, которым были установлены размер ущерба и виновное лицо. При этом Берхман, будучи материально ответственным лицом за сохранность военного имущества на аэродроме «<данные изъяты>», достаточных мер к его сбережению не предпринял: своевременный документальный учет не вел, а также редко убывал в служебные командировки к месту хранения плит, поскольку соответствующего желания не изъявлял. На основании изложенного истец просил иск удовлетворить, указав, что ущерб причинен войсковой части 00001, которая находится на довольствии в федеральном казенном учреждении «Отдел финансового обеспечения Минобороны России по Алтайскому краю и Республике Алтай» (далее – отдел финансового обеспечения).

Берхман, не отрицая факта выявленной недостачи плит, требование не признал, пояснив о том, что в силу исполнения обязанностей по занимаемой должности в войсковой части 00001, а также значительной удаленности (270 километров) аэродрома «<данные изъяты>», на котором находится вверенное имущество, от места службы, он не мог постоянно обеспечивать сохранность названных плит. Также ответчик указал, что поскольку выдача (погрузка) плит с аэродрома в воинские части Минобороны России осуществлялась постоянно, то учет количества данного имущества он вел, находясь по месту службы, в соответствии с полученными накладными. При этом указанная недостача могла образоваться по причине хищения обозначенного имущества, поскольку надлежащая охрана объекта не осуществлялась, поскольку каких-либо инженерно-технических систем охраны (забора, шлагбаума) на аэродроме не имелось.

Представитель ответчика ФИО3 указал на то, что вина Берхмана в причинении ущерба, равно как и сам ущерб, в отсутствие установления факта хищения обозначенного имущества и одного из оснований, перечисленных в ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», не установлен, что исключает возможность привлечения последнего к материальной ответственности. Кроме этого у командира воинской части отсутствуют полномочия по обращению в суд от имени финансового органа, на счет которого последний просит перечислить сумму ущерба.

Руководитель отдела финансового обеспечения, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в суд не прибыл, от него поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Заслушав участников судебного разбирательства, изучив материалы дела, суд приходит следующим выводам.

Согласно выпискам из приказов командующего 14 армией военно-воздушных сил и противовоздушной обороны от ДД.ММ.ГГГГ №, командира войсковой части 00002 от ДД.ММ.ГГГГ № и командира войсковой части 00003 от ДД.ММ.ГГГГ № Берхман проходил военную службу на должностях начальника пожарной команды авиационной комендатуры <адрес> сначала в войсковой части 00005, а затем в период с 23 декабря 2015 года по 31 мая 2020 года – в войсковой части 00004.

Как усматривается из сообщения начальника отдела финансового обеспечения от 13 июля 2020 года № 3929, в соответствии с приказом заместителя Министра обороны РФ № 466 дсп с 10 июня 2019 года наименование войсковой части 82873-3 заменено на 82873-А.

Из актов о списании объектов основных средств от 14 января 2015 года № и №, а также наряда ДД.ММ.ГГГГ и сообщения из отдела финансового обеспечения от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что по результатам осмотра аэродрома «<данные изъяты>», находящегося в <адрес>, комиссией инженерно-аэродромной службы отдела материального обеспечения управления МТО войсковой части 00006 принято решение о списании плит ПАГ-18 в количестве 20525 штук, как непригодных в качестве покрытия на аэродроме, и передаче их для использования в воинские части. При этом плитам, полученным после списания, указанной комиссией присвоена 4 категория, что соответствует степени их износа 80 %, стоимость одной плиты составляет 2366 рублей 40 копеек, данные материальные ценности числятся за войсковой частью 00001.

В соответствии с накладной на отпуск материалов № и выпиской из приказа командира войсковой части 00004 от ДД.ММ.ГГГГ №, ответчику 17 августа 2015 года вверено 20525 вышеназванных плит, за сохранность и содержание которых он на основании распорядительного акта вышестоящего должностного лица назначен материально ответственным.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части 00001 от ДД.ММ.ГГГГ №, акту о результатах инвентаризации № и инвентаризационной описи № в ходе проведенной 10 декабря 2019 года проверки наличия военного имущества, в том числе упомянутых плит, каких-либо недостач имущества не обнаружено – фактическое количество плит составило 10659 штук, что соответствовало данным бухгалтерского учета.

В соответствии с выписками из приказов командира войсковой части 00001 №, №, № и № в период с 9 по 17 февраля и 30 апреля 2020 года Берхман находился в служебных командировках на аэродроме «<данные изъяты>» для охраны имущества.

При этом ответчик подтвердил, что за период с декабря 2019 года по май 2020 года он лишь дважды убывал в служебные командировки к месту хранения плит.

Из справки по выдаче плит с аэродрома «<данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ, накладных, оформленных в 2016 году и в период с 2018 года по 27 апреля 2020 года, акта о списании материальных запасов № и пояснений сторон следует, что в указанные периоды с обозначенного аэродрома осуществлялась выдача плит в воинские части Минобороны России по накладным, а также 414 плит было списано. Таким образом, за все время хранения данного имущества передано и списано 15545 плит.

Следовательно, по состоянию на 30 апреля 2020 года количество плит на указанном аэродроме составляло 4980 штук (20525-15545).

Как усматривается из выписок из приказов командира войсковой части 00001 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ № и № соответственно, акта о результатах инвентаризации № и инвентаризационной описи №, 30 апреля 2020 года комиссией с участием материально ответственного лица Берхмана на аэродроме «<данные изъяты>» выявлена недостача вверенных последнему плит ПАГ-18 в количестве 14 штук.

При этом, как следует из книги приема и сдачи дежурства, в которой инвентаризационная комиссия и ответчик поставили свои подписи, общее количество плит, подсчитанное в ходе инвентаризации, составило 4966 штук.

В суде ответчик подтвердил проставление им подписи в названной книге, а также согласился с выявленной комиссией недостачей 14 плит.

В соответствии с заключением административного расследования, проведенного по факту выявленной недостачи и приложенными материалами, в том числе объяснениями лиц наряда, осуществлявших охрану объекта, а также выпиской из приказа командира войсковой части 00001 от ДД.ММ.ГГГГ №, в результате названного расследования были установлены размер ущерба и виновное лицо, в частности указано, что Берхман как материально ответственное лицо допустил утрату плит ПАГ-18 на аэродроме «<данные изъяты>» в количестве 14 штук на общую сумму 33129 рублей 60 копеек.

Согласно выписке из книги учета недостач войсковой части 00001, 26 мая 2020 года сумма 33129 рублей 60 копеек учтена в указанной книге.

Из справки-расчета следует, что сумма ущерба, образовавшаяся в результате недостачи 14 плит, составляет 33129 рублей 60 копеек, исходя из стоимости одной плиты равной 2366 рублей 40 копеек.

Как усматривается из сообщения начальника отдела финансового обеспечения от ДД.ММ.ГГГГ № и договора на обслуживание от № ДД.ММ.ГГГГ, войсковая часть 00001 состоит на финансовом обеспечении в федеральном казенном учреждении «Отдел финансового обеспечения Минобороны России по Алтайскому краю и Республике Алтай».

Согласно п. 1 ст. 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с данным Федеральным законом и другими федеральными законами.

В соответствии со ст. 2 и п. 1 ст. 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих», военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб, под которым понимается, в том числе, утрата имущества воинской части.

В силу абз. 2 ст. 5 этого же Федерального закона, военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен по неосторожности военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа (документов), подтверждающего (подтверждающих) получение им этого имущества для обеспечения хранения, перевозки и (или) выдачи этого имущества либо производства финансовых расчетов.

Как следует из ч. 1 и 2 ст. 6 названного Федерального закона, размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба. Цены на вооружение, военную технику, боеприпасы, другое имущество, централизованно поставляемые воинским частям, определяются уполномоченными на то государственными органами. Размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

Как следует из п. 39 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах РФ, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 3 июня 2014 года № 333, материально ответственное лицо принимает материальные ценности для хранения (эксплуатации) под личную подпись в передаточных первичных учетных документах (акте, накладной) и приходует их не позднее следующего дня в соответствующих регистрах учета.

Согласно ст. 16 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, утвержденного указом Президента РФ от 10 ноября 2007 года № 1495, военнослужащий в служебной деятельности обязан руководствоваться Конституцией РФ, федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Следовательно, ответчик в период прохождения военной службы, в частности в период с 10 декабря 2019 года по 30 апреля 2020 года был обязан организовать хранение и сбережение плит ПАГ-18 на аэродроме «<данные изъяты>», а также принимать меры по предотвращению утраты, хищения, повреждения, порчи материальных ценностей. Неисполнение ответчиком указанных обязанностей привело к утрате военного имущества.

Проанализировав изложенные доказательства в совокупности с приведенными положениями законодательства, суд приходит к выводу о том, что Берхман, являясь материально ответственным лицом, допустил утрату вверенного ему имущества, в связи с чем подлежит привлечению к полной материальной ответственности за причиненный по его вине реальный ущерб, который истцом обоснован и подтвержден (33129 рублей 60 копеек).

Делая такой вывод, суд также учитывает, что утрата имущества воинской части допущена ответчиком по неосторожности, обусловленной халатным отношением последнего к исполнению возложенных обязанностей по сохранности и содержанию плит ПАГ-18, который достаточных мер для этого не предпринял, поскольку в вышеназванный период он только единожды, не считая его участие 30 апреля 2020 года в проведении инвентаризации, присутствовал на аэродроме «<данные изъяты>», учет количества названного имущества вел по месту службы в <адрес>, по накладным, полученным после выдачи плит с аэродрома «<данные изъяты>», то есть удаленно.

Принятие Берхманым иных мер по сбережению материальных ценностей, а также фактов его обращений к командованию с рапортами о необходимости установления надлежащего контроля за сохранностью названных плит, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Вывод суда об обоснованности размера ущерба вытекает из анализа исследованных доказательств и приведенных положений законодательства.

Так, судом установлено, что стоимость указанных плит после их списания в качестве аэродрома в 2015 году определена с учетом степени износа, составляющего 80 % от полной стоимости, и данное имущество, отнесенное к 4 категории для удобства его учета, помещено (оставлено) на аэродроме «<данные изъяты>» на хранении. Изложенное свидетельствует о том, что с 2015 года по 30 апреля 2020 года (день обнаружения ущерба) плиты не эксплуатировались, а потому амортизация на них не начислялась.

Таким образом, при определении стоимости 14 плит ПАГ-18, образующей размер ущерба, истцом учтена степень износа имущества, цена которого предоставлена уполномоченным на то государственным органом – отделом финансового обеспечения, что соответствует положениям ст. 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих».

Оценивая представленные доказательства, суд учитывает, что расхождение количества плит, указанных в инвентаризационной описи № (7243), и фактически подсчитанных на аэродроме 30 апреля 2020 года (4966), как пояснил истец и не оспаривал ответчик, обусловлено тем, что некоторые отчетные документы о выдаче в 2020 году названного имущества в воинские части Минобороны России не были учтены должностным лицом финансовой службы на момент проведения упомянутой инвентаризации, а именно:

- 1236 плит по накладной от ДД.ММ.ГГГГ №;

- 120 плит по накладной от ДД.ММ.ГГГГ №;

- 507 плит по накладным за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (в войсковую часть 00007);

- 414 плит по накладным за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (в войсковую часть 00008).

В связи с этим указанное количество плит не учтено в инвентаризационной описи № (7243-(1236+120+507+414)=4966).

Доводы ответчика и его представителя о том, что Берхман не мог постоянно обеспечивать сохранность названного имущества ввиду исполнения обязанностей по занимаемой должности и значительной удаленности аэродрома «<данные изъяты>» от места службы, а также о том, что в силу ст. 75 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ именно командир воинской части отвечает за состояние и сохранность военного имущества, судом отвергаются как несостоятельные, поскольку указанные обстоятельства не освобождали ответчика как материально ответственное лицо от обязанностей по сохранности вверенных материальных ценностей и недопущению их утраты.

Оценив причины, в силу которых ответчик в судебном заседании 17 июля 2020 года отказался от ранее данных (8 июля этого же года) пояснений по поводу согласия с выявленной в ходе инвентаризации недостачей 14 плит, суд приходит к выводу о достоверности первоначальных объяснений Берхмана, поскольку 30 апреля 2020 года последний участвовал при подсчете обозначенного имущества и подтвердил установленное инвентаризационной комиссией количество плит, поставив свою подпись.

Утверждение ответчика об обнаружении им плит ПАГ-18 вблизи аэродрома «<данные изъяты>» и необходимости уменьшения в связи с этим объема ущерба суд находит голословным и отвергает, поскольку каких-либо доказательств, подтверждающих такие обстоятельства, в суд не представлено.

Заключение с ответчиком договора о полной индивидуальной материальной ответственности в феврале 2020 года, само по себе, не влияет на вышеуказанные выводы суда, при этом положения Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» не содержат запрета на заключение с военнослужащим такого соглашения.

Не установление факта хищения названных материальных ценностей, вопреки мнению ответчика и его представителя, не препятствует привлечению Берхмана к полной материальной ответственности на основании абз. 2 ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», поскольку его виновные неосторожные действия (бездействие) повлекли утрату вверенного ему для обеспечения хранения имущества воинской части, что нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения данного дела.

Изменение условного наименования войсковой части 00004 на 00001 на основании приказа заместителя Министра обороны РФ от 10 июня 2019 года ДСП не свидетельствует о реорганизации воинской части как юридического лица, в связи с чем довод представителя ответчика об обратном является несостоятельным и судом отвергается.

Довод представителя ответчика о необходимости соответствующей доверенности, уполномочивающей командира воинской части на обращение в суд в интересах отдела финансового обеспечения, суд полагает надуманным и отвергает, исходя из следующего.

Согласно ч. 2 ст. 9 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» в случае, если причинивший ущерб военнослужащий уволен с военной службы и не был привлечен к материальной ответственности, взыскание с него ущерба производится в соответствии с решением суда по иску, предъявленному командиром (начальником) воинской части.

Как следует из п. 12 ст. 1 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне», имущество Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов является федеральной собственностью и находится у них на правах хозяйственного ведения или оперативного управления.

Исходя из приведенных положений законодательства и требования, изложенного в поданном исковом заявлении, суд, учитывая установление в суде факта причинения ущерба войсковой части 00001, констатирует, что ее командир, предъявляя требование о привлечении Берхмана к материальной ответственности, обращается именно в пользу воинской части, при этом, принимая во внимание документально подтвержденные сведения о нахождении названной части на довольствии в федеральном казенном учреждении «Отдел финансового обеспечения Минобороны России по Алтайскому краю и Республике Алтай», просьба истца о перечислении взыскиваемой суммы на счет данного финансового органа (привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца) представляется обоснованной.

Требования о взыскании ущерба в пользу отдела финансового обеспечения, вопреки утверждению представителя ответчика, исковое заявление не содержит, и из его содержания такового не следует.

Прочие доводы представителя ответчика направлены на иную оценку обстоятельств, установленных и исследованных судом, а потому не могут служить поводом для отказа в удовлетворения заявленных требований.

Разрешая вопрос о размере денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика ввиду установления судом оснований для привлечения его к полной материальной ответственности, суд исходит из следующего.

Так, истец просит привлечь ответчика к полной материальной ответственности в размере 33129 рублей 60 копеек.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», размер денежных средств, подлежащих взысканию с военнослужащего для возмещения причиненного ущерба, может быть уменьшен судом с учетом конкретных обстоятельств, в том числе степени вины и материального положения военнослужащего.

Учитывая имущественное положение ответчика и его семьи, отсутствие у Берхмана дохода, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, степень вины ответчика в причинении ущерба по неосторожности, удаленность нахождения вверенного имущества от места постоянной дислокации воинской части, а также организацию охраны аэродрома «<данные изъяты>», на котором каких-либо инженерно-технических систем охраны (забора, шлагбаума) в период прохождения военной службы ответчиком не имелось, суд приходит к выводу о возможности снижения размера денежных средств, подлежащих взысканию с Берхмана в счет возмещения причиненного им ущерба, до 25000 рублей, которые следует взыскать с ответчика в пользу войсковой части 00001 через отдел финансового обеспечения.

В соответствии со ст.ст. 98 и 103 ГПК РФ, с учетом требований ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, судебные расходы по данному делу в виде государственной пошлины, от уплаты которой истец освобожден, в размере 1193 рубля 89 копеек суд полагает необходимым взыскать с Берхмана в доход бюджета города Барнаула.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковое заявление командира войсковой части 00001 о привлечении к материальной ответственности бывшего военнослужащего указанной воинской части старшего сержанта запаса ФИО2 удовлетворить.

С применением ст. 11 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», взыскать с ФИО2 в пользу войсковой части 00001 через федеральное казенное учреждение «Отдел финансового обеспечения Минобороны России по Алтайскому краю и Республике Алтай» денежные средства в размере 25000 (двадцать пять тысяч) рублей.

Судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 1193 (одна тысяча сто девяносто три) рубля 89 копеек взыскать с ФИО2 в доход бюджета города Барнаула.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Барнаульский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий по делу В.А. Черемных